УДК 159.9
ПСИХОЛОГИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ ПРОВОКАЦИИ А.В. Морозов
Аннотация. В статье рассматриваются психологические аспекты противодействия информационной войне, экспонируемой посредством информационных провокаций; информационно-психологическое оружие обращено, прежде всего, на сознание человека, воздействуя через него на поведение, убеждения, мотивы и потребности, нравственные установки, отношение к тому, что происходит в обществе; возможности, предоставляемые «всемирной паутиной», дают в руки экстремистам и террористам оружие невиданной силы, порождая новейший вид терроризма - «кибертерроризм»; масштабность и мощность воздействия информационных факторов на психику людей выдвигают обеспечение информационно-психологической безопасности на уровень общенациональной проблемы, и именно поэтому способность защитить себя от информационной агрессии, обеспечить информационную безопасность населения становится в современных условиях важнейшей задачей любого государства; все разрушители России во все времена прикрывались красивыми словами и лозунгами, пытаясь завуалировать опасную и разрушительную суть своих деяний.
Ключевые слова: информационные технологии, обеспечение безопасности, дезинформация, психологическая война, информационно-психологическое оружие, гендер, маскулинность.
THE PSYCHOLOGY OF INFORMATION PROVOCATION
A. Morozov
Abstract. The article examines the psychological aspects of dealing with the information war, on display through informational provocations; information-psychological weapons drawn primarily on the consciousness of man, acting through his behavior, beliefs, motives and needs, moral attitudes, the attitude to what is happening in society; the opportunities provided by the world wide web, give into the hands of extremists and terrorists weapon of unprecedented power, giving rise to the newest form of terrorism "cyber terrorism"; the scale and power of influence of information factors on the psyche of the people put forward ensuring information and psychological security on the level of a national problem and this is why the ability to defend themselves from aggression, to ensure the security of the population becomes in modern conditions the most important task of any state; all the destroyers of Russia at all times was covered with beautiful words and slogans, trying to disguise the dangerous and destructive nature of their acts.
Keywords: information technology, security, disinformation, psychological warfare, information-psychological weapons, gender, masculinity.
В последнее время информационная психологическая война стала набирать всё новые обороты. Нередко в основе «безобидной», на первый взгляд, статьи, аудио- или видеоматериала лежит хорошо замаскированная провокация, а содержащаяся в таком материале информация рассчитана на отсутствие у её потенциального потребителя необходимых знаний в той или иной области, способности к аналитическому восприятию, достаточно хорошо сформированного навыка отделять «зёрна от плевел».
Расчёт здесь, конечно же, всегда был, есть и будет, в первую очередь, на молодёжь - будущее любого государства, на потенциал молодого поколения [8;9]. И то, каким образом в недалёком будущем проявится этот потенциал в немалой степени зависит от результатов той информационной психологической войны, в состоянии которой все мы сегодня находимся, вне зависимости от того: хотим мы это признавать или нет.
В подтверждение вышесказанного приведу выдержку из книги бывшего директора ЦРУ А. Даллеса: «Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению... посеяв в России хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить... литература, театры, кино - всё будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства... мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства -словом, всякой безнравственности... в управлении государством мы создадим хаос и неразбериху... честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого... хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому
народу - всё это мы будем ловко и незаметно культивировать... будем вырывать духовные корни, опошлять и уничтожать основы народной нравственности, расшатывать таким образом поколение за поколением... мы будем браться за людей с детских, юношеских лет, главную ставку всегда будем делать на молодёжь, станем разлагать, развращать, растлевать её... мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов... мы бросим всё, что имеем, - всё золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание людей!» [4].
Видеть Россию великой на Западе никто не желает и именно поэтому активно, всеми возможными и невозможными способами противодействуют этому процессу. Тот факт, что против России сегодня идёт открытая идеологическая война, во многих западных странах даже и не пытаются скрывать. Давление на Россию идёт не только извне, но и изнутри. Немаловажную роль в этом процессе играют средства массовой информации [7].
Среди психологических аспектов современной информационной провокации можно выделить следующие:
- расчёт на недостаточно высокий уровень потребностей получателя дезинформации, основывающийся на древнеримском постулате «хлеба и зрелищ» (аудитория нуждается в «горячих» новостях и «злободневных» темах: главное - привлечь внимание, а... каким образом, насколько информация будет корректной и правдивой - многих издателей в погоне за пресловутыми рейтингами всё это вовсе не интересует);
- уверенность дезинформатора в том, что объективность представленной им информации проверить не удастся;
- ориентация на «среднего» потребителя, который не станет вдаваться в глубокий анализ полученной информации и «докапываться» до истины, а легко «проглотит» и «переварит» всё, воспринимая за «чистую монету»;
- убеждённость провокатора в том, что «заказчик» дезинформации, благодаря своему влиянию и связям, сможет «отстоять» и защитить его в случае, если кто-то осмелится публично опровергнуть откровенную фальсификацию и призвать провокатора к ответу и т.д.
