Оценка иммуномодулирующих свойств субклеточных фракций чумного микроба в сочетании с адъювантами
В.В. Войткова, В.И. Дубровина (dubrovina-valya@mail.ru), С.А. Витязева, В.С. Половинкина, Е.Ю. Марков, С.В. Балахонов
ФКУЗ «Иркутский научно-исследовательский противочумный институт» Роспотребнадзора
Резюме
В работе представлены данные о действии субклеточных фракций чумного микроба, а также их сочетания с тотальной ДНК Yersinia pestis EV НИИЭГ и мурамилдипептидом на гематологические показатели экспериментальных животных. Показано способность экспериментальных препаратов активировать врожденный иммунитет и стимулировать формирование адаптивного иммунного ответа организма, что указывает на перспективность их использования при создании безопасной и эффективной вакцины против чумы.
Ключевые слова: субпопуляционный состав, Yersinia pestis, F1-антиген, мурамил-дипептид, ДНК
Assessment of immunomodulating properties of Yersinia pestis Subcellular Fractions In combination with Adjuvants
V.V. Voytkova, V.I. Dubrovina (dubrovina-valya@mail.ru), SA Vityazeva, V.S. Polovinkina, E.Yu. Markov, S.V. Balakhonov
Federal State Institution of Public Health «Irkutsk Antiplague Research Institute» of Federal Service on Customers' Rights Protection
and Human Well-Being Surveillance
Abstract
Data on the effect of subcellular fractions of the plague microbe and its combined applica-tion with total DNA of Yersinia pestis EV NIIEG and muramyl dipeptide to hematologic param-eters of the experimental animals are represented. It is shown that experimental preparations ac-tivate the innate immunity and stimulate the formation of adaptive immune response of the or-ganism. These data indicate the perspectives of its application as a candidate for development of a safe and effective vaccine against plague. Key words: subpopulation structure, Yersinia pestis, Fl-antigen, muramyl dipeptide, DNA
Введение
Несмотря на большие достижения в борьбе с чумой, проблема специфической профилактики этой инфекции по-прежнему актуальна и требует всестороннего изучения механизмов взаимодействия как самого патогена, так и его антигенов с макроорганизмом [1 - 3].
В настоящее время особое внимание уделяется разработке и внедрению в практику химической вакцины, которая бы характеризовалась иммунологической и эпидемиологической эффективностью не только после ревакцинации, но и после первичной иммунизации. Перспективными в этом плане считаются обладающие иммуноген-ностью поверхностные антигены Yersinia pestis: фракция 1 (Fl-антиген), липополисахарид, пептидо-гликан и др. [2 - 5].
Известно, что бактериальная ДНК и мурамил-дипептид (МДП) входят в число патоген-ассоции-рованных молекулярных структур, способных активировать механизмы иммунологической защиты организма, в связи с чем изучение антигенов Y. pestis в сочетании с адъювантами является актуальным направлением в разработке препаратов специфической защиты [3, 6].
Цель исследования - изучить влияние субклеточных фракций чумного микроба и адъювантов на функциональное состояние и субпопуляционный состав клеток крови белых мышей.
Материалы и методы
В работе использовали 150 сертифицированных (НПО «Вектор», г. Новосибирск) беспородных белых мышей, стандартных по условиям содержания и массе (15 - 20 г).
Объектом исследования служили F1-антиген и клеточные оболочки (КО) У. pestis БУ НИИЭГ (Музей живых культур Иркутского научно-исследовательского противочумного института). Антигенный комплекс + КО) получали по ранее описанным методикам [7]. В качестве адъювантов использовали синтетический мурамилдипептид (МДП, Са1Ьюс1гет, США) и тотальную ДНК У. pestis БУ НИИЭГ (тДНК), полученную по методу В.И. Накти-ниса и соавт. [8].
Подопытным животным подкожно вводили следующие препараты: в группе 1 - F1 + КО (12,5 мкг/0,2 мл забуференного физиологичечкого раствора - ЗФР), в группе 2 - F1 + КО + тДНК У. pestis
(по 12,5 мкг + 10 мкг/0,2 мл ЗФР) и в группе 3 -F1 + КО + МДП (по 12,5 мкг + 10 мкг/0,2 мл ЗФР).
Контрольную группу составляли белые мыши, получившие ЗФР в объеме 0,2 мл (группа 4).
