Научная статья на тему 'Региональный революционный терроризм: боевые структуры и объекты терроризирования эсеров Поволжья в 1905 году'

Региональный революционный терроризм: боевые структуры и объекты терроризирования эсеров Поволжья в 1905 году Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
559
99
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РЕГИОНАЛЬНЫЙ РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ТЕРРОРИЗМ / ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ТАКТИКА / ПАРТИЯ СОЦИАЛИСТОВ-РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ (ПСР) / ЭСЕРЫ / ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЙ АКТ / БОЕВЫЕ ДРУЖИНЫ / ЛЕТУЧИЙ БОЕВОЙ ОТРЯД (ЛБО) / СУБЪЕКТЫ ТЕРРОРИЗМА / ОБЪЕКТЫ ТЕРРОРИЗИРОВАНИЯ / REGIONAL REVOLUTIONARY TERRORISM / TERRORIST TACTICS / SOCIALIST-REVOLUTIONARY PARTY (SDP) / SOCIALIST-REVOLUTIONARIES / AN ACT OF TERRORISM / FIGHTING SQUADS / FLYING COMBAT UNIT (LBO) / THE SUBJECTS OF TERRORISM / TERRORIZING OBJECTS

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Маньков Андрей Васильевич

В центре внимания автора революционный терроризм эсеров. Рассматривается роль Среднего Поволжья в террористической стратегии этой партии в ходе первой русской революции. Раскрывается значение Поволжского областного комитета ПСР в развертывании террористической деятельности в регионе. Приводятся факты из практики терроризма областных, губернских и местных террористических структур партии в 1905 г. в исследуемом крае. Уделяется внимание характеристике объектов террористических посягательств боевиков. Ставится вопрос о зависимости начала регионального терроризма революционеров от государственного террора правительства. Автор приходит к выводам, что регулярные террористические акты в крае начались только в конце 1905 г., когда государство провело массовые репрессии против средневолжского крестьянства и жестко подавило выступления представителей революционных партий в ряде городов. Во второй половине 1905 г. региональный революционный терроризм становится значимым фактором общественно-политической жизни края на несколько лет вперед. Террористические акты осуществлялись различными субъектами терроризма партии. Ключевым из них стал летучий боевой отряд Поволжской области. Пионерами террористического процесса явились Саратов, Самара и Пенза, где находились самые крупные в регионе организации ПСР, а администрации придерживались ярко выраженной жесткой позиции по отношению к крестьянству и политическим противникам. Эсеры Поволжья организовали в первую очередь ряд покушений на военнослужащих царской армии. Основными объектами терроризирования стали генералы, организовывавшие подавление революционных выступлений, а также чиновники, которые занимали жесткую позицию в отношении представителей революционного движения. Ведущим мотивом террористических действий была революционная месть, что хорошо видно при анализе объектов терроризма. В местных организациях края в 1905 г. работали известные эсеровские функционеры Н.И. и И.И. Ракитниковы, М.А. Веденяпин, А.Д. Добросмыслов, А.С. Поляков и др. В регион активно приезжали руководители партии из центра (Б.В. Савинков, И.И. Бунаков, Н.Д. Авксентьев). Их отношение к проявлениям террора было разным, но постепенно террористические настроения стали доминировать среди лидеров эсеров Среднего Поволжья.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

REGIONAL REVOLUTIONARY TERRORISM: MILITARY STRUCTURES AND TERRORIZING OBJECTS BY VOLGA SRS IN 1905

The author focuses on the revolutionary terrorism of SRs. The role of the Middle Volga in the terrorist strategy of the party in the first Russian Revolution is examined. The significance of SDP Volga Regional Committee in deployment of terrorist activities in the region is disclosed. The facts of terrorism practices of regional, provincial and local terrorist organizations of the Party in 1905 in the study region are given. Attention is paid to characteristics of objects attacked by terrorists-gunmen. The question of dependence between the start of revolutionariesregional terrorism and state terror of the government is raised. The author concludes that regular acts of terrorism in the region did not begin until the end of 1905, when the state conducted massive repressions against peasantry of the Middle Volga and rigidly suppressed actions of revolutionary parties representatives in several cities. In the second half of 1905 regional revolutionary terrorism becomes a significant factor in socio-political life of the region for several years ahead. Terrorist attacks were carried out by various terrorism parties. The most important of them was a flying combat unit of the Volga region. The pioneers of terrorist process were Saratov, Samara and Penza, where the largest regional SDP organizations were situated and where administration kept to a pronounced tough position in relation to peasantry and political opponents. SRs of the Volga region organized firstly series of attacks on soldiers of the tsarist army. The main objects of terrorizing became generals who organized suppression of revolutionary actions, as well as officials who took a hard line against members of the revolutionary movement. The leading motive of terrorist actions was a revolutionary revenge, as can be seen in the analysis of terrorism objects. Well-known SR functionaries N.I. and I.I. Rakitnikov, M.A. Vedenyapin, A.D. Dobrosmyslov, A S. Polyakov and others worked in local organizations in 1905. The region was actively visited by party leaders came from the center (B.V. Savinkov, I.I. Bunakov, N.D. Avksentyev). Their attitude toward terror manifestations was different, but gradually terrorist moods became dominant among SR leaders of the Middle Volga.

