ЗЛАТИНА Мария Александровна,
доцент кафедры русской истории РГПУ им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург e-mail: zlatinamariaal@herzen.spb.ru
РОГУШИНА Людмила Геннадьевна,
доцент кафедры русской истории РГПУ им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург e-mail: lrogushina@yandex.ru
ФРУМЕНКОВА Татьяна Георгиевна,
доцент кафедры русской истории РГПУ им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург e-mail: frumentat@yandex.ru
ПРОБЛЕМА ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ОРГАНИЗАЦИИ
ПОМОЩИ ЖЕРТВАМ ВОЙНЫ В НАЧАЛЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (ЛЕТО 1914 - ЛЕТО 1915 ГГ.)
Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 19-09-00128 А «Становление и развитие государственных и общественных благотворительных организаций в Российской империи в период военных потрясений (XIX - нач. XX вв.)».
Аннотация. Статья посвящена актуальной проблеме создания организаций помощи пострадавшим от военных действий, в частности беженцам и выселенцам в первый год Первой мировой войны. На основе анализа законодательных актов 1914—1915 гг., архивных документов, материалов периодической печати и научной литературы по теме исследования авторы пришли к следующим выводам: в период с лета 1914 г. по лето 1915 г. так и не были приняты нормативно-правовые акты, точно формулировавшие понятие «беженец» как подвид категории «жертв войны» и определявшие, какие организации имеют право оказывать помощь жертвам войны, каким может быть круг их обязанностей, как государство может контролировать их деятельность. Неопределенность в правовом положении, сложившаяся в течение первого года войны, с одной стороны, мешала нормально функционировать ряду благотворительных комитетов, с другой - позволила влиятельным общественным благотворительным организациям перехватить у государственных учреждений инициативу в деле оказания помощи жертвам войны. Только летом 1915 г., осознав сложившуюся ситуацию, власти приняли Закон о беженцах - Положение об обеспечении нужд беженцев от 30 августа 1915 г. Авторы Положения дали определение понятия «беженец», перечислили благотворительные организации, которые могут оказывать помощь беженцам, а также изложили правила, регулировавшие оказание помощи.
Ключевые слова: нормативно-правовые акты, беженцы, выселенцы, Первая мировая война, общественные благотворительные организации.
ZLATINA Maria Aleksandrovna,
associate Professor of the Department Russian history of Herzen RSPU, St.-Petersburg
ROGUSHINA Liudmila Gennadievna,
associate Professor of the Department Russian history of Herzen RSPU, St.-Petersburg
FRUMENKOVA Tatiana Georgievna,
associate Professor of the Department Russian history of Herzen RSPU, St.-Petersburg
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
УДК 94(47)+323/324+349.3 ББК 63.3.(2)53
THE PROBLEM OF LEGISLATIVE SUPPORT OF THE ASSISTANCE TO VICTIMS OF WAR AT THE BEGINNING OF THE FIRST WORLD WAR
(SUMMER 1914 - SUMMER 1915)
Annotation. The article is devoted to the actual problem of creating organizations to help victims of war, in particular, refugees and evictees, in the first year of the First world war. Based on the analysis of legislative acts of 1914 - 1915, archival documents, periodical materials and scientific literature on the subject of the study, the authors came to the following conclusions: in the period from the summer of 1914 to the summer of 1915. no normative legal acts were adopted that precisely formulated the concept of"refugee" as a subspecies of the category of"victims of war" and defined which organizations have the right to provide assistance to victims of war, what their responsibilities may be, and how the state can control their activities. The uncertainty in the legal situation during the first year of the war, on the one hand, prevented the normal functioning of a number of charitable committees, on the other - allowed influential public charitable organizations to intercept the initiative of state institutions in providing assistance to victims of the war. Only in the summer of 1915, realizing the situation, the authorities adopted the law on refugees -"Provision for the needs of refugees" from August 30, 1915. The authors of the" Regulation "defined the concept of "refugee", listed charitable organizations that can provide assistance to refugees, and also outlined the rules governing the provision of assistance.
Key words: legal acts, refugees, eviction, world war I, public charitable organizations.
