Правоприменительная практика и зарубежный опыт в противоборстве с «патентным троллингом»
Д.В. Васильев1, А.А. Ласкин2
'Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова 117997, Москва, Стремянный переулок, д. 36 Plekhanov Russian University of Economics Stremyannyj side-street, 36, Moscow 117997 Russia e-mail: 84994097471@mail.ru
^Международная академия образования
121433, г. Москва, ул. Большая Филёвская, 28, корп. 2
International Academy of Education
Bolshaya Filevskaya, str., 28, building 2, Moscow 121433 Russia e-mail: al.laskin @yandex.ru
Ключевые слова: патентное право, уголовное преследование, экономические преступления, правоохранительные органы, противодействие троллингу, уголовное преследование, международное право, патентный троллинг, авторские права, изобретения, товарный знак, знак обслуживания, промышленная собственность.
Key words: patent law, criminal prosecution, economic crimes, law enforcement, anti-trolling, criminal prosecution, international law, patent trolling, copyright, inventions, trademark, service mark, industrial property.
Резюме: В статье анализируются существующие в уголовном законодательстве России нормы, касающиеся ответственности за действия, связанные с злоупотреблениями при регистрации товарных знаков и знаков обслуживания, охраняемых на международном уровне, и последующим предъявлением необоснованных исковых требований по мошенническим схемам. В статье рассматриваются вопросы правового обеспечения противодействия -«патентному троллингу» как в России, так и на международном уровне. Предпринята попытка выявления, как имеющихся проблем правоприменительной практики, так и направлений совершенствования Российского законодательства, предложены практические решения по совершенствованию механизма юридической ответственности. Abstract: The article analyzes the existing norms in the criminal legislation of Russia concerning liability for actions related to abuses in the registration of trademarks and service marks protected at the international level, and the subsequent presentation of unreasonable claims for fraudulent schemes. The article deals with the issues of legal support of counteraction to "patent trolling" both in Russia and at the international level. An attempt is made to identify both existing problems of law enforcement practice and areas of improvement of the Russian legislation, practical solutions to improve the mechanism of legal responsibility are proposed. [Vasilev D.V.1, Laskin A.A.2 Law enforcement practice and foreign experience in the fight against "patent trolling"]
Защита прав добросовестных субъектов предпринимательской деятельности провозглашается на высоком уровне и презюмируется в рамках сотрудничества государств на международной арене.
Вопросы правового обеспечения противодействия преступлениям, связанным с незаконным использованием объектов авторских прав, а также промышленной собственности, товарных знаков и знаков обслуживания, на фоне глобального развития мировой экономики не могут не беспокоить ученых и практиков, связанных с исследованиями экономической преступности, особенно в период активно развивающихся связей на международном уровне.
Вместе с тем, достаточного эффективного механизма уголовно-правового воздействия в отношении актов и методов недобросовестной конкуренции, а также откровенно преступных действий со стороны злоумышленников, направленных на незаконное завладение авторскими и смежными правами и использовании последних, для предъявления необоснованных претензий и личного обогащения, не имеется. Механизм работы патентных троллей необычен. Например, в США патентные тяжбы и споры стоят очень дорого, и даже если жертва выиграет, для неё дешевле будет отдать деньги троллю, чем участвовать в суде. Так при положительном решении суда например, Лаборатория Касперского дала отпор троллю, однако на суды было потрачено до 2,5 млн долларов. Но против развязавших патентную войну конкурентов часто помогают встречные патентные иски (в первую очередь для этого у крупных фирм и компаний есть огромные патентные портфели и патентные пулы), но тролль к таким искам неуязвим, так как ничего не производит. Поэтому, предпринятая попытка исследования криминальных проявлений в обозначенной сфере, а также выработки механизма совершенствования
правоприменительной практики, видится актуальной и востребованной на современном этапе развития мировой и Российской юридической науки.
Мы отмечаем наличие других попыток исследования эмпирического материала по затронутой тематике, приходится
констатировать, что в целом вопросы, связанные с криминальными проявлениями в сфере нарушения авторских и смежных прав, в полной мере не изучены, достаточного эффективного правового и механизма противодействия данной категории преступлений, на наш взгляд, не сложилось.
Также следует отметить, что «патентный троллинг» -широко распространенное явление в странах англоамериканской и континентальной правовых систем, сведений о котором не достаточно в российской юридической науке и особенно мало в правоприменительной практике.
