Научная статья на тему 'О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «Зияющие высоты» и перспективные достижения'

О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «Зияющие высоты» и перспективные достижения Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

163
50
Поделиться
Ключевые слова
ИСТОРИОГРАФИЯ / ИСТОРИЧЕСКОЕ КРЫМОВЕДЕНИЕ / СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ КРЫМОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ / НАУЧНОЕ СООБЩЕСТВО КРЫМСКИХ ИСТОРИКОВ / РОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО ПО ИЗУЧЕНИЮ КРЫМА / АРХИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ / НАУЧНАЯ АРГУМЕНТАЦИЯ / НАУЧНАЯ НЕДОБРОСОВЕСТНОСТЬ / HISTORIOGRAPHY / CRIMEAN LOCAL HISTORY / MODERN STATE OF CRIMEAN REGIONAL STUDIES / SCIENTIFIC COMMUNITY OF THE CRIMEAN HISTORIANS / RUSSIAN SOCIETY FOR STUDY OF CRIMEA / ARCHIVAL DOCUMENTS / SCHOLARLY ARGUMENTS / ACADEMIC UNCONSCIENTIOUSNESS

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Севастьянов Александр Валериевич

В статье сквозь призму истории исследований деятельности Российского общества по изучению Крыма анализируются актуальные тенденции современного развития историографии крымоведения. Критическому анализу подвергаются отдельные исследовательские концепции, демонстрируется тенденциозность ряда публикаций, констатируется значительная напряженность в коллективе крымских историков, намечаются перспективы дальнейших штудий.

Похожие темы научных работ по истории и историческим наукам , автор научной работы — Севастьянов Александр Валериевич,

On Some Trends in Modern Historiography of a Local History of the Crimea: The Gaping Heights and Perspective Achievements

The problem of an objective historiographical coverage of scientific studying history, culture, and science in the Crimea is one of the hottest research topics both for provincial group of historians, and for their colleagues from other regions of the Russian Federation and all former Soviet Union. Scale of the projects, which are carried out by the previous generations of scientists, public organizations and state institutions shows the scrupulous analysis of a huge scientific and creative heritage which can''t be made ‘here and now.’ In my article, using bibliographical and textual methods, I represent a brief review and an essay on comparative analysis of the Crimean historiographers’ researches in Crimean regional studies in history since early 1990s. I show integration of the Crimean historians into scientific space of the Russian Federation considerably shaded problems, which or were deliberately suppressed for a number of years, or were accurately retouched both in certain political reasons, and in rather doubtful corporate interests. This picture reminds in general the state of the Crimean local history movement in the 1920s-1930s, when the term ‘Crimean local history’ (or ‘Crimean regional studies’) was used in a scientific context for the first time. Case study of historiography of Russian Society for Study of Crimea (1922-1932; since 1927 was renamed as ‘Society for Study of Crimea’) allows me to prove that researches have been reviewed are covered adequately all trends and mistakes typical for Crimean regional studies in history in whole. Thus, the most typical problem of contemporary researches is academic unconscientiousness that takes the form of (i) lack of knowledge of archival documents and/or methodology of historical research; (ii) wittingly ideologically biased approach; (iii) substitution of notions; (iv) replacement of scientific argumentation with self-promotion. Since the history and scientific heritage of the Russian Society for Study of Crimea was object of my research interest, it is the obvious fact for me that current trends of a Crimean local history of nowadays has some close parallels with its previous stage including sometimes comical coincidence of characters and roles of several ‘characters’. Analysis of real situation in an actual historiography of Crimean regional studies allows me to conclude that researches on the contribution of the Russian Society for Study of Crimea in the development of regional studies in the Crimean Autonomous SSR continue to be promising and knowledge consumptive. However, those researchers who want to create quality work in the field of Crimean regional studies will be forced to pass every time between the Scylla of dilettantism and the Charybdis of the ideological and political preconception.

Текст научной работы на тему «О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «Зияющие высоты» и перспективные достижения»

Электронное научное издание Альманах Пространство и Время КРЫМОВЕДЕНИЕ: ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ КРЫМА

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach fRaum und Zeit Bd. 12. Ausgb. 1.

