УДК 821 (470+571). 09
ББК 83.3 (2 Рос)
М 22
Мамий Р.Г.
Доктор филологических наук, главный научный сотрудник Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований им. Т.М. Керашева, e-mail: arigi@mail.ru
Чанкаева Т.А.
Доктор филологических наук, профессор Института Дружбы народов Кавказа, г. Ставрополь, e-mail: tchankaeva@mail.ru
От анализа к историческому обобщению
(Рецензирована)
Аннотация:
Рассматриваются вопросы критической и литературоведческой деятельности известного ученого А.А. Схаляхо. Ставится задача отразить формирование эстетических взглядов, выработку методологии и разные этапы деятельности ученого. Цель, таким образом, исследовать все творчество известного деятеля литературы и представить его законченный творческий портрет. Выявляются особенности формирования исследовательского мастерства А. Схаляхо, его движение от описательной манеры к аналитическому стилю и теоретическому обобщению. Устанавливается такая важнейшая черта творчества, как стремление ввести в национальную литературу разных творческих работников и объединить ее таким образом в единый художественно-эстетический процесс. На основе сравнительно-исторического и сравнительно-типологического методов исследования автор приходит к выводу о том, что творческая деятельность А. А. Сха-ляхо способствует отражению особенностей формирования и развития национальных черт адыгских литератур, рассматриваемых в контексте отечественного искусства слова.
Ключевые слова:
Литературоведческая деятельность, эстетические взгляды, исследовательское мастерство, новописьменные литературы, аналитический стиль, теоретическое обобщение, литература диаспоры, история и современность, устное творчество, традиции и новаторство.
Mamiy R.G.
Doctor of Philology, Chief Researcher of the Adyghe Republican Research Institute for the Humanities named after T.M. Kerashev, e-mail of arigi@mail.ru
Chankayeva ХА.
Doctor of Philology, Professor of Institute of Friendship of the Caucasus People, Stavropol, e-mail: tchankaeva@mail.ru
From the analysis to historical generalization
Abstract:
Questions of critical and literary activity of the famous scientist A.A. Skhalyakho are considered. The task is set to reflect formation of esthetic views, development of methodology and different stages of activity of the scientist. The purpose, thus, is to investigate the creativity of the famous figure of literature and to present his finished creative portrait. Features of
formation of research skill of A. Skhalyakho, his movement from a descriptive manner to analytical style and theoretical generalization are revealed. Such major line of creativity is established as aspiration to enter various creative specialists into national literature and to unite it in a single art and esthetic process. On the basis of comparative-historical and comparative-typological methods of research the author comes to a conclusion that creative activity of A.A. Skhalyakho promotes reflection of features of formation and development of national traits of the Adyghe literatures considered in the context of domestic art of the word.
Keywords:
Literary activity, esthetic views, research skill, new written literatures, analytical style, theoretical generalization, literature of diaspora, history and present, folklore, traditions and innovation.
Зарождению, становлению, развитию, современному состоянию адыгских литератур в их совокупности и взаимосвязей с учетом и адыгского зарубежья всегда уделялось и сегодня уделяется немало внимания. Одно перечисление имён учёных, чьи научные интересы сосредоточены на этом, заняло бы немало места. Тем не менее, трудно не назвать Х.Хапсирокова, З. Налоева, Л. Бекизову, А. Схаляхо, А. Хаку-ашева, А. Алиеву, Р. Хашхожеву, Ш. Хута, К. Шаззо, А. Гутова, А. Мусукаеву, Х. Бакова, Ю. Тхагазитова, У Панеша, Х. Тимижева, К. Паранук, М. Хакуашеву и многих других.
Среди них вряд ли найдется человек, который так или иначе не касался бы всех трех основных составляющих частей литературоведческой науки - теории, истории литературы, литературной критики. К наиболее активным из них относится доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований им. Т.М. Керашева Абубачир Адышесович Схаляхо. Следует выделить его как историка адыгейской литературы, глубокого знатока адыгского духовного богатства, мифологии и нарт-ского эпоса, всего фольклора как основы сложившейся в XX веке новописьменной адыгской литературы.