Рассмотрим всё это на конкретном примере. Накануне российского Дня защитника Отечества - 22 февраля 2017 года - главный редактор Московской городской газеты в интернете «The Village» Татьяна Симакова опубликовала своё интервью с Мариной Юсуповой - автором «свежеиспеченного» в университете Манчестера диссертационного исследования
«Территориальное изменение маскулинности: русские мужчины в России и Великобритании» под весьма интригующим заголовком: «Пора пересмотреть идеи о том, как быть мужчиной» [13].
Психологическая подоплёка такого заголовка накануне Дня защитника Отечества вполне очевидна, а учитывая всё вышесказанное, в совокупности, иначе как провокацией такую статью назвать нельзя. Подобные материалы, размещённые в интернет-среде, рассчитаны, в первую очередь, на молодёжь с ещё не до конца сформированной гражданской позицией и личностной неустойчивостью к противодействию идеологии экстремизма в различных её проявлениях. Знакомство с интервью вызвало весьма неоднозначную реакцию группы молодых людей, и после недолгой дискуссии у меня окончательно утвердилась мысль о том, что просто так, без должной адекватной реакции, эту информационную провокацию оставлять нельзя. Выложить в интернете комментарий, который с большой долей вероятности «утонет» среди множества других, большого смысла не имело, и именно по этой причине появилась эта статья с большой надеждой автора не только на её внимательное прочтение, но и на адекватное аналитическое восприятие.
Если бы интервьюируемая М. Юсупова отвечала на поставленные перед ней вопросы, честно признаваясь, что не очень-то во всём этом разбирается (что, собственно, становится вполне очевидным фактом даже при весьма поверхностном анализе изложенного материала) - всё, о чём ниже пойдёт речь, могло быть воспринято совершенно иначе (мало ли в мире проведено не вполне корректных исследований, и на базе куда более сомнительных данных даже защищены диссертации), но весь «фокус» заключается в том, что автор «презентует» себя как «знатока и учёного», глубоко вникнувшего и хорошо разобравшегося в проблеме, о которой идёт речь в интервью.
Среди ключевых слов, используемых в диссертации, М. Юсупова называет: маскулинность, Россия, гендер, русские иммигранты в Великобритании [17].
Если с дефинициями «Россия» и «русские иммигранты в Великобритании» всё более или менее понятно, то термин «гендер» автор явно не диффренцирует с понятием «пол», считая, что это одно и то же, да и с пониманием и трактовкой дефиниции «маскулинность», как выясняется, у автора возникли большие проблемы. И это, невзирая на то, что и «маскулинность», и «гендер» заявлены как «ключевые» понятия в исследовании.
Гендер - это социально-психологический пол человека, совокупность его психологических характеристик и особенностей социального поведения, проявляющихся в общении и взаимодействии. Гендер содержит когнитивные (гендерное самосознание), эмоциональные (гендерная идентичность) и поведенческие (гендерные роли и особенности поведения) компоненты [12].
Содержательные составляющие
психологического пола (гендера) раскрываются, по концепции С. Бэм, через понятия: маскулинность (мужественность), фемининность (женственность) и андрогиния (одновременная выраженность маскулинных и фемининных черт). Индивидуальные представления о маскулинности и фемининности закладываются у человека в раннем детстве, и биологический пол может как совпадать с психологическим, так и отличаться от него [15].
Таким образом, дефиниции «пол» и «гендер» человека не являются синонимами, они не идентичны и не тождественны. Термин «пол» описывает биологические различия между людьми, определяемые анатомическими, физиологическими, генетическими
особенностями строения организма и детородными функциями. Пол относится к универсальным биологическим отличиям женщин и мужчин. Термин же «гендер» указывает на социально-психологические характеристики личности, на социальный статус, который взаимосвязан с полом, но не является врождённым, а приобретается в результате социализации [11].
Не составляет особого труда сделать вывод о том, что «гендерные» отношения не исследовались М. Юсуповой вовсе, а изучались, как она сама же справедливо отмечает в интервью, лишь представления о «мужском» и «женском» - то есть физиологические половые различия, но никак не социально-психологические - гендерные, хотя декларируется автором диссертации именно второе. Более того, «новоиспечённый» в Манчестере учёный демонстрирует свою абсолютную безграмотность относительно того, что в отличие от двух позиций физиологического пола (мужской и женской), гендер может проявиться у человека в одной из шести позиций: по три - у мужчины и у женщины, соответственно - маскулинная, фемининная и андрогинная. Но об этом, как ни странно, в диссертации нет ни малейшего упоминания.
