Law Department Russia, Moscow
ПРАВО НА КВАЛИФИЦИРОВАННУЮ ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ: К ВОПРОСУ О НЕОБХОДИМОСТИ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ЦЕНЗА СУДЕБНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ Аннотация: Некоторые преобразования в Гражданском процессуальном кодексе РФ касательно института судебного представительства, принятые в 2018 году, все еще вызывают неоднозначную реакцию среди как юристов-теоретиков, так и юристов-практиков. В данной статье автор пытается дать субъективную оценку представленным изменениям, в частности, введению обязательности наличия высшего юридического образования у добровольного представителя в определенных судебных инстанциях.
Ключевые слова: судебное представительство, добровольное представительство, гражданский процесс, юридическое образование.
THE RIGHT TO QUALIFIED LEGAL ASSISTANCE IN THE CIVIL PROCESS: IS THE EDUCATIONAL QUALIFICATION OF A LEGAL
REPRESENTATIVE NEEDED? Annotation: Some changes in the Civil Procedure Code of the Russian Federation regarding the institution of judicial representation, adopted in 2018, still cause an ambiguous reaction among both theoretical lawyers and practicing lawyers. In this
577
article, the author tries to give a subjective assessment of the changes presented, in particular, the implantation of the obligatory presence of a higher legal education from a voluntary representative in certain judicial instances.
Key words: legal representation, voluntary representation, civil procedure, legal education.
Права каждого на судебную защиту и квалифицированную юридическую помощь, закрепленные в Конституции России, безусловно, играют важнейшую роль при защите и восстановлении нарушенных прав и законных интересов граждан в судебном порядке. В настоящее время ведутся активные дискуссии касательно института судебного представительства и критериев судебного представителя, в том числе и при осуществлении гражданского судопроизводства. Так, еще в 2017 году Министерство юстиции России опубликовало проект концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи [13], предполагающий постепенное введение адвокатской монополии при реализации судебного представительства в судах общей юрисдикции. Кроме того, в Государственную Думу вносились законопроекты [14], предполагающие обязательное наличие у судебного представителя образования, полученного по имеющей российскую государственную аккредитацию образовательной программе, либо присвоенной в Российской Федерации ученой степени по юридической специальности, либо наличие юридического образования, полученного за рубежом при успешной сдаче профессионального экзамена по юридической специальности в общероссийской общественной организации граждан, имеющих юридическое образование.
Для анализа изменений, о которых дальше пойдет речь, для начала следует обратиться к конституционно-правовым основам законодательства. Конституция, как основополагающий источник гражданского процессуального права, в ч. 1 ст. 46 закрепляет, что каждому человеку гарантируется судебная защита его прав и свобод. Конституционный суд Российской Федерации
578
отмечал, что право на судебную защиту является неотчуждаемым и выступает гарантией всех других прав и свобод, в силу чего существует необходимость такой организации судопроизводства, при которой у стороны будет реальная возможность донести до суда свою точку зрения касательно конкретного спора [8]. Судебная защита, при этом, должна являться справедливой, полной и эффективной.
Вместе с тем, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ устанавливает, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Эти же принципы, являясь межотраслевыми, находят свое отражение и в гражданском процессуальном законодательстве. Следует, при этом, понимать, что фактического равенства может и не быть (в силу различной юридической грамотности спорящих сторон или, например, в зависимости от возможности иметь более высококвалифицированного специалиста, грамотно осуществляющего помощь в реализации прав той или иной стороны) [15, с. 38]. Состязательность, при этом, учитывает, что сторона, имеющая больше способностей к реализации своих процессуальных прав, вправе пользоваться своим преимуществом при судебном разбирательстве. Неким барьером здесь можно назвать статью 56 ГПК РФ, указывающую на то, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.
Наравне с правом на судебную защиту Конституция РФ предполагает и право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1 статьи 46). В силу разнообразности такой сферы деятельности, как юриспурденция, следует полагать, что квалифицированной считается не только адвокатская деятельность, но и, например, нотариальная и юристконсульская деятельность, деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления и т. д. Государство, гарантируя каждому это право, обязуется обеспечивать условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов и устанавливать критерии и требования, необходимые для подтверждения статуса квалифицированного специалиста в области права [9].
579
Тем не менее, конституционное законодательство таких критериев не устанавливает, в силу чего эта роль отводится иным нормативно-правовым актам.
Право на квалифицированную юридическую помощь тесно связано с понятием судебного представительства. А. А. Власов определяет судебное представительство в гражданском процессе как «правоотношение, в силу которого судебный представитель совершает процессуальные действия в пределах предоставленных ему в соответствии с доверенностью полномочий от имени и в интересах представляемого (стороны, третьего лица, заявителя, жалобщика)» [16, с. 113]. Правом поручать ведение дела представителю в полном объеме обладает лицо, достигшее возраста 18 лет, или организация (ч. 1 ст. 37 ГПК РФ). При этом важно понимать, что судебное представительство возможно на всех стадиях гражданского процесса и по любым категориям гражданских дел.