Ведение крупномасштабных войн неизменно и неизбежно приводит к появлению такой категории лиц, как пострадавшие от боевых действий. В годы Первой мировой также использовалось такое понятие, как «жертвы войны», к ним были отнесены больные и раненые воины, семьи лиц, призванных на фронт и семьи погибших воинов, а также беженцы и выселенцы. Статья заостряет внимание на последней категории жертв войны. Дело в том, что процедура оказания содействия другим названным группам пострадавших могла регулироваться законами, принятыми ещё до начала Первой мировой [8] и продолжавшими действовать в годы войны, а четкое, опирающееся на соответствующие правовые нормы определение, кого можно отнести к вынужденным мигрантам (беженцам и выселенцам), кто и как может и должен им помогать, на тот момент отсутствовало. Подобная ситуация не могла не повлиять на процесс создания и деятельность организаций, оказывавших помощь данной категории лиц.
Однако исследователи благотворительной деятельности в России, в целом, и оказания содействия беженцам в годы Первой мировой войны, в частности, зародившиеся в отечественной историографии ещё в дореволюционный период и переживающие Ренессанс, начиная с 90-х годов ХХ в. по настоящее время, уделяют недостаточно внимания именно правовому аспекту помощи жертвам боевых действий в первый год мировой войны. В работах одного из ведущих специалистов по беженскому делу А.Н. Курцева констатируется тот факт, что Положение о Комитете великой княжны Татьяны Николаевны, утвержденное 14 сентября 1915 г., было «первым
законодательным актом об организации беженского дела в России» [13, с. 99], а процедура эвакуации населения из районов боевых действий законодательно регулировалась с начала войны. Между тем, влияние правовой ситуации, растянувшейся на целый год, вплоть до принятия 30 августа 1915 г. Закона «Об обеспечении нужд беженцев», на положение вынужденных мигрантов и на благотворительные организации, оказывавшие им помощь, автор не изучает. А.Н. Грица-ева [5; 6] отмечает, но без расшифровки, особый правовой статус Всероссийских земского союза и союза городов и делает акцент на положительной составляющей этого специфического положения, при этом отмечая недостаток контроля над общественными организациями со стороны государства. В своей диссертации А.Н. Грицаева рассматривает ряд законов, регулировавших дело оказания помощи жертвам войны, но речь идет о нормативно-правовых актах, касавшихся только семей военнослужащих и раненых воинов. О законодательстве в отношении вынужденных мигрантов и учреждений, помогавших им, она не упоминает вплоть до освещения событий лета 1915 г., когда было принято Положение от 30 августа. Отсутствие законодательной базы, регулировавшей помощь беженцам и выселенцам в течение первого года войны, выносится за скобки. В работах И.Б. Беловой [4] и Д.Г. Цовяна [28] лишь констатируется, что первым законом о беженцах стало Положение от 30 августа 1915 г., учреждение Татьянинского комитета упоминается, но не в юридическом аспекте.
Г.Н. Ульянова в своих трудах [25], в особенности, в статье «Законодательство о благотворительности в Российской империи. XIX - начало ХХ
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
века» [26] обращается к проблеме правого регулирования оказания помощи жертвам войны, но доводит изучение этого вопроса лишь до начала Первой мировой войны.
В работах историков, занимавшихся историей организации помощи различным этническим и конфессиональным группам в годы Первой мировой войны [1; 30; 31; 27], затрагивается проблема правового регулирования, но только применительно к положению изучаемых категорий лиц. В этих трудах рассмотрение законодательной стороны вопроса также начинается преимущественно с лета - осени 1915 г.
А.С. Туманова в своей монографии отмечает, что законодательное оформление категория «беженец» получила в 1915 г. в Положении об обеспечении нужд беженцев от 30 августа [24, с. 195]. Предшествовавший этому узаконению период первого года Первой мировой войны автор рассматривает в контексте изучения основного предмета исследования - деятельности различных общественных организаций, взявших на себя в то время большую часть работы по оказанию помощи жертвам войны. В работе кратко изложен процесс их создания, но подчеркивается, что активность деятельности этих организаций приходится на период, начинающийся с 1915 г. А.С. Туманова отмечает размытость правовой базы Всероссийского земского союза и Всероссийского союза городов, но не в полной мере анализирует влияние этого фактора, как и долгого, годичного отсутствия нормативно-правовых актов, регулировавших дело оказания помощи вынужденным мигрантам, на процесс создания и работы организаций помощи жертвам войны, хотя косвенно и фиксирует возникавшие проблемы.
