Научная статья на тему 'Разграничение преступлений, связанных с банкротством, со смежными правовыми деликтами'

Разграничение преступлений, связанных с банкротством, со смежными правовыми деликтами Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
2467
347
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПРЕСТУПЛЕНИЯ В СФЕРЕ ЭКОНОМИКИ / ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КРИМИНАЛЬНОМУ БАНКРОТСТВУ / ТЕНЕВАЯ ЭКОНОМИКА / КРИМИНАЛЬНОЕ БАНКРОТСТВО / МОШЕННИЧЕСТВО / ФИКТИВНОЕ БАНКРОТСТВО / ПРЕДНАМЕРЕННОЕ БАНКРОТСТВО / НЕПРАВОМЕРНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПРИ БАНКРОТСТВЕ / УКЛОНЕНИЕ ОТ УПЛАТЫ НАЛОГОВ

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Орлова Любовь Александровна

Цели: Целью написания статьи явилось исследование уголовно-наказуемых деяний, связанных с банкротством, их разграничение со смежными составами преступлений и иных правонарушений, а также установление пробелов в российском законодательстве в сфере противодействия криминальному банкротству. Методы: Применение сравнительного метода способствовало исследованию положений уголовного, административного и гражданского законодательства. На основе сопоставления положений нормативных правовых актов автором выявлены сходства и отличительные черты криминального банкротства со смежными составами преступлений, административных и гражданских правонарушений. Выводы: Статья посвящена рассмотрению вопросов квалификации преступлений, связанных с банкротством. Исследуются признаки криминальных банкротств, отграничивающие их от смежных составов преступлений, в том числе от преступлений против собственности, налоговых и должностных преступлений, проводится сравнение криминального банкротства с банкротством, процедуры которого предусмотрены гражданским законодательством. Автор приходит к выводу, что в целях обеспечения экономической безопасности России требуется системное совершенствование законодательства в части создания эффективных нормативных правовых основ противодействия криминальному банкротству. Значение: Статья может оказаться полезной читателям, интересующимся вопросами противодействия криминальному банкротству. Ожидается, что положения научного исследования будут способствовать совершенствованию правового регулирования противодействия теневой экономике.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Division of crimes connected with bankruptcy and related delicts

Objectives: the purpose of the article was the research of criminal acts related to bankruptcy, their delimitation from related crimes and other offenses, as well as determination of legislation gaps in the sphere of criminal bankruptcies counteraction. Methods: the application of the comparative method contributed to the study of the provisions of criminal, administrative and civil legislation. Based on comparison of provisions of normative legal acts the author reveals similarities and distinctive features of criminal bankruptcy with related crimes, administrative and civil offenses. Conclusions: the article is devoted to the issues of qualification of crimes related to bankruptcy. Explores the characteristics of criminal bankruptcies separating them from related crimes, including crimes against property, tax and white-collar crimes, comparison between the and criminal bankruptcy procedure, introduced by the civil legislation. The author comes to the conclusion that in order to ensure the economic security of Russia a systematic improvement of legislation in terms of creating effective regulatory legal framework to counter criminal bankruptcy is required. Meaning: the article may be useful for readers interested in issues of combating criminal bankruptcy. It is expected that the provisions of the research will contribute to the improvement of legal regulation of combating the shadow economy.

Текст научной работы на тему «Разграничение преступлений, связанных с банкротством, со смежными правовыми деликтами»

7.13. РАЗГРАНИЧЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С БАНКРОТСТВОМ, СО СМЕЖНЫМИ ПРАВОВЫМИ ДЕЛИКТАМИ

Орлова Любовь Александровна, канд. юрид. наук. Должность: преподаватель. Место работы: Приволжский институт повышения квалификации Федеральной налоговой службы. Подразделение: кафедра социально-правовых дисциплин. E-mail: LoveOrlova@mail.ru

Аннотация

Цели: Целью написания статьи явилось исследование уголовно-наказуемых деяний, связанных с банкротством, их разграничение со смежными составами преступлений и иных правонарушений, а также установление пробелов в российском законодательстве в сфере противодействия криминальному банкротству.

Методы: Применение сравнительного метода способствовало исследованию положений уголовного, административного и гражданского законодательства.

На основе сопоставления положений нормативных правовых актов автором выявлены сходства и отличительные черты криминального банкротства со смежными составами преступлений, административных и гражданских правонарушений.

Выводы: Статья посвящена рассмотрению вопросов квалификации преступлений, связанных с банкротством. Исследуются признаки криминальных банкротств, отграничивающие их от смежных составов преступлений, в том числе от преступлений против собственности, налоговых и должностных преступлений, проводится сравнение криминального банкротства с банкротством, процедуры которого предусмотрены гражданским законодательством. Автор приходит к выводу, что в целях обеспечения экономической безопасности России требуется системное совершенствование законодательства в части создания эффективных нормативных правовых основ противодействия криминальному банкротству.

Значение: Статья может оказаться полезной читателям, интересующимся вопросами противодействия криминальному банкротству. Ожидается, что положения научного исследования будут способствовать совершенствованию правового регулирования противодействия теневой экономике.

Ключевые слова: преступления в сфере экономики, противодействие криминальному банкротству, теневая экономика, криминальное банкротство, мошенничество, фиктивное банкротство, преднамеренное банкротство, неправомерные действия при банкротстве, уклонение от уплаты налогов.

DIVISION OF CRIMES CONNECTED WITH BANKRUPTCY AND RELATED DELICTS

Orlova Lyubov Alexandrovna, PhD at law. Position: lecturer. Place of employment: Privolzhsky institute of improvement of professional skill of Federal tax service. Department: socially-legal disciplines chair. E-mail: LoveOrlova@mail.ru

Annotation

Objectives: the purpose of the article was the research of criminal acts related to bankruptcy, their delimitation

from related crimes and other offenses, as well as determination of legislation gaps in the sphere of criminal bankruptcies counteraction.

Methods: the application of the comparative method contributed to the study of the provisions of criminal, administrative and civil legislation.

Based on comparison of provisions of normative legal acts the author reveals similarities and distinctive features of criminal bankruptcy with related crimes, administrative and civil offenses.

