ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
УДК 342
ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ ВИНЫ КОЛЛЕКТИВНОГО СУБЪЕКТА И ВИНЫ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ, ДОПУСТИВШИХ КОНСТИТУЦИОННЫЙ ДЕЛИКТ
© 2019 Е.Ю. Стаханова*
В статье анализируются различные позиции о понятии вины субъектов конституционного правонарушения; определяется, что вина является базовым началом публично-правовой ответственности; рассматривается сущность вины коллективного субъекта правонарушения, а также соотношение этой вины и вины его должностных лиц, непосредственно (формально) допустивших конституционный деликт.
Ключевые слова: вина, конституционная ответственность, конституционное правонарушение.
В начале хотелось бы рассмотреть некоторые представления о вине субъектов конституционного правонарушения. Анализ специальной литературы показывает, что правоведы исходят, как правило, из двух различных точек зрения. Во-первых, некоторые исследователи полагают, что вина - необязательный признак состава конституционного деликта, лишь в некоторых случаях предусмотренный законодательством о конституционной ответственности [13, с. 8; 8, с. 44; 11, с. 321-322]. Стоит заметить, что при этом допускается отход от классического понимания правонарушения как виновно совершенного деяния.
Другая группа авторов считает, что вина -необходимое условие привлечения к любому виду публичной ответственности, в том числе, конституционной [12, с. 380-382; 4, с. 14].
Представляется, что, несмотря на различие в подходах к ответственности, вина их субъектов обязательно должна устанавливаться и учитываться. Стоит в связи с этим согласиться с В.О. Лучиным, который считает, что «в сфере публичного права нет отраслей, где бы ответственность возлагалась на субъекты без учета вины» [9, с. 292].
Нельзя в связи с эти согласиться с мнением, что «вина приобретает значение признака субъективной стороны состава правонарушения, только будучи отраженной в норме права, где она выражается в форме умысла или неосторожности и при этом обязательна для любого состава правонарушения» [5, с. 35]. Вина является базовым началом публично-правовой ответственности, и должна быть установлена независимо от упоминания о ней в законе. Это - принцип, соблюдающийся при оценке любого правонарушения, ответственность за который установлена нормами публичного права.
Этот же постулат касается и конституционной ответственности коллективных субъектов права. Применительно к индивидуальным субъектам конституционных правонарушений вопрос о вине не возникает, однако ситуация осложняется тем, что зачастую субъектом рассматриваемого вида правонарушений выступают коллективные субъекты конституционного права (Правительство РФ, федеральные и региональные органы государственной власти, органы местного самоуправления, избирательные комиссии и т.д.), что существенно затрудняет использование классического понимания
* Стаханова Екатерина Юрьевна (stakatya@rambler.ru) - кандидат юридических наук, доцент, кафедра государственного и административного права, Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Самарский национальный исследовательский университет имени академика С.П. Королева», 443086 РФ, г. Самара, ул. Московское шоссе, д. 34.
il
ЭКСПЕРТ:
ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
2019. № 2 (2)
EXPERT: THEORY AND PRACTICE
вины как субъективного (психического) отношения к правонарушению и его последствиям.
Дискуссионным вопросом является сущность вины коллективного субъекта правонарушения, а также соотношения этой вины и вины его должностных лиц, непосредственно (формально) допустивших конституционный деликт. Полагаю, что при решении данного вопроса необходимо отталкиваться от вины как внутреннего (психического) отношения субъекта правонарушения к самому правонарушению и его последствиям. Поскольку за любым коллективным субъектом «стоят» конкретные люди, необходимо оценивать субъективное отношение должностных лиц, принимавших правонарушающее решение, к совершению конституционного деликта. Что, впрочем, не отменяет того, что в правоприменительном акте о привлечении к конституционной ответственности должна быть установлена вина именно коллективного субъекта такой ответственности. В этом случае вина коллективного субъекта детерминирована виной его должностных лиц, ответственных за принятие решения, однако не является собственной виной таких лиц.
