Научная статья на тему 'Особенности реализации принципов уголовного права в отношении невменяемых лиц'

Особенности реализации принципов уголовного права в отношении невменяемых лиц Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
215
21
Поделиться
Ключевые слова
НЕВМЕНЯЕМОСТЬ / ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА / МЕРЫ МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА / СРОК ДАВНОСТИ / АМНИСТИЯ / INSANITY / PRINCIPLES OF CRIMINAL LAW / MEDICAL MEASURES / STATUTE OF LIMITATION / AMNESTY

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Галкин В.В.

Принципы уголовного права определяются не только как принципы уголовного законодательства, но и как основополагающие идеи, руководящие начала, безусловные правила, которые нашли свое отражение в нормах Общей и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации, но не названы в качестве таковых (принципов) в уголовном законе. Автором статьи обращено внимание на тот факт, что основополагающие идеи именуются принципами только тогда, когда они закреплены в нормах права. Раскрываются особенности содержания принципов законности, равенства, вины, справедливости, гуманизма при признании лица невменяемым. При рассмотрении особенностей реализации принципов уголовного законодательства по отношению к невменяемым лицам отмечено, что законодательные формулировки этих принципов не учитывают уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением невменяемым общественно опасного деяния. Выделяются специальные принципы уголовного права, касающиеся невменяемости, такие как абстрагирование от признаков невменяемости, рационального и экономного применения принудительных мер медицинского характера и индивидуализации мер уголовно-правового характера, применяемых к невменяемым. Рассматриваются недостатки и пробелы законодательного регулирования вопросов, связанных с признанием лица невменяемым. Формулируются предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Галкин В.В.,

Peculiarities of the implementation of the principles of criminal law concerning the insane persons

The principles of criminal law are defined not only as the principles of criminal legislation, but also as fundamental ideas, guiding principles, unconditional rules that are reflected in the norms of the General and Special Parts of the Criminal Code of the Russian Federation, but are not named as such principles in the criminal law. The author of the article draws attention to the fact that fundamental ideas are called principles only in case when they are fixed in the rules of law. The peculiarities of the content of the principles of criminal law when recognizing the person as insane are revealed, namely, the principles of legality, equality, guilt, justice, humanism. When considering the peculiarities of the implementation of the principles of criminal legislation concerning the insane persons, it is noted that the legislative formulations of these principles do not take into account the criminal legal relations arising in the case when the insane person commits a socially dangerous act. Special principles of criminal law concerning insanity are distinguished, such as abstracting from the signs and symptoms of insanity, rational and economical use of compulsory medical measures and individualization of criminal law measures applied to the insane persons. The shortcomings and gaps of the legislative regulation of the issues related to the recognition of a person as insane are considered. The proposals on improvement of criminal legislation are formulated.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Особенности реализации принципов уголовного права в отношении невменяемых лиц»

Раздел 11. Проблемы юридической науки и правоохранительной практики: взгляд молодых исследователей

ГАЛКИН В.В., vova.galkin20@mail.ru Отдел правового, документационного обеспечения и работы с обращениями граждан; Управление Федеральной службы судебных приставов по Тюменской области, 625013, г. Тюмень, ул. Пермякова, 5

GALKIN V.V.,

vova.galkin20@mail.ru

Division of legal, documentation support

and work with citizens' appeals;

Department of the Federal Bailiffs Service

for the Tyumen region,

Permyakova St. 5, Tyumen,

625013, Russian Federation

ОСОБЕННОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПОВ УГОЛОВНОГО ПРАВА В ОТНОШЕНИИ НЕВМЕНЯЕМЫХ ЛИЦ

Аннотация. Принципы уголовного права определяются не только как принципы уголовного законодательства, но и как основополагающие идеи, руководящие начала, безусловные правила, которые нашли свое отражение в нормах Общей и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации, но не названы в качестве таковых (принципов) в уголовном законе. Автором статьи обращено внимание на тот факт, что основополагающие идеи именуются принципами только тогда, когда они закреплены в нормах права. Раскрываются особенности содержания принципов законности, равенства, вины, справедливости, гуманизма при признании лица невменяемым. При рассмотрении особенностей реализации принципов уголовного законодательства по отношению к невменяемым лицам отмечено, что законодательные формулировки этих принципов не учитывают уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением невменяемым общественно опасного деяния. Выделяются специальные принципы уголовного права, касающиеся невменяемости, такие как абстрагирование от признаков невменяемости, рационального и экономного применения принудительных мер медицинского характера и индивидуализации мер уголовно-правового характера, применяемых к невменяемым. Рассматриваются недостатки и пробелы законодательного регулирования вопросов, связанных с признанием лица невменяемым. Формулируются предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

Ключевые слова: невменяемость; принципы уголовного права; меры медицинского характера; срок давности; амнистия.