Нельзя не отметить работу английского историка П. Гэтрелла [29], рассматривавшего беженцев и дело оказания им помощи как инструмент, используемый обществом и государством в период политического противостояния. В этом контексте особенно важно выяснить, как правовая неопределенность длиною в год могла повлиять на процедуру создания и деятельность организаций, оказывавших помощь жертвам войны.
Явление беженства с театра боевых действий и из прифронтовой зоны наблюдалось уже в начале Первой мировой войны. Газеты сообщали, что «при первых известиях об открытии военных действий поезда железных дорог наполнились беженцами. Это бегут обитатели пограничных местечек и крепостей» [2]. Архивные материалы подтверждают газетную информацию: «Из приграничного г. Калиша уже через 8 дней после мобилизации начали прибывать в Коло <Калиш-ская губ. - авт.> беженцы» [22, л. 11]. «28 июля 1914 уезжают, в качестве беженцев, семьи из Лодзи (Петроковская губ.)» [15, л. 13]. А.С. Тума-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
нова вслед за А.Н. Курцевым [13, с. 129] отмечает, что «с начала войны и до весны 1915 года преобладало стихийное беженство, имевшее добровольный характер [24, с. 197]. Однако материалы архивных фондов свидетельствуют, что насильственное выселение по приказу военных властей также начиналось уже в первые дни войны. Так, доклад Московскому еврейскому обществу помощи жертвам войны от уполномоченного со слов очевидцев сообщал, что «уже 29 июля 1914 года еврейскому населению было приказано покинуть город <Мышенец, Ломжинской губ. - авт.>» [21, л. 116]. Подобные случаи были неединичными в течение всего первого года войны, а не только в период массового выселения и бегства, пришедшихся на время т.н. «Великого отступления» 1915 г. [9].
Таким образом, вынужденные мигранты как одна из категорий жертв войны появились с первых дней Первой мировой войны. Однако государственная власть в первую очередь обратила внимание на оказание помощи другим лицам этой группы: раненым воинам и семьям призванных на фронт. В сложившейся ситуации решение было абсолютно логичным: на тот момент подобных семейств и уже пострадавших в боях воинов было на порядок больше, чем беженцев и выселенцев. Кроме того, правовые нормы для организации им помощи уже имелись и не было необходимости вырабатывать их с нуля, как в случае с вынужденным мигрантами. Первые организации помощи раненым воинам и семьям призванных на фронт стали учреждаться уже летом 1914 г. Однако и эти организации действовали на основе разных законов. Организационно-правовые принципы деятельности Комитетов, создававшихся под покровительством членов императорской фамилии, определялись специально принятыми нормативными актами. Так было в случае, например, Комитета Её высочества великой княгини Елизаветы Федоровны по оказанию благотворительной помощи семьям лиц, призванных на войну [16] и Верховного совета по призрению семей лиц, призванных на войну, а также семей раненых и павших воинов [11]. Иная ситуация складывалась вокруг всероссийских общественных благотворительных организаций, также созданных в летние месяцы первого года Первой мировой войны для содействия больным и раненым воинам, а впоследствии и пострадавшему от боев мирному населению. Они появлялись как в связи с патриотическим и филантропическим подъемом в обществе, так и из-за того, что государство не собиралось брать на себя всё дело оказания помощи жертвам войны и готово было разделить эту ношу с общественными силами. В результате были образованы такие организации, как Всероссийский земский союз (ВЗС) и Всероссийский союз
городов (ВСГ). Проблема заключалась в том, что создание подобных объединенных общественных учреждений не было предусмотрено законом. Разрешать их деятельность пришлось Высочайшим повелением [7, с. 13, 14]. В итоге нельзя не согласиться с А.С. Тумановой: «Статус разрешенных властью особым порядком организаций, решавших задачи государственного значения, давал союзам определенные преимущества». «Неопределенность их правового положения придавала их действиям заметную независимость» [24, с. 95]. Всё это не могло не сказаться в дальнейшем. Когда власти решили, наконец, через год после начала войны перехватить инициативу и забрать дело помощи пострадавшим от боевых действий в свои руки, они уже не смогли в полной мере подчинить себе подобным образом устроенные всероссийские союзы.
Однако в таком положении, при котором отсутствие четко прописанных правовых норм, определяющих и регулирующих деятельность общественных благотворительных организаций, играло скорее в пользу подобных объединений, чем государства, оказались отнюдь не все учреждения помощи жертвам войны. В более сложной ситуации очутились, прежде всего, комитеты, сосредоточившие свое внимание на содействии беженцам и выселенцам - лицам, правила помощи которым еще не были отрегулированы правовыми нормами.
