НЕИЗВЕСТНЫЙ ДОСТОЕВСКИЙ
2020 № 3
DOI: 10.15393/10^.2020.4821 УДК 821.161.1+070
О. В.Захарова
Петрозаводский государственный университет (Петрозаводск, Российская Федерация) ovzakh05@yandex.ru
«Осёл в квадрате», или Кто первым назвал Достоевского гением?*
Аннотация. В статье рассматриваются литературные обстоятельства дебюта Ф. М. Достоевского. Они получили отражение в переписке и воспоминаниях, в литературной полемике современников. Достоевский был одним из немногих русских писателей, кого критики задолго до публикации первого романа удостоили звания гения. В связи с этим актуален вопрос, кто назвал его гением? Впервые это слово произнес В. Г. Белинский, но печатно ни он, ни его соратники не объявляли Достоевского гением. За них это сделала молва. Она оказалась действеннее печатного слова. Слух о «необыкновенном таланте» и «новом гении» спровоцировал противников В. Г. Белинского: Ф. В. Булгарина, О. И. Сен-ковского, Л. В. Бранта, С. П. Шевырева и др. Пытаясь убедить читателей в бездарности юного дарования, они, сами того не желая, произвели Достоевского в гении, представили это как факт. Спустя два года Белинский отказался от своего открытия «Достоевского-гения», назвал себя «ослом в квадрате», но пересмотр личных отношений уже никак не повлиял на литературную судьбу писателя. Скандал и полемика по поводу романа «Бедные люди» упрочили славу Достоевского.
Ключевые слова: Ф. М. Достоевский, В. Г. Белинский, Ф. В. Булгарин, Л. В. Брант, Н. А. Некрасов, новый Гоголь, гений, «Бедные люди», литературная критика, полемика
Об авторе: Захарова Ольга Владимировна — кандидат филологических наук, доцент кафедры классической филологии, русской литературы и журналистики Института филологии, Петрозаводский государственный университет (пр. Ленина, 33, г. Петрозаводск, Российская Федерация, 185910) Дата поступления: 10.06.2020 Дата публикации: 30.09.2020
Для цитирования: Захарова О. В. «Осёл в квадрате», или Кто первым назвал Достоевского гением? // Неизвестный Достоевский. — 2020. — № 3. — С. 20-30. Б01: 10.15393/Д0. art.2020.4821
Обстоятельства дебюта Ф. М. Достоевского хорошо известны. Они описаны в мемуарной литературе, отражены в прижизненной критике, в обстоятельном обзоре К. И. Чуковского [Чуковский], в статьях и монографиях исследователей [Кирпотин], [Фридлендер: 470-478], [Рак, Фридлен-дер: 660-673, 676-678], [Захаров, 1995: 618-625], [Баршт] и др. Вместе с тем некоторые детали остаются непроясненными, в частности такой ключевой вопрос: когда и кто впервые назвал Достоевского гением?
В мае 1845 г. Достоевский отдал роман «Бедные люди» в альманах Н. А. Некрасова «Петербургский сборник». Роман восхитил всех, кто читал рукопись: Д. В. Григоровича, Н. А. Некрасова, В. Г. Белинского, И. И. Панаева и др. Слух о «новом Гоголе» разнесся по литературному Петербургу, но печатные отзывы о романе появились лишь в январе 1846 г.
В письмах к брату Михаилу Федор Достоевский неоднократно писал о своем успехе в кружке В. Г. Белинского. Например, в письме от 16 ноября
© О. В. Захарова, 2020
1845 г. он отметил: «Все меня принимают как чудо. Я не могу даже раскрыть рта, чтобы во всех углах не повторяли, что Достоев<ский> то-то сказал, Достоев<ский> то-то хочет делать. Белинский любит меня как нельзя более. <...> откровенно тебе скажу, что я теперь упоен собствен<ной> славой своей»1.
В этом упоении славой Достоевский жил с мая 1845 по март 1846 г.
