ISSN 0869-4362
Русский орнитологический журнал 2001, Экспресс-выпуск 145: 427-437
Ориентация зябликов Fringilla coelebs Куршской косы при дальних завозах из гнездового района весной
М.Е.Шумаков
Биологическая станция "Рыбачий", Зоологический институт Российской Академии наук, Университетская набережная, д. 1, Санкт-Петербург, 199034, Россия E-mail: Rybachy@bioryb.koenig.su
Поступила в редакцию 21 мая 2001
Перелётные воробьиные птицы, возвращающиеся весной в гнездовые районы, стремятся достигнуть знакомых им мест с определенными географическими характеристиками и прекращают направленные перемещения только после попадания в нужный район. При задержках в промежуточной точке трассы или смещении с неё птицы с опытом по крайней мере одной миграции демонстрируют поведение, свидетельствующее о том, что они могут контролировать свое местонахождение относительно гнездовых или зимовочных районов. Птицы затягивают миграционное поведение, стремясь продолжить направленные перемещения к местам гнездования, и проявляют навигационные способности, изменяя направление дальнейшей ориентации, если оказываются в стороне от естественного миграционного пути (Perdeck 1958; Ketterson, Nolan 1983; Schwabl et al. 1991; Шумаков, Виноградова 1969).
Зяблики Fringilla coelebs финского происхождения, задержанные на Куршской косе во время весеннего пролёта, сохраняли миграционный ритм активности и ориентацию значительно большее время, чем необходимо для завершения естественной миграции (Шумаков 1976). Наши данные по юркам Fringilla montifringilla — транзитным мигрантам, задержанным на Куршской косе в период весеннего пролёта, демонстрировали пролонгацию миграционного поведения до начала периода линьки (Шумаков, Паевский, Сухов 1975). Классические опыты с завозами скворцов Sturnus vulgaris в сторону от миграционной трассы осенью показали, что взрослые птицы обладают также информацией о положении зимовок и соответственно изменяют азимут полёта после выпуска (Perdeck 1958). Существует много данных о завозах птиц из гнездовых и зимовочных районов на большие расстояния и успешном возвращении их в исходные места (Ralf, Mewaldt 1975, 1976; Benvenuti, Joale 1980; Ketterson, Nolan 1990). Все эти факты свидетельствуют не только о способности птиц длительное время сохранять в памяти какие-то параметры районов, к которым они стремятся во время сезонных перемещений, но и о возможности быстро мобилизовать навигационные способности в немиграционные сезоны, если в этом возникает необходимость. Многочисленные данные позволяют считать, что с приобретением опыта навигационные способности постоянно совершение. орнитол. журн. 2001 Экспресс-выпуск № 145 AD1
ствуются путем фиксации локальных особенностей пространственного распределения ориентирующих стимулов (Wallraff 1991).
В то время как векторная ориентация мигрирующих птиц интенсивно изучается в лабораторных экспериментах, навигационные способности при хоминге у диких видов в другие фазы годового цикла оцениваются главным образом путём завозов из гнездовых и зимовочных районов и регистрации их возвращения в исходный район. Этим способом доказывается приверженность многих видов к определённым местам и возвращение в них из других географических точек после перемещений, но не позволяет установить, с помощью каких факторов осуществляется территориальный контроль и навигация к цели.
Главная цель данного исследования — выяснение способности вернувшихся в свой гнездовой район зябликов, смещённых затем на большое расстояние, определить направление к дому в экспериментальных условиях, ограничивающих свободу пространственных перемещений. Рассмотрена возможность осуществления навигационного процесса в условиях клетки и проанализировано значение астрономических и геомагнитных стимулов для ориентации.
Методика исследования
Годовалых и взрослых самцов зябликов после возвращения весной с зимовок в район стационара "Фрингилла" на Куршской косе (55°05' с.ш., 20°44' в.д.; Калининградская обл.) завозили на 1400 км к востоку-северо-востоку в Костромскую обл. (59° с.ш., 43° в.д.) и проверяли их ориентацию в клетках Эмлена. В экспериментальные группы входили птицы, окольцованные на Куршской косе в прежние годы гнездовыми птенцами или помеченные взрослыми во время размножения в гнездовой период, то есть несомненно принадлежавшие к местной гнездовой популяции.
