УДК 904 (571.1/5)
П. В. Мандрыка, П. О. Сенотрусова
Сибирский федеральный университет пр. Свободный, 79, Красноярск, 660041, Россия E-mail: pmandryka@yandex.ru
РАЗВИТИЕ ФОРТИФИКАЦИОННЫХ СООРУЖЕНИЙ В ЮЖНО-ТАЕЖНОЙ ЗОНЕ СРЕДНЕЙ СИБИРИ И В КРАСНОЯРСКОЙ ЛЕСОСТЕПИ В РАННЕМ ЖЕЛЕЗНОМ ВЕКЕ И СРЕДНЕВЕКОВЬЕ
В последние годы исследователям становятся известны новые укрепленные поселения на территории южно-таежной зоны Средней Сибири. История формирования и развития их строительной традиции дает новый материал о межплеменных отношениях, а также об общем уровне развития древних обществ. Привлечение этих источников позволяет получить новые сведения о миграциях и отношениях пришлого и аборигенного населения.
В данной работе нами поставлена цель рассмотреть общую эволюцию укрепленных поселений на территории южно-таежной зоны Средней Сибири и Красноярской лесостепи, определить факторы, влияющие на формирование градостроительной традиции в те или иные исторические эпохи.
К настоящему времени как в лесостепном Красноярском районе, так и севернее, в зоне южной тайги по берегам Енисея, известно по пять укрепленных поселений. В южнотаежной зоне это городища Шилка-2, Усть-Шилка-2, Подпорожное, Лесосибирское-1 и Чермянка (см. рис.). Приведем их краткую характеристику.
Городище Шилка-2 (П. В. Мандрыкой изучено около 1/5 всей площади) расположено на мысовидной гриве, образованной на коренной
17-метровой террасе Енисея, разрезающейся логами. С южной и северной сторон поверхность гривы ограничивается двумя логами, с западной - обрывается склоном к Енисею, а с восточной - переходит через неширокий перешеек на
18-19-метровый уровень. Городище состоит из неукрепленной и укрепленной частей.
Укрепленная часть, площадью около 825 кв. м, занимает южный сектор гривы. На ней отмечается восемь жилищных подпрямо-угольных котлованов, которые расположены
по одной линии вдоль края террасы, на расстоянии от 1 до 7 м друг от друга. Неукрепленная часть городища занимает северный сектор гривы. Здесь располагаются шестнадцать жилищных котлованов. В развитии городища условно выделяется два этапа [Мандрыка П. В., 2003б. С. 34].
На раннем этапе укрепленная часть городища имела прямоугольные очертания. Ширина рва - 0,5-0,6 м при глубине до 0,3-0,5 м. Ширина вала - 1,5-3,0 м, при высоте не более 0,3 м. Возле северо-восточного угла защищенной площадки был сооружен проход в виде гребли шириной около 2,0 м. На позднем этапе существования городища северная стена была перестроена. Ров новой стены прошел на месте старого вала. Ширина рва стала составлять 1,0—1,2 м при глубине 0,3-0,6 м. Вход в городище остался на прежнем месте, только был перестроен, немного сместившись к югу. Возле входа с наружной стороны размещалась какая-то хозяйственнокультовая постройка.
Городище Усть-Шилка-2 (изучено П. В. Мандрыкой полностью [2002; 2003а]) было сооружено на приустьевом мысу, на самой возвышенной его части. С западной и северной сторон поверхность мыса ограничивается крутым склоном террасы, с восточной стороны - пологим склоном лога, а с южной -плавно переходит на более низкий уровень.
Укрепленная часть одноплощадочного городища с запада и севера обрывалась склонами мысовидной террасы, а с востока и юга ограничивалась стеной. По выявленным контурам рва (основания стены) можно утверждать, что городище площадью около 1,2 тыс. кв. м имело неправильно-пятиугольное очертание. В центре укрепленной площадки размещались три
ISSN 1818-7919
Вестник НГУ. Серия: История, филология. 2007. Том 6, выпуск 3: Археология и этнография © П. В. Мандрыка, П. О. Сенотрусова, 2007
Планы городищ южно-таежной зоны Средней Сибири
углубленных жилища, расположенные в ряд. С наружной стороны возле входа, так же как и на городище Шилка-2, была возведена постройка хозяйственно-культового характера.
