Том 155, кн. 5
УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
Гуманитарные науки
2013
УДК 800.2
ПРЕЗЕНС-ФУТУРУМ В ТРОИЦКОМ СБОРНИКЕ (РГБ, ТР. 12)
О. Ф. Жолобов Аннотация
В статье рассматриваются вариативные формы презенса-футурума в 3 л. ед. и мн. числа, генезис и функционирование которых представляют одну из наиболее сложных и малоизученных проблем исторической грамматики. Впервые проводится анализ «нулевых» форм презенса-футурума в Троицком сборнике XII - XIII вв. в связи с категориями потенциалиса и кореферентной предикативности. Используются лингвотексто-логические параллели из двух раннедревнерусских рукописей - Пандектов Антиоха XI в. и избранных глав из Пандектов Антиоха в составе Троицкого сборника XII -XIII вв. Установлено, что нулевые формы появляются в мультипредикативных группах с морфологически однородными и функционально соотносительными предикатами.
Ключевые слова: индикатив, презенс-футурум, потенциалис, кореферентная предикативность, корпусная лингвистика.
В отличие от Национального корпуса русского языка, который насчитывает сотни миллионов единиц и уже давно используется лингвистами, электронный корпус древнерусского языка ещё находится в процессе создания. Рассматриваемая здесь раннедревнерусская рукопись - Троицкий сборник XII - XIII вв. -в скором времени в виде интернет-издания будет включена в информационно-аналитическую систему «Манускрипт» (см. http://manuscripts.ru), которая по своим квантитативным параметрам приближается к статусу Исторического славяно-русского корпуса.
Новые исследования по исторической грамматике продемонстрировали эффективность корпусного подхода (сплошной выборки словоформ в масштабной базе данных и их подробного анализа) с опорой как на внутреннюю проспективно-ретроспективную, так и на глубокую внешнюю реконструкцию (см. [1-4]). Вместе с тем они доказали, что воссоздание объективной картины эволюции языковых форм невозможно без накопления новых баз данных. Ключевой особенностью Исторического корпуса должна стать его лингвотек-стологическая структурированность.
Анализ лингвотекстологических параллелей, в свою очередь, позволяет вскрывать явления, которые при использовании иного научного инструментария остаются скрытыми. Так, указанный анализ в корпусе древнеславянских списков гомилетических сборников выявил категории потенциалиса и связанной предикативности в глагольной системе [5]. Было установлено, что так называемые нулевые словоформы презенса-футурума 3 л. ед. и мн. числа (или
словоформы без флективного [4ь]: възнесе, ищезне, моли, приидоу, хотя и под.) были довольно распространены в древнерусском языке, хотя словоформы на [4ь] и преобладали. Происхождение и функционирование вариативных словоформ данного типа представляет сложную и интригующую проблему палеославистики.
Есть основания полагать, что древнеславянские нулевые словоформы наследуют индоевропейскую категорию потенциалиса, исторически актуализированную в последовательной смене косвенных наклонений - инъюнктива и конъюнктива. Нулевые словоформы восходят к словоформам с вторичным окончанием *-t, которое было представлено в инъюнктиве, а также в конъюнктиве, где оно варьировалось с первичным окончанием *-ti (см. [6, с. 281-283; 7, с. 34-36; 8, с. 273-274]. Древнеславянские словоформы презенса на -0 < *-t обычно связаны с перфективными основами и обозначают, как и индоевропейский потен-циалис, нефактивное, потенциальное действие, реальность которого не утверждается. Для того чтобы разобраться во всех деталях эволюционирования словоформ на -0, предстоит ещё проанализировать массу древних славяно-русских источников. Ниже функционирование нулевых словоформ презенса-футурума рассматривается в таком объёмной и показательной для XII - XIII вв. мегатек-стовой компиляции, как Троицкий сборник (по рукописи РГБ, Тр. 12, далее -Тр12)1.
Продуктивность праславянской модели с вариативностью словоформ на *-ti > [4ь] и *-t > -0 нашла в Тр12 отчётливое выражение как в системе презен-са, так и в претеритальной системе.