Первая группа из 18 экспериментальных зябликов была поймана сразу же после возвращения с зимовок с 12 по 17 апреля 1995 и к началу мая перевезена в Костромскую обл. Транспортировку осуществляли железнодорожным транспортом по маршруту Калининград — Санкт-Петербург — дер. Шерстнёво Костромской обл. В пути птицы находились в двухсекционном садке размером 44x18х х27 см, имеющем алюминиевый каркас и обшитом белой тканью. В течение всего времени транспортировки птицы не имели возможности видеть внешних ориентирующих стимулов, но могли воспринимать изменения геомагнитного поля и фотопериода. В месте завоза часть птиц (13 особей) постоянно находилась в уличном садке размерами 1x1x1.5 м, позволяющем видеть Солнце в течение дня, на естественном геомагнитном поле. 5 птиц содержались в комнате без окон на искусственном фотопериоде, соответствующем естественному, при равномерном электрическом освещении. Они не видели Солнца, но могли использовать местное геомагнитное поле. С 13 по 23 мая ориентацию птиц проверяли в клетках Эмлена с копировальной бумагой, используемой для регистрации стартовых прыжков (Rabtfl 1979; Beck, Wiltschko 1981). Индивидуальное тестирование ориентации проводили в 1.5-часовых опытах в утренние часы (обычно между 8 и 11 ч по местному времени). Птицы, содержавшиеся открыто, проверялись при видимом Солнце. Птиц, живущих в изоляции от внешних зрительных ориентиров, в те же часы суток регистрировали в клетках, установленных в закрытом помеще-
нии при равномерном освещении. Таким образом, птицы, жившие в открытом вольере, могли использовать для ориентации солнечную и геомагнитную информацию, а птицы в закрытом помещении — только местное геомагнитное поле.
В 1996 году выясняли влияние на ориентацию нарушений восприятия геомагнитного поля при транспортировке птиц к месту завоза. Пойманные до 15 мая зяблики к 25 мая были перевезены в тот же район Костромской обл. Экспериментальную группу из 11 птиц транспортировали в стандартном двухсекционном садке в сильном искусственном магнитном поле, варьирующем по интенсивности и направлению. Поле внутри садка создавалось постоянным магнитом, подвешенным на тонкой нити под центром разделительной площадки между секциями и беспорядочно колеблющимся при незначительных сотрясениях садка. Интенсивность поля во внутреннем пространстве контейнера варьировала от 1 до 9 Гс, направление искусственного поля изменялось непредсказуемо. Контрольная группа (4 взрослых птицы) была перевезена в другой клетке без нарушения естественного магнитного поля. В точке завоза все птицы контрольной и экспериментальной групп жили в открыто установленном садке на местном геомагнитном поле (Т = 51338 пТ; / = 57°; D = 0) и с 29 мая по 10 июня проверялись в клетках Эмлена в утренние часы при видимом Солнце.
Направленность активности в индивидуальных опытах анализировали по двенадцати 30°-секторам, используя балльную оценку интенсивности рисунка, полученного в опыте (от 1 до 20 баллов). В расчёты не включали записи, величина максимального балла в которых не превышала 3, что соответствовало предельно низкому уровню активности в опыте (Cherry, Able 1986). Методами круговой статистики расчитывали средний азимут ориентации в опыте и концентрацию активности. Азимуты, полученные в индивидуальных тестах, использовали для расчёта средних азимутов ориентации А и величины вектора г для различных возрастных групп и условий тестирования. Статистическая значимость проявляемой направленности оценивалась по V-тесту, одновременно контролировалось соответствие азимута, предпочитаемого птицами в опытах, направлению к тому району, откуда они были завезены (252°), вычисленному по географическим координатам (Зимитис 1987). Значимость соответствия проявляемой в опытах ориентации направлению на район, откуда птицы были привезены, оценивалась по соответствию этого азимута 95% доверительному интервалу направленности, зарегистрированной в опытах (Batschelet 1981).
После завершения экспериментов в Костромской обл. все завезённые зяблики (п = 33) были выпущены в районе экспериментов. В последующие годы на Куршской косе контролировали их появление в естественном гнездовом районе путём регистрации отловов рыбачинскими ловушками.