Учет результатов проводили на 3-и, 7-е, 14-е и 21-е сутки. Животных выводили из эксперимента в соответствии с требованиями Приказа МЗ СССР от 12 августа 1977 года № 755 «О мерах по дальнейшему совершенствованию организационных форм работы с использованием экспериментальных животных».
Субпопуляционный состав клеток крови мышей определяли методом шестипараметрического фе-нотипирования с использованием реагентов фирмы Becton Dickinson (США): CD45-PE-Cy5, CD3-FITC, CD4-Alexa-700, CD8-APC-Cy7 и CD25-PE-Cy7. Анализ окрашенных образцов проводили на проточном цитофлуориметре BD FACS Canto™ II (Becton Dickinson, США) в программе BD Diva 6.0. В каждой пробе анализировалось 10 000 учтенных CD45+-клеток, которые выделяли на графике SSC/CD45. Оценивали содержание - абсолютное (х 109/л) и относительное (%) - лейкоцитов основных популяций: эозинофильных и нейтрофильных грануло-цитов, лимфоцитов и моноцитов. В лимфоцитар-ном гейте определяли содержание Т-лимфоцитов (CD3+), Т-хелперов (CD3+CD4+) и цитотоксических Т-лимфоцитов (CD3+CD8+). Кроме показателей, перечисленных выше, оценивали процент клеток, экспрессирующих ранний маркер активации CD25+ (CD3+CD25+, CD3+CD4+CD25+, CD3+CD8+CD25+, а также моноцитов, экспрессирующих CD25).
Статистическую обработку данных проводили при помощи стандартного пакета прикладных программ Statistica, версия 6.1 (© StatSoft, Inc. 19842001, ИПЧИ 31415926535897). При анализе данных с помощью критерия Колмогорова-Смирнова установлено распределение, отличное от нормального (P > 0,05). Статистический анализ данных осуществляли с использованием непараметриче-
ского и-критерия Манна-Уитни. Корреляционный анализ проводили методом ранговой корреляции Спирмена (гз). Данные представлены в виде медианы, верхнего (75%-го) и нижнего (75%-го) квартилей (Ме - Q3)) из п = 7. Различия считали достоверными при уровне значимости Р < 0,05.
Результаты и обсуждение
В ходе экспериментов установлено, что показатели абсолютного содержания лейкоцитов у экспериментальных животных, иммунизированных F1 + КО, F1 + КО + тДНК и F1 + КО + МДП, находились в пределах допустимых значений физиологической нормы (от 5,1 до 11,6 х 109кл./л), кроме группы мышей, получивших F1 + КО, у которых на 3-и сутки отмечалась лейкопения (табл. 1), обусловленная снижением абсолютного содержания эозинофи-лов, моноцитов, лимфоцитов и их субпопуляций, что может быть связано с интенсивной миграцией этих клеток в очаг воспаления (табл. 2). На фоне перераспределения лейкоцитов у мышей группы 1 наблюдалось увеличение процентного содержания общей популяции гранулоцитов за счет нейтрофи-лов. Восстановление пула циркулирующих лейкоцитов и их популяций к 7-м суткам свидетельствует о мобилизации клеток костномозгового резерва, тем не менее выявлены снижение концентрации CD3+-клеток и увеличение концентрации нейтро-филов.
Установлено, что изменение состава клеток крови экспериментальных животных зависит от введенного препарата и сроков наблюдения (см. табл. 2, 3). Так, при анализе лейкоцитограммы у мышей 2-й группы на 3-и сутки наблюдения выявлена абсолютная моноцитопения, что обусловлено миграцией этих клеток в очаг воспаления. Достоверное увеличение абсолютного и относительного содержания циркулирующих моноцитов отмечено на 14-е и 21-е сутки у мышей групп 1 и 2, а у мышей группы 3 - на 7-е и 14-е сутки.
Таблица 1.
Показатели содержания лейкоцитов в крови мышей, иммунизированных экспериментальными препаратами, Ме ^1 - Q3)
Срок наблюдения, сутки Препарат Контроль
F1 + KO F1 + KO + тДнК F1 + KO + МДП
3 3,0 (2,8 - 4,4)* 5,1 (4,5 - 5,7) 4, -7, ,2 5,4 8)
7 6,4 5,4 4,2
(5,7 - 7,4) (4,9 - 5,5) (4,0 - 5,3) 5,5
14 5,0 (4,8 - 5,3) 5,4 (4,7 - 7,9) 6,7 (5,6 - 7,6) (4,8 - 6,7)
21 5,7 6,4 5,1
(5,3 - 5,7) (6,3 - 7,3) (4,8 - 6,1)
Примечание: *Р < 0,01 по сравнению с контролем
Таблица 2.