Не имея возможности игнорировать сам факт появления и постепенного увеличения числа вынужденных мигрантов, единственное, на что пошла государственная власть уже осенью 1914 г., - это создание на основании Высочайше утвержденного Положения от 14 сентября 1914 г. [17, с. 212, 213] Комитета Её императорского высочества великой княжны Татьяны Николаевны для оказания временной помощи пострадавшим от военных бедствий (общепринятое название - Татья-нинский комитет). Согласно ст. 6 Положения. Комитет оказывал временную помощь «лицам, впавшим в нужду вследствие бедствий, вызванных военными обстоятельствами, в пределах их постоянного места жительства либо временного пребывания, причем помощь эта распространялась как на тех, кто остались на местах своего жительства, так и на тех, кои вынуждены были покинуть его по требованию подлежащих властей или по другим, связанным с войной причинам». Таким образом, хотя новое учреждение планировало оказывать помощь не только вынужденным мигрантам, в тексте Положения, имеющего статус нормативно-правого акта и определяющего порядок работы Комитета, впервые были названы лица, добровольно или принудительно вынужденные покинуть место жительства из-за ведения
боевых действий, как имеющие право на помощь и отнесенные к категории жертв войны.
Впрочем, как показала практика, этого шага со стороны государства оказалось недостаточно. Во-первых, лица, вынужденные по своему решению или по распоряжению властей покинуть родные пенаты и имеющие право на получение помощи от благотворительной организации, были только описаны, но не обозначены специальным термином как особый вид жертв войны. Во-вторых, данное Положение как узаконение имело силу только в рамках своей деятельности, оно не могло быть спроецировано на работу и компетенцию других общественных организаций, занятых тем же делом, но иных по статусу. Таким образом, официально введенная и определенная буквой закона категория беженцев как жертв войны в первый год войны так и не появилась.
Подобное положение создавало значительные трудности при образовании и начале деятельности общественных организаций, планировавших заниматься именно содействием беженцам и выселенцам. Наиболее наглядным примером может послужить история учреждения Центрального еврейского комитета помощи жертвам войны. Согласно архивным данным, уже 22 июля 1914 г. представители Хозяйственного правления петербургской синагоги провели совместное заседание с видными еврейскими общественными деятелями для обсуждения вопроса об учреждении Особых комитетов по оказанию помощи семьям запасных и для организации встречи и помощи евреям, возвращающимся из-за границы [12, л. 58 об.]. На одном из совещаний только что созданного Комитета по оказанию помощи семьям запасных и жертвам войны, прошедшем 7 августа 1914 г., прозвучало предложение в связи с усилившимся потоком еврейских вынужденных мигрантов созвать Общее собрание членов Санкт-Петербургской еврейской общины для избрания Организационного комитета, который обсудит вопросы, связанные с текущими событиями и направленные на облегчение участи жертв войны, прежде всего, беженцев и выселенцев [19, л. 31]. Эта же идея была доложена на заседании Хозяйственного правления петербургской синагоги 11 августа 1914 г. Организационное собрание членов общины состоялось 18 августа 1914 г. [19, л. 31] и прошло под председательством А.Г. Гинзбурга. Совещание одобрило предложение об избрании Центрального комитета помощи жертвам войны (ЕКОПО) «из 40 лиц, который в свою очередь изберет исполнительный комитет и немедленно приступит к делу» [3]. Так же был определен перечень функций, реализацию которых брала на себя новая организация [10]. После затянувшегося трёхнедельного молчания в журнале «Новый восход» от 11 сентября 1914 г. поя-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
вилось объявление, что «Всероссийский еврейский комитет помощи жертвам войны приступает к осуществлению своей задачи» [20], поскольку Комитет уже получил официальное признание от Министерства внутренних дел. Однако ситуация была не столь проста, как казалась на первый взгляд. Несмотря на то что Министр внутренних дел Н.А. Маклаков разрешил создать Комитет и направить уполномоченных вновь созданного учреждения на места для выяснения нужд еврейского населения [23, л. 18, 19 об., 35], Департамент полиции попытался поставить палки в колеса новому Комитету. Воспользовавшись отсутствием законодательно оформленной категории беженцев и выселенцев как жертв войны, а также тем, что нормативными актами не было зафиксировано, какие организации могут оказывать помощь таким лицам, Департамент в сентябре 1914 г. выступил против выдачи разрешения на создание ЕКОПО. Высказанный протест обосновывался тем, что евреи могут пользоваться всеми видами помощи совместно с лицами других конфессий, получая её от уже учрежденных благотворительных организаций, а потому «выделять их в особую группу едва ли имеется достаточно оснований» [23, л. 19-19 об.]. Более того, Департамент заявил, что видит в ЕКОПО угрозу государственному порядку и безопасности. Однако несогласие полиции не помешало ЕКОПО, так и не получившему утвержденный устав, начать работу на основании разрешения, которое выдало ему Министерство внутренних дел 2 октября 1914 г. [23, л. 19-19 об.]. Всё же отсутствие ясности в правом поле первого года войны создало и продолжало создавать определенные трудности как для работы Центрального еврейского комитета помощи жертвам, так и для других аналогичных по функциям национальных общественных благотворительных организаций [14].