Результаты экспериментов
Зяблики из первой группы, транспортированные в ненарушенном геомагнитном поле, проявили достоверную ориентацию в направлении гнездовых районов, откуда они были привезены, только когда их содержали и тестировали при видимом Солнце и в естественном локальном геомагнитном поле. Средний азимут ориентации годовалых и взрослых птиц в опытах 1995 года значимо соответствовал направлению к исходному району (рис. 1, табл. 1). Зяблики, которых содержали и тестировали в этом году в изоляции от Солнца при естественном местном геомагнитном поле не проявили определённой направленности при групповом и индивидуальном
анализе. Все птицы, составлявшие эту группу, имели большой разброс азимутов, выбираемых в повторных проверках. Суммарная ориентация и средние индивидуальные азимуты не были достоверными. Значительный процент опытов, в которых зяблики не были активны (34% у взрослых, 31% у годовалых) свидетельствует о низкой мотивации ориентационного поведения в этих условиях; в значимых тестах медианные значения индексов активности ат и величины вектора гт были ниже, чем у птиц, проверяемых при видимом Солнце (табл. 1).
ad sad
А
ad sad
Рис. 1. Ориентация годовалых (sad) и взрослых (ad) куршских зябликов, завезённых на 1400 км к северо-востоку в ненарушенном геомагнитном поле и проверенных в клетках Эмлена на локальном геомагнитном поле поле при видимом Солнце (ряд А) и в изоляции от него (ряд В).
Треугольниками по периферии окружности обозначены азимуты, полученные в отдельных опытах. Кружки снаружи — средние индивидуальные азимуты отдельных птиц (зачернённые — статистически значимые, светлые - незначимые). Стрелка в центре — суммарный азимут ориентации группы. Окружности в центре отражают порог значимости значений среднего азимута:прерывистая — Р < 0.05, сплошная — Р < 0.01 (по критерию Рейли). Сектором окружности ограничен 95% доверительный интервал ориентации групп при соответствующих значениях п. Направление прерывистого радиуса соответствует азимуту исходного района. Численные значения приведены в таблице 1.
Таблица 1. Суммарная ориентация зябликов, завезённых в ненарушенном геомагнитном поле и проверенных в разных условиях
Аде N n А° г Pv Pi am rm
Содержание и тесты на локальном поле при видимом Солнце
607762 2 262° 0.99
608890 9 142° 0.37 ns
672390 10 333° 0.30 ns
ас1 629552 10 204° 0.74
631064 7 288° 0.74 *
615874 8 296° 0.75 ★
606395 3 318° 0.88
Pooled 49 267° 0.34 55 0.52
724861 9 293° 0.79 ***
669048 9 240° 0.31 ns
720074 8 167° 0.11 ns
бэс! 669870 9 236° 0.80 *★*
675128 9 274° 0.42 ★
569633 3 287° 0.36
Pooled 47 261° 0.42 70 0.40
Содержание и тесты на локальном поле без Солнца
ас1 665708 5 204° 0.31 ns
668989 5 143° 0.40 ns
607411 6 184° 0.25 ns
Pooled 16 175° 0.28 ns 38.5 0.40
Баб 668965 5 126° 0.42 ns
668805 6 244° 0.27 ns
Pooled 11 173° 0.18 ns 37 0.29
Обозначения: Аде — возраст; N — номер кольца; п — число опытов; А° — средний азимут; г — величина вектора; Ру — значимость отличия от равномерного распределения по \/-критерию; Р-| — значимость соответствия ориентации направлению к исходному району по доверительному интервалу; ат — медиана значений индекса активности; гт — медиана значений величин вектора, пэ- незначимо;*- Р< 0.05; **-Р<0.01; ***-Р< 0.001
Годовалые и взрослые зяблики, завезенные в условиях сильного искусственного магнитного поля, нарушающего восприятие естественной геомагнитной информации во время транспортировки, не проявляли достоверной ориентации при тестировании на локальном геомагнитном поле при видимом Солнце (табл. 2, рис. 2а,Ь). Нарушение ориентации при таком способе завоза экспериментальных птиц не связано с более поздними
ас1 вас!
Рис. 2. Ориентация зябликов, завезенных в 1996 году:
а, Ь — в нарушенном геомагнитном поле, с — в ненарушенном поле.
Обозначения как на рисунке 1. Численные значения приведены в таблице 2.
сроками завоза в этом году. Контрольная группа зябликов, тестированная в сходных условиях и в тот же период после перевозки без нарушения геомагнитной информации в пути, демонстрировала достоверную направленность к гнездовым районам (табл. 2, рис. 2с).
Хотя транспортировка птиц в нарушенном геомагнитном поле блокирует возможность определения возвратного азимута в ограниченном пространстве экспериментальной клетки, локальной информации, доступной им после выпуска в природные условия, оказалось достаточно для установления своего положения относительно места, откуда они были привезены, и для возвращения в гнездовые районы. Часть зябликов, выпущенных в Костромской обл. после завершения экспериментов, в последующие годы возвращалась для гнездования на Куршскую косу. Ни одна из пяти птиц, возвращение которых зафиксировано поимками в ловушки, не обнаружена в исходном гнездовом районе раньше следующей весны, две вернувшиеся птицы гнездились здесь же в следующие годы (табл. 3).
