Научная статья на тему 'Основные факторы сооружения Волжского каскада гидроузлов (1930-1950-е годы)'

Основные факторы сооружения Волжского каскада гидроузлов (1930-1950-е годы) Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
210
65
Поделиться
Ключевые слова
БОЛЬШАЯ ВОЛГА / ВОЛГОСТРОЙ / ВОЛЖСКИЙ КАСКАД / ГИДРОСТРОИТЕЛЬСТВО / ГИДРОУЗЕЛ / ЭЛЕКТРОЭНЕРГИЯ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Бурдин Евгений Анатольевич

Рассмотрены основные факторы развития гидроэнергетики России в 1930-1950-х годах на примере Волжского каскада гидроузлов. Исследован процесс разработки и практической реализации крупномасштабных планов политической элиты СССР по хозяйственному освоению водных ресурсов Волги. Выявлено, что основными факторами гидростроительства были потребности экономического развития страны, важное оборонное значение гидроузлов, удачный опыт сооружения первых крупных ГЭС, создание высокого научно-технического потенциала и наличие значительных ресурсов ГУЛАГа.

MAJOR FACTORS OF A CONSTRUCTION OF THE VOLGA CASCADE OF HYDROKNOTS (1930-1950th)

Major factors of development of water-power engineering of Russia in 1930-1950th on an example of the Volga cascade of hydroknots. Process of working out and practical realisation of large-scale plans of political elite of the USSR on economic development of water resources of Volga is investigated. It is revealed that requirements of economic development of the country, the important defensive value of hydroknots, successful experience of a construction of the first large HPS, creation of high scientific and technical potential and presence of considerable resources of a Gulag were hydrobuilding major factors.

Текст научной работы на тему «Основные факторы сооружения Волжского каскада гидроузлов (1930-1950-е годы)»

УДК 947.084

Е.А. БУРДИН

ОСНОВНЫЕ ФАКТОРЫ СООРУЖЕНИЯ ВОЛЖСКОГО КАСКАДА ГИДРОУЗЛОВ (1930-1950-е годы)

Ключевые слова: Большая Волга, Волгострой, Волжский каскад, гидростроительство, гидроузел, электроэнергия.

Рассмотрены основные факторы развития гидроэнергетики России в 1930-1950-х годах на примере Волжского каскада гидроузлов. Исследован процесс разработки и практической реализации крупномасштабных планов политической элиты СССР по хозяйственному освоению водных ресурсов Волги. Выявлено, что основными факторами гидростроительства были потребности экономического развития страны, важное оборонное значение гидроузлов, удачный опыт сооружения первых крупных ГЭС, создание высокого научнотехнического потенциала и наличие значительных ресурсов ГУЛАГа.

E.A. BURDIN MAJOR FACTORS OF A CONSTRUCTION OF THE VOLGA CASCADE OF HYDROKNOTS (1930-1950th)

Key words: the Big Volga, Volgostroj, the Volga cascade, hydrobuilding, hydroknot, the electric power.

Major factors of development of water-power engineering of Russia in 1930-1950th on an example of the Volga cascade of hydroknots. Process of working out and practical realisation of large-scale plans of political elite of the USSR on economic development of water resources of Volga is investigated. It is revealed that requirements of economic development of the country, the important defensive value of hydroknots, successful experience of a construction of the first large HPS, creation of high scientific and technical potential and presence of considerable resources of a Gulag were hydrobuilding major factors.

В конце 1920-х годов в СССР был принят курс на форсированную индустриализацию, проведение которой потребовало большого количества электроэнергии. В связи с этим в 1931-1936 гг. была разработана схема «Большая Волга», предусматривавшая коренную реконструкцию реки в энергетических, а также транспортных и ирригационных целях.

Изучаемая нами проблема имеет особую актуальность и значимость в силу того, что создание мощных гидроузлов на крупнейшей равнинной реке европейской части России оказало и продолжает оказывать колоссальное влияние на все сферы жизни прилегающих регионов Поволжья, особенно социальную, экономическую, культурную и экологическую. Между тем в зарубежной и отечественной историографии до сих пор нет комплексных исследований по заявленной теме.

В качестве ведущего фактора гидростроительства в стране мы рассматриваем интересы развития промышленности, а также сельского хозяйства и транспортного судоходства. Поскольку планы освоения колоссальных водных ресурсов Волги появились в 1910 г. в Самарском Поволжье, закономерным представляется анализ вышеуказанного фактора на примере именно этой территории, в период с конца 1920-х по 1930-е годы.

