Научная статья на тему 'О порядке назначения на должности генералов и офицеров русской армии в начале XX века'

О порядке назначения на должности генералов и офицеров русской армии в начале XX века Текст научной статьи по специальности «Военная история»

347
251
Поделиться
Журнал
Армия и общество
Область наук

Текст научной работы на тему «О порядке назначения на должности генералов и офицеров русской армии в начале XX века»

Вестник Военного университета. 2007. Май. С. 81 - 86.

Специальный выпуск «Офицер Вооруженных Сил в современном российском обществе»

Курдюк А. А.

О ПОРЯДКЕ НАЗНАЧЕНИЯ НА ДОЛЖНОСТИ ГЕНЕРАЛОВ И ОФИЦЕРОВ РУССКОЙ АРМИИ В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

Различные аспекты формирования отечественного офицерского корпуса относятся к числу актуальных проблем военно-исторической науки. В данной статье отражены основные результаты исследования действовавшего в начале прошлого столетия порядка назначения на должности генералов и офицеров военного ведомства Российской империи.

Русский офицерский корпус составлял в войсках «особый класс»1, на который государством возлагались властные полномочия по организации деятельности различных армейских структур. Один из военных теоретиков начала прошлого столетия полковник П. Режепо следующим образом определял роль офицеров вооруженных сил: «...они воспитывают, они источник знаний, они высшие начальники и в них залог побед и поражений»2.

Штаты военного ведомства России утверждались императором и содержались в едином Своде . В начале ХХ века структура должностей, сложившаяся с момента образования офицерского корпуса русской армии, претерпела незначительные изменения. По официальным данным, на 1 января 1914 г. в русской армии имелось 45956 должностей офицеров, из них: 37323 (81,2%) - обер-

офицерских, 7370 (16%) - штаб-офицерских и 1263 (2,8 %) генеральских4. Они предусматривались в пехотных, кавалерийских, артиллерийских, инженерных, железнодорожных и казачьих войсках, а также в учреждениях и заведениях военно-учебного, военно-судебного и интендантского ведомств. Кроме того, существовали так называемые “корпуса офицеров: генерального штаба и инженеров - военных и местных”5, которые подлежали укомплектованию исключительно офицерскими кадрами, имевшими специальное образование.

Для военнослужащих, получивших первичные офицерские звания, было предусмотрено обязательное назначение в строевые части для исполнения должностей младших офицеров6. Каждому из них командиром роты определялся круг

обязанностей, которые объявлялись в приказах по части . Обычно младшим офицерам поручалось руководство взводом или полуротой, они также могли вести занятия по одной или нескольким дисциплинам с определенными категориями нижних чинов либо отвечать за один из участков ротного хозяйства.

В частях полагались и различные административные должности: адъютантов, казначеев, заведующих оружием, делопроизводителей полковых судов и т.п., которые должны были замещаться обер-офицерами . Разнообразие обязанностей, выполнение которых в русской армии возлагалось на обер-офицеров до чина штабс-капитана включительно, свидетельствовало о необходимости разносторонней первоначальной подготовки офицерского состава.

Первой самостоятельной командной должностью в русской армии считалась должность ротного командира. В Уставе внутренней службы было записано: “Командир роты управляет вверенной ему частью во всех отношениях”9. Анализ должностных обязанностей командиров и начальников вышестоящих армейских структур вплоть до военного министра показал, что они должны были выполнять аналогичные обязанности в возраставших масштабах на соответствующих уровнях.

Психолого-педагогическая деятельность, наряду с управленческой, являлась основной для всех начальствующих лиц военного ведомства России. Закон обязывал каждого командира постоянно изучать своих подчиненных, обучать их военному делу, заботиться “о развитии во вверенных ему войсках воинского духа и о поддержании в них воинской доблести”10. Кроме того, офицерский состав выполнял административные функции. Помимо командных должностей штатное расписание предусматривало для офицеров множество других, связанных со штабной, преподавательской, тыловой, юридической и т.п. видами деятельности.

В начале ХХ века наблюдалась тенденция к усложнению обязанностей офицеров, что было связано с изменениями в военном деле.

