Научная статья
УДК 343.123.66, 343.126
особенности применения мер уголовно-процессуального принуждения по делам частного обвинения
Титов Павел Михайлович
Уральский юридический институт МВД России, Екатеринбург, Россия, titov1995@ya.ru
Аннотация. В статье рассматриваются спорные вопросы применения мер процессуального принуждения по уголовным делам частного обвинения. Поскольку по данной категории дел отсутствует стадия предварительного расследования, заявление потерпевшего подается непосредственно мировому судье, а обвинение поддерживает частный обвинитель, невозможно задержание подозреваемого, т. к. применение этой меры судом выходит за пределы его полномочий. Допускается избрание любых мер пресечения, кроме заключения под стражу (поскольку статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, отнесенные к частному обвинению, предусматривают наказание в виде лишения свободы, что обязательно для данной меры пресечения). Установление оснований избрания меры пресечения осуществляется мировым судьей, при этом он не вправе оценивать обоснованность выдвинутого потерпевшим обвинения. Мера пресечения применяется мировым судьей как по ходатайству частного обвинителя, так и по собственной инициативе, исходя из того, насколько обвиняемый может воспрепятствовать ходу судебного разбирательства. Иные меры процессуального принуждения избираются в отношении обвиняемого по общим правилам. При этом не допускается назначение привода в отношении потерпевшего, поскольку неявка потерпевшего в судебное заседание приравнивается к отказу от обвинения и влечет прекращение уголовного дела, а принудительный привод будет означать неправомерное лишение потерпевшего права на прекращение уголовного преследования.
Ключевые слова: уголовное судопроизводство, частное обвинение, меры принуждения, задержание подозреваемого, меры пресечения, заключение под стражу, привод, временное отстранение от должности
Для цитирования: Титов П.М. Особенности применения мер уголовно-процессуального принуждения по делам частного обвинения // Вестник Уральского юридического института МВД России. 2023. № 1. С. 31-34.
Original article
Features of application of measures of criminal-procedural coercion
in cases of private prosecution
Titov Pavel M.
Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia, Yekaterinburg, Russia, titov1995@ya.ru
Abstract. The article considers controversial issues of the application of measures of procedural coercion in criminal cases of private prosecution. Since in this category of cases there is no stage of preliminary investigation, the victim's statement is submitted directly to a justice of the peace, and the prosecution is supported by a private prosecutor, it is impossible to detain a suspect, since the application of this measure by the court is beyond its powers. Any measure of restraint other than detention is allowed (since the articles of the Criminal Code of the Russian Federation relating to private prosecution provide for punishment in the form of imprisonment, which is mandatory for this measure of restraint). The justification for a preventive measure is determined by the justice of the peace, and he is not entitled to assess the validity of the victim's accusation. The justice of the peace applies the preventive measure at the request of the private prosecutor or on his or her own initiative, on the basis of the extent to which the accused might hinder the conduct of the proceedings. Other measures of procedural coercion are chosen with regard to the accused according to the general rules. At the same time it is not allowed to appoint a drive in respect of the victim, since the victim's failure to appear in the court session is equal to a denial of prosecution and results in the termination of the criminal case, and a forced drive would mean an unlawful deprivation of the right to terminate a criminal prosecution by the victim.
© Титов П.М., 2023
ВЕСТНИК УРАЛЬСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА МВД России
Keywords: criminal proceedings, private prosecution, coercive measures, detention of a suspect, preventive measures, detention, custody, arrest, suspension
For citation: Titov P.M. Features of application of measures of criminal-procedural coercion in cases of private prosecution // Bulletin of the Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia. 2023. № 1. Pp. 31-34.
Уголовное судопроизводство, являясь реакцией государства на преступление, носит публично-правовой характер, соответственно, публичность выступает принципом уголовно-процессуальной деятельности [1, с. 94]. Это означает, что уголовные дела публичного обвинения возбуждаются органами предварительного расследования при установлении факта совершения преступного деяния, независимо от желания потерпевшего, далее производится дознание либо предварительное следствие. К лицу, подвергаемому уголовному преследованию, могут применяться меры процессуального принуждения (задержание по подозрению в совершении преступления, меры пресечения, иные меры принуждения, такие как привод, временное отстранение от должности, наложение ареста на имущество).
Действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (далее - УПК РФ) достаточно детально регламентирует основания, условия и порядок избрания принудительных мер.