В Тр12, хотя и довольно редко, отмечается имперфект на -та, который фактически был неизвестен старославянским и среднеболгарским источникам, являясь вместе с тем яркой приметой рукописей древнерусского письма (см. [10]). А. Вайан приводит единичное образование с дополнительным окончанием в старославянском Зографском евангелии: можллшетх (Мф. 22:46) [11, с. 267]. Такая же форма из Саввиной книги приводится в «Старославянском словаре»: #лпр@фЛШЕТ& (Мк. 7:36) (СтСл, с. 231). Как и в оригинальных древнерусских текстах (таких, как Житие Феодосия Печерского), подобные словоформы встречаются в цепи однородных предикативных словоформ, что сближает их с употреблением вариативных словоформ в презенсе-футуруме: н ьлн#а р@кн toi КАШЕ ТАМЛ МрЛУАИЛ-| H Т0у ЛЕЖЛШЕ МНОЖАСТКО МОуЖА H ЖЕН' H КЛ0|к0ТЛ[0у 1К0 К& К0ТАЛ@- H 1К0 VOpACKHI К&|лНН H ОКрЛЖЛ.ТАСА НЛД& Гр@ШАННКН- дл е|гДЛ К&ЛНН <...> К&С[0ЖЛ[0у H П0Гр0уЖЛ[е| rp@iAHHKH ТНСАф. ЛЛК&Т&- H НЕ М0ЖЛ[е|тА pt^H- nOVHkOyH НН ПрЛКАДАН'ЛЖ coyiHH (л. 34); Т@МАЖЕ H K& [coy СТрЛ[&МА H ТрЕПЕТ&МА -| МОЛАКОу TK0pA[0y - ДЛ НЕ ПОСЛКТА H[& K& КЕ#ДАН0у -Т@МАЖЕ| H БЛГ0СЛ0КЛ1[0УТА H ГЛфЕ - YT0 НЛМ& H ТЕК@ IСЕ СНЕ КЛ ЖHKл|г0 -ПрЖИАЛК KCH ПрЕЖЕ КрЕМЕНЕ VOyYHTX НЛС'Л (л. 190 об ).
Довольно рано в славяно-русских источниках употребление имперфекта на -та начинает соотноситься с положением перед энклитикой и 'его' и мотивируется стремлением избежать обсценного звучания (см. [12, с. 202] и др.). Как свидетельствует первый пример, это условие вовсе не являлось обязательным.
1 Об особенностях его лингвотекстологической структуры см. [9].
Кроме того, встречаются словоформы без -та перед энклитиками и полноударной формой того же местоимения, начинающейся с [)-]: н с&бнка[оу . о глльоу| прпдьилго (л. 42); н понкже поь@ста ну@1[оу н (л. 124 об ); н| слоужл[оу куоу (л. 128 об.) (см. также [5, с. 199-200]). Обозначая изначально «present-in-the-past» [13, с. 163], имперфект в Тр12 иногда и образован от основы презенса: Б.&ИЕМЛ1ШЕ (л. 37); К@СА[0у (л. 39 об).
Однако прежде всего рефлексы древней модели с вариативностью *й- и форм проявились в системе презенса, которая, в отличие от претеритальной системы, не была ограничена регистром книжного языка, а кроме того, отличалась полисемантичностью. К сожалению, в научной литературе приводятся лишь единичные примеры нулевых словоформ презенса-футурума, и масштабы их употребительности в древнерусском языке остаются неизвестными (см. [14, с. 249; 15, с. 293-294, с. 308; 16, с. 132; 17, с. 61-62 и т. п.]). Полнотой корпусного описания отличается лишь характеристика нулевых словоформ в берестяной письменности, данная в известном исследовании А.А. Зализняка [18, с. 137-138, с. 152-153]. В берестяной письменности нулевые словоформы были представлены очень широко, однако вывод А.А. Зализняка о нулевых словоформах как праславянском архаизме и новгородско-псковском диалектизме можно считать только предварительным, поскольку масштабы распространения нулевых словоформ в источниках иной региональной принадлежности не изучены. Отличительными особенностями нулевых словоформ в берестяной письменности А.А. Зализняк называет: а) употребление нулевых словоформ как в 1-м, так и во 2-м спряжении, как в единственном, так и во множественном числе; б) преимущественную связь с придаточными предложениями со значениями условия и цели.
