https://doi.org/10.29013/EJA-20-3-90-95
Liermontova Yelena Alexandrovna, Postgraduate student of the Department of Interpretation
and Analysis of Music at Kharkiv I. P. Kotlyarevsky National University of Arts Е-mail: flybikes2010@gmail.com
PSYCHOLOGICAL MARKERS OF DOMRA-PLAYER'S CREATIVE PERSONALITY IN THE CONTEXT OF MODERN SOUND-SPHERE
Abstract. In the article particulars of domra-player's psychology are outlined. Significance of domra-player's psychological markers is proven: such as psychotype, cognitive role of cultural memory, and imperativeness of will. Thus, a claim is made that domra performance acquires status of the multicultural phenomenon in the condition of the sound-sphere of the XXI century.
Keywords: domra art, psychology, emotions, cognitive precept, cultural memory, will, creative reflection.
Лермонтова Елена Александровна, аспирантка кафедры интерпретологии и анализа музыки
Харьковского национального университета искусств им. И. П. Котляревского E-mail: flybikes2010@gmail.com
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МАРКЕРЫ ТВОРЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ ДОМРИСТА В КОНТЕКСТЕ СОНОСФЕРЫ СОВРЕМЕННОСТИ
Аннотация. В статье очерчена специфика деятельности домриста в аспекте психологии личности. Обоснована значимость психологических маркеров творческой личности домриста: психотип, когнитивная значимость «памяти культуры», императивность воли. Делается вывод о новом статусе домрового искусства как мультикультурного явления в условиях соносферы музыкальной культуры ХХ1 века.
Ключевые слова: домровое искусство, психология личности домриста, эмоции, когнитивная установка, память культуры, воля, творческая рефлексия.
Своеобразие музыкального искусства ций - все эти признаки предопределили решение
XX века во многом связано с трансформаци- множества проблем, связанных с личностным
ей онто-сонологических условий творчества осмыслением музыкантом-исполнителем музы-
и изменением статуса музыканта-исполнителя. кально-культурного опыта человечества. Среди
Присущие духовной реальности музыкального них - создание интерпретаторских версий, адек-
произведения расширение «тембровых гра- ватных композиторскому замыслу и специфике
ниц» звучания инструмента, свобода сочета- творческого Я исполнителя; нахождение путей
ния национальных жанровых и стилевых тради- его самореализации.
Особенную остроту проблемы интерпретации обретают в сфере народного инструментального исполнительства, в частности,- в домровом искусстве. Темпорально концентрированные процессы его полноправного утверждения во всех «пластах» музыкального искусства (термин В. Конен [8]) актуализируют решение задач научной рефлексии, среди которых - расширение репертуарных горизонтов, утверждение в слушательском сознании идеи плюралистичности искусства, специфики психологии музыканта-домриста в его многовекторной деятельности (исполнителя, пропагандиста-просветителя и композитора).
Таким образом, актуальность темы обусловлена глубоким интересом музыканта-исполнителя к психологическим механизмам творчества и вниманию к психологическим особенностям (маркерам) процесса коммуникативного воздействия на публику. Их теоретический анализ очерчивает нерешенные ранее проблемы специфики домрового исполнительства.
Цель статьи - изучение психологии творчества домриста в контексте современного домрового искусства Украины.
Объект исследования - современное домровое искусство Украины; предмет - психологические маркеры изучения творческой личности домриста.
Анализ последних публикаций. Изучение научных источников, посвященных домровому искусству, позволяет констатировать значительную интенсификацию в музыкальной науке психологически ориентированных исследований. Общие положения психологии искусства, музыкального восприятия и музыкальных способностей сформированы в трудах Л. Бочкарева [3], Л. Выготского [4], В. Зеленина [6], Ю. Цагарелли [16] и др. Особую актуальность эти вопросы обретают в контексте домрового искусства, пути развития которого освещаются в работах С. Белоусовой [2], М. Давыдов [5], В. Ивко [7], Н. Костенко [9], Б. Михеева [11], А. Олейника [12], В. Петрик [13],
Т. Петровой [14]. Однако целостная характеристика деятельности музыканта-домриста как системы, позволяющей выявить её психологические детерминанты в мультикультурном пространстве ХХ1 века, находится пока еще в стадии разработки.