Специфика экономики региона заключалась в том, что к 1930 г. он оставался в основном аграрным, причём удельный вес валовой продукции сельского хозяйства составлял 72,4% против 60,7% в среднем по РСФСР [18, с. 16]. Экономика края практически по всем основным показателям значительно отставала от общесоюзных показателей.

Автор первого проекта сооружения Самарского гидроузла инженер К.В. Богоявленский в 1928 г. отмечал неустойчивость урожая зерновых культур Средневолжской области и, как следствие, этого низкий уровень экономического положения, сделав вывод о том, что «проблема индустриализации... вплотную упирается в вопрос о дешёвых источниках энергии» [5, с. 1]. Энергию гидроузла намечалось использовать для развития химической и механической промышленности, а также деревообделочного, текстильного и цементного

производства. Количество востребованной предприятиями энергии оценивалось в 180 МВт (30,6 % от общего количества) [5, с. 14].

Проработка вопроса о перспективах потребления электроэнергии была продолжена проектировщиками Самарского Волгостроя под руководством А.В. Чаплыгина в 1930-х годах, которые в отличие от К.В. Богоявленского, больше внимания обращали на комплексное использование водных ресурсов реки -энергетическое, транспортное и ирригационное. Приоритет отдавался первому направлению. В качестве исходного выдвигался тезис о том, что промышленное развитие «...в целом определяется в первую очередь по совокупности транспортных и энергетических показателей, причём значение последнего фактора настолько велико, что при известных условиях он предопределяет переработку в районе не только местного, но и привозного сырья» [19, с. 79].

Из-за недостатка дров (средняя лесистость - 11,8%), высоких цен на уголь и невыгодности переработки нефти была поставлена задача ввести в хозяйственный оборот 2 мощных энергетических ресурса: горючие сланцы и энергию гидроузла у Самарской Луки, который при напоре в 20 м даст 8-9 млрд кВтч энергии [11, л. 25].

Общее количество потребляемой регионом за год электроэнергии должно было составить 5607 млн кВтч (62,3% от общего количества вырабатываемой энергии) [19, с. 108]. Крупнейшим потребителем электроэнергии была промышленность (77,3%), причём основная доля приходилась на металообраба-тывающее (48,2%) и химическое производства (31,5%). Второе место занимало сельское хозяйство (19,6%).

В начале 1930-х годов во многих районах Поволжья из-за проведения форсированной индустриализации наметилась тенденция к увеличению потребления электроэнергии. Так, в связи с резко обозначившимся энергетическим дефицитом в Ивановской промышленной области и Нижегородском крае высшие органы власти санкционировали в 1931 г. проведение срочных работ по использованию гидроэнергии Верхней Волги [11, л. 17].

Проанализировав имеющиеся источники, мы пришли к выводу, что Верхневолжские гидроузлы имели транспортно-энергетическое значение, Средневолжские - в основном энергетическо-транспортное, а Нижневолжские - ирригационно-энергетическое. Все восемь гидроузлов обеспечивали нужды водного транспорта и водоснабжение населённых пунктов и промышленных и сельскохозяйственных предприятий. Кроме этого, Рыбинский и Куйбышевский гидроузлы регулировали сток Верхней и Средней Волги.

Изучение большого массива исторических источников показало, что важным фактором гидростроительства на Волге были потребности обороны страны. В докладе заместителя главного инженера Самарского Волгостроя Николаева в апреле 1931 г. подчёркивалось: «При решении вопроса о составе комбината и его помещении в районе ВОЛГРЭСа особое внимание следует уделить оборонному значению района. Он расположен в глубоком тылу, что облегчает защиту комбината, имеющего большое военное значение. Необходимо особо подчеркнуть военное значение Волжского энергокомбината. Открытие военных действий неизбежно предъявляет к транспорту серьёзнейшие требования. Необходимость переброски в направлении фронта больших армий; необходимого им для успешного ведения борьбы артиллерийского, военно-технического, авиационного и военно-хозяйственного имущества ставит успешность операций в прямую зависимость от надёжной работы транспорта» [11, л. 20].

Военная мысль предъявляла к транспорту следующие задачи: 1) такое размещение предприятий, которое исключало бы параллельные перевозки промышленного сырья и полуфабрикатов и военных грузов (в виде эшелонов); 2) сведение до минимума перевозок сырья и выполнение их по путям, с военной

точки зрения второстепенным. Расположение энергокомбината в Самаро-Сызранском районе полностью решало обе задачи. Так, он являлся поставщиком продукции цветной металлургии (сырья) для военной промышленности, в том числе авиационной, а также полуфабрикатов химической промышленности, причём перевозки производились в основном по воде [11, л. 19].