Уже первый опыт корпусного описания нулевых словоформ в памятниках разной региональной принадлежности подтвердил: а) их общедревнерусский характер; б) распространение вне зависимости от типа спряжения и числа; в) семантико-синтаксическую мотивированность - связь со значением потенциального, нефактивного действия и принадлежность би- или полипредикативным цепям; г) включённость предложений с придаточными условия и цели в более общий структурный тип с отношениями кореферентной предикативности (см. [5, с. 226-228]). Так, в гомилетических сборниках, написанных в разное время и имеющих разную территориальную принадлежность, нулевые словоформы встречаются с соотносительной частотностью. Они обозначали нефак-тивное, потенциальное действие и являлись морфологической проекцией се-мантико-синтаксической связанности предикатов. Помимо примеров из прото-графических чтений с нулевыми словоформами было найдено свыше 100 индивидуальных случаев употребления данных словоформ. См., в частности:
Нулевые словоформы Словоформы на -та
молимх дл нй|| и#блбита тамй|| 7но1 и СКрАЖАТл| #УБАНЛГО . И ДЛ и| ЕПОДОБИ црСтьию| ученому (П, л. 196б, 8-13) молимх- дл| на и#блбита ТАма 7но|1-и СКрАЖАТЛ #ОУБАНЛГ°-| и ДЛ СпОДОБиТА на цСрАсТьи|ю сьокмоу (Т, л. 82г, 1014); дл спо|добит на (Тр7, л. 114г, 3233); дл| сподобита на (А, л. 130а, 1-3)
[лрти| КО ьоукоклли ИсТА#Оук|тА доллженоую ли[коу нл| ли[коу-сокрокифЕ же| ьлгодкти ьжи1-оулно|жи ЛЕ#доу лолЕБЕНоуЮ (Т, л. 70а, 15-20) [лрлтА1 ьо слока иста|#лкта должную ли[ку| нл ли[ку . скрокифЕ ьлго|длти ьжи1 оулножитА| ЛА#ду молеьную и мо|литкеную (Тр7, л. 105а, 16-21); оулножитА| лА#ду молеьною и| ллсткАною (П, л. 177б, 18-20); оулножитА| лА#ду (А, л. 119а, 16-17)
#кло ьо рл|дуктсА ьл о кл.фи|[сА- и приклле кл слл|ста испоккдлник нл|ше (Тр7, л. 135б, 5-9) #кло ьо рлдоу|ктАсА ьл нлша о клюфии|[лсА- и прикллЕТА кл слл|ста испоккдлник нлше (Т, л. 104б, 18-21); прикллетА (П, л. 224б, 3); прикмлетА (А, л. 147а, 13); и прикмлетА кл сллста (Тр12, л. 60 об.)2
Региональную принадлежность рассматриваемого здесь Троицкого сборника ещё предстоит точно определить, хотя издатели сборника небезосновательно предполагают, что кодекс был создан в Киевской Руси [19, с. II]. В Троицком сборнике, как показал анализ на основе сплошной выборки, нулевые словоформы 3 л. ед. и мн. числа презенса-футурума представлены довольно широко. См., например: н кндкклшн прстл1 н реУе| кто сн соу уто лн слгркшеннк н[л (л. 33 об); н отрлкАш|цн же 1длше оуморА.ТА Улкка- н ороуж||кмА оуБнкл. (л. 35); н улсто пероло о|сккАрннмок- о нстнрлкмок оуттло-н Непотр@|ьАНо ЬоуДЕТА- н проУЕК сЛсТлрккЛсА- н оьАТЛшл|кЛ- н НЕ ПАрЛТнСА НЕ МофнСА НлУАНЕ (л. 47 об); ЛфЕ- ПСУфЕН'Л ьоуде по лор. пллклтн- н кгдл| кллегер оьрлтнтАСА кл нгоуменоу скоклоу- дл оум"|||ктА клоу но#к нгоуменл-1ко н [сЛ ЛпсЛЛ&-| н дл поКЛЛН1КТАСА- к1- #лоутрл- к1- КЕУЕр'Л (л. 51-51 об ); ЛфЕ лн к поп&- дл сА н#КАрЖЕТА- Л поклонкнн|1- к- #лоутрл- к- КЕУЕр'Л (л. 52 об ); [ота| оуьо пркдолктн ьксоу селоу - дл оуун|ннтА сеьк лкроу кл ксЕл\л дклк - н| пркжЕ дл не остоуплктА длже н кона|улк (л. 77); Мко подоьлкта дкнрн - н #лкороу н оу#доу| нлллглтн