Научная статья на тему 'Православие в Испании: трудный путь становления и развития'

Православие в Испании: трудный путь становления и развития Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
403
46
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ / RUSSIAN ORTHODOX CHURCH / ИСПАНИЯ / SPAIN / РОССИЙСКО-ИСПАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ / RUSSIAN-SPANISH RELATIONS / ПРИЧТ В ИСПАНИИ / PARISH CLERGY IN SPAIN / РУССКОЕ ПОСОЛЬСТВО В ИСПАНИИ / RUSSIAN EMBASSY IN SPAIN / ПРАВОСЛАВНЫЙ ХРАМ В МАДРИДЕ / ORTHODOX CHURCH IN MADRID

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Талалай Михаил Григорьевич, Токарева Евгения Сергеевна

В статье рассматривается опыт создания и функционирования православной посольской церкви в стране традиционно католической. В Испании создание посольского храма было непосредственным образом обусловлено развитием русско-испанских дипломатических связей. Начиная с середины XVIII в. в Мадрид были направлены причт и необходимая утварь, которые, однако, не оставались там постоянно, а вывозились в Россию и другие страны, когда дипломатические отношения между Россией и Испанией прерывались. Обострение российско-испанских отношений было связано, например, с отказом испанского правительства признать избрание императора Павла I магистром Мальтийского ордена, или в другом случае с непризнанием Россией прав на престол испанской принцессы Изабеллы. Обустройство православной церкви в Мадриде зависело во многом и от личности российского посланника. Так, в бытность послом барона Оттона-Магнуса фон Штакельберга, лютеранина по вероисповеданию, храм в Мадриде был упразднен. Период наибольшего расцвета посольской церкви в Мадриде связан с именем о. Константина Кустодиева (настоятеля храма в Мадриде в 1865-1870 гг.), который выучил испанский язык, был избран членом испанского ученого общества «Атеней», а с середины 1860-х гг. направлял для публикации письма о современном состоянии религиозно-церковной жизни на Западе в Испании, Франции, Италии, Австрии, Германии, Англии и Америке в российский журнал «Православное обозрение». Однако паства мадридского храма никогда не была многочисленной и не превышала 15 человек. По-видимому, именно этим объясняется то, что в начале 1870-х гг. в связи с сокращением государственных расходов храм был упразднен.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ORTHODOXY IN SPAIN: A DIFFICULT PATH TO THE FORMATION AND DEVELOPMENT OF THE ORTHODOX CHURCH

This article examines the experience of setting up and maintaining an Orthodox embassy church in a traditionally Catholic country. In Spain, the establishing of the church at the embassy was directly conditioned by the development of Russian-Spanish diplomatic links. Since the mid-18th centry, parish clergy and necessary utensils were sent to Madrid, which, however, did not stay there permanently, but were taken to Russia or to other countries when diplomatic relations between Russia and Spain were severed. Deterioration in Russian-Spanish relations occurred when, for instance, the Spanish government denied to acknowledge Emperor Paul’s I election as Master of Maltese Order, or, on a different occasion, when Russia did acknowledge Princess Isabella’s rights to the Spanish throne. The arrangement of the Orthodox church in Madrid depended considerably on the personality of the Russian ambassador. Thus, when Otto Magnus von Stackelberg, Lutheran by creed, occupied this post, the church in Madrid was closed down. The golden age of the embassy church in Madrid is associated with Revd. Konstantin Kustodiyev, its Father Superior in 1865-1870. Kustodiyev learned Spanish, was elected a member of the Spanish Scientifi c Society Ateneo and since the mid-1860s published in the Russian periodical Pravoslavnoye obozrenie (“Orhtodox Review”) reports on contemporary religious and church life in the West: in Spain, France, Italy, Austria, Germany, Britain and the US. However, the congregation of Madrid church was never numerous and made up 15 persons at the most. Probably, this was the reason for the closure of the church in the early 1870s in the context of government spending cuts.

Текст научной работы на тему «Православие в Испании: трудный путь становления и развития»

Талалай Михаил Григорьевич, канд. ист. наук представитель Института всеобщей истории РАН в Италии, Российская Федерация, 119334, г. Москва, Ленинский просп., д. 32а, talalaym@mail.ru

ОЯСГО: 0000-0002-6070-9711

Токарева Евгения Сергеевна, д-р ист. наук, вед. науч. сотр., руков. Центра истории религии и Церкви Институт всеобщей истории РАН Российская Федерация, 119334, г. Москва, Ленинский просп., д. 32а, estokareva@yandex.ru

ОЯСЮ: 0000-0002-5652-2348

Православие в Испании: трудный путь становления и развития

М. Г. Талалай, Е. С. Токарева

В статье рассматривается опыт создания и функционирования православной посольской церкви в стране традиционно католической. В Испании создание посольского храма было непосредственным образом обусловлено развитием русско-испанских дипломатических связей. Начиная с середины XVIII в. в Мадрид были направлены причт и необходимая утварь, которые, однако, не оставались там постоянно, а вывозились в Россию и другие страны, когда дипломатические отношения между Россией и Испанией прерывались. Обострение российско-испанских отношений было связано, например, с отказом испанского правительства признать избрание императора Павла I магистром Мальтийского ордена, или в другом случае — с непризнанием Россией прав на престол испанской принцессы Изабеллы. Обустройство православной церкви в Мадриде зависело во многом и от личности российского посланника. Так, в бытность послом барона Оттона-Магнуса фон Штакельберга, лютеранина по вероисповеданию, храм в Мадриде был упразднен. Период наибольшего расцвета посольской церкви в Мадриде связан с именем о. Константина Кустодиева (настоятеля храма в Мадриде в 1865—1870 гг.), который выучил испанский язык, был избран членом испанского ученого общества «Атеней», а с середины 1860-х гг. направлял для публикации письма о современном состоянии религиозно-церковной жизни на Западе — в Испании, Франции, Италии, Австрии, Германии, Англии и Америке — в российский журнал «Православное обозрение». Однако паства мадридского храма никогда не была многочисленной и не превышала 15 человек. По-видимому, именно этим объясняется то, что в начале 1870-х гг. в связи с сокращением государственных расходов храм был упразднен.