Е. И. Кийко установила, что первым скрытым упоминанием Достоевского была рецензия Белинского на стихотворения Петра Штавера, опубликованная в июльском номере «Отечественных записок» в 1845 г. По ее мнению, критик написал рецензию «не столько ради разбора не имеющих никакого эстетического значения стихотворений начинающего автора, сколько для того, чтобы высказать свои мысли по поводу насущных задач русской литературы» [Кийко: 107]. Имя Достоевского в рецензии не названо, но суждения критика о литературе высказаны под впечатлением от «Бедных людей».
Первое упоминание имени Достоевского в печати связано не с романом «Бедные люди», а с повестью «Двойник», публикация которой была анонсирована в рубрике «Библиографические и журнальные известия» декабрьского номера журнала «Отечественные записки» за 1845 г. (цензурное разрешение от 30 ноября, вышел в свет 2 декабря) (см.: [Захарова: 67]).
В январском номере этого журнала, вышедшем 2 января 1846 г. (цензурное разрешение от 31 декабря 1845 г.), Белинский объявил о «новом литературном имени»:
«...наступающш годъ, — мы знаемъ это наверное, — долженъ сильно возбудить внимаше публики однимъ новымъ литературнымъ именемъ (здесь и далее полужирным выделено мной. — О. З.), которому, кажется суждено играть въ нашей литература одну изъ такихъ ролей, каюя даются слишкомъ-немногимъ. Что это за имя, чье оно, чемъ занимательно, — обо всемъ этомъ мы пока умолчимъ, темъ более, что все это сама публика узнаетъ на-дняхъ»2.
Дебютная интрига завершилась 1 февраля 1846 г. В этот день вышел очередной номер «Отечественных записок» (цензурное разрешение от 31 января 1846 г.), в котором Белинский наконец назвал имя нового автора. В отзыве о «Петербургском сборнике» он так представил начинающего писателя:
«Такихъ альманаховъ, какъ "Петербургскш Сборникъ", у насъ еще не бывало. <...> въ "Петербургскомъ Сборнике" напечатанъ романъ: Бпдные люди г. Достоевскаго — имя совершенно-неизвестное и новое, но которому, какъ кажется, суждено играть значительную роль въ нашей литературЪ. Въ этой книжке «Отеч. Записокъ» русская публика прочтетъ и еще романъ г. Достоевскаго, Двойникъ, — этого слишкомъ-достаточно для ея убеждешя, что такими произведешями обыкновенные таланты не начинаютъ своего поприща»3.
По мнению критика, роман начинающего автора был выше любых похвал:
«Если бы Бтдные Люди вышли даже отдельною книжкою, то и тогда о нихъ нельзя было бы говорить иначе, какъ въ отдельной критической статье, потому-что при разборе подобнаго произведешя, обыкновенныя похваль-ныя фразы, какъ бы оне въ сущности ни были справедливы, не могутъ иметь места. Разбирать подобное произведете искусства, значитъ — выказать его сущность, значеше, при чемъ легко можно обойдтись и безъ по-хвалъ, ибо дело слишкомъ-ясно и громко говоритъ за себя; но сущность и значеше подобнаго художественнаго создашя такъ глубоки и многозначительны, что въ рецензш нельзя только намекнуть на нихъ. Это заставляетъ насъ отложить подобный критическш разборъ «Петербургскаго Сборника» до следующей книжки "Отеч. Записокъ", — что дастъ намъ возможность поговорить о Двойникт, который къ тому времени будетъ прочтенъ всею публикою»4.
В этом же номере Белинский дал еще один отзыв о Достоевском, романе «Бедные люди» и альманахе «Петербургский сборник».
В статье «Новый критикан», прежде чем перейти к язвительной характеристике фельетониста «Северной пчелы» Л. В. Бранта, печатавшегося под псевдонимом «Я. Я. Я.», В. Г. Белинский задал вопрос: «А что новаго въ нашей литературе?» — и дал два ответа:
«Последняя новость въ ней — явлеше новаго необыкновеннаго таланта.
Мы говоримъ о г. Достоевскомъ, который рекомендуется публике Бтдными Людьми и Двойникомъ — произведешями, которыми для многихъ было бы славно и блистательно даже и закончить свое литературное поприще; но такъ начать, — это, въ добрый часъ молвить! что-то ужь слишкомъ-нео-быкновенное.. .»5.