Таким образом, хотя беженцы и выселенцы, наряду с другими жертвами войны (больные и раненые воины, семьи запасных и проч.), появились уже в самом начале войны, государство на законодательном уровне не спешило отрегулировать ситуацию и создать понятное для себя и для общественных организаций правовое поле, определяющее специфику работы с этой разновидностью категории пострадавших от боевых действий. Единственное, что было сделано - в статусе нормативно-правового акта принято Высочайше утвержденное Положение об учреждении Татьянинского комитета. Но это был частный случай, не закреплявший ни категории беженцев, ни перечня организаций, которые могут им помогать. Тем временем Татьянинский комитет не мог справиться с проблемой помощи беженцам, создавшуюся лакуну начали заполнять, с лета-осени 1914
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
г., стихийно формирующиеся всероссийские и национальные благотворительные организации. С одной стороны, некоторым из них, например, таким, как Еврейский комитет помощи жертвам войны, в силу специфики правового положения самого еврейского населения и отсутствия четко прописанного законодательства об оказании содействия вынужденным мигрантам, такое положение дел в определенной степени мешало успешно организовываться и работать. С другой -отсутствие жестких рамок и официального признания государством дела оказания помощи жертвам войны своей вотчиной развязывало руки влиятельным общественным организациям, таким как ВСГ и ВЗС. В результате создавшаяся ситуация отчасти позволила сделать беженцев тем орудием, рычагом, с помощью которого общественные организации могли давить на государство, когда беженство из легко решаемой задачи переросло в проблему, грозившую социальной катастрофой. Только в конце лета 1915 г., осознав сложившуюся ситуацию, власти приняли Закон о беженцах - Положение об обеспечении нужд беженцев от 30 августа 1915 г. [18], прописав в нем и определение категории «беженец», какие благотворительные организации могут оказывать им помощь, как это всё должно регулироваться государством. Тем не менее, переиграть общественные организации, окрепшие за год, по сути, бездействия власти, уже удавалось с трудом, и далеко не всегда это получалось сделать.
Список литературы:
[1] Арутюнян А.А. Первая мировая война и армянские беженцы (1914-1917 гг.): дис. ... канд. ист. наук. - Ереван, 1989. - 214 с.
[2] [Б/а] Выселения // Новый восход. - 1914. - № 30. - 31 июля.
[3] [Б/а] За неделю. Общественная помощь жертвам войны // Новый восход. - 1914. - № 33. -21 авг.
[4] Белова И.Б. Вынужденные мигранты: беженцы и военнопленные Первой мировой войны в России. 1914 - 1925 гг. (По материалам центральных губерний Европейской России): дис. ... д-ра ист. наук. Брянский государственный ун-т им. акад. И.Г. Петровского. - Брянск, 2015. - 461 с.
[5] Грицаева А.Н. Благотворительность в России в годы Первой мировой войны (1914 -февраль 1917 г.): опыт помощи пострадавшим от военных действий: дис. ... канд. ист. наук. - М., 2008. - 289 с.
[6] Грицаева А.Н. Испытания отечественной благотворительности в годы Первой мировой войны (1914-1917) // Преподаватель XXI век. -2008. - № 2. - С. 118-122.
[7] Загряцков М.Д. Всероссийский земский союз (Общие принципы организации и юридиче-
ская природа). - Пг.: типография акционерного общества «Слово», 1915. - 29 с.