Оборонительная система включала небольшой ров, в котором крепились основание стены и примыкающий к ней вал. Ширина рва-канавы составляла 0,5-0,6 м при глубине до 0,2-0,3 м. Образование вала связано с выбросами из рва-траншеи. Вдоль южной стены, которая читалась более отчетливо, параметры вала составляли в ширину 1,5—3,0 м при высоте не более 0,1 м. При таких параметрах вала становится очевидным, что он примыкал к основанию стены и служил площадкой для обороняющихся. Нельзя исключать, что оборонительная линия городища была замкнутая, так как со стороны края террасы местами прослеживались продолговатые темно-бурые пятна от бревен стены.
Городище Подпорожное (П. В. Мандрыкой вскрыто 1/7 площади) находится на 9-10-метровой террасе левого берега Енисея на северо-восточной окраине пос. Подпорожное Каза-чинского района и размещено на краю террасы, на слегка возвышенной (на 0,5 м) ее части. Городище береговое, полуовальное в плане с дугообразной системой обороны. В юго-восточной части обрывается краем террасы. Со стороны реки часть площади городища была разрушена. Общая сохранившаяся площадь городища 30 х 10 м. На внутренней укрепленной площадке каких-либо объектов визуально не прослеживается [Мандрыка П. В., Абдулина Ю. А., Быкова М. В., 2007].
Оборонительная система городища состояла из одного рва и двух валов. Ширина первого вала 3 м при высоте до 0,1 м. Перед этим валом ров не читался, хотя визуально прослеживалось незначительное углубление. Оплывшая высота второго вала (от дневной поверхности внутренней площадки) 12 см. Между валами проходит сужающийся ко дну ров глубиной до 0,8 м. Его ширина по верхней части 1,3 м, а на дне 0,3 м. Между рвом и внутренним валом устраивалась стена, которая укреплялась с помощью вертикальных столбов. Именно эта стена выполняла основную оборонительную функцию, ров же не мог служить серьезным препятствием. Вход в городище в виде гребли шириной до 2 м размещался с тыльной стороны. Внутри городища какие-нибудь хозяйственные и жилищные объекты визуально не прослеживаются.
Городище Лесосибирское-1 (П. В. Мандрыкой изучено около 1/3 площади) расположено на 15-16-метровой правобережной енисейской террасе против г. Лесосибирска. Эта терраса в северном направлении плавно понижается до 10-метровой отметки, с западной стороны обращена к Енисею, а с восточной стороны переходит в лог высохшего ручья. Таким образом, по рельефу образовывается своеобразное мысовидное возвышение, где устраивалось городище полукруглой формы размерами 80 х 30 м площадью около 1840 кв. м. Площадь городища с западной стороны ограничена краем террасы, а с напольной стороны - тройной линией полукольцевых защитных укреплений.
Каждая линия обороны состояла изо рва и вала. Первая линия обороны включала ров шириной 1,7 м при глубине 0,3 м и вал шириной 1,5 м при высоте 0,2 м. Вторая линия обороны также состояла изо рва шириной 1,0 м при глубине 0,3 м и вала шириной 1,9 м при высоте 0,25 м. Третья линия обороны включала ров шириной 1,6 м при глубине 0,5 м и вала шириной 1,7 м при высоте 0,6 м. Кроме этого каждая линия обороны дополнительно надстраивалась деревянной стеной [Мандрыка П. В., 2003в. С. 90]. На укрепленной площадке жилищ не выявлено.
Городище Чермянское (открыто и изучается Н. П. Макаровым и М. С. Баташевым) находится на 14-метровой террасе левого берега Енисея в 12 км севернее г. Енисейска, против пос. Чермянка [Макаров Н. П., 2006]. Оно входит в комплекс разновременных поселений и размещается на самой высокой отметке террасы. Городище подпятиугольной формы с полукольцевой системой защитных укреплений, восточной частью примыкает к краю террасы. С напольной стороны оборонительная система состоит изо рва и двух валов (ров шириной 2 м при глубине 1,2-1,4 м). По обе стороны рва визуально отмечаются валы, причем с внутренней стороны высота вала 0,6 м при ширине 1,5 м, а с наружной - 0,3 м при ширине 1,0-1,2 м. Вход в городище, судя по разрывам в валах, размещался с тыльной, западной стороны 1. Общая площадь городища около 400 кв. м. На укрепленной площад-
1 Информация приводится по дневниковым записям П. В. Мандрыки, принимавшего участие в рекогносцировочных раскопках вместе с М. С. Баташевым и Н. П. Макаровым (2006 г.).