Вторая «последняя литературная новость — Петербургскш Сборникъ, альманахъ, изданный г. Некрасовымъ; перлъ этого альманаха опять-таки Бтдные Люди, но въ немъ и кроме того много замечательно-хорошихъ произведены. — Пока тутъ и все новости»6.
Белинский ободрял даровитого автора:
«Теперь въ публике только и толковъ, что о г. Достоевскомъ, авторе Бтдныхъ Людей; но слава не бываетъ, безъ тернш, и говорятъ, что посредственность и бездарность уже точятъ на г. Достоевскаго свои деревянные мечи и копья. Темъ лучше: таюя тершя не колятъ, а даютъ ходъ таланту, который — не талантъ, если у него нетъ враговъ и завистниковъ»7.
Отметим, что, высоко оценивая дебют Достоевского, Белинский печатно нигде не назвал его гением: называл его «талантом», «необыкновенным талантом», которому «суждено играть значительную роль».
Кто из критиков произнес это слово по отношению к Достоевскому?
Спор о Ф. М. Достоевском попал на благодатную почву полемики о гениях в русской литературе, которая разгорелась между В. Г. Белинским и Л. В. Брантом после публикации сборника Н. А. Некрасова «Физиология Петербурга» (вышла 1 июля 1845 г.). Ее поводом стало суждение Белинского, высказанное в неподписанном «Вступлении» к альманаху: «...не подвержено никакому сомнЪшю, что русская литература гешальными произведешями едва-ли не гораздо богаче, чемъ произведешями обыкно-венныхъ талантовъ»8. Эту мысль Белинского фельетонист «Северной пчелы» дважды ошибочно приписал Некрасову9. Брант иронически возразил: «.у насъ все генш, а дарованш обыкновенныхъ нетъ»10.
Суждение о гениях и талантах Белинский повторил в статье «Мысли и заметки о русской литературе», опубликованной в «Петербургском сборнике». Чтобы не ссылаться на самого себя, он высказался неопределенно:
«Разъ где-то была высказана мысль, что у насъ больше художествен-ныхъ, нежели бельлетристическихъ произведенш, больше гешевъ, нежели талантовъ. Какъ всякая самобытная и оригинальная мысль, она возбудила толки. И действительно, съ перваго взгляда эта мысль можетъ показаться страннымъ парадоксомъ; но темъ не менее она справедлива въ основанш»11.
В рецензии на «Петербургский сборник» Н. Некрасова, написанной в 1846 г., оппонент из «Северной пчелы» уже не ошибся в принадлежности парадокса:
«.знаменитый критикъ въ пятый разъ утверждаетъ, что въ Русской Литературе больше гешевъ, нежели обыкновенныхъ талантовъ. Пяти разъ мало, Г. Белинскш!»12.
В полемике фельетонистов «Северной пчелы» с критиками натуральной школы постоянно звучал упрек, что «Отечественные записки» назначают гениев в угоду ложным установкам, ради оправдания ошибочных теорий. Немногие печатно поддержали Ф. М. Достоевского: В. Г. Белинский, А. А. Григорьев, В. Н. Майков, А. В. Никитенко, А. Н. Плещеев — никто из них не назвал начинающего писателя гением. Впервые это слово прозвучало в фельетонной полемике «Северной пчелы», в которой Ф. В. Булгарин и Л. В. Брант возмущались автором, незаслуженно обретшим славу.
У оппонентов общим мнением стало суждение о том, что литературная партия «Отечественных записок» назначила Ф. М. Достоевского гением вместо Н. В. Гоголя. Об этом писал Ф. В. Булгарин:
«Новой литературной партш натуралистовъ непременно нужны генш, чтобъ блескомъ ихъ славы помрачить всехъ прежнихъ Русскихъ писателей,
13
живыхъ и умершихъ».
Ф. В. Булгарин воспринял появление Ф. М. Достоевского как угрозу своему литературному положению:
«...вотъ по городу разнесли вести о новомъ генш, Г. Достоевскомъ (не зна-емъ наверное псевдонимъ или подлинная фамил1я), и стали превозносить до небесъ романъ: Бтдные люди. Мы прочли этотъ романъ, и сказали: бедные Руссюе читатели! Благодаримъ Иллюстрацт, что она также высказала несколько правдъ о Петербургскомъ Сборника, и оценила по достоинству повесть: Бп>дные люди»14.