Православная Церковь в Западной Европе находилась на территории христианских, но инославных государств — католических и протестантских, и ее присутствие здесь имело ярко выраженную дипломатическую окраску. Прежде всего

оно было обусловлено дипломатической деятельностью России, являясь ее непременным сопровождением: домовые храмы при посольствах устраивали для самих русских дипломатических сотрудников и их семей, поскольку российские послы были людьми, как правило, православными. С другой стороны, посольский храм был свидетельством конфессиональной принадлежности страны, в чем заключалась его главная дипломатическая роль. Россия позиционировала себя как православная держава, и в своих мотивациях выступала именно от лица православия. Примером такой посольской церкви и была православная церковь в Испании. Традиционно Испания — католическая страна, испытавшая при этом на себе в значительной степени влияние мусульманской и иудейской культуры.

Начало распространения христианства в Испании относится к I в. Согласно ранним христианским источникам, территорию Пиренейского полуострова посетил с евангельской миссией апостол Павел, а испанская традиция говорит также о проповеди там апостола Иакова Старшего (Зеведеева).

В VIII в. территория Пиренейского полуострова была завоевана арабами, которые образовали там исламское государство, просуществовавшее до конца XV в. Иудеи в рамках этого государства получили широкую автономию, поэтому еврейская культура, особенно в начальный период арабского владычества, достигла большого расцвета. Сопротивление местного населения арабам (получившее в истории название Реконкисты) началось сразу же после их вторжения на полуостров. Мелкие очаги сопротивления постепенно превращались в небольшие христианские государства, которые сливались и расширялись. Заключение в 1469 г. брачного союза между королевой Кастилии Изабеллой I и королем Арагона Фердинандом II фактически явилось основанием единого королевства Испании, где господствующей религией было провозглашено католичество.

Наибольшего расцвета Испания достигает в первой половине XVI в., когда испанский король Карл V Габсбург был избран императором Священной Римской империи, что позволило ему сосредоточить под своей властью огромные территории в Западной, Южной и Центральной Европе. В Х^—Х^ вв. в Испании получают большое распространение различные католические ордена, в их числе — основанный Игнатием Лойолой Орден иезуитов. Благодаря деятельности этих орденов Испания становится одним из центров Контрреформации и католического обновления.

Некоторое влияние протестантизма на испанскую культуру связано с его распространением на землях Священной Римской империи, хотя на территории собственно Испании принадлежность к этой конфессии считалась государственным преступлением.

Проникновение православия на те территории, которые сейчас являются частью Испании, приходится на XVIII в., т. е. на период, когда Испания уже утратила большую часть своего могущества, и связано с возникновением греческой колонии на острове Менорка (Минорка), бывшем сначала владением Франции, а с 1708 г. — Британии. В середине XVIII в. здесь в г. Маон (Махон) был построен православный храм св. Николая Мирликийского. После захвата острова Испанией в 1781 г. греки, не принявшие католичество, были изгнаны с острова, а храм св. Николая Мирликийского долгое время находился в запустении.

Возникновение небольшого числа православных верующих русской национальности на территории Испании непосредственным образом было связано с установлением и развитием русско-испанских дипломатических связей. Начало этих связей историки относят к 80-м гг. XV в.1 Установление прямых контактов было положено прибытием в Мадрид в 1523 г. посольства подьячего Якова Полушкина, доставившего испанскому королю Карлу I письмо великого князя Василия III. Следующим важным этапом стал визит в Испанию посольства царя Алексея Михайловича во главе со стольником Петром Потемкиным. Обе стороны выразили согласие на обмен послами, однако установление постоянных дипломатических представительств обеих стран состоялось лишь в начале XVII в.

Петр I направил в Испанию в качестве посланника князя Сергея Дмитриевича Голицына (1722), а в ответ в Россию был направлен герцог де Лирия (1727). До середины столетия, однако, русские посланники пребывали в Испании лишь в течение кратких периодов времени, и только в 1760 г. в Мадриде была основана постоянная миссия, и в Испанию уже весной 1762 г. прибыл посланник Екатерины II князь Петр Иванович Репнин.

Возникновение русского православного прихода в Испании диктовалось строго посольскими нуждами, поэтому основным источником для изучения истории русского православия в Испании являются документы Архива внешней политики Российской империи (АВП РИ), в которых содержатся сведения об утверждении штатов церквей, о финансовых затратах на церкви, материалы о послужных списках священников и проч. Помимо этого, материалы можно найти в Российском государственном историческом архиве (РГИА) — фонд Канцелярии Святейшего Синода и фонд Канцелярии обер-прокурора Синода, и в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб) — фонд Петроградской духовной консистории.

Первым исследователем, занявшимся историей русской церкви в Мадриде, стал протоиерей Алексий Мальцев (1854—1915), многолетний настоятель храма при российском посольстве в Берлине и составитель уникального справочника «Православные церкви и русские учреждения за границей», опубликованного в Петербурге в 1906 г. и переизданного в Берлине в 1911 г. Из современных историков мадридским храмом интересовался В. В. Антонов (1938—2014), написавший о нем главку для коллективной монографии «Русские храмы и обители в Европе»2. Тем не менее история православного присутствия в Испании и история русского храма в Мадриде еще не написаны и ждут своего исследователя.

Первая церковь в Мадриде была устроена в 1761 г. по ходатайству князя Репнина от 4 июля 1761 г.3 Указом ее величества императрицы Екатерины II

1 См.: Клибанов А. И. У истоков русско-испанских взаимосвязей (ХУ-ХУ вв.) // Россия и Испания: историческая ретроспектива. М., 1987. С. 25—26; Россия и Испания: Документы и материалы. 1667-1917. М., 1991. Т. 1. С. 6.

2Антонов В. В. Мадрид, церковь св. равноап. Марии Магдалины // Русские храмы и обители в Европе / В. В. Антонов, А. В. Кобак, сост. СПб.: Лики России, 2005. С. 344.

3 См. экстракт из реляции посланника князя Репнина от 4 июля 1761 г. // Архив внешней политики Российской империи (далее — АВП РИ). Ф. 58. Оп. 1. Д. 156. Л. 2-4 с об. См. также: Российский государственный исторический архив (далее — РГИА). Ф. 796. Оп. 42. Л. 37. Б/л.

(13 июля 1761 г.)4 здесь была учреждена церковь, в которую морем были направлены причт и необходимая утварь5. Эскиз для иконостаса создал известный художник А. П. Антропов6, образа написали уже на месте мадридские живописцы. Золоченую серебряную утварь и облачения для клира доставили из Петербурга: все это первоначально предназначалось Синодом для Троицкой походной церкви «цесарских кроатских войск» (т. е. для православных хорватов в составе австрийской армии), но не было отправлено. В Мадрид также отослали полный круг богослужебных книг: особенно Синод обращал внимание посла на Евангелие в переплете, которое во избежание повреждений помещено в запечатанный ящик. Хрустальные паникадила, сень из малинового бархата с золотым галуном и прочее убранство заказал в Мадриде сам посол, на что, впрочем, испросил в России компенсацию7.

