УДК 342 ББК 67
DOI 10.24411/2414-3995-2019-10055 © А.Н. Шармоянц, 2019
Научная специальность 12.00.01 — теория и история права и государства; история учений о праве и государстве
ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ РАДИОСВЯЗИ В 30-е ГОДЫ ХХ ВЕКА В СССР ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ МОРЕПЛАВАНИЯ
Артур Норайрович Шармоянц,
доцент кафедры истории и теории государства и права, кандидат юридических наук Таврическая академия ФГАОУ ВО «КФУ им. В.И. Вернадского» (295007, Республика Крым, г. Симферополь, проспект Академика Вернадского, д. 4)
E-mail: sharmar@yandex.ru
Аннотация. Рассмотрены особенности правового регулирования радиосвязи в 30-е годы в СССР и ее роли как важного элемента системы обеспечения безопасности торгового мореплавания. Проанализированы основные правовые акты, регулирующие деятельность и развитие радиосвязи в Советском государстве, особенности принятия и роль в развитии радиосвязи. Отмечены возникавшие на практике сложности, обусловленные развитием и эксплуатацией узлов связи, а также применяемые меры по оптимизации их работы.
Ключевые слова: радио, правовое регулирование, торговое судоходство, безопасность торгового мореплавания, морское судно.
FEATURES OF LEGAL REGULATION OF RADIOCOMMUNICATION IN THE 30S OF THE XX CENTURY IN THE USSR TO ENSURE SAFETY OF NAVIGATION
Artur N. Sharmoyants,
Associate Professor of the Department of History and Theory of State and Law,
Candidate of Law
Tavricheskaya Academy «Crimean Federal University named after V.I. Vernadsky» (295007, Republic of Crimea, Simferopol, Prospect Academica Vernadskogo, d. 4)
Abstract. The work is devoted to the features of the legal regulation of radio communications in the 30s in the USSR and its role as an important element of the system for ensuring the safety of merchant shipping. The main legal acts regulating the activities and development of radio communications in the Soviet state, the features of adoption and their role in the development of radio communications are considered. Difficulties encountered in practice, caused by the development and operation of communication centers, as well as the measures used to optimize their work, are noted.
Keywords: radio, legal regulation, merchant shipping, safety of merchant shipping, sea craft.
Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Для цитирования: Шармоянц А.Н. Особенности правового регулирования радиосвязи в 30-е годы ХХ века в СССР для обеспечения безопасности мореплавания. Вестник экономической безопасности. 2019;(2):32-6.
Важным этапом в повышении безопасности торгового мореплавания в начале ХХ в. как в России, так и во всем мире стало широкое распространение и внедрение радиосвязи. Основой этого процесса служили международные радиотелеграфные конференции, активное участие в которых принимала сначала Царская Россия, а в дальнейшем и Советская Россия. Активное внедрение принятых международных правил, норм и стандартов радиосвязи внутри государства пришлось в СССР на 30-е годы, в период, последовавший после преодоления по-
слереволюционной неразбериху и разрухи в стране. Именно в это время Советскому государству удалось преодолеть сложности политического характера в международных отношениях и на равных с ведущими мировыми державами заниматься ключевыми мировыми проблемами, одной из которых по праву считалась проблема обеспечения безопасности торгового мореплавания.
Цель работы заключается в том, чтобы рассмотреть основные правовые акты, регулирующие развитие радиосвязи в 30-е годы в Советском го-
сударстве, оценить их роль в развитии радиосвязи как важного элемента системы по обеспечению безопасности мореплавания, подвергнуть рассмотрению возникавшие на практике сложности, обусловленные их внедрением «на местах» и пути их решения. В ходе работы учитываются исследования ученых, которые прямо или косвенно касались поставленной темы: В.Г. Воронин, А.А. Глущенко, В.Н. Гуцуляк, С.А. Гурьев, И.В. Зенкин, Б.В. Змерз-лый и др. В работах отечественных и зарубежных авторов исследование данного вопроса в обозначенном нами аспекте и временных рамках не проводилось или же проводилось поверхностно в рамках изучения другой проблемы. Правовое регулирование радиосвязи в обозначенный период нуждается в более детальном изучении и анализе для учета богатого и по большей части положительного исторического опыта.