Являясь сторонником мысли о том, что вина коллективного субъекта определяется, обусловливается виной конкретных индивидуальностей, но не сводится к ней, а представляет собой своего рода «перенос», «экстраполяцию» вины конкретных граждан на вину коллективного субъекта, позволю не согласиться с мнением В.А. Виноградова, считающего, что «на коллективный субъект может быть возложена ответственность за индивидуальных субъектов, действующих от его имени (в его интересах) в случае отсутствия должного контроля за выполнением возложенных на них обязанностей» [7, с. 56]. Во-первых, в этом случае получается, что коллективный субъект несет ответственность за других лиц, что противоречит принципу субъективного вменения. Во-вторых, что означает «отсутствие должного контроля за выполнением возложенных на них обязанностей»? Сам по себе коллективный субъект
права не может осуществлять должный контроль за своими членами, поскольку сам по себе является искусственным субъектом права. Контроль за членами коллективного субъекта может осуществляться только другими членами этого коллектива, то есть физическими лицами, выступающими от имени коллективного субъекта на основе должностной иерархии. Именно по этой причине придерживаюсь мнения, что вина коллективного субъекта определяется (детерминируется) виной его членов, но не состоит в такой вине.
Стоит в связи с этим критически отметить отдельные нормы российского законодательства, которые позволяют привлекать к конституционной ответственности физических лиц за деяния, совершенные коллективными субъектами. Так, в ст. 41 Федерального закона от 19 мая 1995 г. №82-ФЗ «Об общественных объединениях» предусмотрено, что «в случае нарушения законодательства Российской Федерации общественными объединениями, не обладающими правами юридического лица, ответственность за данные нарушения несут лица, входящие в состав руководящих органов этих объединений» [1]. Таким образом, постулируется возможность безвиновной ответственности граждан (физических лиц) за действия коллективного субъекта права - общественного объединения, не обладающего правами юридического лица.
Характерно, что в этой же статье федерального закона указано, что при совершении общественными объединениями, в том числе не обладающими правами юридического лица, деяний, наказуемых в уголовном порядке, лица, входящие в руководящие органы этих объединений, могут по решению суда нести ответственность как руководители преступных сообществ, но только при доказательстве их вины за организацию указанных деяний.
Таким образом, в рассмотренной норме одновременно предусмотрена как виновная, так и безвиновная ответственность граждан за совершение различных видов правонару-
Юридические науки
#1
шений - в случае совершения общественным объединением уголовного преступления обязательно наличие вины, в случае совершения другого правонарушения возможно наступление безвиновной ответственности.
Кроме того, стоит оценить и норму ч. 7 ст. 60 Федерального закона от 10 января 2003 г. №19-ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации» [2], которая устанавливает, что ответственность за нарушение установленного порядка финансирования кандидатом своей избирательной кампании несет лично кандидат. Думается, что такое безапелляционное установление ответственного лица за совершение конституционного деликта противоречит принципу виновной ответственности, и должно быть устранено.
Стоит заметить, что автор настоящей работы не отрицает существование ответственности без вины (ответственности по чужой вине), однако ее возможность обусловлена исключительно тем, что сама по себе юридическая ответственность является более чем широким понятием, охватывающим круг совершенно разных общественных отношений. В частных правоотношениях безвиновная ответственность очень распространена, и это легко объясняется диспозитивным началом самого частного права. Однако в публичных правоотношениях (к которым, безусловно, относится и конституционно-правовая ответственность) принцип виновной ответственности должен соблюдаться неукоснительно.
Критически оценивая возможность привлечения к конституционно-правовой ответственности за безвиновное правонарушение, стоит рассмотреть и такой аргумент ее сторонников: отмена нормативных актов, принятых субъектами конституционного права, не влечет исследование вопроса о вине. Это следует, например, из возможности отмены правительственных актов Президентом России в случае их противоречия Конституции. Исследователи считают, что поскольку в таком случае вопрос о вине даже не обсуждается, следовательно, конституци-
онное право допускает ответственность за невиновные (лишь объективно противоправные) деяния [7, с. 56]. С таким мнением также трудно согласиться, поскольку, на наш взгляд, в этом случае вина как элемент субъективной стороны правонарушения ошибочно смешивается с обязанностью доказывания вины. Действительно, во многих нормах, регулирующих применение конституционной ответственности, вопрос о субъективной стороне таких правонарушений не ставится. Однако это не означает, что это не подразумевается. Рассматривая приведенный В.А. Виноградовым пример, можно сказать, что отмена правительственных актов Президентом России возможна только в случае установления их противоречия Конституции, федеральным законам, указам Президента. Такие акты должны быть отменены, если при их принятии были допущены умышленные или неосторожные (например, связанные с неверным толкованием норм Конституции) ошибки. Ошибки в такой ситуации - это и есть наиболее распространенная форма вины в виде неосторожности, допущенной конституционным делинквентом. Ошибка, породившая нарушение прав и охраняемых законом интересов, должна быть квалифицирована как правонарушение с соответствующими последствиями в виде привлечения к конституционной ответственности.