PECULIARITIES OF THE IMPLEMENTATION OF THE PRINCIPLES OF CRIMINAL LAW CONCERNING THE INSANE PERSONS

Annotation. The principles of criminal law are defined not only as the principles of criminal legislation, but also as fundamental ideas, guiding principles, unconditional rules that are reflected in the norms of the General and Special Parts of the Criminal Code of the Russian Federation, but are not named as such principles in the criminal law. The author of the article draws attention to the fact that fundamental ideas are called principles only in case when they are fixed in the rules of law. The peculiarities of the content of the principles of criminal law when recognizing the person as insane are revealed, namely, the principles of legality, equality, guilt, justice, humanism. When considering the peculiarities of the implementation of the principles of criminal legislation concerning the insane persons, it is noted that the legislative formulations of these principles do not take into account the criminal legal relations arising in the case when the insane person commits a socially dangerous act. Special principles of criminal law concerning insanity are distinguished, such as abstracting from the signs and symptoms of insanity, rational and economical use of compulsory medical measures and individualization of criminal law measures applied to the insane persons. The shortcomings and gaps of the legislative regulation of the issues related to the recognition of a person as insane are considered. The proposals on improvement of criminal legislation are formulated.

Keywords: insanity; principles of criminal law; medical measures; statute of limitation; amnesty.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Эффективность совершенствования го законодательства связана, в частности, механизма уголовно-правового регулиро- с определением содержания отраслевых вания и практики применения уголовно- принципов такого регулирования. Прин-

ципы уголовного права пронизывают содержание всего уголовного законодательства Российской Федерации, являются универсальными и распространяются на все институты уголовного права. Не являются исключением и положения, касающиеся невменяемости лица. Однако в силу особенностей психического состояния невменяемого принципы уголовного права имеют свою специфику, правильное определение которой будет способствовать повышению эффективности выполнения задач по охране прав и свобод личности и служить гарантией недопущения произвольного применения принудительных мер медицинского характера к лицам, имеющим психические расстройства.

В то же время законодательная регламентация принципов в УК РФ ориентирована в основном на отношения, связанные с совершением преступления вменяемым лицом, и не учитывает особенности, связанные с признанием лица невменяемым. Настоящие вопросы недостаточно освещены в доктрине уголовного права. В свою очередь, правильное уяснение содержания принципов уголовного права в механизме уголовно-правового регулирования, связанном с невменяемостью лица, будет способствовать преодолению существующих в законодательной и правоприменительной сферах препятствий и сложностей.

Актуальность этого вопроса обусловлена также наличием в судебной практике большого количества материалов, связанных с совершением общественно опасных деяний невменяемыми лицами. По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за I полугодие 2017 года, из поступивших 466 639 дел было рассмотрено по существу с применением принудительных мер к невменяемым 4057 дел, принудительные меры медицинского характера применены в отношении 4212 лиц, признанных невменяемыми; в 2016 году из поступивших 954 255 дел рассмотрено по существу с применением принудительных мер медицинского характера к невменяемым 8697 дел, принудительные меры медицинского характера применены в отношении в отношении 9073 невменяемых лиц; в 2015 году из 965 925 поступивших по пер-

вой инстанции уголовных дел, количество лиц, по делам которых применены принудительные меры к невменяемым, составило 8525*.

Таким образом, ежегодно около 1 % поступающих в суд уголовных дел связано с применением принудительных мер медицинского характера в отношении невменяемых лиц.

В вопросе о форме нормативного закрепления принципов заслуживает внимания позиция В.В. Мальцева, согласно которой «принципы отражаются в законодательстве в трех основных формах: в нормах Особенной части УК; посредством понятий и институтов, закрепленных в нормах Общей части УК; непосредственно через нормы, специально им посвященные» [1, с 85].

В то же время при выделении тех или иных принципов следует исходить из того, что поскольку законодательство есть форма выражения права и «принципы права объективизируются в позитивном праве с помощью правовых норм.. , до тех пор, пока та или иная идея не закреплена в правовой норме или их группе, она не может считаться принципом права» [2, с. 13].

Понятия «принципы уголовного права» и «принципы уголовного законодательства» и их содержание различаются. Прежде всего, обращает на себя внимание то, что в уголовном законе отсутствует общее понятие принципов, а перечисляются их виды и раскрывается содержание.

Не обращаясь к дискуссии о подходах к определению понятий, на наш взгляд, под принципами уголовного законодательства следует понимать те основные идеи и руководящие начала, которые прямо закреплены в уголовном законе, поименованы в качестве принципов и находят свое отражение в нормах Общей и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации. Рассматривая понятие принципов уголовного права, полагаем возможным понимать под ними не только принципы уголовного законодательства, но и основополагающие идеи, руководящие начала, безусловные правила, которые нашли свое

* Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации: официальный сайт. URL: http://www.cdep.ru

отражение в нормах Общей и Особенной частей УК РФ, но не названы в качестве таковых (принципов).

Обобщая изложенное, необходимо отметить, что при соотношении указанных понятий следует исходить из того, что принципы уголовного права шире принципов уголовного законодательства и охватывают не только принципы, которые прямо поименованы в УК РФ, но и включают в себя те основные положения, которые выражены в нормах Общей и Особенной частях уголовного закона. Они пересекаются, дополняют друг друга.

Изучая вопрос о классификации принципов уголовного права, следует согласиться с высказанной в литературе позицией о нецелесообразности деления принципов на общеправовые, межотраслевые и отраслевые, поскольку последние «выводятся» из общеправовых, наделяя их некоторой «отраслевой» спецификой [3, с. 9].