оустолл - дл кгдл СА родА ©утрт| лоуклкАннн поласлн - #лтклрАкманмл-|| кже 7 клнкшАнн[л нс[одл (л. 166-166 об); Ёлпрлшл кто стлртцл 7| ьгоноснкн^л гл1 - понкже слгркшн[олл| по КрАфЕНнн - н грк[Н 7сккАрнн[оллсА - н@| лн нллл спсенн1 нлдежл - нк лн 7,рлфе|нн1 крлУА&л - кса ©тндошл (л. 169 об); то нк лн ннкомоуже - н сде н тл|ло поко1 оьркстн (л. 177); нн слмл ьо коннасткл Н,СЕНл1 -| НЕ НЕпороУАНл СоуТА предл тоьо. гн - лфЕ н ньсл пл|доу - ктерн #л грк[Л скон (л. 199 об.) и т. д.
Хотя книжная норма, безусловно, являлась барьером для употребления нулевых словоформ, она тем не менее преодолевалась в целом ряде случаев. Толчком к отступлениям подобного рода могли служить «образцовые» южнославянские рукописи, в которых употребление нулевых словоформ спорадически
Слово 82 Паренесиса Ефрема Сирина включено в данный сборник.
допускалось. В таком древнеболгарском источнике, как Супрасльская рукопись, оно превышало 80 случаев, притом что во всех старославянских памятниках обнаружено лишь около 20 примеров (см. [20, с. 489-490; 21, с. 144]).
В Троицком сборнике встречается источник более позднего русского нет < н@ тоу vs. н@ста тоу, подтверждающего существование нулевых словоформ презенса в живой речи. См.: лже кста таже бсего- нже нфЕТА жнтн1 сего-| л до,рл нл икма н@ тоу (л. 18 об ); Бр@»А млло кста- л соудй долгй| н бес коиаца- конауннл блн#а н стрл[й миогй- л| н#блбл1.ол ннкогоже н@ тоу (л. 21 об.). Приводившаяся выше словоформа БоудЕ, переосмысленная в среднерусский период, в качестве условного союза употреблялась ещё в литературном языке первой четверти XX в. (см. [15, с. 308]).
Около половины Троицкого сборника (л. 64-157 об.) как компилятивного мегатекста занимают Пандекты Антиоха, перевод которых с греческого был выполнен в Древней Болгарии (а именно - в Македонии) в первой половине X в. Старославянский перевод дошёл до нас в нескольких древнерусских списках, самый ранний из которых датируется XI в. (далее - ПА). Это даёт возможность проверить, насколько самостоятельным является употребление нулевых словоформ в Тр12 по сравнению со списком XI в., так как рукопись ПА считают непосредственным антиграфом Тр12, а обе рукописи - древнейшей парой с отношениями антиграфа и апографа [19, с. II]. Значительная часть нулевых словоформ в Тр12, среди которых особой частотностью отличается форма 3 л. ед. ч. к, имеет точные параллели в ПА. См., например:
ПА Тр12
Аште лн| дл осллб@етй »а|слй отй »лтБАа-| лбне нлуйнетй| пеулла по1длтн| срдцЕ улБкоу| 1коже к рЕУЕно: Мко »о|лебе рн#ж н урйБй| др@Б0 - тлко скра|ба бй косте[й его| БаБйшн (л. 62ф лфЕ лн дл 7сллб@кта »аСЛА 8 »лта|| лбнк нлуанета пеулла п01длтн СрдЦЕ| уЛБКОу 1К0ЖЕ к реуено - 1К0 »олкбе рн|#0у н уАрБА др@Б0 - тлко СКАрБА БЙ коста|[й кго БаБйшн (л. 74)
любан бо бе#»лй|бае - н бе#блл#а|но»а оу»о»А [о|та прнБлнжнтн|| са б#@ - ие [ОфЕ ба|се»а бес@доблтн| нн сй ц@»аже 8|нжда - сйбраше|нйн[й же »@рл сн ЕСТА - 0у»рАТБн|БЙШн[Й са »ироу (л. 220Ь-с) любан бо бе#»йлбнк| н бе#блл#нанй»а ®у»Й»А [ОТА прнБЛнЖнТн|с1 Б#@ - не [ОфЕ басема бес@доблтн нн сй Ц@»а|жЕ 8нюдА - СЙБАрШЕнан[] ЖЕ мнрл сн КСТА - 0у|»АрТБнБйШн[йС1 »нроу (л. 111 об.)