Князь Репнин пробыл в Мадриде недолго: его миссия, по разным причинам, встречала разного рода препятствия при королевском дворе, посол стал просить его отозвать, что и было осуществлено — в 1764 г. он покинул Испанию, а на его место был назначен камергер граф Петр Александрович Бутурлин, также мало проявивший себя на дипломатическом поприще.

Первая русская церковь в Мадриде в итоге просуществовала шесть лет: гр. Бутурлин отбыл из Испании уже спустя два года, в 1766 г., а новым послом был назначен барон Оттон-Магнус фон Штакельберг, лютеранин по вероисповеданию. Это само собой предполагало упразднение храма. Коллегия иностранных дел, таким образом, сообщала в Синод: «...как на место князя Репнина в Гиш-панию отправляется министр не Греческого исповедания, то помянутым иеромонаху и церковникам возвратиться в Россию»8. При этом иконостас, антиминс и все убранство были отправлены в Гаагу, где при российской дипломатической миссии уже существовала с 1744 г. походная церковь, с прибытием мадридского имущества замененная на постоянную9.

Все эти годы (с 1761 до 1766) в Мадриде служил иеромонах Виктор (в миру Василий Онисимов, иногда Анисимов), позднее в России ставший епископом. Он родился в Новгороде (ок. 1725 г.), окончил там семинарию и после пострижения в монашество в 1758 г. стал преподавателем в том же учреждении. Назначение в Испанию, скорее всего, стало неожиданным для о. Виктора: он постоянно жаловался в Синод на разные неблагоприятные для него обстоятельства. Уже сразу по прибытии на место назначения иеромонах испросил увеличения жалованья и компенсации повышенных расходов на проезд. В 1763 г. о. Виктор отправил про-

4 Указ Екатерины II // Там же. Л. 6, 6 об., 7.

5 См. реестр посланной утвари // Там же. Л. 6-9 с об.

6 Имя художника Алексея Петровича Антропова (1716-1795) указано в: Антонов. Указ. соч.

7 В октябре 1763 г. в Святейший Синод поступило прошение от кн. Репнина о возмещении расходов на благоустройство храма, где сообщалось, что по прибытии походной церкви князь нанял местного умельца для установки иконостаса, для написания икон и приведения в порядок храмовой ризницы, после чего был сделан и богатый престол. Синод от уплаты уклонился, и в итоге это было сделано Коллегией иностранных дел (РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 348. Л. 3).

8 Там же.

9 Русская церковь св. Марии Магдалины в Гааге существует и до сих пор, имея, правда, в своей истории длительные перерывы.

шение в Синод, первое из череды многих, с просьбой о возвращении в Россию в связи «со слабостию сил и здоровья», а в марте еще одно прошение — адресованное теперь самой императрице Екатерине II. Подобные прошения он посылал регулярно10 — вплоть до 1766 г., когда, наконец, ему разрешили вернуться из-за упразднения мадридского храма. В Петербурге иеромонаха Виктора возвели в сан архимандрита.

Интересно, что в 1761 г. Репнин в прошении об открытии храма при дипломатической миссии указал и имя священника, которого он хотел бы видеть настоятелем в Мадриде, вероятно, знакомого или рекомендованного ему протопопа из г. Павловска (Воронежской епархии) Николая Иванова. Однако предложенная князем кандидатура была отвергнута: о. Николая решено не отправлять, «из-за неподобающего поведения», о чем в Церковную конференцию при дворе Ее Императорского Величества был сделан отчет епископом Воронежским Кириллом11. Епископ Псковский и Нарвский Вениамин, которому Синод поручил найти замену о. Николаю, избрал учителя епархиальной семинарии игумена Наркисса (Кветку), пожелавшего ехать в Испанию «по монашескому своему долгу». С игуменом Наркиссом в Мадрид также испросились на должность дьячков малороссияне Николай Сягайлов, сын священника Успенской церкви из местечка Рублевки слободского Ахтырского полка, и Тимофей Богданов из слободы Юрьевка, «сведущие в Церковном Уставе, пении и чтении». Однако и игумен Наркисс, на сей раз по неизвестным причинам, в Испанию не был отправлен. В указе Синода от 6 июня 1761 г. наконец стало фигурировать имя иеромонаха Виктора (Онисимова). Вместо причетника Николая Сягайлова в Мадрид в итоге прибыл другой кандидат — Роман Александрович, тоже малороссиянин. По возвращении из Испании оба причетника, Р. Александрович и Т. Богданов, получили, будучи малороссиянами, особое разрешение на поселение в столице. Иеромонах Виктор, первый русский священник в Испании, вернувшись на родину после пребывания в ряде монастырей, в 1782 г. был хиротонисан во епископа Олонецкого и Каргопольского, закончив свою карьеру как епископ Владимирский и Суздальский (скончался на покое в Новгородском Юрьевом мона-

10 О. Алексий Мальцев пишет: «С 1762 по 1764 г. причтом подано было до 14 прошений о прибавке к жалованью или же о возвращении в отечество», а также сообщает, что Синод наводил справки о том, действительно ли о. Виктор болен, как он это утверждал в прошениях (см.: Мальцев А., свящ. Православные церкви и русские учреждения за границей. СПб., 1906. С. 212).

11 Из отчета епископа Кирилла следует, что с 1758 г., когда этот владыка прибыл в епархию, о. Николай Иванов до определения постоянного места жительства был поселен в воронежском архиерейском доме, где «пребывал в повседневном пьянстве, не приходя в чувство», несмотря на выговоры владыки, и поэтому он был послан в Задонский Рождествено-Богородицкий монастырь «для приведения в чувство». Прибыв в монастырь, о. Николай стал обвинять еп. Кирилла в насильственной подготовке к монашескому постригу (по вдовству). Вместе с тем о. Николай испросил у еп. Кирилла паспорт, подписанный владыкой, для паломничества в Ростов Великий поклониться мощам свт. Димитрия Ростовского. Прибыв же в Ростов, он не пожелал более возвращаться ни к своему архиерею, ни в Задонский монастырь, а пытался осесть в Ростове. Ввиду всего выше изложенного, Синод решил его недостойным быть отправленным к Мадридской миссии (РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 348. Л. 3-4).

стыре в 1817 г.). Он был известен своей высокой культурой, состоял в переписке с видными архиереями своей эпохи.

