ИСТОРИЯ
УДК 904:726.033.2 (477.75) DOI: 10.24412/2308-264X-2024-4-6-9
ЛУЦЕНКО В.О., ФОМИН М.В. О РАННЕХРИСТИАНСКОЙ ПЛАСТИКЕ В ДЕКОРЕ ХРАМОВ ХЕРСОНЕСА-ХЕРСОНА IV-V ВВ.
Ключевые слова: раннехристианское искусство, икона, скульптура, рельеф, Херсонес-Херсон, Северное Причерноморье.
Статья посвящена проблеме становления раннехристианской художественной традиции в позднеантичном Херсонесе -ранневизантийском Херсоне в IV-V вв. Одним из важных элементов декорирования внутреннего пространства храмов было использование раннехристианской пластики. На территории Херсонесского городища был открыт ряд памятников, относящихся к таким рельефным изображениям. Они демонстрируют ранний этап становления христианской художественной традиции. Их сюжеты и техника исполнения имеют античное происхождение, но в контексте формирования нового мировоззрения они обретают христианское прочтение. Особый интерес они представляют в рамках дискуссии о присутствии объемных изображений в Восточной христианской традиции. Фрагменты образцов раннехристианской скульптуры открытые в Херсонесе могут иллюстрировать активный процесс церковного строительства в IV-V вв. Их изучение, совместное с иными источниками существенно дополняет представление о трансформации позднеантичного города в ранневизантийский центр.
LUTSENKO, V.O., FOMIN, M.V.
ABOUT EARLY CHRISTIAN PLASTIC IN THE DECORATION OF TEMPLES CHERSONES-CHERSON 4th-5th
CENTURIES
Keywords: Early Christian art, icon, sculpture, relief, Chersonesos-Kherson, Northern Black Sea region.
The article is devoted to the problems of the formation of the early Christian artistic tradition in late antique Chersonese - early Byzantine Cherson in the 4th-5th centuries. One of the important elements in decorating the interior spaces of churches was using of early Christian plastic art. A number of monuments associated with such relief images were discovered on the territory of the Chersonesos city. They demonstrate the early stage of the formation of the Christian artistic tradition. Their plots and execution techniques are of ancient origin, but in the context of the formation of a new worldview, they acquire a Christian interpretation. They are of particular interest within the framework of the discussion about the presence of three-dimensional images in the Eastern Christian tradition. Fragments of samples of early Christian sculpture discovered in Chersonesos can illustrate the active process of church construction in the 4th-5th centuries. Their study, together with other sources, significantly complements the understanding of the transformation of the late antique city into the early Byzantine center.
Херсонес-Херсон является уникальным комплексом, на территории которого прослеживается трансформация позднеантичного города в ранневизантийский провинциальный центр. Этот процесс был тесно связан с глобальными изменениями во всех аспектах жизни горожан: от экономики и хозяйства до системы городского управления. Одним из аспектов, представляющих значительный интерес, является рождение новой системы мировоззрения местных жителей, тесно связанной с становлением Церкви в городе.
Вопрос начала распространения христианства среди обитателей позднеантичного Херсонеса неоднократно поднимался в литературе. Несмотря на без малого двухсотлетнюю историю исследований (начало раскопок городища традиционно относят к 1827 г.) и накопленную обширную историографию, проблема остается дискуссионной (о дискуссии см. подробнее [1]). Сегодня наиболее обоснованным считается тезис, что к концу IV - началу V вв. в городе уже существовала значительная по количеству христианская община и сформировалась епархия как церковно-административная единица. Сам трагичный процесс ее становления нашел отражение в «Житие епископов херсонских», сохранившемся во множестве переводов и версий.