Во-первых, после введения в стране всеобщей воинской повинности должности младших командиров стали комплектоваться в основном из числа лиц срочной службы. Ослабло унтер-офицерское звено. Подполковник Генерального штаба М. Г алкин писал по этому поводу: “Ныне на кадр унтер-офицеров положиться нельзя, они часто сменяются, притом недостаточно развиты”11. Согласно

статистическим данным, в начале прошлого столетия только один-два унтер-

12

офицера в частях являлись сверхсрочнослужащими . Поэтому основная часть работы, которую ранее выполняли унтер-офицерские чины, являвшиеся профес-

сиональными военнослужащими, возлагалась преимущественно на младших офицеров.

Во-вторых, появление новых образцов оружия и военной техники вызвало преобразования в организационно-штатной структуре войск. Увеличивалось число офицерских должностей технического и инженерного профиля, образовывались соответствующие войсковые части. Руководящему составу необходимо было осваивать способы их взаимодействия и использования в боевой обстановке.

В-третьих, рост численности армии мирного времени, превысившей миллионный барьер, способствовал увеличению нагрузки на высшее управленческое звено вооруженных сил (главные управления Военного министерства) и военных округов (военно-окружные управления).

Из вышеназванного следует, что офицеры, «служа по призванию», играли важнейшую роль в жизни армии и составляли «особое сословие в государстве»13, что предопределило введение для них специального порядка прохождения военной службы.

К началу Первой мировой войны Россия имела богатый опыт в сфере военно-кадровой работы. Его накопление шло в течение двух столетий.

Регулирование порядка комплектования офицерских должностей осуществлялось на основе документов, сведенных в книги «Комплектование войск и управлений, заведений и учреждений военного ведомства» и «Прохождение службы по военному ведомству», действовавшего в то время Свода Военных Постановлений14.

Управление системой расстановки и комплектования корпуса офицеров находилось в руках императора. Он не только утверждал соответствующие нормативно-правовые акты, но и ежедневно подписывал приказы о перемещениях офицерских чинов. Только глава государства имел право на производство в любой из чинов и назначение офицеров и генералов на ключевые посты в армии. Так, Николай II лично подбирал кандидатов на должности военного министра, его помощника и генерал-инспекторов. Кандидатуры начальников Главных управлений представлял императору военный министр. Подобные назначения оформлялись указами Правительствующему Сенату.

В отличие от существовавшего порядка чинопроизводства, должностные назначения могли совершаться не только главой государства, но и некоторыми войсковыми начальниками. Так, командирам полков (отдельных батальонов) бы-

ло предоставлено право назначения в своих частях подчиненных офицеров на должности до командиров батальонов (рот) включительно.

Все делопроизводство, касавшееся подбора офицерских кадров и должностных назначений в армии, было сосредоточено в одном органе управления -Главном штабе. О конкретных назначениях на должности и присвоении офицерских званий можно судить по текстам приказов о чинах военных, которые сводились в ежегодно издаваемые отдельные сборники.

В русской армии существовало три формы назначения генералов и офицеров на должности: перечисления, переводы и прикомандирование.

В России традиционно поощрялась служба в одном полку. По этому поводу П. Режепо писал: “Чем более в армии переездов офицеров из одной части в другую, тем безошибечнее можно сказать, что армия живет все еще ненормальною жизнью”15. Подобную точку зрения разделяла основная часть офицерского корпуса. Поэтому, как правило, места убывших офицеров обычно занимали однополчане.

Такие назначения внутри одной части, заведения или учреждения военного ведомства назывались перечислениями. Они совершались по распоряжениям ближайших начальников, имевших для этого соответствующие права. Также на вакантные должности распределяли выпускников военных училищ.

Служебная необходимость заставляла обращаться и к такой форме движения офицеров по службе, как переводы, представлявшие перемещения офицеров из одних частей и учреждений в другие, не смотря на отрицательное к ним отношение.

Автором выявлены причины осуществления переводов офицерского состава. Этого требовали организационно-штатные мероприятия: формирование и расформирование воинских частей, увеличение или сокращение штатных офицерских должностей в них. К тому же только так можно было проводить замену офицеров, которые служили в отдаленных регионах с неблагоприятными климатическими условиями. Право перевода предоставлялось всем офицерам, прослужившим пять лет в Туркестанском и Приамурском военных округах. Им на смену прибывали офицерские кадры из других округов, чаще всего центральных.

Разрешались переводы и по личным просьбам офицеров. Но в таких случаях для обер-офицеров процедура принятия в другую часть была аналогичной, как и для поступавших на службу офицеров из запаса или отставки16. Подобные пе-

реводы совершались и в другие рода войск или служб, но только при наличии вакантных должностей.

