Научная статья на тему 'ПОТЕРИ НАСЕЛЕНИЯ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ (1917-1922 ГГ.): ДИСКУССИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕМОГРАФИИ'

ПОТЕРИ НАСЕЛЕНИЯ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ (1917-1922 ГГ.): ДИСКУССИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕМОГРАФИИ Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
1544
124
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА / ИСТОРИЧЕСКАЯ ДЕМОГРАФИЯ / СТАТИСТИКА / ВОЕННЫЕ ПОТЕРИ / ТЕРРОР / ЭПИДЕМИИ / ПЕРЕПИСЬ / НАСЕЛЕНИЕ / CIVIL WAR / HISTORICAL DEMOGRAPHY / STATISTICS / WAR LOSSES / TERROR / EPIDEMICS / CENSUS / POPULATION

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Почешхов Нурбий Асланович, Абрегова Жанна Османовна, Шхачемуков Рустам Махмудович

Предметом рассмотрения в статье является состояние разрешения дискуссионных вопросов, связанных с потерями населения, обусловленными гражданской войной в России. В наши дни появилась возможность на практике убедится в результативности междисциплинарного подхода, в значимости развития такой научной дисциплины как историческая демография, исследующей, наряду с другими вопросами, роль демографического фактора в военном деле с количественной стороны. Показано, что большинство историков определяют общие потери во время Гражданской войны примерно в 14-18 млн. чел., из которых только 900 тыс. относят к безвозвратным потерям на полях сражений. Оставшаяся масса потерь населения связывается преимущественно с инфекционными и вирусными заболеваниями (тиф, испанка и др.), голодом, а также с широким применением террора противоборствующими сторонами.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Почешхов Нурбий Асланович, Абрегова Жанна Османовна, Шхачемуков Рустам Махмудович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

POPULATION LOSSES DURING THE CIVIL WAR IN RUSSIA (1917-1922): THE DEBATABLE SPACE OF HISTORICAL DEMOGRAPHY

The subject of consideration in this article is a state of resolving debatable issues connected with population losses caused by the Civil War in Russia. Nowadays, there is an opportunity to reveal the effectiveness of the interdisciplinary approach as well as the importance of the development of historical demography as a scientific discipline, in practice. It examines the role of the demographic factor in military affairs from the quantitative side alongside with other issues. It is shown that most historians determine the total losses during the Civil War at about 14-18 million people, of which only 900 thousand are attributed to irrecoverable losses on the battlefields. The remaining mass of population losses is associated mainly with infectious and viral diseases (typhus, Spanish flu, etc.), starvation, as well as with the widespread use of terror by the warring parties.

Текст научной работы на тему «ПОТЕРИ НАСЕЛЕНИЯ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ (1917-1922 ГГ.): ДИСКУССИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕМОГРАФИИ»

УДК 94(47+57)« 1917/1922» DOI: 10.24412/2308-264X-2020-6-63-68

ПОЧЕШХОВ Н.А., АБРЕГОВА Ж.О., ШХАЧЕМУКОВ Р.М. ПОТЕРИ НАСЕЛЕНИЯ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ (1917-1922 ГГ.): ДИСКУССИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕМОГРАФИИ

Ключевые слова: Гражданская война, историческая демография, статистика, военные потери, террор, эпидемии, перепись, население.

Предметом рассмотрения в статье является состояние разрешения дискуссионных вопросов, связанных с потерями населения, обусловленными гражданской войной в России. В наши дни появилась возможность на практике убедится в результативности междисциплинарного подхода, в значимости развития такой научной дисциплины как историческая демография, исследующей, наряду с другими вопросами, роль демографического фактора в военном деле с количественной стороны. Показано, что большинство историков определяют общие потери во время Гражданской войны примерно в 14-18 млн. чел., из которых только 900 тыс. относят к безвозвратным потерям на полях сражений. Оставшаяся масса потерь населения связывается преимущественно с инфекционными и вирусными заболеваниями (тиф, испанка и др.), голодом, а также с широким применением террора противоборствующими сторонами.