Показатели содержания популяций лейкоцитов в крови мышей, иммунизированных экспериментальными препаратами, Ме ^1^3)
Иммунизирующий препарат Срок наблюдения, сутки Ед. измер. Показатель
моноциты общее содержание гранулоцитов нейтрофильные гранулоциты лимфоциты
F1 + КО (п = 7) 3 % 3,0 (1,9 - 3,5) 33,3 (27,2 - 34,2)*** 31,3 (25,1 - 33,2)*** 58,1 (56,2 - 61,1)**
109/л 0,08 (0,07 - 0,93)** 1,03 (0,94 - 1,42) 0,99 (0,88 - 1,31) 1,64 (1,53 - 2,26)**
7 % 4,2 (3,8 - 4,9) 23,0 (18,8 - 23,9) 18,3 (17,1 - 20,8) 68,8 (66,6 - 72,8)
109/л 0,27 (0,24 - 0,39)* 1,39 (1,19 - 1,88)* 1,31 (1,06 - 1,49)* 4,93 (4,17 - 5,28)*
14 % 7,3 (5,6 - 7,8)*** 25,3 (23,5 - 30,5)* 21,7 (20,7 - 23,9)* 61,9 (57,12 - 66,0)*
109/л 0,31 (0,28 - 0,37)** 1,24 (1,12 - 1,46) 1,12 (0,85 - 1,21)* 2,81 (2,60 - 3,32)**
21 % 5,1 (4,5 - 6,2)** 26,6 (21,9 - 28,7)* 21,1 (18,7 - 27,4)* 66,3 (63,2 - 72,1)
109/л 0,33 (0,13 - 0,36)** 1,40 (1,12 - 1,83)* 1,30 (0,95 - 1,69)** 3,45 (3,42 - 3,90)
F1 + КО + тДНК (п = 7) 3 % 1,3 (1,2 - 1,4)** 18,3 (13,9 - 19,9) 14,4 (11,3 - 17,9) 77,7 (75,1 - 80,7)
109/л 0,07 (0,05 - 0,13)** 1,25 (0,71 - 1,27) 1,06 (0,64 - 1,13) 3,71 (3,11 - 4,65)
7 % 3,1 (2,9 - 3,4) 26,7 (19,3 - 30,5)** 21,9 (14,8 - 27,9)* 69,5 (59,6 - 75,2)
109/л 0,30 (0,16 - 0,34) 1,57 (1,34 - 1,81)* 1,46 (1,11 - 1,77)** 4,02 (2,94 - 4,67)
14 % 5,1 (3,6 - 7,1)** 24,2 (21,5 - 30,7)* 19,6 (16,1 - 29,3) 64,6 (63,5 - 67,1)
109/л 0,31 (0,27 - 0,62)* 1,44 (1,06 - 1,71)* 1,21 (0,8 - 1,4) 3,32 (2,68 - 4,46)
21 % 6,5 (5,7 - 6,7)*** 23,1 (18,6 - 23,7) 20,6 (17,0 - 21,5) 69,2 (68,7 - 69,9)
109/л 0,25 (0,15 - 0,43)** 1,20 (1,02 - 1,31) 1,06 (0,99 - 1,09) 3,96 (2,80 - 4,36)
F1 + КО + МДП (п = 7) 3 % 2,6 (2,5 - 2,9) 24,1 (21,8 - 26,3)* 20,9 (18,3 - 23,6) 69,5 (67,7 - 72,4)
109/л 0,18 (0,14 - 0,25) 1,48 (1,01 - 1,95)* 1,29 (0,87 - 1,70)* 3,80 (2,77 - 4,70)
7 % 5,2 (4,2 - 5,8)* 20,3 (16,8 - 22,7) 17,9 (14,6 - 20,7) 71,9 (70,9 - 75,9)
109/л 0,24 (0,17 - 0,29)* 0,83 (0,65 - 1,22) 0,73 (0,57 - 1,12) 3,17 (2,98 - 3,95)
14 % 4,6 (4,3 - 5,0)* 21,9 (19,5 - 23,7) 19,8 (17,1 - 22,1) 69,1 (66,2 - 71,4)
109/л 0,53 (0,44 - 0,74)** 1,70 (0,73 - 2,01)* 1,69 (1,10 - 2,52)** 4,32 (3,49 - 5,81)
21 % 3,0 (2,6 - 5,5) 22,7 (15,9 - 24,2) 17,3 (14,6 - 22,9) 66,6 (60,9 - 75,0)
109/л 0,18 (0,12 - 0,25) 0,82 (0,73 - 1,54) 0,69 (0,67 - 1,47) 3,45 (2,53 - 3,53)
Контроль (п = 12) % 3,8 (2,4 - 5,0) 18,9 (15,7 - 25,7) 15,8 (14,5 - 21,2) 73,6 (66,5 - 76,9)
109/л 0,16 (0,11 - 0,29) 0,99 (0,84 - 1,31) 0,83 (0,73 - 1,09) 4,14 (3,35 - 4,58)
Примечание: *Р < 0,05,**Р < 0,01, ***Р < 0,001 по сравнению с контролем.