Conclusions: the article is devoted to the issues of qualification of crimes related to bankruptcy. Explores the characteristics of criminal bankruptcies separating them from related crimes, including crimes against property, tax and white-collar crimes, comparison between the and criminal bankruptcy procedure, introduced by the civil legislation. The author comes to the conclusion that in order to ensure the economic security of Russia a systematic improvement of legislation in terms of creating effective regulatory legal framework to counter criminal bankruptcy is required.

Meaning: the article may be useful for readers interested in issues of combating criminal bankruptcy. It is expected that the provisions of the research will contribute to the improvement of legal regulation of combating the shadow economy.

Keywords: crimes in the sphere of economy, counteraction to criminal bankruptcy, shadow economy, criminal bankruptcy, fraud, fictitious bankruptcy, deliberate bankruptcy, illegal actions at bankruptcy, tax evasion.

Законодатель в Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г. (далее - УК РФ) включил три статьи, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с банкротством (несостоятельностью): неправомерные действия при банкротстве (ст. 195), преднамеренное банкротство (ст. 196) и фиктивное банкротство (ст. 197)1.

Правоприменительная практика показала, что в процессе реализации указанных статей в частности при квалификации возникают определенные затруднения, связанные с разграничением их со смежными составами, а также административно-правовыми и гражданско-правовыми деликтами.

Более того, законодатель предусмотрел в уголовном законе так называемые «сопутствующие» преступления, совершаемые при реализации процедур банкротства, имеющие определенные признаки, аналогично закрепленные в составах преступлений, связанных с криминальным банкротством: мошенничество (ст. 159); присвоение или растрата (ст. 160); причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165); умышленные уничтожение или повреждение имущества (ст. 167); злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177); уклонение от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией, и (или) страховых взносов, подлежащих уплате организацией - плательщиком страховых взносов (ст. 199); сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов, сборов, страховых взносов (ст. 1992); злоупотребление полномочиями (ст. 201); подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ст. 327).

1 Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 25. - Ст. 2954.

Трудность в разграничении установленных уголовно-правовых запретов, связанных с банкротством, возникают из-за допущенных законодателем юридико-технических изъянов при конструировании уголовно-правовых положений, что привело к конкуренции норм, коллизиям, и в целом повлияло на объективную оценку указанных противоправных деяний. Указанные выше положения актуализируют обозначенную проблему, повышают значимость и востребованность настоящей статьи.

Как отмечалось выше, возникающие в процессе применения уголовно-правовых норм выделяются проблемы квалификации преступных деяний, в частности их отграничения от смежных составов преступлений. В представленной статье акцентируется внимание на выявлении отличительных и сходных криминообра-зующих признаков, характеризующих указанные противоправные деяния.

В диспозициях статей, предусматривающих ответственность за криминальное банкротство, в качестве обязательного законодатель сформулировал единый признак - причинение крупного ущерба путем обмана. Его конкретизация находит свое выражение в способе совершения деяния, в частности:

а) сокрытии имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе, а также сокрытии, уничтожении, фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов (ст. 195 УК РФ);

б) совершении деяний, заведомо влекущих неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (ст. 196 УК РФ);

в) заведомо ложном публичном объявлении о несостоятельности (ст. 197 УК РФ).

Представленные законодательные конструкции в определенной степени позволяют отграничивать один состав криминального банкротства от другого. Вместе с тем, используемый законодателем термин «обман» при конструировании указанных статей, применяется и при формулировании признаков противоправного деяния в составах преступления о мошенничестве. Примененный законодателем подход при определении криминообразующего признака «обман» в статьях о банкротстве и мошенничестве, вызывает потребность в их разграничении.

Действительно, криминальное банкротство имеет ряд аналогичных признаков с мошенничеством, но все же указанные составы преступлений нельзя отождествлять. Одним из таких признаков выступает обман, который в случае с преступным банкротством может проявляться, к примеру, в предоставлении ложной информации, недостоверных сведений, фальсификации документов или умышленном сокрытии фактов и обстоятельств, необходимых для принятия решения по делу. Вторым сходным признаком служит причинение имущественного ущерба потерпевшему. При этом в случае совершения преступлений, связанных с банкротством, хищения чужого имущества не происходит, имущественный ущерб причиняется кредиторам по причине невозвращения задолженности.

Теперь остановимся на конкретных признаках, позволяющих разграничить мошенничество и криминальную несостоятельность.

1. Криминальное банкротство не предусматривает совершения виновным безвозмездного изъятия чужого

имущества, обращения его в свою пользу или пользу третьих лиц, поскольку имущество уже ему принадлежит, поэтому хищения, как такового, не происходит, в отличие от мошенничества. В случае наличия признаков хищения необходимо дополнительно квалифицировать деяние по соответствующим статьям УК РФ.

2. Субъект посягательств, связанных с банкротством, в ряде случаев специальный - руководитель юридического лица или его учредитель (участник) либо гражданин, в том числе индивидуальный предприниматель. В мошенничестве субъект общий.

3. Важным критерием отграничения мошенничества от криминального банкротства служит момент возникновения умысла у преступника на приобретение права на чужое имущество или завладение им. При совершении мошенничества умысел возникает в момент осуществления действий, повлекших обращение этого имущества в пользу виновного.

4. Мошенничество, как противоправное деяние, посягает на отношения собственности, что подтверждает нахождение его в структуре статей главы 21 УК РФ. В свою очередь, противоправное посягательство, связанное с банкротством - направлено на отношения в сфере экономической деятельности, что обусловливает размещение статей 195-197 УК РФ в главе 22.

5. Предмет мошенничества - чужое имущество, а в преступлениях, связанных с несостоятельностью, виновный распоряжается своим собственным имуществом (например, собственник - индивидуальный предприниматель) либо имуществом организации (например, руководитель или учредитель юридического лица) на законных основаниях.

6. Мошенничество предполагает в качестве предмета преступления только чужое имущество или право на такое имущество; понятие предмета преступления в криминальном банкротстве гораздо шире - это имущество, имущественные права, имущественные обязанности, сведения об имуществе, его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе, а также бухгалтерские и иные учетные документы, отражающие экономическую деятельность и т.п.

7. Обман во время совершения мошеннических действий направлен на завладение чужим имуществом, а при совершении преступлений, связанных с банкротством, обман направлен на отчуждение имущества должника (уничтожение, передача имущества, отчуждение и так далее) в целях создания видимости неплатежеспособности, чтобы не допустить получение кредиторами денежных средств, образовавшихся от реализации конкурсной массы должника.