Во время проведения сессии Академии наук СССР в ноябре 1933 г. учёные сделали вывод о том, что выгодное для всестороннего и быстрого развития экономики географическое положение Волги, при удалённости от внешних границ, имеет огромное оборонное значение, особенно для создания крупных промышленных центров с электроёмким производством [4, л. 17].

В сентябре 1935 г. ЦК ВКП (б) и СНК СССР приняли постановление о сооружении Рыбинского и Угличского гидроузлов на Верхней Волге. Мы считаем, что это решение было обусловлено близостью района строительства к Москве и Ленинграду, что имело первостепенное значение для обеспечения обороноспособности страны. Время показало правильность этого подхода. Поэтому на возведение Верхневолжских гидроузлов в 1936-1941 гг. были направлены все возможные материальные и трудовые ресурсы, причём основной рабочей силой являлись заключённые.

Условия военного времени потребовали срочного ввода в эксплуатацию Рыбинской ГЭС. В результате больших усилий и самоотверженного труда монтажников и поставщиков оборудования 18 ноября 1941 г. первый агрегат вошёл в строй, и промышленный ток по временной схеме с одним выключателем 220 кВ по линии электропередачи 220 кВ Рыбинск - Углич стал подаваться в Московскую энергосистему [1, с. 102]. В 1941 г. Верхневолжские гидроузлы произвели 192,7 млн кВтч электроэнергии, в 1942 г. - 965,4, в 1943 г. - 868,4, в 1944 г. - 1052,3, в 1945 г. - 918,7, а всего - 3997,5 млн кВтч [1, с. 103-109]. В это время они являлись практически единственными источниками электроэнергии для Москвы.

В конце 1940-х годов, после начала «холодной» войны, оборонное значение гидроузлов вновь стало значимым фактором при выборе их местоположения. Между тем, по нашему мнению, появление атомного оружия, а ещё позже усовершенствование и появление новых средств доставки - ракет, сводило к минимуму преимущества гигантских гидроузлов в глубоком тылу, поскольку местоположение намеченного к уничтожению объекта теперь не играло почти никакой роли. Более того, разрушение такого сооружения, как, например, Куйбышевский гидроузел, могло привести к самым катастрофическим последствиям.

Значительным фактором сооружения Волжского каскада стал удачный опыт отечественного гидростроительства в 1920-1930-х годах, особенно первых крупных гидроузлов - Волховского и Днепровского. Показательно, что в центральном планирующем органе начиная с 1926 г. собирались материалы об использовании опыта проектирования и строительства Волховстроя, Днепростроя и других крупных гидроэнергетических строительств. Постановление секции электрификации Госплана СССР от 12.05.1926 г. предписывало «.обратить внимание ВСНХ на необходимость сохранения основного кадра работавших на Волховстрое специалистов путем их использования для работы как на Волховской станции, при возможном развитии работ. и на других аналогичных строительствах» [10, л. 8].

Несколько позже были приняты решения о сохранении и использовании исследовательских материалов, в том числе технических и финансовых отчётов. Постепенно стала налаживаться система учёта опыта сооружения и эксплуатации гидроузлов средней и большой мощности. Так, на Волховском гидроузле приступили к изучению влияния суточного регулирования станции на колебание уровня, потребление расхода воды турбинами, а также вопросов затопления, судоходства и пр. [10, л. 59].

Постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 3 марта 1932 г. «О строительстве электростанций на Волге» предусматривало передачу вновь организованному Управлению «Средволгострой» кадрового аппарата и оборудования Днепрост-роя, которые должны были последовательно перебрасываться в новый район строительства по мере окончания работ [13, с. 382-383]. В распоряжение Управления передавались не только подготовленные гидротехнические кадры, но и соответствующие технологии и оборудование. В последующем подобная практика утвердилась окончательно. Например, после завершения в 1937 г. сооружения канала Москва - Волга освободившиеся кадры и оборудование были направлены на строительство Рыбинского и Угличского гидроузлов [6, с. 10].

Крупномасштабное гидростроительство на Волге было бы невозможно без создания значительного отечественного научно-технического потенциала, позволившего в течение сравнительно короткого времени провести интенсивные разработки сложнейшего комплекса проблем. В разработке гидроэнергетических проектов ведущая роль отводилась академическим и ведомственным научноисследовательским учреждениям. Решающий вклад в общее техникоэкономическое обоснование схемы «Большая Волга» внёс Энергетический институт АН СССР (1933 г.) [4, л. 7-9, 20-41]. В течение 1933-1936 гг. активное участие в решении вопросов, связанных с проектированием Волжских гидроузлов, принимали Ботанический, Геоморфологический, Гидрологический, Почвенный и другие академические институты и отдельные учёные [2, л. 25; 3, л. 1,6].

