DOI: 10.24412/2224-9133-2023-9-224-231 NIION: 2021-0079-9/23-534 MOSURED: 77/27-025-2023-09-534
КАРПЕЧЕНКО Алиса Викторовна,
аспирант Российской академии адвокатуры и нотариата кафедра адвокатуры и уголовно-правовых дисциплин, г. Москва,
e-mail: advocatus885@gmail.com
ПРОБЛЕМЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА
Аннотация. При проведении анализа возможности использования результатов ОРД в стадии возбуждения уголовного дела нами отмечена правовая проблема, состоящая в трудности разграничения законно проведенного ОРМ и провокации. Данный вопрос часто рассматривался Европейским Судом по правам человека, который отмечает, что провокация является нарушением права на справедливое судебное разбирательство.
В ходе рассмотрения видов решений, принимаемых в стадии возбуждения уголовного дела проведен анализ ста материалов практики, в ходе которого выявлено, что в 80 материалах постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено межрайонным прокурором и материал проверки направлен для решения вопроса об уголовном преследовании. При этом в 70 случаях по подобным материалам уголовное дело впоследствии было возбуждено.
Минимализация выявленных в исследовании нарушений, зачастую допускаемых на практике в ходе проверки сообщений о преступлении, при использовании результатов ОРД, оценке доказательств, а также применение рекомендаций, содержащихся в данном исследовании, будет способствовать принятию правильного итогового решения в стадии возбуждения уголовного дела.
Ключевые слова: стадия возбуждения уголовного дела, оперативно-розыскные мероприятия, результаты оперативно-розыскной деятельности, доказывание при производстве по уголовному делу.
KARPECHENKO Alisa Viktorovna,
postgraduate student of the Russian Academy of Advocacy and Notary Department of Advocacy and Criminal Law Disciplines
Moscow
PROBLEMS OF USING THE RESULTS OF OPERATIVE SEARCH ACTIVITIES AT THE STAGE OF INSTITUTION OF A CRIMINAL CASE
Annotation. When analyzing the possibility of using the results of an operational investigation at the stage of initiating a criminal case, we noted a legal problem consisting in the difficulty of distinguishing between a legally carried out operational investigation and provocation. This issue has often been considered by the European Court of Human Rights, which notes that entrapment is a violation of the right to a fair trial.
In the course of considering the types of decisions made at the stage of initiating a criminal case, an analysis of one hundred case materials was carried out, during which it was revealed that in 80 materials the decision to refuse to initiate a criminal case was canceled by the interdistrict prosecutor and the inspection material was sent to resolve the issue of criminal prosecution. Moreover, in 70 cases, criminal proceedings were subsequently initiated based on such materials.
Minimizing the violations identified in the study, which are often committed in practice during the verification of reports of a crime, when using the results of operational investigations, evaluating evidence, as well as the application of the recommendations contained in this study, will contribute to making the correct final decision at the stage of initiating a criminal case.
Key words: The stage of initiating a criminal case, operational-search measures, results of operational-search activities, proof in criminal proceedings.
••mmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmtim^
Уголовно-процессуальный закон не предусматривает непосредственный порядок использования результатов оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) в процессуальной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела. Статья 89 УПК РФ лишь закрепляет общее правило, согласно которому в процессе доказывания запрещено использовать результаты оперативно-розыскной деятельности (ОРД), не отвечающие требованиям, установленным законом. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности регламентируется также ст. 11 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (Закон об ОРД) [1].
Весь комплекс процессуальных мероприятий, который разрешено осуществлять на стадии возбуждения уголовного дела, отражен законодателем в главах 19 и 20 УПК РФ. Процессуальную деятельность в стадии возбуждения уголовного дела может сопровождать оперативно-розыскная деятельность. Зачастую ОРД предшествует началу уголовного судопроизводства, поскольку в соответствии с положениями ст. 2 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» задачами этой деятельности выступают выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и др., что может привести к получению таких результатов, которые будут использоваться в первоначальной стадии.