8. При совершении мошенничества ущерб непосредственно причиняется собственнику или другому владельцу имущества, а преступления, связанные с банкротством, предполагают причинение ущерба кредиторам, не имеющим права собственности на имущество должника, они обладают лишь правом требования возврата долга, удовлетворение которого зависит от реализации конкурсной массы должника2.

9. В преступлениях, связанных с банкротством (ст. 195-197 УК РФ), отсутствует корыстная цель; обязательный признак мошенничества (ст. 159 УК РФ) - ко-

2 См., например: Беркович Н.В. Банкротство: уголовно-правовые и криминологические аспекты: дис. ... канд. юрид. наук. - Воронеж, 2002. - С. 137; Лопашенко Н.А. Преднамеренное банкротство: возможна ли реальная уголовная ответственность? // Закон. - 2003. - №8. - С. 139; Краснов Д.Г. Государственная политика противодействия криминальному банкротству : монография. - Н. Новгород, 2007. - С. 56 и др.

рыстная цель, поскольку оно представляет собой форму хищения.

В теории уголовного права дискуссионным остается вопрос, относится ли криминальное банкротство к формам хищения. Учеными высказываются две противоположные точки зрения. Одни исследователи (в их числе - А.А. Лохвицкий, Л.В. Григорьева, И.А. Клепиц-кий, И.В. Шишко) считают, что криминальное банкротство - вид или форма хищения. Другие (среди них -И.Я. Фойницкий, П.А. Светачев, Н.В. Беркович, В. Лимонов, Н.А. Лопашенко, Д.Г. Краснов), напротив, убеждены, что это самостоятельное преступление.

Так, по мнению А.А. Лохвицкого, преступное банкротство представляет собой своеобразный вид мошенничества . В своем произведении «Мошенничество по русскому праву» И.Я. Фойницкий высказывал позицию, что у криминального банкротства немало общих признаков с мошенничеством: в обоих случаях преступление совершается с помощью обмана; виновный использует обманный способ с целью причинения имущественного ущерба другому лицу и получения личной выгоды; виновный злоупотребляет доверительным отношением потерпевшего, предоставляя ложные сведения, скрывая фактическую информа-

4

цию» .

Вместе с тем, И.Я. Фойницкий называл также их отличительные характеристики: обман, используемый при мошенничестве, имеет целью похищение чужого имущества, то есть обращение его в свою собственность; в свою очередь банкрот, действуя обманным путем, распоряжается своим собственным имуществом, однако неправомерно уклоняется от исполнения своей обязанности по уплате кредиторской задолжен-ности5.

Исследуя уголовную ответственность за мошенничество, Л.В. Григорьева умышленное банкротство рассматривает в качестве специальной формы хищения в виде мошенничества6.

Рассуждая о соотношении преступлений в сфере экономической деятельности, И.В. Шишко отмечает, что мошенничество служит способом преднамеренного банкротства, поэтому соотносятся они между собой как часть и целое7.

Интересна позиция В. Лимонова по вопросу отграничения мошенничества от криминального банкротства. По его мнению, такая необходимость возникает в случае обращения чужого имущества нарушителем в свою пользу или пользу иных лиц при помощи обманных действий, содержащихся в диспозициях ч. 1 и 2 ст. 195, ст. 196 или 197 УК РФ8. Ученый полагает, что противоправное посягательство включает признаки мошенничества при обращении чужого имущества в пользу субъекта преступления или иных лиц, но важен момент возникновения умысла - до совершения путем обмана преднамеренного банкротства, фиктивного

3 См.: Лохвицкий А.А. Курс русского уголовного права. - СПб., 1867. - С. 657.

4 См.: Фойницкий И.Я. Мошенничество по русскому праву. -СПб., 1871. - С. 271.

5 См.: Там же. - С. 271.

6 См.: Гоигорьева Л.В. Уголовная ответственность за мошенничество: дис... канд. юрид. наук. - Саратов, 1996. - С. 177.

7 См.: Горелик, А.С. Преступления в сфере экономической деятельности и против интересов службы в коммерческих и иных организациях / А.С. Горелик, И.В. Шишко, Г.Н. Хлупина. - Красноярск, 1998. - С. 136.

8 См.: Лимонов В. Отграничение мошенничества от смежных

составов преступлений// Законность. - 1998. - № 3. - С. 42.

банкротства или неправомерных действий при банкротстве.

Совершение преступлений, связанных с несостоятельностью, в ряде случаев сопряжено с хищениями в форме присвоения или растраты (ст. 160 УК РФ). Например, лицо, обладающее правом распоряжения имуществом, но не являющееся его собственником, совершает ряд противоправных деяний, способствующих банкротству предприятия (присваивает вверенное ему имущество для совершения сделки в своих интересах). В подобных ситуациях действия лица квалифицируются по совокупности статей 160 и 195 УК РФ.

Следующее преступление, вызывающее потребность отграничения от криминального банкротства, -причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ). Особенность изучаемого преступления заключается в субъективных признаках. Важно отметить, что ущерб причиняется собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием, однако признаки хищения отсутствуют. Как видим, способ совершения преступления аналогичен мошенничеству - обман или злоупотребление доверием. Вместе с тем, при совершении посягательства, предусмотренного ст. 165 УК РФ, отсутствует ряд признаков, характеризующих мошенничество: совершенное с корыстной целью противоправное, безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу преступника или других лиц. В этом случае ущерб причиняется собственнику в виде упущенной выгоды -неполучения тех или иных материальных благ, которые данное лицо приобрело бы в условиях обычного гражданского оборота, если бы не было нарушено его право путем обмана или злоупотребления доверием. Одновременно с этим сумма ущерба должна превышать двести пятьдесят тысяч рублей9.

Интересно мнение П.С. Яни, полагающего, что «ложное банкротство» содержит признаки посягательства, предусмотренного ст. 165 УК РФ, а именно - в обоих случаях потерпевший не получает доход, который должен ему поступить10. Однако состав ст. 165 УК РФ предполагает причинение ущерба именно собственнику или другому владельцу имущества. Криминальными банкротствами ущерб причиняется не собственнику или другому владельцу имущества, а кредиторам, не обладающим правом собственности на имущество должника.

