Научная статья на тему 'Радикальный ваххабизм как идеология религиознополитического экстремизма'

Радикальный ваххабизм как идеология религиознополитического экстремизма Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

CC BY
3258
276
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Радикальный ваххабизм как идеология религиознополитического экстремизма»

ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТОЛОГИИ

© 2003 г. И.П. Добаев

РАДИКАЛЬНЫЙ ВАХХАБИЗМ КАК ИДЕОЛОГИЯ РЕЛИГИОЗНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА

В узком и точном смысле слова термин «ваххабизм» означает учение, сформулированное в XVIII в. аравийским религиозным реформатором Мухаммедом Ибн Абд аль-Ваххабом из Неджда. В то время на его основе в Аравии возникло мощное религиознополитическое движение за восстановление чистоты раннего ислама - «ислама благочестивых предков» (сподвижников пророка Мухаммеда). Однако в широком смысле слово «ваххабизм» сегодня употребляется для обозначения религиозно-политического экстремизма, соотносимого с исламом. В этой связи под ваххабитами понимаются либо носители идей, составляющих учение аль-Ваххаба, либо члены группировок, которые руководствуются этим учением. Другими словами, как ваххабитское характеризуется все то, что к этому учению имеет отношение [1].

Ваххабизм выступает частью более широкого течения в суннитском исламе - салафизма (суннитского фундаментализма). Как и салафизм, ваххабизм не является исключительно радикальным явлением в исламе, что на практике подтверждается социально-политическими реалиями таких современных «ваххабитских» государств, как Королевство Саудовская Аравия, Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, где суннитский ислам, окрашенный в ваххабитские тона, выступает в качестве традиционного. В то же время нельзя отрицать наличие радикализма в крайней, наиболее политизированной части как салафизма, так и ваххабизма. Нынешняя экстремистская версия ваххабизма (неоваххабизма) по многим своим основополагающим мировоззренческим принципам идентична раннему, времен вероучителя М. Ибн Абд аль-Ваххаба, варианту. В этой связи рассмотрим основные положения ваххабитской доктрины.

В догматическом и религиозно-правовом отношении ваххабизм не представлял какого-то особого течения в исламе. Он целиком опирался на доктрину ханбализма - одного из четырех суннитских толков (мазхабов) шариата, всегда отличавшихся особой нетерпимостью к бид’а (новшествам), т е. к любой практике, не санкционированной Кораном и сунной Про-4' рока. Исходя из этого, ваххабиты порицали, в частности, курение табака, музыку, пение и танцы.

Рукописное наследие вероучителя шейха аль-Ваххаба представляет собой договоры, письма, тексты проповедей. Эти документы наряду с практическими делами ваххабитов позволяют озвучить основополагающие принципы мировоззренческих установок вероучителя по таким исламским проблемам, как единобожие (таухид), посредничество (тавассуль),

посещение могил святых (зиярат аль-кубур), греховное нововведение (бид’а), свободное изъявление мнения религиозным авторитетом (иджтихад), слепое следование источнику (таклид), обвинение в неверии (так-фир), священная война за веру (джихад) [2, с. 45 - 46].

Таухид - центральный принцип ваххабитской доктрины, суть которого состоит в строгом монотеизме. Божественное единство раскрывается в трех основаниях: Аллах есть Основатель, Кормилец и Распорядитель. Основополагающий столп ислама «Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед - Пророк Аллаха» интерпретирован таким образом, что поклоняться нужно только Аллаху, но не Мухаммеду, который является лишь его пророком, а тем более какому-либо другому религиозному авторитету.

Шейх категорически выступал против посредничества (тавассуль) между Аллахом и верующим, которое осуществлялось через обожествление камней, отдельных предметов.' Человек находится под прямой защитой бога. На все воля Аллаха, которая не подвластна никому, в том числе и пророку Мухаммеду. Недопустимость посещения могил Мухаммеда, его сподвижников и святых (зиярат аль-кубур) объяснялась тем, что это ведет к их обожествлению и соответственно является проявлением многобожия.

Абд аль-Ваххаб был непримиримо настроен в отношении бид’а, т.е. нововведений, выходящих за рамки Корана и Сунны. Он даже запретил празднование дня рождения пророка Мухаммеда, ссылаясь на то, что такая церемония, во-первых, не предписана ни Аллахом, ни самим Мухаммедом, а во-вторых, ведет к обожествлению пророка.

В вопросах иджтихада и таклида ваххабиты исходили и до сих пор исходят из того, что Коран и Сунна являются высшей ступенью знаний. «Врата» для толкования исламских источников закрыты с тех пор, как оформился ханбализм. Однако если будет доказано, что какая-то ханбалитская интерпретация не соответствует Корану или Сунне, она должна быть запрещена [3,4].