Текст научной работы на тему «Региональный революционный терроризм: боевые структуры и объекты терроризирования эсеров Поволжья в 1905 году»

УДК 930. 1 ББК 63.3(2)5

А.В. МАНЬКОВ

РЕГИОНАЛЬНЫЙ РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ТЕРРОРИЗМ: БОЕВЫЕ СТРУКТУРЫ И ОБЪЕКТЫ ТЕРРОРИЗИРОВАНИЯ ЭСЕРОВ ПОВОЛЖЬЯ В 1905 ГОДУ

Ключевые слова: региональный революционный терроризм, террористическая тактика, партия социалистов-революционеров (ПСР), эсеры, террористический акт, боевые дружины, летучий боевой отряд (ЛБО), субъекты терроризма, объекты терроризирования.

В центре внимания автора - революционный терроризм эсеров. Рассматривается роль Среднего Поволжья в террористической стратегии этой партии в ходе первой русской революции. Раскрывается значение Поволжского областного комитета ПСР в развертывании террористической деятельности в регионе. Приводятся факты из практики терроризма областных, губернских и местных террористических структур партии в 1905 г. в исследуемом крае. Уделяется внимание характеристике объектов террористических посягательств боевиков. Ставится вопрос о зависимости начала регионального терроризма революционеров от государственного террора правительства. Автор приходит к выводам, что регулярные террористические акты в крае начались только в конце 1905 г., когда государство провело массовые репрессии против средневолжского крестьянства и жестко подавило выступления представителей революционных партий в ряде городов. Во второй половине 1905 г. региональный революционный терроризм становится значимым фактором общественно-политической жизни края на несколько лет вперед. Террористические акты осуществлялись различными субъектами терроризма партии. Ключевым из них стал летучий боевой отряд Поволжской области. Пионерами террористического процесса явились Саратов, Самара и Пенза, где находились самые крупные в регионе организации ПСР, а администрации придерживались ярко выраженной жесткой позиции по отношению к крестьянству и политическим противникам. Эсеры Поволжья организовали в первую очередь ряд покушений на военнослужащих царской армии. Основными объектами терроризирования стали генералы, организовывавшие подавление революционных выступлений, а также чиновники, которые занимали жесткую позицию в отношении представителей революционного движения. Ведущим мотивом террористических действий была революционная месть, что хорошо видно при анализе объектов терроризма. В местных организациях края в 1905 г. работали известные эсеровские функционеры Н.И. и И.И. Ракитниковы, М.А. Веденяпин, А.Д. Добро-смыслов, А.С. Поляков и др. В регион активно приезжали руководители партии из центра (Б.В. Савинков, И.И. Бунаков, Н.Д. Авксентьев). Их отношение к проявлениям террора было разным, но постепенно террористические настроения стали доминировать среди лидеров эсеров Среднего Поволжья.

Угрозы терроризма для российского общества по-прежнему остаются высокими, что делает очевидным необходимость его научного осмысления. Существует мнение, с которым автор частично согласен, что современный терроризм сохраняет свое «родовое единство» и имеет общие «принципиальные идеологические обоснования, мотивы и боевые приемы» с историческими формами этого явления [1. С. 43]. В годы первой русской революции одним из центров революционного насилия стало Поволжье. Наибольшую активность в регионе в этот период проявляли организации партии социалистов-революционеров (ПСР). Статья ставит своей целью выявление основных субъектов терроризма и объектов терроризирования местных социалистов-революционеров (эсеров) в 1905 - начале 1906 гг. Постановка автором проблемы регионального революционного насилия связана с тем, что она слабо освещена. Так, К.В. Гусев пишет о том, что в декабре 1905 - январе 1906 гг. было совершено 22 теракта [8. С. 22]. В то же время, говоря о Поволжье, он пишет только о двух: убийстве генерала Сахарова и покушении на генерала Сергеева [7. С. 61].

Другой исследователь эсеров К.Н. Морозов вообще не приводит примеры из практики поволжских эсеров начала революции [17]. Справочник по истории терроризма также обходит вниманием Поволжье 1905 г., кроме убийства Сахарова [9]. Региональные авторы тоже не уделяют должного интереса терроризму в 1905 г., что видно на примере работы пензенского историка В.Ю. Карни-шина [10]. Важные сведения об эсерах в годы революции содержатся в трудах М.И. Леонова, но и они не делают терроризм 1905 г. в регионе более известным [13, 14]. Не все известные в настоящем факты практики террора приведены в работах ульяновского ученого В.Н. Кузнецова [11, 12]. За рамками исследований находятся боевые структуры эсеров, кроме точного количества терактов, совершенных ими. Плохо понятна роль этих субъектов и их акций в общественно-политическом процессе в крае.

Автору статьи очевидно, что специфика боевой практики эсеров в регионе на этапе начала и подъема революции до сих пор недостаточно ясна. Ключевым является вопрос о причинах и времени начала террористических действий. С другой стороны, региональные особенности тактики оппозиционеров представляют сегодня интерес с практической точки зрения. Исторический опыт может стать одним из источников выработки государством эффективных мер противодействия терроризму на местном уровне. Это стимулируется наличием большого круга источников по деятельности эсеров в ходе революции, которые впервые вводятся автором в научный оборот. Методологическая основа статьи базируется на общефилософском подходе к познанию объективной реальности в совокупности идей, относящихся к диалектическому пониманию истории. Главным общенаучным методом исследования является диалектический, включающий принципы историзма, объективности и детерминизма, которые получили свою конкретизацию в последовательном и детальном анализе исторических событий и их взаимосвязи и взаимообусловленности.