Следует отметить, что у животных, иммунизированных F1 + КО, на 14-е сутки выявлены умеренный абсолютный нейтрофилез и лимфопения. Установлено достоверное повышение как абсолютного, так и относительного содержания нейтрофильных гранулоцитов у экспериментальных животных групп 1 и 2: у мышей, получивших препарат F1 + КО + МДП, выявлено увеличение числа циркулирующих нейтрофилов на 3-и и 14-е сутки (см. табл. 2). Следует отметить, что наиболее выраженные изменения содержания этих клеток имели место у мышей, иммунизированных F1 + КО.
При анализе динамики субпопуляционного состава лимфоцитов крови мышей, иммунизированных F1 + КО + тДНК и F1 + КО + МДП, на 3-и, 7-е и 21-е сутки зарегистрировано увеличение относительного числа Т-лимфоцитов (табл. 3). Установлено, что сочетанное применение препарата F1 + КО с тДНК или МДП приводит к существенному перераспределению Т-хелперов и цитотоксических Т-лимфоцитов (см. табл. 3). Тем не менее в случае применения тДНК отмечается рост относительного содержания CD8+-лимфоцитов во все сроки наблюдения, в то время как у мышей группы 3 -
Таблица 3.
Показатели содержания Т-лимфоцитов и их субпопуляций в крови мышей, иммунизированных экспериментальными препаратами, Ме ^1 - Q3)
Срок наблюдения, сутки Показатель
Иммунизирующий препарат Ед. измер. Т-лимфоциты (CD3+) Т-хелперы (CD3+ CD4+) цитотоксические Т-лимфоциты (CD3+ CD8+)
3 % 66,4 (62,9 - 72,5)** 55,0 (50,5 - 59,9)* 11,4 (10,5 - 13,8)
109/л 1,11 (0,99 - 1,49)** 0,90 (0,78 - 1,11)** 0,20 (0,16 - 0,31)**
7 % 55,6 (42,6 - 57,1)* 39,79 (30,2 - 42,0) 11,7 (9,2 - 13,8)
F1 + КО 109/л 2,25 (1,92 - 2,91) 1,62 (1,52 - 2,19) 0,50 (0,35 - 0,61)
(п = 7) 14 % 56,7 (55,8 - 64,2) 42,2 (38,7 - 50,7) 10,9 (9,4 - 11,3)
109/л 1,74 (1,58 - 1,84)** 1,33 (1,20 - 1,45)* 0,30 (0,24 - 0,31)*
21 % 59,3 (52,1 - 65,8) 44,9 (42,2 - 48,2) 10,9 (8,9 - 16,4)
109/л 2,09 (2,03 - 2,90) 1,65 (1,52 - 2,00) 0,41 (0,34 - 0,46)
3 % 74,6 (73,0 - 75,9)** 56,3 (52,3 - 58,5)** 15,6 (14,9 - 18,0)**
109/л 3,07 (2,36 - 3,44)* 1,99 (1,64 - 2,59) 0,61 (0,60 - 0,70 )*
7 % 67,2 (62,3 - 76,2)** 53,3 (46,9 - 59,9)* 14,3 (14,0 - 16,4)**
F1 + КО + тДНК 109/л 2,67 (2,03 - 3,49) 2,13 (1,49 - 2,69)* 0,67 (0,47 - 0,72)*
(п = 7) 14 % 64,8 (58,1 - 71,2) 48,8 (43,9 - 58,9) 13,4 (10,5 - 16,0)*
109/л 2,50 (1,84 - 3,48) 1,95 (1,33 - 2,57) 0,46 (0,42 - 0,63)*
21 % 73,4 (68,1 - 78,4)** 56,8 (49,1 - 57,6)* 15,0 (13,7 - 15,0)**
109/л 2,35 (2,20 - 2,70) 1,76 (1,65 - 1,82) 0,44 (0,42 - 0,60)
3 % 67,5 (66,2 - 69,1)** 50,4 (49,6 - 51,9) 13,6 (13,1 - 14,7)**