Проявляя определенную терпимость в отношении «людей Писания» - христиан и иудеев, ваххабитский взгляд на такфир сводился к ужесточению требований к мусульманам. Так, утверждалось, что одних деклараций о приверженности исламу и отправлений ежедневных молитв недостаточно, чтобы предотвратить многобожество. Если человек заявляет, что он мусульманин, но в то же время поклоняется другим богам, его следует разоблачить и казнить. Такой «лицемер», по мнению вероучителя, намного хуже христи-

ан и иудеев, поскольку последние не скрывают своего чужеродного лица. К числу многобожников были отнесены и шииты, идеи которых всеми салафитами всегда рассматривались как еретические [5].

Еще одно из системообразующих положений в идеологии ваххабитов - особо интерпретируемое понятие джихада, т.е. войны за веру. Джихад трактуется в первую очередь как вооруженная борьба, во-вторых, ведение джихада вменяется в обязанность каждому мусульманину (естественно, физически и умственно способному к этому), в-третьих, объектом джихада определяются кафиры (неверные). Поскольку кафирами объявляются все, кто не согласен с ваххабитами, то этот джихад ведется против всех невах-хабитов, но в первую очередь против мусульман, не разделяющих мировоззренческие установки приверженцев «чистого ислама». Убеждение ваххабитов в том, что их противники — кафиры, даже если формально они являются мусульманами, оправдывало нетерпимость и жесткость по отношению к ним. Одновременно такой фанатизм сплачивал и дисциплинировал ваххабитов, создавая религиозно-идеологи-ческое оправдание вполне антиисламским по своему духу и характеру действиям. Благодаря этому учение аль-Ваххаба с самого начала стало идеологией военной экспансии и грабительского набега.

Социальная доктрина аль-Ваххаба обладает ярко выраженным стремлением к установлению патриархального равенства и размыванию социальной иерархии. Ваххабизм утверждал принципы «братства» мусульман и их равенства перед Аллахом, отвергая сословные и прочие общественные деления между ними. Причем акцент делался не столько на морально-этической и духовной стороне вопроса, сколько на его сугубо организационном аспекте. Такое братство предполагало особый тип организации с внутренней дисциплиной, гораздо большей, чем в обычной мусульманской общине, ярко выраженным единоначалием, круговой порукой и т.д. Такая модель делала ваххабитскую общину не просто религиозным обществом, а особой, подчас военизированной религиознополитической организацией. Впоследствии эти принципы были использованы в возникшем на почве ваххабизма в начале XX в. движении ихванов, а затем и в практике современных мусульманских религиознополитических организаций [6].

Ваххабитское движение дало жизнь первому Саудовскому государству, которое к началу XIX в. охватывало всю Аравию, но в 1818 г. было разгромлено египетским войском Ибрагима-паши. Второй Рияд-ский эмират просуществовал немногим более двух десятилетий (1843 - 1865 гг.) и распался в связи с ослаблением центральной власти и сепаратизмом местных правителей; третий этап возрождения эмирата, связанный с именем главы и поныне правящей ветви родового клана Аль Сауд - Абд аль-Азиза Ибн Абд ар-Рахмана - берет свое начало с 1902 г. В 1932 г. Абд аль-Азиз, объединив в единое государство Неджд, Хиджаз и Хасу, провозгласил об образовании Королевства Саудовская Аравия (КСА).

В течение всего исторического пути учение аль-Ваххаба сохраняло и до сих пор сохраняет в КСА своих последователей. Однако утверждение о том, что ваххабизм является официальной идеологией (и даже официальной религией) КСА не является корректным, поскольку в официальных документах Королевства государственной религией провозглашен ислам без уточнения его интерпретации. Тем не менее салафитская доктрина - так здесь именуют учение аль-Ваххаба - пользуется признанием со стороны государства. Труды вероучителя, в основном посвященные защите строгого единобожия, регулярно переиздаются, изучаются и пропагандируются.

Сегодня в отношении роли саудовского режима по использованию ваххабизма как мощного идеологического оружия, призванного способствовать реализации стратегических планов Эр-Рияда на региональном и глобальном уровне, существуют два полярных подхода. Первый заключается в том, что КСА практически не имеет отношения к радикализму и экстремизму ваххабизма. Сторонники этой версии [2, 7] утверждают, что если необходимость перехода к общеисламским ценностям и сбалансированной политической тональности была ясна еще на заре саудовского королевства, то с течением времени такая необходимость стала безальтернативной. Тем более что современный «салафитско-ваххабитский» ислам в том виде, в каком он сегодня существует в Саудовской Аравии и ряде других стран Аравийского полуострова, далек от многих «крайностей» первоначального ваххабизма.