Отвечая на вопрос: «как было построено исследование?» М. Юсупова поясняет: «я собирала и анализировала жизненные истории
российских мужчин в России и русских эмигрантов в Англии. Мужчины были самого разного возраста, разных профессий, гетеро- и гомосексуальные, с детьми и без детей, семейные и разведенные, с разным доходом и образованием. Я старалась собрать в одно исследование максимально разных мужчин, чтобы посмотреть, есть ли между их идеями о том, что значит быть мужчиной, что-то общее»
[13].
Всего, как поясняет автор исследования, было опрошено 40 мужчин: 20 в России и 20 -эмигрировавших из России в Великобританию. Стремясь «собрать в одно исследование максимально разных мужчин», М. Юсупова называет факторы, дифференцирующие представленную ей выборку:
1) возраст;
2) профессия;
3) сексуальная ориентация;
4) наличие детей;
5) семейное положение;
6) уровень дохода;
7) уровень образования.
В современной науке существует такое понятие как «репрезентативность выборочных совокупностей», являющееся непременным условием проведения любого исследования. Представленная М. Юсуповой характеристика её же собственной исследовательской выборки (т.е. той самой «выборочной совокупности») со всей очевидностью подтверждает тот факт, что она не является репрезентативной. Разбив выборку из 20 человек на 7 показателей получаем, в среднем, менее 3 человек на показатель, а учитывая внутреннюю дифференциацию опрошенных по каждому из показателей - и того меньше.
При этом «за кадром» интересов исследователя остаётся принципиально важный и основной вопрос: какова у интервьюируемых мужчин-респондентов выраженность
маскулинной, а не фемининной или андрогинной принадлежности. Ведь в подобном исследовании невозможно игнорировать гендерную идентичность, выявление которой в корне изменило бы всю структуру и логику исследования и не «превратило бы российскую маскулинность из объекта исследования в окно, через которое, - по выражению самой же М. Юсуповой, - она смотрит на трансформацию власти в России и движение российской истории»
[13].
В «сухом остатке» вышесказанное означает лишь одно: не только строить какие-либо прогнозы относительно полученных данных, но и оперировать ими, как научными и подтверждающими какие бы то ни было выводы
автора, нет ни малейших оснований. Более того, открыто заявив о том, что в процессе исследования объект трансформировался, а тема исследования, при этом, осталась прежней, М. Юсупова, тем самым, невольно подтвердила тот вполне очевидный факт, что защищённая ей диссертационная работа по своему содержанию не соответствует вынесенному в заголовок названию.
К тому же, устный опрос нескольких мужчин, проживающих в одном из мегаполисов нашей огромной страны, не являющихся в своей совокупности, как уже отмечено выше, репрезентативной выборкой и не обеспечивающих, в силу этого обстоятельства, корреляцию со всей генеральной совокупностью (то есть, со всем мужским населением России) никак не даёт права представлять эти результаты как выводы о всех российских мужчинах и уж тем более рассуждать о том, что для наших мужчин сегодня характерно, а что - нет.
Анализ содержания вопросов, заданных М. Юсуповой своим респондентам, позволяет сделать вывод о том, что они не предполагали стандартизированного ответа, так как являлись открытыми, а, следовательно, полученные ответы было невозможно свести хоть к сколько-нибудь однородным показателям, позволяющим делать выводы и обобщения. Вот лишь некоторые из этих вопросов:
- что такое быть мужчиной в России?
- есть ли вообще такая вещь, как российская маскулинность, если есть, то какая она?
- есть ли какой-то универсальный и общественно одобряемый способ быть мужчиной?
Ещё интереснее, по сравнению с количественным, оказался качественный состав выборки интервьюируемых: из 40 человек, входящих в обе выборки - 31 никогда не служил в армии, то есть, о том «что такое быть мужчиной в России и т.д.» рассуждали 77,5% респондентов, не вполне понимавших - о чём, собственно идёт речь, но при этом, по словам интервьюера, страстно желавших «об этом поговорить», в том числе, и о службе в армии.
И вот здесь-то в анализируемом нами интервью, являющемся ничем иным, как хорошо спланированной информационной провокацией, и начинается всё самое интересное. Под невинным, на первый взгляд, «соусом» рассуждений о российских мужчинах на протяжении большей части представленного материала обсуждаются темы милитаризма нашего государства, политической карьеры и амбиций действующего Президента страны, невыносимых условий службы в нашей
«позорной, нищей и коррумпированной армии» (и это, напомню, в самый канун Дня Защитника Отечества).