Начавшаяся в январе 1905 г. революция, а также пассивность и неопределённость руководства партии заставили проявлять повышенную активность эсеров на местах. В крупнейших регионах страны создавались областные комитеты ПСР (ОК ПСР), которые, по существу, стали выполнять функции Центрального комитета (ЦК). оК ПСР осуществляли координацию действий организаций в губерниях своего края [14. С. 10-11]. Как мы уже отмечали, одним из центров эсеровского влияния стало Поволжье. Местные комитеты часто посещали видные эсеровские лидеры и пропагандисты террора Г.А. Гершуни, Е.К. Брешко-Брешковская и др. [16. С. 158]. В регионе инициативу взяли на себя опытные саратовские члены ЦК: М.С. Арефьев, А.И. Альтовский, Н.И. и И.И. Ра-китниковы. В феврале 1905 г. в Пензе был проведен I областной съезд представителей местных комитетов эсеров, на котором был учреждён Поволжский областной комитет ПСР [3. Д. 994. Л. 24]. В сферу ответственности ОК вошли и организации ряда губерний Среднего Поволжья: Саратовской, Самарской, Симбирской и Пензенской [12. С. 62]. Одним из руководителей комитета («организатором») стал пензенский эсер А.Д. Добросмыслов (партийная кличка «Митрич») [3. Д. 994. Л. 24]. Особо следует отметить, что съезд одобрил политический террор, единогласно осудив аграрный, поскольку «такие действия в крестьянстве развивают лишь хищничество». ОК не имел постоянного местонахождения и перемещался из города в город. При ОК создавался летучий боевой отряд (ЛБО). В его работе могли принять участие боевики из всех губерний края [11. С. 24].

В первой половине 1905 г. местные эсеры сосредоточили свою основную деятельность на селе. Их позиции в средневолжской деревне были довольно

прочными [24. С. 206]. Агитаторы ПСР проводили в жизнь лозунги о «земле и воле» [3. Д. 202. Л. 23об.]. Крестьяне хотели «земли», а политические лозунги их мало интересовали. В июле 1905 г. в Тамбове состоялся II съезд поволжских эсеров. На съезде было обращено внимание на « ...боевую подготовленность всех революционных организаций» [10. С. 60]. Все лето эсеры готовили народ к восстанию. Так, в Алатыре Симбирской губернии в июле были разбросаны листовки такого содержания «Долой самодержавие! Готовьтесь к восстанию!» [3. Д. 305. Л. 1]. Однако крестьянство безмолвствовало, а интеллигентские комитеты эсеров только бросались зажигательными лозунгами, но оказывались несостоятельными в реализации реальной подготовки восстания.

Во второй половине 1905 г. поволжские эсеры переходят от громких слов к реальному делу. Это дело стало боевым: происходит генезис регионального терроризма. Поволжский ОК ПСР организовал первый теракт, привлекший внимание общественности. 30 июля в Самаре член летучего отряда ОК Марков ранил помощника пристава [11. С. 24]. Процесс возникновения террористических формирований в регионе носил закономерный характер. В ходе революции в осуществлении политических убийств, кроме созданной осенью 1901 г. боевой организации ПСР (БО ПСР), принимали участие различные террористические группы эсеров [9. С. 7-8]. Первые из этих подразделений - эсеры называли их боевыми - возникли еще в 1903 г. С начала 1905 г. стали действовать боевые дружины при Московском, Уфимском, Нижегородском и ряде других комитетов ПСР [7. С. 59]. Некоторые структуры при местных организациях начали функционировать с лета 1905 г. [20. С. 149]. Автор согласен с мнением М.И. Леонова, что основная масса боевых формирований эсеров была создана в конце 1905 - начале 1906 гг. [14. С. 24]. В Среднем Поволжье первыми они оформились в составе Саратовского и Самарского комитетов. Осенью 1905 г. боевая дружина создается в Саратове [13. С. 116], а затем и в Самаре [2. С. 198]. В Симбирске дружина была организована позднее - в первой половине 1906 г. [3. Д. 994. Л. 92, 92об.].

В октябре в тактику партии были внесены существенные изменения. После обнародования Манифеста 17 октября и признания Думы законодательным органом, ЦК, ослепленный конституционными иллюзиями, принял решение прекратить теракты [7. С. 60]. Вокруг этого решения развернулась активная дискуссия. Среди противников приостановления террора были московские члены ЦК. Их поддержало большинство местных организаций: «Настроение всей провинциальной публики было ярко террористическим» [13. С. 195]. Совместным решением обоих отделов ЦК прежнее постановление было отменено, так как «террористические провинциальные дела» были признаны целесообразными. В решении была сделана оговорка, что прекращается террор центральный, т.е. против правительства, а теракты против непосредственных «усмирителей революционных выступлений» продолжались [13. С. 196]. Однако в Симбирской губернии лидеры местных эсеров К.В. Родионов и А.С. Поляков по-прежнему не были склонны к террористической деятельности. Они продолжали ездить по губернии и призывать крестьян к погромам помещичьих усадеб и насильственному отбору у помещиков принадлежавших им земель [3. Д. 305. Л. 3].