Это связано, конечно не с тем, что в Российской Федерации отсутствует практика патентного троллинга, либо найдено эффективное средство противодействий ему. Такие явления в российской действительности, к сожалению, имеют место и распространены достаточно широко. Термин -«патентный тролль» начали использовать с 1993 года для описания компаний, агрессивно проводящих патентное преследование.
В узком значении «патентный тролль» - физическое или юридическое лицо, специализирующееся на предъявлении патентных исков.
В широком значении - это рейдерское присвоение интеллектуальной собственности с использованием слабых мест системы патентных прав и гражданских исков, преследующее цель получения выплат за действительные или выдуманные нарушения.
За рубежом, патентными троллями называются компании, которые не производят и не продвигают собственный продукт, а получают патенты для целей подачи исков о нарушении своего исключительного права против фирм, уже использующих технологию. Другими словами, патентный троллинг - это бизнес по подаче исков, а не по продаже или производству чего-либо.
Пришло это явление, конечно, с Запада. В США патентное рейдерство получило название «троллинг». Термин «патентный тролль» («патентный вымогатель», затем «патентный киллер», «патентный диверсант» и др.) начали использовать с 1993 г. для описания компаний, агрессивно проводящих патентное преследование, специализирующихся на
предъявлении патентных исков. Сотрудники Бостонского университета подсчитали, что за последние 20 лет ущерб от действий компаний - «патентных троллей» составил колоссальную сумму - около 500 млрд долларов, почти два годовых бюджета России. Как правило, это владельцы патентов, которые не ведут по ним производства. Сами «тролли» предпочитают называть себя «патентными холдингами», «патентными дилерами» или «патентными агрегаторами», действуют легально, в связи с чем находят поддержку в суде и других инстанциях, контролирующих и надзирающих исполнение законов.
Первый успешный патентный тролль жил еще в XIX веке. Его звали Джордж Селден. В 1879 г. он подал патентную заявку на бензиновый автомобильный двигатель, но сумел оттянуть момент окончательной регистрации на 16 лет. Тем временем автомобильная отрасль выросла, и в 1895 г. ловушка захлопнулась; Селден заключил ряд лицензионных соглашений с автомобильными компаниями. Второй окружной суд США в 1911 г. поддержал его, указав, что Селден «всего лишь воспользовался задержками, которые допускал закон». За одним важным исключением - Генри Форд, решивший не поддаваться шантажу, выиграл процесс у Селдена.
Первая масштабная волна патентных исков случилась в 1880-е годы, когда были зарегистрированы десятки тысяч патентов на мелкие особенности известных технологий. Например, 6211 патентов на соху и плуг - «патентные акулы», как их тогда называли, тащили в суд фермеров, обвиняя их в использовании чужой технологии.
В ХХ веке первое место среди патентных троллей, по всей видимости, принадлежит Джерому Лемельсону, изобретателю, получившему около 600 патентов, начиная с середины столетия. Он сумел заработать около $1,3 млрд, используя трюк, придуманный Селденом (т.н. submarine patents, «подводные патенты» - заявленные, но полученные много лет спустя). Впрочем, сам Лемельсон всегда отрицал, что сознательно затягивал регистрацию патентов.
Современное прозвище - «патентный тролль» - основано на сказочном персонаже, который поджидает неосторожных
путников, скрываясь под мостом, построенном кем-то другим, чтобы потребовать плату за проход. Своей популярностью прозвище обязано Питеру Деткину, использовавшему его в бытность свою корпоративным юристом Intel. В этом есть своя ирония, потому что сейчас Деткин известен как владелец примерно 20% компании Intellectual Ventures Management, которую многие считают как раз одним из патентных троллей.
Возвращаясь к современной российской действительности, стоит отметить, что судебные инстанции все чащи сталкиваются с исками о защите нарушенных авторских прав и прав на патенты и изобретения, товарные знаки и знаки обслуживания. Вместе с тем, значительная часть данных исков представляет собой основанные на несовершенстве законодательства попытки получить под видом охраны права на изобретение, модель, товарный знак, знак обслуживания незаконной финансовой выгоды в пользу лица, в действительности автором не являющимся, никакого отношения к охраняемой категории не имеющим, а лишь юридически зарегистрировавшему право и придающее вид его законного использования в качестве правообладателя. В октябре 1999 года в России был опубликован патент за номером 2 139 818 на изобретение «Сосуда стеклянного», описание которого полностью соответствует обыкновенной стеклянной бутылке. Патентообладатель, ООО «Технополис», пытался потребовать от компаний, производящих пиво и безалкогольные напитки, лицензионных отчислений в размере не менее 0,5 % от выручки. В настоящее время патент аннулирован по решению Палаты по патентным спорам. В силу латентности данного явления по различным причинам (желание избежать огласки, нежелание тратить деньги на судебный процесс, боязнь проигрыша, несовершенство правовой системы) многие компании и их руководители не спешат обращаться за защитой нарушенных прав в судебные инстанции.