Изложение основного материала. Творческая деятельности домриста являет собой неотъемлемый компонент метасистемы соносферы музыкальной культуры ХХ1 века. Изучая проявление психологических маркеров как механизмов формирования личности музыканта-исполнителя, укажем на множественность связей его деятельности с другими инструментами и образами инструментальной соносферы, звучащей в синхронии и диахронии. Эта множественность связей имеет своим основанием присущую современному домровому искусству многонаправленность творческой самореализации исполнителя. Ее проявлением, с одной стороны, является сосуществование академического, народно-инструментального и эстрадного направлений. Обусловливая историко-культурную, национально-стилевую и жанрово-образную плюралистичность домрового репертуара, функциональная многогранность домрового искусства позволяет выдвинуть гипотезу о наличии его культурно-смысловой полифоничности.
С другой стороны, реалии современности (в частности, потребность в формировании новой слушательской установки относительно домрового искусства) служат основой интенсификации интерпретационного потенциала музыканта-исполнителя. «Концентрация» домрового искусства в историческом времени и пространстве музыкальной культуры многократно заостряет потребность в новой генерации исполнителей-универсалов, утверждающих свой полифункциональный статус на концертных и учебных площадках, конкурсах, фестивалях. Молодая генерация домристов, ориентированная на синтез традиций народно-инструментального, академического и эстрадного (в том числе и джазового) исполнительства, на практике осуществляет стратегию
новационного прочтения классического наследия в новых тембровых версиях. В этом процессе не последнюю роль выполняют так называемые психологические маркеры личностного Я музыканта, участвующего в воссоздании «живой» звучащей соносферы на паритете с другими музыкальными инструментами и сферами музицирования.
Творческая жизнь домриста в множественности историко-культурных, жанрово-стилевых направлений музыки влечет за собой такую характерную черту исполнительской психологии, как способность к моментальной психологической перестройке. Свобода оперирования различными культурными кодами предполагает не только высокий уровень их интериоризации, творческого, личностного осмысления «чужого» культурного опыта, но и высокий показатель лабильности творческой рефлексии. Эмоциональная лабильность современного домриста обусловливает возможность моментальной адаптации и творческой самореализации в перманентно изменяемых культурно-смысловых контекстах. Вместе с тем, эмоциональная лабильность является следствием функционирования современного домрового искусства в сольном, ансамблевом и оркестровом вариантах. Полифункциональность домры в контексте оркестрового исполнительства предполагает способность исполнителя к многократным эмоциональным переключениям, вызванным сменяемостью солирующей и аккомпанирующей функции (в ор-кестрових tutti).
Эмоциональная лабильность как психологический маркер творческого облика современного домриста связана и с его мультинаправленной самореализацией. Совмещение исполнительской, композиторской, педагогической, интерпрета-торской, просветительской деятельности является мощным фактором формирования региональных домровых школ, сохранения, трансляции и репрезентации их традиций, детерминантой утверждения домрового искусства в его культурно-полифоническом качестве.
Факторами психологической специфики домрового искусства выступают особенности органологии инструмента и исполнительской техники, а также сложившиеся в практике исполнителя жанрово-стилевые приоритеты. Камерность звучания домры, ограниченность динамики, тремолирующая кантилена «компенсируются» высоким эмоциональным «током», насыщенностью тонкими вибрациями звукового мира музыки для домры, её изыканностью и жизнеутверждающим, озорным духом, близким к фольклорной (песен-но-танцевальной) стихии мирочувствования.