Кроме того отличие рассматриваемых составов преступлений состоит еще и в преследуемых целях. Нанося имущественный ущерб без цели хищения обманным способом или путем злоупотребления доверием, виновный все же преследует корыстную цель, реализует свой материальный интерес. Совершая деяния, связанные с криминальным банкротством (ст. 195-197 УК РФ), виновный может преследовать любые (не корыстные) цели. Например, руководитель организации в целях введения в заблуждение своих кредиторов предоставляет ложную информацию для получения дополнительной рассрочки по платежам или списания имеющихся долгов (ст. 196 УК РФ).

9 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // Российская газета. - 2017. - № 280 (7446). - 11 декабря; Уголовное право. Особенная часть / под ред. А.И. Рарога. - М., 1996. - С. 135, 136.

10 См.: Яни П.С. Экономические и служебные преступления. -М., 1997. - С. 40-41.

В объективной стороне посягательств, предусмотренных статьями 195 и 196 УК РФ, могут содержаться признаки умышленного уничтожения или повреждения имущества (ст. 167 УК РФ). Например, индивидуальный предприниматель уничтожает свое имущество, чтобы скрыть следы преступных действий, при этом обнаружены признаки банкротства. В таком случае уничтожение имущества служит способом совершения криминального банкротства и охватывается составом преступного посягательства, ответственность за которое предусмотрена ст. 195 УК РФ. Поэтому дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ не требует-„„11 ся .

Придерживаясь аналогичной позиции, А.Г. Кудрявцев, тем не менее, отмечает, что в зависимости от ситуации может потребоваться дополнительная квалификация по ч. 2 ст. 167 УК РФ12. Такое же мнение в своих трудах выражает Б.В. Волженкин13. Действительно можно согласиться, что санкция ч. 1 ст. 195 УК РФ содержит наказание, недостаточное при наличии обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 167 УК РФ (например, уничтожение имущества путем поджога, взрыва, другим общеопасным способом, в том числе повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия). Поэтому само по себе уничтожение имущества дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ не требует, если при уничтожении имущества не произошло причинение смерти человеку по неосторожности или другие тяжкие последствия. Однако, при соответствующих последствиях возможно применение статьи 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности».

Преступления, связанные с криминальным банкротством, имеют ряд признаков, указывающих на сходство со злостным уклонением от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК РФ).

Признается злостным уклонение руководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности при наличии одновременно трех условий: 1) крупный размер кредиторской задолженности14; 2) вступившее в законную силу решение суда, подтверждающее право кредитора погасить соответствующую задолженность; 3) юридические факты, подтверждающие нежелание должника добровольно исполнять судебное решение (например, изменение фамилии, перемена места жительства, вывоз имущества за рубеж или отчуждение его в пользу третьих лиц)15

Важно подчеркнуть, что отношения между должником и кредитором по исполнению судебных решений регулируются положениями Федерального закона от

11 Аналогичное мнение, см.: Туров Д.А. Уголовно-правовые и криминологические аспекты борьбы с преступлениями в сфере несостоятельности (банкротства): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2008. С. 17.

12 Кудрявцев А.Г. Актуальные проблемы уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством, на современном этапе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 17.

13 См.: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности (экономические преступления). - СПб. : Юридический центр Пресс, 2002. - С. 383.

14 Согласно примечанию к статье 1702 УК РФ, крупным размером, крупным ущербом, доходом либо задолженностью в крупном размере признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей два миллиона двести пятьдесят тысяч рублей.

15 См.: Максимов С. Уголовная ответственность за невыполне-

ние должником заемных обязательств // Законность. - 1998. - №

5. - С.11.

02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»16. В свою очередь порядок удовлетворения требований кредиторов несостоятельного должника устанавливается Федеральным законом от 26 октября2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»17 (далее - Закон «О несостоятельности (банкротстве)».

Принципиальное отличие между рассматриваемыми преступлениями состоит в частности в том, что в ст. 177 УК РФ закреплены меры ответственности за уклонение должника от погашения кредиторской задолженности и, соответственно, удовлетворения требований кредитора, право требования при этом в обязательном порядке определены вступившим в законную силу решением суда. Наличие признаков банкротства наоборот запрещает погашать задолженность перед отдельными кредиторами частично или в полном объеме, поскольку такое поведение нарушает порядок, регламентированный Законом «О несостоятельности (банкротстве)». Помимо прочего при несостоятельности решение суда не требуется для признания и удовлетворения кредиторской задолженности.

Отграничить преступление, предусмотренное ст. 177 УК РФ, от криминального банкротства позволяет также факт уклонения от погашения кредиторской задолженности. Между тем посягательства, связанные с банкротством, предполагают совершение более широкого перечня деяний, в том числе уничтожение имущества, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, заведомо ложное публичное объявление гражданином о своей несостоятельности, незаконное воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего и др.

Криминальное банкротство следует отличать от налоговых преступлений (статьи 199 и 1992 УК РФ). В ряде случаев деяние представляет собой совокупность криминального банкротства с уклонением от уплаты налогов. В качестве примера укажем Приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 09 августа 2011 г., вступивший в законную силу 14 декабря 2011 г., по которому С. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, ч. 1 и 2 ст. 195 УК РФ18.

Преступное деяние, квалифицированное по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ состояло в том, что С. совершил уклонение от уплаты налогов с ООО «Х» путем внесения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в особо крупном размере. В результате его действий была уменьшена налогооблагаемая база ООО «Х» и данное общества не исчислило и не уплатило налог на прибыль с организаций в сумме 16 094 949 руб. 14 коп.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 195 УК РФ выражалось в том, что директор ООО «Х» С. совершил отчуждение имущества возглавляемого им общества при наличии признаков банкротства, причинив крупный ущерб кредиторам. В результате его действий произошло уменьшение активов ООО «Х», за счет которых кредиторы могли удовлетворить свои требования, на сумму 10 260 000 рублей.

К уголовной ответственности по ч. 2 ст. 195 УК РФ директор ООО «Х» С. привлечен в связи с тем, что неправомерно удовлетворил имущественные требования одного из кредиторов за счет имущества должника

16 Собрание законодательства РФ. - 2007. - № 41. - Ст. 4849.

17 Собрание законодательства РФ. - 2002. - № 43. - Ст. 4190.

18 Решение по делу 33-701/2018 (03.04.2018, Верховный Суд Республики Мордовия) // иК1_: http://rospravosudie.com/law/ Ста-тья_195_УК_РФ (дата обращения: 15.06.2018).