Ф. В. Булгарин отдавал должное Ф. М. Достоевскому, но предостерегал молодого писателя:
«Г. Достоевскш человекъ не безъ даровашя, и если попадетъ на истинный путь въ литературе, то можетъ написать что нибудь порядочное. Пусть онъ не слушаетъ похвалъ натуральной партш, и веритъ, что его хвалятъ только для того, чтобъ унижать другихъ. Захвалить то же, что завалить дорогу къ дальнейшимъ успехамъ»15.
Таков Ф. В. Булгарин, таков его стиль.
Чем дальше, тем более непринужденным становится фельетонный тон Л. В. Бранта, навязывающего В. Г. Белинскому и А. Григорьеву свои оценки: «Двойник» — «второе произведете новаго Русскаго гешя», Ф. М. Достоевский — «новый генш»16, хотя ни тот, ни другой не произносили эти слова. Фельетонист иронично называет писателя «нашъ генш» и сочувственно заявляет:
«Искренне сожалеемъ о молодомъ человеке, такъ ложно понимающемъ искусство, и очевидно сбитомъ съ толку литературною "котер1ю", изъ видовъ своихъ выдающею его за гешя»17.
Пытаясь дискредитировать само понятие, Брант ранжирует гениев, представляет «Двойника» как «путаницу словъ», «безсмыслицу содержашя», которую «выдаютъ намъ за огромный талантъ, за произведеше гешя!»18.
Из подобных обличений и опровержений «Северной пчелы» читатели узнали, что в русской литературе есть гений.
Критики и фельетонисты поддались на провокацию кружка Белинского. Они спорили о том, что никто не писал.
Так, в рецензии на «Петербургский сборник» Брант сослался на слухи, которые предшествовали роману «Бедные люди»:
«За несколько времени до выхода въ светъ "Петербургскаго Сборника", уверяли, что въ этомъ альманахе явится произведете новаго, необыкновенна-го таланта, произведете высокое, едва ли не выше творенш Гоголя и Лермонтова. Стоустая молва мигомъ разнесла пр1ятную весть по "стогнамъ Петрограда":
любопытство, ожидаше, нетерпеше были ловко задеты. Душевно радуясь появленш новаго даровашя среди безцветности современной литературы Русской, мы съ жадностш принялись за чтеше романа Г. Достоевскаго, и вместе со всеми читателями — жестоко разочаровались»19.
О роли слухов в литературной репутации писателя свидетельствовал и С. П. Шевырев:
«Новое имя въ литературе — Г. ведоръ Достоевскш! Молва журнальная трубила въ больш1я трубы передъ его появлешемъ. Разсыльщики вестей о Петербургской литературе ходили по разнымъ Московскимъ гостиннымъ и трубили въ маленьюя, но звонюя, голосистыя трубочки, что является звезда первой величины на небе нашей немногозвездной литературы. Намъ кажется, что вся эта суета была напрасна и только вредна новому таланту»20.
Печатные отзывы были вершиной айсберга. Литературную репутацию Достоевского создали не они, а молва.
О том, как это было, рассказал Некрасов в неоконченной автобиографической повести «В тот же день часов в одиннадцать утра.» (середина 1850-х гг.). Все началось с того, как Чудов (Некрасов) передал Мерцалову (Белинскому) рукопись романа никому неизвестного автора. Критик насмешливо встретил восторги журналиста: «Чуть прочтете что-нибудь, понравится, расшевелит сердчишко, уж сейчас и превосходная, пожалуй, даже — гениальная вещь!»21. Прочитав рукопись, Мерцалов «с эффектом произнес»:
«.он гениальный человек! <...> Это художественное гениальное произведение! — с одушевлением продолжал Мерцалов. — Я вам скажу, Чудов, — заключил он, вспыхнув так, что лицо его покраснело, и сделав резкое движение рукой,—я не возьму за "Каменное сердце" всей русской литературы!»22.