Важнейшим законодательным актом в СССР, которым регулировались вопросы деятельности радиостанций, обслуживающих торговые суда, безусловно стал Кодекс Торгового Мореплавания СССР (далее — КТМ), утвержденный постановлением ЦИК СССР, СНК СССР от 14 июня 1929 г. В нем, данному вопросу было посвящено «Приложение I. О радиоустановках на судах морского торгового флота, плавающих под флагом Союза ССР».
В нем, в частности, указывалось, что большая часть судов морского торгового флота, плавающие под флагом СССР, должны быть снабжены радиотелеграфными приемно-передающими аппаратами (ст. 1).
НКПС предоставлялось право: а) в исключительных случаях для обеспечения безопасности плавания требовать установки радиооборудования и на судах, не подпадающих под действие ст. 1; б) освобождать любое судно из числа предусмотренных ст. 1 от обязанности иметь радиооборудование, если устройство такого оборудования не вызывалось необходимостью с точки зрения обеспечения безопасности плавания.
Суда, указанные в ст. 1 данного Приложения, в отношении радиотелеграфной службы разделялись на три категории.
Радиостанции на судах первой категории (ст. 3) во время плавания должны были нести непрерывное слуховое наблюдение. Радиостанции на судах
второй категории (см. ст. 3) — нести слуховое наблюдение не менее 16 ч. в сутки по расписанию, устанавливаемому НКПС.
Радиостанции на судах третьей категории (см. ст. 3) — нести слуховое наблюдение по мере надобности, за исключением пассажирских судов и рейдовых ледоколов, которые должны были нести слуховое наблюдение не менее 8 ч. в сутки по расписанию, установленному НКПС (ст. 4).
Условия, которым должны были удовлетворять судовые радиостанции, и технические правила для судовых радиостанций, в том числе радиостанций на судах, не подпадающих под действие ст. 1, устанавливались Регистром СССР Радиостанции судов всех упомянутых в ст. 1 категорий должны были удовлетворять требованиям, которые обеспечивали бы возможность работы радиостанции при аварии судна (ст. 5).
Издание правил по обслуживанию и эксплуатации судовых радиостанций, в том числе радиостанций на судах, не подпадающих под действие ст. 1, возлагалось на НКПС (ст. 6).
Соответственно, наблюдение за исполнением судовладельцами настоящего Постановления и издаваемых на основе его правил возлагалось на НКПС и Регистр СССР по принадлежности (ст. 7).
Также подчеркивалось, что суда, подпадающие под действие данного Постановления, не имеющие соответствующего радиооборудования, не выпускались из порта (ст. 8).
Кроме общего регулирования деятельности радиосвязи в целях обеспечения безопасности торгового судоходства, на примере Черноморско-Азов-ского региона, следует указать и на то, во-первых, каким образом происходило регулирование оплаты работы связистов, а во-вторых, рассмотреть непосредственное регулирование деятельности узлов связи в исследуемом регионе.
Безусловно, что основой для оплаты работы радистов на судовых и береговых радиостанциях был установленный тариф по соответствующему штатному расписанию и конкретные позиции, прописанные в коллективных трудовых договорах. Однако в начале 1930-х гг. началась борьба с так называемым «обезличиванием» деятельности различных коллективов с применением экономически
обусловленных материальных стимулов. Чаще всего эти вопросы регулировались дополнительными соглашениями.
В соответствии с одним из таких соглашений, при перевыполнении радистами установленной нормы выработки выплачивалось дополнительное вознаграждение, которое могло достигать 50% и выше. В случае же нарушений или невыполнений возложенных обязанностей осуществлялось удержание вознаграждения или же его полное лишение. К таким нарушениям относилось: искажения по вине радиста радиограмм, аварии по вине радиста станции или аппаратов, не соблюдение часов молчания, установленных международной конвенцией и др. Соглашение вступало в силу с 15 мая [1, л. 127—127].