POCHESHKHOV, N.A., ABREGOVA, Zh-О., SHKHACHEMUKOV, R-М.

POPULATION LOSSES DURING THE CIVIL WAR IN RUSSIA (1917-1922): THE DEBATABLE SPACE OF HISTORICAL DEMOGRAPHY

Key words: Civil War, historical demography, statistics, war losses, terror, epidemics, census, population.

The subject of consideration in this article is a state of resolving debatable issues connected with population losses caused by the Civil War in Russia. Nowadays, there is an opportunity to reveal the effectiveness of the interdisciplinary approach as well as the importance of the development of historical demography as a scientific discipline, in practice. It examines the role of the demographic factor in military affairs from the quantitative side alongside with other issues. It is shown that most historians determine the total losses during the Civil War at about 14-18 million people, of which only 900 thousand are attributed to irrecoverable losses on the battlefields. The remaining mass of population losses is associated mainly with infectious and viral diseases (typhus, Spanish flu, etc.), starvation, as well as with the widespread use of terror by the warring parties.

Прошло почти сто лет со времени окончания гражданской войны в России, но по-прежнему нет единого мнения по такой сложной и многоплановой проблеме, как численность жертв этого масштабного, трагического явления новейшей истории. Приводимые исследователями цифры весьма противоречивы и остаются в дискуссионном пространстве не только истории, но и демографии и статистики. Однако несмотря на отсутствие единого мнения по проблеме, сегодня в полной мере утвердилось осознание актуальности ее решения, необходимости объединения усилий ученых разных направлений с целью дальнейшего совершенствования методологии проводимых подсчетов и более определенного и точного установления общего числа жертв войны.

Трудности решения данной задачи связаны с особенностями гражданской войны, непосредственно затронувшей большинство районов страны, включавшей множество фронтов с разной степенью их организации. Осложняют анализ демографической динамики также проводившиеся в стране после революции административно-территориальные преобразования, отсутствие устойчивых границ регионов, затрудняющих сопоставимость статистики населения имперского и советского периодов. Одни исследователи для сопоставительного анализа ориентируются, прежде всего, на географические границы России в довоенный период (1914 г.), другие исследователи берут за основу территорию в пределах, существовавших в период 19201921 гг., третья группа опирается на современные территориальные границы Российского государства и переносит их на период 1914 г. или 1917 г. [1, с.436]

Не меньшие трудности связаны с характером привлекаемых источников. Получение достоверных и полных сведений о военных и других потерях осложняется объективными трудностями: фактическим отсутствием системы учета, состоянием статистики в революционной России. Перестройка системы демографического учета в первые послереволюционные годы негативно сказалась на состоянии статистической базы. В частности, статистические данные, относящиеся к 1917-1922 гг., страдают существенными недостатками, требуют критического подхода. Противоречивость сведений во многом обусловлена также умышленной фальсификацией данных по военно-стратегическим, политическим и даже психологическим соображениям.

Важными источниками являются переписи населения, значительная часть результатов которых опубликована. Однако представленные в них данные не охватывают страну в целом.

Нужно также учитывать, что на точности этих данных отражались как объективные, так и субъективные условия. Так, перепись 1920 г. нередко называемая в ряду базовых источников, проводилась в период, когда еще продолжались военные действия, когда фронтовые и прифронтовые районы были недоступны для переписчиков. По существующим общепринятым демографическим показателям, на территории Российского государства до событий Первой мировой войны проживали 159,2 млн. человек, а к началу революционных событий 1917 г. это количество составляло 163 млн. [2, с. 514-642].

По официальным данным Центрального статистического управления, показатели, отражающие общее количество населения на территории СССР в границах на 1917 г., с учетом потерянных территорий и части находящегося населения, составляют 146.755.520 чел. [3, с. 4958]. Фактически все данное население находилось на территории, оказавшейся втянутой в события Гражданской войны. В данных географических границах, исходя из переписи населения за 1920 г., было учтено меньшее количество людей, составившее 134.569.206 человек [4, с.8]. Общий дефицит населения составил, таким образом, 12.186.314 человек.