Красота и значимость домровых образов в современной соносфере музыки ХХ1 века подтверждаются исключительной интенсивностью шкалы лирических и танцевальных репрезентаций при разнообразии тембровой палитры, активностью и визуальной экспрессивностью приемов звукоиз-влечения, присущие только домре виртуозность, струнно-смычковая моторика, импровизацион-ность. Именно эти качества позволили домре поистине «ворваться» в сферу академического инструментального исполнительства в 50-е-60-е годы прошлого века и покорить публику уже в первых образцах жанра концерта для домры, в частности, в творчестве старшей генерации композиторов Украины Д. Клебанова, К. Доминчена, К. Мяскова.
Весомым фактором эмоциональной концентрации домрового искусства является его тяготение к жанру миниатюры (циклу миниатюр). Эта излюбленная сфера творчества присуща выдающимся представителям современного домрового искусства - композиторам и исполнителям в одном лице Б. Михееву, В. Ивко, А. Цыганкову, А. Матряшину.
Эмоциональная концентрированность домрового искусства связана с «перевоплощением» классических произведений для других инструментов в «усечении» - «сжатии» циклических форм (в частности, жанра скрипичного концерта) до первых / финальных частей блестящего, импровизационно-виртуозного характера [10]. Истоки эмоциональной напряженности
связаны и с иным жанровым полюсом домрового искусства - сферой лирической рефлексии, репрезентированной в композиторском творчестве Б. Михеева и В. Ивко образцами концертного жанра, тяготеющего к одночастности и предельной технической сложности.
Заметим, что психологический «портрет» современного домриста отмечен комплементарно-стью, вследствие приоритетности утилитарных, эстетических и интеллектуальных эмоций на различных этапах исполнительского постижения произведения. Обеспечивая автоматизацию двигательной, моторной активности исполнителя [1, 20-25], утилитарные эмоции служат необходимой технической основой воплощения композиторского замысла. Эстетические эмоции, с учетом тезауруса исполнителя, его музыкального интеллекта (уровень владения культурными кодами и их интерпретирования) служат фундаментом исполнительской выразительности, обеспечивая плодотворность интонирования тем-образов, осмысленного и живого воспроизведения звука [14, 253]. Эстетические и интеллектуальные эмоции являют собой не только содержание целостного постижения произведения («мышления в широком значении - концептуального, образно-драматургического, психологического, ассоциативного, инструментального» [5, 97]), но и основу самореализации домриста как homo interpretator (термин Л. Шаповаловой [17]). Целостный образ интерпретатора имманентно заключается в органичном единстве психологических маркеров его творческого Я.
Смысловая «полифоничность» современного домрового искусства побуждает к осмыслению значимости когнитивного компонента, без чего не возможна функция рефлекции как психологическое условие творчества. Рефлексивно-когнитивный маркер, связанный с необходимостью творческого понимания культурных кодов и репрезентации готовых смыслов в новационном преломлении тембровых и артикуляционных возможностей инструмента, является не только импульсом
к интериоризации глубинных смыслов содержания музыкального произведения. Будучи основой будущей (новой) интерпретации и закрепленного в сознании культурного опыта, когнитивный механизм творчества домриста обеспечивает неразрывное единство коммуникации в триаде «композитор -исполнитель-публика», эмоциональный резонанс и с произведением и аудиторией.
Органология инструмента также обусловливает значимость когнитивного начала в домровом искусстве в связи с необходимостью осмысления на рациональном уровне технологической специфики исполнительства, в частности, особенностей тремолирования [10, 265], функционирования исполнительского аппарата в условиях преобладания интенсивных мелких пульсирующих движений, а также конкретных условий исполнительского акта (акустики, особенностей концертной программы, специфики аудитории).
Память домриста, являя собой сущностный компонент психологии музыканта [6], в силу онтологической специфики домрового искусства предстает в принципиальной взаимообусловленности ее видов (зрительная, двигательно-мотор-ная, слуховая, абстрактно-логическая). Обеспечивая масштабность и глубину тезауруса музыканта, глубинное осмысление культурных кодов, именно «память культуры» как маркер выстраивает творческую позицию домриста как интерпретатора художественного опыта человечества. Так поли-фоничность мышления современного домриста свидетельствует о вхождении этого вида исполнительского искусства в сонорную ауру музыкально-исполнительской культуры современности.