Т. 12. Вып. 1 • 2016

'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea' eKrimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Летопись и летописцы: крымоведение вчера и сегодня

УДК 94(47)Крым,,192/193,,:061.12

Chronicle and Chroniclers: Past and Present of Crimean Regional Studies / Chronik und Chronisten: Krimforschung von gestern und heute

Севастьянов А.В.

О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Севастьянов Александр Валериевич, кандидат исторических наук, и.о. заведующего кафедрой музеологии и библиотечно-информационной деятельности ГБОУ ВО РК «Крымский университет культуры, искусств и туризма», Симферополь

ORCID ID http://orcid.org/0000-0003-1932-0920

E-mail: alexander-v-sevastyanov@j-spacetime.com; spu_crimea@mail.ru

В статье сквозь призму истории исследований деятельности Российского общества по изучению Крыма анализируются актуальные тенденции современного развития историографии крымоведения. Критическому анализу подвергаются отдельные исследовательские концепции, демонстрируется тенденциозность ряда публикаций, констатируется значительная напряженность в коллективе крымских историков, намечаются перспективы дальнейших штудий.

Ключевые слова: историография, историческое крымоведение, современное состояние крымоведческих исследований, научное сообщество крымских историков, Российское общество по изучению Крыма, архивные документы, научная аргументация, научная недобросовестность.

Проблема объективной историографической оценки процесса научного изучения истории, культуры, науки Крыма является одной из наиболее актуальных исследовательских тем как для провинциального коллектива историков, так и для коллег из других регионов РФ и всего постсоветского пространства. Масштабность проектов, осуществленных предшествующими поколениями ученых, общественными организациями и государственными институциями, предполагает скрупулезный анализ огромного научного и творческого наследия, который не может быть произведен «здесь и сейчас». Очевидно, что научная репрезентация крымоведческих исследований должна носить перманентный характер, ставить точку в этом процессе, стремится навесить ярлыки и окончательно расставить акценты не только преждевременно, но и недальновидно. Выраженная в современной мировой историографии очевидная тенденция к компаративистскому принципу исторических исследований лишь подтверждает, что углубление и выведение крымоведческих штудий на междисциплинарную основу, может открыть новому направлению исторической науки широкие горизонты и перспективы для дальнейших успешных разысканий.

В этом контексте чрезвычайно важен анализ актуального для текущего момента объективного состояния развития крымоведения. Можно с уверенностью констатировать, что вхождение коллектива крымских историков в научное пространство РФ в значительной мере высветило те проблемы, которые в течение ряда лет либо умышленно замалчивались, либо аккуратно ретушировались как в определенных общественно-политических, так и в достаточно сомнительных корпоративных интересах.

На этом фоне вполне логичным стало появление ряда многостраничных исследований, претендующих как на презентацию определенных сюжетов истории полуострова (В.Е. Поляков, В.Н. Пащеня), истории культуры и науки (С.Б. Филимонов, С.П. Шендрикова), так и на обобщение историографических и источниковедческих исследований региона и науки о нем (В.Н. Пащеня). Эти опыты сложно считать удачными по разным причинам. В одних [Поляков 2013; Филимонов 2012], где объектами исследования выбраны такие острые дискуссионные аспекты истории Великой Отечественной Войны на территории Крыма, как история партизанского движения, коллаборационизм и деятельность представителей нацистской пропагандистской машины на оккупированных территориях, главным показателем непрофессионализма выступает именно изначально заданное отношение авторов к исследуемому материалу, в том числе по идеологическим соображениям (как ни печально, но от них при разработке таких вопросов никуда не деться). Другие монографии (см., например, [Шендрикова 2013]) основаны на ограниченном круге источников, что позволяет поставить под сомнение полноту выводов. Третьи [Пащеня 2013, 2015] уже по праву занимают свой «красный угол» исследовательской некомпетентности, незнания основ историографического анализа, навыков работы с архивными документами, поразительного желания исследователя навязать свою точку зрения читателю в лучших традициях тоталитарных советских времен. К сожалению, за редким исключением, эти издания пока не получили исчерпывающей оценки в исторической периодике [Непомнящий 2005.б, 2014.а].