Действительно со временем основные положения ваххабитской доктрины на государственном уровне оказались по сути своей выхолощенными. Так, принцип таухида (единобожия) начинал приобретать вполне естественное звучание, свойственное всем монотеистическим религиям. Тем более что доисламские представления были давно изжиты, а часть мусульманского населения Аравии, придерживавшегося иных мазхабов ислама, не оспаривала этот тезис. Схожая ситуация складывалась и в отношении такфи-ра (обвинение в неверии): борьба с инакомыслием в рамках исламской веры перестала быть актуальной. Острая потребность в техническом прогрессе, объективное втягивание в мировое экономическое хозяйство, интенсифицировавшееся общение с внешним миром разрушали категорический постулат бид’а (недозволенные нововведения). С окончательным включением Мекки и Медины в состав Хиджаза неизбежно отошел в тень еще один ваххабитский догмат, касающийся зиярат аль-кубур. Исчерпала себя и агрессивная мотивация захвата чужих земель под лозунгом джихада: вскоре после окончательного разгрома в 1929 г. ихванов Саудовская Аравия отказалась от религиозной мотивации территориальной экспансии по отношению к соседям.

Вышеуказанные авторы подчеркивают, что КСА ни в коей мере не удалось бы оставаться в числе лидеров мусульманских государств, если бы оно откры-то придерживалось принципа экспорта воинствующе-

го ваххабизма. Новая исламская доктрина КСА не только не укладывается в ваххабитские представления, но и по ряду параметров является прямой противоположностью тому, что проповедовал Абд аль-Ваххаб, входит в противоречие с исторической практикой ваххабизма. Принципиально важным тезисом исламской доктрины королевства в 90-х гг. стало решительное отмежевание от попыток экстремистских кругов в мусульманском мире использовать исламские догматы в качестве основания для оправдания терроризма, достижения корыстных политических целей, не имеющих прямого отношения к религии.

Делается акцент на том, что, будучи одной из наиболее богатых стран мира, КСА действительно затрачивает значительные средства на реализацию своих внешнеполитических задач, что предполагает укрепление его роли как страны-лидера мусульманского мира, но не более того. Важную роль в выполнении именно этих функций государством играет министерство по делам ислама, верообращения и ориентации. В этих же целях. активно задействованы многочисленные международные исламские структуры, большая часть которых создана и функционирует при финансовом и организационном участии Саудовской Аравии. К числу таких структур относятся организация «Исламская конференция», объединяющая 54 мусульманских государства; Исламский банк развития, 25 % капитала которого складываются за счет саудовских финансовых вложений; Лига исламского мира (ЛИМ), занимающаяся пропагандой ислама и оказанием поддержки исламским учебным заведениям; Высший совет мечетей (создан при ЛИМ); Фонд исламской солидарности, целью которого является оказание материальной и религиозно-идеологической поддержки мусульманским меньшинствам за рубежом; Международная исламская организация спасения, которая призвана оказывать помощь нуждающимся мусульманам во всем мире, черпая средства из сборов мусульманского налога «закят», поступающего в том числе из фондов министерства по делам ислама КСА; Всемирная лига исламской молодежи и т.д.

Министерство по делам ислама создало около 25 саудовских исламских центров за рубежом, в том числе в Москве, направило несколько тысяч проповедников примерно в 90 стран мира. При содействии КСА за рубежом построено 1,5 тыс. мечетей. Оказывается постоянная финансовая поддержка 20 высшим исламским учебным заведениям. За последние 10 лет Саудовская Аравия распространила в разных странах около 1 млн экземпляров религиозной литературы. Ежегодно исламские вузы КСА заканчивают 300 -400 выпускников-иностранцев [2, с. 77-78].

Не отрицая внешнеполитической активности саудовского режима, вышеназванная группа авторов утверждает, что Саудовская Аравия, хотя и использует свое уникальное положение в мусульманском мире для упрочения геополитических позиций, но не оказывает государственную поддержку религиозному радикализму и экстремизму как внутри страны, так и вне ее пределов.

Их оппоненты, напротив, обвиняют саудовский режим в экспорте идеологии и практики агрессивного ваххабизма [8].

Сторонников этого подхода настораживает стремление саудовских экстремистских кругов использовать правительственные каналы и особенно разного рода исламские фонды и частные структуры по распространению в мире перестающих работать в КСА радикальных ваххабитских постулатов, вносить семена этноконфессионального раздора в различных странах и регионах. По их мнению, основным инструментом реализации ваххабитской доктрины на современном этапе выступают не только спецслужбы, различные фонды, но и неправительственные религиознополитические организации, финансируемые и поддерживаемые государством через те же фонды и спецслужбы. Именно такой инструментарий позволяет КСА эксплуатировать «ваххабитскую» доктрину для достижения вполне определенных целей, идущих вразрез с интересами > государственности других стран, в том числе и России.