Для нормального выполнения данного соглашения, кроме прочего, необходимо было установить конкретные нормы выработки для служащих радиостанции. Именно с этой целью 15 мая 1932 г. и было созвано производственное совещания радиостанции Ялтинского порта. В результате обмена мнений совещание пришло к выводу предложенную норму считать технически возможной с повышением ее на 60%, т.е. 702 слова чистых текстовых за 6 часовую вахту [1, л. 128].
1932 г. оказался весьма насыщенным на различные события для радистов торгового флота. Так, в этом году состоялась Первая конференция завра-дио береговых станций Черноморского бассейна. В докладах, среди прочего, отмечалось, что за последние 1,5 года была значительно расширена сеть, введены коротковолновые радиостанции, благодаря чему порты перешли на радиосвязь между собой на короткие волны. В тоже время, на конференции прозвучали и острые вопросы в отношении реальной работы средств связи. Так, отмечалось недопонимание командным составом управления бассейна и портов значения радиосвязи на море выразившееся «в превращении радиообмена в простую переписку, что нарушает приказ наркомвода... отсутствие поддержки в мероприятиях по реконструкции радиосвязи.».
Ну и, наконец, на конференции с сожалением было отмечено, что собственная проволочная связь и сигнализация в большинстве портов отсутствовала, а где и была, то находилась в неудовлетвори-
тельном состоянии. Отсюда предлагалось увеличить план капиталовложений и улучшить плановое снабжение материалами этой части связи, а также создать в секторе связи бассейна должность инженера проволочной связи [2, л. 32—32 об.].
В постановлении по диспетчерско-оператив-ной связи конференция вынуждена была отметить, что «совершенно отсутствует понятие у некоторых даже руководящих работников портов и бассейна о целях и назначении работы радиостанций, которые согласно международной конвенции, предназначены только для обслуживания безопасности мореплавания и спасения человеческой жизни на морях». Также конференция не смогла обойти молчанием загрузку радиотелеграфа до 70% разрядами, молния в прямой ущерб диспетчерско-оперативным депешам, что наносило руководству флота громаднейшие убытки по эксплуатации таковых. Также отмечалось, что не имение между портом и рацией живой связи замедляло иногда доставку на несколько часов полученной радиограммы к месту назначения [4, л. 34—34 об.].
Подтверждением многим вскрывшимся на конференции фактам служит приказ по управлению СТФ Черного моря от 9 мая 1932 г. В нем, в частности, указывалось, что в бассейне много и не по делу используют радиостанции в ущерб их эксплуатации. В приказе начальник СТФ вынужден был предложить «в последний раз изжить многослов-ность радиограмм и подавать депеши к передаче только при наличии действительно необходимой срочности, при чем в тексте депеш помещать только самое необходимое, сжато, применяя телеграфный язык». Для разгрузки работ радиостанции с 15 июля им было введено ограниченное число слов для всех радиограмм совместно с адресом по нижеследующей тарификации. А) молнии — 25 слов; б) срочные — 40 слов; в) простые — 60 слов. В указанные разряды депеш не входили диспетчерские сводки и аварийные депеши [2, л. 40].
Тем не менее, регулировать эту проблему пришлось более конкретно и точно. Так, в циркуляре, «РУМОР всем ШРЗМОР ста радистам судовых и береговых раций ПМОР АМОР и КСМОР», в развитие и разъяснение приказа № 1256 от 9 июня 1932 г. по УСТФ Черного моря давались конкретные разъяснения по содержанию конкретных типов депеш.
Кроме того, предлагалось широко использовать короткие волны и выполнять требуемые приказом от 25 апреля 1934 г. перевода на 50% передачи на коротких волнах [2, л. 87].