Конечно, как и все другие литературоведы, он отдал дань периоду после 1917 года, зарождению, становлению и развитию, идеологии и структурным особенностям советской литературы, оказавшей
глубокое воздействие на адыгейскую литературу, как и на все начинающие молодые национальные литературы советского периода. Но при анализе этих проблем у него были свои подходы и методы.
Его научные труды на начальном этапе исследовательской работы оформились не только в виде отдельных статей и небольших книг, но и как диссертационная работа в начале 1966 года под названием «Пути развития адыгейской литературы». Здесь появились нестандартные подходы к зарождению и становлению молодой адыгейской литературы, которые не понравились некоторым деятелям литературы. Это сильный акцент в главе «У истоков адыгейской советской литературы» на писателях-просветителях XIX века, которые были не в почете в идеологической и культурной жизни в первые десятилетия советской власти. Кроме того, А. Схаляхо называл имена некоторых крупных деятелей нашей культуры, литературы и искусства 20 - 30-х годов - С. Сию-хова, Б. Кобле, особенно И. Цея, да и других, незаслуженно обвиненных в том, что были слишком уж «национальны» в своих идеях. Особую раздражительность вызывало у некоторых активная позиция А. Схаляхо по отношению к творчеству И. Цея, монографическое исследование по которому вошло в диссертацию как самостоятельный раздел. Трудно было уйти от очевидного факта о том, что диссертационный труд был первым серьезным шагом в осмыслении и обобщении истоков
и факторов, условий и предпосылок зарождения и становления молодой адыгейской литературы, характерных её черт на начальных этапах её развития. Это позже подтвердило и издание в 2000-м году однотомника «Избранных произведений» И. Цея, подготовленного А. Схаляхо. Это свидетельствовало и о том, что А. Сха-ляхо владеет огромным архивным материалом, многочисленными фактами, неопубликованными произведениями некоторых писателей старшего, особенно довоенного поколения. Он тщательно собирал материалы о жизни и деятельности, забытые произведения Б. Кобле, Довлет-хан Натхо, Р. Меркицкого и другие. Некоторые уже опубликованы.
О том, что А. Схаляхо прежде всего историк литературы, свидетельствовала большая монография об идейно-художественном становлении адыгейской литературы. изданная в 1988 году [1]. А до этого и по этой же проблематике в 1986 году в г. Тбилиси он защитил докторскую диссертацию. И монография, и диссертация получили высокую оценку в многочисленных отзывах и рецензиях, в которых подчеркивалось, что они явились плодотворным итогом многолетней собирательской и исследовательской работы А. Схаляхо, крупным вкладом в науку о новописьменных литературах. Обращает на себя внимание и временной промежуток, охваченный в этих работах (1830-1980 годы). Это означало, что автор поставил перед собой сложную и трудную задачу исследовать адыгейскую литературу как единую и целую идейно-эстетическую систему на протяжении полутора веков, не ставя непреодолимой классовой, идеологической стены между духовным наследием адыгов до 1917 года и молодой новописьменной литературой после него. Это потребовало не только обобщить многочисленные труды о становлении и развитии литературы, но и вести активный поиск новых фольклорных, архивных, историко-этнографических
и иных материалов, малоизвестных или совсем неизвестных дореволюционных произведений. Прав был К. Шаззо, когда писал, что главным достоинством работ А. Схаляхо являлось то, что «он отказался от устаревших концепций литературного процесса в Адыгее и сосредоточил свое внимание на исследовании дореволюционной адыгейской литературы как неотъемлемой части художественного наследия народа» [2: 686].
Эти слова в полной мере подтвердились последующими исследованиями и выводами А. Схаляхо, в основу которых легли анализ и обобщения произведений устной литературы, взятых из разных эпох, жанров, мифологии, нарт-ского, сказочного эпоса, сказаний и т. д. Естественно, что он сосредоточил внимание на адыгском героическом нартском эпосе, подчеркнув, что в его произведениях «сосредоточен весь арсенал устно-поэтического творчества адыгов... и это является неиссякаемым источником, питающим корни национального эстетического мышления» [1: 10].