Действительно с начала 70-х гг. XX в. ваххабизм стал целенаправленно и весьма активно распространяться за пределами Саудовской Аравии. Этот процесс проходил не одновременно, а тремя этапами. Первоначально (70-е - 80-е гг.) ваххабизм стал идеологией многочисленных антиправительственных экстремистских группировок в арабских странах. В 80-е

- 90-е гг. он был активно использован в Афганистане при организации «джихада» против кабульского режима «неверных» и советского присутствия в этой стране. Тогда же он стал идеологией «арабских афганцев», а также «афганцев второго поколения» - экстремистов разных национальностей, готовившихся в ваххабитских лагерях на территории Афганистана, контролировавшейся движением «Талибан». С 90-х гг. по настоящее время ваххабитская экспансия наблюдается в направлении республик бывшего Советского Союза, в том числе и России, а также Юго-Восточной и Западной Европы, Америки, Австралии, Африки. В результате этого процесса сегодня создана сложная сеть ваххабитских (салафитских) группировок, форпостов, плацдармов, тренировочных лагерей, учебных заведений, координационных центров во многих странах мира.

В этой связи оба подхода (в отношении участия или неучастия Саудовской Аравии в распространении за пределами своих границ идеологии и практики радикального ваххабизма) не лишены внутренней логики и основания. В то же время истина, как это обычно бывает, лежит где-то посередине, реально занимая определенное промежуточное положение. Саудовскую Аравию, как и другие «ваххабитские» государства, вряд ли доказательно можно обвинить в экспорте религиозного экстремизма и терроризма.

Одновременно подчеркнем, что ваххабитская версия суннитского ислама, являющаяся традиционной для этих государств, вовсе не представляет собой ка-кого-то монолита. Так, например, современная конфессиональная среда в Саудовской Аравии строго

дифференцирована и может быть представлена двумя основными стратами. Первый - «традиционалисты»: широкие массы верующих, для которых религия представляет собой веру, а также проправительственные клерикальные круги во главе с верховным муфтием. Второй - религиозное антиправительственное подполье экстремистского толка, враждебно настроенное по отношению к режиму и Западу, прежде всего к США, практикующее крайние формы борьбы, в том числе террористические [9].

Экстремисты формально (сегодня консолидированное радикальное исламское движение в мире существует, скорее, виртуально, нежели реально) входят в радикальное мировое исламское движение, рекрутируя своих приверженцев для участия в «джихаде» в различных «горячих точках» планеты, предпринимают попытки координировать свою деятельность с аналогичными структурами в- других странах. Именно сторонники этого крыла ваххабизма представляют собой угрозу сложившемуся мировому порядку. Выступая самостоятельным субъектом политики, экстремисты нередко становятся и объектами манипуляций других сил, в том числе спецслужб собственных и иностранных государств, примеров чему множество.

Вместе с тем идеология и практика религиозных экстремистских групп в Саудовской Аравии и во многих других странах сегодня зачастую в массовом сознании ассоциируется не с мусульманским радикализмом, а с ваххабизмом в целом, что, безусловно, ошибочно. На самом деле угрозы и вызовы существующему миропорядку формируют не все ваххабиты (са-лафиты), а их экстремистски настроенные единомышленники. Именно они, взяв на вооружение в качестве базовой ваххабитскую доктрину, разработанную аль-Ваххабом и его сподвижниками, дополнили ее содержание новыми' идеями. Иначе говоря, «не-оваххабитская» доктрина, базируясь на положениях раннего, первоначального ваххабизма, выдвинутых в свое время самим вероучителем аль-Ваххабом, за два с лишним века существенно эволюционировала в сторону усиления радикализма.

По мнению А.А. Игнатенко, такой ваххабизм, представляя еретическое течение в исламе, являет собой результат селекции (отбора) и адаптации (приспособления) положений Корана и Сунны к ваххабитским представлениям и идеям [1]. Вот что пишет о типично ваххабитском подходе к Корану и Сунне современный ваххабитский автор: «В этой книге я ответил на все вопросы, касающиеся постулатов исламской веры, подкрепляя по мере возможности свои ответы цитатами из Корана и достоверного Хадиса, чтобы убедить читателя в правильности ответов» [10, с. 4].

Из приведенного примера усматривается, что методика аргументации ваххабитов заключается в подтверждении выдвигаемого положения той или иной цитатой, буквально вырванной, выхваченной из Корана или Сунны и призванной подтвердить заявленный тезис автора. В то же время, в ортодоксальном

исламе задача улемов при составлении комментариев к священным источникам состоит в том, чтобы осмыслить суть того, что именно Создатель счел нужным довести до людей в Коране и Сунне Пророка, а не в том, чтобы использовать цитаты из них для подкрепления собственных идей и домыслов. При вышеуказанном методологическом подходе ваххабитов к сакральным текстам у их сторонников создается впечатление в истинности достигаемых с помощью манипулирования выводов, в то время как зачастую реально устанавливается частичное или даже полное несовпадение смысла провозглашаемого ваххабитского положения и цитаты из Корана или Сунны.