В 1980 г. в Институте истории СССР АН СССР была проведена большая работа по разработке и практическому применению новой методики учета количественных показателей народонаселения с применением ЭВМ. Были обработаны статистические данные переписи 1926 г. На этой основе была предпринята попытка уточнения количества населения в предшествующий период, исходя из имеющихся показателей за 1926 г. Полученные результаты обобщены в таблицах, что позволило воспроизвести демографическую составляющую в хронологических границах за 1917-1926 гг., отразив при этом и регионы, и страну в целом.

Количественный состав населения России к концу 1917 г. в географических границах 1926 г. определялся в количестве 147,644,3 тыс. человек. К началу 1920 г. данный показатель составлял уже цифру в 137,563 тыс. человек (в данных статистических показателях не были учтены Бухара и Хива) [5, с. 170-176]. Проведенная перепись за 1926 г. на территории России в полной мере отразила демографический состав населения страны. Следует отметить, что итоги проведенной статистическим управлением работы были широко опубликованы (56 т.). Эта масштабная документальная основа позволяет продолжить аналитическую работу с учетом современных методов историко-демографической науки.

Полученные данные свидетельствуют о значительном сокращении населения страны в период Гражданской войны, ставшей, по существу, крупнейшей демографической катастрофой ХХ в. К концу активной фазы Гражданской войны в 1920 г. сокращение населения определялось в количестве 3806 тыс. чел. По показателям за 1921 г. фиксируется сокращение в количестве 1854 тыс., чел., за 1922 г. - это количество составило 1592 тыс. чел. [5, с.170-176].

Динамика произошедших изменений объясняется, прежде всего, характером войны. Гражданская война в России стала итогом общенационального кризиса, охватившего страну в начале XX в. Такие факторы, как несостоявшиеся реформы, Первая мировая война, экономический кризис, потеря управляемости государством столкнули российское общество на путь социального, этнического, идейно-политического раскола. Как следствие, это определило деформацию в ментально-психологических и религиозных установках населения. Прямо или косвенно в процесс эскалации конфликтности было вовлечено почти все население страны.

Главным в противостоянии различных военно-политических лагерей являлся военный кризис, который выразился, прежде всего, в борьбе за власть. При этом каждая из противоборствующих сторон выстраивала собственную вертикаль власти и обладала своими органами управления, вооруженной силой и идеологией. Острота сложившейся ситуации проявлялась в наличии большого числа крупных групп, столкнувшихся в вооруженном противостоянии, в масштабности вовлеченных в противостояние территорий, в значительном колебании линий фронтов. На разных временных этапах Белая армия состояла из различных вооруженных подразделений, как по географии расположения, так и по количественному составу. На севере страны находились вооруженные формирования Северной области (август 1918 г.), в Северо-Западных районах располагался Северный корпус (октябрь 1918 г.), затем СевероЗападная группа (июль 1919 г). На юге России в конце 1917 г. стали формироваться Добровольческая армия, а также Донская армия (апрель 1918 г.). В последующем данные воинские подразделения были определены как Вооруженные силы Юга России (январь 1919 г.). В итоге,

последним пристанищем образованной Русской армии (май 1920 г.) стала территория Крыма. На Востоке России располагались значительные военные силы. В этой географической зоне располагались Народная армия КОМУЧа (июнь 1918 г.), Сибирская армия (июнь 1918 г.), затем Восточный фронт Русской армии (сентябрь 1918 г.), Дальневосточная армия (апрель 1920 г.), белоповстанческие подразделения (19211922 гг.). В период с 1918 по 1921 гг. были сформированы и части Красной армии. В частности, на Северном фронте находились 6, 7 армии; Южный фронт включал в себя 8, 9, 10 армии, Западная отдельная группа войск, состояла из 11, 12, 13 армии и 1 Конной; На Северном Кавказе дислоцировалась Таманская армия; на Восточном фронте находились 1, 2, 3, 4, 5 армии, Туркестанская, отдельные формирования Советской Латвии и Эстляндии; был определен Украинский фронт в составе 11 отдельной, 1, 2, 3 Украинской и Крымской советских армии; а также 2 Конная армия Юго-Западного фронта и Трудовая армия [6, с. 116-118, 307, 527-528, 675].