К принципам уголовного законодательства относятся принципы законности, равенства, вины, справедливости, гуманизма, которые являются преломлением общеправовых принципов сквозь призму предмета уголовно-правового регулирования. Их содержание раскрывается в ст.ст. 3-7 УК РФ. Необходимо отметить, что принципы уголовного права имеют свою специфику в случаях, когда речь идет о совершении деяния невменяемыми лицами.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Применение принципа законности выражается в том, что признание лица невменяемым и определение уголовно-правовых последствий, связанных с фактом признания его невменяемости, осуществляется в порядке и пределах, установленных уголовным законом.

Данный принцип конкретизирован в ч. 1 ст. 21 УК РФ, определяющей критерии, на основании которых лицо может быть признано невменяемым. К данным критериям, на наш взгляд, относятся медицинский, связанный с наличием у лица одного из видов патологического состояния психики, указанных в ч. 1 ст. 21 УК РФ; психологический, указывающий на отсутствие возможности осознавать фактический характер и общественную опасность действий (бездействия) либо руководить ими; юридический (уголовно-правовой),

заключающийся в признании совершенного лицом деяния общественно опасным, совпадение во времени факта совершения общественно опасного деяния с патопсихологическим состоянием лица, установление невменяемости лица как юридического факта и закрепление этого в процессуальных документах.

Вместе с тем изучение экспертных заключений, а также судебных постановлений* при определении психологического критерия невменяемости свидетельствует о цитировании ч. 1 ст. 21 УК РФ без конкретизации признаков интеллектуального и волевого моментов, дающих основания для признания лица невменяемым. При этом вместо союза «либо» в части возможности руководить своими действиями (бездействием) присутствует союз «и», тем самым нарушается требование закона, поскольку, во-первых, такое сочетание признаков психологического критерия не предусмотрено законом, а во-вторых, препятствует правильному определению вида совершенного общественно опасного деяния**.

Уголовно-правовые последствия признания лица невменяемым также обозначены в ст. 21 УК РФ, предусматривающей, что невменяемое лицо не подлежит уголовной ответственности (ч. 1), и ему судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные УК РФ (ч. 2).

Указанное положение находит свое отражение также в п. «а» ч. 1 ст. 97 УК РФ, предусматривающем в качестве основания назначения судом принудительных мер медицинского характера совершение деяния, ответственность за которое установлена статьями Особенной части УК РФ, лицом, находящимся в состоянии невменяемости.

Следующий аспект принципа законности выражается в запрете применения

* См. например: Постановление Ревдинско-го городского суда Свердловской области от 4 июля 2017 г. по делу N 1-136/2017 // Судебные и нормативные акты Российской Федерации. URL: http://www.sudact.ru/

** См., например: Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 9 апр. 2014 г. по делу N 22-1348/2014 // Там же.

уголовного закона по аналогии, что применительно к деянию невменяемого означает недопустимость признания лица невменяемым по критериям и их сочетаниям, не указанным в уголовном законе, а также за совершение общественно опасных деяний, признаки которых не закреплены в действующем уголовном законе.

Кроме того, реализация принципа законности заключается и в недопустимости признания лица невменяемым и назначения принудительных мер медицинского характера при совершении деяний, не обладающих признаками общественной опасности и противоправности.

Нет основания для признания лица невменяемым в ситуациях, когда имеются иные основания, исключающие уголовную ответственность по реабилитирующим основаниям (недостижение лицом возраста уголовной ответственности, наличие обстоятельств, исключающих преступность деяний, предусмотренных главой 8 УК РФ, и другие), поскольку в противном случае человек, у которого имеются психические расстройства, ставится в невыгодное положение по сравнению с лицом, совершившим указанное деяние при наличии признака вменяемости, чем нарушается и принцип равенства граждан перед законом (ст. 19 Конституции РФ).

Следует отметить, что наличие или отсутствие обстоятельств, исключающих уголовную ответственность по реабилитирующим основаниям, не связано в УК РФ с наличием или отсутствием у лица психического расстройства или слабоумия.

Кроме того, аннулируются основания для применения принудительных мер медицинского характера к невменяемым в случае последующей декриминализации деяния, поскольку при этом прекращаются уголовно-правовые отношения, а деяние перестает быть противоправным. В этом случае вопрос о применении мер медицинского характера должен решаться в порядке, предусмотренном законодательством о здравоохранении, а органы уголовной юстиции обязаны своевременно направлять материалы в федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоохранения или орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения для реше-

ния вопроса о лечении указанных лиц в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или об их направлении в стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Данное правило направлено на обеспечение защиты населения от возможных посягательств лица, в отношении которого рассматривается дело, а также ориентировано на интересы самого лица, имеющего психическое расстройство, преследует цели его излечения или улучшения состояния его здоровья.

Для конкретизации принципа законности целесообразно добавить в ст. 21 УК РФ указание о том, что основанием для признания лица невменяемым является совершение им общественно опасного деяния.

Поскольку в УК РФ отсутствует определение состава преступления, являющегося ключевым понятием уголовного закона, постольку закреплять нормативное определение состава общественно опасного деяния невменяемого лица с точки зрения юридической техники неверно ввиду того, что это может вызвать внутреннюю логическую рассогласованность норм. В перспективе возможно рассмотреть нормативное закрепление обеих дефиниций.