Что касается того, какие субъекты могут выступать судебными представителями в гражданском процессе, Гражданский процессуальный кодекс РФ в ч. 1 ст. 49 устанавливает, что представителями в суде могут быть дееспособные лица, полномочия которых на ведение дела надлежащим образом оформлены и подтверждены. Часть вторая данной статьи закрепляет и то, что представителями в суде, за исключением дел, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности (при этом кодекс далее подчеркивает, что данное требование не распространяется на законных представителей).
Иными словами, лицо, не имеющее высшего юридического образования либо соответствующей ученой степени, не может выступать в качестве судебного представителя в иных инстанциях помимо районных судов и участков мировых судей. Хотя в силу ч. 4 ст. 49 ГПК РФ данные требования не распространяются, например, на патентных поверенных по спорам об охране
580
объектов интеллектуальной собственности и на некоторые иные категории лиц, данная позиция законодателя вызывает бурную дискуссию в научных кругах.
Так, подобный подход о «профессиональном представительстве» подвергся существенной критике, когда был впервые введен в российское законодательство Кодексом об административном судопроизводстве РФ. В административном судопроизводстве такую новеллу можно оправдать, ссылаясь на принцип равноправия и состязательности сторон, т. к. спор между компетентным органом государственной власти (должностным лицом) и юридически непрофессиональным гражданином изначально носит неравный (но равноправный) характер. Однако, учитывая принципы независимости и активного участия суда при производстве дела, и этот аргумент не кажется состоятельным [17].
В гражданском процессе этот вопрос также относится к числу неоднозначных. Юридическое образование представителя в суде подтверждается соответствующими дипломами об образовании, о присвоении ученой степени кандидата юридических наук либо дипломом доктора юридических наук. Верховный Суд РФ также отмечает, что «имеющими высшее юридическое образование признаются лица, прошедшие обучение по программам бакалавриата, специалитета, магистратуры либо подготовки кадров высшей квалификации по направлению подготовки (специальности) "юриспруденция" с присвоением квалификации "бакалавр", "магистр", "юрист", "судебный эксперт", "исследователь", "преподаватель-исследователь"» [11].
Тем не менее, возникают некоторые вопросы об обоснованности такой правовой нормы в ст. 49 ГПК РФ. В соответствии со ст. 69 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», «высшее образование имеет целью обеспечение подготовки высококвалифицированных кадров по всем основным направлениям общественно полезной деятельности <...>» [6]. Целью такого образования является высокая квалификация кадров, что коррелирует положениям Конституции РФ о том, что в России гарантируется право именно
581
на квалифицированную юридическую помощь. Таким образом, можно сказать, что в гражданском процессе существует некая правовая презумпция того, что лицо с высшим образованием априори является специалистом в определенной сфере. Похожий образовательный ценз присутствует, например, и по отношению к некоторым должностям в медицинской сфере [7]. Де-факто, наличие высшего юридического образования, ввиду различного уровня подготовки кадров в учебных заведениях или индивидуальных способностей обучающегося, само по себе не гарантирует высоких знаний выпускника в данной области. Кроме того, существует множество смежных профессий, требующих знания действующего законодательства, однако подобные специалисты не смогут выступать представителями в ряде судебных инстанций.
Даже если допустить то, что любой гражданин с дипломом о высшем юридическом образовании и вправду является высококвалифицированным специалистом, способным обеспечить квалифицированную юридическую помощь, то следует понимать, что в данном случае у сторон процесса появляются две альтернативы: либо действовать в судах (кроме участков мировых судей и районных судов) без представителя, либо действовать с помощью представителя, прошедшего образовательный ценз. Это, в свою очередь, значительно сокращает возможности граждан относительно, например, размера судебных издержек или банальной удобности судопроизводства, если гражданин в силу каких-либо причин не может лично участвовать в деле. Юстиция, как видится, не должна ограничиваться лишь работой с юристами, ведь сущность гражданского судопроизводства - защита нарушенных прав граждан теми способами, которыми они посчитают для себя наиболее приемлемыми, что отвечает принципу диспозитивности в гражданском процессе.
Кроме того, неясна позиция законодателя касательно определения судебных инстанций, где производство с помощью представителя без юридического образования все же возможно. В соответствии с Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации», все судьи в России обладают единым
582
статусом. Федеральный конституционный закон «О судебной системе в Российской Федерации» добавляет, что судьи различаются между собой только полномочиями и компетенцией. Можно, конечно, обосновывать подобный ценз представителей в этих инстанциях их более высоким положением в иерархии судебной системы и большей «значимостью» рассматривающихся там дел, однако возможности сторонами самим выбирать представителя не только из тех лиц, которые прошли образовательный ценз, вероятно, стоило бы остаться.