И роман, и его оценка строгим критиком произвели впечатление:
«Весть о новом гениальном романе, о новом литературном гении с необыкновенною быстротою разнеслась в литературном кружке, центром и светилом которого был Мерцалов»23.
Возникли разные обстоятельства: «гениальный человек» ждал поклонения, слух о «новом гении» распространился по Невскому проспекту, по Петербургу, Мерцалов каждому собеседнику читал отрывки из рукописи, в одну из пятниц состоялось «литературное чтение».
По свидетельству Некрасова, роман Достоевского ознаменовал «новую эпоху в русской литературе: такого воспроизведения действительности еще не бывало!»24. Казалось бы, в этом случайно высказанном тезисе выражена
глубокая историко-литературная концепция нового реализма — концепция «натуральной школы».
Дебют Достоевского имел все предпосылки, чтобы оказаться в центре скандала. «Новый гений» попал в обстановку непримиримой литературной борьбы, сплетен и интриг. Состязание самолюбий выразилось не только в газетно-журнальной полемике, но и в личных отношениях лиц, причастных к полемике о писателе.
Вскоре изменились отношения в окружении Белинского. А. Я. Панаева вспоминала:
«Раз Тургенев при Достоевском описывал свою встречу в провинции с одной личностью, которая вообразила себя гениальным человеком, и мастерски изобразил смешную сторону этой личности. Достоевский был бледен как полотно, весь дрожал и убежал, не дослушав рассказа Тургенева. Я заметила всем: к чему изводить так Достоевского? Но Тургенев был в самом веселом настроении, увлек и других, так что никто не придал значения быстрому уходу Достоевского. Тургенев стал сочинять юмористические стихи на Девушкина, героя "Бедных людей", будто бы тот написал благодарственные стихи Достоевскому [за то], что он оповестил всю Россию об его существовании, и в стихах повторялось часто "маточка"»25.
В ход пошли сплетни, в том числе о «кайме» [Захаров, 1985], [Тихомиров]. От злословия не удержался и В. Г. Белинский. Так, 17 февраля 1847 г. он рассказывал «презабавный анекдот», как Ф. М. Достоевский надул А. А. Кра-евского26, а два дня спустя пересказал его И. С. Тургеневу27. Дважды в письмах В. П. Боткину (4-8 ноября 1847 г.) и П. В. Анненкову (20 ноября — 2 декабря 1847 г.) В. Г. Белинский пересказал другой анекдот о покупке Ф. М. Достоевским «дивана с клопами» от А. А. Краевского28.
В том же письме П. В. Анненкову В. Г. Белинский злорадствовал:
«Достоевский славно подкузмил Кр<аевско>го: напечатал у него первую половину повести; а второй половины не написал, да и никогда не напишет. Дело в том, что его повесть до того пошла, глупа и бездарна, что на основании ее начала ничего нельзя (как ни бейся) развить. Герой — какой-то нервический <...> — как ни взглянет на него героиня, так и хлопнется он в обморок. Право!»29.
Даже если предположить, что все рассказанное Белинским — правда, то ее перечеркивает этический промах — уверенность, что Достоевский не написал второй половины «Хозяйки», «да и никогда не напишет». Вторая часть повести «Хозяйка» вышла две недели спустя в двенадцатом номере «Отечественных записок» (цензурное разрешение от 20 ноября 1847 г.; вышел в свет 2 декабря 1847 г.).
Всего один раз Белинский связал Достоевского со словом гений. В письме П. В. Анненкову 15 февраля 1848 г., обозвав себя «ослом в квадрате», он вынес приговор автору когда-то восхищавших его «Бедных людей»:
«Надулись же мы, друг мой, с Достоевским — гением! О Тург<еневе> не говорю — он тут был самим собою, а уж обо мне, старом чорте, без палки нечего и толковать. Я, первый критик, разыграл тут осла в квадрате»30.
B. Г. Белинский снова ошибся, но честь открытия «нового гения» принадлежит ему.
Примечания
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-012-90012 («Ф. М. Достоевский в русской критике. 1845-1881»).
1 Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: в 30 т. Л.: Наука, 1985. Т. 28. Кн. 1. Письма 1832-1859.