Сказанное особенно характерно для двух системообразующих положений ваххабитской доктрины -обвинения в неверии (такфир) и священной войны за веру (джихад). Паразитируя на этих общеисламских понятиях, ваххабиты искажают их суть до неузнаваемости. Они произвольно расширяют круг объектов такфира, абсолютизируя понятия «неверие» (куфр, или безбожие) и «многобожие» (ширк, или язычество). В отличие от представителей исламского правоведения (фикх), теологии (калям), философии (фаль-сафа), теоретического суфизма (тасаввуф), которые ставят перед собой цель максимально полного и адекватного понимания сути единобожия как оно доведено до людей в священном Писании, ваххабиты отрицают саму возможность правового, теологического, философского либо суфийского понимания текстов Корана и Сунны.

Провозглашая строгое единобожие, ваххабиты и их последователи квалифицируют «неверными» и «многобожниками» всех тех, кто не является «едино-божниками». В категорию «врагов ислама», по их мнению, входят [11]:

- иудеи и христиане (люди Писания, ахль аль-китаб) [12]. В «Книге единобожия», автором которой является сам вероучитель аль-Ваххаб, со ссылкой на высказывание пророка Мухаммеда, говорится: «Когда у них умирает праведный человек или праведный раб Аллаха, они сооружают на его могиле храм и рисуют на нем изображения. Это - наихудшие из творений Аллаха!»... «Да падет проклятие Аллаха на иудеев и христиан, которые превратили могилы своих пророков в храмы!» [3, с. 119]. «Явными врагами Ислама» называет христиан и иудеев, а особенно их проповедников, салафитский автор аль-Умар, поскольку «их раздражает совершенство, благородство и широта распространения Ислама». Поэтому «враги мусульман клевещут на Ислам и последнего посланника Мухаммеда, да благословит его Аллах и приветствует, то отрицая его миссию, то порицая его поведение, хотя он лишен Аллахом всяких недостатков» [13, с. 53-54].

Вместе с тем ни в одной из ваххабитских книг, изданных на русском языке, где речь идет о «неверии» иудеев и христиан, не приводится коранический, аят: «Поистине, те, которые уверовали, и те, кто обратился в иудейство, и христиане и сабии, которые уверовали в Бога и в Последний день и творили благое, -

им их награда у Господа их, нет над ними страха, и не будут они печальны» [14];

- мусульмане-вероотступники (муртадд), совершившие «самомалейшее отступление» от принципа единобожия. Такими «отступлениями» у ваххабитов считаются и возвеличивание праведников, и поклонение Аллаху у могилы праведного человека (вали), и поклонение идолам, и гадание по звездам (астрология), и любые виды предсказаний, и амулеты, и ношение каких-либо предметов для отвращения неприятностей, и возвеличивание какого-то человека, и масса других вещей и действий [3; 15; 16]. Такие люди, по мнению идеологов салафизма, «больше всех наносят вред Исламу», поскольку «они способны на совершение таких больших грехов, как ложь, обман, невыполнение, зависть», в результате чего «иноверцы могут подумать, что Ислам разрешает все эти преступления» [13, с. 53].

К бид’а современные последователи ваххабитских идей (неоваххабиты) относят и такие «еретические нововведения», как «устроение праздников по случаю дня рождения, выделение особых дней и недель для тех или иных обрядов поклонения, устроение разного рода религиозных праздников, годовщин и юбилеев, воздвижение изваяний и памятников, организация траурных собраний, изобретение всяких новшеств в траурных церемониях, возведение строений на могилах, водружение дорогих памятников, иной раз мраморных и т.п.» [17].

Однако еще в обнародованном в 1017 г. в Багдаде в период правления халифа аль-Кадира «Кадирий-ском трактате веры» («ар-Рисала аль-кадирийя») говорилось: «Не следует обвинять в неверии кого-нибудь, если он упустил что-либо из законных установлений веры, исключая, конечно, предписанную молитву» [18]. Известны также высказывания Пророка о том, что «кровь, имущество и честь мусульманина являются запретными и неприкосновенными для всех мусульман» [19]. Однако ваххабиты утверждают, что любое, самомалейшее отступление от единобожия превращает мусульманина в «неверного»: «Любое сомнение или колебание (относительно принципа единобожия. - И.Д.) лишает неприкосновенности имущество и жизнь человека» [3, с. 69];

- так называемые «лицемеры» (мунафикун) - те мусульмане, которые «выказывают приверженность к исламу и скрывают неверие» [12, с. 7, 53 - 61].