По вопросу использования результатов ОРД в уголовно-процессуальном доказывании в литературе существуют различные точки зрения. Так, В.И. Зажицкий говорит о том, что при соблюдении определенных требований результаты ОРД могут выступать отдельными видами доказательств [2], что обусловлено его представлением о происхождении доказательств, в соответствии с которым: «при производстве следственных действий, сведений никто не может порождать или создавать. Они существуют объективно, как результат взаимодействия преступления и связанных с ним обстоятельств с окружающим материальным миром» [3]. Е.А. Доля, напротив, утверждает, что «результаты ОРД не могут выступать в качестве доказательств в уголовном процессе, говоря о том, что смешение уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности способно повлечь за собой нарушение прав и свобод человека» [4].
В качестве основания для возбуждения уголовного дела выступают достаточные данные, указывающие на признаки преступления. В качестве оснований для проведения оперативно-розыскной деятельности в ст. 7 Федерального
закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» закреплены следующие: наличие возбужденного уголовного дела; сведения о преступном деянии (как совершенном, так и подготавливаемом) или лицах, связанных с ним, ставшие известные органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; поручения ответственных должностных лиц по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении; запросы органов, осуществляющих ОРД; постановление о применении мер безопасности в отношении защищаемых лиц; запросы международных правоохранительных организации и правоохранительных органов иностранных государств.
По мнению О.Д. Жук: «Результаты оперативно-розыскной деятельности, представляемые для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, должны содержать достаточные данные, указывающие на признаки преступления, а именно: сведения о том, где, когда, какие признаки и какого именно преступления обнаружены; при каких обстоятельствах имело место обнаружение признаков преступления; сведения о лице (лицах), его совершившем (если оно известно), об очевидцах преступления (если они известны); о местонахождении следов преступления, документов и предметов, которые могут стать вещественными доказательствами; о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Сведения, содержащиеся в представляемых результатах, должны позволять сделать вывод о наличии события и его противоправности» [5].
При проведении оперативно-розыскных мероприятий, полученные сведения подлежат строгой оценке и перепроверке [6]. Результаты ОРД закрепляются в оперативно-служебных документах (справках, рапортах, актах, отчетах и т.д.). Результаты ОРМ представляют собой не доказательства, а только сведения об источниках тех фактов, которые, при условии их получения с соблюдением требований Закона об ОРД, могут в дальнейшем приобрести статус доказательств только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона [7].
Результаты ОРД могут выступать в качестве повода для возбуждения дела в случаях, когда субъект оперативно-розыскных действий, сразу как получил данные в ходе проведенных ОРМ по проверке заявления или иной оперативной информации из секретных источников, либо в процессе мероприятий, направленных на обеспечение проведения действий следственного харак-
тера в уголовных делах по фактам иных преступлений.
Поскольку Закон об ОРД выступает правовой основой для проведения ОРМ, а не процессуальной деятельности, представляется, что истолкование данного законодательного положения должно обязательно включать указание на следующее важное обстоятельство: непосредственное использование результатов ОРМ в качестве повода и основания возможно только в тех случаях, когда орган дознания, осуществляющий ОРД, принимает решение о возбуждении уголовного дела самостоятельно, в порядке, установленном ст. 157 УПК РФ. Иными словами, результаты ОРМ допускаются к использованию в качестве поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, но применительно лишь к деятельности органов дознания, обнаруживших признаки преступления. В дальнейшем, по итогам проверки, органом дознания принимается решение о возбуждении уголовного дела и производстве неотложных следственных действий. Соответственно, возникает проблема по урегулированию отношений, складывающихся в стадии возбуждения уголовного дела и касающихся порядка использования результатов ОРД следователем [8].