C. 115-116.
2 <Белинский В. Г.> Мельникъ. (Le Meunier d'Angibault). Романъ Жоржа Санда. Переводъ Фурманна. Санктпетербургъ. Въ тип. Карла Крайя. 1845. Въ 8-ю д. л. 243 стр. // Отече-ственныя Записки. 1846. Т. XLIV (44). No 1. Январь. Отд. VI. С. 2.
3 <Белинский В. Г.> Петербургски Сборникъ, изданный Н. Некрасовымъ // Отечественныя Записки. 1846. Т. XLIV (44). No 2. Февраль. Отд. VI. С. 45.
4 Там же. С. 45-46.
5 <Белинский В. Г.> Новый Критиканъ // Отечественныя Записки. 1846. Т. XLIV (44). No 2. Февраль. Отд. VIII. С. 126.
6 Там же.
7 Там же.
8 <Белинский В. Г.> Вступлеше // Физюлопя Петербурга, составленная изъ трудовъ рус-скихъ литераторовъ, подъ редакщей Н. Некрасова. Часть I. Санктпетербургъ, 1845. С. 13.
9 См. статьи: Русская литература. Физюлопя Петербурга, составленная изъ трудовъ Рус-скихъ литераторовъ, подъ редакщей Н. Некрасова. Съ политипажами. Издаше книгопродавца А. Иванова. С. Петербургъ 1845. въ типографш Journal de St. Petersbourg. Въ 8-ю д. л., часть первая 303, часть вторая 276 стр. // Северная Пчела. 1845. № 234. 17 октября. С. 934-935; Я. Я. Я. Русская журналистика. Отечественныя Записки. Учено-литературный журналъ, издаваемый Андреемъ Краевскимъ. Октябрская и Ноябрская книжки 1845 г. (Окончаше) // Северная Пчела. 1845. № 276. 7 декабря. С. 1102-1103.
10 Русская литература. Физюлопя Петербурга, составленная изъ трудовъ Русскихъ литераторовъ, подъ редакщей Н. Некрасова. Съ политипажами. Издаше книгопродавца А. Иванова. С. Петербургъ 1845. въ типографш Journal de St. Petersbourg. Въ 8-ю д. л., часть первая 303, часть вторая 276 стр. // Северная Пчела. 1845. № 234. 17 октября. С. 935.
11 БЪлинскш В. Г. Мысли и заметки о русской литература // Петербургски Сборникъ, изданный Н. Некрасовымъ. НЪкоторыя статьи иллюстрированы. Санктпетербургъ 1846. C. 547.
12 Я. Я. Я. Русская литература. Петербургски Сборникъ, изданный Н. Некрасовымъ. (Окончаше.) // Северная Пчела. 1846. № 26. 31 января. С. 103.
13 в. Б. Фельетонъ. Журнальная всякая всячина // Северная Пчела. 1846. № 27. 1 февраля. С. 107.
14 Там же.
15 Там же.
16 Я. Я. Я. Русская литература // Северная Пчела. 1846. № 47. 28 февраля. С. 187.
17 Там же.
18 Там же.
19 Я. Я. Я. Русская литература. Петербургски Сборникъ, изданный Н. Некрасовымъ. С. П-бургъ, 1846. Въ типографш Эдуарда Праца. Въ большую осьмушку, 560 стр. // Северная Пчела. 1846. № 25. 30 января. С. 99.
20 Шевыревъ С. П. Критика. Петербургски Сборникъ, изданный Н. Некрасовымъ. Спб. 1846, въ тип. Э. Праца // Москвитянинъ. 1846. № 2. С. 164.
21 Некрасов Н. А. Полн. собр. соч.: в 15 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. дом); редкол.: М. Б. Храпченко (гл. ред.) и др. Л.: Наука, Ленингр. отд-е, 1984. Т. 8. Художественная проза. Незаконченные романы и повести, 1841-1856 гг. / подгот. текста и коммент. И. А. Битюгова и др. С. 412-413.
22 Там же. С. 414.
23 Там же. С. 423.
24 Там же. С. 434.
25 Панаева А. Я. Воспоминания. М.: Худож. лит., 1972. С. 144-145.