Сложность пути музыканта-домриста по реин-терпретации культурного наследия скрипичного (или фортепианного) искусства и преодолению перцептуальной инерции, связанной с «неожиданностью» его тембрового переинтонирования, позволяет позиционировать другое важнейшее качество исполнителя - его волю в качестве психологического маркера его деятельности. Воля
служит побуждающим импульсом к формированию нового образа произведения в силу специфики звукового образа домры, во многом определяемых приоритетностью его жанров (переложений, транскрипций, обработок). В связи с этим необходимо акцентировать значимость интерпретации классического наследия в аспекте темброво-арти-куляционного и фактурно-динамического переинтонирования в творчестве выдающихся исполнителей украинской домровой школы Б. Михеева, В. Ивко, Н. Костенко. Вместе с тем, воля как маркер психологии домриста детерминирована ор-ганолого-технической спецификой инструмента, обусловливающей значительность мышечных усилий при преобладании тремоло, мелкой моторики, асинхронности движений рук.
Воля является также залогом творческой рефлексии домриста, направленной на преодоление инерционного стереотипа трактовки домры как исключительно народного инструмента. «Ускоренная» эволюция домрового искусства придала особую остроту проблеме формирования его методического фундамента, демонстрирующего активность процесса «модуляции» домры из прикладной сферы в академическую, сопряженную с сохранением исторически сложившихся традиций. Триада «история-преемственность-школа», утверждаемая Б. Михеевым как основа воспитания домриста [15, 5-6], является сущностным импульсом к проявлению воли, выраженной в устремленности выдающихся домристов и педагогов М. Гелиса, Н. Лысенко, В. Комаренко, Ф. Коровая, Е. Бортника, В. Михелиса, Г. Казакова к духовной связи поколений исполнителей и утверждению самостоятельности и творческой неповторимости домровых школ Харькова, Киева, Донецка, Одессы, Львова.
Немаловажным фактором, определяющим особое значение воли как психологического маркера личности и деятельности домриста следует признать сознательную установку выдающихся музыкантов на творческий эксперимент. Ее ярчайшим воплощением на протяжении XX ст. яви-
лась деятельность Г. Казакова, А. Емельянова по усовершенствованию инструмента и созданию семейства домр, а также эксперимент В. Соломина, А. Стоколоса и А. Степановича по созданию электронной домры. Иное измерение творческой воли, направленной на сохранение сложившихся в домровом искусстве традиций и всестороннее расширение технических и жанрово-стилистиче-ских горизонтов (в частности, экспериментальными приемами исполнительства) демонстрируют Б. Михеев, В. Ивко, А. Олейник, В. Соломин.
Выводы. Домровое искусство как уникальное явление современной соносферы, отмеченное исключительной интенсивностью эволюции и культурной полифоничностью, являет собой пример формирования и утверждения нового образа исполнителя. В качестве атрибутивных маркеров психологии личности домриста следует выделять его психотип: исключительную эмоциональную лабильность и концентрированность воли; высокий уровень взаимосвязи утилитарных, эстетических и интеллектуальных эмоций; значимость когнитивного начала, детерминированного необходимостью интерпретации культурных кодов; рациональное осмысление исполнительской техники.
Среди психологических маркеров существенна роль музыкальной памяти, а также культурной памяти как условия свободы оперирования культурными кодами в процессе творческой самореализации музыканта, шире - мультинаправленно-сти эволюции домрового искусства.
Творческая рефлексия домриста психологически тесно связана с преодолением технических сложностей исполнительства, с одной стороны, и слушательской инерции - с другой. Результатом процесса интенсификации нового звукового образа домры становятся такие показатели, как максимальное «раздвижение» виртуозно-технических, жанрово-стилистических и национально-стилевых границ домрового искусства, усовершенствование инструмента, формированием методических основ и региональных педагогико-исполнительских школ.
В своей комплементарное™ психологические подтверждением нового статуса домры в контексте
маркеры творческой личности домриста являются соносферы музыкальной культуры современности.