Вместе с тем не совсем ясно, насколько указанные меры могут применяться по делам частного обвинения. Как известно, частное обвинение представляет собой весьма характерное исключение из общего (публичного) порядка уголовного судопроизводства. Дела частного обвинения возбуждаются только по заявлению потерпевшего; данное заявление подается не в орган дознания, а мировому судье; стадия предварительного расследования отсутствует; решение мирового судьи о принятии заявления приравнивается к постановлению о возбуждении уголовного дела; собирание доказательств осуществляется и обвинение поддерживается самим потерпевшим, которому присваивается процессуальный статус частного обвинителя; в случае примирения потерпевшего с обвиняемым дело подлежит обязательному прекращению.
Таким образом, в делах частного обвинения не участвуют ни органы предварительного расследования, ни прокурор, то есть те субъекты, которые по делам публичного и частно-публичного обвинения инициируют применение мер процессуального принуждения. Частный обвинитель, хотя и поддерживает обвинение, не имеет государственно-властных полномочий и не вправе избирать в отношении обвиняемого принудительные меры. Таким образом, единственный субъект, правомочный на применение мер принуждения по делам частного обвинения, - мировой судья, рассматривающий данное дело. Он обладает необходимыми властными полномочиями, но не представляет сторону обвинения, и избрание им принудительных мер не должно приводить к переходу на
позицию какой-либо из сторон и превращению суда в орган уголовного преследования.
Задержание по подозрению в совершении преступления производится только в стадии предварительного расследования и исключительно следователем (дознавателем), расследующим дело. Цель задержания как процессуального действия - изолировать подозреваемого на краткое время, необходимое для предъявления обвинения, чтобы воспрепятствовать возможной деятельности подозреваемого по противодействию собиранию доказательств [2, с. 19]. По делам частного обвинения, как было отмечено, стадия предварительного расследования отсутствует. Мировой судья не вправе производить задержание лица, в отношении которого подано заявление, поскольку для этого отсутствуют нормативные основания. В противном случае мировой судья неизбежно принимал бы на себя функции, присущие органам уголовного преследования, что не соответствует месту и роли суда в уголовном судопроизводстве.
Меры пресечения избираются для обеспечения должного поведения обвиняемого (подозреваемого) как в досудебных, так и в судебных стадиях судопроизводства. На предварительном расследовании часть мер пресечения применяется по постановлению следователя (дознавателя), а другая часть, в наибольшей степени ограничивающих конституционные права граждан, - судом по ходатайству следователя (дознавателя), согласованному с руководителем следственного органа (прокурором). В судебных стадиях все меры пресечения избираются по решению суда, в производстве которого находится дело. Избрание меры пресечения требует оснований, исчерпывающий перечень которых закреплен в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, а также общих условий, установленных в различных статьях уголовно-процессуального закона.
Возникает вопрос: вправе ли мировой судья по делу частного обвинения избирать в отношении обвиняемого меру пресечения? Очевидно, что при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана. При этом не допускается применение меры пресечения в виде заключения под стражу, но исключительно из-за отсутствия частных условий, установленных именно для этой меры пресечения. В ч. 1 ст. 108 УПК РФ зафиксировано, что заключение под стражу избирается только по делам о преступлениях, за которые уголовный закон предусматривает наказание в виде лишения свободы. В то же время установленные УК РФ санкции за преступления, отнесенные к частному обвинению, не предусматривают наказания в виде лишения свободы. В этой связи нельзя согласиться с Л. Е. До-рошковым, полагающим, что мера пресечения в виде
заключения под стражу может быть избрана по делу частного обвинения при объявлении обвиняемого в розыск [3, с. 25].
Остальные меры пресечения могут быть избраны по делам частного обвинения [4, с. 25]. Любая мера пресечения избирается решением мирового судьи при наличии закрепленных в ч. 1 ст. 97 УПК РФ оснований. В отличие от дел публичного и частно-публичного обвинения, по которым наличие оснований устанавливается органом предварительного расследования и лишь затем оценивается судом, по делам частного обвинения мировой судья с учетом всех собранных по делу сведений, прежде всего отраженных в заявлении потерпевшего, самостоятельно делает вывод о наличии оснований для избрания меры пресечения. Разумеется, такой порядок весьма существенно отличается от общего, однако нельзя утверждать, что он принципиально противоречит роли суда в уголовном процессе. Ведь и по делам публичного и частно-публичного обвинения в судебных стадиях именно суд самостоятельно, без какого-либо ходатайства стороны обвинения вправе принять решение об избрании или изменении меры пресечения. При этом суд исходит из того, насколько обвиняемый может помешать производству по делу, если мера пресечения не будет избрана. Очевидно, что частный порядок уголовного преследования не препятствует избранию меры пресечения по соответствующим делам.