Принцип равенства граждан перед законом применительно к невменяемости означает, что признание лица невменяемым и применение принудительных мер медицинского характера не ставятся в зависимость от пола, национальности, а также других обстоятельств, перечисленных в ст. 4 УК РФ.

С точки зрении философии справедливость понимается как «понятие о должном, содержит в себе требование соответствия между практической ролью индивидов (социальных групп) в жизни общества и их социальным положением, между их правами и обязанностями, между деянием и воздаянием, трудом и вознаграждением, преступлением и наказанием, заслугами людей и их общественным признанием» [4, с. 650]. С этой точки зрения справедливость применительно к невменяемому лицу должна состоять не в наказании, а

в целесообразности применения принудительных мер медицинского характера, с учетом состояния здоровья данного лица на момент принятия решения о применении таких мер.

Невозможность назначения наказания и применения иных репрессивных мер связана с неспособностью невменяемого лица в момент совершения деяния осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими (так как нельзя наказывать за отсутствие сознательно-волевых способностей лица) или с неспособностью невменяемого лица должным образом воспринимать наказание, невозможностью достижения целей общей и специальной превенции, так как меры предупреждения совершения этим лицом повторных деяний, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, реализуются посредством лечения лица, то есть медицинского воздействия, оказываемого в целях излечения или улучшения психического состояния такого лица. В связи с этим справедливость для невменяемого лица заключается и в отсутствии наказания. Кроме того, применяемые к невменяемому лицу принудительные меры медицинского характера должны соответствовать состоянию его здоровья, с учетом всех обстоятельств, характеризующих поведение такого лица.

При этом вряд ли возможно говорить о необходимости соответствия мер уголовно-правового характера, применяемых к невменяемым лицам, характеру и степени общественной опасности совершенного деяния, обстоятельствам его совершения. Это также было подтверждено постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2013 г. N 10-П, отражающим позицию, согласно которой зависимость принудительных мер медицинского характера от тяжести деяния препятствует достижению целей их применения, поименованных в ст. 98 УК РФ, а также приводит к нарушению прав невменяемых лиц, ограничивая их права на охрану здоровья и медицинскую помощь (хотя и принудительную), судебную защиту, на защиту достоинства личности, личную неприкосновенность, не защищая их от собственного общественно опасного

поведения и возможного воздействия на иных лиц*.

Реализация принципа справедливости находит выражение и в положениях УК РФ, устанавливающих в качестве правовых последствий признания лица невменяемым исключение его привлечения к уголовной ответственности (ч. 1 ст. 21 УК РФ), а также возможность применения к нему судом принудительных мер медицинского характера (ч. 2 ст. 21 УК РФ и п. «а» ч. 1 ст. 97 УК РФ) только в случаях, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения невменяемым иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц (ч. 2 ст. 97 УК РФ).

Определение таких уголовно-правовых последствий представляется оправданным. Возложение ответственности за содеянное в формах, предусмотренных УК РФ, не может достичь целей у голов -ной ответственности, заставить невменяемого и иных лиц с дефектами психики соблюдать установленные УК РФ запреты ввиду неспособности таких лиц в силу искаженных сознательно-волевых процессов действовать в соответствии с правильно осознаваемой объективной обстановкой и, соответственно, правильно осознавать меры карательного воздействия.

Целесообразность применения принудительных мер медицинского характера как мер безопасности обусловливается необходимостью применения государственного принуждения, которым обеспечивается эффективное оказание лицу психиатрической помощи, при необходимости изоляция его от общества, безопасность самого лица с психическим расстройством и других людей.

Между тем законодательная конструкция принципа справедливости, изложенная в ст. 6 УК РФ, не в полной мере соответствует тем обстоятельствам, которые подлежат учету при определении уголовно-правовых последствий поведения невменяемого лица.

С этой целью представляется целесообразным дополнить ч. 1 ст. 6 УК РФ положением о том, что меры уголовно-правового характера, применяемые к невме-

* Рос. газ. 2013. 29 мая.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

няемому лицу, должны соответствовать состоянию его психического здоровья, с учетом всех обстоятельств, характеризующих поведение такого лица.

Принцип гуманизма выражается в обеспечении безопасности человека, его реализация осуществляется посредством применения к невменяемому лицу при наличии оснований, указанных в ст. 97 УК РФ, принудительных мер медицинского характера, направленных на предупреждение возможности совершения новых общественно опасных деяний с его стороны, а также его излечение или улучшение его психического состояния. Кроме того, принцип гуманизма обозначает, что принудительные меры медицинского характера, применяемые к невменяемым лицам, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

Конкретизация этих положений находит выражение в ч. 2 ст. 97 УК РФ, определяющей основания принудительных мер медицинского характера, в ст. 98 УК РФ, регламентирующей цели их применения, в ст. 99 УК РФ, устанавливающей закрытый перечень видов принудительных мер медицинского характера, дифференцированных в зависимости от психического состояния больного и необходимости достижения целей, различающихся содержанием лечения, его интенсивностью, особенностями обеспечения безопасности самого больного и окружающих его лиц.