Результаты ОРД используются следователями в стадии возбуждения уголовного дела в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела сравнительно часто - общий показатель составляет около 40%. При этом по отдельным категориям уголовных дел (преступления экономической, коррупционной направленности) этот показатель приближается к 50%, а по уголовным делам о незаконном обороте наркотических средств - к 80% [9]. Отсутствие до настоящего времени четких законодательных ориентиров приводит к тому, что правоприменительная деятельность (уголовно-процессуальная и оперативно-розыскная) сталкивается с существенными трудностями, влекущими нарушения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе конституционных, отмену судебных решений, затягивание вынесения итоговых процессуальных решений и снижение общего уровня доверия граждан к уголовной юстиции.
Так, в уголовном деле по обвинению Н. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ [10], в основу принятия решения о возбуждении уголовного дела положены не рассекреченные результаты ОРД, предоставленные следователю с нарушением порядка ведения секретного делопроизводства. Помимо этого, при проведении ОРМ были допущены следующие нарушения требований Закона об ОРД:
- не получено согласие Н. на участие в ОРМ «оперативный эксперимент»;
- отсутствуют сведения об инструктаже следователя по вопросу о недопустимости подстрекать, склонять, побуждать к совершению противоправных действий лицо, в отношении которого проводятся ОРМ.
Названные нарушения свидетельствуют о том, что следователь не мог рассматривать результаты ОРД в форме акта осмотра с пометкой и вручением денежных средств, а также акта проведения негласного ОРМ «оперативный эксперимент» в качестве основания для принятия решения о возбуждении уголовного дела. В результате уголовное дело возвращено прокурору для устранения допущенных нарушений, препятствующих его рассмотрению судом.
Рассмотрим еще один пример из практики. Конституционный Суд вынес Определение № 2801-О/2017 от 19 декабря 2017 года об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Давлетова А.Ю. на нарушение его конституционных прав ст. 89 УПК РФ «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности». По мнению заявителя, данное законоположение противоречит Конституции РФ, так как позволяет признавать в качестве доказательств по уголовному делу результаты негласной аудио- и видеозаписи, полученные без судебного решения и без рассекречивания сведений о характеристиках технических средств, использованных при проведении оперативно-розыскных мероприятий [11].
Отказывая заявителю, КС РФ вновь указал, что применение технических средств фиксации наблюдаемых событий не предопределяет необходимости вынесения о том специального судебного решения, которое признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина. А осуществление негласных ОРМ с соблюдением требований конспирации и засекречивания сведений в области оперативно-розыскной деятельности, в том числе сведений об использованных средствах, само по себе также не нарушает прав граждан.
Конституционный Суд напомнил, что, согласно УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются «любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном этим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела» [12]. Суд подчеркнул, что результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными
с соблюдением требований Закона об оперативно-розыскной деятельности, могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.
Таким образом, Конституционным Судом РФ верно отмечено, что само по себе применение технических средств фиксации наблюдения событий не предполагает необходимости вынесения о том специального судебного решения при проведении ОРМ - это необходимо только в случае проведения ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан, которое может, в том числе, осуществляться с применением технических средств. Так, сведения (аудио- и видеозаписи), полученные в ходе ОРМ с использованием технических средств записи, становятся доказательствами по уголовному делу после проведения осмотра цифрового накопителя, на котором находятся данные записи и вынесения соответствующего постановления о признании вещественным доказательством.
Приказами МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г. «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» [13] определен порядок представления оперативными подразделениями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд при наличии в них достаточных данных, указывающих на признаки преступления. И уже в случае выявления нарушений данной Инструкции возможно на предварительном следствии и в суде заявлять о признании недопустимыми доказательств, полученных в ходе ОРМ. В числе новелл Инструкции необходимо отметить изменение перечня должностных лиц, которым представляются результаты ОРД. Так, из указанного перечня устранен прокурор и дознаватель.