При этом, с учетом специфики дел частного обвинения, мировой судья не должен проверять обоснованность выдвинутого обвинения. Это условие является строго обязательным для общего порядка избрания меры пресечения, однако по делам частного обвинения оно неприменимо. Заявление потерпевшего по этой категории дел должно содержать формулировку и квалификацию обвинения и выполняет по делу роль постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного акта [5, с. 105; 6, с. 18; 7, с. 252; 8, с. 83]. Соответственно, по делам частного обвинения государство не участвует в осуществлении уголовного преследования. Если представить, что мировой судья будет проверять обоснованность обвинения, это неизбежно приведет к тому, что судебный орган станет оценивать сформулированное потерпевшим обвинение, а следовательно, фактически предрешать исход уголовного дела. По делам публичного обвинения ситуация принципиально иная: суд проверяет обоснованность обвинения, исходя из материалов, представленных органами предварительного расследования, сам суд не вызывает и не допрашивает по соответствующим обстоятельствам потерпевших и свидетелей, не проверяет законность и обоснованность получения иных доказательств. Иными словами, действует своеобразная презумпция допустимости материалов, поступивших от следственных органов. Единственным исключением из этого правила являются ситуации, когда представленные суду материалы явно противо-
речат друг другу или общеустановленным фактам и этому не находится разумного объяснения. По делам частного обвинения, в условиях отсутствия стадии предварительного расследования, все изобличающие обвиняемого материалы исходят от частного обвинителя. Если предположить, что он должен представлять их мировому судье еще и при решении вопроса об избрании меры пресечения, получится, что суд будет оценивать эти материалы дважды - при рассмотрении данного вопроса, и при разбирательстве дела по существу.
По смыслу закона, по делам частного обвинения избрание меры пресечения возможно как по ходатайству стороны обвинения, то есть частного обвинителя, так и по инициативе мирового судьи. Нельзя утверждать, что мировой судья, избирая меру пресечения, в том числе по собственной инициативе без ходатайства частного обвинителя, осуществляет функцию уголовного преследования. Установив наличие оснований применения меры пресечения, мировой судья принимает соответствующее решение в публично-правовых целях как для защиты субъективных прав потерпевшего, ставшего участником уголовного судопроизводства, так и в интересах правосудия, поскольку без лишения обвиняемого возможности совершать противоправные действия невозможно достижение назначения уголовного судопроизводства.
При этом представляется, что по делам частного обвинения, с учетом их специфики (прежде всего, отсутствие у суда полномочий по проверке обоснованности подозрения), мера пресечения должна применяться только при невозможности добиться должного поведения обвиняемого иными способами (например, избранием обязательства о явке). Данное положение целесообразно закрепить в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
По смыслу закона, к обвиняемому могут быть применены такие меры процессуального принуждения, как обязательство о явке, временное отстранение от должности, привод. Их избрание производится мировым судьей по ходатайству стороны обвинения либо по собственной инициативе, при наличии закрепленных в УПК РФ оснований.
В частности, временное отстранение от должности может применяться только тогда, когда обвиняемый, используя свое служебное положение, может оказать противоправное воздействие на лиц, являющихся потерпевшими или свидетелями по делу [9, с. 126-127]. Разумеется, с учетом уголовно-правовой характеристики преступлений, отнесенных к делам частного обвинения, это достаточно редкий случай.
Привод может быть применен в отношении обвиняемого или свидетелей, уклоняющихся от явки в судебное заседание. По делам частного обвинения какой-либо специфики привода в отношении обвиняемого и свидетелей не имеется, однако она существует для потерпевшего. Дело в том, что по рассма-
ВЕСТНИК УРАЛЬСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ
триваемой категории дел неявка потерпевшего без уважительных причин влечет за собой прекращение уголовного дела за отсутствием в действиях подсудимого состава преступления (ч. 3 ст. 249 УПК РФ). При этом мировой судья не вправе прекращать уголовное дело только в силу факта неявки потерпевшего в судебное заседание, а обязан установить неуважительный характер причины неявки. При этом, если причина неявки является неуважительной, потерпевший не может быть подвергнут приводу [10, с. 161], поскольку последний фактом неявки без уважительных причин выражает отказ от осуществления уголовного преследования. В противном случае окажется, что суд необоснованно, вопреки закону препятствует прекращению уголовного дела, в то время как именно это решение по делам частного обвинения является наиболее предпочтительным.