л|фЕ бй#б@|стн Тн| са улуе уто доБро -| нлн уЕС0 нфЕТА| га ОТЙ ТЕБЕ -| нЕ ТБорнтн соудй -|| н любнтн »нло|ста (л. 199Ь-с) лфЕ бй#б@|стн тн С1 улбуе уто доБро -нлн уасо нфктА га 8 те|бе - не ТБОрнТн СОудй - н ЛЮБнТн »нЛОСТА (л. 116)
1Б@ же к] 1ко сй»@ренйи|»й длкта бй БЛл|год@та - пр@#о|рнБйи»Й ЖЕ про|тнБнтА са (л. 175d) 1Б@ ЖЕ К 1|кО СЙ»@рЕна»Й длкта бй блгдта - пр@|#орнБа»й же протнБнтАСА (л. 143 об.)
»а же не| Б@доуштЕн ко|к к десннцл -ко|к лн шоунцл (л. 177Ь) »а ЖЕ не Б@доуфЕн КОК К десннцл -ко|к лн шюнцл (л. 144 об.)
1ко колл нл| #лколенне кеде|тл са - н 1ко па|сл нл ж#а - не кк| 1ко о дшн теуеТл (л. 41Ь) 1ко колл нл #лколеннк кедетаса - н|| 1ко пасл нл оу#а - не кк 1ко ® дшн те|уета (л. 150 об. - 151)
лллл е кт|ск #ллоьл протн|кж #Алоьк женАсТк (л. 42с) лллл к кса #лоьл протнкоу #лоьк| женАстк (л. 152)
Однако есть случаи, когда нулевые словоформы антиграфа правятся. Это доказывает, что они были известны переписчикам, но те вовсе не склонны были слепо их копировать. См., в частности:
ПА Тр12
н 1ко| лфЕ стрлжетА к|дннл оудл - сл нн|лА стрлждж к'сн| оудн (л. 200а) н 1ко лфЕ стрлжетА кдннл ®у|дл - сл НнлА стрлжЮТА ксн ®удн (л. 116)
льае ско|ьодАно нллл по|кл$шТелл са -| н ксклА срцлт| оБрлшТл$шТе|лл са кл нелоу -| подлста нллл| н прл#дАноуетА -|| н прн#акле дроу|га ско1 ста1 снла (л. 162а - 163а) льнк скоьодАНо нллл поклЮфЕлл|сА - н кАсклА срдЦАлА 7БрлфлЮфЕтЛсА кл| Нклоу - подлсТА нллл н прл#дАНоукТА - н| прн#аклктА дроуга ско1 ста1 снла (л. 125 об.)
н длста| поькждл$шТн|н слсждл #ллоьк -| н оулАрЕТА к@уа|нож сЛтрАТнЖ -| снлА же слккдк|телАсткоуЕ и га (л. 160Ь) н длста поькжлюфнн слсоудл #л|лоьк -н ©улАреТА ккУАною сллтртню - сн|лА же слккдктелАсткоуктА га (л. 139 об.)