Таблица 2. Ориентация зябликов (группа 2), завезённых в 1996 году с Куршской косы в Костромскую область в нарушенном геомагнитном поле (экспериментальные) и естественном геомагнитном поле (контрольные)
Age N n А° г Pv Р\ ат гт
Экспериментальные
669620 1 48° 0.24
440272 9 354° 0.13 ns
606098 10 302° 0.67 ns
565455 8 129° 0.22 ns
669629 4 107° 0.65
735327 9 155° 0.19 ns
Pooled 41 347° 0.05 ns
735146 4 15° 0.37
668548 4 153° 0.34
эас! 735527 9 152° 0.47 ns
814599 10 261° 0.27 ns
735695 10 234° 0.22 ns
Pooled 37 191° 0.15 ns 45 0.42
Контрольные
631484 8 221° 0.63 *
669414 8 247° 0.24 ns
ad 669749 8 201° 0.45 ns
628437 3 238° 0.47
Pooled 27 226° 0.38 ** 50 0.53
Обозначения те же, что в таблице 1.
Таблица. 3. Зяблики, выпущенные в Костромской области после завершения экспериментов и пойманные в дальнейшем рыбачинскими ловушками на Куршской косе
Номер кольца, Дата выпуска Даты повторных поимок
возраст в Костромской обл. на Куршской косе
631064, ad 23.05.1995 26.06.1996
668989, ad 23.05.1995 04.06.1997
565455*, ad 10.06.1996 15.05.1997; 05.05 - 09.06.1998 (5 раз)
669629*, ad 03.06.1996 21.04.1997
814599*, sad 10.06.1996 28.04 - 29.05.1997 (8 раз); 25.04 - 19.05.98 (3 раза).
* — Птицы, завезённые в нарушенном геомагнитном поле.
Таким образом, очевидна справедливость концепции о запечатлении района будущего гнездования в период между вылетом из гнезда и началом первой миграции и стойкой привязанности к нему в течение следующих сезонов размножения (Howard 1920; Mayr 1942; Исаков 1949; Поливанов 1957; Соколов 1997). Если экспериментальные птицы и размножались в районе завоза в годы проведения исследований, образуя пары с местными зябликами, в дальнейшем после зимовки они возвращались в исходный гнездовой район.
Обсуждение
Полученные результаты показывают, что зяблики разного возраста, завезённые на большие расстояния из гнездового района сразу же после возвращения с зимовок весной, способны устанавливать географическое несоответствие и проявляют ориентацию к цели (район гнездования) даже находясь в ограниченном пространстве экспериментальной клетки. Птицы показывали достоверный возвратный азимут только в том случае, если находились в ненарушенном геомагнитном поле во время завоза и в конечной точке и проверялись в опытах при видимом Солнце. Птицы не могли выбрать правильное направление к "дому", если во время завоза нарушалась возможность восприятия ими изменений естественного геомагнитного поля. Видимо, одной только геомагнитной информации, получаемой в пути и в точке завоза, недостаточно для правильной ориентации в клетке. Необходимым условием для выбора птицей возвратного направления является одновременное наблюдение Солнца во время тестирования.
Предполагается, что развитие навигационных способностей состоит в фиксации птицами глобального распределения значимых ориентирующих стимулов на обширных географических пространствах, что позволяет им в дальнейшем на основе сравнения характеристик удалённых районов экстраполировать оптимальные направления перемещений между ними (Wallraff 1974; Wiltschko, Wiltschko 1982, 1987). В соответствии с данной концепцией, опыт перемещений географического масштаба и образования связей с гнездовыми и зимовочными территориями формирует представление о пространственном распространении используемых для навигации параметров, по крайней мере в тех географических областях, в которых они обитают. По степени и направлению изменения градиентов птицы, вероятно, устанавливают направление к цели не только в районах, с которыми они знакомы, но и экстраполируют их изменения на более удалённые места, где они ещё не бывали. Развитие навигационных способностей начинается перед первой миграцией в период импринтинга территории будущего гнездования. В дальнейшем фиксируется местоположение территории зимовки. Запёчатлённая информация о территориях хранится в памяти на протяжении всей жизни особи и определяет характеристики целей сезонных миграций (Sokolov 1997). Сходство ориентационных способностей у птиц разных возрастных групп неудивительно, т.к. не только взрослые, но и годовалые зяблики имеют опыт запечатления гнездовой территории, на которую в дальнейшем они возвращаются каждый год. Импринтинг территории
будущего гнездования у зябликов Куршской косы происходит на первом году жизни в 30-40-сут возрасте (Соколов 1981).