На Юго-Востоке страны в период 1918-1920 гг. в силы красных входили: Южный фронт (образован приказом РВСР от 11 сентября 1918 г.), с 10 января 1920 г. переименованный в Юго-Западный фронт, который в последующем разделялся на несколько фронтов, исходя из оперативной обстановки.

На протяжении длительного времени вопрос о точной численности противоборствующих сил в годы войны оставался дискуссионным. В одной из первых фундаментальных демографических работ советского времени приводились данные специального военного учета на 1 сентября 1920 г., определяющие численность Красной армии в 3538,0 тыс. чел. По данным управления РККА, численность строевого состава белых армий даже в период наибольшего подъема белого движения (май 1919 г.) не превышала 682,0 тыс. [7]. Заслуживающие внимания коррективы в разработку вопроса внесли исследования 60-х гг. Так, Б.Ц. Урланис утверждал, что количественный состав Красной Армии к окончанию 1919 г. примерно составлял 3 млн. чел., а уже к концу 1920 г. ее состав увеличился до 5,5 млн. чел. [8, с. 183, 305].

Несмотря на предпринимаемые усилия, так и не удалось достигнуть единого мнения относительно потерь населения в годы гражданской войны. Диапазон колебаний составляет от 8 до 10 и более млн. человек. Критический подход к статистическим подсчетам разных категорий погибших свидетельствует о тенденции к завышению потерь России в 1917 - 1922 гг. Так, Ю.А. Поляков определял, что в войне Россия понесла «бесчисленные жертвы», вследствие чего произошло значительное сокращение населения с 1917 по 1923 г., доходившее до 13 млн. чел. [9, с. 30]. Даже составители справочников отмечают, что в кровопролитной гражданской войне 19181920 гг. безвозвратные потери составили около 10,5 млн. чел. [10, с. 17-36].

Статистика, несмотря на серьезные погрешности в подсчетах, свидетельствует, что Гражданская война в России, несмотря на меньшее количество вооруженных сил по сравнению с империалистической войной, выставленных обеими сторонами, была более кровопролитной, чем Первая мировая война. Хотя боевые потери за период гражданского противостояния составили в 2-2,5 раза меньше, чем во время империалистической войны, потери населении были в 2-3 раза больше. В целом, боевые потери и потери населения в гражданскую войну были на 70 % больше по сравнению с империалистической войной [11, с. 352].

Принципиальное значение имеют существующие различия при подсчете потерь среди бойцов и командиров РККА в гражданской войне. По официальным статистическим данным, боевые потери в гражданской войне составили - 631758 красноармейцев. Вместе с санитарными (с эвакуацией) - 581066 - всего потери составили 1212824 человек [12, с.110]. Известный демограф Б.Ц. Урланис приводит однако несопоставимые с этими данными показатели, согласно которым, в целом, безвозвратные потери составили, по его данным 425 тыс. человек. Погибло в боевых действиях около 125 тыс. чел., безвозвратные потери в Красной армии и в военных округах составили около 300 тыс., чел. Автор определяет, что «абсолютная величина цифр даёт основание предполагать, что к боевым потерям отнесены убитые и раненые» [8, с. 181].

Согласно данным, приводимым, производившим собственные подсчеты Г.Ф. Кривошеевым, Красная Армия в период 1918 - 1922 гг. потеряла 980 741 чел. (погибших в вооруженных столкновениях, умерших от ран и инфекционных, вирусных и др. болезней). Значительная часть этого числа (742 тыс.) относится к периоду 1918 - 1920 гг. - времени наиболее активных боевых, действий белых и красных вооруженных формирований [13]. Еще более

противоречивы оценки военных потерь большевиков и их противников в партизанских формированиях. В.В. Эрлихман считает, что партизаны «разных цветов» потеряли - до 900 тыс. [10, с. 17-36].