После закрытия в 1766 г. первого миссийного храма никаких последующих шагов в церковной сфере долго не предпринималось, несмотря на то что с 1772 г. в Мадриде обосновался на целых 20 лет посол Степан Степанович Зиновьев. В ту эпоху, однако, существование посольских церквей определялось во многом личными характеристиками дипломатов, и, скорее всего, С. С. Зиновьева, известного своим легкомысленным образом жизни и жившего в разъезде с супругой, церковные дела не интересовали. Вместе с тем он полюбил Испанию, развив здесь широкую дипломатическую деятельность; вернувшись в Петербург в 1793 г., по свидетельствам современников, тосковал по Мадриду и на следующий год скончался.

Российско-испанские отношения заметно испортились в конце XVIII в. в связи с провозглашением Мальтийским орденом императора Павла I Великим магистром. Непризнание этого титула Испанией император воспринял как оскорбление и объявил ей войну, однако до военных действий дело так и не дошло. После смерти Павла I его преемник Александр I выразил намерение к улучшению русско-испанских отношений. В 1802 г. был подписан мирный договор России и Испании, и в Мадрид, после трехлетнего перерыва, приехал новый посланник — Иван Матвеевич Муравьев-Апостол.

После восстановления дипломатических отношений в мадридский храм в 1802 г. был направлен иеромонах Вениамин, выпускник Казанской духовной академии. Поначалу предполагалось направить в Мадрид священника Минюш-ского, однако иеромонаха Вениамина власти сочли «более важным» для «тамошнего служения». Вместе с ним в Испанию отправились также пономари Николай Евенхов и Гавриила Тихомиров12.

Вновь учрежденный посольский храм нуждался в убранстве: в ту эпоху Святейший Синод не отпускал средства на новые храмы, а использовал лишь готовые, из числа упраздненных. Таковым стал храм великомученицы Екатерины в столице Голштинии Киле13, имущество которого после упразднения в 1799 г. хранилось в Александро-Невской лавре.

Уже через год, в 1803 г., по рапорту митрополита Новгородского Амвросия иеромонах Вениамин был переведен в Константинополь14, а в Мадрид, «куда сам изъявил желание быть отправленным», был назначен другой священник, о. Иоанн Краснопевков15, прежде служивший при петербургском Преображенском храме Фарфорового завода. Однако спустя четыре года и о. Иоанн, прибывший в Испанию с женой и малолетней дочерью, попросился на родину в связи «с дурным влиянием мадридского климата на здоровье его семьи, а также чрезвычайной

12 Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга (далее — ЦГИА СПб). Ф. 19. Оп. 4. Дело 473. Б/л.; РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 348. Л. 23 об.

13 Первоначальную походную русскую церковь привезла в Киль дочь Петра I Анна, вышедшая замуж за голштинского герцога Карла-Фридриха (от этого брака родился будущий император Петр III).

14 РГИА. Ф. 796. Оп. 84. Д. 414.

15 ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 5. Дело 465. Б/л.

дороговизны». На этот раз замену находят быстро: в том же 1807 г. в Мадрид прибыл иеромонах Дионисий, прослуживший в Испании около трех лет16.

Тем временем в Мадриде назрел инцидент: новый посол барон (позднее граф) Г. А. Строганов 20 февраля 1808 г. написал в Коллегию иностранных дел о непристойном поведении церковников. Гавриила Тихомирова посол уличил в подделывании подписей, и поскольку с таким проступком его больше нельзя было содержать в посольстве, Строганов отправил его в Лиссабон, не дожидаясь ответа Коллегии, с просьбой вице-адмиралу Сенявину доставить церковника в Петербург. Второй пономарь, Николай Евенхов, вероятно, бывший в сговоре с Тихомировым, сделал неожиданный ход — записался солдатом в испанскую армию17. На вакантные места двух причетников Синод назначил студентов Александро-Невской академии Ивана Лебедева и Ивана Благовещенского, но в Испанию они не отправились «из-за неудобности обстоятельств»18, т. е. из-за военной обстановки в Европы. По этой же причине Испанию покинул и настоятель церкви иеромонах Дионисий, «испытавший трудности пути»19. Возведенный в сан архимандрита, он стал насельником Старорусского монастыря.

Заключение в 1812 г. между Россией и Испанией антинаполеоновского договора и поддержка Россией Кадисской конституции в том же году стали новыми вехами улучшения отношений этих двух стран. Историки утверждают, что 1814-1819 гг. были временем наибольшего сближения Испании и России.

Во время наполеоновских войн в истории церкви в Мадриде наступил очередной перерыв, несколько лет в испанскую столицу не назначались и российские посланники. Но после разгрома Наполеона, в 1815 г., в Мадрид, по ходатайству вновь прибывшего посла Д. П. Татищева, был направлен новый причт. Посол просил командировать сюда о. Дионисия, как уже овладевшего испанским языком, но Синод определил другую кандидатуру — иеромонаха Иеронима и с ним причетников Николая Иванова и Ивана Яковлева20. О новом настоятеле известно, что ему было 33 года, он обучался в Ярославской духовной семинарии и стал священником, а затем, овдовев, в 1813 г. принял постриг в Александро-Невской лавре. В послужном списке отмечалась его начитанность. Посол принял настоятеля в свой дом, где он «пользовался и столом»; при этом Татищев просил увеличить средства на «содержание причта, так как после последней войны цены на все предметы, особенно в Мадрите, чрезвычайно возвысились»21.

В 1819 г. о. Иеронима, убывшего в Россию по болезни, сменил иеромонах Нифонт. Он оставался в Испании долго — до 1834 г., несмотря на то что именно с

16 РГИА. Ф. 796. Оп. 91. Д. 458.

17 Там же. Оп. 90. Д. 281. Л. 1: «Полномочный Министр... Барон Строгонов уведомил Коллегию, что находившийся при Миссии его церковник Николай Евенхов вступил в Гишпан-скую службу и определился солдатом в Арагонскую армию. <...> Коллегия иностранных дел, исключив означенного церковника из ведомства своего, извещает о сем Святейший Правительствующий Синод».

18 Мальцев А., свящ. Указ. соч. С. 212.

19 Там же.

20 РГИА. Ф. 796. Оп. 96. Д. 553; АВП РИ. Ф. 159. Оп. 750. Д. 19; ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 17. Д. 45. Б/л.

21 Мальцев А., свящ. Указ. соч. С. 213.