Зачастую у судов возникают вопросы в законности проведенных ОРМ и, как следствие, в возможности признания этих результатов доказательствами. К изучению материалов уголовного дела и в особенности материалов, полученных в результате проведения ОРМ, необходимо подходить с особенной тщательностью, что отражают устоявшиеся правовые позиции Конституционного Суда РФ в отношении конституционно-правового смысла положений ст. 89 УПК РФ. При этом стоит заметить, что данные правовые позиции на протяжении многих лет так и не привели к преодолению одного из главных парадоксов современного доказательственного права, связанного с неопределенностью условий и форм
трансформации результатов ОРД в доказательства по уголовным делам. Ситуация усугублена несоответствием многих положений российского Закона об оперативно-розыскной деятельности международным стандартам правовой определенности, на что неоднократно обращал свое внимание ЕСПЧ в ряде постановлений [14].
Свидетельством такого несоответствия является и отсутствие независимой процедуры санкционирования ряда ОРМ, сопряженных с риском провокационного воздействия властей, и отсутствие положений о судебном санкционировании использования технических средств фиксации поведения и бесед фигурантов оперативных мероприятий за пределами их жилища.
Провокация преступлений является определенной правовой проблемой, достаточно распространенной в деятельности ОВД, которая не раз рассматривалась в решениях ЕСПЧ. Преимущественно провокация совершается при совершении такого вида преступления как взятка и при обороте наркотиков. Естественно, данные, полученные в ходе ОРМ, основанные на провокации, не могут служить основанием для доказывания в уголовном процессе.
Согласно п. 36 Постановления ЕСПЧ от 08.10.2019 Манелюк и другие против Российской Федерации [Manelyuk и другие v. Russia] (жалоба № 40442/07 и три другие жалобы)нацио-нальные суды проигнорировали аргументы жалобы заявителей, свидетельствующие об отсутствии у полиции оснований для проведения каждой операции под прикрытием, при проведении которых заявители противозаконно были спровоцированы к сбыту наркотиков. Суды положили в основу своих решений только неподтвержденные заявления полицейских. При этом Суд отметил, что отсутствие в российской правовой системе четкой процедуры санкционирования проверочных закупок представляет собой структурную проблему, подвергающую заявителей произволу со стороны правоохранительных органов, что не позволяет в дальнейшем национальным судам осуществлять эффективный пересмотр жалоб на провокации [15]. Таким образом, Европейский Суд признал нарушение права заявителей на справедливое судебное разбирательство, тогда как данные, полученные в результате провокации преступления, являются прямым нарушением этого права.
Т.В. Трубникова констатирует тот факт, что в России достаточно распространено использование провокации преступления в ходе проведения проверочных закупок и оперативных экспериментов [16]. Отсюда вытекает проблема разграничения провокации и оперативно-розыскного мероприятия, проведенного с соблюдением законодательных положений. Проблему отграничения
провокации от надлежащих ОРМ Т.В. Трубникова видит в несоответствии актов толкования Верховного Суда РФ позиции Европейского Суда по правам человека [16]. Трудно не согласиться с рекомендацией, выработанной Т.В. Трубниковой, согласно которой необходимо законодательное закрепление обязанности суда исключить из доказательств по уголовному делу данные, которые были получены в результате провокации.
Отсутствие механизмов судебного контроля, сфера которого включала бы в себя оценку необходимости и пропорциональности проводимых ОРМ предусмотренным законом целям, не позволяет рассматривать результаты такой деятельности как в качестве источника надлежащих доказательств, так и доказательств в собственном смысле слова. Тем не менее, на практике суды общей юрисдикции при рассмотрении уголовных дел в абсолютном большинстве случаев ссылаются в обвинительных приговорах на результаты ОРД именно как на доказательства, перечисляя через запятую показания свидетелей, рапорты и служебные записки. Таким образом, допуская ошибки, следователь создает ненадлежащую основу для дальнейшей обвинительной деятельности, снижая эффективность всего последующего уголовного судопроизводства. Соответственно, от надлежащего проведения следователем процессуальных действий в стадии возбуждения уголовного дела, в том числе и в части использования результатов ОРМ, зависит эффективность уголовного судопроизводства и достижение его назначения, обозначенного в ст. 6 УПК РФ [17].