Список литературы:
1. Бай Ю. Утилггарш (прикладш) емоци у музично-виконавськш д1яльносп: постановка проблеми // Проблеми подготовки сучасного вчителя,- Умань, 2018.- № 18.- С. 18-26.
2. Ылоусова С. В. Виконавське штонування на домрi // Украшська культура: минуле, сучасне, шляхи розвитку: наук. зб.- Рiвне: РДГУ 2018.- Вип. 28.- С. 171-177.
3. Бочкарев Л. Л. Психология музыкальной деятельности.- М.: Институт психологии РАН, 1997.- 351 с.
4. Выготский Л. Психология искусства.- М.: Искусство, 1968.- 576 с.
5. Давидов М. Аспекти фахового мислення музиканта-виконавця // Актуальш питання гумаштарних наук.-Кшв, 2013.- Вип. 7.- С. 93-118.
6. Зеленш В. Самоактуаллзацшна модель функцюнування пам'ят в практищ музиканта-виконавця // Проблеми взаемодп мистецтва, педагопки та теори i практики освгги: зб. наук. ст. ХДУМ iменi I. П. Котляревського: Когнiтивне музикознавство-2.- Харкiв: Вид-во «С.А.М.», 2011.-Вип. 32.- С. 109-123.
7. 1вко В. М. Техшка iнструментального штонування // Актуальш напрямки розвитку академiчного народно-iнструментального мистецтва: матерiали Друго'! Всеукрашсько'! науково-практично'! конференций- Ки'в: Музична Украша, 1998.- С. 45-46.
8. Конен В. Дж. Третий пласт. Новые массовые жанры в музыке XX века.- М.: Музыка, 1994.- 160 с.
9. Костенко Н. Е. Современная теория и практика домрового исполнительства в Украине // Традицп та новаци у вищш архггектурно-художнш культурi Украши.- ХаркГв, 2014.- Вип. 2.- С. 33-37.
10. Литвинец Т. А. Концерт № 1 для скрипки с оркестром Н. Паганини в репертуаре домриста // Му-зичне мистецтво: зб. наук. статей.- Донецьк-Львiв, 2012.- Вип. 12.- С. 259-268.
11. Михеев Б. Акустические закономерности звукообразования на домре и их использование в работе над звукоизвлечением.- Харьков, 1990.- 24 с.
12. Олейник А. Домрове тремоло в аспекте риторического содержания исполнительских приемов игры // Вкник КНУКМ, Серiя: Музичне мистецтво.- Ки!'в, 2018.- № 1.- С. 57-66.
13. Петрик В. Специфжа домрового iнструменталiзму // Давидов М. Виконавське музикознавство. Енциклопедичний довЦник.- Луцьк: ВАТ «Волинська обласна друкарня», 2010.- С. 316-317.
14. Петрова Т. С. Моторика в технике домриста // Музичне мистецтво: зб. наук. ст.- Донецьк-Львiв: Юго-Восток, 2012.- Вип.12.- С. 249-259.
15. Ревуцький Л. Сонечко. 20 украшських народних шсень. Транскрипщя для чотириструнно!' домри в супроводi фортешано М. Т. Лисенка. Педагопчний репертуар мистецько!' школи.- Ки!'в: «АГАТ ПР1НТ», 2018.- 44 с.
16. Цагарелли Ю. А. Психология музыкально-исполнительской деятельности: учебное пособие.- Санкт-Петербург: Композитор, 2008.- 212 с. [Електронний ресурс].- Режим доступа: URL: http://eanw.info/enzilkopedia/psycholigy-muzikalino.pdf/ (дата звернення 03.012020).
17. Шаповалова Л. Б. Духовная реальность музыкального произведения и методы ее познания // Проблеми взаемодп мистецтва, педагопки, та теорп i практики освгги. Когнггивне музикознавство: зб. наук. ст. Харк. нац. ун-т мистецтв Гм. I. П. Котляревського.- Харюв: Видавництво «С. А. М.», 2014.- Вип. 40 - С. 11-32.