Так, например, М. Юсупова безапелляционно заявляет, что «Советский Союз всегда был милитаристским государством: он либо находился в состоянии войны, либо готовился к войне. Первая мировая, гражданская, Великая Отечественная, холодная война, потом постоянная война с внутренними врагами» [13].
Весьма странно, что интервьюер Т. Симакова - до недавнего времени издатель самарского городского интернет-издания BigviИ («Большая Деревня»), являющаяся его сооснователем и совладельцем - не задала вопрос своей собеседнице М. Юсуповой относительно того, какое отношение Советский Союз имел к гражданской войне, если он был образован только в конце декабря 1922 года, когда гражданская уже практически закончилась, не говоря уже о первой мировой войне. Создаётся впечатление, что М. Юсупова не была прилежной студенткой, либо в Самарском государственном университете не очень хорошо преподавали историю.
Возможно, дело здесь совсем в другом, учитывая тот факт, что ещё одним сооснователем и совладельцем самарского городского интернет-издания BigviИ является Лера Алфимова, проходящая в настоящее время учёбу не где-нибудь, а в США - по специальности «Интегрированные медиакоммуникации»
университета ЦЫЪ.
Да и сама М. Юсупова в марте-мае 2015 года проходила стажировку в Центре исследования мужчин и маскулинности университета штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук, США. Такое вот, по всей видимости, случайное и весьма приятное совпадение у земляков: то Самара, то США.
Но вернёмся к заявлению о нашей стране как о «милитаристском государстве» и, в частности, к периоду Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. - к словам М. Юсуповой о том, что «Красная армия превозносилась как великая и победоносная армия, которая в одиночку победила фашистскую Германию, то есть сделала то, чего не смогли сделать все европейские армии, вместе взятые» [13].
Начитавшись американских источников, пропитавшись «ядом» дезинформации за время пребывания в самом «не милитаристском» государстве мира, сама М. Юсупова, видимо, уже не сомневается в том, что не Красная Армия победила фашистскую Германию и освободила Европу от ужасов нацизма. Может быть, она совершенно искренне верит в то, что это сделали «великие и победоносные армии» США и Великобритании?!
Пока советские войска сражались с фашистской армией, американцы и англичане занимались тем, чем они обычно занимаются -террором (методично уничтожали мирное население Германии, чем показали, что они ничуть не лучше фашистов). Делалось это с воздуха путём ковровых бомбардировок городов, которые никакого отношения к войне и военному производству не имели: Дрездена, Гамбурга и др. Только в Дрездене в результате бомбёжки за одну ночь погибло, по разным оценкам, от 120000 до 250000 мирных жителей, большинство из которых были беженцами.
Кратко о пресловутом ленд-лизе:
1) помогать нам начали только в 1943 г.; до этого помощь была символической (очень велика была надежда на Гитлера, на то, что он сможет уничтожить и стереть с политической карты мира советское государство, а тратить свои ресурсы для помощи «обречённому» СССР не хотелось);
2) несмотря на то, что размеры помощи были небольшими, цены были огромными (фактически на нас и на той ситуации, в которой оказалось наше государство, попросту зарабатывали), одновременно за нами шпионили;
3) в период всей войны Америка тайком одновременно помогала фашистам, о чём сейчас говорить не принято.
Бизнес есть бизнес. Кстати, дедушка Буша-младшего Прескотт Буш был напрямую замешан в этом. Вообще преступления США во время второй Мировой войны не поддаются исчислению. Например, они поддерживали крайне жестоких хорватских фашистов усташей, которых затем активно использовали в антисоветской борьбе; как бы случайно нападали на наши войска, в надежде запугать нас своей огневой мощью; договорились с военным руководством в окружении Гитлера о том, чтобы максимальное число немецких наиболее боеспособных дивизий было переброшено на борьбу с советскими войсками, а сами американцы победно маршировали из города в город, не встречая даже символического сопротивления.
Одним из самых страшных преступлений, несомненно, является тайное спонсирование американскими фондами бесчеловечных экспериментов над людьми в фашистских концлагерях. За свою финансовую помощь Америка имела неограниченный доступ к результатам исследований. После окончания войны все немецкие и японские специалисты были вывезены в США, где продолжили свои исследования на заключённых, жителях домов для престарелых, военнопленных, эмигрантах, жителях Латинской Америки и т.д.