Иными словами, неверным ваххабиты могут объявить любого мусульманина, заподозренного ими в лицемерии. Так, бывший верховный < муфтий КС А Бен-Баз предупреждал о том, что «...нарушающий (по-ваххабитски понимаемый принцип единобожия. -ИД.), открыто или тайно, должен знать, что он становится безбожником и должен ожидать возможности убийства или заключения его» [20].

В то же время улемы-традиционалисты, опираясь на хадисы Сунны, в отличие от ваххабитов отмечают, что лицемер - это тот, кто обещает, но не исполняет обещанного, лжет, подводит доверившегося ему [21]. А современный отечественный теолог, выпускник

авторитетнейшего в мусульманском мире университета «аль-Азхар» Ш. Аляутдинов считает даже эти требования чрезмерно завышенными. В этой связи он подчеркивает, что «делать поспешные выводы, используя вышеназванные критерии в отношении других людей, - очень опасное дело», напоминает о том, что «если мысли наши в отношении братьев-му-сульман приобретают все более темные тона, то тучи гнева Всевышнего Аллаха сгущаются над нашими -именно нашими (!) - головами» [22, с. 43 - 44];

- последователи всех без исключения идеологических течений (кроме ваххабизма). Так, «принадлежность к атеистическим течениям наподобие течений коммунистических, светских, демократических, капиталистических или иных подобных им течений неверных является вероотступничеством от религии Ислама» [15, с. 64]. В этот список входят также «антирелигиозный секуляризм, угнетательский капитализм, марксистский социализм, атеистическое масонство» [10, с. 131]. Иудаизм и вовсе «стоит за спиной всех и за каждой разрушительной доктриной, подрывающей мораль и духовные ценности», к таким идеологическим течениям также относятся «масонство, мировой сионизм и бабувизм» [10, с. 68];

- отвергающие шариат в качестве единственно возможного источника права. «Неверие, - утверждает аль-Фаузан, - правление и суждение не на основе ниспосланного Аллахом» [15, с. 58]. «Неверием» объявляется и любая человеческая законотворческая и нормотворческая деятельность: предоставление права законотворчества кому-либо, кроме Аллаха, по мнению радикалов, противоречит исламу [23].

В противоположность обвиняемым ими в «неверии» и «многобожии» ваххабиты называют себя «спасенной группой», т.е. такой, которая «избегнет на Страшном Суде адского пламени» и попадет в рай. Более того, приверженцы этого течения утверждают, что «спасенная группа» представляет собой меньшинство в умме - сообществе правоверных [10, с. 120

- 121]. По мнению А.А. Игнатенко, «в этом случае реально выделяется миноритарный характер ваххабитов (то, что они составляют меньшинство) и сектантский характер их движения» [11, с. 4].

Исходя из вышеуказанных мировоззренческих посылок, идеологами радикального ваххабизма (шире -радикального салафизма) основательно разработана человеконенавистническая, лженаучная концепция «Симпатии й антипатии» (Аль-валяа ва-ль-бараа) [24]. Ее суть излагается, в частности, в [25]. Все человечество разделено на три группы: 1) тех, кого следует только любить, не испытывая к ним никакой враждебности; 2) тех, кого следует только ненавидеть и только враждовать с ними, не испытывая к ним ни любви, ни дружеских чувств; 3) тех, кто, с одной стороны, заслуживает любви, а с другой - ненависти.

Разумеется, в первую категорию попадают только члены «спасенной группы», ваххабиты, к которым единоверцы обязаны проявлять только терпимость и благожелательность: «Следует любить, благожелательно относиться и помогать каждому верующему

единобожнику, который не допускает никаких запрещенных шариатом действий» [17]. При этом решающим свидетельством единобожия того или иного человека, согласно концепции «Симпатии и антипатии», является только абсолютное подчинение ваххабитской группировке и активная вражда (вплоть до убийства) по отношению ко всем, кто к ней не принадлежит. Другими словами, решающий довод в отношении «единобожия» того или иного мусульманина, при котором он не провозглашается «неверным», состоит в лояльности (симпатии, любви, признании) по отношению к ваххабитам и враждебности, ненависти ко всем неваххабитам. Это требование зафиксировано в трудах самого аль-Ваххаба: «Это может быть достигнуто лишь любовью к исповедующим таухид Аллаха (т.е. к единобожникам, или ваххабитам. - И.Д.), преданностью им и оказанием им всяческой помощи, а также ненавистью и враждой по отношению к неверным и мушрикам (многобожникам, политеистам. -И.Д.)» [3, с. 70].