[8] Закон о призрении нижних воинских чинов и их семейств. 25 июня 1912 года // ПСЗРИ-3. - Т. 22. - Отд. 1. - Пг., 1915. - № 37507. - С. 935-945.
[9] Златина М.А. Начальный этап процесса выселения евреев из прифронтовой зоны западных губерний Российской империи в период Первой мировой войны (конец июля - сентябрь 1914) // История еврейской диаспоры в Восточной Европе: материалы Междунар. науч. конф. памяти М.Г. Штейна. Сер. «Труды по иудаике. История и этнография». Петербургский институт иудаики / отв. ред.: М.О. Мельцин, А.Н. Пилипенко. - СПб.: ООО «Галаника», 2012. - С. 141-145.
[10] Златина М.А. Основание Еврейского комитета помощи пострадавшим от войны и погромов (июль-сентябрь 1914 г.) // Герценовские чтения - 2007. Актуальные проблемы социальных наук: сб. науч. ст. - СПб.: Изд-во «ЭлекСис», 2008.
- С. 107-110.
[11] Именной Высочайший указ Правительствующему Сенату об образовании Верховного совета по призрению семей лиц, призванных на войну, а также семей раненых и павших воинов. 11 августа 1914 // Важнейшие законы, указы и распоряжения военного времени. - Пг.: Изд-во «Н.К. Мартынов», 1915. - С. 76.
[12] Комитет по оказанию помощи семьям запасных и жертвам войны // ЦГИА СПб. - Ф. 422.
- Оп. 1. - Д. 140.
[13] Курцев А.Н. Беженцы Первой мировой войны в России (1914 - 1917). // Вопросы истории.
- 1999. - № 8. - С. 98-113.
[14] Кустов Н.И. Краткие очерки о деятельности национальных и благотворительных организаций, оказывающих помощь беженцам в г. Москве.
- М.: Тип. «Русского общества», 1917. - 117 с.
[15] Письма... Бомашу М.Х. // ГА РФ. - Ф. 9458. - Оп. 1. - Д. 44.
[16] Положение о Высочайше утвержденном Комитете Её высочества великой княгини Елизаветы Федоровны по оказанию благотворительной помощи семьям лиц, призванных на войну. 11 августа 1914 // Важнейшие законы, указы и распоряжения военного времени. - Пг.: Изд-во «Н.К. Мартынов», 1915. - С. 77-79.
[17] Положение о Комитете вел. кнж. Татьяны Николаевны для оказания временной помощи пострадавшим от военных бедствий // Высочайшие законы, указы и распоряжения военного времени. - Пг.: Изд-во «Н.К. Мартынов», 1915. - С. 212, 213.
[18] Положение об обеспечении нужд беженцев, 30 августа 1915 г., № 1842 // Собрание узаконений и распоряжений Правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате. - Пг., 1915.
- Отд. 1. - С. 2423-2426.
[19] Протоколы заседаний хозяйственного правления Синагоги // ЦГИА СПб. - Ф. 422. - Оп. 1.
- Д. 135.
[20] С.П. Начало работы // Новый восход. -1914. - № 36. - 11 сент.
[21] Сведения о выселении евреев из прифронтовой полосы... // ГА РФ. - Ф. 9458. - Оп. 1. - Д. 167.
[22] Сводки, сведения и заявления о положении еврейского населения и еврейских погромах во время войны 1914-1915 г. в прифронтовых районах Западного фронта // ГА РФ. - Ф. 9458. - Оп. 1.
- Д. 140.
[23] Справка о комитетах помощи евреям -жертвам войны // ГА РФ. - Ф. 102. 4 д-во. - 1916. -Д. 126. - Ч. 18.
[24] Туманова А.С. Общественные организации России в годы Первой мировой войны (1914 -февраль 1917 г.). - М.: РОССПЭН, 2014. - 326 с.
[25] Ульянова Г.Н. Благотворительность в Российской империи. XIX - начало XX века. - М.: Наука, 2005. - 402 с.
[26] Ульянова Г.Н. Законодательство о благотворительности в Российской империи. XIX -начало ХХ века. // Отечественная история. - 2005.
- № 6. - С. 17-32.
[27] Утгоф В.С. Белорусские беженцы Первой мировой войны в 1914-1922: дис. ... канд. ист. наук. - СПб., 2003. - 183 с.