1ко оуне е дл| ьа клленА нл ка|н его жрлнокАНлн по|ккшенл - н кАкрл|женл кл лоре - не|же дл сльлл#ннТл| еднного лллан [л| сн[л (л. 44а) 1ко оунк кста дл| ьа кллена нл кан кго жтрнокАнан -| поккшенл - неже дл сльлл#ннтА кдн|ного ллла[] сн[Л (л. 154)
слккстА ьо тл|ннлл нлшл - 1|коже слккдк|телАсткоук дл|кадл гла - га сл|ккстА пома|шленн1 хлскл -| 1ко сжта сжкта|нл (л. 171Ь) слккстА ьо тлннл1 нлшл - 1коже слккдктелАсткоуктА| дкдл гл1 - га слккстА полашленн|1 улкускл - 1ко соуТА соукТАНл (л. 156 об.)
Наконец, что наиболее важно, в Троицком сборнике обнаруживаются нулевые словоформы, которые заменили словоформы антиграфа с флективным [4-]. См., в частности:
ПА Тр12
и| скло и онлло оьрл|штлжштл са -жа|джштл годл 1стн1лго - н кл#ллл| клннга поуате|тл ллло - н плка| положнтл 1 (л. 65а) н скло| н онлло 7БрлфлЮфЕс1 -жтдоуфл го|дл 1стн1лго - н кл#алл кннга по|уате ллло - н плка положнта 1 (л. 76)
н плка -| [офж оуьо дл мо|лнткж ткорАтт| мжжн нл кс@[л| лкстк[л -кл||#дк$фЕ прдьна| ржка гнккл| н полашленАн (л. 234а-Ь) н плка -| [от1фю оуьо дл ллткоу ткор1 лоужн нл кск|[л лкстк[л - н кл#дкюфЕ прпдьна роука| гнккл н полашленнн (л. 99 об.)
н| СЖДА1 ТБ01 • ЕЖ|ДЙ ПрЛБАДЕн] Н С0уДА1 ТБ01 • ЕОуДЙ Прл|к.АДАНХ
СЖДАТА • Н ДЛ НЕ| П0#НЛ$ТА Ли|цЛ • Н ЕОуДАТА • Н ДЛ НЕ П0#НЛ. ЛНЦЛ • Н
УА#ДИ дл| НЕ ЬК#АУ0уТА (л. 158с)__Уа|#ДИ ДЛ НЕ ЬК#АУ0уТА (л. 138)
Таким образом, данные Троицкого сборника как компиляции-мегатекста являются новым важным свидетельством того, что нулевые словоформы пре-зенса-футурума 3 л. ед. и мн. числа присутствовали в раннедревнерусской книжной письменности, которая всегда носила тот или иной региональный отпечаток. Нулевые словоформы представлены в двух слоях - южнославянском и восточнославянском, которые являются гетерогенными в синхроническом плане, но гомогенными в диахроническом. Южнославянские нулевые словоформы воспроизводятся потому, что не противоречат восточнославянским узуальным словоформам. В то же время южнославянские словоформы на -т& всегда заменяются восточнославянскими на -ТА. Троицкий сборник включает показательные примеры правки южнославянских словоформ как с флективным [-t-], так и без флективного [-t-], которые доказывают узуальный характер вариативности словоформ на [-t-] и без [-t-].
Как и в берестяной письменности, в рассматриваемом книжном источнике представлена именно модель с вариативностью словоформ без выраженной тенденции к генерализации какого-либо одного типа словоформ. Это свидетельствует о семантико-синтаксической маркированности нулевых словоформ. Как и в берестяной письменности, нулевые словоформы преобладают в придаточных условных (см. примеры предложений с союзом ЛфЕ) или побудительно-целевых предложениях (см. примеры предложений с частицей ДЛ), где предикат обозначает действие, реальность которого не утверждается. Вместе с тем в книжном языке данный семантико-синтаксический тип является частной разновидностью более общей структурной модели со связанными, кореферентными предикатами. Кроме того, нефактивная семантика нулевых предикатов проявляется также в отрицательных или вопросительных конструкциях н@ Т0у, н@ ЛИ, К&Т0 си С0у и под.