Очевидным становится безрадостный факт введения научной общественности постсоветского пространства в заблуждение относительно реального положения дел в крымоведении. Учитывая значительное распространение приведенных выше изданий за пределами

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

Крыма, в прямом смысле меркнет значение тех реальных и масштабных крымоведческих проектов, которые объединяют в себе разно-векторные исследования, создают необходимый фундамент дальнейшего развития изучения полуострова — даже несмотря на весомую и положительную оценку этих реальных проектов профессиональным сообществом.

Данная картина в общих чертах напоминает состояние крымского краеведческого движения в 20—30-х гг. прошлого столетия, когда и было впервые использовано слово «крымоведение» в научном контексте. Учитывая, что объектом нашего исследовательского интереса была история и анализ научного наследия Российского общества по изучению Крыма (РОПИК, 1922—1932; с 1927 г. — Общество по изучению Крыма, ОПИК) [Севастьянов 2010], констатируем: во многом современные тенденции крымоведения зеркальны той эпохе, некоторые параллели просто поражают, не говоря уже об иногда комичном совпадении характеров и ролей (по их смыслу) тех или иных «действующих лиц». Однако дело не в оценках личностей, а в том конкретном исследовательском вкладе, который и составляет пополнение копилки крымоведческих знаний. И, как ни грустно, данный аспект не имеет пока что положительного содержания. В этой связи интересным представляется проанализировать реальное положение в актуальной крымоведческой историографии на примере одного исследовательского сюжета — истории изучения деятельности РОПИК и отражения этого процесса в соответствующих публикациях. Забегая вперед, скажем: выводы подтвердили гипотезу — в частном эпизоде как никогда явными становятся общие тенденции.

Изучение истории РОПИК делится на два этапа: советский — со второй половины 60-х гг. ХХ в. до 1991 г. и современный — с 1991 г. и по сегодняшний день. Относительно первого периода, можно отметить появление отдельных разрозненных заметок, справок и статей, которые содержали общую информацию об истории Общества, намечали основные направления его работы, фиксировали численность организации [Полканов 1966; Козлов 1984; Филимонов, Шарапа 1990]. Данные материалы практически не содержали информации архивных документов, зачастую страдали наличием массы фактологических и хронологических ошибок. Однако именно эти публикации определили постановку исследовательской проблемы.

Второй период историографического исследования деятельности РОПИК начался после распада СССР, в 1991 г. В вышедшей в Москве в 1991 г. монографии доктора исторических наук, профессора С.Б. Филимонова «Краеведческие организации Европейской России и документальные памятники (1917—1929 гг.)» работа РОПИК упомянута в контексте общего развития регионоведческих штудий в определенных автором географических рамках [Филимонов 1991]. Однако в тексте этой книги, несмотря на громкое название, не представлены даже самые общие сведения о работе Общества. Так, исследователь приводит только одно из названий организации — Общество по изучению Крыма, которое, однако, стало употребляться лишь после проведения Первого съезда организации в 1927 г. (а Общество вело свою работу с октября 1922 г.!) и было связано со вторым этапом его деятельности. С.Б. Филимоновым не были определены критерии, по которым производился анализ научно-исследовательского и популяризаторского вклада той или иной краеведческой организации европейского региона РСФСР 20-х годов ХХ в. В итоге разнообразное по составу и качеству, мощное краеведческое движение Крыма этого десятилетия представлено в его работе только деятельностью Таврического общества истории, археологии и этнографии (ТОИАиЭ), и то изложенной в самых общих чертах.