[28] Цовян Д.Г. Деятельность государственных органов и общественных организаций по оказанию помощи беженцам в годы первой мировой войны. 1914-1917 гг.: дис. ... канд. ист. наук. - М., 2005. - 216 с.
[29] Gatrell P.A. Whole Empire Walking: Refugees in Russia during World War I. Bloomington, Indiana, 1999. - 317 р.
[30] Жванко Л.М. Перша свп"ова вшна: бiженцi в УкраТн (1914-1918 рр.): автореф. ... д-ра ют. наук. - Харюв, 2013. - 40 с.
[31] Лаnановiч С.Ф. Дзейнасць дзяржауных i грамадсш аргаызацый па аказанн дапамоп у Беларус у гады Першай сусветнай вайны (1914-кастрычык 1917 г.). - Мшск: Академiя МУС, 2010. -126 с.
Spisok literatury:
[1] Arutyunyan A.A. Pervaya mirovaya vojna i armyanskie bezhency (1914-1917 gg.): dis. ... kand. ist. nauk. - Erevan, 1989. - 214 s.
[2] [B/a] Vyseleniya // Novyj voskhod. - 1914. -№ 30. - 31 iyulya.
[3] [B/a] Za nedelyu. Obshchestvennaya pomoshch' zhertvam vojny // Novyj voskhod. - 1914.
- № 33. - 21 avg.
[4] Belova I.B. Vynuzhdennye migranty: bezhency i voennoplennye Pervoj mirovoj vojny v Rossii. 1914 - 1925 gg. (Po materialam central'nyh
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
gubernij Evropejskoj Rossii): dis. ... d-ra ist. nauk. Bryanskij gosudarstvennyj un-t im. akad. I.G. Petrovskogo. - Bryansk, 2015. - 461 s.
[5] Gricaeva A.N. Blagotvoritel'nost' v Rossii v gody Pervoj mirovoj vojny (1914 - fevral' 1917 g.): opyt pomoshchi postradavshim ot voennyh dejstvij: dis. ... kand. ist. nauk. - M., 2008. - 289 s.
[6] Gricaeva A.N. Ispytaniya otechestvennoj blagotvoritel'nosti v gody Pervoj mirovoj vojny (19141917) // Prepodavatel' XXI vek. - 2008. - № 2. - S. 118-122.
[7] Zagryackov M.D. Vserossijskij zemskij soyuz (Obshchie principy organizacii i yuridicheskaya priroda). - Pg.: tipografiya akcionernogo obshchestva «Slovo», 1915. - 29 s.
[8] Zakon o prizrenii nizhnih voinskih chinov i ih semejstv. 25 iyunya 1912 goda // PSZRI-3. - T. 22. -Otd. 1. - Pg., 1915. - № 37507. - S. 935-945.
[9] Zlatina M.A. Nachal'nyj etap processa vyseleniya evreev iz prifrontovoj zony zapadnyh gubernij Rossijskoj imperii v period Pervoj mirovoj vojny (konec iyulya - sentyabr' 1914) // Istoriya evrejskoj diaspory v Vostochnoj Evrope: materialy Mezhdunar. nauch. konf. pamyati M.G. Shtejna. Ser. «Trudy po iudaike. Istoriya i etnografiya». Peterburgskij institut iudaiki / otv. red.: M.O. Mel'cin, A.N. Pilipenko. - SPb.: OOO «Galanika», 2012. - S. 141-145.
[10] Zlatina M.A. Osnovanie Evrejskogo komiteta pomoshchi postradavshim ot vojny i pogromov (iyul'-sentyabr' 1914 g.) // Gercenovskie chteniya - 2007. Aktual'nye problemy social'nyh nauk: sb. nauch. st. - SPb.: Izd-vo «ElekSis», 2008. - S. 107-110.
[11] Imennoj Vysochajshij ukaz Pravitel'stvuyushchemu Senatu ob obrazovanii Verhovnogo soveta po prizreniyu semej lic, prizvannyh na vojnu, a takzhe semej ranenyh i pavshih voinov. 11 avgusta 1914 // Vazhnejshie zakony, ukazy i rasporyazheniya voennogo vremeni. - Pg.: Izd-vo «N.K. Martynov», 1915. - S. 76.
[12] Komitet po okazaniyu pomoshchi sem'yam zapasnyh i zhertvam vojny // CGIA SPb. - F. 422. -Op. 1. - D. 140.