ООО «Х» заведомо в ущерб другим кредиторам при наличии признаков банкротства возглавляемого им общества, причинив им крупный ущерб. В результате его действий произошло уменьшение активов ООО «Х», за счет которых кредиторы могли удовлетворить свои требования, на сумму 46 000 000 рублей.

В указанном примере наблюдается идеальная совокупность криминального банкротства с уклонением от уплаты налогов, однако бывают случаи конкуренции с налоговыми преступлениями.

В уголовном законе не определено, какие статьи являются общими и специальными по отношению к другим нормам. Разделение норм права на общие и специальные - оценочная категория, определяемая в каждом конкретном случае правоприменителем самостоятельно. К примеру, при разграничении ст. 195 УК РФ и ст. 1992 УК РФ важно обращать внимание, что субъект причиняет вред одному и тому же объекту -общественным отношениям в области формирования бюджета и государственных внебюджетных фондов за счет имущества должника. Законодательные конструкции ч. 1 ст. 195 УК РФ и ч. 1 ст. 1992 УК РФ во многом схожи. Основным понятием, используемым в указанных нормах, является «сокрытие имущества», определяющее объективную сторону преступления. Кроме того, формулировки понятий «имущественные обязательства» (ст. 195 УК РФ) и «денежные обязательства» (ст. 1992 УК РФ) в данном контексте рассматриваются синонимами. Важно установить, как квалифицируются действия лица, совершившего сокрытие имущества с целью уклонения от уплаты налогов, повлекшее банкротство предприятия. В этом случае наблюдается конкуренция норм или их совокупность?

По мнению П.В. Брускова, налицо конкуренция общей и специальной норм, при этом специальной будет ст. 195 УК РФ19. Обоснованием такого утверждения служат следующие признаки.

Во-первых, ст. 199 УК РФ по юридической конструкции бланкетная и отсылает правоприменителя к законодательству Российской Федерации о налогах и сборах. Последовательность взыскания налогов за счет имущества налогоплательщика (налогового агента) в лице организации или индивидуального предпринимателя определена в ч. 5 ст. 47 Налогового кодекса РФ. Согласно представленному перечню в счет уплаты налога взыскание обращается на имущество предприятия. Если размер задолженности меньше стоимости активов предприятия, то недоимка погашается за счет такого имущества. В соответствии со ст. 1992 УК РФ для применения санкции к нарушителю требуется, чтобы сокрытие имущества повлекло невозможность уплаты налогов, поскольку наличие какого-либо имущества на балансе предприятия позволит погасить задолженность, и состава преступления не будет. Следовательно, если предприятие - банкрот, а сокрытие имущества проводилось с целью уклонения от уплаты налогов, то действия лица, в зависимости от обстоятельств, надлежит квалифицировать по ст. 195 или ст. 196 УК РФ.

19См.: Брусков П.В. Административно-правовые, уголовно-правовые, уголовно-процессуальные, криминалистические и иные меры противодействия экономическим, налоговым правонарушениям и преступлениям : доклад на пленарном заседании Всероссийской научно-практической конференции (г. Челябинск, 2005 г.) // URL: http://pravoektb.ru/stati/kriminalnyie-bankrotstva-i-nalogovyie-prestupleniya-sovokupnost-ili-konkurentsiya (дата обращения: 15.06.2018).

Во-вторых, в рассматриваемых составах умысел имеет разную направленность. Если умысел субъекта направлен, прежде всего, на признание его несостоятельности, но при этом лицо уклоняется от уплаты налогов, то в содеянном усматриваются признаки криминального банкротства (конкуренция специальной и общей норм). Квалификация совершенного деяния по ст. 1992 УК РФ будет в случае сокрытия имущества или денежных средств, но при отсутствии признаков банкротства.

В-третьих, отношения по уплате налогов и сборов регламентируется соответствующим законодательством, а при наличии признаков несостоятельности, отношения по реализации процедур банкротства регулируются гражданским законодательством (прежде всего, Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

При квалификации деяний, связанных с сокрытием имущества, необходимо руководствоваться специальной нормой. Криминальные банкротства (ст. 195-196 УК РФ) поглощают иные действия, которыми причиняется ущерб (неуплата налогов, невыплата заработной платы, утаивание денежных средств и др.), следовательно, в дополнительной квалификации по ст. 1992 УК РФ нет необходимости.

Посягательства, связанные с криминальным банкротством, важно отграничивать от злоупотребления полномочиями (ст. 201 УК РФ). По мнению А.Э. Жа-линского, преступления, связанные с банкротством, следует разделить на две группы: а) криминальные банкротства (ст. 195-197 УК РФ); б) уголовно-правовые запреты, позволяющие при определенных условиях привлечь к ответственности за другие деяния, связанные с банкротством, если нормы статей 195-197 УК РФ не охватывают содеянного (в том числе нормы, устанавливающие ответственность за служебные, должностные преступления и посягательства в сфере экономики)20.

Субъектом преступлений, связанных с банкротством, признается руководитель юридического лица или его учредитель (участник) либо гражданин, в том числе индивидуальный предприниматель. При злоупотреблении полномочиями субъектом является лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением21. Поэтому при наличии признаков несостоятельности действия члена совета директоров по отчуждению имущества юридического лица (например, продажа гаража, принадлежащего юридическому лицу, своему сыну) квалифицируются по совокупности статей 195 и 201 УК РФ. Если аналогичные действия способствовали банкротству рентабельного предприятия, то содеянное квалифицируется по совокупности статей 196 и 201 УК РФ. Одновременно с этим руководитель юридического лица или его учредитель (участник) либо гражданин, в том числе индивидуальный предприниматель, совершая

20 См.: Жалинский А.Э. Уголовная ответственность за преступления, связанные с банкротством кредитных организаций // Закон. - М.: Известия, 2005. - № 9. - С. 58-63.

21 То есть лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиаль-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ного исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организацион-

но-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях (примечание 1 к ст. 201 УК РФ).

деяния, ответственность за которые регламентируется ст. 195 УК РФ или ст. 196 УК РФ, уже злоупотребляет своими полномочиями, следовательно, нет необходимости дополнительно их квалифицировать по ст. 201 УК РФ.