В случае невозможности укомплектовать имевшиеся вакансии офицерами своей части императором разрешались переводы из других частей. Особенно они практиковались в пехотных полках. В них было положено иметь 75% команди-

17

ров рот в звании капитана . Поэтому капитанов, не занимавших соответствующих чину должностей, переводили в другие части, если была потребность пополнения ротных командиров до указанной нормы.

В армии также делались и так называемые переводы “для пользы службы”. Это распространялось в основном на штаб-офицеров и генералов, которые заслуживали повышения по службе, но в их части или учреждении не было свободных вакансий или необходимых должностей. В качестве поощрения армейских офицеров могли переводить в гвардейские части. Командиры корпусов имели право проводить подбор старших штаб-офицеров в пехотные полки. Такие назначения производились приказами по округам, если кандидат служил в этой же части, а переводы - приказами императора.

Все вопросы о переводах офицеров согласовывались через Главный штаб. Если такое движение производилось внутри одного рода войск, то требовались решения начальников дивизий, в других случаях - согласие того Главного управления, в подчинении которого состояла воинская часть или учреждение, где служил кандидат на перевод.

В русской армии кроме перечислений и переводов законодательно был определен порядок прикомандирования офицеров для временного исполнения должностей. Изучение документов показало, что такой способ использовался в двух случаях.

В первом случае прикомандированные офицеры, временно исполняя определенные должностные обязанности, одновременно проходили подготовку к новой для них специальности. Это был своеобразный этап подбора офицерских кадров в некоторые части, учреждения и заведения военного ведомства. В частности, для перевода в специальные рода войск и в гвардейские части законом устанавливался обязательный срок прикомандирования к ним переводимых офицеров. Например, для артиллерии и гвардии он составлял один год. Перед зачислением в Генеральный штаб офицеры, окончившие Николаевскую военную академию, обязаны были определенный срок прокомандовать ротой, а также не менее четырех месяцев - батальоном. С этой целью согласно разнарядке они откоман-

дировывались в войсковые части. Вопросы о переводах офицеров, избранных начальниками военно-учебных заведений на учебную и воспитательную работу, решались окончательно после двухлетнего прикомандирования. В этот период они числились исполняющими должности.

Во втором случае прикомандирование офицеров практиковалось для выполнения определенных обязанностей без назначения на должность. Например, в

начале 1914 г. при кавалерийских и казачьих полках были созданы конно-

18

пулеметные команды . Для исполнения в них обязанностей младших офицеров планировалось ежегодно от полков дивизии поочередно прикомандировывать по два офицера. А постоянный офицерский состав стрелковой школы находился в бессрочной командировке и числился в своих частях сверх штата.

Право разрешения на откомандирование офицеров было предоставлено начальникам дивизий, командирам корпусов и командующим войсками округов. Командировки свыше шести месяцев подлежали утверждению военным министром. Все вопросы о прикомандировании для перевода решались через Главный штаб.

Прежде чем изменить служебное положение офицера или генерала, необходимо было выяснить его пригодность для службы в новом качестве. С этой целью в армии существовала ежегодная аттестация офицерского состава. Аттестации подлежали все строевые офицеры действительной службы. Те же из них, кто находился на командных должностях, были также аттестующими для подчиненных им офицеров.

Порядок проведения аттестации был принят в 1912 г.19 Сначала проводился комплекс мероприятий по определению служебных, умственных, нравственных и физических качеств каждого офицера. Обсуждение и утверждение аттестаций, начиная с ротных командиров, проходило коллегиально при решающем мнении старшего начальника. Затем на основании сделанных выводов принимались решения о дальнейшем служебном использовании каждого офицера. По результатам такой формы подбора достойные повышения в чинах и должностях включались в соответствующие кандидатские списки на повышение. И наоборот, офицеры, которые получали негативные оценки по итогам аттестации, исключались из этих списков.

За необъективность аттестаций по закону полагалась ответственность. Однако в мемуарной литературе имеют подтверждение факты, что командиры иногда шли на нарушения, положительно аттестуя недостойного такой оценки офи-

цера “в надежде поскорей избавиться от него посредством нового, высшего на-

20

значения без неприятностей и жалоб со стороны обиженного” .