Примечательной особенностью словоформ презенса-футурума 3 л. ед. и мн. числа в Троицком сборнике, кроме того, являются образования на -ти. Данные словоформы наблюдаются перед энклитикой и < *_)ь, где переход -та и > -ти и был фонетически закономерным, однако сами написания с -Ти не поддерживались книжной нормой. Н.Н. Дурново связывает подобного рода орфограммы преимущественно с древними южнорусскими источниками - такими, как Архангельское евангелие 1092 г. (1-й почерк) и Успенский сборник XII - XIII вв. [15, с. 294]. Возможно, в Тр12 словоформы на -ти также являются региональной приметой, см., например: дл слишлтн н блтнн ск0упнн дл слн||шлта ннфнн (л. 14 об. - 15); лфЕ 0ьрАфЕТн н н|пзумЕН& (л. 51 об ); ©унк км0у ks дл 7б@|сата ЖАрн&ьх 7с&ЛАскнн 7 б.нн кг0 •l н П0Т0ПАТн н П0уунн@ м0рАсц@ (л. 133 об ); КЛНК0 К0 себе к&|т0 нн#нта • Т0ЛНК0 плуе биснтн н к& (л. 139 об ). Необычно то, что словоформы на -Ти наблюдаются и в безэнклитической позиции, где их
появление, скорее всего, обусловлено невнимательностью писцов и синтагматическими особенностями контекста: н peY к& лр^нстрлтнгоу^ кто c'i'| соутн YT0 соутА с&гр@шнлн (л. 32); и пльалх корн|н9нкл& • сего рлдн Б.ЛС& VH0#H Не|л0фАНН • н недоужАлньн С&П1тн мио|#н (л. 88).
Работа выполнена при поддержке РФФИ (проект 12-06-00334-а «Комплексное исследование рукописного кодекса раннедревнерусского письма - Троицкого сборника XII - XIII вв. и подготовка интернет-издания»).
Summary
O.F. Zholobov. The Present-Future Tense in the Trinity Miscellany (Russian State Library, Paper 12).
In this article, we investigate the variation forms of the present-future tense in the third-person singular and plural, the genesis and the functioning of which is one of the most complex and insufficiently studied problems in historical grammar. For the first time we analyze the zero forms of the present-future tense in the Trinity Miscellany (Troitskii Sbornik) of the 12th - 13th centuries in terms of the categories of the potential mood and the coreference predicativity. We use the linguistic and textological parallels from two early Old Russian manuscripts - the Pandects of Antiochus (11th century) and the selected chapters from the Pandects in the Trinity Miscellany (12th - 13th centuries). We establish that the zero forms appear in multipredicative groups with morphologically homogeneous and functionally correlative predicates.
Keywords: indicative, present-future tense, potential mood, coreference predicativity, corpus linguistics.
Источники
А - Паренесис Ефрема Сирина 1377 г. // Библиотека Российской академии наук. 31.7.2. 258 л.
П - Паренесис Ефрема Сирина 1269-1289 гг. // Российская национальная библиотека. Пог. 71 а. 328 л.
ПА - Пандекты Антиоха XI в. // Государственный исторический музей. Воскр. 30. 309 л. -URL: http://www.hf.ntnu.no/SofiaTrondheimCorpus/index2.html, свободный; Портал «Манускрипт». - http://www.manuscripts.ru, свободный; Popovski J. The Pandects of Antiochus: Slavic text in transcription // Polata knigopisnaja. - 1989. - No 23-24. - IV, 202 p.
СтСл - Старославянский словарь (по рукописям X - XI вв.) / Под ред. Р.М. Цейтлин,
Р. Вечерки, Э. Благовой. - М.: Рус. яз., 1999. - 842 с. Т - Паренесис Ефрема Сирина 70-80-х гг. XIII в. // Российский государственный архив древних актов. Тип. 38. 143 л. - URL: http://www.manuscripts.ru, свободный.
Тр7 - Паренесис Ефрема Сирина около середины XIV в. // РГБ (Российская государственная библиотека). Тр. 7. 245 л. - URL: http://old.stsl.ru/manuscripts/book.php?col= 1&manuscript=007, свободный.