Когда автор пишет, что «устно-поэтическое творчество адыгов богато высокохудожественными и высокоидейными песнями, большими эпическими произведениями и сказками, отражающими их воззрения, черты национального характера, старинный быт, в них воплощены думы, чаяния и нужды.» [1: 18], он опирается на образцы Саусарыко, Шабат-ныко, Патареза, Тлепша, Есымыко Есхо-та, Чэчаныко Чэчана и других широко известных героев из старинных историко-героических песен. Среди них - песни об Айдамыркане, Мафоко Урысбие, Тугузуко Кызбэч1, Коджэбэрдыко Мыхамэте, Хана-хоко Кымчэрые и многие другие. Некоторые из них автор анализирует как полноценные художественные произведения. И весь этот документально-сказочный эпос заканчивает словами М. Горького: «Ценность адыгейских сказок увеличивается еще и тем, что в них зло везде побеждено.
Это хорошее свидетельство о здоровье народа» [3]. Продолжая мысль сам А. Схаляхо пишет: «В лучших произведениях адыгского фольклора воплощены национальные особенности, характерные черты и качества, быт и нравы адыгов, правила общественного поведения - адыгэ хабзэ, являющегося моральным кодексом адыгского народа, выработанного веками» [1: 15]. Именно они определили в последующем национально-художественную, морально-нравственную особенность будущей адыгской профессиональной литературы.
Отслеживая эти проблемы, А. Сха-ляхо вводит в научный оборот теоретическое понятие «адыгейская устная литература индивидуального творчества». В названной выше монографии имеется целый раздел, посвященный формированию этой литературы. Ученый вернул в адыгейскую литературу имена полутора десятка устных талантливых литераторов-импровизаторов, начиная с 40-х годов XIX века. В их числе Осмэн Шапсугский, Лилюх Слепой, Татаршау Цей, Хаджиби-еко Юсуф, Хамакоко Хапит (Бэчый Ху-сен) Сэлэчэрыеко Дэгу (Едиджи Магомет), Джанчатэ Куйнеш, Аутлев Тхайшау, Пшизов Батут, Туов Шарабук, Гучетль Га-жуан, Тугуз Шаочас и другие. Замыкает этот ряд эпохой и именем Цуга Теу-чежа. Из-за отсутствия письменности их произведения в основном существовали в устном виде. Но А. Схаляхо анализирует их на литературно-профессиональном уровне. В I том «Истории адыгейской литературы» на адыгейском языке включены творческо-биографические статьи, посвященные 15-ти из них, начиная с Ше-ретлуко Магомета и кончая Цугом Теуче-жем [6: 42 - 87]. Обращает на себя внимание песня о бесстрашном герое Тугу-зуко Кизбече, сочиненная Осмэном Шап-сугским. О ней знали, её пели чуть ли не все адыги, о ней писал и небезызвестный Джеймс Белл в своих дневниках. Не менее знаменита была и другая песня, сочиненная Лелюхом Слепым и посвященная
Мафоко Урысбию. Наибольшее внимание автор уделяет Татаршао Цею, чье творчество, особенно его песня «Намаз наиба» были популярны в народе в период Кавказской войны и вдохновляли на освободительную борьбу.
Обращаясь к отдельным изданиям, «Следует назвать книгу «Шъыпкъагъэр -шэтапкъ» («Правда жизни - мера творчества») [4]. В этой книге в связи с зарождением и вопросами национального языка, алфавитов и письменности А. Схаля-хо возвращается к древним годам, к фактам из жизни адыгов, особенно к периоду мамлюков в Египте, к героическому нарт-скому эпосу, историческо-героическим песням, более конкретно останавливается на XIX - начале XX веков, считая, что зарождение адыгейской литературы, хоть и на других языках, особенно на русском, относится к этому периоду. В книге есть отдельные главы, развивающие и раскрывающие эту мысль.
Чтобы больше и лучше ознакомиться с другими произведениями устного творчества и их авторами, можно обратиться и к отдельной книге А. Схаля-хо «Немеркнущие звезды» [5]. Книга эта включает в себя много новых материалов, разысканных автором-составителем в архивах АРИГИ, в изданиях 20 - 30-х годов и переписанных с алфавитов на арабской и латинской основах, записанных самим А. Схаляхо от различных сказителей-информаторов. Большинство произведений сопровождается основательными историко-литературными комментариями и другим научно-справочным материалом. В целом же книга является крупным вкладом в адыгскую фольклористическую науку, в историю зарождения и становления литературы, уникальным подбором жемчужин поэтического и эпического творчества народа.