Истинный единобожник, член ваххабитского джа-маата, обязан ненавидеть всех тех, кого его единоверцы считают «неверными» («многобожники», «лицемеры» и «отступники»). Причем такого рода ненависть должна неизбежно проявляться в практической деятельности адепта веры, вплоть до лишения жизни своих идеологических противников.

Ко второй группе причисляются все немусульма-не, а к третьей - все мусульмане, не разделяющие салафитский призыв. К этим последним и применяется такфир, именно они являются его главным объектом, поскольку немусульмане и так кафиры - неверные. Другими словами, радикально настроенные ваххабиты провозглашают кафирами - неверными - всех мусульман, которые не следуют той, специфической интерпретации ислама, которую салафиты провозглашают единственно правильной. В результате чего именно с ними в первую очередь следует бороться, осуществляя «джихад на пути Аллаха». Их главное преступление - дружба с другими категориями «неверных». Проявлениями этой дружбы, как подчеркивает аль-Фаузан, являются:

- уподобление им в одежде, словах и прочем;

- проживание в странах неверных и отказ от переезда в какую-нибудь из стран ислама ради сохранения своей религии;

- совершение поездок в страны неверных для развлечений и наслаждений;

- оказание им помощи и содействия против мусульман, а также их восхваление и защита;

- обращение к ним за помощью, оказание им доверия, назначение их на те посты, пребывание на которых позволят им узнать тайны мусульман, и избрание их в качестве приспешников и советников;

- использование их летоисчисления, особенно если речь идет об их обрядах и праздниках наподобие рождества;

- участие в проведении их праздников, оказание им помощи в их организации и поздравление их в связи с этим;

- их восхваление за достижения их культуры и цивилизации и выражение восхищения их нравами и мастерством, без учета порочности их воззрений и ложности их религии;

- использование их имен;

- испрашивание для них прощения и обращение к Аллаху с молитвами о ниспослании им милости [25, с. 95-96].

В отношении каждого, «кто нарушает Закон Аллаха», согласно требованиям религиозных радикалов, «следует питать ненависть, относиться с враждой, вести с ними Джихад словом и сердцем по мере сил и возможностей» [17]. Убийство «врагов ислама» должно, по убеждению носителей радикальной идеологии, проводиться системно и организованно - в форме джихада против всех категорий «неверных». И тогда становятся понятными и военные преступления, и террористические акции, и захваты людей для получения за них выкупа, и издевательства над пленными. Ведь неоваххабиты буквально воспринимают и трактуют аяты Корана, а там, в частности, сказано:

«И когда закончатся запретные месяцы, то убивайте многобожников [нарушивших договор], где их найдете, захватывайте их, осаждайте и ведите против них разведывательные маневры...»

(Сура «Покаяние», аят 5).

«Вот внушил Господь твой ангелам: “Я - с вами, укрепите тех, которые уверовали! Я брошу в сердца тех, которые не веровали, страх: бейте же их по шеям, бейте их по всем пальцам”».

(Сура «Добыча», аят 12).

«А когда вы встретите тех, которые не уверовали, то - удар мечом по шее, а когда произведете великое избиение их, то укрепляйте узы».

(Сура «Мухаммад», аят 4).

• Так что не стоит удивляться, когда, например, в Чечне, торгуют пленными, людям отрубают головы, отрезают и отстреливают пальцы.

Таким образом, если идеологической доктриной радикальных ваххабитов являются теоретические разработки аль-Ваххаба и его последователей, вершиной чего стала концепция «Симпатии и антипатии», то основой практической деятельности исламистов, бесспорно, выступает джихад в его узком понимании как войны со всеми ради достижения победы своих идеалов.

Такой джихад представляет собой вооруженную борьбу против всех, кто препятствует распространению ваххабитского учения и его монопольному господству, а его целью является борьба с «врагами ислама» («многобожниками», «отступниками» и «лицемерами»). Мир же в трактовке радикально настроенных ваххабитов есть вынужденное обстоятельствами воздержание от обязательного джихада как вооруженной борьбы: «Ведение Джихада зависит от того, насколько это возможно. И так претворяются в жизнь мекканские аяты, где говорится о мире, о прощении, пока мусульмане еще слабы, и мединские аяты, предписывающие в обязательном порядке воевать и уча-

ствовать в военных действиях, когда мусульмане обретут силы» [10, с. 99].

Одновременно религиозные радикалы категорически отказываются воспринимать провозглашаемый ими джихад как политический, экстремизм и терроризм. В'результате многочисленные террористические акции, осуществляемые исламистами во многих точках мира, но интерпретируемые ими в качестве «священной войны за веру», создали новую, совершенно нетерпимую для мирового сообщества, ситуацию.

Литература

1. Игнатенко А.А. Обыкновенный ваххабизм. Ч. 1: Еретическое течение в Исламе // www.russ.ru. 2001, 14 сент.