Наиболее широкий характер аграрное движение приняло в ноябре - декабре 1905 г. [19. С. 104]. По мнению И.П. Шмыгина, «осенью 1905 г. во многих селах Поволжья проходили такие революционные события, которые достойны, чтобы о них написали в будущем целые книги» [25. С. 21]. В Среднем Поволжье ситуация резко обострилась в конце ноября. Так, в Сызранском и Сенгиле-евском уездах Симбирской губернии начались крестьянские беспорядки, активно разжигаемые эсеровскими агитаторами [3. Д. 345. Л. 4, 4об.]. Полиция

отмечала, что крестьяне настроены «крайне враждебно» [3. Д. 345. Л. 3]. Это касалось как Симбирской, так и Самарской губерний. Власти считали, что у крестьян идет «брожение умов» [3. Д. 305. Л. 6]. Шмыгин писал, что в 1905 г. «крестьяне нередко доводили свое сопротивление царским чиновникам, войскам и полиции до вооруженной борьбы» [25. С. 24]. Разграбление помещичьих имений произошли в Курмышском уезде Симбирской губернии. Губернский предводитель дворянства сообщал министру внутренних дел, что движение охватило Курмышский уезд и ряд сел других уездов губернии, нарастает с каждым днем и «грозит общим разорением землевладельческому классу. Необходима немедленная военная помощь» [19. С. 105].

Эсеры Симбирской губернии продолжали активно насаждать среди крестьян мысли об «аграрном терроре» [24. С. 235]. В самом Симбирске на многочисленных собраниях, проводимых в период после 17 октября, активно обсуждалась возможность ниспровержения существующего строя [3. Д. 994. Л. 405, 405об.]. В то же время свои призывы к вооруженному восстанию эсеры региона не подкрепили необходимой организаторской работой. Они не подготовили плана выступления, не обеспечили восстание технически, речь о революционном терроризме не велась вообще.

Что же тогда привело к началу системного насилия? Средневолжскими историками отмечено 192 факта неповиновения представителям власти, вооруженных выступлений против войск и полиции и 549 поджогов и погромов помещичьих имений, совершенных только в Симбирской губернии в 1905 г. [24. С. 284]. Саратовская, Пензенская и Симбирская губернии были признаны полицией самыми неблагонадежными в стране по интенсивности крестьянских выступлений [19. С. 101-102]. В ответ на действия крестьян власти осенью повсеместно начали создавать летучие отряды, в которые входили пехотные и артиллерийские части. Во главе этих отрядов были назначены высшие офицеры армии: генерал-майор Лисевич (Саратов), генерал-лейтенант Лисовский (Пенза), генерал-майор Паруцкий (Оренбург-Самара) [5. Д. 7588. Л. 1]. Они проводили операции, которые эсеры вполне справедливо называли «карательными экспедициями» [3. Д. 753. Л. 5об.]. Общее руководство осуществлял бывший военный министр генерал-лейтенант В.В. Сахаров, который был направлен лично Николаем II для подавления выступлений в поволжских губерниях.

После этого в крае начинается первая волна революционного терроризма. В Среднем Поволжье развертывается настоящая «охота» на крупных региональных чиновников и высших военных чинов. Обратимся к наиболее крупным террористическим актам. Самые громкие из них были проведены в Саратове. Осенью в городе образовалась группа из 19 боевиков для убийства губернатора П.А. Столыпина и вице-губернатора И.Г. Кнолля. 18 ноября член боевой дружины местного комитета рабочий К.Д. Бакланов покушался на жизнь вице-губернатора Кнолля. В Кнолля была брошена бомба, начиненная динамитом, которая не взорвалась [11. С. 24]. Террорист попытался убежать, но был пойман. Позже он объяснил, что мстит Кноллю за погромы. Осенью 1905 г. тот распорядился, в частности, произвести аресты среди эсеров и социал-демократов [10. С. 52]. Однако самый громкий теракт в губернии совершился позднее. 22 ноября в Саратове был убит генерал Сахаров - главный «усмиритель аграрных беспорядков» [7. С. 61]. Теракт проводился при непосредственном участии центральных органов партии. В ноябре из Москвы через Пензу в Саратов прибыл летучий боевой отряд ПСР в составе А. Биценко и Б. Мищенко-Вноровского. По приезде они вошли в контакт с Саратовским комитетом. В день убийства Биценко явилась в дом Столыпина под видом просительницы и во время передачи «прошения», содер-

жащего текст смертного приговора, несколькими выстрелами из револьвера застрелила генерала. Она была тут же схвачена и позднее приговорена к смертной казни, замененной вечной каторгой [9. С. 375].