В составленном автором книги списке выдающихся деятелей культуры и науки, принимавших участие в краеведческой работе в 20-е гг. ХХ в., членами РОПИК названы только поэт, художник, культуролог Максимилиан Александрович Волошин (1877—1932) и профессор Первого МГУ, выдающийся географ (и первый глава Общества, о чем, соответственно, не упомянуто вообще) Александр Александрович Крубер (1871—1941). Вместе с тем, в том же списке, составленном Филимоновым, фигурировали фамилии членов РОПИК (без указания участия в работе Общества), исследования которых в рамках деятельности РОПИК сыграли ключевую роль как в развитии организации, так и в общем становлении крымоведения изучаемого периода. Здесь, однако, следует назвать имена профессоров А.С. Башкирова, Г.А. Бонч-Осмоловского, И.Н. Бороздина, К.Э. Гриневича, Б.Ф. Добрынина, Б.С. Жукова, Б.А. Куфтина, А.И. Маркевича, И.М. Саркизова-Серазини и других ученых, которые являлись не только лидерами научной работы Общества, но и выдающимися организаторами крымоведческого движения, вклад которых, остался для С.Б. Филимонова незамеченным, а, быть может, и непознанным.

Александр Александрович Крубер (1871— 1941), физико-географ, основоположник отечественного карстоведения

Алексей Степанович Башкиров (1885— 1963), историк-антико-вед, краевед, культуролог, один из основателей отечественной палеосейсмологии

Глеб Анатольевич Бонч-Осмоловский (1890—1943), антрополог, археолог, этнограф, геолог

Илья Николаевич Бороздин (1883—1959),

историк-востоковед, этнограф, педагог, литературный критик

Константин Эдуардович Гриневич (1891— 1970), историк, археолог, музеевед, директор Керченского и Хер-сонесского музеев

Борис Федорович Добрынин (1885—1951) физико-географ, геоморфолог

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

Борис Сергеевич Жуков (1892—1934), археолог, па-леоэтнограф

Борис Алексеевич Куфтин (1892—1953), археолог, этнограф, антрополог

Арсений Иванович Маркевич (1855—1942), историк Крыма, архивист, археолог, этнограф, член-корреспондент АН СССР

Иван Михайлович Саркизов-

Серазини (1887—1964), один из основоположников лечебной физкультуры и спортивной медицины в СССР

Неизвестными для С.Б. Филимонова остались и материалы печатного органа РОПИК — научного журнала «Крым», что отразилось в наличии в тексте монографии лишь одной комбинированной ссылки на публикации этого издания, посвященной работам членов РОПИК [Озенбашлы 1926; Вологдин 1927; Усов 1928] о народонаселении Крыма в период конца XVIII — начала XX вв. Подобное отношение к наследию РОПИК наглядно демонстрирует отсутствие упоминаний об Обществе в четвертом разделе монографии «Деятельность краеведческих организаций по выявлению, собиранию и использованию источников по важнейшим историко-краеведческим темам», где материалы исследования разделены С.Б. Филимоновым на тематические параграфы. Но если можно понять, почему в параграфе «История революционного движения и революции» о вкладе членов РОПИК не сказано ни слова, то удивительно, что о нем умалчивается в параграфах «История деревни», «История климата, экстремальных явлений и взаимодействия природы и общества» и «История культуры». Ведь именно эти направления были постоянными в работе членов Общества и неизменно занимали значительное место в публикациях журнала «Крым». Данные публикации содержали новые оригинальные материалы, добытые исследователями в результате сбора и анализа источников различного происхождения экспедиционными и другими исследовательскими методами. Даже если архивные документы об организационном становлении РОПИК остались для С.Б. Филимонова неизвестными в принципе, то игнорирование им опубликованных источников вызывает недоумение, особенно если учесть, что вся структура монографии основана именно на анализе публикаций печатных органов различных краеведческих сообществ Европейской России. Подчеркнем: отсутствие в монографии концептуального подхода в изложении материала по теме исследования привело к упущению С.Б. Филимоновым значительных по объему и содержанию аспектов развития краеведческого движения 20-х гг. ХХ в., что, в свою очередь, позволяет оспаривать полноту и объективность сделанных автором выводов.

В отличие от работы С.Б. Филимонова, в монографии доктора исторических наук, профессора Дмитрия Павловича Урсу «Очерки истории культуры крымскотатарского народа (1921 — 1941)» [Урсу 1999] в разделе «Национальная культура в системе тоталитарного государства (на примере Крымской АССР)» в контексте освещения участия общественных организаций региона в развитии истори-ко-этнографических исследований в 20-е — 30-е гг. ХХ в. представлены основные направления работы РОПИК.