Законодательная основа использования результатов ОРД должна включать регулирование нескольких аспектов процессуальной деятельности:
- определение возможных направлений использования результатов ОРД в стадии возбуждения уголовного дела;
- полномочия следователя, дознавателя по получению результатов ОРД, их введению в процессуальное правовое поле и механизм их реализации [18].
Уточним, что основы процессуального статуса следователя определены в ст. 38 УПК РФ, где в числе иных полномочий сформулировано его право давать органам дознания указания на проведение оперативно-розыскных мероприятий (п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ). Рассматривая данное процессуальное полномочие как общее, т.е. распространяющееся на все стадии, в которых принимает участие следователь как властный субъект, можно сделать логичное заключение, что такого рода поручения следователь может давать органу дознания и в стадии возбуждения уголовного дела. Соответственно, один из способов
получения следователем результатов ОРМ в стадии возбуждения уголовного дела - это письменное поручение органу дознания о производстве ОРМ.
С декабря 2010 года в ч. 1 ст. 144 УПК РФ предусмотрено, что следователь при проверке сообщения о преступлении уполномочен давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий. По мнению профессора В.А. Семенцова, «сотрудничество в форме дачи письменного поручения органу дознания о проведении оперативно-розыскных мероприятий в стадии возбуждения уголовного дела возникает в двух процессуальных ситуациях: когда сам дознаватель, следователь принял сообщение о совершенном или готовящемся преступлении либо когда ему поручена его проверка» [19].
О выявленном преступлении, его признаках следователь может получить информацию от органа дознания, который направляет в адрес руководителя следственного органа пакет необходимых документов, включая рапорт об обнаружении признаков преступления, копии и оригиналы иных документов, подтверждающих как достоверность полученных сведений, так и легитимность проведения ОРМ. Принятие этих материалов должно рассматриваться как самостоятельное полномочие следователя в стадии возбуждения уголовного дела. Реализовываться это полномочие может следующим образом:
- руководитель направляет их следователю, который проверяет их содержание, оформление и соответствие требованиям федерального законодательства;
- при установлении соответствия имеющимся требованиям (в части компетенции и пол-номочности должностных лиц, оформления, получения необходимых санкций и наличия согласований и др.) следователь принимает решение (в форме постановления) о принятии сообщения о преступлении из иных источников (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ);
- постановление регистрируется в учетных документах;
- следователь начинает проверку этого сообщения, по результатам которой принимает процессуальное решение.
Работа следователя с поступившими к нему результатами ОРМ заключается в проведении совокупности процессуальных мероприятий, направленных, как представляется, на решение следующих задач:
- проверка законности их получения;
- установление их достоверности;
- определение достаточности их совокупности для принятия процессуального решения.
Следующим этапом выступает проверка достоверности, которая может осуществляться как процессуальными средствами, так и путем поручения органу дознания проведения дополнительных ОРМ. В качестве процессуальных средств выступают действия, разрешенные законодателем в стадии возбуждения уголовного дела. Считаем, что следователь должен проводить оценку совокупности результатов ОРД с точки зрения их достаточности для принятия процессуального решения. При этом результаты ОРМ должны находиться в логической, закономерной связи с иными имеющимися материалами проверки сообщения о преступлении.
Соответственно, результаты ОРМ в стадии возбуждения уголовного дела могут использоваться: как повод к началу проверки сообщения о преступлении; как основание к производству допустимых здесь следственных и иных процессуальных действий; как основание для задержания подозреваемого; как основание для применения мер обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства.
При этом использование результатов ОРМ как повода к возбуждению уголовного дела в литературе предлагается рассматривать с учетом специфичности оперативной информации, ее особого правового режима [20].
Подводя итог, сформулируем основные выводы.