В целях упорядочения и ускорения работы радиостанций в 1934 г. был принят целый пакет специальных мер. Так, 15 мая 1934 г. вышел приказ № 188 «О введении в действие» свода условных наименований должностей водного транспорта для телеграфных внутриведомственных сношения и для сношений по сети связи НКПС». Им данный свод вводился в действие с 16 мая 1934 г., а приказ Нар-комвода №139 от 1933 г. отменялся [3, л. 122—125, л. 145].
21 мая 1934 г. вышел приказ № 678 по управлению Черноморского Пароходства. Им, в целях уменьшения расходов на радио и телеграммы предписывалось таковые подписывать только фамилией, без проставления шифров / сокращенных должностей [3, л. 172].
Приказом же НКВТ № 438 от 27 ноября 1934 г. «О введении в действие дополнительно свода условных наименований должностей по водному транспорту для телеграфных внутриведомственных сношений», в дополнение к приказу НКВОДа от 15 мая 1934 г. за № 188 и от 13 августа 1934 г. за № 332 следовало ввести в действие дополнительный свод условных наименований должностей, в том числе по воднотранспортному судну, отделу рабочего снабжения и т.д. [4, л. 7].
Не смотря на загруженность, введение приема частных телеграмм являлось важным направлением оптимизации работы радиостанций, позволяло компенсировать часть расходов на их содержание. Так, к примеру, 3 апреля 1935 г. была издана инструкция для приема частных телеграмм за наличный расчет в порту Ялты. Предусматривалось, что для этой цели на радиостанции должна употребляться книжка квитанций управления ялтинского порта [4, л. 142].
Тем не менее, общая ситуация в деле радиосвязи в Черноморско-Азовском регионе в 1934 г. сохранялась еще весьма и весьма сложной. Так, в протоколе очередного совещания начальник службы эксплуатации Широких вынужден был констатировать следующее — «Получаем радиотелеграмму на 2-й 3-й день. Выясняется, что мы очень перегружены в силу
увеличения флота и увеличения работы». Широких подчеркнул, что, по его мнению, оборудование, какое имелось на Черном море и на судах Черноморского пароходства не могло никого удовлетворять, а потому он выдвинул вопрос об установке радиотелефонов [5, л. 13].
Безусловно, что качество и современность техники играло в вопросах радиосвязи значительную роль, однако и ту технику что была далеко не всегда содержали в должном состоянии. Так, из приказа № 1040 по управлению Черноморского Пароходства от 14 июня 1934 г. узнаем, что несмотря на конкретные указания и инструктаж со стороны группы связи Пароходства, радисты п/х «Ленинец», «Черноморец» и «Батум» халатно относились к своим обязанностям, чем довели судовые радиостанции, на которых работали «до угрозы вывода из эксплуатации...». За это нерадивым радистам объявили строгие выговоры [3, л. 103].
Или же, согласно выписке из приказа управления ялтинского порта от 1 февраля 1935 г., за несоблюдение правил радиообмена о минутах молчания дежурным радистом Титовым 30 января этого года он был подвергнут аресту на трое суток с исполнением служебных обязанностей [4, л. 32].
С другой стороны, свою негативную роль в деятельности радиосети сыграло то, что в отношении береговых радиостанций весьма часто менялась система управления. Так, к примеру, ялтинская береговая радиостанция некоторое время находилась в ведении Морфлота, с 1 января 1934 г. она уже была в распоряжении и подчинении Черноморской дирекции Совфлота, а с 1-го апреля 1934 г. радиостанция перешла в непосредственное подчинение порта [3, л. 246].
И тем не менее, к сожалению, как это часто бывает, толчок к скорейшему оснащению большей части торговых и вспомогательных судов радиостанциями, был дан лишь после очередного громкого крушения. Так, лишь рассмотрев материалы по расследованию аварии баржи № 87 — 5 декабря 1935 г. в районе Тендеровской косы Начальник Черноморского Госпароходства 16 декабря 1935 г. издал приказ № 719, которым, кроме прочего, начальникам портов в трехдневный срок дать заявку в планово-финансовый отдел УЧП для
включения в план на 1936 г. установку радиостанций на транспортных и спасательных буксирах
[6, л. 117].