Проявлением принципа гуманизма является установление оснований для продления, изменения и прекращения применения принудительных мер медицинского характера (ст. 102 УК РФ), при определении которых подлежит учету изменение состояния психического здоровья, опасность лица для себя или окружающих. Проявлением этого принципа являются и правила о необходимости проведения освидетельствования не реже одного раза в шесть месяцев. Между тем, несмотря на то, что в ч. 2 ст. 102 УК РФ определено, что освидетельствование должно производиться не реже одного раза в шесть месяцев, не указано, с какого момента следует исчислять сроки, что вызывает проблемы на практике. В большинстве случаев исчисление производится с момента всту-

пления решения суда о назначении принудительных мер медицинского характера в законную силу. Учитывая сказанное, оправданным видится предложение некоторых авторов о том, что исчислять сроки для проведения первого освидетельствования, как и для продления применения принудительных мер медицинского характера, необходимо с момента начала принудительного лечения (ч. 2 ст. 102 УК РФ) [5, с. 17-18].

Следует согласиться с мнением о необходимости «предусмотреть систему учреждений, применяющих принудительные меры медицинского характера, которые дифференцировались бы не только по степени интенсивности наблюдения, но и по характеру психических заболеваний, с применением специальных программ, способствующих социальной реабилитации психически больных» [5, с. 9].

Обращают на себя внимание редакции статей 4, 6, 7 УК РФ, предопределяющих применение содержащихся в них принципов к лицам, совершившим преступления, и оставляющих за пределами действия нормы иных лиц (к числу которых можно отнести и невменяемых), совершивших общественно опасные деяния, не являющиеся преступлениями. Представляется целесообразным внести изменения в настоящие статьи, дополнив их положением о лицах, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости.

При применении принципа вины следует иметь в виду положения ч. 2 ст. 5 УК РФ. Если есть признаки невменяемости и невиновного причинения вреда, в силу обстоятельств, указанных в ст. 28 УК РФ, лицо не подлежит уголовной ответственности независимо от наличия или отсутствия признаков невменяемости.

Принципы законности, справедливости, гуманизма и равенства также находят свое отражение в специальных принципах, касающихся невменяемости. К числу таких принципов возможно отнести принцип абстрагирования от признаков невменяемости, применяемый при уголовно-правовой оценке общественно опасных деяний таких лиц. Он заключается в сопоставлении признаков совершенного деяния лицом, имеющим признаки невменяемости, с аналогичным деянием вменяемого лица (с учетом

презумпции вменяемости) и установлении соответствия признаков фактически совершенного деяния с признаками состава запрещенного уголовным законом деяния без учета признака вменяемости.

Уголовно-правовая оценка поведения невменяемого лица осуществляется исходя из анализа объективных действий (бездействия), но в силу особенностей психического состояния учитывается и специфика его субъективных признаков, наличие которых отрицать нельзя (при том, что невменяемость является признаком, относящимся к субъекту преступления, а не к субъективной стороне).

Например, поведение невменяемого, который вцепился в шею человека и душит его руками, предварительно подлежит квалификации по статье Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за умышленное причинение вреда, так как исходя из анализа объективной стороны усматривается явное намерение причинить вред конкретному человеку. Иная ситуация, если невменяемый размахивает руками, в результате чего задевает стоящего рядом человека, причиняя вред его здоровью. В этом случае его поведение будет квалифицировано по статье Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за неосторожное причинение вреда.

Кроме того, представляется целесообразным выделить принцип рационального и экономного применения принудительных мер медицинского характера, в соответствии с которым необходимо обеспечить выбор вида меры медицинского характера, минимально необходимой для достижения целей, предусмотренных ст. 98 УК РФ, а также обеспечить неприменение принудительных мер медицинского характера, когда за совершение деяний определенной категории не предусмотрено применение уголовно-правовых мер.

Обозначение выделенного принципа как «экономии мер уголовно-правового воздействия» вряд ли возможно, так как меры воздействия на невменяемых лиц медицинские: предупреждение совершения невменяемыми лицами новых общественно опасных деяний осуществляется через лечение или улучшение состояния здоровья. Цели же уголовно-правового

воздействия связаны с формой реализации уголовной ответственности, к которой не относится применение принудительных мер медицинского характера.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Реализация рассматриваемого принципа проявляется и в том, что уголовный закон допускает возможность не применять к невменяемому никаких мер уголовно-правового характера, когда его психическое расстройство не связано с возможностью причинения им иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц. Уголовный закон устанавливает и перечень видов принудительных мер медицинского характера, дифференцированных в зависимости от состояния здоровья невменяемого лица (ст. 99 УК РФ).

Важным условием реализации принципа рационального и экономного применения принудительных мер медицинского характера является установление возможности изменения и прекращения применения принудительных мер медицинского характера судом на основании заключения комиссии врачей-психиатров (ст. 102 УК РФ).

При определении соответствующих оснований учитывается изменение опасности лица для себя или других лиц. Если психическое состояние лица существенным образом не изменилось и оно представляет такую опасность, которая имела место при избрании данного вида мер, то осуществляется их продление. При изменении вида принудительных мер медицинского характера изменяются выделенные виды опасности лица для себя или окружающих, последняя возрастает или уменьшается, что требует изменения характера наблюдения. О необходимости прекращения принудительных мер медицинского характера свидетельствует достижение целей их применения и, следовательно, утрачивается опасность лица для себя или других лиц.