1819 г. начался период некоторого охлаждения между Россией и Испанией, приведший к отъезду в 1821 г. посланника Д. П. Татищева. В течение трех лет в Мадриде, после Татищева, находился исполняющий дела посланника (М. Н. Булга-ри), но в 1824 г. полнота дипломатических связей была восстановлена, и в испанскую столицу прибыл Петр Яковлевич Убри, остававшийся там вплоть до нового разрыва отношений между государствами — в 1835 г.

В 1826 г. причетник Н. Иванов умер, а другой причетник, Лев Соколов, сменивший И. Яковлева, был отозван на родину. На их место были назначены причетники Алексей Шишов и Барсов22.

В 1833 г. испанский престол заняла двухлетняя принцесса Изабелла II. Россия отказалась признать легитимность ее прав на престол. В дипломатических отношениях между Россией и Испанией наступил перерыв, П. Я. Убри в 1835 г. был переведен в немецкие земли, посольство было закрыто, что автоматически повлекло за собой прекращение и православного богослужения, а причт был отослан временно в Париж (иеромонаха Нифонта вскоре командировали в Лондон)23.

Известно, что судьбой причетника Алексея Шишова занимался посол в Париже граф П. П. Пален: пономарь не желал возвращаться из Европы в Россию — Пален теперь просил призвать его домой официальным образом, что и произошло после трехлетнего пребывания Шишова во французской столице24.

«Поражение России в Крымской войне и последовавший затем невыгодный для России Парижский мир дали толчок к поискам русской дипломатией путей для восстановления в Европе утраченных позиций. В сентябре 1856 г. император Александр II направил послание Изабелле II с извещением о вступлении на престол и о своем желании восстановить добрые отношения с испанским двором, что встретило в Мадриде в высшей степени благожелательный отклик. Герцогу Осуне, вручившему 2 декабря 1856 г. Александру II ответное послание Изабеллы II, был оказан в России теплый прием. С назначением М. А. Голицына посланником в Испанию в декабре 1856 г. завершился процесс восстановления русско-испанских дипломатических отношений»25.

В связи с этим было предположено устроить в Мадриде новую церковь. Штат этой церкви был утвержден уже в июле 1857 г., а церковные службы вновь начались 29 августа 1858 г. Для этого 18 ноября 1857 г. в Мадрид приехали священник Павел Колосовский и два причетника — Владимир Соболев и Михаил Томи-лин26, бывший раньше певчим в Афинах. Отправляясь в Мадрид, о. Павел Коло-совский получил священный антиминс и св. миро, но до прибытия иконостаса богослужения совершались в комнате, назначенной для церкви. 25 декабря того же года из Петербурга были доставлены церковные принадлежности (в том числе хранившиеся в МИДе серебряные сосуды из прежней церкви) и произошло

22 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 750. Д. 19.

23 Пожарская С. П., Саплин А. И. Предисловие // Россия и Испания: Документы и материалы. М., 1991. Т. II. С. 7.

24 РГИА Ф. 796. Оп. 119. Д. 534. Л. 1, 4, 5.

25 Пожарская, Саплин. Указ. соч. С. 7.

26 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 749/4. Д. 47.

освящение храма, помещавшегося в доме посольства, в честь св. мироносицы равноапостольной Марии Магдалины, небесной покровительницы императрицы Марии Александровны. Сам священник и члены причт жили в отдельных от посольства квартирах27.

При прибытии священника в Мадриде было всего восемь православных верующих. Поэтому по распоряжению Министерства иностранных дел от декабря 1859 г. священник и один из причетников должны были совершать службы и требы еще и в Лиссабоне, где число православных было немногим больше: в 1865 г. оно достигло 14 человек: «В Лиссабоне часто бывает настоятельная нужда в православном священнике. Кроме членов нашего посольства и семейства нашего генерального консула в Португалии, имеющих постоянное пребывание в Лиссабоне, довольно живые торговые сношения России с Португалией заносят туда много русских, которым иногда приходится оставаться там подолгу, а часто и умирать. Наш генеральный консул в Лиссабоне, живущий там уже давно, передает на этот счет довольно поучительные факты.

Ему не раз случалось видеть, с какою скорбию и даже отчаянием русские матросы отдавали последний долг своему умершему товарищу, без всяких религиозных обрядов, с одним, везде сопутствующим русским крестным знамением; не раз случалось, что русские торговые суда с экипажем, состоящим из одних русских, приходили в Лиссабон как раз ко дню Пасхи; матросы искали здесь православной церкви и православного священника, чтобы встретить по русскому обычаю великий христианский праздник, и не хотели верить, когда им говорили, что здесь они не найдут ни того, ни другого.

Число русских в Лиссабоне увеличивается нашими путешественниками, отправляющимися обычно на принадлежащий Португалии остров Мадеру для лечения от грудных болезней; иногда, еще не доезжая до Мадеры, а иногда на возвратном пути с острова на перепутьи в Лиссабоне им приходится искать того, чего ищет всякий верующий, когда видит, что нет больше средств к излечению его опасной болезни»28.

В 1862-1863 гг. причетники в Мадриде сменились. Ими стали окончивший курс в Московской духовной академии 28-летний Константин Кустодиев и Александр Покровский. После скоропостижной смерти в Дрездене о. Павла Колосовского Кустодиев стал настоятелем мадридской церкви: в 1865 г. он был рукоположен митрополитом Санкт-Петербургским и получил золотой наперсный крест. В Мадриде он обосновался с женой Натальей, урожденной Ивановой29. В марте 1865 г. начались службы в мадридской церкви нового священника. За 1865 г. им было проведено в марте-апреле 28 церковных служб, в мае — 18, в августе — 30; за остальные месяцы данных в архиве не имеется30.

27 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 749/4. Д. 47.

28 Кордочкин А., свящ. Протоиерей Константин Лукич Кустодиев. URL: http:// orthodoxmadrid.com/publikacii/istoriya/kustodiev.html (дата обращения: 22.02.2018)

29 Знаменитый русский художник Б. М. Кустодиев — племянник о. Константина (сын его брата Михаила, профессора Астраханской духовной семинарии).

30 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 725/2. Д. 56. Л. 76-79.

В декабре 1866 г. умер пономарь А. Покровский. Вот что писал по поводу его смерти новый посланник в Мадриде князь Александр Никитич Волконский31: «Так как по здешним законам некатолика недозволено хоронить на общем кладбище, я, по сношению с Великобританским Посланником, распорядился о погребении его на частном Английском кладбище за условленную плату»32.