Важным шагом в деле централизации различных вопросов, связанных с радиосвязью в СССР, стало принятие 27 ноября 1933 г. СНК СССР положения о всесоюзном комитете по радиофикации и радиовещанию при СНК СССР, на который возлагались широкие полномочия по руководству всем радиовещанием в СССР.
Безусловно, что Всесоюзный радиокомитет не получил в свое непосредственное управление береговые и судовые радиостанции СТФ, так как его основной целью все же было развитие и управление вопросами массового радиовещания. Однако, в тоже время, такие вопросы как распределение частот, установление типов радиоприемников и передатчиков, подготовка кадров радистов во многом находились именно в его руках.
Также можно отметить и тот факт, что радиокомитет, помимо НКС и управления бассейнов стал еще одним руководящим органом в радиоделе страны, что само по себе могло вызывать междуведомственную путаницу и отсутствие должного контроля на местах за работой радиостанций. Одним из доказательств данного предположения является приказ НКС СССР от 2 октября 1940 г. (№ 744) «О запрещении изменения схем, переделок и реконструкций оборудования хозяйства радиосвязи и радиовещания без разрешения центрального управления радиосвязи и радиовещания».
Как правило, эти переделки и реконструкции, проводимые без соответствующих проектов и схем, приводили к ухудшению основного оборудования, снижению его эксплуатационных показателей, а иногда даже выводили основное оборудование совершенно из строя [7].
Подводя итог, хотелось бы отметить, что, не смотря на политические трудности международного характера для Советского государства в 30-е годы, послереволюционную неразбериху и разруху в стране, правовому регулированию обеспечения безопасности на море и развитию важной его составляющей — радиосвязи отводилось важное значение. Не смотря на сопутствующие трудности с организацией процесса, технически-
ми проблемами, недостатком финансирования и несовершенством управления, правовое регулирование радиосвязи осуществлялось с соблюдением международных соглашений СССР и заложило крепкий фундамент в развитие торгового мореплавания в государстве на многие годы вперед.
Литература
1. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 133. Права и обязанности дежурных надзирателей Ялтинского порта и приписанных к нему пунктов, правила внутреннего распорядка, годовой план очередных отпусков сотрудников, протоколы заседаний РКК и заявлений сотрудников. 9.05.1931 — 10.10.1932 г. 202 л.
2. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 135. Тоже. 5.01.1932 — 25.10.1932 г. 184 л.
3. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 158. Приказы НКВТ, Управления Черноморского пароходства. Списки, подписки, рапорта сотрудников о проработке устава о дисциплине служащих водного траспорта СССР. 8.01.1934 — 15.10.1934 г. 254 л.
4. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 169. Приказы, циркуляры, инструкции НКВТ и Управления Черноморского пароходства. 1.01.1935 — 15.04.1935 г. 161 л.
5. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 159. Приказы и циркуляры НКВТ и Управления Черноморского пароходства. 23.06.1934 — 22.12.1934 г. 122 л.
6. ЦГА ВМФ, ф. р-1599, оп. 1, д. 171. Приказы, циркуляры НКВТ, Управления Черноморского пароходства и докладные записки СНК Крым АССР НКВТ, Крымскому обкому ВКП(б), Южному центральному морскому управлению о реконструкции Ялтинского порта и приписных к нему пунктов, о перенесении Ялты из группы портов 3 разряда в группу 2 разряда. 31.07.1935 — 31.12.1935 г.
7. Приказ Народного Комиссара Связи Союза ССР от 02.10.1940 №744 «О запрещении изменения схем, переделок и реконструкций оборудования хозяйства радиосвязи и радиовещания без разрешения центрального управления радиосвязи и радиовещания». — URL : http://www.libussr.ru/doc_ussr/ ussr 4284.htm