Активной частью террористического движения в этот период стали самарские эсеры. Самара являлась крупным центром революционных выступлений в Среднем Поволжье. В город в течение года неоднократно приезжали партийные лидеры И.И. Бунаков (Фондаминский) и Н.Д. Авксентьев [2. С. 154]. Силовое содержание деятельности командования местного гарнизона, подавлявшего манифестации, подталкивало эсеров к ответным мерам. Особенно они активизировались в ноябре-декабре. Отчасти это было связано с приездом в ноябре в Самару видных партийных работников М.А. Веденяпина и В.П. Троицкого. Ключевой фигурой в этот период стал М.А. Веденяпин, который возглавил местный комитет [2. С. 197-198]. Апогей революционных событий 1905 г. в городе произошел в Народном доме - цитадели революционной Самары, где шел многодневный многотысячный митинг (2 тыс. участников). Митингующих поддержали некоторые военнослужащие 3-й запасной артиллерийской бригады, многие ее офицеры симпатизировали оппозиционерам. Однако войска гарнизона и казаки разогнали оппозиционеров [6. Д. 564. Л. 26об.]. В декабре эсеры организовали «террористическую атаку» на начальника гарнизона, командира артиллерийской бригады генерал-майора Сергеева, которого местные оппозиционеры считали «главой самарской реакции». Генерал Сергеев был одним из военных организаторов разгрома Народного дома. В последние дни уходящего года на него было совершено 2 покушения. 15 декабря на жизнь генерала покушался член местной военной организации солдат артиллерийской бригады С.С. Власов. Сергеев остался невредимым, а Власов схвачен и сразу же подвергся жестокому избиению [21. С. 153]. Интересно отметить, что в этот день, 15 декабря, в Самаре состоялось последнее заседание Совета рабочих депутатов. На заседании была принята резолюция протеста против разгрома войсками собрания в Народном доме [18. С. 242]. Это неудача не остановила эсеров. В ночь на 28 декабря на вокзале г. Сызрань при отъезде Сергеева к новому месту службы на него было произведено еще одно покушение. Осколком брошенной с перрона под вагон бомбы он был легко ранен в лицо. Покушавшийся - член летучего отряда рабочий Н.М. Жуков [21. С. 157]. Он также был сразу задержан, подвергнут избиению и в бессознательном состоянии отправлен в тюрьму. 10 апреля 1906 г. в Сызрани состоялся военный суд, вынесший Жукову смертный приговор, замененный 15 годами каторжных работ [21. С. 157].

Не отставали от своих соседей и пензенские эсеры. Летом губернию посетил один из лидеров БО ПСР Б.В. Савинков, который встретился с боевиками местной организации [10. С. 50]. В ноябре в Пензу вернулся из ссылки один из лидеров местных эсеров А.Д. Добросмыслов. Политическая ситуация в крае усложнялась тем, что в Пензенской губернии 18 ноября 1905 г. было введено военное положение. Поим, Башмаково, Чаадаевка, Елюзань - вот далеко не полный список мест, куда для усмирения взбунтовавшихся крестьян направлялись полицейские. Генерал Сахаров создал отряды стражников и отдал под суд более 600 местных крестьян. Однако эта мера успокоения властям не принесла. Вечером 2 января 1906 г. в центре Пензы жертвой боевика стал начальник местного гарнизона и командир 78-й пехотной дивизии генерал-лейтенант В.Я. Лисовский [12. С. 7]. Следствием было установлено, что подпиленные пули, найденные в теле убитого, по характерным признакам свидетельствовали о принадлежности убийцы к организации ПСР. Убийство, по мнению прокурора, было совершено по ошибке: террорист метил в начальника губернского жандармского управления

генерала Прозоровского, который, как и Лисовский, старался скрыть свою внешность таким же способом, надевая папаху, которая скрывала его лицо, направляясь в глухие места города, где он появлялся, будучи любителем «ухаживать за девицами легкого поведения» [10. С. 62]. Возможно, что это и было трагическое совпадение. В конце месяца, утром 26 января, в Пензе произошло еще одно громкое убийство. Возле Спасского кафедрального собора эсеры расстреляли пензенского полицмейстера Д. Д. Кандаурова [12. С. 7]. Убийца был задержан двумя городовыми и солдатом - свидетелем преступления. Террористом оказался бывший воспитанник рисовальной школы, уроженец Пензы 20-летний В. Васильев. Ранее он уже дважды привлекался к дознанию по политическим делам. При нем был обнаружен браунинг с 4 патронами. Пули были нарезные, в одной из них был яд. Убийство было совершено по решению партийного собрания. 28 февраля 1906 г. военный суд приговорил Васильева к 10 годам каторжных работ. Он бежал из-под стражи, но был арестован в Швейцарии и как уголовник выдан России.

Реакция властей была жесткой. Так, симбирский губернатор Л. Яшвиль в докладной записке на имя Столыпина предложил разместить военные гарнизоны в уездных городах, как это было в далеком 1861 г. [4. Д. 618. Л. 43-44]. Начиная с весны 1906 г., как указывает И.П. Шмыгин, «губернии Поволжья начали наводняться войсками». В апреле 1906 г. губернии Среднего Поволжья были частично объявлены на положении усиленной военной охраны [25. С. 24].