О. Константин обратился в Петербург с просьбой о назначении нового причетника. Таким образом, 27 апреля 1867 г. был утвержден новый штат мадридской церкви. Причетниками стали Петр Долоцкий, женатый на протестантке и бывший до этого псаломщиком в Риме33, и выпускник Волынской духовной семинарии Никандр Яцковский, уже находившийся в Мадриде с 1865 г. (ранее был в Варшаве и Дрездене). По состоянию на 1867 г. прихожанами церквей в Мадриде и Лиссабоне были соответственно 11 и 15 человек34.

Необходимость совершения богослужений в Лиссабоне требовала и дополнительных средств. Во время визитов дважды в год в Лиссабон причт останавливался в гостинице, ездил в Лиссабон на поезде (после открытия железной дороги в 1867 г.), в Лиссабоне также следовало передвигаться по городу, так как посольство и консульство находились в разных его частях. Миссии в Лиссабоне было дано разрешение выдавать суточные деньги мадридскому причту во время приезда его в Лиссабон для совершения богослужения. Кроме того, как писал о. Константин, воскресное облачение чаще использовалось, поскольку его возили в Лиссабон. 15 апреля 1867 г. о. Константин написал кн. Волконскому письмо с просьбой «ходатайствовать у Министерства иностранных дел о построении в России для мадридской церкви полной новой воскресной ризницы»35, желая «старую поправить и отправить в Лиссабон». Волконский поддержал просьбу священника, приняв во внимание, «что эта ризница существует около девяти лет и что в продолжение всего этого времени она вовсе ремонтируема не была»36. Однако МИД России не счел возможным удовлетворить эту просьбу.

Период более чем десятилетнего существования православной церкви в Мадриде был весьма неспокойным временем в стране. В 1868 г. был осуществлен государственный переворот, вошедший в историю под именем «славной революции». Волнения, охватившие весь юг Испании, докатились и до Мадрида. Во время смуты в православной церкви была совершена кража на сумму в тысячу руб., о чем доложил в Петербург поверенный в делах Г. Колошин. Как пояснял о. Константин, в Мадриде в этот период было совершено «чудовищное» количество преступлений, которые он связывал с тем, что новое правительство сменило старую полицию, а новая была еще неопытна. Среди украденных вещей

31 Александр Никитич Волконский был сыном Зинаиды Александровны Волконской, принявшей католичество, и, хотя сам оставался православным, с большой симпатией относился к католичеству и пользовался большим доверием Ватикана.

32 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 337/1. Д. 23. Л. 1.

33 Будучи причетником в Риме, Долоцкий составил путеводитель по римским святыням для русских паломников; уже находясь в Мадриде, он пытался — через Синод — издать свой труд, но предприятие не увенчалось успехом (РГИА. Ф. 796. Оп. 37. Д. 284. Л. 3-6).

34 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 749/1. Д. 1424. Л. 8.

35 Там же. Оп. 337/1. Д. 29. Л. 2 об.

36 Там же. Л. 1 об.

(потир, дискос, тарелочка для проскомидии, ковшичек для теплоты, дароносица) был и пожалованный о. Константину наперсный крест с золотой цепью, «выданный из Кабинета Его Императорского Величества»37. Обращаясь в Петербург в просьбой о возобновлении утраченных церковных предметов, о. Константин выражал надежду, что ситуация станет более надежной, однако писал, что «эта надежда была бы крепче, если бы политическое положение Испании обещало ей скорого упорядочения и прекращения анархии, чего, кажется, в близком будущем не предвидится»38.

Несмотря на политические потрясения в Испании, с именем о. Кустодиева связан период наибольшего расцвета посольской церкви в Мадриде. Отец Константин даже получил от Священного Синода довольно крупную сумму денег на издание богослужебных книг на испанском языке, что свидетельствует о его стремлении вести службы для испанского населения (сам он выучил испанский язык в первый же год своего пребывания в Испании).

Уже с 1863 г. он начал ряд писем для журнала «Православное обозрение» о современном состоянии религиозно-церковной жизни на Западе39 — в Испании, Франции, Италии, Австрии, Германии, Англии и Америке, — нашел и разобрал бумаги испанского посланника при дворе Петра II и Анны Иоанновны герцога Диего Франсиско де Лирия, перевел их на русский язык и сделал примечания («напечатано в сборнике "XVIII век", изданном при Русском Архиве»)40. О своих ученых занятиях о. Кустодиев писал так: «Меня бы ряса должна заставить остановиться на специальности рясы — богословии; но увы! Специальность рясы так жадна, что хочет обнять всё... Но здесь только по праздникам, и то на короткое время, ряса напоминает мне, кто я такой; в другие дни я — сюртучник... Не останавливаясь на прямой моей специальности, я не останавливаюсь ни на одной. Если угодно, я работаю и для русской истории; я отыскал здесь депеши дука де-Лирия, бывшего послом в Москве при Петре II и Анне Иоанновне. Есть еще в русском переводе Языкова Записки дюка Лирийскаго, впрочем неполном. Депеши эти я пересмотрел и перевел с испанского на русский язык <...> Мои письма в Православное Обозрение производят некоторое впечатление на нашу братию по Волге и на Москве. К сожалению, мне кажется, придется прекратить

37 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 337/1. Д. 69. Л. 3.

38 Там же. Л. 11 об.

39 Кустодиев К. Л., свящ. Духовные семинарии в Испании // Христианское чтение. СПбДА. 1864. Ч. 1. № 4. С. 506-535; Ч. 2. № 5. С. 98-128; Он же. Письма из Испании // ПО. 1863. №. 3. С. 91-96; Он же. Письма из Испании // ПО. 1863. № 4. С. 212-223; Он же. Церковь и государство в Испании // ПО. 1863. № 6. С. 157-172; Он же. От Мадрита до Валенсии: Из зап. об Испании // ПО. 1869. Т. 1. № 5. С. 765-786; № 6. С. 872-894; Т. 2. № 7. С. 92-105; Он же. Му-зарабское богослужение в Толедо 3 (15) мая 1870 г. // ПО. 1870 г. № 9; Он же. Христианство в Испании под владычеством мусульман: Историч. очерк. М.: Унив. тип., 1867. и др.

40 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 749/1. Д. 1424. Л. 10. К сожалению, сам сборник найти не удалось. О научных заслугах о. Константина Кустодиева пишет современный издатель мемуаров герцога де Лирия проф. Анхель Луис Энсинас Мораль (Мадрид) в предисловии к: Diario del viaje a Moscovia del Duque de Liria y Jerica, с. 17 и далее (Encinas Moral A. L., ed. Diario del viaje a Moscovia del Duque de Liria y Jerica. Madrid: Miraguano, 2008).