Непосредственно изданию и публикациям печатного органа РОПИК — журнала «Крым» посвящена статья симферопольских историков, кандидатов исторических наук Л.С. Моисеенковой и В.Ф. Шарапы [Моисеенкова, Шарапа 2000]. Авторы останавливаются на общей характеристике работы РОПИК, создании журнала. Авторы предприняли попытку показать сквозь призму публикаций «Крыма» разнообразие форм и методов исследований, проведенных членами Общества, отметили актуальное значение содержания журнала в истории крымского краеведения в целом.

Д.П. Урсу

Очерки шорни культуры крымскотатарского народа (1921-1941)

Слева — монография Д.П. Урсу «Очерки истории культуры крымскотатарского народа (1921—1941)» (Симферополь, 1999).

Справа — сборник «Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии» (Симферополь, 2000, вып. VII), в котором была опубликована статья Л.С. Моисеенковой и В.Ф. Шарапы «Из истории журнальной периодики: журнал "Крым" (1925-1927 гг.)».

Впрочем, сколь бы выгодно ни отличались другие работы от штудий С.Б. Филимонова, он, как показывает текущая исследовательская практика, и не собирается менять своей эксклюзивной исследовательской методики. В последнее время сообщество кры-моведов в должной мере ознакомилась с приемами его источниковедческой работы, где значительное место занимают самореклама

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

и стремление поучать коллег [Филимонов 2006, 2010], при этом критика других исследователей зачастую основывается на личном мнении и предположениях, а не на фактах, которые можно доказать в дискуссии, в ход идет и откровенная дезинформация (чему уже дана соответствующая оценка, известная сообществу историков и источниковедов [Непомнящий 2005.6]).

Коснулись претензии профессора Филимонова и наших скромных изысканий в области восстановления неизвестных страниц истории крымоведения. Конкретно — публикации отдельных документов о судьбе личного архива и библиотеки профессора Арсения Ивановича Маркевича, часть которых осталась в годы Великой Отечественной войны в оккупированном немецко-румынскими войсками Симферополе [Севастьянов 2007].

Относительно аргументов С.Б. Филимонова о возможности особого прочтения воспоминаний дочери А.И. Маркевича Е.А. Кошляко-вой считаем необходимым констатировать следующее. В тексте воспоминаний, а точнее — «памятной записки», дочери А.И. Маркевича нет оснований для двоякой трактовки свидетельств соседей семьи Маркевичей, полученных Екатериной Арсеньевной при посещении послевоенного Симферополя — это, кстати, становится очевидным при непосредственном контакте исследователя с документом в читальном зале архива, что мог свободно совершить и С.Б. Филимонов, причем задолго до выявления (в 2006 г.) и публикации документа (в 2007 г.). Е.А. Кошлякова излагает версию, высказанную ей непосредственными свидетелями жизни в оккупированном Симферополе. Напомним, она касается того факта, что часть библиотеки А.И. Маркевича была вывезена, следовало бы сказать — похищена, офицером румынской оккупационной армии при отступлении из города. При этом Е.А. Кошлякова специально оговаривает, что не знает, насколько подлинны эти сведения. Данная информация, на наш взгляд, убедительно дезавуирует сомнительную (во всех смыслах — в том числе и в идеологическом!) информацию из заметки профашистской газеты «Голос Крыма» о якобы «приобретении» в годы оккупации Симферополя библиотеки А.И. Маркевича Бухарестской академией наук, которая была обнародована и переопубликована С.Б. Филимоновым в изданиях его трудов в 2004 и 2010 гг. Более того, содержание записки Е.А. Кошляковой не позволяет нам утверждать (или согласиться с утверждением С.Б. Филимонова) о «косвенном подтверждении» и «дополнении» дочерью А.И. Маркевича информации из «Голоса Крыма». Утверждение или предположение С.Б. Филимонова, что автором заметки в «Голосе Крыма» могла быть внучка А.И. Маркевича, якобы стремившаяся продать архив ученого для заработка на жизнь для себя и детей в условиях оккупации, не представляется нам доказуемым в принципе. Кроме того, считаем исчерпывающей характеристику, данную Е.А. Кошляковой утраченному (возможно, навсегда) наследию А.И. Маркевича:

«О них [неопубликованных сочинениях А.И. Маркевича — А.С.], как и об остатках его библиотеки, погибших в Крыму, совершенно достаточно сказать одну только фразу: они погибли при обстоятельствах, при которых не могли не погибнуть [подчеркнуто Е.А. Кошляковой! — А.С.], когда по милости фашистов гибли не только материальные и духовные ценности, но и живые русские люди» (цит. по [Севастьянов 2007]).