109/л 2,63 (2,01 - 3,89) 1,95 (1,51 - 2,93) 0,57 (0,40 - 0,82)*
7 % 81,2 (75,2 - 81,3)** 60,1 (55,7 - 67,2)** 16,3 (12,9 - 20,9)**
F1 + КО + МДП 109/л 2,25 (1,84 - 3,13) 1,89 (1,42 - 2,46) 0,36 (0,29 - 0,55)
(п = 7) 14 % 63,7 (56,9 - 69,9) 47,8 (39,8 - 53,1) 13,1 (11,6 - 14,3)*
109/л 5,07 (3,13 - 5,86)** 2,61 (2,31 - 2,98)** 0,67 (0,65 - 0,83)**
21 % 71,2 (63,1 - 72,4)** 55,6 (49,7 - 59,6)* 11,0 (9,5 - 14,6)
109/л 1,81 (1,10 - 2,18) 1,71 (1,51 - 2,05) 0,24 (0,22 - 0,38)**
Контроль (п = 12) % 58,7 (48,1 - 64,1) 47,0 (36,8 - 50,6) 10,1 (8,4 - 11,7)
109/л 2,22 (1,9 - 2,7) 1,76 (1,52 - 2,36) 0,41 (0,32 - 0,49)
Примечание: *Р < 0,05, **Р < 0,01 по сравнению с контролем.
на 3-и и 7-е сутки. тДНК или МДП также способствуют увеличению относительного содержания Т-хелперов (CD3+CD4+) на 7-е и 21-е сутки. Обращает на себя внимание тот факт, что у мышей группы 3 на 14-е сутки наблюдалось значительное увеличение абсолютного числа Т-лимфоцитов и их субпопуляций (Р < 0,01) без изменения процента их содержания.
Установлено увеличение относительного количественного числа клеток-предшественников кортикальных тимоцитов (CD3+CD4+CD8+)
во всех экспериментальных группах на 3-и, 7-е и 14-е сутки наблюдения, а в группах 2 и 3 -на 21-е сутки в среднем в два раза по сравнению с контролем (0,26 (0,16 - 0,33), Р < 0,05). Показано достоверное (Р < 0,01) увеличение содержания CD3+CD4-CD8--клеток на 3-и и 14-е сутки в случае сочетанного применения F1 + КО с МДП или тДНК.
Для оценки степени активации Т-лимфоцитов и моноцитов нами был проведен анализ экспрессии высокоаффинного рецептора ^-2 ^25), кото-
рый отражает способность клеток к пролиферации и дифференцировке [9, 10]. Увеличение численности активированных Т-лимфоцитов, в частности Т-хелперов, имело место на 3-и, 14-е и 21-е сутки у мышей всех экспериментальных групп. Следует отметить, что препарат F1 + KO как per se, так и в сочетании с тДНК активирует CD3+-клетки в большей степени (P < 0,05), чем F1 + KO + МДП. Существенное возрастание числа активированных CD3+CD8+-клеток у мышей, получивших F1 + KO и F1 + KO + тДНК, выявлено на 21-е сутки, в то время как F1 + KO + МДП не оказывает влияния на экспрессию CD25 цитотоксическими Т-лимфоцитами.
При анализе уровня экспрессии CD25 моноцитами/макрофагами крови установлено, что соче-танное применение препарата F1 + КО с тДНК или МДП приводит к снижению их содержания в ранние сроки наблюдения (3-и сутки) по сравнению с контролем (P < 0,01).