Оценка служебной деятельности высшего командного состава производилась Высшей аттестационной комиссией. В своей деятельности она руководство-

21

валась соответствующим положением, принятым в 1913 году . Ее председателем являлся военный министр. Работа этого органа носила рекомендательный характер, так как окончательное решение всегда принимал император. Например, П. Режепо и А. Деникин отмечали, что “увольнение по аттестациям высших чинов у нас в армии явление весьма редкое”22, в то время как “вся армия знала несостоя-

23

тельность многих из этих начальников и изумлялась их назначению... ” .

В целом, содержание и выводы аттестаций имели прикладное значение для определения кандидатур офицеров, достойных, по мнению командования, повышения по службе, т.е. получения очередного чина или назначения на вышестоящую должность.

Следует отметить, что порядок прохождения офицерской службы предусматривал строгое соблюдение принципа последовательности чинопроизводства, установленного еще Петром I. Это означало, что «ни в мирное, ни даже в военное время» никто не мог быть «произведен через чин или, помимо чинов нижних, прямо в высший»24. Такой порядок соответственно распространялся и на последовательность прохождения должностей.

Выпускники военно-учебных заведений, получившие чин поручика (корнета, хорунжего), должны были начинать службу только с назначения на строевых должности и обязательно отслужить в войсках срок, в полтора раза превышавший время их профессионального обучения.

При производстве в следующие чины, а также при назначении на должности от командира роты и выше, решающую роль играла очередность, т.е. место офицера в списке претендентов. Точкой отсчета очередности для каждого офицера было получение первого офицерского звания. Списки старшинства офицерских кадров велись в каждой части25.

Взаимозависимость должности и чина обусловливалась конкретной иерархической ступенью, которую занимал офицер или генерал. Для каждой категории офицерских кадров законом устанавливались свои правила производства и назначения. Так, например, для обер-офицеров до штабс-капитана включительно воинское звание имело первенствующее значение. Обладатели этих чинов могли

допускаться, в основном, к исполнению обязанностей младших и должностных офицеров в полку.

Для производства в капитаны и первый штаб-офицерский чин требовалось назначение на соответствующую должность26. На вакантные должности командиров рот, батальонов и другие, равные им по правам, назначались старшие по чину. Но если по аттестационным выводам они не соответствовали этим должностям, то рассматривались кандидатуры следующих по старшинству офицеров.

Начиная с должности командира отдельной части и до командующего войсками военного округа назначения производились по кандидатским спискам, которые составлялись в Главном штабе, а на должности, которые предназначались к замещению офицерами Генерального штаба - в Главном управлении Генерального штаба (ГУГШ).

Для зачисления в кандидаты на определенные должности вышестоящее начальство делало соответствующие представления. Например, на командиров полков и бригад - начальники дивизий и другие вышестоящие командиры в порядке подчиненности, на начальников дивизий - командиры корпусов и т.д. Подбором кандидатов на высшие строевые должности, как указывалось выше, занималась Высшая аттестационная комиссия. Для каждой должности законом были определены свои критерии отбора.

Обычно представления с ходатайствами о зачислении в кандидаты на должностное повышение делались после ежегодных лагерных сборов. После их утверждения военным министром и императором составлялись кандидатские списки претендентов на конкретные должности. Очередность зависела от старшинства офицеров в их последних чинах. Но были и исключения. Так, кандидаты в командиры батальонов инженерных войск вносились в списки по старшинству в чинах подполковников; в командиры бригад и на генерал-майорские должности Генерального штаба - в чинах полковников. Однако подбор кандидатов на высшие командные должности начиная с начальника дивизии и высшие штабные должности осуществлялся по личному усмотрению Николай II.

Необходимо отметить, что кандидатские списки постоянно корректировались. Командиры частей и вышестоящие начальники представляли в Главный штаб сведения о больных офицерах, а также офицерах, не оправдавших прежних аттестационных выводов или переменивших род службы. Такие кандидаты исключались из общих списков.

Назначения на все должности по кандидатским спискам производились Высочайшими приказами, т.е. приказами, подписанными лично императором. При этом существовал определенный порядок замещения вакансий, строго определявший пропорциональность назначений представителей от разных кандидатских списков. Например, на каждые 5 вакантных должностей командиров кавалерийских полков были установлены следующие квоты: «1 - от гвардии, 2 - от генерального штаба и 2 - от армии...»27. После трех циклов, т.е. 15 назначений, разрешалось одно место предоставлять для замещения кандидату от переменной очереди, в которую входили адъютанты, офицеры административной службы и т. п.