За всю историю СССР ни один боевой самолет не вторгался в воздушное пространство США, не совершал облётов территории этой страны, не вёл в её воздушном пространстве боев. Но за пятьдесят лет «холодной войны», развязанной вовсе не по инициативе нашего государства, над территорией СССР было сбито более тридцати боевых и разведывательных самолетов США. В воздушных боях над нашей территорией мы потеряли 5 боевых самолетов, американцами были сбито несколько наших транспортно-пассажирских бортов. А всего было зафиксировано более пяти тысяч (!) нарушений нашей государственной границы американскими самолетами.
За послевоенные годы на территории СССР было выявлено и задержано больше ста сорока парашютистов-диверсантов, имеющих вполне конкретные задания по ведению диверсий на нашей территории. ЦРУ активно печатало советские деньги и доставляло их всеми возможными способами к нам в страну, чтобы вызвать инфляцию [1].
Сегодня достоянием гласности стали многие планы ведения ядерной войны с Советским Союзом и странами социалистического содружества: «Чариотир», «Троян», «Браво», «Оффтэкл». В 1970-х была рассекречена созданная ещё 3 ноября 1945 года Объединенным разведывательным управлением при
Объединенном комитете начальников штабов США «разработка», согласно которой атомное нападение сразу на 20 городов СССР планировалось не только в случае предстоящего советского нападения, но и тогда, когда уровень промышленного и научного развития страны противника даст возможность напасть на США либо защищаться от нашего нападения [16].
Героические усилия советского народа, невероятное напряжение всех сил рабочих и интеллигенции сделали возможным настоящее экономическое чудо и совершенно неожиданное для США создание атомного оружия. Американцы, «проворонив» удачный момент для нападения, ещё много раз предлагали нанести превентивный удар в 50-х гг. прошлого века и позже, но их всё время останавливал страх получить в ответ. По утверждениям ЦРУ, Америка потратила на разрушение СССР в общей сложности 13 триллионов долларов [10].
Это - факты, но они сегодня не интересны нашим идеологическим противникам. Их задача -организация провокаций и распространение дезинформации с целью исказить подлинный ход событий, оболгать и оклеветать своего «визави» в лице нашего государства. Именно поэтому изложенные выше факты М. Юсупова в своём
интервью трактует совершенно иначе: «послевоенная экономика работала на войну, на производство оборонной промышленности, вся мощь советской идеологической машины была брошена на то, чтобы мужчины хотели стать и становились воинами» [13].
Журнал «U.S. News & World Report» утверждает, что после окончания Второй мировой войны Соединенные Штаты Америки использовали свои вооружённые силы в интересах своей внешней политики 262 раза - вот где наглядный пример вовсе «не милитаристского» и так горячо любимого М. Юсуповой государства (но об этом почему-то -ни слова, табу).
В качестве небольшого примера - 1965 - 1973 гг.: военная агрессия США против Вьетнама. Война во Вьетнаме стоила жизни 58000 американским солдатам, по большей части призывникам, раненых было около 300000. Средний возраст американского солдата во Вьетнаме был 19 лет. Десятки тысяч совершили самоубийства в последующие годы или были психически и морально уничтожены своим военным опытом.
Вместо того, чтобы привести эти данные, М. Юсупова приводит совсем другие - и опять про СССР: «за десять лет войны в Афганистане были убиты 13 тысяч человек, а дедовщина за это время унесла жизни 38 тысяч» [13].
Проверить приведённые данные о погибших, якобы от «дедовщины», не представляется возможным, а ссылка на источник, естественно, отсутствует (вполне возможно, что это - данные о всех «не боевых» потерях в Вооружённых Силах нашей страны, включая гибель по неосторожности во время учений и боевых стрельб, метания гранат, прыжках с парашютом, во время несения караульной и гарнизонной службы, при разминировании неразорвавшихся боеприпасов и т.д., но - выгоднее-то всё это представить совсем в другом свете). Расчёт на то, что никто не станет тратить своё драгоценное время и разбираться в откровенной дезинформации.
Что же касается наших потерь за период боевых действий на территории Демократической республики Афганистан в 1979 - 1989 гг., то реальная цифра даже чуть выше: всего убито, умерло от ран и болезней 13833 человека, ранено, контужено, травмировано 53753 человека [5].
Но, если мы пытаемся сравнивать «боевые» и «не боевые» потери, то напомним, справедливости ради, о том, что каждый год в России 35000 человек погибают в дорожно-транспортных происшествиях, что почти в три
раза превышает количество погибших в Афганистане за 10 лет.
Депутат Государственной Думы РФ В.Г. Поздняков, выступая на одном из заседаний, привёл следующие шокирующие цифры: ежегодно от алкоголя, наркотиков и табака в России погибает 1 млн. 400 тысяч человек.