1. В действующем законе отсутствует надежный процессуальный механизм использования результатов ОРМ стадии возбуждения уголовного дела, что влечет за собой нарушения прав участников, а также ошибки в доказывании и принятии процессуальных решений, снижает общую эффективность процессуальной деятельности [21]. Среди типичных ошибок, допускаемых при проведении ОРМ Генеральной прокуратурой РФ выявлены такие как: незаконный досмотр лица, провокация преступления, нарушение условий проведения ОРМ, отсутствие постановления о предоставлении результатов ОРМ, непредставление всех необходимых документов, в которых зафиксированы результаты ОРМ, ненадлежащее оформление изъятых документов и др.
2. Основными задачами следователя (дознавателя) при этом должны быть: проверка законности получения результатов ОРМ; установление их достоверности; определение достаточности их совокупности для принятия процессуального решения. Для решения указанных задач следователь должен использовать те процессуальные средства, которые разрешены законодателем в стадии возбуждения уголовного дела.
Список литературы:
[1] Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» // Собрание законодательства РФ. 1995. - № 33. - ст. 3349.
[2] Зажицкий В.И. Об использовании в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности // Государство и право. - 2010. - № 7. - С. 65.
[3] Зажицкий В.И. Результаты оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: теория и практика.- Санкт-Петербург: Юрид. центр Пресс, 2006. - С. 351.
[4] Доля Е.А. Результаты оперативно-розыскной деятельности не могут стать содержанием доказательств в уголовном процессе // Государство и право. - 2013. - № 5. - 24-39.
[5] Жук О.Д. Прокурорский надзор за исполнением законов при использовании результатов оперативно-розыскной деятельности для возбуждения уголовного дела // Вестник Московского университета МВД России. - 2014. - № 10. - С. 341.
[6] Бессарабов В.Г., Кашаев К.А. Защита российской прокуратурой прав и свобод человека и гражданина. - М., 2007. - С. 123.
[7] Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. д.ю.н. О.С. Капинус; науч. ред. д.ю.н., проф. С.П. Щерба /Университет прокуратуры Российской Федерации. - М.: Проспект, 2020. - 1136 с.
[8] Дзабиев У.К. Использование следователем результатов оперативно-розыскной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела // Общество и право. - 2019. - № 4 (70). - С. 34.
[9] Официальный сайт Генеральной прокуратуры Российской Федерации. [Электронный источник] - Режим доступа: http:// genproc.gov.ru (дата обращения: 19.01.2023).
[10] Постановление Пятигорского городского суда Ставропольского края № 1-86/2018 от 19 февраля 2018 г. по делу № 1-86/2018 // СПС Консультант Плюс.
[11] Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Давлетова Андрея Юрьевича на нарушение его конституционных прав статьей 89 УПК РФ».
•vmmmmmmmmmmmmtimmmmmimmmm^
[12] Пятигорский городской суд Ставропольского края. 2014. Уголовное дело № 1-87.
[13] Приказ МВД России, Министерства обороны РФ, ФСБ России, Федеральной службы охраны РФ, Федеральной таможенной службы, Службы внешней разведки РФ, Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, Следственного комитета РФ от 27 сентября 2013 г. № 776/703/509/507/1820/42/535/398/68 «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд»// Российская газета. -2013. - № 282.
[14] Кузнецов Г. КС РФ: Результаты ОРМ не являются доказательствами // Адвокатская газета [Электронный ресурс]. - Режим доступа: URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/ks-rf-rezultaty-orm-ne-yavlyayutsya-dokazatelstvami/ (дата обращения 15.08.2021).
[15] Постановление ЕСПЧ от 08.10.2019 Манелюк и другие против Российской Федерации [Manelyuk и другие v. Russia] (жалоба № 40442/07 и три другие жалобы)// СПС Гарант.