Корреляционный анализ показал взаимосвязь количества лейкоцитов с моноцитами (rs = 0,61, P = 0,003), нейтрофилами (rs = 0,64, P = 0,001), эозинофилами (rs = 0,56, P = 0,01) и лимфоцитами (rs = 0,98, P = 0,0001), а также Т-лимфоцитами (rs = 0,87, P = 0,0001), Т-хелперами (rs = 0,88, PS= 0,0001), CD3+CD4+CD8+ (rs = 0,50, P = 0,02) и CD3+CD4-CD8- (rs = 0,65, P = 0,0008) у экспериментальных животных, получивших F1 + КО. Следует отметить, что у мышей группы 2 количественный показатель лейкоцитов крови коррелирует только с содержанием лимфоцитов (rs = 0,51, P = 0,02), а у мышей группы 3 - с содержанием нейтрофи-лов (rs = 0,67, P = 0,008), лимфоцитов (rs = 0,75, P = 0,003), Т-лимфоцитов (rs = 0,61, P = 0S,02), ци-тотоксических Т-лимфоцитов (rs = 0,61, P = 0,001) и CD3+CD4-CD8- (rs = 0,56, P =Ъ,001). При анализе взаимосвязей между субпопуляциями лимфоцитов установлены прямые корреляционные связи относительных количественных показателей Т-лимфоцитов с CD3+CD4+ (rs = 0,94; 0,90 и 0,91, P = 0,0001) и CD3+CD8+-клетками (rs = 0,51; 0,45 и 0,56, P < 0,05) у мышей, иммунизированных экспериментальными препаратами, а также абсолютных значений CD3+ - CD3+CD4+ (r = 0,96; 0,89 и 0,96,
\ S 7 7 7 7 7
P = 0,0001) и CD3+ - CD3+CD8+-клетками (rs = 0,90; 0,67 и 0,81, P < 0,001) и CD3+CD4+ - CD3+CD8+ (rs = 0,82; 0,79 и 0,74, P < 0,001).
У мышей, иммунизированных F1 + KO в сочетании с тДНК, зарегистрирована также корреляция содержания моноцитов, экспрессирующих CD25, с нейтрофилами (rs = 0,52, P = 0,01 и rs = 0,56, P = 0,008 соответственно).
Интересен факт, что у мышей группы 2 выявлена корреляционная связь нейтрофилов с CD3+CD4+CD25+ (rs = -0,45, P = 0,04) и CD3+CD25+ (rs = -0,52, P = 0,01), а группы 3 - с CD3+CD8+CD25+ (rs = -0,62, P = 0,02), в то время как у мышей, получивших F1 + KO, подобная корреляция отсутствует.
Нами было показано наличие корреляционной связи незрелых популяций Т-лимфоцитов
(CD3+CD4-CD8, CD3+CD4+CD8+) с активированными клетками у мышей, иммунизированных F1 + КО в сочетании с МДП или тДНК. Так, содержание CD3+CD4-CD8--клеток коррелирует с количеством CD3+CD4+CD25+-клеток + КО + тДНК: гз = 0,46, Р = 0,04 и F1 + КО + МДП: гз = 0,59, Р = (0,02), а у мышей, иммунизированных F1 + КО, содержание CD3+CD4+CD8+ и CD3+CD4-CD8- - с числом активированных моноцитов (гз = 0,45, Р = 0,04 и Г8 = 0,61, Р = 0,01). Показана корреляционная взаимосвязь абсолютного содержания CD3+CD4+CD8+- клеток с CD3+CD4+- и CD3+CD8+-клетками (F1 + КО - гз = 0,52, Р = 0,01 и г8 = 0,60, Р = 0,003; F1 + КО + тДНК: гз =
0.46, Р = 0,04 и г8 = 0,58, Р = 0,01; F1 + КО + МДП: гз = 0,82, Р = 0,0001 и г8 = 0,72, Р = 0,003). '
Множественные корреляционные связи между популяциями лейкоцитов у мышей, иммунизированных экспериментальными препаратами, указывают на повышение сопряженности между клетками иммунной системы и свидетельствуют об интенсивной иммунной реакции.
Таким образом, комплексный препарат на основе F1-антигена и КО, а также его сочетанное применение с тДНК или МДП способствуют пролиферации предшественников тканевых макрофагов и гранулоцитов, что согласуется с ранее полученными нами данными о стимулирующем влиянии этих компонентов на продукцию цитоки-нов и гранулоцитарно-моноцитарного колониести-мулирующего фактора (GM-CSF) [11].