Следует отметить, что Академия наук и в последующем оказывала активную помощь в решении сложных технических проблем, возникавших в процессе проектирования и сооружения гидроузлов. Например, в октябре 1950 г. Управление строительства Куйбышевской ГЭС с целью приближения к практическим нуждам внесло дополнения и коррективы в предложенную Казанским филиалом АН СССР тематику [16, л. 11].

Если академические учреждения занимались в значительной степени фундаментальными теоретическими исследованиями, то конкретными проблемами технического проектирования гидроузлов непосредственно занимались ведомственные научно-исследовательские учреждения.

В начале 1930-х годов резкое увеличение количества и параметров возводимых гидроузлов потребовало объединения усилий разрозненных коллективов исследователей и привело к созданию специализированных организаций. Так, 1 января 1931 г. на базе гидротехнического бюро Энергостроя был образован трест «Гид-роэлектрострой» Главэнерго ВСНХ СССР (с 1932 г. - в Наркомтяжпроме), главной задачей которого стали проектно-изыскательские работы по всем водным системам страны [14, л. 3]. Параллельно в системе Главэнерго НКТП существовал институт строительного гидроэнергетического проектирования «Гидростройпроект».

Для обеспечения единого авторитетного руководства всей проектноизыскательской работой в области использования гидроэнергетических ресурсов в СССР и повышения её эффективности приказом № 110 от 31.12.1935 г. по Главному управлению Главгидроэнергостроя НКТП с 01.01.1936 г. вышеуказанные организации были объединены в проектно-изыскательский трест «Гидроэнергопроект» (ГИДЭП) [12, л. 155]. Акцент в его научно-исследовательской деятельности был сделан на изучение гидроэнергетических ресурсов и проблем, связанных с возможностями их комплексного применения. На протяжении 19301950-х годов ГИДЭП принимал участие в исполнении первоначальных проектов Иваньковского и Куйбышевского гидроузлов, а также самостоятельно проектировал Горьковский и Саратовский гидроузлы [9, с. 51,61].

В отличие от гражданского треста ГИДЭПа, институт «Гидропроект» принадлежал НКВД СССР, поэтому располагал большим производственным потенциалом, включая рабочую силу заключённых. Его главной задачей была разработка

проектов конкретных объектов строительства. Ядро коллектива будущего Гидропроекта сложилось на базе проектных подразделений Управления строительства канала Москва - Волга, созданных в сентябре 1930 г. [9, с. 85]. В 1935 г. из сотрудников Управления канала Москва - Волга был образован проектный отдел Волгостроя НКВД СССР, главной задачей которого было возведение Рыбинского и Угличского гидроузлов [9, с. 90]. Подчеркнём, что разработанные проектировщиками под руководством Г.А. Чернилова положения легли в основу плана коренной реконструкции Волги, в том числе Верхневолжских сооружений.

Окончательно организационное оформление Гидропроекта произошло в 1940 г. Приказом НКВД СССР № 978 от 26 октября 1940 г. проектно-изыскательские и исследовательские работы по гидростроительству в системе Главгидростроя выделялись в Московское и Ленинградское проектные управления Главгидростроя НКВД СССР (сокращённое название - Гидропроект) [9, с. 98]. Фактически по техническим разработкам Гидропроекта в 1930-1980-х годах были сооружены Иваньковский, Рыбинский, Угличский, Чебоксарский, Куйбышевский и Сталинградский гидроузлы на Волге.

Извлечённые из архивов документы позволяют утверждать, что при возведении пяти из восьми Волжских гидроузлов в 1930-1950-х годах активно применялся принудительный труд заключённых ГУЛАГа. В отличие от удалённых северных исправительно-трудовых лагерей, Дмитровский, Волжский, Городецкий, Самарский, Кунеевский и Ахтубинский иТл создавались в центральных районах СССР с целью обеспечения рабочей силой строительства Иваньковского, Рыбинского, Угличского, Горьковского, Куйбышевского и Сталинградского гидроузлов. После 1953 г. на строительных площадках Горьковской и Сталинградской ГЭС остались только вольнонаёмные рабочие. По нашим подсчётам, в разные периоды заключённые составляли в среднем от 67 до 75% от кадрового состава строителей вышеуказанных гидроузлов.