Кроме того, как справедливо указывают некоторые авторы, «в зависимости от ситуации соответствующие неблагоприятные последствия могут не выступать как меры конституционно-правовой ответственности » [10, с. 15]. И действительно, может ли отмена правительственных актов Президентом России считаться разновидностью юридической ответственности? Данное последствие может и не относится к конституционным санкциям, а быть мерой правовосста-новительного характера, для чего не требуется решения вопроса о вине субъекта конституционного права.
Верно в связи с этим также подмечено, что учет принципа вины должен иметь мес-
ф
то только в том случае, когда соответствующая мера воздействия выступает как мера ответственности, санкция за совершение правонарушения, носящая карательный (штрафной) характер.
В то же время думается, что специфика вины в конституционной ответственности все-таки имеет место. Как представляется, ее особенности состоят в том, что при решении вопроса о вине коллективного субъекта невозможно установление ее формы (прямой или косвенный умысел, легкомыслие или небрежность) в каждом случае. В этом смысле стоит согласиться с позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, который в Постановлении от 2 июня 2004 г. указал, что формы вины применительно к юридическим лицам установлению не подлежат. В данном случае требуется лишь установить, что у соответствующего юридического лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению [3]. Такого же мнения придерживаются и некоторые ученые. Например, В.В. Васильев считает, что установление вины коллективных лиц за совершение правонарушений носит условный характер [6, с. 33].
В связи с вышеизложенным, стоит сделать основной вывод.
Вина коллективного субъекта аналогична вине индивидуума, однако ее специфика заключается в том, что вина членов коллективного субъекта «переносится» на вину коллектива. Вина коллективного субъекта должна быть обязательно установлена и учтена в правоприменительной практике, однако установление формы вины коллективного субъекта в каждом случае представляется затруднительным, в связи с чем от этой задачи можно отказаться.
EXPERT: THEORY AND PRACTICE
Библиографический список
1. Федеральный закон от 19 мая 1995 г. №82-ФЗ «Об общественных объединениях» // СЗ РФ. 1995. №21. Ст. 1930.
2. Федеральный закон от 10 января 2003 г. №19-ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации» // СЗ РФ. 2003. №2. Ст. 171.
3. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 июня 2004 г. №10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2004. №8.
4. Батанова Н.Н. Конституционный деликт как основание конституционно-правовой ответственности в Украине // Вектор науки ТГУ. Серия: Юридические науки. 2012. №3 (10). - С. 14
5. Васильев В.В. Проблемы регламентации вины как обязательного признака субъективной стороны состава правонарушения в действующем законодательстве // Вектор науки ТГУ. 2011. №1 (4). - С. 35.
6. Васильев В.В. К вопросу о понятии вины публичного коллективного субъекта // Вектор науки ТГУ. 2010. №3 (3). - С. 33.
7. Виноградов В.А. Основание конституционно-правовой ответственности. - // Законодательство. 2003. №2. - С. 56.
8. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность в Российской Федерации: теория и практика. - М., 2006. - С. 44
9. Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблемы реализации. - М., 2002. - С. 292.
10. Рымарев Д.С. Вина как субъективное условие конституционно-правовой ответственности участников выборов // Вестник Российской правовой академии. 2008. №1. - С. 15.
11. Тихомиров Ю.А. Теория компетенции. -М., 2001. - С. 321-322.
12.Теория государства и права / под ред. А.И. Денисова. - М., 1980. С. 380-382.
13. Червонюк В.И., Артюхов Ю.С. Современная концепция конституционной ответственности // Конституционное и муниципальное право. - 2010. №11. - С. 8
Поступила в редакцию 03.10.2019 г.
ЭКСПЕРТ:
ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
2019. № 2 (2)
Юридические науки
THE PROBLEMS OF CORRELATION OF THE GUILT OF A COLLECTIVE SUBJECT AND THE GUILT OF OFFICIALS WHO COMMITTED A CONSTITUTIONAL DELICT
© 2019 E. Stakhanova*
In the article analyzes various positions on the concept of guilt of the subjects of constitutional violation; it is determined that guilt is the basic principle of public liability; the essence of the guilt of the collective subject of the offense is examined, as well as the ratio of this guilt to the guilt of its officials who directly (formally) committed a constitutional delict.
Keywords: guilt, constitutional responsibility, constitutional violation.
Received for publication on 03.10.2019
* Stakhanova Ekaterina (stakatya@rambler.ru) - Associate Professor, Department of State and Administrative Law, Samara National Research University Named After Academician S. P. Korolev, 443086 Samara, Russian Federation.
fl