ке жилищных и хозяйственных объектов визуально не выделяется.
В Красноярском лесостепном районе также известно пять городищ. Это городище Пакуль в северной части лесостепи и городища Частоостровское, Ермолаевское, Ладейское и Ба-зайское (Змеиное) в южной части района.
Городище Пакуль (изучено П. В. Манд-рыкой рекогносцировочно) находится на 9-11-метровом мысу левого берега р. Верхняя Подъемная в 3 км к СВВ от д. Пакуль Большемуртинского района, в 2 км от основного русла р. Енисей. С северной стороны мыс ограничивается обрывом к реке, а с восточной и южной - склонами к пойме. С западной стороны мыс переходит в коренной берег и плавно поднимется до отметки около 14 м, при этом поверхность самого мыса имеет наклон в южную сторону. Городище устроено на краю мыса трапециевидного очертания. С напольной стороны в 25 м от края мыса проходит вал длиной 25 м шириной 2 м и высотой до 0,4 м и ров глубиной до 0,3 м. Ширина рва из-за разрушения не устанавливается. Общая площадь городища 25 х 23 м, т. е. около 575 кв. м. На укрепленной площадке прослеживается шесть жилищных котлованов, расположенных в два ряда вдоль краев террасы, перпендикулярно валу. В каждом ряду по три жилища прямоугольной формы, ориентированных длинными стенками на В-З [Мандрыка П. В. и др., 2007].
Городище Ермолаевское (открыто и изучалось В. Г. Карцовым в 1928 г.) к настоящему времени разрушено. Городище было расположено на крутом берегу высохшей старицы правого берега р. Енисей, в 2 км к юго-востоку от д. Ермолаевой. С северной стороны оно было ограничено обрывом высотой в 15 м, а с напольной стороны защищено линией полу-кольцевых укреплений. Общая сохранившаяся площадь городища составляла 50 х 38 м. На внутренней укрепленной площадке каких-либо объектов визуально не прослеживалось. Оборонительная система городища состояла из вала и рва. Вал сильно оплыл и слабо выделялся, глубина рва составляла 0,5—1,0 м при ширине в 1,5—2,0 м. С юго-восточной и западной сторон вал и ров прерывались «воротами» шириной 4 и 2 м [Карцов В. Г., 1929. С. 5].
Городище Ладейское (открыто А. П. Ермолаевым в 1928 г., частично раскопано В. Г. Кар-цовым) к настоящему времени утеряно. Городище располагалось на правом песчаном
обрывистом берегу Енисея в 2,5 км выше с. Ла-дейского, против острова Верхне-Атамановс-кого. С северо-западной стороны внутренняя площадка городища ограничена естественным обрывом к реке высотой 22 м. С напольной стороны городище имело две линии полуколь-цевых укреплений. Общая сохранившаяся площадь городища составляла 75 х 32 м. На внутренней укрепленной площадке каких-либо объектов визуально не прослеживалось. Оборонительная система городища была представлена двумя валами и рвами. Средняя высота валов 1,0—1,5 м, глубина рвов 1,0—1,3 м при ширине в 2 м [Там же].
Городище Частоостровское (осматривалось И. Т. Савенковым, Г. П. Сосновским,
H. К. Ауэрбахом, В. Г. Карцовым и др.) располагается в 3 км к юго-западу от с. Частоостровского, на высокой террасе, обрывающейся к руслу высохшей протоки р. Енисея, в 400 м от его берега. С юго-восточной стороны внутренняя площадка городища ограничена обрывом, а с напольной - полукольцевой линией укреплений. Общая сохранившаяся площадь городища 100 х 65 м. На внутренней укрепленной площадке каких-либо объектов визуально не прослеживается. Оборонительная система памятника представлена валом и рвом. Вал сильно оплыл, его высота не превышает 0,3-0,5 м. Ров глубиной до 1,2 м при ширине до 2 м. На севере и западе укрепления они прерываются «воротами» шириной
I,5 м [Там же].
Городище Базайское (Змеиное). К настоящему времени застроено дачами. Полностью не вскрывалось, только И. Т. Савенков в 1886 г. исследовал его путем запашки плугом в некоторых местах. Им же была проведена шурфов-ка, но никаких находок не обнаружено.