В 2014 году в России только от приёма наркотических средств, психотропных веществ и последствий пагубной привычки скончалось около 90 тысяч человек. В 2015 году - примерно 100 тысяч смертей, вызванных приёмом психоактивных веществ и последствиями их употребления [3].
Вот от каких цифр и перспектив становится по-настоящему страшно, вот что на самом деле калечит и убивает российских мужчин в немыслимых количествах, уничтожает как род, влияет на их маскулинность; но всё это остаётся за гранью интересов Манчестерского исследователя, так как не «вписывается» в заказанную и оплаченную «сказку» о том, как «российское милитаристское государство негативно влияет на своих мужчин».
Что же касается высказывания М. Юсуповой относительно «постоянной войны с внутренними врагами», то здесь делается весьма прозрачный намёк на две чеченские кампании, о которых чуть ниже она, уже без всяких намёков говорит, что «мы стесняемся этих войн и хотим о них забыть, мы гордимся только одной» [13], давая, тем самым, вполне определённую установку, основанную на манипуляции сознанием российских граждан.
В ответ на этот провокационный выпад хотелось бы напомнить одну простую и, в то же время, непреходящую истину: «Без прошлого нет настоящего, без настоящего не может быть будущего» [6].
Именно поэтому мы не только не стесняемся своей истории, но и помним об уроках, из неё извлечённых. А вот некоторым «псевдоборцам за правду», например, в той же «совсем не милитаристской» Великобритании,
действительно хотелось бы побыстрее забыть события, относящиеся к тому периоду (по всей видимости, исключительно из соображений «стеснения»).
Получил огласку скандал с английской организацией «Хэло-Траст». Теоретически «Хэло-Траст», созданная в Великобритании в конце 80-х годов прошлого столетия в качестве благотворительной некоммерческой организации, занимается оказанием помощи в проведении работ по разминированию территорий, пострадавших от вооруженных конфликтов. Практически, по показаниям задержанных
чеченских боевиков, которые они давали в ФСБ, инструкторами этого самого «Хэло» с 1997 года было подготовлено более ста специалистов минно-взрывного дела. Известно, что финансирование «Хэло-Траст» осуществляют министерство международного развития Великобритании, Госдепартамент США, Европейский Союз, правительства Германии, Ирландии, Канады, Японии, Финляндии, а также частные лица. Более того, российскими органами контрразведки было установлено, что сотрудники «Хэло-Траст» активно занимались на территории Чечни сбором развединформации по социально-политическим, экономическим и военным вопросам.
Размышления М. Юсуповой о том, что «Россия - не самая великая страна в мире... на западные страны мы смотрим немного снизу вверх» и о том, что «достижений на мировой арене у нас не очень много» иначе, как провокационными назвать, действительно, трудно, но, оставив вторую часть на совести провокатора, попробую прокомментировать первую: побывав в десятках стран мира, объездив фактически всю Европу - никогда и ни на кого не смотрел даже «чуть-чуть» снизу вверх, более того, даже мысль об этом никогда не посещала, поэтому считаю весьма некорректным для человека, претендующего на статус «учёного», выдавать свои (а, возможно, и чужие) сугубо субъективные чувства и переживания за общепринятые.
Рассуждая о том, что «армия в капиталистическом обществе уже не является кузницей мужчин, а становится почти что тюрьмой», М. Юсупова делает следующий вывод: «военная служба превращается в препятствие для карьеры и самореализации. молодого мужчину в расцвете сил, полного образовательных и карьерных амбиций забирают куда-то на год или два и заставляют делать непонятно что и непонятно зачем» [13].
«Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно»: человек, не имеющий к армии ни малейшего отношения, пытается о ней рассуждать, переходя местами на обывательский «жаргон». Ведь, как известно, в армию «призывают», а «забирают» обычно представители правоохранительных органов и, как правило, тех, кто нарушил закон. И уж тем более непонятны слова: «куда-то» и «заставляют делать непонятно что и непонятно зачем»?
Меня никто не заставлял любить свою Родину, учиться водить машину, бронетранспортёр, танк, стрелять из автомата, пулемёта, гранатомёта, снайперской винтовки, оказывать первую медицинскую помощь,
ориентироваться и умело действовать в любой местности, в самых неблагоприятных погодных условиях, совершать марш-броски, преодолевать полосу препятствий, выполнять упражнения на гимнастических снарядах, прыгать с парашютом, владеть приёмами рукопашного боя, а также заправлять постель, подшивать подворотничок, мыть посуду, чистить картошку, убирать расположение в казарме и много чего ещё. И всё это было вполне понятно: куда, что, зачем, почему и для чего. Мужчиной по-другому не становятся. И самого себя я бы не считал мужчиной и достойным отцом, если бы не смог во всём этом показать пример своим сыновьям и, если бы они, с гордостью неся погоны на своих плечах, всему этому также не научились, набивая, при этом, иногда и «шишки».