После прекращения применения принудительных мер медицинского характера его возобновление невозможно, повторно они назначаются только в случае совершения нового общественно опасного деяния.

Регулярное рассмотрение вопроса о продлении принудительных мер медицинского характера посредством освиде-

тельствования лица, к которому они применяются, хотя и нельзя прямо отнести к этому принципу, все же является гарантией его реализации. В рамках продления указанных мер суд проверяет правильность продления, то есть правильность заключения о необходимости продления принудительных мер медицинского характера, которое может поставить под сомнение и назначить судебную экспертизу (ч. 5 ст. 445 УПК РФ).

В судебной практике отсутствует единообразие в решении вопроса о применении принудительных мер медицинского характера и прекращении уголовного дела в отношении невменяемых лиц в случае издания акта амнистии. Имеются судебные акты, связанные как с прекращением уголовного дела и отказом в применении принудительных мер медицинского характера в отношении невменяемого лица вследствие издания акта об амнистии, так и с констатацией того, что амнистия не распространяется на лиц, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости.

При положительном решении вопроса о прекращении дела в отношении невменяемого лица в связи с изданием акта амнистии суды руководствуются п. 3 ст. 27 УПК РФ, а также соответствующим содержанием акта об амнистии, предписывающим прекращение уголовного дела о преступлениях определенной категории при соответствии его деянию, совершенному невменяемым лицом*. В апелляционном постановлении при прекращении дела в отношении невменяемого лица при объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации обращено внимание, что соответствующие постановления Государственной

* См., например: Постановление Интинского городского суда Республики Коми от 14 марта 2014 г. по делу N 1-2/2014; Постановление Бу-денновского городского суда Ставропольского края от 6 июня 2014 г. по делу N 10-25/2014; Постановление Котельничского районного суда Кировской области от 27 июля 2015 г. по делу N 1-2/12/2015; Апелляционное постановление Кировского районного суда г. Астрахани от 29 авг. 2014 г. по делу N 10-45/2014 // Судебные и нормативные акты Российской Федерации. URL: http://www.sudact.ru/

Думы Федерального Собрания Российской Федерации применение амнистии к лицам, совершившим общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, не ставят в зависимость от прохождения ими лечения либо иных обстоятельств**.

Отказывая в прекращении уголовного дела и решая вопрос о применении принудительных мер медицинского характера в отношении невменяемых лиц в связи с изданием акта амнистии, суды исходят из того, что для применения амнистии необходимо назначение наказания, тогда как при состоянии невменяемости наказание не назначается, что исключает применение амнистии***, либо обосновывают отказ тем, что лицом совершены не преступления, а запрещенные уголовным законом деяния****, тогда как амнистия распространяется на лиц, совершивших преступление.

Думается, что в этой ситуации вопрос о прекращении уголовного дела должен решаться в зависимости от содержания акта амнистии, с установлением невменяемости лица.

Поскольку уголовно-правовые отношения возникают в связи с совершением преступления либо общественно опасного деяния, то методом уголовно-правового регулирования является привлечение виновных лиц к уголовной ответственности и назначение уголовного наказания либо применение иных мер уголовно-правового характера, а для невменяемых - применение в случае необходимости принудительных мер медицинского характера.

Акт амнистии предусматривает различные уголовно-правовые последствия, в том числе и прекращение находящихся в производстве органов дознания, органов предварительного следствия и судов уголовных дел о преступлениях, поименованных в акте (где по смысловому значению прекращение уголовных дел как процес-

** Апелляционное постановление Старицко-го районного суда Тверской области от 2 июля 2014 г. по делу N 10-4/2014 // Там же.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

*** Апелляционное постановление Мотовили-хинского районного суда г. Перми от 15 марта 2016 г. по делу N 10-19/2016 // Там же.

**** Постановление Савеловского районного суда г. Москвы от 25 декабря 2013 г. по делу N 1-673/2013 // Там же.

суальное действие влечет уголовно-правовые последствия в виде освобождения от уголовной ответственности), освобождение от наказания со снятием судимости, сокращение неотбытой части наказания, освобождение от наказания, если суд признает необходимым назначить определенное в акте наказание, и др.

С прекращением уголовного дела прекращаются и уголовно-правовые отношения как для лиц, совершивших преступления, так и для лиц, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости, так как последние не могут быть в худшем положении, поскольку это ведет к нарушению принципа равенства граждан перед законом.

Применение амнистии к невменяемому может иметь место и во время применения к нему принудительных мер медицинского характера в случаях, когда акт об амнистии предусматривает освобождение от наказания со снятием судимости (если лицо и совершенное им деяние подпадают под критерии, указанные в акте амнистии), так как в этих ситуациях также прекратились уголовно-правовые отношения.

В этих случаях суд должен прекратить в отношении невменяемого принудительные меры медицинского характера, а материалы направить в орган здравоохранения для решения вопроса о лечении данного лица.

Аналогичное правило должно быть предусмотрено в отношении лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания, так как последние по амнистии освобождаются от наказания, а следовательно, не могут относиться к категории, указанной в п. «б» ч. 1 ст. 97 УК РФ.