Городище располагалось на плоскогорье, отделяющем долину р. Базаихи от долины Енисея. Небольшое ровное плоскогорье ограничено с севера крутым обрывом к Енисею, а с юга - таким же обрывом к Базаихе, с запада упирается в довольно крутую гору. Таким образом, городище было защищено этими тремя преградами с трех сторон. С запада близ подножья горы и с напольной стороны на востоке от одного обрыва к другому тянутся укрепления из валов и рвов. На внутренней укрепленной площадке каких-либо объектов визуально не прослеживалось. Протяженность восточных укреплений составляла 259,5 м, западных - 112,5 м. Глубина рвов
около 1 м при ширине 2 м. Валы были сильно оплывшими и не превышали 0,5 м. Восточные вал и ров прорезались четырьмя «воротами» шириной 2-3 м, западные - тремя «воротами» шириной 3-7 м. По верхнему краю вала были прослежены следы кольев от забора [Карцов В. Г., 1929.].
Итак, из приведенного перечня всех известных городищ наиболее древние расположены на территории таежной зоны. Это городища Шилка-2 и Усть-Шилка-2, расположенные в 400 м друг от друга, материалы которых позволили выделить шилкинскую культуру раннего железного века [Мандрыка П. В., 2006. С. 117]. Памятники шилкинской культуры появляются на Среднем Енисее в VI в. до н. э., а исчезают к I в. до н. э. Небольшое число изученных памятников не позволяет нам сейчас проследить эволюцию развития шилкинских градостроительных традиций. Тем не менее можно выделить несколько базовых характеристик укрепленных поселений этой культуры.
Оба памятника представляют собой городища подпрямоугольной формы с незамкнутыми валами и рвами, расположенные на мысовид-ных террасах. Общая площадь их относительно не велика. Одинаковым было расположение проходов, предвратных построек и жилищ. Судя по незначительным характеристикам условно выделяемых валов и рвов, основным элементом обороны была бревенчатая стена. Несмотря на значительное сходство между памятниками, между ними есть и некоторые отличия, проявляющиеся в орнаментации керамики и инвентаре, что отражает развитие культуры во времени. Оба городища использовались для постоянного обитания. Об этом свидетельствуют расположенные на внутренней площадке городищ жилища и весь вещевой комплекс, отражающий систему хозяйствования населения. Население городищ занималось ловлей рыбы, охотой, разведением скота, собирательством.
Проникновение носителей шилкинской культуры на территорию таежной зоны Средней Сибири привело к изменению положения автохтонных племен, существовавших до этого относительно спокойно. Естественно, что появление на берегах Енисея пришельцев повысило уровень военной напряженности и одним из свидетельств этого становится появление первых городищ. Традиция строительства укрепленных поселений была привнесена в регион представителями шилкинской куль-
туры в достаточно совершенной для своего времени форме. Если бы традиция строительства укрепленных поселений формировалась на основе местной культуры, то преобладали бы более простые системы фортификации [Очерки..., 1994. С. 256], которых мы в таежных районах не наблюдаем.
В эпоху раннего железа городища распространяются на значительной территории Сибири, при этом в разных регионах укрепленные поселения имеют свои особенности. Шилкин-ские городища достаточно типичны для своего времени и схожи со многими городищами, расположенными в таежной зоне Западной Сибири. Но анализ материала, полученного на городищах, не дает нам права говорить о том, что эта традиция была заимствована у западных соседей. Не наблюдается сходства и с тагарскими памятниками, хотя известно, что культурные и, скорее всего, военные контакты шилкинцев и тагарцев имели место [Мандрыка П. В., 2001. С. 115], поскольку они были близкими соседями. Наибольшее сходство с шилкинской керамикой мы находим в памятниках северного Прибайкалья, что позволяет предполагать вероятность проникновения градостроительной традиции с востока по водоразделам правобережных притоков Енисея.
В гунно-сарматскую (таштыкскую) эпоху городищ в районе нашего исследования, очевидно, не возводили, по крайней мере, пока они не известны. В этот период шилкинская традиция строительства укрепленных поселений местными племенами была забыта. Имеющиеся в нашем распоряжении материалы показывают, что, скорее всего, на территории Енисейского Приангарья шилкинское население было истреблено аборигенными племенами или вытеснено на север, и необходимость в сооружении укрепленных поселений отпала сама собой.