их в наступающем году, потому что они составляют такую хлопотливую вещь, что вы не можете вообразить»41.

Священник следил за испанской и европейской прессой, и его отзыв звучит и сегодня актуально: «Боже мой, как вся Европа озлоблена против России! Вы всего этого, может быть, не знаете. Журналистика преследует русских самыми жестокими, самыми жесткими эпитетами. И это почти в каждом номере почти всякой газеты. Возьмите какой угодно нумер какой угодно газеты испанской или французской, — вы встретите о России самые безотрадные выражения. Я получаю на дом газету La Discussion и возьмем на пробу нынешний нумер. В каждом номере, заметьте, известия начинаются Польшей, — и вот чем начинаются эти известия ныне: «Россия скандализирует мир. Ее генералы во всем поступают противоестественно. Законы Божеские и человеческие попираются. В этих полудиких татарах нет ни уважения к власти, ни уважения к собственности, ни уважения к совести» и т. д. Я не имею под руками русских газет и журналов, и не могу судить по фактам, сообщаемым теми и другими газетами: но считаю вполне верным, что в криках западных народов наибольшее место занимает какая-то слепая злоба, слепая ненависть к России. Это тем более вероятно, что в то же время ни одна почти западная газета ничего не говорит против Наполеона III, который ведет пребессовестную и преподлейшую войну в Мексике, ни одна газета не говорит ничего против Англии, которая бессовестно навязывает Греции короля»42.

Период расцвета мадридской церкви был весьма кратким. В 1870 г. молодой способный священник, переживший в Мадриде семейную трагедию43, испросил новое назначение в Ирём (Венгрия), настоятелем храма св. Царицы Александры, возведенного на месте погребения великой княгини Александры Павловны (о. Константин Кустодиев скончался в Ирёме в 1875 г., пережив еще одну трагедию — кончину супруги). Занять вакантное место в Мадриде подал прошение окончивший в том же 1870 г. курс в С.-Петербургской духовной академии Иван Жудро. МИД, однако, решил повременить с отправкой нового священника «впредь до восстановления правильных сношений нашего правительства с Испанией и назначения в Мадрид нашего посланника»44. Но уже в следующем 1871 г. МИД принял решение прекратить финансирование церкви в Мадриде45. Оставшиеся в миссии в Мадриде деньги МИД потребовал возвратить и передать в Ирём о. Константину (по-видимому, за исключением сумм, требовавшихся на

41 Кордочкин Андрей, свящ. Протоиерей Константин Лукич Кустодиев. URL: http:// orthodoxmadrid.com/publikacii/istoriya/kustodiev.htmI (дата обращения: 22.02.1018)

42 Там же.

43 Священник потерял дочь, как пишет о. Алексий Мальцев, по недосмотру няни, та «брала в рот шарики, разбросанные на полу для отравы мышей»; Мальцев А., свящ. Указ соч. С. 213. Как выяснил настоятель русской церкви в Мадриде прот. Андрей Кордочкин, 10-месячная дочь о. Константина Кустодиева была погребена на местном Британском кладбище 17 октября 1866 г.: ему удалось найти место захоронения по старинным планам кладбища и поставить надгробный памятник на месте захоронения.

44 АВП РИ. Ф. 159. Оп. 337/1. Д. 93. Л. 1—2 об. Прежний посланник князь Волконский ушел в отставку в 1870 г.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

45 Там же. Оп. 749/1. Д. 122. Л. 3.

хранение церковного имущества и на переезд псаломщиков Петра Долоцкого и Никандра Яцковского на другую квартиру). Окончательное решение об упразднении церкви было принято в 1882 г. в связи с сокращением государственных расходов, а иконостас и утварь были перевезены в Буэнос-Айрес, где возникла первая православная церковь в Южной Америке.

Решение о ликвидации церкви в Мадриде было вряд ли связано с политической ситуацией в Испании, где как раз в 1876 г. новым испанским правительством была принята Конституция, законодательно закреплявшая права на существование в Испании инославных религий, а также с состоянием российско-испанских отношений46, как раз вступивших в наиболее благоприятную фазу, закрепленную в 1899 г. официальным преобразованием российской миссии в посольство. Логичнее связать ликвидацию зарубежных церквей (в 1882 г. была упразднена церковь также в Стокгольме, впрочем, вскоре возобновленная) с реформами 1860-1870-х гг. в России, в частности с финансовой реформой, требовавшей строгого учета государственного бюджета.

История православия в Испании содержит и ряд не до конца проясненных страниц. В частности, в российских архивах имеются сведения о посылке милостыни монастырю св. Евфимия в Кадисе47. К сожалению, никаких других сведений о существовании этого монастыря найти не удалось. Вместе с тем Кадис представлял для русской торговли большой интерес. После установления дипломатических отношений России и Испании первое русское консульство было открыто именно в Кадисе. В 1723 г. в Кадис вместе с новым русским генеральным консулом Яковом Матвеевичем Евреиновым был направлен Иван Андреевич Щербатов, с 1726 г. посланник России в Испании. В августе 1725 г. в Кадис прибыла первая русская эскадра из трех кораблей под командованием капитана Ивана Кошелева. На кораблях в Испанию была привезена парусина, качество которой было высоко оценено испанской стороной. В начале XIX в., в сентябре-октябре 1818 г., в Кадис прибыла другая русская флотилия под командованием капитана 1 ранга М. И. Ратманова. Целью визита была продажа Испании трех русских фрегатов. Известно, что русские моряки были радушно встречены испанцами, тем более что во время пребывания в Кадисе лейтенант Владимир Павлович Романов спас тонувших на кадисском рейде шестерых испанцев.

Другой интересный момент истории православия в Испании связан с судьбой греческого храма на острове Менорка. В РГИА имеются сведения о том, что существовал план его принятия в ведомство Святейшего Синода48. Как сообщает о. Алексий Мальцев, греки, жившие на Менорке, устроили в 1752 г. церковь во имя Божией Матери Милующей (Элеуса) с двумя приделами: с разрешения британского короля они обратились в Россию с прошением быть включенными в подчинение Синоду и под протекцию императрицы Елизаветы Петровны.

46 В Конституции утверждалось: «Никто не будет подвергнут угнетению на испанской территории за свои религиозные убеждения или за исполнение соответствующих обрядов, при сохранении уважения к христианской морали».

47 В дореволюционных документах он именуется Кадиксом (РГИА. Ф. 796. Оп. 173. Д. 2722; Там же. Оп. 167. Д. 2333).

48 РГИА. Ф. 796. Оп. 46. Д. 257.