Кажется, добавить более нечего.

Предпринятое в 1992 г. в Казани издание сборника «Забвению не подлежит: из истории крымскотатарской государственности и Крыма» [Забвению не подлежит... 1992] позволило вернуть в научный оборот и сделать общедоступными для исследователей ряд публикаций таких членов РОПИК, как А.С. Башкиров, М.А. Волошин, М.Я. Гинзбург, Х. Каралезли, А.К. Кончевский1, Б.А. Куфтин, А.С.-А. Озенбашлы.

1 Аркадий Карлович Кончевский (1883—1969) — певец, педагог, этнограф. (Прим. ред.).

Максимилиан Александрович Волошин (1877—1932), поэт, переводчик, художник, художественный и литературный критик

Моисей Яковлевич Гинзбург (1892— 1946), архитектор; теоретик, практик и один из лидеров конструктивизма

Амет Сеит-Абдулла Озенбашлы (1893—1958), врач, публицист, общественный деятель

Обложка сборника «Забвению не подлежит: из истории крымскотатарской государственности и Крыма» (Казань, 1992)

Признавая однозначное просветительское значение сборника, подчеркиваемое издателями, а также, учитывая ориентацию книги на «широкую читательскую аудиторию», нельзя не отметить определенной тенденции в оценке публикуемых в ней материалов. Она артикулирована в «Предисловии», написанном доктором исторических наук, профессором Санкт-Петербургского государственного университета Валерием Евгеньевичем Возгриным [Забвению не подлежит...1992]. При анализе работ исследователей 20-х—30-х гг. ХХ в. В.Е. Возгрин практически не использовал разработки современников этих исследователей по созвучным темам, а также

V/ V/ V/ I Л V/ V/

накопленный опыт советской послевоенной историографии. С одной стороны, это объясняется критической позицией автора в от-

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1.

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

ношении деятельности советского правительства в Крыму в принципе. Однако кроме объективной антисоветской позиции, В.Е. Воз-грин использует публикуемые источники для подтверждения политико-идеологической концепции так называемого «коренного крымского народа», потомки которого отождествляются В.Е. Возгриным исключительно с крымскотатарским населением. Основные постулаты названной концепции были изложены В.Е. Возгриным параллельно с выходом сборника «Забвению не подлежит», в монографии «Исторические судьбы крымских татар», изданной в Москве в 1992 г. [Возгрин 1992]. Исходя из данной концепции, автор статьи, не привлекая для анализа достаточное количество источников, предлагает собственную трактовку положений исследований ученых 20-х—30-х гг. ХХ в.