В средневековье количество городищ в районе нашего исследования резко возрастает. Это можно связывать с проникновением на эти земли тюркоязычного населения, в том числе и енисейских кыргызов. Известно, что со второй половины IX в. [Савинов Д. Г., 1994. С. 52] кыргызы начинают активную экспансию. Продвигаются они и на север, где согласно арабским источникам граница кыргызского каганата доходила до устья р. Ангары. В ходе освоения этих территорий кыргызы столкнулись с местными
таежными племенами, упоминания о которых в письменных источниках фактически отсутствуют. Не известны и их самоназвания. Логично предположить, что кыргызская экспансия привела к усилению военной активности в регионе. Одним из свидетельств этого является достаточно широкое распространение городищ в таежной зоне бассейна Среднего Енисея.
Среди всех известных на сегодня городищ с достаточной долей условности можно выделить памятники, как принадлежащие самим кыргызам, так и оставленные инокуль-турным населением, испытавшим кыргызское влияние.
К «кыргызским» памятникам относят четыре городища (Ладейское, Базайское или Змеиное, Ермолаевское, Частоостровское), расположенные в районе г. Красноярска. К настоящему времени три из них уничтожены.
В. Г. Карцевым все эти укрепленные поселения относились к выделенной им ладейской культуре и датировались VII-XII вв. Более или менее полномасштабные раскопки проводились только на Ладейском городище. Среди материалов городища выделяются вещи, типичные для культуры енисейских кыргы-зов: трехлопастные ступенчатые наконечники стрел, удила с витыми псалиями, фрагменты керамики и т. д. [Карцов В. Г., 1929 С. 48]. В современной литературе Ладейский комплекс относят в Красноярско-Канскому варианту культуры енисейских кыргызов и датируют 1Х-Х вв. [Савинов Д. Г., 1994. С. 61]. На других упомянутых городищах никаких находок не обнаружено. От них до нас дошли только описания и общие планы. Это позволяет говорить (с определенной долей условности) лишь об их фортификации и расположении. Вопрос же о хронологии и культурной принадлежности данных памятников остается открытым.
Возможно, что к «кыргызским» памятникам относится и городище Пакуль, изучение которого только началось. На сегодня это фактически единственное городище, находящееся не на берегу Енисея, а на окраине широкой поймы. Расположение памятника в северной части лесостепного района является лишь косвенным признаком, указывающим на его кыргызскую принадлежность. Известно лишь то, что в районе размещения городища было обнаружено кыргызское погребение, датируемое X в. [Николаев Р. В., 1982. С. 134].
К укрепленным поселениям, построенным местным таежным населением, можно отнести городища Подпорожное, Лесосибирское-1 и Чермянское. Эти памятники расположены севернее, чем рассматриваемые ранее. Они представляют собой береговые городища с одинаковой полукольцевой незамкнутой фортификацией, с многорядной системой оборонительных укреплений. Определенное сходство наблюдается и в керамических комплексах этих памятников, в частности, в присутствии сосудов, украшенных рядами зубчатых наколов. Очевидно, появление таких городищ было связано с влиянием или экспансией тюркоязычного населения на данные территории. Эти укрепленные площадки выполняли функции защитных крепостей таежных племен от набегов южных соседей. Особенно интересно Лесосибирское-1 городище, которое отличается наиболее сложным устройством оборонительной системы. Нельзя исключать, что военная ситуация в Х-ХШ вв. здесь была особенно напряженной. Это неудивительно если учесть, что в данном районе проходила граница владений енисейских кыргызов. Влияние культуры енисейских кыргызов прослеживается в керамическом комплексе памятника [Свалова Е. А., 2000. С. 45].
Принципиальных различий в конструктивных особенностях построения кыргызских городищ и памятников аборигенного населения нет. У тех и других преобладают береговые и мысовые городища с незамкнутыми полу-кольцевыми фортификациями. Но поскольку прямых связей средневековых таежных городищ с местными укрепленными поселениями раннего железного века нет, то поиск истоков этой градостроительной традиции следует искать в культурах средневековья сопредельных территорий.
Для кыргызских городищ, расположенных в Хакасско-Минусинской котловине, характерно размещение на возвышенностях, сооружение оборонительных стен из камня; здесь преобладают кольцевые и незамкнутые линии обороны неправильной формы [Готлиб А. И., Бутанаев В. Я., 1990. С. 140]. В целом форма кыргызских укреплений сильно разнится, в большей степени она зависит от рельефа местности. Определенное сходство эти городища имеют с укреплениями из района Красноярска, однако оно весьма условно.