Гражданская война и ее обострение были связаны с целым спектром проблем социально-экономического, политического, военно-стратегического характера, затронувшим, так или иначе, широкие слои населения. Наряду с этим, в худшую сторону изменилась в целом повседневная жизнь людей. Еще в 20-е гг. предпринимались попытки осмыслить революционные события и их влияние на общество, конкретного человека. Правовая незащищенность, упадок морали и культуры были сопутствующими явлениями Гражданской войны. Противоборствующие силы имели одинаковую психологию - психологию насилия, ликвидации политических оппонентов, вооруженных противников и даже мирного населения. Месть и поголовное истребление нелояльных элементов, проявившееся в политике и практике «белого» и «красного» террора, стали повсеместным явлением [14, с. 29-34].

Одной из составляющих Гражданской войны в России стало резкое демографическое сокращение за счет, в основном, мирного населения. Это стало следствием широкого применения противостоящими сторонами беззаконных действий, выразившихся в политике красного и белого террора, столкновениях на религиозной основе, в этнических конфликтах, насильственных действиях иностранных интервентов и т.д. Массовые жертвы были связаны не только с военными действиями, что можно отнести к категории военных потерь, но и террором в отношении военных (так называемый «фронтовой террор»), а также и в отношении мирных граждан.

Имеются многочисленные сведения о фактах массовых расправ белогвардейцев с населением временно захваченнных территорий. В частности, до сих пор в исследованиях приводится различная цифра (от 2,5 до 4 тыс.) жертв майкопской трагедии, когда в ночь на 4 октября 1918 г. по приказу В.Л. Покровского в Майкопе были расстреляны тысячи рабочих, крестьян, красноармейцев.

Не менее сложными представляются данные о жертвах красного террора. Прежде всего, это связано и с определением понятия «красный террор». Как правило, под это понятие подводятся участники антибольшевистских подпольных организаций, участвовавших в антисоветской деятельности, организаторы и участники различных мятежей и заговоров, представители бандитских формирований, а также убитые при разгроме крестьянских бунтов. Сюда можно отнести, на наш взгляд, и дезертиров.

Данные о погибших в ходе красного террора в 1700 тыс. чел., получившие достаточно широкое распространение в литературе в конце 1980-х гг. были почерпнуты из материалов специальной комиссии, созданной А.И. Деникиным, не вызывают доверия. В полной мере можно согласиться с А.Л. Литвиным, отметившим, что, в условиях Гражданской войны, определить количество погибших в ходе красного и белого террора невозможно [15, с.98]. Тем более, что сведения об этих трагических событиях не входили в официальные сводки: большинство из них восстановлены по воспоминаниям очевидцев.

Военная демография органично связана с санитарной и военно-медицинской статистикой. Весьма противоречивы попытки представить косвенные демографические потери. Так, статистик С.Г. Струмилин оценивал их в 21 млн., а историк Ю.А. Поляков в 25 млн., человек. В частности, трудно установить число погибших в результате голода и инфекционных заболеваний. По приблизительным данным за годы гражданской войны только от острых инфекционных заболеваний погибло около 2 млн., человек. Широкое распространение получили, в частности, эпидемии чумы и холеры. Особый ужас вызывала черная чума, словно вернувшаяся из средневековья [16, с. 58-67]. Осенью 1918 г. всемирная пандемия гриппа («испанки») вспыхнула и в России. Заболевание «испанкой» отличалось высоким процентом смертности. Положение было катастрофическим [17, с. 169].

В своей речи на VIII Всероссийской конференции РКП(б) в Москве 2 декабря 1919 г. В.И. Ленин заметил: «Третья наша задача есть борьба со вшами, теми вшами, которые разносят сыпной тиф. Этот сыпной тиф среди населения, истощенного голодом, больного, не имеющего хлеба, мыла, топлива, может стать таким бедствием, которое не даст нам возможности справиться ни с каким социалистическим строительством» [18, с. 359]. Через несколько дней на VII Всероссийском съезде Советов он вновь вернулся к этому вопросу.