Для каждой из групп офицеров, разделявшихся по категориям чинов, роду войск или службы, принадлежности к армии или гвардии, были установлены свои особенности чинопроизводства, подбора и расстановки кадров. Разнообразие кандидатских списков создавало неравномерные условия для служебного роста. Например, сроки, в течение которых офицеры в среднем достигали чина полковника, составляли: для выпускников академий и лиц с титулами графа, князя, барона - 19,5 лет; для служивших в гвардии - 21 год, а в армейских частях - 28,5 лет; для занимавших нестроевые должности - 25 лет28.

Действовавший в русской армии порядок расстановки офицерского состава по должностям, по мнению автора, имел ряд недостатков, которые сказывались, как на служебном росте офицеров, так и на организации кадровой работы.

Стремление к повышению по служебной лестнице играло важное значение в жизненных установках офицерского состава, сознательно выбравшего своей профессией ратный труд. Существовавшие же правила назначения на должности зачастую не позволяли достойным офицерам полностью реализовать свой профессиональный потенциал в условиях армейской службы.

Определяющим фактором для служебного повышения офицерских кадров являлось старшинство в чине. Поэтому офицерам, показавшим высокие способности в практической деятельности, но не входящим в силу сложившихся обстоятельств в число лидеров в списках старшинства, успешную карьеру сделать почти не удавалось. Генерал М.В.Алексеев дал следующую оценку подобному порядку: “Все построено по ранжиру; и лентяй и глупец, и благородный рыцарь дела - все плетутся в колонне, равняясь по рядам и в затылок” и в результате “все они гибнут с их талантами, исключительными подчас способностями, под гне-

том системы и уходят со службы, получая в награду чин подполковника, в лучшем случае - полковника”29.

Служебный рост офицеров резко тормозили также большая продолжительность обязательной службы в должностях и высокий возрастной предел выслуги для ухода в отставку. Вместе с тем справедливости ради следует отметить, что установленные обязательные сроки службы исполнения обязанностей командиров на различных уровнях армейской структуры способствовали постепенному накапливанию офицерами опыта руководящей деятельности.

При формировании военной элиты фактор протекционизма, учитывая ментальность высшего чиновничества, явно играл немаловажную роль. Что, в свою очередь, на первое место при подборе кандидатов на генеральские должности ставило личную преданность и умение показать себя перед императором, а отнюдь не профессиональную компетентность и высокие нравственные качества. Отсутствие сети военно-учебных заведений для подготовки лиц, занимавших штаб-офицерские и генеральские должности, оценка уровня образования кандидатов на выдвижение по наличию диплома, полученного в начале службы, приводили к тому, что этот критерий все меньше ценился при служебном росте. Генерал М. Грулев оценивал эту тенденцию следующим образом: “Само начальство не всегда проявляет вкус и интерес к научным сведениям по специальности военного дела и поэтому мало ценит такие наклонности у своих подчинен-

„30

ных... ” .

Определенные проблемы в кадровой работе создавало представление офицерам права досрочного увольнения в запас, перевода в другие ведомства. Теоретически данным путем планировалось освобождать армию от неспособных чинов. На практике выходило все наоборот. Офицерские кадры стремились переводиться в Министерство внутренних дел, пограничную охрану и гражданские учреждения, в которых материальная обеспеченность и порядок прохождения службы выгодно отличались от армейских. Эти ведомства имели возможность выбирать себе лучшие кадры, которые готовило Военное министерство.

Штатная привязанность офицеров к частям также создавала трудности в кадровой работе. Довольно большое число из них служило в штабах и других заведениях военного ведомства, считаясь прикомандированными, в то время как числились в своих полках сверх штата. Возможность назначений офицеров на административные должности, которые подлежали замещению чиновниками, обостряло проблему неукомплектованности строевых должностей в войсках.

Таким образом, отсутствие в русской армии единого порядка прохождения службы офицерским составом, а также некоторые его элементы оказывали негативное влияние на служебную мотивацию офицеров и создавали определенные трудности в военно-кадровой работе. В совокупности с тяжелыми условиями службы, слабой материальной обеспеченностью младших офицерских чинов, падением престижа воинской службы в первые десятилетия прошлого столетия это создало ситуацию, способствовавшую повышенной убыли офицерских кадров, в особенности обер-офицерского звена армейской пехоты. В начале второго десятилетия прошлого века были предприняты некоторые меры, способствовавшие более быстрому продвижению офицеров. Однако для полной ликвидации служебного застоя и уменьшению числа молодых офицеров, покидавших армию, требовалось предпринять более радикальные шаги, но условия, сложившиеся после вступления России в Первую мировую войну, не позволили претворить имевшиеся планы в жизнь.