Именно поэтому не возникает ни малейшего желания комментировать «претензии» респондентов М. Юсуповой «к тому как устроена современная российская армия», учитывая тот факт, что почти 80% из них вообще не служили, а остальные, если и служили, то неизвестно где, когда и как.
«Демилитаризация не является чем-то уникальным для России» - провозглашает М. Юсупова, не будучи, по всей видимости, знакома с афоризмом Наполеона: «народ, который не желает кормить свою армию, будет кормить чужую», а также с крылатой фразой российского императора Александра III, вовсе не случайно наречённого при жизни «Миротворец»: «Во всём свете у нас только 2 верных союзника - наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас» [14].
Неужели исследователь, проходивший стажировку в университете штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук в 2015 году, а до этого в 2011 - 2012 гг. там же - в качестве приглашённого научного сотрудника программы фулбрайта не в курсе того, что сегодня даже в США периодически поднимают вопрос о призыве? [2].
Уверен, что в курсе, но эта информация, «не укладывается» в заданную канву фальсификации, а потому снова остаётся «за кадром» интервью. Зато находится место другим рассуждениям: «идеи о том, как быть мужчиной, очень сильно устарели, их нужно пересматривать, и самим мужчинам в первую очередь. Например, почти все опрошенные мной мужчины (за исключением двух) рассказывали, что никогда не имели близких, любящих отношений со своими отцами. Отца либо не было вообще, либо он был абсолютно не заинтересован в их жизни, либо он был жесток с ними и другими членами семьи»
Так, может быть, в этом и нужно искать истинные причины проблем с мировосприятием респондентов (не вполне понятно по какому принципу подбиравшихся М. Юсуповой для своего исследования), а не заниматься обобщением полученных данных и имплицированием их на всю генеральную совокупность российских мужчин.
Далее М. Юсупова рассуждает о том, что «российские мужчины, которые переезжают в Англию, переезжают в страну с высоким коэффициентом гендерного равенства, страну, где феминистское политическое движение существует полвека. Идеология гендерного равенства встроена в государственные структуры... когда российские мужчины попадают в Англию, у них наступает ярко выраженное гендерное беспокойство» [13].
Выглядит весьма странным тот факт, что в государстве, на которое мы, якобы, смотрим «снизу вверх», всё настолько «хорошо» и «прекрасно», что феминистское движение существует уже полвека, а разговоры о традиционной роли мужчины и женщины, по словам М. Юсуповой, «в британской среде наталкиваются на, мягко говоря, неодобрительное непонимание».
А какие «загадочные» словосочетания использует исследователь, чтобы окончательно сбить с толку наивного российского обывателя: «коэффициент гендерного равенства», «гендерное беспокойство», «идеология гендерного равенства» (и это при том, что понимание термина «гендер» у М. Юсуповой, как мы уже выяснили выше, отсутствует напрочь). Бравируя псевдонаучными терминами в исследовании, весьма далёком от настоящей науки, автор не утруждает себя их объяснением, так как конечная цель - совсем в другом.
И вот, практически в концовке интервью, М. Юсупову наконец-то «прорвало». Сброшена «вуаль» завесы с околонаучных рассуждений: «миграция - это всегда шок, это социальная смерть, после которой надо суметь переизобрести
себя и возродиться к новой жизни. Но шок российских эмигрантов связан не только с этим. многие перестраиваются и переосмысливают некоторые из своих прошлых установок. Например, кто-то переосмысливает свою гомофобию. В любом случае, привезенные из дома гендерные установки начинают ставиться под сомнение» [13].
Вот что происходит с сознанием российских иммигрантов на самом деле: «а нужна ли мужчине - женщина»?! И, если у российского иммигранта возникает сомнение в том, кто он сам, то ответ на этот вопрос уже не так однозначен, каким он мог быть до «шока» от западной культуры и традиций. Ещё бы. с западными-то псевдоценностями. было бы весьма странно, если бы всё было по-другому.
Какой уж тут «образ защитника»! В Англии, как отмечает М. Юсупова, «функция защитника у мужчины отмирает». Видимо, становится ненужной, подобно рудименту - пережитку исчезнувшего для некоторых западных стран явления.