Средневековые городища таежных районов Енисея по своей форме, размерам и системе устройства оборонительных линий на-
иболее близки укрепленным поселениям таежной зоны Западной Сибири [Очерки., 1994. С. 347]. Очевидно, контакты енисейского населения именно с западно-сибирскими племенами оказали решающую роль в формировании системы градостроительства. Однако нельзя полностью исключать и влияние кыргызов.
Имеющиеся материалы показывают, что в развитом средневековье на территории южнотаежной подзоны Средней Сибири значительно возрастает уровень военной напряженности. Выразилось это в первую очередь в увеличении количества укрепленных поселений. При этом традиция строительства городищ в средние века не уходила своими корнями в прошлое, а формировалась фактически заново, благодаря контактам с западно-сибирскими соседями.
Таким образом, представленные материалы показывают, что развитие фортификационных сооружений в таежной зоне Среднего Енисея не было непрерывным. Фактически, в раннем железном веке и в развитом средневековье на данной территории бытовали две независимые друг от друга традиции строительства укрепленных поселений. При этом всплеск строительства городищ был напрямую связан с проникновением новых племен на территорию южно-таежной подзоны Средней Сибири. Другими словами, миграции приводили к росту военной напряженности, что в свою очередь способствовало появлению укрепленных поселений. Особенно отчетливо этот процесс можно проследить на примере экспансии кыргызских племен, когда городища начали строить не только завоеватели, но и местные племена.
Список литературы
Готлиб А. И., Бутанаев В. Я. Историческая основа хакасского фольклора о крепостных сооружениях - све // Памятники кыргызской культуры в Северной и Центральной Азии. Новосибирск, 1990. С. 132-145.
Карцов В. Г. Материалы к археологии Красноярского района. Описание коллекций и материалов музея. Отдел археологический. Красноярск, 1929. 67 с.
Макаров Н. П. Отчет по археологическим раскопкам 2005 г. Чермянского городища в Енисейском районе Красноярского края // Архив ККМ. Красноярск, 2006. 50 л.
Мандрыка П. В. Северная тагарская периферия: границы и взаимоотношения // Народы Приенисейской Сибири. История и современность: Материалы науч.-практ. конф. Красноярск, 1-2 дек. 2000 г. Красноярск, 2001.
С. 113-117.
Мандрыка П. В. Отчет о результатах археологических исследований на комплексе Усть-Шилка-2 и поселении Шилка-8 в Каза-чинском районе Красноярского края в 2002 году // Архив ЛА СФУ Р-1. № 35. Красноярск, 2002.106 л.
Мандрыка П. В. Отчет о результатах археологических исследований в Казачинском и Енисейском районах Красноярского края, а также в черте города Красноярска в 2003 году // Архив ЛА СФУ Р-1. № 40. Красноярск, 2003а. 128 л.
Мандрыка П. В. Городище Шилка-2 - памятник железного века южной тайги Среднего Енисея // История и культура Приенисейской Сибири. Красноярск, 2003б. С. 33-54.
Мандрыка П. В. Средневековое городище в Енисейской тайге // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: История, филология. 2003в. Т. 2, вып. 3: Археология и этнография. С. 89-91.
Мандрыка П. В. Шилкинская культура в южной тайге Средней Сибири // II Северный Археологический конгресс: Тез. докл. 25-30 сент. 2006. Ханты-Мансийск; Екатеринбург, 2006. С. 117-118.
Мандрыка П. В., Абдулина Ю. А., Быкова М. В. Археологические исследования Сибирского федерального университета // Археологические открытия 2006 года (в печати).
Николаев Р. В. Кыргызское погребение в Большемуртинском районе Красноярского края (К вопросу о выдвижении тюркоязычных народов на север Сибири) // Археология Северной Азии. Новосибирск, 1982. С. 131-135.
Очерки культурогенеза народов Западной Сибири. Томск, 1994. Т. 1, кн. 1: Поселения и жилища. 485 с.
Савинов Д. Г. Государства и культурогенез на территории Южной Сибири в эпоху раннего средневековья. Кемерово, 1994. 216 с.
Свалова Е. А. К вопросу о культурной принадлежности городища Лесосибирское-1 // Наследие древних и традиционных культур Северной и Центральной Азии. Новосибирск, 2000. Т. 2. С. 44-46.
Материал поступил в редколлегию 28.03.2007