Широкое распространение инфекции получили и в армии. «Достаточно упомянуть, - писал нарком здравоохранения Н.А. Семашко, - что из 60-тысячной армии противника, перешедшей на нашу сторону в первые же дни после разгрома Колчака и Дутова, 80% оказались зараженными тифом... брюшной тиф, этот верный признак отсутствия элементарных санитарных мероприятий -хотя бы прививок, широкой волной разливался по дутовской армии и перекинулся к нам» [19, с.11].

В этом плане интерес представляют также опубликованные в 1926 г. именные списки безвозвратных потерь личного состава Красной армии в период Гражданской войны, в которых обозначена причина смерти красноармейца «убит в бою», «умер от ран» и пр. Среди прочего в них вошли отнюдь не «героические» констатации - «умер от тифа», «умер от холеры», «умер от дизентерии» и т.д. Сюжеты для другой истории - трагической истории повседневной жизни в годы гражданской войны! [20].

Сегодня большинство историков определяют, что во время Гражданской войны погибло примерно 14-18 млн. чел., из которых только 900 тыс. относят к безвозвратным потерям на полях сражений. Оставшаяся масса потерь населения связывается преимущественно именно с инфекционными и вирусными заболеваниями (тиф, испанка и др.), а также с широким применением террора противоборствующими сторонами. К иным существенным факторам, обусловившим грандиозные масштабы потерь населения в рассматриваемый период, прежде всего в 1921-1922 гг., следует отнести также голод [21].

В целом, если считать, что Гражданская война, растянулась на долгие 4 года (1918-1922гг.), а также принять за основу средний показатель общих потерь в 15 млн. чел., среднегодовой показатель смертности населения страны за данный период следует определить в 3,7 млн. человек. При этом установить точные показатели потерь населения России в период Гражданской войны представляется невозможным в силу объективных причин, а именно в связи с разностью имеющихся статистических данных и их погрешностью. Наряду с этим, имеются разночтения в критериях оценки имеющихся источников, характеризующих демографическую составляющую и отсутствие единых методик подсчета.

Сложившийся на протяжение десятилетий научный интерес к определению численности населения страны и, соответственно, убыли в его составе за период 1914-1922 гг. определяют научную и практическую значимость указанной проблематики. Попытки определить динамику изменений численности населения в годы Первой мировой войны, революции и Гражданской войны предприняты во многих научных историко-демографических исследованиях. Однако, на наш взгляд, они свидетельствуют о том, что большинство авторов ориентируются на источниковую базу, введенную в научный оборот еще в 1920-х гг. В связи с этим возникает необходимость разработки иных методик подсчета, что позволит включить в систему подсчета другие источники. Несмотря на существование разных подсчетов, последствия исследуемой эпохи хорошо известны: Гражданская война унесла миллионы жизней, лишив страну значительной части жизненной энергии и сильнейшим образом повлияв на дальнейшие судьбы России.

Литература и источники

1. Война и население Юга России в XVIII - начале XXI в.: демографические процессы и последствия. - М.: Политическая энциклопедия, 2019.

2. Советская историческая энциклопедия. Т.13. - М.: Советская Энциклопедия, 1971.

3. Административно-территориальный состав СССР на 1 июля 1925 года и на 1 июля 1926 г., в сопоставлении с довоенным делением России. Опыт установления связи между административно-территориальным составом довоенной России и современным составом СССР. ЦСУ СССР. - М., 1926.

4. Статистический ежегодник 1921 года. Вып. 1. Труды ЦСУ. Т. VIII. Вып. 3. - М., 1922.

5. Поляков Ю.А. Население советской России в 1917-1920 гг. (Историография и источники) // Проблемы русского общественного движения и исторической науки. - М., 1981.

6. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия. - М.: Сов. Энциклопедия, 1983.

7. Волков Е.З. Динамика народонаселения СССР за восемьдесят лет. - М.-Л., 1930.

8. Урланис Б.Ц. Войны и народонаселение Европы. - М.: Издательство социально-экономической литературы, 1960.

9. Поляков Ю.А. 20-е годы: настроения партийного авангарда // Вопросы истории КПСС. - 1989. - № 10.

10. Эрлихман В.В. Потери народонаселения в XX веке. - М.: Издательский дом «Русская панорама», 2004.

11. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. - М.: Политиздат, 1990. Т. 2.

12. Народное хозяйство СССР в цифрах. - М., 1925.

13. Россия и СССР в войнах XX века. Книга потерь / Г.Ф. Кривошеев, В.М. Андронников, П.Д. Буриков и др. - М.: Вече, 2010.

14. Почешхов Н.А. Гражданская война на Кубани (1917-1920): «цвета террора» // Диалоги с прошлым. - 2006. - №4.

15. Население России в XX веке. В 3 т. Т. 1. - М.: РОССПЭН, 2000. - С. 98.

16. Михель Д.В. Борьба с чумой на Юго-Востоке России (1917-1925) // История науки и техники. - 2006. - № 5.

17. Труды Комиссии по обследованию санитарных последствий войны 1914-1920 гг. Вып. 1. - М.-Пг., 1923.

18. Ленин В.И. VIII Всероссийская конференция РКП(б) 2-4 декабря 1919 г. Политический доклад Центрального комитета // Полн. Собр. Соч. Т. 39. - М.: Политическая литература, 1974.

19. Семашко Н.А. Политика и санитария // Известия Народного комиссариата здравоохранения. - 1920.

20. Именной список потерь на фронтах в личном составе РККА за время гражданской войны. - М.: Издание Управления Устройства и Службы войск ГУРККА., 1926. - 635 с.

21. См.: Виноградов С.В. Голод 1921 года в Поволжье: причины, масштабы, последствия // Каспийский регион: политика, экономика, культура. - 2011. - №3(28). - С.12-21.

References and Sources

1. Vojna i naselenie Yuga Rossii v HVIII - nachale HKHI v.: demograficheskie processy i posledstviya. - M.: Politicheskaya enciklopediya, 2019.

2. Sovetskaya istoricheskaya enciklopediya. T.13. - M.: Sovetskaya Enciklopediya, 1971.

3. Administrativno-territorial'nyj sostav SSSR na 1 iyulya 1925 goda i na 1 iyulya 1926 g., v sopostavlenii s dovoennym deleniem Rossii. Opyt ustanovleniya svyazi mezhdu administrativno-territorial'nym sostavom dovoennoj Rossii i sovremennym sostavom SSSR. CSU SSSR. - M., 1926.

4. Statisticheskij ezhegodnik 1921 goda. Vyp. 1. Trudy CSU. T. VIII. Vyp. 3. - M., 1922.

5. Polyakov Yu.A. Naselenie sovetskoj Rossii v 1917-1920 gg. (Istoriografiya i istochniki) // Problemy russkogo obshchestvennogo dvizheniya i istoricheskoj nauki. - M., 1981.

6. Grazhdanskaya vojna i voennaya intervenciya v SSSR: Enciklopediya. - M.: Sov. Enciklopediya, 1983.

7. Volkov E.Z. Dinamika narodonaseleniya SSSR za vosem'desyat let. - M.-L., 1930.

8. Urlanis B.C. Vojny i narodonaselenie Evropy. - M.: Izdatel'stvo social'no-ekonomicheskoj literatury, 1960.

9. Polyakov Yu.A. 20-e gody: nastroeniya partijnogo avangarda // Voprosy istorii KPSS. - 1989. - № 10.

10. Erlihman V.V. Poteri narodonaseleniya v XX veke. - M.: Izdatel'skij dom «Russkaya panorama», 2004.

11. Kakurin N.E. Kak srazhalas' revolyuciya. - M.: Politizdat, 1990. T. 2.

12. Narodnoe hozyajstvo SSSR v cifrah. - M., 1925.

13. Rossiya i SSSR v vojnah HKH veka. Kniga poter' / G.F. Krivosheev, V.M. Andronnikov, P.D. Burikov i dr. - M.: Veche, 2010. - 624 s.