Одним из аргументов в дискуссии, выдвинутым сторонниками поздней даты формирования общины, был тезис об отсутствие на территории города храмов, которые бы можно было отнести к IV-V вв. [2; 3]. Но это не совсем так. Согласно текстам «Жития епископов херсонских», в 80-90 гг. IV в. в городе функционировало два христианских храма. К ним относят перестроенный из синагоги (известный сегодня как ранний на территории комплекса «Базилики 1935 г.») и возведенный на месте античного теменаса на Восточном мысу храм ап. Петра [4, с. 827-851]. Помимо этого, к концу IV - началу V вв. может быть отнесено возведение мартирия на месте погребения св. еп. Василея, позднее вошедшего в состав комплекса «Дома святого Леонтия», известного в литературе как Западная базилика [4, с. 875-886] и ранний храм «на святых могилах» в Карантинной балке [4, с. 787-819]. Помимо этого, на территории городища и в его ближайших окрестностях был сделан рад находок, которые позволяют судить о богатстве внутреннего декора ранних церквей на территории Херсонеса. Некоторые из этих элементов
убранства заслуживают особого внимания, поскольку они оказались в стороне от внимания исследователей. К ним относятся элементы объемных украшений, фрагменты раннехристианской скульптуры, являвшие собой составную часть пространства церквей.
Формирование раннехристианской архитектуры, вело к развитию также и художественной системы. Церкви, часовни, мартирии требовали создание внутреннего пространства, его декорирования в соответствие с развивающейся религиозной программой. В этой связи Херснес-Херсон уникален. На территории городища и в его ближайшей округе были открыты памятники, позволяющие проследить процесс развития раннехристианской декоративной системы. Стены Херсонесских храмов раннего периода были украшены фресками и мозаиками [5]. Одним из важных элементов в декорирование интерьера стали рельефы и скульптуры.
Проблема происхождения, формирования и развития раннехристианской художественной системы породила множество подходов и дискуссий, отразившихся в обширной историографии. Особый интерес привлекает вопрос использования объемных изображений. Сегодня Восточно-Христианская изобразительная традиция ограниченно использует рельефные образы. В литературе нередко встречается утверждение о неприятие этого в ортодоксальной художественной системе, как среди искусствоведов, так и богословов. Так архимандрит Рафаил (Карелин) утверждал, что VII Вселенский Собор «не благословил употреблять в Церкви трехмерные изображения» [6, с. 13]. О таком запрете упоминает и М.В. Алтапов [7, с. 198]. В.М. Полевой, ссылается на решения I Вселенского Собора, указывал, что он уже в IV в. осуждал скульптуру [8, с. 93].
Но существует и другая точка зрения, базирующаяся, в том числе и на археологическом материале. О раннехристианской скульптуре и традиции помещения ее в храмах упоминал Г.К. Вагнер [9, с. 296]. Классик русской школы церковной археологии Л.А. Успенский подчеркивал, что «Православная Церковь не только никогда не запрещала скульптурных изображений, но такого запрета вообще быть не может, так как он не мог бы быть ничем обоснован» [10, с. 39].
Традиция использования объемных изображений в христианской церкви, на самом деле, имеет достаточно ранние корни. На сегодняшний день, во многих музеях мира собраны значительные коллекции таких образов. К ним относятся как рельефов, так и круглая скульптура, их исполнение принадлежит античной художественной традиции и технике, но сюжеты и смысловое наполнение - Христианские. В этой связи значительный интерес представляют памятники, открытые на территории позднеантичного-раннехристианского Херсонеса-Херсона. Город являлся важным позднеримским-ранневизантийским центром, расположенным на окраине ойкумены, на границе Греко-Римской цивилизации и миров варваров, волнами накатывавших на территорию Северного Причерноморья. Он являлся опорным пунктом, не только военного и политического влияния, но также центром культурной экспансии, значительное внимание в которой отводилось продвижению христианства. Такая «мягкая сила» должна была вовлекать варварское окружение в сферу «Ромейского мира», превращая их в союзников. В этой связи художественной системе уделялось значительное внимание.
За почти 200-летнюю историю исследований городища и в его ближайшей окрестности была накоплена значительная коллекция образцов раннехристианской пластики, относящихся к концу IV - V вв., периоду формирования новой художественной системы. Появление и их распространения напрямую связанно с строительством христианских культовых сооружений на территории позднеантичного города.
Среди скульптурных фрагментов можно выделить как произведения искусных мастеров, явно столичной школы, так и работы местных художников, отличающиеся упрощенностью и используемым материалом. В коллекции Хероснесского музея, присутствуют несколько иконографических типов, представляющих значительный интерес. Среди них встречаются как образцы круглой скульптуры, так и рельефы. Если круглая скульптура из коллекции Херсонесского музея неоднократно становилась объектом исследования (о круглой скульптуре см. подробнее [11]), то рельефы недостаточно освещены в научной литературе.