Выход такого интервью накануне 23 февраля - это не просто «плевок» в лицо миллионам российских мужчин - тем, кто служил и тем, кто служит - это тщательно продуманная идеологическая провокация, направленная на дестабилизацию гражданской позиции, в первую очередь, молодёжи, фальсификацию и замену личностных установок и конструктов, пролонгацию идеологии экстремизма, на подрыв устоев, традиций и ценностей нашего государства, всех истинных патриотов, людей, считающих себя Россиянами.
Для того, чтобы суметь своевременно разоблачить маскирующегося под различной личиной недоброжелателя и успешно противостоять современной идеологии экстремистских происков, пытающихся посеять «зерно раздора и сомнений» в неокрепшие души и сердца молодых людей, им важно знать: как сегодня может выглядеть психология информационной провокации .
Литература:
1. Волкогонов Д.А. Психологическая война / Д.А. Волкогонов. - М.: Воениздат, 1984.
2. В США планируют вернуть призыв в армию [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://topwar.ru/16621-v-ssha-planimyut-vemut-prizyv-v-armiyu.html
3. Выступление в Государственной Думе депутата В.Г. Позднякова [Электронный ресурс]. -Режим доступа: https://kprf.rU/opponents/er/116346.html
4. Даллес А. Доктрина. Россию надо поставить на место! / А. Даллес. - М.: Эксмо, Алгоритм, 2011.
5. Ляховский А.А., Забродин В.М. Тайны афганской войны / А.А. Ляховский, В.М. Забродин. -М.: Планета, 1991.
6. Морозов А.В. История психологии / А.В. Морозов. - М.: Академический Проект, 2003.
7. Морозов А.В. Средства массовой информации и информационная безопасность личности в условиях современного общества / А.В. Морозов // Учёные записки ИУО РАО. - 2017. - № 1-2(61). - С. 93-99.
8. Морозов А.В. Формирование гражданской идентичности российской молодёжи в процессе её
социализации: в сборнике: Формирование гражданской идентичности молодёжи в условиях социально-экономических реалий российского общества / А.В. Морозов // Материалы Международной научно-практической конференции. - Казань, 2017. - С. 165.
9. Морозов А.В., Никифорова Г.Г. Безопасное образовательное пространство как основа психического и физического здоровья личности в современном социуме: в сборнике: Категория «социального» в современной педагогике и психологии / А.В. Морозов, Г.Г. Никифорова // Материалы 5-й Всероссийской научно-практической конференции (заочной) с международным участием; отв. ред. А.Ю. Нагорнова. - Ульяновск, 2017. - С. 314317.
10. Морозов А.В., Радченко Л.Е. Воздействие средств массовой информации на здоровье и воспитание старших подростков / А.В. Морозов, Л.Е. Радченко. - М.: Изд. И.Балабанова, 2010.
11. Порядина В.А., Морозов А.В. Трансформация гендерных различий в структуре социального интеллекта студентов: в сборнике: Интегративный подход к психологии человека и социальному взаимодействию людей: векторы развития современной психологической науки / В.А. Порядина, А.В. Морозов // Материалы VII Всероссийской научно-
практической конференции. - СПб.: РГПУ им. Герцена, 2017. - С. 422-429.
12. Практикум по гендерной психологии; под ред. И.С. Клециной. - СПб.: Питер, 2003.
13. Симакова Т. Пора пересмотреть идеи о том, как быть мужчиной [Электронный ресурс] / Т. Симакова // The Village. - 22.02.2017. - Режим доступа: http://www.the-village.ru/village/city/city-interview/257948-sotsiolog-o-zaschitnikah
14. Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. - М.: Локид-Пресс, 2003.
15. Bem S.L. Gender schema theory and its implications for child development: Raising gender-aschematic children in a gender-schematic society // Signs: Journal of Woman in Culture and Society. - 1983. - № 70. - P. 196-206.
16. Thomas H. Etzold and John Lewis Gaddis, eds., Containment: Documents on American Policy and Strategy, 1945-1950. - NY: Columbia University Press, 1978.
17. Yusupova M. Shifting masculine terrains: russian men in Russia and the UK. - Manchester, 2017. - 216 р. [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://www.alc.manchester.ac.uk/modern-languages/research/postgraduate-research/russian-studies/marina-yusupova/
Сведения об авторе:
Морозов Александр Владимирович (г. Mосква, Россия), доктор педагогических наук, профессор, главный научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Институт управления образованием Российской академии образования» (ФГБНУ «ИУО РАО»), email: doc_morozov@mail.ru
Data about the author:
A. Morozov (Moscow, Russia), doctor of pedagogical Sciences, Professor, chief researcher of Federal state budgetary scientific institution «Institute of education management, Russian Academy of education» (FSBSI «IME RAE»), e-mail: doc_morozov@mail.ru