И уж тем более, в силу несовершенства правоохранительной системы, недостатка опыта в борьбе с данными явлениями, вызывает опасение обращение с заявлением в правоохранительные органы («затаскают, а результата не будет», «больше вопросов, чем помощи», «нет
практики эффективного противодействия» и т.д.).
Таким образом, патентные тролли делают деньги практически из воздуха, шантажируя компании исками о нарушении патентного законодательства, в расчете, что тем проще откупиться, чем тратиться на судебный процесс. Против развязавших патентную войну конкурентов часто помогают встречные патентные иски (в первую очередь для этого у крупных фирм и есть огромные патентные портфели и патентные пулы), но тролль к таким искам неуязвим, так как ничего не производит.
Широкая распространенность данного явления в зарубежной литературе и практике объясняется, на наш взгляд, более осознанным пониманием того вреда, которое несет данное явление, и развитостью системы авторского права и средств его защиты.
В России же, несмотря на наличие нормативно-правовой базы, эффективных средств борьбы с патентным троллингом уголовно-правовыми методами до настоящего времени на практике не выработано.
Несмотря на наличие нормативно-правовой базы, позволяющей эффективно бороться с данным явлением, правоприменители не всегда способны эффективно использовать предоставленные полномочия.
Особенно остро данный вопрос стоит в отношении товарных знаков и знаков обслуживания, зарегистрированных в других странах, и охраняемых на международном уровне, однако не получивших должную защиту на территории РФ.
По различным причинам, многие товарные знаки, несмотря на их использование официальными дилерами на протяжении десятков лет, имея надлежащую правовую защиту за рубежом, не зарегистрированы в Российской Федерации в установленном законом порядке.
Именно поэтому мошенники и недобросовестные лица, желающие разбогатеть на регистрации товарного знака, патента, которые пройдя регистрацию, не имея намерения его использовать в дальнейшем, предъявляют сначала претензии к компании в досудебном порядке в надежде получить «легкие» деньги, а потом даже выходят с иском о взыскании денежных
средств за якобы нарушенное право.
Причинами отсутствия регистрации товарного знака (знака обслуживания) выступают, как банальная нехватка времени, субъективные факторы, так сложность и затратность процесса такой регистрации.
В ряде случаев причинами является нежелание регистрации в силу отсутствия необходимости в этом и наличие надлежащих документов о регистрации в другой стране и на международном уровне, что в целом видится обоснованным.
Правовая охрана товарных знаков, знаков обслуживания, обеспечивается на международном уровне, в том числе в силу положений Парижской конвенции по охране промышленной собственности (1883 г.).
В частности, в отношении знаков, Конвенция гласит, что если знак должным образом зарегистрирован в стране происхождения, он должен, при подаче соответствующего запроса, приниматься к регистрации и охраняться в своем первоначальном виде в других Договаривающихся государствах.
Каждое Договаривающееся государство должно отказывать в регистрации и запрещать использование знака, который представляет собой воспроизведение, имитацию или перевод другого знака, способен привести к смешению со знаком, используемым для обозначения идентичной или сходной продукции, и признается компетентным органом такого государства хорошо известным в этом государстве и принадлежащим лицу, имеющему право на охрану в соответствии с положениями Конвенции.
Из международных соглашений, как названной Конвенции, так и Конвенции об учреждении всемирной организации интеллектуальной собственности (Стокгольм, 14 июля 1967 года) следует, что по вопросам охраны интеллектуальной собственности, юридические лица и граждане пользуются на территории другого государства теми же правами, которые предоставляются этим государством соответственно своим гражданам и юридическим лицам в соответствии с законодательством и правилами данного государства.
Например, вопросы предоставления защиты товарных знаков, знаков обслуживания нашли отражение в нормах международного права, содержащимися в заключенных между РФ и КНР соглашениях, регулирующих этот вопрос: Протокол между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о принципах охраны и распределения прав на интеллектуальную собственность к Соглашению между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о научно-техническом сотрудничестве от 18 декабря 1992 года (подписан в г. Москве 25.02.1999); Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики в области охраны прав интеллектуальной собственности (Пекин, 25 апреля 1996 г.).