Таким образом, мы согласны с оценкой ряда поволжских авторов, сделанной ранее, что с первых дней революции Поволжье стало одним из центров партийной работы, а эсеры Поволжья - активным отрядом ПСР [16]. Это явилось следствием высокой организации дела в крае. К лету 1905 г. в Среднем Поволжье происходит радикализация общественной жизни, которая проявилась в митинговой эйфории в городах и призывах к восстанию. В то же время до конца года в регионе не было никакой активной террористической практики. Начало боевой деятельности эсеров пришлось на вторую половину 1905 г., когда оппозиционеры, как автор писал ранее, вступили в открытое противостояние с властью [23]. Руководство террористической тактикой взял на себя образованный в начале года Поволжский областной комитет ПСР (ОК), который организовывал «местный» террор («региональный революционный терроризм»). При ОК был создан летучий боевой отряд. В конце года в крупнейших губернских организациях региона создаются собственные субъекты терроризма. Практика создания этих структур становится особенностью тактики ПСР в исследуемый нами период. В сознании эсеров постепенно формируются основные объекты терроризирования. Активное участие армии в карательных операциях против крестьян постепенно делало одним из главных объектов регионального терроризма военнослужащих, в первую очередь, высшего звена. Мишенями для эсеров выступили воинские чины, принимавшие самое активное участие в подавлении антиправительственных выступлений как в сельской местности (генералы Сахаров и Лисовский), так и в городах (генерал Сергеев), а также высшие гражданские чиновники (Кнолль) и полицейские чины (Кандауров). Теракты были совершены в больших губернских городах (Саратове, Самаре и Пензе), а также крупном уездном городе (Сызрани), при этом, как правило, при большом стечении людей, например, на вокзале или возле собора в воскресный день. Самый известный теракт (убийство генерала Сахарова) вообще произошел в губернаторском доме. Все это свидетельствует, с одной стороны, о несомненной дерзости и смелости боевиков, так и о беспечности правоохранительных органов, с другой стороны. Этот теракт относится к числу наиболее знаменитых террористических акций

ПСР в годы революции. Поволжских эсеров поддержали их товарищи из других регионов (участие в убийстве Сахарова). Как автор уже подчеркивал - Поволжье стало одним из районов жесточайшего терроризма эсеров [15. С. 71]. На конец осени - начало зимы 1905 - 1906 гг. приходится первый пик регионального революционного терроризма. Он совпал с подъемом городского и сельского протест-ного движения. При этом активно действовал областной летучий отряд. Он, в частности, провел оба покушения на генерала Сергеева. Подобная ситуация была обусловлена не только решениями ЦК, но и относительной слабостью местных комитетов, легко восприимчивых к террору и не способных организовывать массовые революционные выступления.

Мы уже писали, что террористическая тактика эсеров Среднего Поволжья в этот период была не столько следствием общепартийной линии, сколько ответом региональных и местных организаций на репрессивные действия властей [23. С. 41]. В связи с этим можно согласиться с мнением тех авторов, которые считают, что государственный террор как открытое насилие со стороны правительства способен провоцировать появление оппозиционного терроризма [22. С. 24]. Значение революционного терроризма для судьбы, как страны, так и региона еще предстоит осмыслить до конца. Не оправдывая терроризм, можно согласиться с эсерами в том, что их действия в этот период были, в основном, актами «революционного возмездия» в условиях репрессивной политики как центральных, так и местных властей, неспособных к конструктивному диалогу как с народом, так и с оппозиционными политическими партиями в условиях общенационального кризиса начала XX в. Опыт событий 1905 г и их уроки должны учитываться в современных условиях развития нашего государства.

Литература

1. Витюк В.В. Терроризм постперестроечной эпохи // Социологические исследования. 1993. № 7. С. 42-50.

2. Блюменталь И.И. Социал-демократия и революционное движение 1905 года в Самарском крае // 1905 год в Самарском крае. Материалы по истории РКП (б) и революционном движении. Самара, 1925.

3. Государственный архив Ульяновской области (далее - ГАУО). Ф. 855. Оп. 1.

4. ГАУО. Ф. 45. Оп. 1.

5. Государственный архив Пензенской области. Ф. 5. Оп. 1.

6. Государственный архив Самарской области. Ф. 468. Оп. 1.

7. Гусев К.В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционаризма к контрреволюции. М.: Мысль, 1975.

8. Гусев К.В. Рыцари террора. М.: Луч, 1992.

9. Жаринов К.В. Терроризм и террористы: Исторический справочник / под общ. ред. А.Е. Тараса. Минск: Харвест, 1999.

10. Карнишин В.Ю. Общественно-политический процесс в Поволжье в начале XX века. Пенза: Изд-во Пенз. гос. техн. ун-та, 1996.

11. Кузнецов В.Н. Революционный террор и акты экспроприации в Поволжье в начале XX в. // Вопросы истории. 2010. № 12. С. 24-38.

12. Кузнецов В.Н. Pro et contra: жандармы и революционеры в Поволжье в 1906-1917 гг. Ульяновск: ГОУ ВПО «УлГПУ», 2007.

13. Леонов М.И. Партия социалистов-революционеров в 1905-1907 гг. М.: РОССПЭН, 1997.

14. Леонов М.И. Эсеры в революции 1905-1907 гг. Самара: Самар. гос. ун-т, 1992.

15. Маньков А.В. Революционный терроризм партии эсеров: возникновение и периодизация // История в подробностях. 2012. № 12(30). С. 64-71.

16. Минеева Е.К., Шайпак Л.А., Маньков А.В. Жандармские документы о симбирских социалистах-революционерах (период революции 1905-1907 гг.) // Право и образование. 2015. № 7. С. 158-167.

17. Морозов К.Н. Партия социалистов-революционеров в 1907-1914 гг. М.: РОССПЭН, 1998.

18. Наякшин К.Я. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев: Куйбышевское кн. изд-во, 1962.

19. Очерки истории Ульяновской организации КПСС. Саратов: Приволжское кн. изд-во, 1964. Ч. 1.

20. Павлов Д.Б. Из истории боевой деятельности партии эсеров накануне и в годы революции 1905-1907 гг. // Непролетарские партии России в трех революциях: сб. ст. М.: Наука, 1989.