Криминальное банкротство важно отграничивать от служебного подлога - внесения должностным лицом, а также государственным служащим или муниципальным служащим, не относящимся к должностным лицам, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесения в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности (ст. 292 УК РФ).

Поскольку фальсификация документов, в том числе внесение в официальные документы заведомо ложных сведений или внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, являются формами объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 195 УК РФ, поэтому они не требуют дополнительной квалификации по ст. 292 УК РФ.

Преступления, связанные с несостоятельностью, следует отличать от подделки, изготовления или сбыта поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ст. 327 УК РФ).

Согласно признакам объективной стороны, указанным в диспозициях статей 195 и 196 УК РФ, преступное посягательство может содержать признаки фальсификации документов. К примеру, при наличии признаков банкротства индивидуальный предприниматель вносит ложные сведения в учетные документы, отражающие его экономическую деятельность, чтобы скрыть информацию об имуществе или исказить сведения о нем. В таком случае подделка документов признается способом совершения криминального банкротства, поэтому содеянное охватывается составом ст. 195 УК РФ, поэтому дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ не требуется.

Преступные посягательства, связанные с банкротством, важно отграничивать от ряда административных правонарушений. В частности, преступления, связанные с несостоятельностью, требуется отличать от административных правонарушений в сфере предпринимательской деятельности, имеющие в числе остальных признаков сходное наименование: ст. 14.12 «Фиктивное или преднамеренное банкротство» и ст. 14.13 «Неправомерные действия при банкротстве» Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях22 ( далее - КоАП РФ).

По мнению О.В. Шипициной, закрепление в КоАП РФ ответственности за правонарушения, связанные с банкротством, дает возможность восполнить имеющиеся пробелы в законодательстве, иногда позволяющие по своему усмотрению использовать положения о несостоятельности как механизм для избавления от конкурентов, уклонения от уплаты налогов и других обязательных платежей, неосновательного перераспределения собственности23.

В 2005 году внесены изменения в ст. 14.12, 14.13 КоАП РФ, определившие правонарушения в диспози-

22 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. - 2002. - № 1. - Ч. 1. - Ст. 1.

23 См.: Шипицина О.В. Административно-правовые проблемы функционирования института несостоятельности (банкротства) в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Тюмень, 2003. - С. 26, 27.

циях аналогично уголовно-наказуемым деяниям, однако существенным отличительным признаком признается наличие в ст. 195-197 УК РФ «крупного ущерба»24. Следующие изменения в рассматриваемые статьи были внесены Федеральным законом от 29 июня 2015 г. № 154-ФЗ25, расширившие субъектный состав правонарушений. В этой связи за ущерб кредитору, причиненный руководителем или учредителем (участником) юридического лица или гражданином, в том числе индивидуальным предпринимателем, на сумму, превышающую два миллиона двести пятьдесят тысяч рублей, виновные лица будут подлежать не уголовной, а административной ответственности. Каждый из составов преступлений, закрепленных в ст. 195-197 УК РФ, по законодательной конструкции признаются материальными, то есть преступление окончено с момента причинения кредитору крупного ущерба26. В соответствии с примечанием к статье 170 УК РФ в статьях 195-197 УК РФ, крупным размером, крупным ущербом, доходом либо задолженностью в крупном размере признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей два миллиона двести пятьдесят тысяч рублей, особо крупным - девять миллионов рублей.

Кроме того отличия от административных правонарушений состоят и в субъектном составе. Так, согласно ч. 2 ст. 14.13 КоАП РФ субъектом правонарушения (кроме лиц, указанных в уголовном законе) признается кредитор, принявший удовлетворение имущественных требований, осведомленный в том, что ему отдано предпочтение в ущерб остальным кредиторам. В соответствии с ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ субъектом правонарушения может быть арбитражный управляющий, реестродержатель, организатор торгов, оператор электронной площадки либо руководитель временной администрации кредитной или иной финансовой организации.

Для правильной квалификации преступлений, связанных с банкротством, необходимо определить признаки, позволяющие отграничитьих от смежных гражданско-правовых деликтов. В ч. 1 ст. 195 УК РФ в качестве неправомерных действий называются отчуждение или передача имущества иным лицам во владение при условии, что такие действия содержат признаки банкротства и причинили крупный ущерб. Используемые в диспозиции изучаемой нормы термины и словосочетания «отчуждение имущества во владение иным лицам», «передача имущества во владение иным лицам» являются гражданско-правовыми категориями. Поэтому важно уметь их отличать от криминального банкротства. По справедливому замечанию П.С. Яни, указанные действия представляют собой не сделки, а деликты по отчуждению или передачи имущества27.

24 Федеральный закон от 19 декабря 2005 г. № 161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и Кодекс РФ об административных правонарушениях» // Собрание законодательства РФ. - 2005. - № 52. - Ч. 1. - Ст. 5574.

25 Федеральный закон от 29 июня 2015 г. № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 2015. - № 27. - Ст. 3945.

26 См. также: Царев И.И. Криминальные банкротства: к вопросу о конкуренции норм // Следователь. - 2005. - № 11. - С. 8.

27 См.: Яни П.С. Проблемы квалификации преступлений в сфере банкротства // Законность. -2014. - № 1. - С. 38-42.

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерацииот 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ28(далее - ГК РФ) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Вместе с тем в главе III. 1 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» перечисляются особые «бан-кротные» основания признания соответствующих сделок недействительными. Здесь имеются ввиду подозрительные сделки и сделки с предпочтением. В ряде случаев подобные сделки признаются мнимыми или притворными, когда, например, происходит завуалированная передача или отчуждение имущества 9, то есть создается только видимость совершения сделки, а выводимые по документам активы в действительности остаются в распоряжении субъекта преступления.

Исходя из положений закона, признание сделки недействительной требует определения цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, чтобы обосновать возможность оспаривания сделки, в остальном соответствующей закону30. Чтобы квалифицировать содеянное по ч. 1 ст. 195 УК РФ важно доказать цель причинения имущественного вреда кредито-рам31, о чем еще в XIX веке утверждал И.Я. Фойницкий, называя существенный признак банкротства - желание извлечь имущественную выгоду путем невозврата долга в ущерб кредиторам32. Поэтому при уменьшении (сокрытии) имущества, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов (или увеличении размера своих обязательств перед кредиторами), неизбежно причиняется вред интересам кредиторов. Данное обстоятельство свидетельствует о прямом умысле и направленности его на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Следовательно, признаки подозрительности сделок, установленные Законом «О несостоятельности (банкротстве)», и признаки неправомерности действий при банкротстве, закрепленные в ст. 195 УК РФ, во многом

28 Собрание законодательства РФ. - 1994. - № 32. - Ст. 3301.