Многие публикации А. Схаляхо по проблемам зарождения и становления адыгейской литературы и значению в этом фольклора, устного творчества, кро-
ме названных и неназванных книг, размещены на страницах газет, журналов, научных сборников. Но наиболее полно и обобщенно они вошли в «Историю адыгейской литературы», изданной в разные годы на русском и адыгейском языках [6].
Когда мы говорим об истории адыгейской, а точнее адыгских литератур, как о составных неотъемлемых частях, мы должны иметь в виду и литературу зарубежных адыгов, которые тоже создают с древнейших времен устную и письменную литературу на других языках - арабском и турецком - в Египте, Турции, Сирии, Иордании и других странах, в которых они оказались в силу различных, чаще всего военных обстоятельств. Многие произведения ещё существуют только на языках названных стран, но и переведенных и опубликованных на адыгейском немало. Эта литература стала предметом отдельного изучения в Адыгейском государственном университете на факультете адыгейской филологии и культуры. И здесь без неустанной преподавательской работы, кропотливой исследовательской деятельности А.А. Схаляхо не обошлось. Он давно занимался поисками материалов, произведений из адыгского зарубежья, публиковал их в газетах и журналах. И в 2014 году осуществил их отдельное издание в двух книгах как учебника-хрестоматии под названием «Адыгэ хэ-хэсхэм ялитератур» [7]. Книга эта содержит богатейший материал для студентов. Она представляет значительный интерес для всех тех, кто интересуется историей, культурой, духовным наследием наших соотечественников, сегодняшним состоянием культуры, литературы и искусства.
А. Схаляхо делает такое лирическое отступление: «Я не историк, но без национальной истории об устной песне и письменной литературе говорить невозможно» [7: 3]. Оправдывая эту мысль, он вводит в свои исследования интересные события из социально-политической и духовно-нравственной жизни адыгов
прошедших столетий, а то и тысячелетий. Он разыскал немало фактов, материалов об истории предков адыгов (синдов, ме-отов), живших в VI - V веках до нашей эры, о правлении черкесских мамлюков в Египте в течение 135 лет, о 22 правителях, вышедших из адыгов. Ещё исстари адыги сравнивали народных героев и песнет-ворцев. Среди адыгских мамлюков-царей нашлись и такие. Среди них выделяется последний царь Туманбей, который оставил свой след в художественной летописи народа. И о нем самом сложены песни-плачи. И не только о нем. Стоит обратиться к сказанию «Песня-плач адыгских царей», да и к другим произведениям, чтобы убедиться в этом. В названной книге целые очерки о жизни и деятельности, о творчестве царей Баркока, Каитбея, Кан-савгура, Туманбея и других.
Опускаясь ниже по столетиям, автор углубляется во многие события, факты, творческие личности XVIII - XIX веков, особенно времен и последствий Кавказской войны. Конечно, внимание автора охватывает трагические события этой жестокой войны, разбросавшей адыгов по всему свету. Но он больше сосредотачивается, как отмечается в книге, на отражении героизма мужественных сынов народа, национально-просветительско-духовной жизни, на творчестве адыгов, разбросанных по многим странам. И они, и их предки и наследники оставили свой неизгладимый след в истории зарубежных адыгов, в их литературе, культуре, во всей духовной жизни. Однако перечисление их имен, приводимых в книге, здесь заняло бы много места. Но невозможно не назвать Махмуда Сами аль-Баруди, Хагура Ахмед-Мидхата, Омера Сейфеддина, Тымэ Сей-на, Батоко Харуна, Самгуга Амина, ближе к нашему времени - Берзеджа Сафера, Дэгуф Салахдина и других. А кто не знает творящего и живущего в Адыгее Енамуко Мэулида, живущего в США Натхо Кадыра. В первом томе, хотя и коротко, сжато, но даются биографическо-творческие очерки
о них, а во втором томе опубликованы многие их произведения.
Следует подчеркнуть, что после упоминания о Хан-Гирее, Шоре Ног-мове, Султане Адыль-Гирее, А. Кеше-ве (Каламбие), Кази Атажукине и других писателях-просветителях, писавших в XIX веке на русском языке, А. Схаляхо дает краткий очерк о таких писателях конца XIX до 1917, среди которых Ю. Ах-матуков, Довлет-Гирей Султан, Ибрагим Цей, Сафербий Сиюхов и других, которые стояли у самых истоков новописьменной литературы на адыгейском языке. Он вложил немало энергии в исследование этой литературы. Об этом свидетельствует названная выше «История адыгейской литературы» на русском и адыгейском языках - все три тома обоих изданий.