Для обеспечения единообразия применения акта амнистии в нем следует, на наш взгляд, указывать, что в случае, если к лицам, на которых распространяется акт амнистии, применяются принудительные меры медицинского характера, вопрос о целесообразности их дальнейшего лечения подлежит разрешению в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья, а необходимые материалы передаются в федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоох-

ранения или орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения для дальнейшего лечения указанных лиц в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или направлении указанных лиц в стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами.

В то же время нет основания для применения помилования в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости, поскольку этим актом лицо может быть освобождено от дальнейшего отбывания наказания. Однако если речь идет о лицах, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным дальнейшее исполнение наказания, в случае издания акта помилования, освобождающего данное лицо от дальнейшего отбытия наказания, применение принудительных мер медицинского характера, перечисленных в ст. 99 УК РФ, должно быть прекращено, а материалы целесообразно направить в орган здравоохранения для решения вопроса о лечении указанных лиц в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья, так как с освобождением от наказания лицо утрачивает статус, указанный в п. «б» ч. 1 ст. 97 УК РФ, являющийся основанием для применения принудительных мер медицинского характера.

Также представляется, что отсутствуют основания для признания лица невме-н яемы м и прим ен ен и я к н ему прин уди -тельных мер медицинского характера в случае истечения сроков давности, которое является самостоятельным основанием для освобождения лица от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ).

Несмотря на то, что УК РФ не регулирует напрямую данный вопрос, а ст. 78 связывает применение сроков давности только с решением вопроса об освобождении от уголовной ответственности, представляется, что в этом случае необходимо исходить из сущности института давности. В уголовном праве последствия истечения срока давности заключаются в прекращении уголовно-правовых отношений, воз-

никших в связи с совершением конкретного общественно опасного деяния, что следует из основания давности, которое, по справедливому мнению ряда авторов, заключается в силе веления государственной власти о нецелесообразности применения мер принуждения [6, с. 8] в отношении лиц, нарушивших уголовный закон.

В связи с этим лицо, имеющее признаки невменяемости, не должно находиться в более плохих условиях по сравнению с лицом, совершившим преступление, и в отношении которого уголовно-правовые последствия, связанные с реализацией уголовной ответственности, не применяются по истечении установленного в законе срока. Уголовно-правовые последствия должны быть прекращены и в отношении невменяемого лица, исключая возможность применения к нему принудительных мер медицинского характера.

Данное положение основывается на принципах равенства (равные последствия для невменяемого и лица, совершившего преступление), а также законности (исходя из общих последствий истечения срока давности).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В этом случае при установлении того, что деяние лица содержит предусмотренные статьей Особенной части УК РФ признаки преступления, в отношении которого истек срок давности, уголовное дело подлежит прекращению без признания лица невменяемым по основаниям истечения сроков давности. Наличие признаков преступления является достаточным условием для прекращения дела по этим основаниям, а проведение психиатрической экспертизы в ряде случаев при отсутствии сомнений в установленных признаках преступлений нецелесообразно. Если же на период рассмотрения дела в отношении невменяемого лица о применении к нему принудительных мер медицинского характера истекли сроки давности, установленные ст. 78 УК РФ, отсутствуют основания и для применения к нему принудительных мер медицинского характера, а уголовное дело также подлежит прекращению в связи с истечением срока давности.

Судебно-следственная практика в настоящее время ориентирована на прекращение уголовных дел в отношении невменяемых лиц в связи с истечением

срока давности деяния, признаки которого содержатся в поведении невменяемого лица, ссылаясь на положения ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, после установления его причастности к совершению общественно опасного деяния и признания его невменяемым* (в том числе касается лиц, на момент расследования уголовных дел в отношении которых сроки давности истекли**). Кроме того, в правоприменительной практике при рассмотрении дел в отношении невменяемых лиц исключаются квалифицирующие признаки, по которым истекли сроки давности***.

Представляется, что правоприменительный орган должен направить материалы в органы здравоохранения для решения вопросов, связанных с необходимостью лечения данного лица.

Аналогичные последствия должны быть применены в отношении лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания, так как после истечения сроков давности обвинительного приговора суда, указанных в ст. 83 УК РФ, прекращаются уголовно-правовые отношения.

С целью устранения пробелов и приведения действующего законодательства в соответствие с принципами права полагаем возможным дополнить ст. 97 УК РФ частью 5 следующего содержания: «В случае истечения сроков давности, предус-

* См., например: Постановление Советского районного суда г. Орла от 11 окт. 2017 г. по делу N 1-233/2017 // Государственная автоматизированная система Российской Федерации «Правосудие». URL: //bsr.sudrf.ru

** Постановление Зилаирского районного суда Республики Башкортостан от 25 янв. 2010 г. по делу N 1-7/2010 // Там же.

*** См., например: Постановление Шумячского районного суда Смоленской области от 7 мая 2014 г. по делу N 1-48/2014 // Судебные и нормативные акты Российской Федерации. URL: http://www.sudact.ru/; Постановление Хорошевского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2014 г. по делу N 1-51/2014; Постановление Левашинского районного суда Республики Дагестан от 14 апр. 2015 г. по делу N 1-53/2015 // Государственная автоматизированная система Российской Федерации «Правосудие». URL: https://bsr.sudrf.ru

мотренных в статьях 78 и 83 настоящего Кодекса, в отношении лиц, указанных в пунктах "а" и "б" части первой настоящей статьи, принудительные меры медицинского характера применяться не могут. В этом случае необходимые материалы передаются в федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоохранения или орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения для решения вопроса о лечении указанных лиц в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или направлении указанных лиц в стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья».