Преимущество использования труда осуждённых заключалось в мобильности данного вида рабочей силы и низких требованиях к жилищно-бытовым условиям. Кроме этого, их количество в принципе ничем не ограничивалось. Численность заключённых была различной и зависела от масштаба строительных работ. Так, в Волжском ИТЛ (Рыбинский и Угличский гидроузлы) их минимальное количество было зафиксировано 1 мая 1953 г. - 9306 осуждённых, максимальное 15 марта 1941 г. - 97069 [7, л. 25; 8, л. 36 об.]. В Кунеев-ском ИТЛ наименьшая численность отмечена 1 декабря 1949 г. - 1253 заключённых, наибольшая 1 января 1954 г. - 46507 [15, с. 308].

Открытым остаётся вопрос об эффективности труда заключённых, поскольку нами были выявлены многочисленные случаи приписок в отчётах о выполнении производственных планов. В этом аспекте наиболее интересным является заключение внутренней комиссии Управления Куйбышевгидростроя по расследованию 28 фактов приписок к государственной отчётности по выполнению плана строительства, обнаруженных в результате проверки трёх стройрайонов в 1951 г. [17, л. 1-9]. После нескольких лет строительства руководство Горьковского гидроузла отказалось от применения рабочей силы заключённых из-за низких производительности и качества труда. Поэтому мы считаем, что экономическая эффективность принудительного труда была по меньшей мере невысокой. Тем не менее, использование заключённых способствовало ускоренному решению многих производственных задач.

Таким образом, основными факторами гидростроительства на Волге в 19301950-х годах были потребности экономического развития, важное оборонное значение гидроузлов, удачный опыт сооружения первых крупных ГЭС, создание высокого научно-технического потенциала и наличие значительных ресурсов ГУЛАГа.

Литература

1. 25 лет Угличской и Рыбинской ГЭС: из опыта строительства и эксплуатации / под общ. ред. Н.А. Малышева и М.М. Мальцева. М.; Л.: Энергия, 1967. 312 с.

2. Архив Российской Академии наук (АРАН). Ф. 174. Оп. 2. Д. 34.

3. АРАН. Ф. 174. Оп. 2 б. Д. 39.

4. АРАН. Ф. 209. Оп. 1. Д. 42.

5. Богоявленский К.В. Волжская районная гидроэлектрическая станция. (К вопросу о Волгострое) / К.В. Богоявленский. Самара: Гос. изд-во. Средневолж. краевое отд-ние, 1928. 22 с.

6. Волжский и Камский каскады гидроэлектростанций / под общ. ред. Г.А. Руссо. М.; Л.: Госэнергоиздат, 1960. 272 с.: ил. С. 97.

7. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 9414. Оп. 1 а. Д. 371.

8. ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1 а. Д. 500.

9. История Гидропроекта. 1930-2000 / под ред. В.Д. Новоженина. М.: ООО «Парк Принт», 2000. 544 с.: ил.

10. Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 4372. Оп. 16. Д. 246.

11. РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 28. Д. 456.

12. РГАЭ. Ф. 7854. Оп. 1. Д. 2.

13. Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967): сборник документов за 50 лет. В 5

т. Т. 2: 1929-1940 гг. / сост. КУ. Черненко, М.С. Смиртюков. М.: Политиздат, 1967. 798 с.

14. Самарский филиал Российского государственного архива научно-технической документации (СФРГАНТД). Ф. Р-119. Оп. 2-4. Д. 411.

15. Система исправительно-трудовых лагерей в СССР: 1923-1960: справочник / сост. М.Б. Смирнов; под ред. Н.Г. Охо-тина, А.Б. Рогинского; общество «Мемориал»; ГАРФ. М.: Звенья, 1998. 600 с.

16. Управление по делам архивов мэрии городского округа Тольятти. Ф. Р-18. Оп. 1. Д. 17.

17. Управление по делам архивов мэрии городского округа Тольятти. Ф. Р-18. Оп. 1. Д. 49.

18. Хонин В.А. Проблемы индустриализации Среднего Поволжья / В.А. Хонин. М.; Самара: Гос. кн. изд-во. Сред-неволж. краевое отд-ние, 1930. 111 с.

19. Чаплыгин А.В. Волгострой / А.В. Чаплыгин. Самара: Гос. изд-во. Средневолж. краевое отд-ние, 1930. 126 с.

БУРДИН ЕВГЕНИЙ АНАТОЛЬЕВИЧ - кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры музееведения, Ульяновский государственный педагогический университет, Россия, Ульяновск (burdin_e@mail.ru).

BURDlN EVGENIY ANATOLIEVICH - candidate of historical sciences, senior teacher of Museology Chair, Ulyanovsk State Pedagogical University, Russia, Ulyanovsk.