2. Александров И.А. Исламская основа саудовского общества и государства // Королевство Саудовская Аравия: прошлое и настоящее. М., 1999.

3. См.: Мухаммад ибн Сулейман ат-Тамими (Ибн Абд аль-Ваххаб). Книга единобожия. М., 1999.

4. Ayman Al-Yassini. Religion and State in the Kingdom of Saaudi Arabia. L., 1985. P. 26 - 29; Васильев AM. «Пуритане ислама?» М., 1967. С. 101 - 104.

5. См.: Ибн-Таймийя Минхадж ас-Сунна ан-набавийя (Метод пророческой Сунны): В 9 т. Эр-Рияд, 1986.

6. Идрис Абдуллах. Ваххабизм: история проблемы // Мусульмане. 2000. № 1(4). С. 36.

7. См.: Александров И.А. Монархии Персидского залива: этап модернизации. М., 2000; Яковлев А И. Социально-политические реформы на родине ислама и Дом Саудов II Ислам и исламизм / Под общ. ред. Е.М. Кожокина, В.И. Максименко. М., 1999. С. 179-200; и др.

8. См.: Курбанов Г. Кому же объявлена война? // Дагестанская правда. 2001, 1 марта; Суриков А., Баранов А. Ваххабиты как потенциальная угроза // Правда-5. 1998, 5 февр.; Тульский М. Саудовские спецслужбы в борьбе за создание мирового исламского халифата // www.russ.ru. 2001, 24 сент.; Исламизм: глобальная угроза? / Серия: Научные доклады. М., 2000; и др.

9. Добаев И.П. Исламский радикализм в международной политике. Ростов н/Д, 2000. С. 52 - 60.

10. Мухаммад ибн Джамиль Зин. Исламская Акида (вероучение, убеждение, воззрение) по Священному Корану и достоверным изречениям пророка Мухаммеда. М., 1998.

11. Игнатенко А.А. Обыкновенный ваххабизм. Ч. 2: Особенности учения «единобожников» // www.russ.ru. 2001,17 сент.

12. Программы по изучению шариатских наук. М.,

1999. С. 89.

13. Абдуррахман Бин Хаммад Аль-Умар. Религия истины Ислам. М., 1997. •

14. Коран, 2:62.

15. См.: Аль-Фаузан Ф. Книга единобожия. Махачкала, 1997.

16. Башамил М.А. Как мы понимаем единобожие. Махачкала, 1997.

17. Кореняко В. Ваххабизм без посредников // Газета. Ни (www.gazetta.ru/karamaxi.shtml) 2000, 25 апр.

18. Цит. по: Мец А. Мусульманский ренессанс. М., 1996. С. 203.

19. См.: Нузха аль-муттакын. Шарх рияд ас-салихин [Прогулка праведников: Комментарий к книге Ан-Навави «Сады благонравных»]: В 2 т. Т. 1. Бейрут,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2000. С. 204 (хадисы № 236,237).

20. Бен-Баз, Абдуль Азиз бен Абдулла. Необходимость соблюдения сунны Посланника (да благословит его Аллах и приветствует) и признание безбожниками тех, кто ее отвергает. Эр-Рияд, 2000. С. 35.

21. См.: Ас-Суюты Дж. Аль-джами' ас-сагыр [Малый сборник]. Бейрут, 1990. С. 209 (хадис № 3473); Ан-Навави М. Рияд ас-салихин [Сады благонравных]. Каир, 1993. С. 527 (хадис № 1541).

22. Аляутдинов Ш. Путь к вере и совершенству: 2-е изд., расшир. и перераб. / При участии и под ред. М. Заргишиева. М., 2001.

23. Ибрагим М.А.-Л. Установление законов Аллаха. Махачкала, 1997.

24. Игнатенко А.А. Самоопределение исламского мира // Ислам и политика / Отв. ред. В.Я. Белокриницкий и А.З. Егорин. М., 2001. С. 14.

25. См.: Салех бин Фаузан алъ-Фаузан. Дружба и непричастность в исламе. Баку, 1997.

Северо-Кавказская академия госслужбы_________________________________________________________________12 сентября 2002 г.

2003 г. Т.В. Плотникова

ПЕРСПЕКТИВЫ ТРАНСФОРМАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ РОССИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

Изучение процесса политических преобразований в России современными политологами, социологами, историками показало его неординарность и исключительность. Специфика формирующихся правового государства и гражданского общества проявляется не столько в устройстве общественно-политической системы, сколько в умонастроениях граждан и соответ-

ственно в их противоречивом политическом поведении. Рассматривая политическое поведение населения. России на протяжении второй половины 1990-х гг., необходимо выявить и проанализировать факторы, обусловливавшие его. Отечественные социологи и политологи [1] исследовали различные аспекты проблемы политического поведения населения России,

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.