29 См.: Векленко С., Журавлева Е. Нормы об ответственности за банкротство: новая редакция - новые проблемы // Уголовное право. - 2006. - № 5. - С. 22-26.

30 См.: Кондратьева К.С. Порядок признания недействительными подозрительных сделок должника в процедурах банкротства // Вестник Пермского Университета. Юридические науки. -2012. - № 4. - С. 88-96.

31 См.: Александрова В.В. Преступления в сфере экономики: проблемы соотношения и разграничения с гражданскими правонарушениями : дисс. ... канд. юрид. наук. - М., 2018. - С. 177; Клепицкий И.А. Банкротство как преступление в современном уголовном праве // Государство и право. - 1997. - № 11. - С. 59; Ляскало А. К вопросу о субъективных признаках криминальных банкротств (ст. 195-197 УК РФ) // Уголовное право. - 2012. - № 6.

- С. 35-40; Михалев И.Ю. Криминальное банкротство. - СПб., 2001. - С. 171; Пивоварова Н.Н. Субъективная сторона неправомерных действий при банкротстве (ст. 195 УК РФ): актуальные вопросы теории и правоприменительной практики // Общество и право. - 2009. - № 1 (23). - С. 197-200; Прозументов Л., Махно Е. Неправомерные действия при банкротстве // Уголовное право.

- 2009. - № 6. - С. 49-54; Пустяков А.В. Уголовное банкротство: некоторые аспекты субъективной стороны и субъекта в преступлениях, предусмотренных статьями 195, 196, 197 УК РФ // Закон.

- 2006. - № 9. - С. 112; Шишко И.В. Неправомерные действия при банкротстве (ст. 195 УК РФ) // Законы России: опыт, анализ, практика. - 2011. - № 7. - С. 41-47; и др.

32 См.:Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть Особенная.

Посягательства на личность и имущество. - СПб., 1893. - С.

386-387.

совпадают. Прежде всего, единый объект посягательства - отношения с кредиторами. Более того, последствия подозрительной сделки, закрепленные в п. 61.6 Закона «О несостоятельности (банкротстве)», применяются одновременно с уголовной ответственностью.

В случае, совершения преступного посягательства, предусмотренного ст. 195-197 УК РФ, деяние одновременно квалифицируется как преступление и как недействительная сделка (п. 2 ст. 61.2 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»). Выполняя незаконные действия (бездействие), вторая сторона сделки осведомляется о ее совершении в целях причинения имущественного ущерба кредиторам, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности имущества должни-

33 ка33.

Однако, несмотря на схожесть признаков, криминальное банкротство отличается от гражданско-правовых деликтов по субъектному составу. Так, субъектом посягательства, предусмотренного ст. 195 УК РФ, может быть: по ч. 1 и 2 - вменяемое физическое лицо, достигшее к моменту совершения преступления шестнадцатилетнего возраста; по ч. 3 - вменяемое физическое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, которое, обладая определенными полномочиями в силу закона, решения суда, договора, занимаемой должности, фактически может совершить такое деяние (индивидуальный предприниматель, руководитель должника, арбитражный управляющий34, а также другие управленческие работники и другие лица, препятствующие исполнению полномочий арбитражного управляющего или руководителя временной администрации). Субъектом подозрительной сделки, как правило, признается должник, подавший заявление о признании его банкротом, а именно юридическое

лицо, индивидуальный предприниматель или гражда-нин35.

Немаловажной проблемой выступает выявление в действиях лиц признаков, отграничивающих правомерный коммерческий риск от заведомо убыточной сделки. Иногда руководитель (учредитель) юридического лица или гражданин (индивидуальный предприниматель) при расследовании уголовного дела, возбужденного в отношении них, утверждают о правомерности своих действий, а рискованные сделки по их словам были совершены в целях восстановления платежеспособности. Для правильной квалификации подобных действий следует обратиться к положениям ст. 41 «Обоснованный риск» УК РФ, в соответствии с которыми основным критерием является цель рискованных действий. Так, лицо не привлекается к уголовной ответственности в связи с причинением вреда охра-

33 См.: п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. -2011. - № 3.

34 В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, руководитель должника - это единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности (например, арбитражные управляющие или исполняющие обязанности руководителя).

35 См.: Постановление Пленума ВАС ПФ от 30 июня 2011 г. № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» // URL: http://www.arbitr.ru/as/pract/post_plenum/ 37951.html (дата обращения: 18.06.2018).

няемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели. Важно отметить, что риск признается обоснованным в случаях, когда указанная цель не могла быть достигнута не связанными с риском действиями (бездействием) и лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам. Однако, в результате выдачи товарного кредита партнеру по бизнесу в целях получения его предприятием процента прибыли от сделки, лицо, в случае невозврата данного кредита, не привлекается к уголовной ответственности ввиду обоснованного риска. Но если лицо, выдавшее кредит, заведомо знало о риске невозвращения кредита и подвергло опасности права и законные интересы других лиц (акционеров, вкладчиков) в целях удовлетворения личных потребностей, то при наступлении вредных последствий должно быть привлечено к уголовной ответственности.

Кроме того в правоприменительной деятельности возникает затруднение в квалификации преступления, указанного в ст. 197 «Фиктивное банкротство» УК РФ, где наблюдается некоторое несоответствие с другими отраслевыми законами. Так, в целях толкования термина «объявление несостоятельности» требуется обратиться к законодательству о банкротстве, поскольку такая норма имеет бланкетный характер.