Так, например, в соответствии со ст. 36 Регламента Европейского суда по правам человека [2], «Представитель, действующий от имени заявителя <...>, должен быть адвокатом, правомочным заниматься адвокатской практикой в любом из государств - участников Конвенции, и проживать на территории одного из них или любым иным лицом, допущенным к участию Председателем Палаты». Таким образом, в данном международном суде отсутствует обязательный ценз юридического образования представителя и существует теоретическая возможность разрешения допуска к представительству и лица, такого образования не имеющего.
В Заключении Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству №31-05/4188 [12] отмечается, что «установление единых требований о необходимости наличия высшего юридического образования либо ученой степени по юридической специальности у представителей граждан и организаций для ведения гражданских и административных дел в судах общей юрисдикции и арбитражных судах будет способствовать повышению качества судебного представительства». Действительно, обязательное наличие у судебных представителей юридического образования в целом значительно увеличит качество судебного представительства, хоть и не будет гарантировать того, что в отдельных случаях действия представителя, пускай и с высшим юридическим образованием, не смогут навредить стороне спора.
Тем не менее, повышая качество защиты, понизится ее доступность, в первую очередь ввиду возрастания издержек на обеспечение правовой помощи
583
и временных затрат на поиск специалиста. Кроме того, нельзя не обозначить, что при подобном императивном ограничении существенно снижается свобода граждан при выборе своего представителя, т. к. законодательство сужает вариативность действий граждан при защите своих прав. Конституционный суд РФ, рассматривая положения АПК РФ в 2004 году, отмечал, что «отступление от принципа диспозитивности при выборе представителя в арбитражном процессе возможно, лишь если ограничения, установленные федеральным законодателем, продиктованы конституционно значимыми целями» [10]. Вместе с этим, однако, отмечалось и право законодателя установить критерии «квалифицированности» юридической помощи, которое, видимо, и было реализовано.
Таким образом, данная проблема остается актуальной в правовом регулировании процессуальных отношений, а концепция перехода к профессионально-юридической или адвокатской монополии при судебном представительстве в цивилистическом процессе требует дальнейшего обсуждения.
1. Конституция Российской Федерации (с гимном России). - Москва: Проспект, 2018. - 64 с.
2. Регламент Европейского Суда по правам человека // URL: https: //www. garant.ru/products/ipo/prime/doc/12016643/.
3. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 N 1-ФКЗ (ред. от 30.10.2018) "О судебной системе Российской Федерации" // URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_12834/.
4. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации. - Москва : Проспект, 2020. - 288 С.
5. Закон РФ "О статусе судей в Российской Федерации" от 26.06.1992 N 3132-1 // URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_648/.
Список литературы:
584
6. Федеральный закон "Об образовании в Российской Федерации" от
29.12.2012
N
273-ФЗ //
URL:
http: //www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_140174/.
7. Постановление Правительства РФ от 16 апреля 2012 г. N 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)» // URL: https://base.garant.ru/70164724/.
8. Постановление Конституционного Суда РФ от 11.05.2005 N 5-П "По делу о проверке конституционности статьи 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, производственно-технического кооператива "Содействие", общества с ограниченной ответственностью "Карелия" и ряда граждан" // URL: https://legalacts.ru/doc/postanovlenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-11052005-n/.
9. Постановление Конституционного Суда РФ от 28.01.1997 N 2-П "По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 47 Уголовно -процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б. В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С. В. Абрамова" // URL: https://legalacts.ru/doc/postanovlenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-28011997-n/.
10. Постановление Конституционного Суда РФ от 16.07.2004 N 15-П "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан" // URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_48523/.
11. "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019) // URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_341600/.
585
12. Заключение Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству №31-05/4188 по Федеральному закону "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", принятому Государственной Думой 20 ноября 2018 года // URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/383208-7/.
13. Минюстом России предложены революционные преобразования рынка профессиональной юридической помощи / СПС «КонсультантПлюс» // URL: http: //www. consultant.ru/law/hotdocs/51387.html/.
14. Законопроект № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» // URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/273154-7/.
15. Гражданский процесс : учебник и практикум для вузов / М. Ю. Лебедев [и др.] ; под редакцией М. Ю. Лебедева. - 4-е изд., перераб. И доп. - Москва : Издательство Юрайт, 2020. - 446 с. - (Высшее образование). - Текст: непосредственный.
16. Гражданский процесс : учебник и практикум для среднего профессионального образования / А. А. Власов. — 9-е изд., перераб. и доп. — Москва : Издательство Юрайт, 2020. — 470 с. — (Профессиональное образование). — ISBN 978-5-534-00553-0. — Текст : электронный // ЭБС Юрайт [сайт]. URL: https://urait.ru/bcode/449549/.
17. Казиханова С.С. К вопросу о судебном представителе: некоторые теоретические и практические проблемы. Вестник Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). 2017;(3):47-58 // URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-sudebnom-predstavitele-nekotorye-teoreticheskie-i-prakticheskie-problemy/.
586