Тр12 - Троицкий сборник XII - XIII вв. // РГБ. Тр. 12. 202 л. - URL: http://old.stsl.ru/ manuscripts/book.php?col=1&manuscript=012; Popovski J., Thomson F.J, Veder W.R. The Troickij sbornik (Cod. Moskva, GBL, F. 304 (Troice-Sergieva lavra) N 12): Text in transcription // Polata knigopisnaja. - 1988. - No 21-22. - IV, 202 p.
Литература
1. Иорданиди С.И., Крысько В.Б. Историческая грамматика древнерусского языка. Т. I: Множественное число именного склонения. - М.: Азбуковник, 2000. -310 с.
2. Жолобов О.Ф., Крысько В.Б. Историческая грамматика древнерусского языка. Т. II: Двойственное число. - М.: Азбуковник, 2001. - 236 с.
3. Кузнецов А.М., Иорданиди С.И., Крысько В.Б. Историческая грамматика древнерусского языка. Т. III: Прилагательные. - М.: Азбуковник, 2006. - 496 с.
4. Жолобов О.Ф. Историческая грамматика древнерусского языка. Т. IV: Числительные. - М.: Азбуковник, 2006. - 360 с.
5. Жолобов О.Ф. О рефлексах инъюнктива в древнерусских книжных источниках // Рус. яз. в науч. освещении. - 2012. - № 1 (23). - С. 194-231.
6. Елизаренкова Т.Я. Грамматика ведийского языка. - М.: Наука, 1982. - 440 с.
7. Иванов В.В. Славянский, балтийский и раннебалканский глагол. Индоевропейские истоки. - М.: Наука, 1981. - 271 с.
8. Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. - М.: Прогресс, 1980. -408 с.
9. Жолобов О.Ф, Паймина О.С. К лингвотекстологической характеристике Троицкого сборника конца XII в. // Учён. зап. Казан. ун-та. Сер. Гуманит. науки. - 2012. -Т. 154, кн. 5. - С. 23-33.
10. Жолобов О.Ф. Древнерусский имперфект в корпусе учительных сборников // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. - 2010. - № 4 (42). - С. 5-11.
11. Вайан А. Руководство по старославянскому языку. - М.: Едиториал УРСС, 2004. -448 с.
12. Живов В.М. Восточнославянское правописание XI - XIII века. - М.: Языки славян. культуры, 2006. - 312 с.
13. Poldauf I. Indo-European Personal Endings // Zeitschrift für Phonetik und allgemeine Sprachwissenschaft. - 1956. - Bd. 9, H. 2. - S. 156-168.
14. Соболевский А.И. Лекции по истории русского языка // Соболевский А.И. Труды по истории русского языка: в 2 т. - М.: Языки славян. культуры, 2004-2006. - Т. 1. -С. 1-299.
15. Дурново Н.Н. Избранные работы по истории русского языка. - М.: Языки рус. культуры, 2000. - 780 с.
16. Обнорский С.П. Очерки по морфологии русского глагола. - М.: Изд-во АН СССР, 1953. - 252 с.
17. Историческая грамматика русского языка. Морфология. Глагол. - М.: Наука, 1982. -436 с.
18. Зализняк АА. Древненовгородский диалект. 2-е изд., перераб. с учётом находок 1995-2003 гг. - М.: Языки славян. культуры, 2004. - 872 с.
19. Popovski J., Thomson F.J, Veder W.R. The Troickij sbornik (Cod. Moskva, GBL, F. 304 (Troice-Sergieva lavra) No 12): Text in transcription // Polata knigopisnaja. - 1988. -No 21-22. - IV, 202 p.
20. Vondrâk W. Altkirchenslavische Grammatik. - Berlin: Weidmannsche Buchhandlung, 1912. - 656 S.
21. Vecerka R. Altkirchenslavische (Altbulgarische) Syntax. II. Die innere Satzstruktur. -Freiburg: Weiher, 1993. - 411 S.
Поступила в редакцию 23.04.13
Жолобов Олег Феофанович - доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и методики преподавания, Казанский (Приволжский) федеральный университет, г. Казань, Россия. E-mail: ozolobov@mail.ru