До 2002 года в гражданском законодательстве объявление о несостоятельности могло быть сделано двумя способами: в результате внесудебной процедуры36; путем обращения с заявлением в суд, когда должник признавался банкротом вследствие судебной процедуры. Вместе с тем, возможность добровольного объявления должника о своем банкротстве была исключена в связи с принятием Закона «О несостоятельности (банкротстве)». Кроме того, в 2006 году внесены изменения в ГК РФ, исключившие институт объявления должника банкротом37. Как следствие, внесудебная процедура - объявление о банкротстве -не регламентируется гражданским законодательством, поскольку установлен лишь судебный порядок обращения с заявлением в суд. Данные обстоятельства привели к утрате юридического значения уголовно-правовой нормы о фиктивном банкротстве, что свидетельствует о наличии пробела в законодательстве, основываясь на положениях действующего гражданского законодательства и закона о банкротстве, поскольку совершение данного преступления невозможно. Следовательно, ст. 197 УК РФ не применима на практике, что в свою очередь нарушает системность уголовного и гражданского законодательства. Обозначенную рассогласованность норм отраслевого законодательства можно устранить, исключив рассматриваемую норму из уголовного закона, то есть, применив прием декриминализации нормы о фиктивном банкротстве.

Вывод. Противодействие преступлениям в сфере экономики, в том числе криминальному банкротству, особенно в области обеспечения экономической безопасности Российской Федерации относится к приори-

36 Указ Президента РФ от 14 июня 1992 г. № 623 «О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применении к ним специальных процедур» // Российская газета. - 1992. - 18 июня.

37 Федеральный закон от 3 января 2006 г. № 6-ФЗ «О внесении изменений в первую часть гражданского кодекса Российской Федерации и Бюджетный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 2006. - № 2. - Ст. 171.

тетным направлениям уголовно-правовой науки. Поэтому вопросы исследования проблем применения уголовного законодательства в области противодействия криминальному банкротству, в частности квалификации преступлений, их разграничении со смежными составами занимают особое место. Преступления, связанные с банкротством, не являются специфической формой хищения, представляют собой самостоятельный вид преступления. Вместе с тем, в зависимости от обстоятельств, совокупность посягательств, предусмотренных ст. 195-197 УК РФ, возможна со многими составами посягательств, ответственность за которые регламентируется другими статьями уголовного закона. В этих условиях правоприменитель обязан правильно квалифицировать преступные посягательства, уметь проводить отграничение от смежных правовых деликтов. Такой подход позволит обеспечить эффективную реализацию норм уголовного законодательства, соблюдение прав и интересов граждан, индивидуализацию применяемых мер ответственности и назначенного наказания.

Рецензия

На научную статью «Разграничение преступлений, связанных с криминальным банкротством, со смежными правовыми деликтами», подготовленную Л.А. Орловой

Законодатель в Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 года в разделе VIII «Преступления в сфере экономики» выделил главу 22 «Преступления в сфере экономической деятельности», в которой предусмотрел ответственность за преступные посягательства на основы рыночных отношений. В современных условиях социальная востребованность защиты уголовно-правовыми инструментами экономики не вызывает сомнений, так как совершаемые экономические преступления причиняют существенный ущерб экономике страны в целом и экономической безопасности в частности. В системе преступлений главы 22 УК РФ особое место занимает уголовно-правовые запреты, связанные с несостоятельностью (банкротством).

Проводимые многочисленные исследования, связанные с указанными деяниями, дают основания сделать вывод об обоснованности их криминализации. Проблему криминализации в области установления уголовно-правовых запретов, связанных с банкротством, пришлось решать российскому законодателю во взаимосвязи и взаимообусловленности с положениями позитивных правовых предписаний. Учет указанных положений имеет важное значение, так как уголовно-правовые нормы о банкротстве напрямую связаны с гражданскими правоотношениями, основаны на них, определяют признаки дозволений и запретов.

Общественная опасность преступлений, связанных с банкротством, заключается в том, что в результате их совершения уменьшаются возможности оздоровления законной деятельности юридических и физических лиц, создаются предпосылки преступного обогащения отдельными лицами, наносится существенный ущерб национальной экономике страны в целом, участникам хозяйственной деятельности в частности.

В этой связи актуальной и востребованной в научном и практическом плане следует признать статью Л.А. Орловой «Разграничение преступлений, связанных с криминальным банкротством, со смежными правовыми деликтами», в которой проведено научное изучение теоретических трудов и практики применения уголовного законодательства. Такой подход позволил ей вы-

явить не только имеющиеся общие проблемы применения уголовного законодательства об ответственности за несостоятельность (банкротство), но и сформулировать ряд практических предложений по дальнейшему его совершенствованию.

Теоретическая значимость статьи определяется в системном общетеоретическом подходе в оценке проблемы разграничений преступных посягательств, связанных с банкротством, от смежных и выработки научных положений, в которых раскрываются их сущностные признаки и дается характеристика применяемого метода.

Практическая значимость состоит в формулировании обоснованных конкретных предложений и рекомендаций по применению статей уголовного законодательства в целом и статей 195-197 УК РФ в частности.

Научная новизна представленной статьи определяется оригинальностью авторских подходов к изучению проблемных вопросов и заключается в системном изучении уголовного законодательства, регулирующего отношения в сфере экономики, в применении особой методики разграничения преступлений, связанных с криминальным банкротством со смежными правовыми деликтами.

Следует отметить, что автор в статье научно осмыслила значимые вопросы возможных форм противодействия преступлениям в сфере экономики, обратив особое внимание на проблемы правового регулирования противодействия криминальному банкротству, их признаки, позволяющие отграничить исследуемые деяния от иных правовых деликтов.

К числу несомненных достоинств данной статьи необходимо отнести использование автором первоисточников и нормативных правовых актов, позволивших сформулировать обоснованные научные выводы. Нестандартность изложения авторской позиции исследуемого материала основывается на большом объеме законодательных и научных источников.

Давая позитивную оценку представленной статьи, следует отметить, что она как и любая научная работа, имеет ряд спорных положений, однако они не умаляют общего положительного вывода и не ставят под сомнение значимость вклада в одну из сложных проблем противодействия криминальному банкротству. Статья ранее в других научных изданиях не публиковалась, ее оригинальность подтверждается результатами проведенной проверки по системе антиплагиат.

На основании изложенного следует сделать вывод о том, что подготовленная статья Л.А. Орловой на тему «Разграничение преступлений, связанных с криминальным банкротством, со смежными правовыми деликтами» является оригинальной по постановке научных проблем, отличается научной новизной, практической значимостью и может быть рекомендована к печати в журналах, включенных в перечень рецензируемых научных изданий ВАК Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, в которых публикуются основные результаты научных исследований на соискание ученой степени кандидата и доктора юридических наук.

Доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ А.П. Кузнецов

Статья прошла проверку системой «Антиплагиат»; оригинальность текста - 82,03%

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.