Среди памятников христианской пластики, открытых на территории Херсонеса, значительный интерес представляет группа рельефных изображений, принадлежащих одному комплексу. Она состоит из трех фрагментов, к сожалению, сегодня находящихся в разных местах
и традиционно относимых к церкви ап. Петра. Ее возведение связывают с деятельностью последнего в ряду семи святых епископов херсонских - св. еп. Капитона.
Один из рельефов находиться в государственном Эрмитаже. На нем изображен Христос (в ранней традиции, как безбородый юноша), спасающий утопающего ап. Петра. На плите сохранился текст: «Господь Иисус, подающий руку Петру» [12, с. 91-92]. Второй рельеф упоминаемая в литературе как «Парижская плита». Доподлинно неизвестно ни место, ни обстоятельства его находки. Согласно распространенной версии плита была вывезена во время Крымской (Восточной) войны (1853-1855 гг.). На ней изображен Христос (как и в предыдущем случае в образе безбородого юноши), правая рука протянута в благословляющем жесте и текст: «Господь Иисус, Говорящий Петру и спутникам его: бросьте справа от корабля сеть и поймаете» [12]. Существует и третий рельеф, сегодня он находиться в Херсонесском музее. Его нашли в районе Восточной базилики. На нем прослеживаются следы изображения головы без нимба и текст «Господь Иисус...» [16].
Плиты принадлежали единому комплексному декоративному элементу построенному по принципу симметрии. Подобные сюжеты известны по баптистерию молитвенного дома в Дура-Европос (Сирия) и Баптистерию Православных в Равенне (Италия). Возможно, мы имеем дело с фрагментами баптистерия, построенного еп. Капитоном для крещения херсонеситов в конце IV в.
В 1897 г. во время раскопок в районе «Храма с ковчегом» были найдены фрагменты мраморных плиток с рельефными изображениями, выполненными в технике выемчатого фона. Среди них была плита с изображениями деревьев с плодами. В литературе они интерпретируются как гранат и слива [13, с.141, рис. 10; 17, с. 23, рис. №7]. Фон плиты содержит следы красной мастики. Изображения деревьев имели широкое распространение в раннехристианской художественной системе. Встречаются они и в Херсонесе, в частности в системе росписи раннехристианских херсонесских склепов (склепы № 2086/1905; № 2114/1853; № 1494/1903). Сюжет согласуется с поэмой Ефрема Сирина «О Рае», где упоминается, что «плоды» подвижнических трудов, («плод добрый»), прекраснее плодов Рая (Ефрем Сирин, 2014, с.238-272).
В текстах Нового Завета также упоминаются плоды в контексте результатов человеческой деятельности: «Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые» (Мф. 6:16-17); «всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь» (Мф. 6:19). Деревья с плодами могут интерпретироваться как символы Райского сада, но и как плоды деяний праведников.
Значительный интерес представляет также фрагмент мраморной плиты с изображением виноградного куста с гроздьями плодов и листьями [14, с. 25, рис. 9] винограда. Данный сюжет был одним из широко распространенных в раннехристианском искусстве. Происхождение символа связано с текстами Нового Завета, где он неоднократно упоминается: «Я есмь истинная виноградная Лоза, а Отец Мой - Виноградарь» (Ин. 15:1); «Я есмь Лоза, а вы - ветви; кто пребывает во Мне, а Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5). Л.А. Успенский упоминал, что «изображение лозы и ее ветвей указывает на Христа и Его Церковь» [10]. Образ винограда встречается в катакомбах Рима, мозаиках Равенны и Северной Сирии [15], присутствует в росписях раннехристианских склепов Херсонеса-Херсона и более поздних мозаиках, украшавших городские храмы. Традиционно виноград и лоза несут евхаристическую символику.