[13] Kurcev A.N. Bezhency Pervoj mirovoj vojny v Rossii (1914 - 1917). // Voprosy istorii. - 1999. - № 8. - S. 98-113.
[14] Kustov N.I. Kratkie ocherki o deyatel'nosti nacional'nyh i blagotvoritel'nyh organizacij, okazyvayushchih pomoshch' bezhencam v g. Moskve. - M.: Tip. «Russkogo obshchestva», 1917. -117 s.
[15] Pis'ma... Bomashu M.H. // GA RF. - F. 9458. - Op. 1. - D. 44.
[16] Polozhenie o Vysochajshe utverzhdennom Komitete Eyo vysochestva velikoj knyagini Elizavety Fedorovny po okazaniyu blagotvoritel'noj pomoshchi sem'yam lic, prizvannyh na vojnu. 11 avgusta 1914 //
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2019
Vazhnejshie zakony, ukazy i rasporyazheniya voennogo vremeni. - Pg.: Izd-vo «N.K. Martynov», 1915. - S. 77-79.
[17] Polozhenie o Komitete vel. knzh. Tat'yany Nikolaevny dlya okazaniya vremennoj pomoshchi postradavshim ot voennyh bedstvij // Vysochajshie zakony, ukazy i rasporyazheniya voennogo vremeni.
- Pg.: Izd-vo «N.K. Martynov», 1915. - S. 212, 213.
[18] Polozhenie ob obespechenii nuzhd bezhencev, 30 avgusta 1915 g., № 1842 // Sobranie uzakonenij i rasporyazhenij Pravitel'stva, izdavaemoe pri Pravitel'stvuyushchem Senate. - Pg., 1915. - Otd. 1. - S.2423-2426.
[19] Protokoly zasedanij hozyajstvennogo pravleniya Sinagogi // CGIA SPb. - F. 422. - Op. 1. -D. 135.
[20] S.P. Nachalo raboty // Novyj voskhod. -1914. - № 36. - 11 sent.
[21] Svedeniya o vyselenii evreev iz prifrontovoj polosy... // GA RF. - F. 9458. - Op. 1. - D. 167.
[22] Svodki, svedeniya i zayavleniya o polozhenii evrejskogo naseleniya i evrejskih pogromah vo vremya vojny 1914-1915 g. v prifrontovyh rajonah Zapadnogo fronta // GA RF. - F. 9458. - Op. 1. - D. 140.
[23] Spravka o komitetah pomoshchi evreyam
- zhertvam vojny // GA RF. - F. 102. 4 d-vo. - 1916. -D. 126. - Ch. 18.
[24] Tumanova A.S. Obshchestvennye organizacii Rossii v gody Pervoj mirovoj vojny (1914
- fevral' 1917 g.). - M.: ROSSPEN, 2014. - 326 s.
[25] Ul'yanova G.N. Blagotvoritel'nost' v Rossijskoj imperii. XIX - nachalo XX veka. - M.: Nauka, 2005. - 402 s.
[26] Ul'yanova G.N. Zakonodatel'stvo o blagotvoritel'nosti v Rossijskoj imperii. XIX - nachalo HH veka. // Otechestvennaya istoriya. - 2005. - № 6.
- S. 17-32.
[27] Utgof V.S. Belorusskie bezhency Pervoj mirovoj vojny v 1914-1922: dis. ... kand. ist. nauk. -SPb., 2003. - 183 s.
[28] Covyan D.G. Deyatel'nost' gosudarstvennyh organov i obshchestvennyh organizacij po okazaniyu pomoshchi bezhencam v gody pervoj mirovoj vojny. 1914-1917 gg.: dis. ... kand. ist. nauk. - M., 2005. -216 s.
[29] Gatrell P.A. Whole Empire Walking: Refugees in Russia during World War I. Bloomington, Indiana, 1999. - 317 r.
[30] Zhvanko L.M. Persha svitova vijna: bizhenci v Ukraini (1914-1918 rr.): avtoref. ... d-ra ist. nauk. -Harkiv, 2013. - 40 s.
[31] Lapanovich S.F. Dzejnasc' dzyarzhaynyh i gramadskih arganizacyj pa akazanni dapamogi u Belarusi y gady Pershaj susvetnaj vajny (1914-kastrychnik 1917 g.). - Minsk: Akademiya MUS, 2010.
- 126 s.