Взаимодействие и интеграцию зрительных и магнитных стимулов в навигационном процессе у зяблика можно обсуждать лишь гипотетически, по аналогии с имеющимися в литературе экспериментальными результатами. По концепции "карты и компаса" (Kramer 1959), навигация осуществляется в два этапа. Первый из них состоит в прочтении "карты", то есть создании представления о своем местонахождении относительно исходного района, второй — в выборе компасного направления к цели с помощью внешней информации, доступной в точке завоза. Различия в поведении зябликов в наших опытах вследствие неодинакового способа транспортировки свидетельствуют о необходимости восприятия птицами геомагнитной информации в пути, как это показано для молодых почтовых голубей (Wiltschko, Wiltschko 1978). Важность этой информации максимально выявляется при нахождении птицы в ограниченном объёме экспериментальной клетки в изоляции от значимых зрительных ориентиров. Создается впечатление, что этот компонент навигационной информации может быть полноценно реализован в эксперименте, только если его восприятие доступно птице в течение всего времени транспортировки. Возможно, это определяется спецификой осуществления навигационного процесса в условиях, ограничивающих пространственное перемещение экспериментальных птиц размерами садков и экспериментальной клетки, где без постоянного получения информации о градиентных изменениях окружающего геомагнитного поля при завозе сопоставление птицами магнитных параметров двух удаленных географических точек неосуществимо. Зяблики, выпущенные на свободу в месте исследования, оказались способными вернуться в гнездовые районы в последующие годы даже после завозов в нарушенном геомагнитном поле. Видимо, они определяли правильное направление к "дому" с помощью стимулов, доступных только в районе, куда они были завезены. В экспериментах с зябликами не получено монофакторной ориентации по магнитному полю. Очевидна необходимость интегрированного использования зрительных и невизуальных стимулов, участвующих в навигационном процессе. Ориентационное поведение завезённых зябликов при тестировании в клетках может осуществляться по следующей схеме: учёт изменяющихся параметров естественного геомагнитного поля, регистрируемых при перемещении, создает ментальное представление о направлении к цели, но поле само по себе не позволяет его компасной реализации без дополнительного ориентирующего фактора. Солнце используется как компасный элемент для трансформации ментальной картины в географически определённый азимут.
Результаты наших предварительных экспериментов на зябликах демонстрируют вариации в осуществлении территориального контроля и последующего ориентационного поведения птиц в зависимости от объёма предоставляемых ориентирующих стимулов и возможности их оптимального использования только при достаточно широких пространственных перемещениях. Возможно, в ограниченном объёме экспериментальных клеток затруднено полноценное восприятие геомагнитной информации, в связи с
чем процесс ориентации в значительной мере видоизменяется. Без регистрации изменений геомагнитного поля по пути завоза выбор возвратного направления в клетке блокируется, скорее всего, из-за невозможности градиентного сравнения параметров точек, между которыми перемещают птиц, что не позволяет последним реконструировать "карту" и выбрать соответствующий азимут. В то же время зяблики, имеющие опыт по крайней мере двух миграций, успешно разрешают проблемы ориентации, когда могут свободно перемещаться после удаления от гнездовых районов и выпуска в незнакомом месте, используя только информацию, воспринимаемую в точке завоза, даже если они перевезены туда в нарушенном геомагнитном поле.
Литература
Зимитис JL А. 1987. Использование микрокалькулятора БЗ-34 для обработки результатов орнитологических исследований // Кольцевание и меченые животных 1983-1984 гг. Москва: 69-80. Исаков Ю.А. 1949. К вопросу об элементарных популяциях у птиц // Изв. АН
СССР. Сер. биол. 2: 54-70. Поливанов В.М. 1957. Местные популяции у птиц и степень их постоянства // Тр.
Дарвиновского заповедника 4: 79-157. Соколов JL В. 1981. "Чувствительный" период в процессе формирования связи с территорией будущего гнездования у зяблика (Fringilla coelebs) на Куршской косе//Зоол. журн. 60, 6: 887-893. Соколов JI.B. 1991. Филопатрия и дисперсия птиц// Тр. Зоол. ин-та 230: 1-233. Шумаков М. Е., Паевский В. А., Сухов А. В. 1975. Этолого-физиологические реакции транзитных мигрантов (Fringilla montifringilla) при длительной задержке на промежуточной точке трассы // Материалы Всесоюз. конф. по миграциям птиц. М., 2: 94-97.