Занимаясь исследованием адыгейской литературы не только прошлых ве-
ков, других социально-экономических эпох, А. Схаляхо сделал немало по осмыслению творчества адыгейских писателей советского периода. Об этом написано тоже немало. Он никогда не забывает, что «преемственность национальных художественных традиций, освоение и творческое обогащение накопленного предшественниками идейно-эстетического опыта обеспечивает поступательное развитие любой национальной литературы» [8: 70]. Литературный критик и литературовед, страстный публицист, очеркист и переводчик, глубокий знаток истории и теории литературы, художник слова, Абу Схаляхо снискал уважение и почет у многочисленных читателей. Его книги посвящены актуальным проблемам жизни, в них он показал сложность и многообразие социальной и духовной жизни своего народа.
Примечания:
1. Схаляхо А.А. Идейно-художественное становление адыгейской литературы. Майкоп: Адыг. отд. Краснодар. кн. изд-ва, 1988. С. 288.
2. Шаззо К.Г. XX век: эпоха и человек. Размышления об отечественной литературе двадцатого столетия. Майкоп, 2006. 806 с.
3. Воспроизводится по книге Максимов П.Х. Воспоминания о Горьком. Ростов н/Д, 1968. С. 104.
4. Шъхьэлэхъо А. Шъыпкъагъэр - шэтапкъ = Правда жизни - мера творчества: лит.-крит. ст. [На адыг. яз.]. Майкоп: Адыг. отд. Краснодар. кн. изд-ва, 1990. 192 с.
5. Мык1осэрэ жъуагъохэр = Немеркнущие звезды. Майкоп: Меоты, 1994. 336 с.
6. История адыгейской литературы. Т. 1. Майкоп: Меоты, 1999. 523 с.; Адыгэ лите-ратурэм итхыд = История адыгейской литературы. Т. I. Майкоп: Адыг. кн. изд-во, 2008. 548 с.
7. Шъхьэлэхъо А. Адыгэ хэхэсхэм ялитератур = Литература зарубежных адыгов: в 2 ч.: учеб.-хрест. Майкоп: Изд-во АГУ, 2014. Ч. 1. 273 с.; Ч. 2. 318 с.
8. Чамоков Т.Н. О преемственности и новаторстве в системе адыгской новописьменной прозы // Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. Филология и искусствоведение. Майкоп, 2011. Вып. 4 (90). С. 69-73.
References:
1. Skhalyakho A.A. The ideological and artistic formation of Adyghe literature. Maikop: Adyghe Dep. of Krasnodar publishing house, 1988. 288 pp.
2. Shazzo K.G. The 20th century: an epoch and a man. Reflections on Russian literature of the twentieth century. Maikop, 2006. 806 pp.
3. Reproduced on the book by Maksimov P.Kh. Memories of Gorky. Rostov-on-Don, 1968. 104 pp.
4. Шъхьэлэхъо А. Шъыпкъагъэр - шэтапкъ = The truth of life - a measure of creativity: a literary critical art. [In the Adyghe lang.]. Maikop: Adyghe Dep. of Krasnodar publishing house, 1990. 192 pp.
5. Мык1осэрэ жъуагъохэр = Immortal stars. Maikop: Meoty, 1994. 336 pp.
6. History of Adyghe literature. V. 1. Maikop: Meoty, 1999. 523 pp.; Адыгэ литературэм ит-хыд = History of Adyghe literature. V. I. Maikop: Adyghe publishing house, 2008. 548 pp.
7. Шъхьэлэхъо А. Адыгэ хэхэсхэм ялитератур = Literature of foreign Adyghes: in 2 parts: a reader. Maikop: ASU publishing house, 2014. Part 1. 273 pp.; Part 2. 318 pp.
8. Chamokov T.N. On continuity and innovation in the system of Adyghe new-written prose // Bulletin of Adyghe State University. Ser. Philology and the Arts. Maikop, 2011. Iss. 4 (90). P. 69-73.