14. Pocheshkhov N.A. Grazhdanskaya vojna na Kubani (1917-1920): «cveta terrora» // Dialogi s proshlym. - 2006. - .№4.

15. Naselenie Rossii v HKH veke. V 3 t. T. 1. - M.: ROSSPEN, 2000. - S. 98.

16. Mihel' D.V. Bor'ba s chumoj na Yugo-Vostoke Rossii (1917-1925) // Istoriya nauki i tekhniki. - 2006. - № 5.

17. Trudy Komissii po obsledovaniyu sanitarnyh posledstvij vojny 1914-1920 gg. Vyp. 1. - M.-Pg., 1923.

18. Lenin V.I. VIII Vserossijskaya konferenciya RKP(b) 2-4 dekabrya 1919 g. Politicheskij doklad Central'nogo komiteta // Poln. Sobr. Soch. T. 39. -M.: Politicheskaya literatura, 1974.

19. Semashko N.A. Politika i sanitariya // Izvestiya Narodnogo komissariata zdravoohraneniya. - 1920. - №1.

20. Imennoj spisok poter' na frontah v lichnom sostave RKKA za vremya grazhdanskoj vojny. - M.: Izdanie Upravleniya Ustrojstva i Sluzhby vojsk GURKKA, 1926. - 635 s.

21. Sm.: Vinogradov S.V. Golod 1921 goda v Povolzh'e: prichiny, masshtaby, posledstviya // Kaspijskij region: politika, ekonomika, kul'tura. - 2011. - №3(28). - S. 12-21.

ПОЧЕШХОВ НУРБИЙ АСЛАНОВИЧ - доктор исторических наук, профессор кафедры отечественной истории, историографии, теории и методологии истории Адыгейского государственного университета (bases11@yandex.ru). АБРЕГОВА ЖАННА ОСМАНОВНА - кандидат исторических наук, доцент кафедры истории и права Майкопского государственного технологического университета (abregowazhanna@yandex.ru).

ШХАЧЕМУКОВ РУСТАМ МАХМУДОВИЧ - кандидат исторических наук, доцент кафедры отечественной истории, историографии, теории и методологии истории Адыгейского государственного университета (shkhachemukov@mail.ru). POCHESHKHOV, NURBIY A. - Doctor of History, Professor of National History, Historiography, Theory and Methodology of History Department, Adyghe State University ( bases11@yandex.ru).

ABREGOVA, ZHANNA O. - Ph.D. in History, Associate Professor of History and Law Department, Adyghea Republic Maikop State Technological University (abregowazhanna@yandex.ru).

SHKHACHEMUKOV, RUSTAM M. - Ph.D. in History, Associate Professor of National History, Historiography, Theory and Methodology of History Department, Adyghe State University (shkhachemukov@mail.ru).

УДК 94(47).084.3:327.323.31 DOI: 10.24412/2308-264X-2020-6-68-73

МАГОМЕДОВ Р.Р., ГРИШАКОВА Л.В. КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ И ЕГО ПОПЫТКИ СЛОМА ВЕРСАЛЬСКОГО МИРОПОРЯДКА ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ

ВОЙНЫ (1919-1925 гг.)

Ключевые слова: Коммунистический интернационал, Коминтерн, В.И. Ленин, мировая революция, международный пролетариат, «покраснение Европы», миропорядок, Версальский мир.

В статье, на основе анализа работ деятелей большевистской партии, рассматривается роль III Коммунистического Интернационала в попытках переустройства послевоенного мира через разрушение буржуазного миропорядка и создания на его месте Всемирной советской социалистической республики. В статье отмечается, что мировая революция являлась основным средством в инструментарии деятельности Коммунистического интернационала. Кульминацией по организации революционной войны РКП (б) и Коммунистическим интернационалом явилась советско-польская война 1920 года, поражение в которой нанесло сильный удар и по самой идее мировой революции. Авторы подчеркивают, что, несмотря на неудачи в попытках «покраснения Европы», курс большевиков и Интернационала на немедленную мировую революцию оставался приоритетным до середины 20-х годов

MAGOMEDOV, R.R., GRISHAKOVA, L.V. THE COMMUNIST INTERNATIONAL AND ITS ATTEMPTS TO BREAK THE VERSAILLES WORLD ORDER AFTER THE END OF THE FIRST WORLD WAR (1919-1925 гг.)

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.