Так, при оценке популярного очерка профессора Первого МГУ, члена Правления РОПИК, археолога, тюрколога Алексея Степановича Башкирова (1885—1963) «Доисторический человек горного Крыма», опубликованного в журнале «Крым» в 1925 г. [Башки-ров 1925], В.Е. Возгрин обратил внимание на призыв ученого к сохранению исторических памятников Крыма. Рассуждая далее о разрушении некоторых из них, В.Е. Возгрин без приведения необходимой фактической основы отождествляет их с «коренной крымской культурой» (?) и снова проводит сомнительную историческую аналогию древнейшего населения Крыма (периода каменного века, эпохи бронзы, меди, раннего железного века) с современным крымскотатарским населением. В итоге вместо анализа публикуемого исторического труда А.С. Башкирова, В.Е. Возгрин публикует призыв к «коренному населению Крыма» взять «право на бережение памяти своих предков в собственные руки». Аналогичную попытку связать концепцию «коренного крымского народа» исключительно с крымскими татарами В.Е. Возгрин предпринял и при анализе другого — сугубо научного — очерка профессора А.С. Башкирова «Сельджукизм в древнем татарском искусстве», опубликованного в журнале «Крым» в 1926 г. [Башки-ров 1926]. Несмотря на отсутствие в работе А.С. Башкирова каких-либо исторических заключений (очерк представлял собой публикацию материалов экспедиции под руководством профессора И.Н. Бороздина в Старый Крым в 1925—1926 гг., позднейшие теоретические обобщения также были сделаны И.Н. Бороздиным), В.Е. Возгрин пускается в рассуждения по теме соответствия заимствований того или иного архитектурного стиля и снова делает вывод о наличии некоего особого «крымского, автохтонного [архитектурного — А.С.] стиля», имевшего развитие еще в период Средневековья. Заметим, что данные выводы автора статьи вновь не подкреплены какой-либо опорой на историографическую базу. Кроме того, не приведены и конкретные примеры архитектурных памятников данного «крымского, автохтонного стиля».

Также нельзя не обратить внимания на незнание В.Е. Возгриным научных биографий, а именно — дат и хронологии жизни исследо-вателей-крымоведов. Приводя цитаты из трудов А.С. Башкирова, В.Е. Возгрин называет его «старым ученым», хотя во время написания очерков о древнейшем прошлом Крыма и при проведении экспедиционных исследований в Старом Крыму в 1925 — 1926 гг. ученому было 40 лет. Вышеперечисленные недостатки позволяют говорить не о научном принципе оценки В.Е. Возгриным работ выдающегося археолога и востоковеда, а о попытке придать их содержанию определенный политико-идеологический характер.

Группа на раскопках: А.С. Башкиров, И.Н. Бороздин, М.А. Волошин, М.С. Волошина, А.П. Сапрыкин, М.А. Пазухина, А.Г. Габричевский, А. Пазухин. Коктебель. 1925 г. Собрание Дома-музея М.А. Волошина.

Давая оценку небольшой заметке видного общественного деятеля крымскотатарского народа, члена РОПИК Амета Сеит-Абдуллы Озенбашлы (1893—1958) «Роль царского правительства в эмиграции крымских татар», вышедшей в свет в журнале «Крым» в 1926 г. [Озенбашлы 1926], В.Е. Возгрин отмечает научность «анализа событий и фактов», которым, по мнению исследователя, в работе А.С.-А. Озенбашлы дана «соответствующая обобщенная, подытоживающая оценка». При этом В.Е. Возгрин полностью проигнорировал факт широкой дискуссии в сообществе крымоведов в 20-х гг. ХХ в., вызванной тезисами, изложенными в заметке А.С.-А. Озенбашлы. В дискуссии принял участие ряд авторитетных исследователей: члены РОПИК: Б.П. Вологдин, С.А. Усов — на страницах журнала «Крым» [Вологдин 1927; Усов 1928], председатель ТОИАиЭ, член-корреспондент АН СССР А.И. Маркевич изложил свое видение проблемы в печатном органе Академии наук СССР — «Известиях» [Маркевич 1928, 1929]. Названные исследователи, современники А.С.-А. Озенбашлы, выступили с обоснованной и аргументированной критикой его концепции численности народонаселения Крыма до завоевания полуострова Российской империей (не имея исторического или демографического образования, чиновник крымского Совнаркома А.С.-А. Озенбашлы утверждал, что население Крыма в последней трети XVIII в. составляло не менее 4 миллионов человек). Также была поставлена под сомнение выдвинутая А.С.-А. Озенбашлы мотивация эмиграции крымских татар из Крыма в Турцию на протяжении XIX в. Характерным в этом отношении является и подтверждение обоснованности критики концепции А.С.-А. Озенбашлы в более поздних советских историографических разработках [Кабузан 1990; Секиринский 1956, 1974]. Однако

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

критических замечаний к заметке А.С.-А. Озенбашлы В.Е. Возгриным высказано не было. Более того, в сборнике «Забвению не полежит» не нашлось места для представления критической позиции современников А.С.-А. Озенбашлы (например, его уже упомянутых коллег по РОПИК — Б.П. Вологдина и С.А. Усова), хотя их творческое наследие после 30-х гг. ХХ в. также было вычеркнуто из научного оборота на несколько десятилетий. Данные обстоятельства еще раз подчеркивают тенденциозность издателей сборника в отборе источников и их трактовке.