Увеличение содержания Т-хелперов, экспрессирующих CD25, при иммунизации мышей экспериментальными препаратами также указывает на повышение пролиферативной активности этих клеток. Данное обстоятельство, на наш взгляд, является важным, поскольку возбудитель чумы блокирует ключевые барьерные механизмы системы врожденного иммунитета и препятствует формированию макроорганизмом полноценного адаптивного иммунитета. При этом комплексный препарат на основе F1-антигена и клеточных оболочек в сочетании с адъювантами (тДНК чумного микроба, МДП), обладающий способностью стимулировать ^2-, NLR2-, ^9- и ^4-рецепторы [11, 12] и повышать резистентность макроорганизма [13], обеспечивает целенаправленное действие на иммунную систему макроорганизма и может использоваться для создания эффективной вакцины, способной активировать врожденный иммунитет и стимулировать формирование адаптивного иммунного ответа организма.
Выводы
1. Повышение содержания незрелых популяций Т-лимфоцитов (CD3+CD4-CD8, CD3+CD4+CD8+), а также наличие корреляционной связи этих клеток с активированными Т-лимфоцитами и моноцитами указывает на их участие в реакциях адаптивного иммунитета к экспериментальным препаратам.
2. МДП и тДНК возбудителя чумы увеличивают перспективности использования этих иммуно-иммунологическую эффективность субклеточ- модуляторов в качестве адъювантов при конных фракций чумного микроба, что говорит о струировании химических вакцин против чумы.
Литература
1. Дубровина В.И. Механизмы фагоцитоза и его роль при формировании резистентности организма к возбудителям чумы, псевдотуберкулеза и туляремии (экспериментальное исследование): Дис. ... д-ра. биол. наук. Иркутск; 2004: 261.
2. Бывалов А.А., Кутырев В.В. Современное состояние проблемы совершенствования средств вакцинопрофилактики чумы. Журн. микробиол., эпиде-миол. и иммунобиол. 2011; 2: 97 - 104.
3. Витязева С.А., Балахонов С.В., Дубровина В.И., Марков Е.Ю., Половинкина В.С. Актуальные вопросы совершенствования специфической профилактики чумы и сибирской язвы. Эпидемиология и Вакцинопрофилактика. 2013; 4: 63 - 66.
4. Бугоркова С.А., Девдариани З.Л., Щуковская Т.Н., Кутырев В.В. Исторические и современные представления о проблеме специфической профилактики чумы. Проблемы особо опасных инфекций. 2013; 3: 63 - 69.
5. Бывалов А.А., Кутырев В.В. Опыт использования антигенов Yersinia pestis для разработки чумной химической вакцины. Пробл. особо опасных инф. 2010; 4: 47 - 50.
6. Марков Е. Ю., Половинкина В.С. Структура и иммуноадъювантные свойства CpG-ДНК. Медицинская иммунология. 2010; 12 (6): 469 - 476.
7. Николаев В.Б., Иванова Т.А., Половинкина В.С., Саппо С.Г., Попова Ю.О., Марков Е.Ю. и др. Способ получения иммуногенного препарата из Yersinia pestis EV. Патент РФ № 2248217; 2003.
8. Нактинис В.И., Малеева Н.Е., Санько Д.Ф. Два простых метода выделения ДНК из различных источников с применением цетавлона. Биохимия. 1977; 42 (10): 1783 - 1789.
9. Clausen J., Vergeiner B., Enk M., Petzer A.L., Gastl G., Gunsilius E. Functional significance of the activationassociated receptor СD25 and CD69 on human NK-cells and NK-like T-cells. Immunobiology. 2003; 207 (2): 85 - 93.
10. Lin J., Weiss A. T cell receptor signaling. J. Cell Sei. 2001; 114: 243, 244.
11. Половинкина В.С., Корнева А.В., Козулина К.Ю., Коновалова Ж.А., Дубровина В.И. и др. Влияние субклеточных фракций чумного микроба на продукцию цитокинов иммунокомпетентными клетками белых мышей. Бюл. ВСНЦ СО РАМН. 2011; 3: 217 - 221.
12. Konovalova Z.A., Dubrovina V.I., Markov E.Yu., Nikolaev V.B., Voitkova V.V., Ivanova Т.А. et al. Influence of Yersinia pestis subcellular fractions on functional state of bactericidal system of phagocytes in vitro. The International Conference "Current issues on zoonotic diseases". Ulaanbaatar, 2010: 236 - 241.