Статья 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относит в том числе, охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.
Учитывая пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.04.2007 N 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака», защита любого товарного знака должна осуществляться и от неправомерных, на наш взгляд, действий недобросовестных лиц, занимающихся «патентным троллингом», которые используя бреши в российской правовой системе, совершают действия, направленные на незаконное обогащение и причиняющие вред законным субъектам хозяйственной деятельности.
В частности, разрешая дела о нарушении прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, следует учитывать, что права на указанные объекты интеллектуальной собственности иностранных физических и юридических лиц пользуются защитой в порядке, предусмотренном федеральным законом, наравне с физическими и юридическими лицами Российской Федерации в силу международных договоров Российской Федерации или на
основе принципа взаимности.
В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, частями 2 и 3 статьи 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» судам при разрешении вопроса о том, имело ли место нарушение изобретательских и патентных прав либо незаконное использование товарного знака, надлежит иметь в виду, что если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
Учитывая названные положения российских и международных правовых актов, мы считаем, что в целом имеется достаточно эффективный набор правовых средств, позволяющих противодействовать недобросовестным лицам, совершающим уголовно-наказуемые деяния, влекущие установленную законом ответственность.
Однако, в ряде случаев ущерб, в том числе в виде прямого ущерба и упущенной выгоды, прикрыт документами судебных органов, которые, будучи введенными в заблуждение мошенниками, выносят выгодное для них судебное решение. В дальнейшем, данные решения предъявляются к исполнению и в пользу мошенников необоснованно взыскиваются значительные денежные средства, права на которые им не принадлежат.
В настоящее время данные действия, как представляется, в зависимости от фактических обстоятельств, могут быть квалифицированы по ст. 165 (причинение ущерба при отсутствии признаков хищения) либо ст. 159 (мошенничество) УК РФ.
Согласно ч. 2 ст. 165 УК РФ уголовно наказуемым является причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, совершенное в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.
Согласно ч. 4 ст. 159 УК РФ наступает ответственность за мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере.
Примечанием к ст. 158 УК РФ особо крупным определен размер в один миллион рублей, в том числе для составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 165, 159 УК РФ.
В связи с изложенным действия подобных мошенников, как правило действующих в группе, и преследующих получить выгоду куда больше, чем один миллион рублей, предлагается квалифицировать по признакам преступлений,
предусмотренных п. «а», «б» ч. 2 ст. 165, ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Причем, на наш взгляд, наиболее близко подходит квалификация данного деяния именно по ст. 159 УК РФ, поскольку очевидно, что лица намерены не просто причинить ущерб компании, законно использующей товарный знак (знак обслуживания), а именно хотят незаконно обогатиться за счет денежного капитала компании, на изъятие которого и направлен их умысел.
Следует признать, однако, что установление как объективной стороны данного деяния, так и особенно умысла на хищение таким способом чужого имущества, вызывает трудности у правоприменителей, обусловленные сложностью доказывания подобных деяний, а также отсутствием опыта их расследования.
Существующие же в уголовном законе конструкции составов преступлений, направленные на охрану авторских прав и товарных знаков, в том числе ст.ст. 146, 180 УК РФ, не охватывают в своем защитном механизме затронутые противоправные действия, которые внешне выглядят вполне законно и в ряде случаев имеют в своей основе даже судебные решения.
При таких обстоятельствах, представляется возможным внести в УК РФ изменения, криминализировав группу деяний, подпадающих под понятие «патентный троллинг» в существующем его виде, с учетом положений международного права.
Не претендуя на исчерпывающее выяснение всех аспектов, связанных с ответственностью за правонарушения против объектов авторского и смежных прав, необходимо отметить, что проведенное исследование не раскрывает все многообразие обозначенных вопросов, и является одной из
первых попыток осмысления данной проблематики в
рассматриваемом контексте.
ЛИТЕРАТУРА
«Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13.06.1996 N 63-Ф3 (ред. от 29.07.2017).
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. В 4 т. Особенная часть. Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2017.
Конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 г.
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.04.2007 N 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака».
Ворожевич А.С. 2013. Патентный троллинг: сущность, история, правовые механизмы борьбы. - Закон. № 9: 48-59.
Помазанов В.В. 2013. Патентный троллинг: теперь и в России. - Инициативы XXI века. № 4: 39-42.
Получена /Received: 28.11.2019 Принята /Accepted: 10.01.2020