Среди образцов раннехристианской пластики присутствует мраморный фрагмент, на котором изображены две рыбы [14, с. 24, рис. 8; 13, с. 141, рис. 9]. Рыбы является одним из древнейших христианских символов. Греческое слово «Ихтиос» является аббревиатурой «Иисус Христос Божий Сын Спаситель». Климент Александрийский называет Христа «Рыбарем всех смертных»; в Евангельских текстах Христос называет своих учеников «ловцами человеков» (Мф. 4:19; Мк. 1:17). Изображение имеет также Евхаристический смысл, в Евангелиях рассказывается о насыщение народа в пустыне хлебами и рыбами (Мк. 6:34-44, Мк. 8:1-9); в римских катакомбах образ рыбы встречался в изображениях Тайной Вечери.
Такие символические изображения являются образцами наиболее раннего этапа формирования раннехристианской художественной традиции. Они представляют собой попытку с одной стороны проиллюстрировать текст, с другой - обойти Ветхозаветный запрет на изображения, который оказывал влияние на формирования христианской художественной
традиции [16, с. 17-69]. С другой стороны, это поиск способов передачи смыслов при помощи художественных приемов символического эллинистического искусства. Поиск образных решений создавался между запретами и символизмом поздней античности. Одним из решений стало «изображение не изображая», отображать не Бога, а Его проявление.
Коллекция фрагментов раннехристианских рельефов Херсонесского городища и его окрестностей, относящихся к IV-V вв., позволяет констатировать, что на данной территории уже в конце IV - начале V вв. велось церковное строительство. Жития епископов херсонских упоминают про две церкви, которые действовали к концу IV в. в городе. Но возможно, их количество было больше. Значительные перестройки VI-VII вв. существенно изменили облик города. В результате строительных работ могли быть не замечены и даже утрачены постройки более раннего времени. Дальнейшее изучение территории городища может позволить пролить свет на столь сложный этап в истории города.
Литература и источники
1. Сорочан С.Б., Фомин М.В. Крымский полуостров. Ранее христианство в Таврике // Очерки истории христианских цивилизаций: в двух томах. Т. 1: От зарождения до арабских завоеваний: в двух книгах. Кн. 1. Части 1-3. / Отв. ред. В.В. Наумкин, рук. проекта, науч. и лит. ред. Ю.М. Кобищанов. Кн. 1: Ч. 1-3. - М., 2019. - С.416-430.
2. Зубарь В.М. Проникновение и утверждение христианства в Херсонесе Таврическом // Византийская Таврика. - Киев, 1991. - С. 8-29.
3. Зубарь В.М., Сорочан С.Б. У истоков христианства в Юго-Западной Таврике: эпоха и вера. - Киев: Стилос, 2005. - 182 с
4. Сорочан С.Б. Византийский Херсон (вторая половина VI - первая половина X вв.). Очерки истории и культуры. - Харьков: Майдан, 2005.
5. Луценко В.О. Фомин М.В. О происхождении раннехристианской художественной системы позднеантичного Херсонеса // Современная научная мысль. - 2023. - № 6. - С. 8-12.
6. Карелин архим. Рафаил. О языках православной иконы. - СПб.: Сатис, 1997.
7. Алпатов М.В. Этюды по истории русского искусства. В 2 тт. - М., 1967. - Т.1.
8. Полевой В.М. Искусство Греции. Средние века. - М., 1973.
9. Вагнер К.Г. Некоторые структурные особенности русской пластики XIV-XV веков // Византия, Южные славяне и Древняя Русь. - М.: Наука, 1973.
10. Успенский Л.А. Богословие иконы православной Церкви. - М., 2001.
11. Фомин М.В. О некоторых сюжетах раннехристианской скульптуры Херсонеса IV-V вв. // Материалы по археологии и истории античного и средневекового Крыма. - Вып. V. Сб. / Ред.-сост. М.М. Чореф. - Тюмень 2013. - С. 19-33.
12. Виноградов А.Ю. Херсонесский храм св. Петра и его эпиграфические памятники // Херсонесский сборник. - Севастополь, 2005. - Вып. 14.
13. Наследие Византийского Херсонеса / Т.Ю. Яшаева и др. - Севастополь: Остин, 2011.
14. Византийский Херсон: каталог выставки / И.С. Чичуров. - М., 1991.