26 См.: Письмо В. Г. Белинского к В. П. Боткину. От 17 февраля 1847 г. // Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: в 13 т. / АН СССР, Ин-т рус. лит. (Пушкин. дом); редкол.: Н. Ф. Бельчи-ков (гл. ред.) и др. М.: Изд-во АН СССР, 1956. Т. 12. Письма. 1841-1848 / [подгот. текста и примеч. К. П. Богаевской; ред. Ю. Г. Оксман]. С. 332-333.
27 См.: Письмо В. Г. Белинского к И. С. Тургеневу. От 18 февраля 1847 г. // Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: в 13 т. Т. 12. С. 335-336.
28 См.: Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: в 13 т. Т. 12. С. 422, 429.
29 Письмо В. Г. Белинского к П. В. Анненкову. От 20 ноября — 2 декабря 1847 г. // Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: в 13 т. Т. 12. С. 430.
30 Письмо В. Г. Белинского к П. В. Анненкову. От 15 февраля 1848 г. // Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: в 13 т. Т. 12. С. 467.
Список литературы
1. Баршт К. А. Литературный дебют Ф. М. Достоевского: творческая история романа «Бедные люди» // Достоевский Ф. М. Бедные люди / изд. подгот. К. А. Баршт. — М.: Ладомир: Наука, 2015. —С. 379-515.
2. Фридлендер Г. М. [Примечания] // Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: в 30 т. — Л.: Наука, 1972. — Т. 1. — С. 464-480.
3. Рак В. Д., Фридлендер Г. М. [Примечания] // Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. и писем: в 35 т. / Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН; редкол. В. Е. Багно (гл. ред.) и др. — СПб.: Наука, 2013. — Т. 1. Бедные люди. Повести и рассказы. 1844-1846 / редактор тома В. Д. Рак. — С. 647-679.
4. Захаров В. Н. По поводу одного мифа о Достоевском // Север. —1985. — № 11. — С. 113-120.
5. Захаров В. Н. Дебют гения // Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: канонические тексты / изд. в авт. орфографии и пунктуации под ред. В. Н. Захарова. — Петрозаводск: ПетрГУ, 1995. — Т. 1. — С. 609-637.
6. Захарова О. В. Первое упоминание Достоевского в печати // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. Сер. «Общественные и гуманитарные науки». — 2013. — № 7 (136). — Т. 2. — Ноябрь. — С. 66-68.
7. Кийко Е. И. В. Г. Белинский. Очерк литературно-критической деятельности. — М.: Просвещение, 1972. — 176 с.
8. Кирпотин В. Достоевский и Белинский. — М.: Худож. лит., 1976. — 302 с.
9. Тихомиров Б. Н. Стихотворное «Послание Белинского к Достоевскому»: итоги и проблемы изучения // Проблемы исторической поэтики. — 2019. — Т. 17. — № 3. — С. 62-85 [Электронный ресурс]. — URL: poetica.pro/files/redaktor_pdf/1568011144.pdf (20.01.2020). DOI: 10.15393/j9.art.2019.6342
10. Чуковский К. И. Достоевский и кружок Белинского // Некрасов Н. А. Каменное сердце. — Пб.: Полярная звезда, 1922. — С. 3-38.
Ol'ga V. Zakharova
Petrozavodsk State University (Petrozavodsk, Russian Federation) ovzakh05@yandex.ru
Donkey Squared, or Who First Called Dostoevsky a Genius?
Acknowledgements. The reported study was funded by Russian foundation for basic research (RFBR), project number 18-012-90012 ("F. M. Dostoevsky in Russian Criticism. 1845-1881").
Abstract. The article examines the literary circumstances of F. M. Dostoevsky's debut. They were reflected in the correspondence and memoirs, and in his contemporaries' literary polemics. Dostoevsky was one of the few Russian writers who was awarded the title of genius by critics long before the publication of his first novel. Thus, the question of who had called him a genius emerges as relevant? For the first time this word was uttered by V. G. Belinsky, but neither he nor his associates declared Dostoevsky a genius in print. Rumors did it for them more effectively than the printed word. The rumor of "extraordinary talent" and "new genius" provoked the opponents of V. G. Belinsky: F. V. Bulgarin, O. I. Senkovsky, L. V. Brant, S. P. Shevyrev, etc. As they tried to convince readers of the mediocrity of the up-and-coming talent, they unwittingly made Dostoevsky a genius, presented his brilliance as a fact. Two years later, Belinsky abandoned his discovery of the genius of Dostoevsky, and called himself "a donkey squared", yet the revision of the personal relationship did not affect the writer's literary fate. The scandal and controversy over the novel The Poor Folk reinforced Dostoevsky's fame.