[16] Трубникова Т.В. Запрет на использование данных, полученных в результате провокации преступления, как один из элементов права на судебную защиту, и гарантии его реализации в уголовном процессе РФ // Вестник Томского государственного ун-та. Право. - 2015. - № 2 (16). - С. 109.
[17] Кузнецов Г. КС РФ: Результаты ОРМ не являются доказательствами // Адвокатская газета [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.advgazeta.ru/novosti/ks-rf-rezultaty-orm-ne-yavlyayutsya-dokazatelstvami/ (дата обращения 15.02.2023).
[18] Дзабиев У.К. Использование следователем результатов оперативно-розыскной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела // Общество и право. - 2019. - № 4 (70). - С. 36.
[19] Семенцов В.А. Правовые основы использования результатов оперативно-розыскной деятельности в досудебных стадиях уголовного судопроизводства. - М., 2020. - С. 28.
[20] Астафьев Ю.В. Оперативно-розыскные средства уголовно-процессуального познания // Вестн. Воронеж. гос. ун-та. Сер. «Право». - 2006. - № 1. - С. 268-277.
[21] Бранчель И.И. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе // Проблемы укрепления законности и правопорядка: наука, практика, тенденции. - 2010. - № 3. - С. 206-223
[22] Дзабиев У.К. Использование следователем результатов оперативно-розыскной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела // Общество и право. - 2019. - № 4 (70). - С. 37.
Spisok literatury:
[1] Federal'nyj zakon ot 12.08.1995 № 144-FZ «Ob operativno-rozysknoj deyatel'nosti» // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1995. - № 33. - st. 3349.
[2] Zazhickij V.I. Ob ispol'zovanii v dokazyvanii rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti // Gosu-darstvo i pravo. - 2010. - № 7. - S. 65.
[3] Zazhickij V.I. Rezul'taty operativno-rozysknoj deyatel'nosti v ugolovnom sudoproizvodstve: teoriya i praktika.- Sankt-Peterburg: YUrid. centr Press, 2006. - S. 351.
[4] Dolya E.A. Rezul'taty operativno-rozysknoj deyatel'nosti ne mogut stat' soderzhaniem dokazatel'stv v ugolovnom processe // Gosudarstvo i pravo. - 2013. - № 5. - 24-39.
[5] ZHuk O.D. Prokurorskij nadzor za ispolneniem zakonov pri ispol'zovanii rezul'tatov operativno-rozys-knoj deyatel'nosti dlya vozbuzhdeniya ugolovnogo dela // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. -2014. - № 10. - S. 341.
[6] Bessarabov V.G., Kashaev K.A. Zashchita rossijskoj prokuraturoj prav i svobod cheloveka i grazh-danina. - M., 2007. - S. 123.
[7] Kommentarij k Ugolovno-processual'nomu kodeksu Rossijskoj Federacii / pod obshch. red. d.yu.n. O.S. Kapinus; nauch. red. d.yu.n., prof. S.P. SHCHerba / Universitet prokuratury Rossijskoj Federacii. - M.: Prospekt, 2020. - 1136 s.
[8] Dzabiev U.K. Ispol'zovanie sledovatelem rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti v stadii vozbuzhdeniya ugolovnogo dela // Obshchestvo i pravo. - 2019. - № 4 (70). - S. 34.
[9] Oficial'nyj sajt General'noj prokuratury Rossijskoj Federacii. [Elektronnyj istochnik] - Rezhim dostupa: http://genproc.gov.ru (data obrashcheniya: 19.01.2023).
[10] Postanovlenie Pyatigorskogo gorodskogo suda Stavropol'skogo kraya № 1-86/2018 ot 19 fevralya 2018 g. po delu № 1-86/2018 // SPS Konsul'tant Plyus.
[11] Opredelenie Konstitucionnogo Suda Rossijskoj Federacii ot 19 dekabrya 2017 goda «Ob otkaze v prinyatii k rassmotreniyu zhalob grazhdanina Davletova Andreya YUr'evicha na narushenie ego konstitucion-nyh prav stat'ej 89 UPK RF».