1 См.: Военная энциклопедия: В 18 т. Пг., 1914. Т. 17. С. 233.

2 Режепо П. Несколько мыслей по Офицерскому вопросу. СПб., 1910. С. 1.

3 См.: Свод штатов военно-сухопутного ведомства: В 4 кн. СПб-Пг., 1910-1914.

4 См.: Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республики Советов 1917-1920 гг.

М., 1988. С. 22. Процентное соотношение с общим числом офицерских должностей подсчитано автором. - Прим. авт.

5 См.: Свод Военных Постановлений 1869 года: В 24 кн. СПб., 1907. Кн. 5. С.7.

6 Младший офицер - наименование первичных офицерских должностей в русской армии. Офицеров, которые по штату занимали такие должности, также называли субалтерн-офицерами.

7 См.: Сборник всех воинских уставов: В 2 т. М., 1916. Т. 2. С. 35.

8 См.: Свод штатов военно-сухопутного ведомства: В 4 кн. СПб., 1910. Кн. 2. С. 39, 43, 47, 51,

55, 59, 63, 67, 71, 193, 199, 223, 475, 551.

9 Сборник всех воинских уставов: В 2 т. М., 1916. Т. 2. - С. 36.

10 Свод Военных Постановлений 1869 года: В 24 кн. СПб., 1907. Кн. 7. С. 6.

11 Галкин М. Новый путь современного офицера. М., 1906. С. 23.

12

См.: Режепо П. Указ. соч. С. 4.

13 Военная энциклопедия: В 18 т. Пг., 1914. Т. 17. С. 234.

14 См.: Свод Военных Постановлений 1869 года: В 24 кн. СПб., 1907. Кн. 6, 7.

15 Режепо П. Несколько мыслей по Офицерскому вопросу. СПб., 1910. С. 20.

16 При переводе обер-офицеров в строевые части, по закону, обязательно учитывалось мнение собрания штаб-офицеров и ротных командиров этих частей. Голосование по одобрению или отклонению кандидатур претендентов на службу в части проводилось без участия ее командира. Более подробно см.: Военная энциклопедия: В 18 т. СПб., 1911. Т. 4. С. 369.

17 Голов Г.В. Прохождение службы по военному ведомству. Пг., 1917. С. 100.

18 Приказ по военному ведомству № 132 от 21.01.1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914. С. 207-210.

19 См.: Положение об аттестовании военнослужащих. СПб., 1913. 79 с.

20 Брусилов А.А. Мои воспоминания. М., 1963. С. 71.

21 См.: МалинкоВ. Справочная книжка для офицеров. М., 1917. С. 57-58.

22 Режепо П. Несколько мыслей по Офицерскому вопросу. С. 14.

23 Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. М., 1991. С. 91.

24 Свод военных постановлений 1869 года: В 24 т. СПб., 1907. Кн. 7. С. 57.

25 Старшинство - общая выслуга офицера в каждом чине, как в календарном, так и в льготном исчислении, определявшее его место в кандидатских списках на производство в следующий чин. В начале службы каждого офицера устанавливалась его очередность на право получения следующего звания, во многом зависевшая от престижности вуза, который он окончил и персонального выпускного балла. В дальнейшем преимущества служебного роста получали офицеры, которые имели большую выслугу и не имели взысканий. - Прим. авт.

26 С марта 1914 г. такое требование стало необязательным для получения звания капитана армейской пехоты и артиллерии. В этих родах войск капитанскую должность могли получить как капитаны, так и штабс-капитаны, однако первым отдавалось преимущество. Аналогичное правила были установлены и для полковников и подполковников. - Прим. авт.

27 Приказ по военному ведомству № 27 от 11.01.1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914. С. 90.

28 Режепо П. Офицерский вопрос. СПб., 1909. С. 17.

29 Во имя честности, во имя любви к нашей дорогой России. (Письма генерала М.В.Алексеева к сыну Николаю) // Источник. 1997. №3. С. 16.

30 Цит. по: Грулев М.В. Злобы дня в жизни армии //Воспитательная работа в Вооруженных силах РФ. М., 1995. С. 235.