15. Литовченко А.Н., Фомин М.В., Чекаль А.Г. О происхождение раннехристианской художественной традиции в византийском Херсоне // Кондаковские чтения III. - Белгород, 2010. - С. 121-133.
16. Чаковская Л.С. Воплощенная память о храме: художественный мир синагоги святой земли III-VI вв. н. э. - М., 2011.
References and Sources
1. Sorochan S.B., Fomin M.V. Krymskij poluostrov. Ranee hristianstvo v Tavrike // Ocherki istorii hristianskih civilizacij: v dvuh tomah. T. 1: Ot zarozhdeniya do arabskih zavoevanij: v dvuh knigah. Kn. 1. Chasti 1-3. / Otv. red. V.V. Naumkin, ruk. proekta, nauch. i lit. red. Yu.M. Kobishchanov. Kn. 1: Ch. 1-3. - M., 2019. - S.416-430.
2. Zubar' V.M. Proniknovenie i utverzhdenie hristianstva v Hersonese Tavricheskom // Vizantijskaya Tavrika. - Kiev, 1991. - S. 8-29.
3. Zubar' V.M., Sorochan S.B. U istokov hristianstva v Yugo-Zapadnoj Tavrike: epoha i vera. - Kiev: Stilos, 2005. - 182 s
4. Sorochan S.B. Vizantijskij Herson (vtoraya polovina VI - pervaya polovina X vv.). Ocherki istorii i kul'tury. - Har'kov: Majdan, 2005.
5. Lucenko V.O. Fomin M.V. O proiskhozhdenii rannekhristianskoj hudozhestvennoj sistemy pozdneantichnogo Hersonesa // Sovremennaya nauchnaya mysl'. - 2023. - № 6. - S. 8-12.
6. Karelin arhim. Rafail. O yazykah pravoslavnoj ikony. - SPb.: Satis, 1997.
7. Alpatov M.V. Etyudy po istorii russkogo iskusstva. V 2 tt. - M., 1967. - T.1.
8. Polevoj V.M. Iskusstvo Grecii. Srednie veka. - M., 1973.
9. Vagner K.G. Nekotorye slrukturnye osobennosti russkoj plastiki XIV-XV vekov // Vizantiya, Yuzhnye slavyane i Drevnyaya Rus'. - M.: Nauka, 1973.
10. Uspenskij L.A. Bogoslovie ikony pravoslavnoj Cerkvi. - M., 2001.
11. Fomin M.V. O nekotoryh syuzhetah rannekhristianskoj skul'ptury Hersonesa IV-V vv. // Materialy po arheologii i istorii antichnogo i srednevekovogo Kryma. - Vyp. V. Sb. / Red.-sost. M.M. Choref. - Tyumen' 2013. - S. 19-33.
12. Vinogradov A.Yu. Hersonesskij hram sv. Petra i ego epigraficheskie pamyatniki // Hersonesskij sbornik. - Sevastopol', 2005. - Vyp. 14.
13. Nasledie Vizantijskogo Hersonesa / T.Yu. Yashaeva i dr. - Sevastopol': Ostin, 2011.
14. Vizantijskij Herson: katalog vystavki / I.S. Chichurov. - M., 1991.
15. Litovchenko A.N., Fomin M.V., Chekal' A.G. O proiskhozhdenie rannekhristianskoj hudozhestvennoj tradicii v vizantijskom Hersone // Kondakovskie chteniya III. - Belgorod, 2010. - S. 121-133.
16. Chakovskaya L.S. Voploshchennaya pamyat' o hrame: hudozhestvennyj mir sinagogi svyatoj zemli III-VI vv. n. e. - M., 2011.
ЛУЦЕНКО ВИОЛЕТТА ОЛЕГОВНА - студент, Севастопольский государственный университет (lutsenko@mail.ru). ФОМИН МИХАИЛ ВЛАДИМИРОВИЧ - кандидат исторических наук, доцент, Севастопольский государственный университет (mike. v. fomin@gmail. com).
LUTSENKO, VIOLETTA O. - student of Sevastopol State University.
FOMIN, MIKHAIL V. - PhD in History, Associate Professor of Sevastopol State University (mike.v.fomin@gmail.com).