Список источников
1. Безруков С. С. Международно-правовые, конституционные и уголовно-правовые предпосылки принципа публичности в уголовном процессе // Журнал российского права. 2015. № 4 (220). С. 87-95.
2. Стельмах В. Ю. Меры уголовно-процессуального принуждения: учебное пособие. Екатеринбург: Уральский юридический институт МВД России, 2021. 193 с.
3. Дорошков Л. Е. Мера пресечения в виде заключения под стражу по уголовным делам частного обвинения // Мировой судья. 2015. № 7. С. 24-27.
4. Дорошков В. В. Современный уголовный процесс и основные направления его совершенствования // Мировой судья. 2019. № 9. С. 3-13.
5. Курченко В. Н. Юридические аспекты подготовки к судебному разбирательству дел частного обвинения // Уголовное право. 2015. № 6. С. 102-105.
6. Лазарева В. А., Жирова М. Ю. О некоторых проблемах, возникающих в судебной практике по делам частного обвинения // Мировой судья. 2010. № 10. С. 15-20.
7. Орлова А. А. Производство по делам частного обвинения по уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации и Республики Беларусь: некоторые аспекты сравнительно-правового исследования // Вестник Московского университета МВД России. 2018. № 4. С. 250-253.
8. Трубникова Т. В. Проблемы реализации права потерпевшего на доступ к правосудию по делам частного обвинения // Вестник Томского государственного университета. 2006. № 292 (I). С. 81-86.
9. Стельмах В. Ю. Временное отстранение обвиняемого (подозреваемого) от должности: пробелы законодательной регламентации и пути их преодоления // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2020. № 1 (85). С. 125-135.
10. Камалиева Л. А., Хузин М. М. Некоторые проблемы осуществления привода по уголовным делам // Научный журнал. Дискурс. 2019. № 11 (37). С. 159165.
References
1. Bezrukov S. S. International legal, constitutional and criminal law prerequisites of the principle of publicity in criminal proceedings // Journal of Russian Law. 2015. № 4 (220). P. 87-95.
2. Stelmakh V. Yu. Measures of criminal procedural coercion: a textbook. Yekaterinburg: Ural Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2021. 193 p.
3. Doroshkov L. E. Preventive measure in the form of detention in criminal cases of private prosecution // Justice of the Peace. 2015. No. 7. P. 24-27.
4. Doroshkov V. V. Modern criminal process and the main directions of its improvement // Justice of the Peace. 2019. No. 9. P. 3-13.
5. Kurchenko V. N. Legal aspects of preparation for the trial of private prosecution cases // Criminal Law. 2015. No. 6. P. 102-105.
6. Lazareva V. A., Zhirova M. Yu. About some problems arising in judicial practice in cases of private prosecution // Justice of the Peace. 2010. No. 10. P. 15-20.
7. Orlova A. A. Proceedings on cases of private prosecution under the criminal procedure legislation of the Russian Federation and the Republic of Belarus: some aspects of comparative legal research // Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2018. No. 4. P. 250-253.
8. Trubnikova T. V. Problems of realization of the victim's right to access to justice in cases of private prosecution // Bulletin of Tomsk State University. 2006. No. 292 (I). P. 81-86.
9. Stelmakh V. Yu. Temporary removal of the accused (suspect) from office: gaps in legislative regulation and ways to overcome them // Bulletin of the St. Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2020. № 1 (85). P. 125-135.
10. Kamalieva L. A., Khuzin M. M. Some problems of the implementation of criminal cases // Scientific Journal. Discourse. 2019. № 11 (37). P. 159-165.
Информация об авторе
Титов Павел Михайлович - кандидат юридических наук
Information about the author
Titov Pavel M. - Candidate of Law
Статья поступила в редакцию 01.11.2022; одобрена после рецензирования 30.12.2022; принята к публикации 20.03.2023
The article was submitted 01.11.2022; approved after reviewing 30.12.2022; accepted for publication 20.03.2023