21. Попов Ф.Г. Летопись революционных событий в Самарской губернии. 1902-1917. Куйбышев: Куйбышевское кн. изд-во, 1969.

22. Петухов В.Б. Терроризм как социокультурное явление. Ульяновск: Ульяновский гос. техн. ун-т, 2006.

23. Шайпак Л.А., Маньков А.В. Тактика революционного терроризма эсеров Среднего Поволжья в период открытого противостояния с властью // Поволжский педагогический поиск. 2014. № 4(10). С. 38-41.

24. Шмыгин И.П. Большевистские организации Среднего Поволжья в борьбе за крестьянские массы в революции 1905-1907 гг. Ульяновск: Кн. изд-во, 1962.

25. Шмыгин И.П. Об участии сельских учителей в крестьянском движении Среднего Поволжья в революции 1905-1907 гг. // Ученые записки Ульяновского государственного педагогического института. Ульяновск, 1958. С. 3-26.

МАНЬКОВ АНДРЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ - старший преподаватель кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин, Военная академия связи имени маршала Советского Союза С.М. Буденного, Россия, Санкт-Петербург (63donetsk@mail.ru).

A. MANKOV REGIONAL REVOLUTIONARY TERRORISM: MILITARY STRUCTURES AND TERRORIZING OBJECTS BY VOLGA SRs IN 1905

Key words: regional revolutionary terrorism, terrorist tactics, Socialist-Revolutionary Party (SDP), Socialist-Revolutionaries, an act of terrorism, fighting squads, flying combat unit (LBO), the subjects of terrorism, terrorizing objects.

The author focuses on the revolutionary terrorism of SRs. The role of the Middle Volga in the terrorist strategy of the party in the first Russian Revolution is examined. The significance of SDP Volga Regional Committee in deployment of terrorist activities in the region is disclosed. The facts of terrorism practices of regional, provincial and local terrorist organizations of the Party in 1905 in the study region are given. Attention is paid to characteristics of objects attacked by terrorists-gunmen. The question of dependence between the start of revolutionaries' regional terrorism and state terror of the government is raised. The author concludes that regular acts of terrorism in the region did not begin until the end of 1905, when the state conducted massive repressions against peasantry of the Middle Volga and rigidly suppressed actions of revolutionary parties representatives in several cities. In the second half of 1905 regional revolutionary terrorism becomes a significant factor in sociopolitical life of the region for several years ahead. Terrorist attacks were carried out by various terrorism parties. The most important of them was a flying combat unit of the Volga region. The pioneers of terrorist process were Saratov, Samara and Penza, where the largest regional SDP organizations were situated and where administration kept to a pronounced tough position in relation to peasantry and political opponents. SRs of the Volga region organized firstly series of attacks on soldiers of the tsarist army. The main objects of terrorizing became generals who organized suppression of revolutionary actions, as well as officials who took a hard line against members of the revolutionary movement. The leading motive of terrorist actions was a revolutionary revenge, as can be seen in the analysis of terrorism objects. Well-known SR functionaries N.I. and I.I. Rakitnikov, M.A. Vedenyapin, A.D. Dobrosmyslov, A S. Polyakov and others worked in local organizations in 1905. The region was actively visited by party leaders came from the center (B.V. Savinkov, I.I. Buna-kov, N.D. Avksentyev). Their attitude toward terror manifestations was different, but gradually terrorist moods became dominant among SR leaders of the Middle Volga.

References

1. Vityuk V.V. Terrorizm postperestroechnoi epokhi [The terrorism of the post-perestroika era studies]. Sotsiologicheskie issledovaniya [Sociological research], 1993, no. 7, pp. 42-50.

2. Blyumental' I.I. Sotsial-demokratiya i revolyutsionnoe dvizhenie 1905 goda v Samarskom krae. 1905 god v Samarskom krae. Materialy po istorii RKP(b) i revolyutsionnom dvizhenii [The Social democracy and the revolutionary movement of 1905 in Samara region. 1905 in Samara region. Materials on the history of the RCP(b) and the revolutionary movement 1905 in Samara region]. Samara, 1925.

3. Gosudarstvennyi arkhiv Ul'yanovskoi oblasti. Fond 855. Opis'. 1 [State archive of Ulyanovsk region. Archives 855. Anagraph 1].

4. Gosudarstvennyi arkhiv Ul'yanovskoi oblasti. Fond 45. Opis' 1 [State archive of Ulyanovsk region. Archives 855. Anagraph 1].

5. Gosudarstvennyi arkhiv Penzenskoi oblasti. Fond 5. Opis' 1 [State archives of the Penza region. Archives 5. Anagraph 1].

6. Gosudarstvennyi arkhiv Samarskoi oblasti. Fond 468. Opis' 1 [State archives of Samara region. Archives 468. Anagraph 1].

7. Gusev K.V. Partiya eserov: ot melkoburzhuaznogo revolyutsionarizma k kontrrevolyutsii [Party of socialist-revolutionaries: from petty-bourgeois revolutionism to counter-revolution]. Moscow, Mysl' Publ. 1975.