13. Markov E.Yu., Nikolaev V.B., Ivanova T.A., Golubinsky E.P., Innokenteva T.I., Dubrovina V.I. et al. Protective activity of Yersinia pestis EV antigenic complex with the immunostimulators and combined use of doxycyclin. Scientific Journal of Center for Infectious Diseases with Natural Foci. Ulaanbaatar, 2005: 176 - 184.
References
1. Dubrovina V.I. Phagocytosis mechanisms and its role in resistance formation to Yersinia pestis, Yersinia pseudotuberculosis and Francisella tularensis (experimental studying)% PhD of biol. sci. diss. Irkutsk, 2004: 261 (in Russian).
2. Byvalov A.A., Kutyrev V.V. Current state of problem of improving tools for plague vaccine prophylaxis. Zh. Mikrobiol., Epidemiol. and Immunobiol. 2011; 2: 97 - 104 (in Russian).
3. Vityazeva S.A., Balakhonov S.V., Dubrovina V.I., Markov E.Yu., Polovlnklna V.S. Actual problems of plague and anthrax prevention improvement. Epidemiology & Vaccinal Prevention. 2013; 4: 63 - 66 (in Russian).
4. Bugorkova S.A., Devdariani Z.L., Shchukovskaya T.N., Kutyrev V.V. Historical and modern views on the problem of specific plague prophylaxis. Probl. Osobo Opasn. Infek. 2013; 3: 63 - 69 (in Russian).
5. Byvalov A.A., Kutyrev V.V. The experience of application of Yersinia pestis antigens for plague chemical vaccine development. Probl. Osobo Opasn. Infek. 2010; 4: 47 - 50 (in Russian).
6. Markov E.Yu., Polovinkina V.S. Structure and immunoadjuvant properties of CpG-DNA. Meditsinskaya immunologia. 2010; 12 (6): 469-476 (in Russian).
7. Nikolaev V.B., Ivanova T.A., Polovinkina V.S., Sappo S.G., Popova Ju.O., Markov E.Ju. et al. Method for preparing immunogenic preparation from Yersinia pestis EV. Patent RF, N 2248217; 2003 (in Russian).
8. Naktinis V.I., Maleeva N.E., San'ko D.F. Two simple methods for DNA extraction from various sources using cetavlone. Biokhimia. 1977; 42 (10): 1783 - 1789 (in Russian).
9. Clausen J., Vergeiner B., Enk M., Petzer AL, Gastl G, Gunsilius E. Functional significance of the activationassociated receptor СD25 and CD69 on human NK-cells and NK-like T-cells. Immunobiology. 2003; 207 (2): 85 - 93.
10. Lin J., Weiss A. T cell receptor signaling. J. Cell Sei. 2001; 114: 243 - 244.
11. Polovinkina V.S., Korneva A.V., Kozulina K.Yu., Konovalova Z.A., Dubrovina V.I., Markov E.Yu. et al. Influence of Yersinia pestis subcellular fractions on cytokines production in immune cells of murine. Bulletin of the East-Siberian scientific center. 2011; 3: 217 - 221 (in Russian).
12. Konovalova Z.A., Dubrovina V.I., Markov E.Yu., Nikolaev V.B., Voitkova V.V., Ivanova Т.А. et al. Influence of Yersinia pestis subcellular fractions on functional state of bactericidal system of phagocytes in vitro. The International Conference «Current issues on zoonotic diseases». Ulaanbaatar, 2010: 236 - 241.
13. Markov E.Yu., Nikolaev V.B., Ivanova T.A., Golubinsky E.P., Innokenteva T.I., Dubrovina V.I. et al. Protective activity of Yersinia pestis EV antigenic complex with the immunostimulators and combined use of doxycyclin. Scientific Journal of Center for Infectious Diseases with Natural Foci. Ulaanbaatar, 2005: 176 - 184.
ПозДРАВляЕМ членов редсовета журнала николая Ивановича БРИКо и олега Ивановича КИСЕлЕВА с присвоением им почетного звания «заслуженный деятель науки Российской Федерации»!
УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «О награждении государственными наградами Российской Федерации«
< ... > Присвоить почетные звания:
< ... > «ЗАСЛУЖЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ«
< ... > БРИКО Николаю Ивановичу - доктору медицинских наук, профессору, заведующему кафедрой государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М.Сеченова»
< ... > КИСЕЛЕВУ Олегу Ивановичу - доктору биологических наук, профессору, директору федерального государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт гриппа», город Санкт-Петербург
Президент Российской Федерации В.Путин Москва, Кремль, Указ от2 мая 2014 года № 290