Keywords: F. M. Dostoevsky, V. G. Belinsky, F. V. Bulgarin, L. V. Brant, N. A. Nekrasov, new Gogol, genius, The Poor Folk, literary criticism, polemics
About the author: Zakharova Olga V. — PhD in Philology, Associate Professor of the Department
of Classical Literature, Russian Literature and Journalism, Petrozavodsk State University
(pr. Lenina 33, Republic of Karelia, Petrozavodsk, 185910, Russian Federation)
Received: June 10, 2020
Date of publication: September 30, 2020
For citation: Zakharova O. V. Donkey Squared, or Who First Called Dostoevsky a Genius? In: Neizvestnyy Dostoevskiy [The Unknown Dostoevsky], 2020, no. 3, pp. 20-30. DOI: 10.15393/ j10.art.2020.4821 (In Russ.)
References
1. Barsht K. A. Dostoevsky's Literary Debut: The Creative History of the Novel "The Poor Folk". In: Dostoevskiy F. M. Bednye lyudi [Dostoevsky F. M. The Poor Folk]. Moscow, Ladomir Publ., Nauka Publ., 2015, pp. 379-515. (In Russ.)
2. Fridlender G. M. Notes. In: Dostoevskiy F. M. Polnoe sobranie sochineniy: v 30 tomakh [Dostoevsky F. M. The Complete Works: in 30 Vols]. Leningrad, Nauka Publ., 1972, vol. 1, pp. 455-514. (In Russ.)
3. Rak V. D., Fridlender G. M. Notes. In: Dostoevskiy F. M. Polnoe sobranie sochineniy i pisem: v 35 tomakh [Dostoevsky F. M. The Complete Works and Letters: in 35 Vols]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2013, vol. 1, pp. 647-679 (In Russ.)
4. Zakharov V. N. About One Myth of Dostoevsky. In: Sever, 1985, no. 11, pp. 113-120. (In Russ.)
5. Zakharov V. N. Genius Debut. In: Dostoevskiy F. M. Polnoe sobranie sochineniy: kanonicheskie teksty [Dostoevsky F. M. The Complete Works: Canonical Texts]. Petrozavodsk, Petrozavodsk State University Publ., 1995, vol. 1, pp. 609-637. (In Russ.)
6. Zakharova O. V. First Reference to Dostoevsky's Name in Print Media. In: Uchenye zapiski Petrozavodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Obshchestvennye i gumanitarnye nauki [Proceedings of Petrozavodsk State University. Ser.: Social Sciences and Humanities], 2013, no. 7, pp. 66-68. (In Russ.)
7. Kiyko E. I. V G. Belinskiy. Ocherk literaturno-kriticheskoy deyatel'nosti [V. G. Belinsky. Essay Literary-Critical Activities]. Moscow, Prosveshchenie Publ., 1972. 176 p. (In Russ.)
8. Kirpotin V. Dostoevskiy i Belinskiy [Dostoevsky and Belinsky]. Moscow, Khudozhestvennaya literatura Publ., 1976. 302 p. (In Russ.)
9. Tikhomirov B. N. The Poems "The Missive of Belinsky to Dostoevsky": Results and Problems of the Study. In: Problemy istoricheskoy poetiki [The Problems of Historical Poetics], 2019, vol. 17, no. 3, pp. 62-85. Available at: poetica.pro/files/redaktor_pdf/1568011144.pdf (accessed on January 20, 2020). DOI: 10.15393/j9.art.2019.6342 (In Russ.)
10. Chukovskiy K. I. Dostoevsky and Belinsky's Circle. In: Nekrasov N. A. Kamennoe serdtse [Nekrasov N. A. Heart of Stone]. Petersburg, Polyarnaya zvezda Publ., 1922, pp. 3-38. (In Russ.)