[12] Pyatigorskij gorodskoj sud Stavropol'skogo kraya. 2014. Ugolovnoe delo № 1-87.
[13] Prikaz MVD Rossii, Ministerstva oborony RF, FSB Rossii, Federal'noj sluzhby ohrany RF, Federal'noj tamozhennoj sluzhby, Sluzhby vneshnej razvedki RF, Federal'noj sluzhby ispolneniya nakazanij, Federal'noj sluzhby RFpo kontrolyu za oborotom narkotikov, Sledstvennogo komiteta RF ot 27 sentyabrya 2013 g. № 776 /703/509/507/1820/42/535/398/68 «Ob utverzhdenii Instrukcii o poryadke predstavleniya rezul'tatov opera-tivno-rozysknoj deyatel'nosti organu doznaniya, sledovatelyu ili v sud»// Rossijskaya gazeta. -2013. - № 282.
[14] Kuznecov G. KS RF: Rezul'taty ORM ne yavlyayutsya dokazatel'stvami //Advokatskaya gazeta [Ele-ktronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/ks-rf-rezultaty-orm-ne-yav-lyayutsya-dokazatelstvami/ (data obrashcheniya 15.08.2021).
[15] Postanovlenie ESPCH ot 08.10.2019 Manelyuk i drugie protiv Rossijskoj Federacii [Manelyuk i dru-gie v. Russia] (zhaloba № 40442/07 i tri drugie zhaloby)// SPS Garant.
[16] Trubnikova T.V. Zapret na ispol'zovanie dannyh, poluchennyh v rezul'tate provokacii prestupleniya, kak odin iz elementov prava na sudebnuyu zashchitu, i garantii ego realizacii v ugolovnom processe RF // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo un-ta. Pravo. - 2015. - № 2 (16). - S. 109.
[17] Kuznecov G. KS RF: Rezul'taty ORM ne yavlyayutsya dokazatel'stvami // Advokatskaya gazeta [Ele-ktronnyjresurs]. - Rezhim dostupa: https://www.advgazeta.ru/novosti/ks-rf-rezultaty-orm-ne-yavlyayutsya-do-kazatelstvami/ (data obrashcheniya 15.02.2023).
[18] Dzabiev U.K. Ispol'zovanie sledovatelem rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti v stadii voz-buzhdeniya ugolovnogo dela // Obshchestvo i pravo. - 2019. - № 4 (70). - S. 36.
[19] Semencov V.A. Pravovye osnovy ispol'zovaniya rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti v dosudebnyh stadiyah ugolovnogo sudoproizvodstva. - M., 2020. - S. 28.
[20] Astaf'ev YU.V. Operativno-rozysknye sredstva ugolovno-processual'nogo poznaniya // Vestn. Voronezh. gos. un-ta. Ser. «Pravo». - 2006. - № 1. - S. 268-277.
[21] Branchel' I.I. Ispol'zovanie rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti v ugolovnom processe // Problemy ukrepleniya zakonnosti i pravoporyadka: nauka, praktika, tendencii. - 2010. - № 3. - S. 206-223
[22] Dzabiev U.K. Ispol'zovanie sledovatelem rezul'tatov operativno-rozysknoj deyatel'nosti v stadii voz-buzhdeniya ugolovnogo dela // Obshchestvo i pravo. - 2019. - № 4 (70). - S. 37.
J
Юридическое издательство «ЮРКОМПАНИ» издает научные журналы:
Ч
• Научно-правовой журнал «Образование и право», рекомендованный ВАК Министерства науки и высшего образования России (специальности 12,00.01,12.00 02), выходит 1 раз в месяц.
ЮРКОМПАНИ
www. law-books. ru
• Научно-правовой журнал «Право и жизны», рецензируемый (РИПЦ, E-Library), выходи г 1 раз в 3 месяца.
Г
•<$ттттт$$ттттттттттттштттттттттт