8. Gusev K.V. Rytsari terrora [Knights of terror]. Moscow, Luch Publ., 1992.

9. Zharinov K.V. Terrorizm i terroristy: Istoricheskii spravochnik / pod obshch. red. A.E. Tarasa [Terrorism and terrorists: a Historical Handbook. Ed. by A. E. Taras]. Minsk, Kharvest Publ., 1999.

10. Karnishin V.Yu. Obshchestvenno-politicheskii protsess v Povolzh'e v nachale XX veka [Political process in the Volga region in the early XX century]. Penza, Penza State Technical University Publ., 1996.

11. Kuznetsov V.N. Revolyutsionnyi terror i akty ekspropriatsii v Povolzh'e v nachale XX v. [Revolutionary terror and the acts of expropriation in the Volga region in the early XX century]. Voprosy istorii [Questions of history], 2010, no. 12, pp. 24-38.

12. Kuznetsov V.N. Pro et contra: zhandarmy i revolyutsionery v Povolzh'e v 1906-1917 gg. [Pro et contra: the gendarmes and the revolutionaries in the Volga region in 1906-1917]. Ul'yanovsk, Ul'ya-novsk State Pedagogical University Publ., 2007.

13. Leonov M.I. Partiya sotsialistov-revolyutsionerov v 1905-1907 gg. [The Party of socialists-revolutionaries in 1905-1907]. Moscow, ROSSPEN Publ., 1997.

14. Leonov M.I. Esery v revolyutsii 1905-1907 gg. [Revolutionaries in the revolution of 19051907]. Samara, Samara state University Publ., 1992.

15. Man'kov A.V. Revolyutsionnyi terrorizm partii eserov: vozniknovenie i periodizatsiya [Revolutionary terrorism of the socialist revolutionary party: the origin and periodization]. Istoriya v podrobnos-tyakh [History in detail], 2012, no. 12(30), pp. 64-71.

16. Mineeva E.K., Shaipak L.A., Man'kov A.V. Zhandarmskie dokumenty o simbirskikh sotsialis-takh-revolyutsionerakh (period revolyutsii 1905-1907 gg.) [Gendarme documents on Simbirsk socialists-revolutionaries (the period of the revolution of 1905-1907)]. Pravo i obrazovanie [Law and education], 2015, no. 7, pp. 158-167.

17. Morozov K.N. Partiya sotsialistov-revolyutsionerov v 1907-1914 gg. [The party of socialists-revolutionaries in 1907-1914]. Moscow, ROSSPEN Publ., 1998.

18. Nayakshin K.Ya. Ocherki istorii Kuibyshevskoi oblasti [Essays on the history of the Kuibyshev region]. Kuibyshev, Kuibyshev Publishing House, 1962.

19. Ocherki istorii Ul'yanovskoi organizatsii KPSS [Essays on the history of the Ulyanovsk branch of the Communist party]. Saratov, Privolzhskoe Kniznoe Publ., 1964. Ch. 1.

20. Pavlov D.B. Iz istorii boevoi deyatel'nosti partii eserov nakanune i v gody revolyutsii 19051907 gg.. Neproletarskie partii Rossii v trekh revolyutsiyakh: sb. st. [From the history of military activities of the socialist revolutionary party before and during the revolution of 1905-1907. Non-proletarian parties of Russia in three revolutions: collection of articles]. Moscow, Nauka Publ., 1989.

21. Popov F.G. Letopis' revolyutsionnykh sobytii v Samarskoi gubernii. 1902-1917 [A Chronicle of the revolutionary events in the Samara province. 1902-1917]. Kuibyshev, Kuibyshev Publishing House, 1969.

22. Petukhov V.B. Terrorizm kak sotsiokul'turnoe yavlenie [Terrorism as a social phenomenon]. Ul'yanovsk, Ul'yanovsk state technical University Publ., 2006.

23. Shaipak L.A., Man'kov A.V. Taktika revolyutsionnogo terrorizma eserov Srednego Povolzh'ya v period otkrytogo protivostoyaniya s vlast'yu [Tactics of revolutionary terrorism of the social revolutionaries of the Middle Volga region in the period of open confrontation with the government], Povolzhskii pedagogicheskii poisk [Volga pedagogical search], 2014, no. 4(10), pp. 38-41.

24. Shmygin I.P. Bol'shevistskie organizatsii Srednego Povolzh'ya v bor'be za krest'yanskie massy v revolyutsii 1905-1907 g. [The Bolshevik organizations of the Middle Volga region in the struggle of the peasant masses in the revolution of 1905-1907]. Ul'yanovsk, Knizhnoe Publ., 1962.

25. Shmygin I.P. Ob uchastii sel'skikh uchitelei v krest'yanskom dvizhenii Srednego Povolzh'ya v revolyutsii 1905-1907 gg. Uchenye zapiski Ul'yanovskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo instituta [On the participation of rural teachers in the peasant movements of the Middle Volga region in the revolution of 19051907. Scientific notes of Ulyanovsk state pedagogical Institute]. Ul'yanovsk, 1958. pp. 3-26.

MANKOV ANDREI - Senior Lecturer, Department of Humanities and Social and Economic Disciplines, Military Academy of Communications named after S.M. Budenny, Russia, Saint Petersburg (63donetsk@mail.ru)._

Ссылка на статью: Маньков А.В. Региональный революционный терроризм: боевые структуры и объекты терроризирования эсеров Поволжья в 1905 году // Вестник Чувашского университета. - 2017. - № 1. - С. 99-107.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.