Шумаков М.Е. 1976. Вариации продолжительности жироотложения, миграционной активности и ориентации при завершении весеннего миграционного состояния у зяблика (Fringilla с. coelebs) Ц Тр. Зоол. ин-та 65: 95-101. Batschelet Е. 1981. Circular Statistics in Biology. Acad. Press, London. Beck W., Wiltschko W. 1981. Trauerschnapper (Ficedula hypoleuca Pallas) orientieren
sich nichtvisuell mit Hilfe des Magnetfelds// Vogelwarte 31: 168-174. Benvenuti S., Joale P. 1980. Homing experiments with birds displaced from their
wintering ground// J. Ornithol. 121, 3: 281-286. Cherry J. D., Able K.P. 1986. An alternative method for the analysis of Emlen funnel
data //Auk 103, 1:225-227. Howard H. 1920. Territory in the Bird Life. London.
Ketterson E. D., Nolan У. Jr. 1983. Autumnal Zugunruhe and migratory fattening of Dark-eyed Juncos appearently suppressed by detention at the wintering site // Wilson Bull. 95, 4: 628-635. Kramer G. 1959. Resent experiments on bird orientation// Ibis 101: 399-416. Mayr E. 1942. Systematics and the Origin of Species. Columbia Univ. Press. New York. Perdeck A.C. 1958. Two types of orientation in migrating Starlings Sturnus vulgaris L., and Chaffinches Fringilla coelebs L., as revealed by displacement experiments // Ardea 46: 1-37.
Rabol J. 1979. Magnetic orientation in night-migrating passerines// Ornis scand. 10: 69-75.
Ralph C. J., Mewaldt L. R. 1975. Timing of site fixation upon the wintering grounds in sparrows H Auk 92, 4: 698-705.
Ralph C. J., Mewaldt L. R. 1976. Homing success in wintering sparrows H Auk 93, 1: 1-14.
Sokolov L.V. 1997. Philopatry of Migratory Birds. Hardwood Acad. Publishers, London.
Wallraff H. G. 1974. Das Navigationssystem der Vögel. Ein theoretischer Beitrag zur Analyse ungeklärter Orientierungsleistungen. Oldenbourg, München.
Wallraff H. G. 1991. Conceptual approaches to avian navigation systems // Orientation in Birds / ed.: P. Berthold. Basel: 128-165.
Wiltschko W., Wiltschko R. 1978. A theoretical model for migratory orientation and homing in birds// Oikos 30: 177-187.
Wiltschko W., Wiltschko R. 1982. The role of outward journey information in the orientation of homing pigeons ¡/Avian Navigation / eds.: F. Papi, H.G. Wallraff. Springer Verlag. Berlin; Heidelberg; New York: 239-252.
Wiltschko W., Wiltschko R. 1987. Cognitive maps and navigation in homing pigeons // Cognitive processes and spatial orientation in animals and man / eds.: P.Emlen, C.Thinus-Blanc. Martinus Nijhoff, Dordrecht: 201-216.
£0 OS
ISSN 0869-4362
Русский орнитологический журнал 2001, Экспресс-выпуск 145: 437-439
Источник "абсолютного направления" для животных-"навигаторов"
Ю.Г.Ульянич
пр. Макеева, д. 25, кв. 53, г. Миас, Челябинская область, 456320, Россия Поступила в редакцию 14 мая 2001
Как уже предполагалось (Ульянич 2001), источник "абсолютного направления" должен находиться за пределами Солнечной системы и излучать мощный поток проникающего излучения. Поиск этого источника выполнялся при "остановленном" вращении звёздного неба, для чего экс-преименты проводились в одно и то же время по звёздному времени. Выбор предполагаемого источника "абсолютного направления" осуществлялся исходя из следующих положений.
Ни одна звезда в нашей Галактике не подходит на роль источника "абсолютного направления". Все звёзды со временем изменяют своё положение относительно друг друга из-за разных скоростей своего движения, а этот источник должен иметь стабильное положение в пространстве и быть "вечным" в рамках временной шкалы эволюции жизни на Земле. Кроме того, мощность его излучения должна превалировать над всеми остальными излучениями Космоса, чтобы быть однозначно выделенным.