В 1754 г. они повторили свою просьбу, но Синод им отказал, т. к. «церковь устроена без его разрешения и о священниках-греках не было предоставлено никаких сведений»49. Известно, что во время Архипелагской экспедиции русские моряки на Менорке праздновали в августе 1770 г. именно в этом храме победу в Чесменской битве. На острове существовал, как было сказано выше, еще один православный греческий храм — в честь святителя Николая Чудотворца. В нем в 1769 г. был погребен Андрей Спиридов, сын адмирала Григория Спи-ридова (надгробие сохранилось). В общей сложности на Менорке было похоронено около 200 российских моряков. Однако после передачи в 1783 г. острова от Великобритании к Испании отправление православного культа было тут запрещено, а могилы моряков были утрачены. Недавно по инициативе настоятеля церкви в Мадриде прот. Андрея Кордочкина возник проект сооружения на Менорке обелиска с крестом и российским гербом, который увековечил бы память о соотечественниках-моряках и об исторических связях Менорки с Россией50.

Как видим, существование православной церкви в Испании находилось в прямой зависимости от состояния российско-испанских отношений, которые, в свою очередь, зависели как от общей международной ситуации, так и от внутренних политических метаморфоз в стране. На наличии православного причта сказывалось и вероисповедание посла.

Прихожанами православной церкви были сотрудники посольства, однако священники в Мадриде имели и еще одну важную миссию — окормление сотрудников русской миссии и русских моряков в Лиссабоне, куда мадридский священник выезжал несколько раз в год. Задача представительства России именно как православной державы особенно полно была осуществлена в годы, когда настоятелем мадридской церкви стал молодой способный священник Константин Кустодиев, завоевавший признание со стороны научных испанских кругов и имевший широкий круг влиятельных друзей, в том числе и среди католического духовенства. Так выстраивался «диалог» русской и западноевропейской культур, шло их взаимное обогащение.

Ключевые слова: Русская Православная Церковь, Испания, российско-испанские отношения, причт в Испании, Русское посольство в Испании, православный храм в Мадриде.

Список литературы

Антонов В. В. Мадрид, церковь св. равноап. Марии Магдалины // Русские храмы и обители в Европе. СПб., 2005. Клибанов А. И. У истоков русско-испанских взаимосвязей (ХУ-ХУ1 вв.) // Россия и Испания: Историческая ретроспектива. М., 1987. Кордочкин А., свящ. Православие в Испании: Есть ли у нас будущее? // ЖМП. 2011. № 7. С. 58-61.

49 Мальцев А., свящ. Указ. соч. С. 214.

50 Сообщено прот. Андреем Кордочкиным (Мадрид).

Кордочкин Андрей, свящ. Протоиерей Константин Лукич Кустодиев. URL: http://

orthodoxmadrid.com/publikacii/istoriya/kustodiev.html (22.02.2018) Мальцев А., свящ. Православные церкви и русские учреждения за границей. СПб., 1906. Пожарская С. П., Саплин А. И. Предисловие // Россия и Испания: Документы и материалы. М., 1991. Т. II.

Encinas Moral A. L., ed. Diario del viaje a Moscovia del Duque de Liria y Jérica. Madrid: Miraguano, 2008.

St. Tikhon's University Review.

Series II: History. Russian Church History.

2018. Vol. 82. P. 37-52

Talalay Mikhail, Candidate of Sciences in History Representative of Institute of World History in Italy 32A Leninsky Prospect, Moscow 119334, Russian Federation talalaym@mail.ru

ORCID: 0000-0002-6070-9711

Tokareva Evgenia, Doctor of Siences in History, Leading Research Fellow, Head of the Centre for the History of Religion and Church, Institute of World History 32A Leninsky Prospect, Moscow 119334, Russian Federation estokareva@yandex.ru

ORCID: 0000-0002-5652-2348

Orthodoxy in Spain: A Difficult Path to the Formation and Development of the Orthodox Church

M. Talalay, E. Tokareva

This article examines the experience of setting up and maintaining an Orthodox embassy church in a traditionally Catholic country. In Spain, the establishing of the church at the embassy was directly conditioned by the development of Russian-Spanish diplomatic links. Since the mid-18th centry, parish clergy and necessary utensils were sent to Madrid, which, however, did not stay there permanently, but were taken to Russia or to other countries when diplomatic relations between Russia and Spain were severed. Deterioration in Russian-Spanish relations occurred when, for instance, the Spanish government denied to acknowledge Emperor Paul's I election as Master of Maltese Order, or, on a different occasion, when Russia did acknowledge Princess Isabella's rights to the Spanish throne. The arrangement of the Orthodox church in Madrid depended considerably on the personality of the Russian ambassador. Thus, when Otto Magnus von Stackelberg, Lutheran by creed, occupied this post, the church in Madrid was closed down. The golden age of the embassy church in Madrid is associated with Revd. Konstantin Kustodiyev, its Father Superior in 1865-1870. Kustodiyev learned

Spanish, was elected a member of the Spanish Scientific Society Ateneo and since the mid-1860s published in the Russian periodical Pravoslavnoye obozrenie ("Orhtodox Review") reports on contemporary religious and church life in the West: in Spain, France, Italy, Austria, Germany, Britain and the US. However, the congregation of Madrid church was never numerous and made up 15 persons at the most. Probably, this was the reason for the closure of the church in the early 1870s in the context of government spending cuts.

Keywords: Russian Orthodox Church, Spain, Russian-Spanish relations, parish clergy in Spain, Russian embassy in Spain, Orthodox church in Madrid.

References

Antonov V. V., "Madrid, cerkov' sv. ravnoap. Marii Magdaliny", in: Russkie hramy i obiteli v Evrope, St. Petersburg, 2005.

Klibanov A. I., "U istokov russko-ispanskih vzaimosvjazej (XV—XVI vv.)", in: Rossija i Ispanija: istoricheskaja retrospektiva, Moscow, 1987.

Kordochkin A., svjashh., "Pravoslavie v Ispanii: Est' li u nas budushhee?", in: ZhMP, 7, 2011, 58-61.

Kordochkin A., svjashh., "Protoierej Konstantin Lukich Kustodiev", available at: http:// orthodoxmadrid.com/publikacii/istoriya/ kustodiev.html (22.02.1018) Pozharskaja S. P., Saplin A. I., "Predislovie", in: Rossija i Ispanija. Dokumenty i materialy, Moscow, II, 1991. Encinas Moral A. L., ed., Diario del viaje a Moscovia del Duque de Liria y Jerica. Madrid, 2008.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.