С целью исключения случаев необоснованного применения принудительных мер медицинского характера представляется целесообразным закрепить в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2011 г. N 6 «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера» положение следующего содержания:

«В связи с прекращением уголовно-правовых отношений при издании акта амнистии, предусматривающего в качестве правовых последствий освобождение от уголовной ответственности (прекращение производства по делу), истечение сроков давности, уголовные дела в отношении невменяемых лиц подлежат прекращению по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 27 УПК РФ.

По указанным основаниям в случае, когда актом амнистии предусмотрено освобождение от наказания с последующим снятием судимости, применение принудительных мер в отношении невменяемых лиц, а также лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания, судом прекращается.

Декриминализация деяния, при совершении которого рассматривается вопрос о признании лица невменяемым, влечет прекращение уголовного преследования и применение принудительных мер медицинского характера.

Во всех этих случаях материалы направляются в федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоохранения или орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения для решения вопроса о лечении указанных лиц в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или направлении указанных лиц в стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Кроме того, можно выделить принцип индивидуализации мер уголовно-правового характера, применяемых к невменяемым, который означает необходимость применения мер, исходя из анализа психического состояния лица, глубины, вида психического расстройства, типа его течения, личностных качеств и др.

Реализация принципа индивидуализации мер уголовно-правового характера и экономии принудительных мер медицинского характера проявляется в положениях, в соответствии с которыми суд в отношении невменяемых, не представляющих опасности по своему психическому состоянию, может передать необходимые материалы в федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоохранения или орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения для решения вопроса о лечении указанных лиц в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или направлении указанных лиц в стационарные учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, в порядке, установленном законодательством в сфере охраны здоровья (ч. 4 ст. 97 УК РФ). Характерно, что возможность направления в такие органы и учреждения законодатель не связывает с тяжестью совершенного лицом деяния, а указывает лишь на один критерий - состояние здоровья.

Предложенные принципы, на наш взгляд, могут быть положены в основу уголовно-правового регулирования при признании лица, совершившего общественно опасное деяние, невменяемым либо при

применении принудительных мер медицинского характера в отношении лиц, у которых после совершения преступления

наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания.

Список литературы

1. Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. 694 с.

2. Бурганов Р.С. Принципы уголовного права и принципы назначения наказания: автореф. дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. Казань, 2006. 22 с.

3. Сумачев А.В. О принципах уголовного права // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2017. N 4 (42). С. 8-15.

4. Философский энциклопедический словарь / сост: Л.Ф. Ильичев, П.Н. Федосеев, С.М. Ковалев, В.Г. Панов. М.: Сов. энциклопедия, 1983. 840 с.

5. Попкова Е.А. Принудительные меры медицинского характера, применяемые к психическим больным: Уголовно-правовой и уголовно-исполнительный аспект: автореф. дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. Красноярск, 2005. 20 с.

6. Мшвениерадзе П. Институт давности в советском уголовном праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М.,1967. 24 с.

References

1. Mal'tsev V.V. Printsipy ugolovnogo prava i ikh realizatsiya v pravoprimenitel'noy deyatel'nosti [Principles of criminal law and their implementation in law enforcement activities]. St. Petersburg: Yuridicheskiy tsentr Press Publ.,

2004. 694 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Burganov R.S. Printsipy ugolovnogo prava i printsipy naznacheniya nakazaniya. Avtoref. Kand. Diss. [Principles of criminal law and the principles of the appointment of punishment. Autoabstract Cand. Diss.]. Kazan', 2006. 22 p.

3. Sumachev A.V. O printsipakh ugolovnogo prava [On the principles of criminal law]. Yuridicheskaya nauka i pravookhranitel'naya praktika - Legal science and law enforcement practice, 2017, no. 4 (42), pp. 8-15.

4. Filosofskiy entsiklopedicheskiy slovar' [Philosophical Encyclopedic Dictionary]. Moscow, Sovetskaya entsiklopediya Publ., 1983. 840 p.

5. Popkova E.A. Prinuditel'nye mery meditsinskogo kharaktera, primenyaemye k psikhicheskim bol'nym: Ugolovno-pravovoy i ugolovno-ispolnitel'nyy aspect. Avtoref. Kand. Diss. [Compulsory measures of a medical nature applied to mental patients: Criminal-legal and criminal-executive aspects. Autoabstract Cand. Diss.]. Krasnoyarsk,

2005. 20 p.

6. Mshvenieradze P. Institut davnosti v sovetskom ugolovnom prave. Avtoref. Kand. Diss. [The Institute of Prescription in Soviet Criminal Law. Autoabstract Cand. Diss.]. Moscow, 1967. 24 p.