Поверхностное ознакомление с источниками — и даже с оглавлением собственного сборника! — В.Е. Возгрин продемонстрировал при оценке включенной в сборник статьи члена Бахчисарайского краеведческого кружка (при создании сети отделений РО-ПИК в городах Крыма принял на себя функции такового в Бахчисарае), этнографа-энтузиаста Хатидже Каралезли «Старинный обычай татарского заручения и свадьбы в деревнях: Дерекой, Ай-Василь и Аутка Ялтинского района», вышедшей в свет журнале «Крым» в 1926 г. [Каралезли 1926]. Это поверхностное отношение выразилось в игнорировании авторства заметки: в тексте вступительной статьи В.Е. Возгрина публикация фигурирует как «этнокультурная зарисовка замечательной женщины Урхуш Гафаро-вой». При этом полностью упускается из вида, что автором статьи (а ведь это было указано и при первой публикации в журнале «Крым» в 1926 г., и при переопубликовании непосредственно в тексте сборника в 1992 г., и в его оглавлении) является Х. Каралезли, У. Гафарова же выступила лишь информатором исследователя при сборе этнографических сведений, что было отражено в тексте статьи. При этом В.Е. Возгрин, в духе «откровенного разговора с читателем», пишет о весьма сомнительного свойства методологических деталях подготовки данного материала:

«Признаться, при подготовке зарисовки к печати возникало некое искушение что-то подправить [?! — А.С.], изменить по своему вкусу [?! — А.С.] и т.п. Однако, в конечном счете, родилось, очевидно, оптимальное решение — оставить все как есть [?!

— А.С.]» [Забвению не подлежит... 1992].

При этом обращает на себя внимание отсутствие в тексте републикуемых статей исследователей 20-х—30-х гг. ХХ в. каких-либо комментариев составителей сборника, основанных на привлечении более поздних историографических разработок историков и этнографов, что, безусловно, создало бы более полную и объективную картину роли и вклада данного коллектива ученых. Это значительно снижает уровень информативности сборника. Признавая роль републикации материалов сборника «Забвению не подлежит: из истории крымскотатарской государственности и Крыма» в контексте возвращения в научный оборот малоизвестных работ, в том числе ряда членов РОПИК (А.С. Башкирова, М.А. Волошина, Х. Каралезли, А.К. Кончевского, Б.А. Куфтина, А.С.-А. Озенбашлы), отметим низкий уровень научной подготовки этого издания, дающий основу для ошибочной трактовки как непосредственно излагаемых в статьях сборника фактов и концепций, так и для выявления соответствующей роли издания в формировании определенной современной политико-идеологической концепции.

Первым исследованием о деятельности РОПИК, основанном на привлечении определенной части архивных материалов, является статья кандидата исторических наук Владимира Фотиевича Козлова «Из истории деятельности Российского общества по изучению Крыма (РОПИК)» [Козлов 2000] — обзорный очерк деятельности РОПИК от основания до ликвидации организации, в котором освещены работа ее руководящих органов, создание и функционирование сети региональных отделений в Крыму, музейная деятельность членов РОПИК. В исследовании также проведен анализ публикаций журнала «Крым», подсчитано их количественное соотношение по направлениям исследований. В преамбуле исследования автор делает ссылку на документы Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ) по освещаемому вопросу и утверждает, что «отдельного архивного фонда Общества, хотя бы комплекса документов об Обществе, пока не обнаружено». Вместе с тем, именно в названном В.Ф. Козловым фонде ГАРФ (А-2307, Главнаука Наркомпроса РСФСР) наши разыскания позволили выявить новые значительные комплексы документов по деятельности РОПИК, на которые нет ссылок в публикациях московского исследователя. Научное значение статьи В.Ф. Козлова снижается и значительными ошибками, допущенными автором в отдельных вопросах хронологии деятельности организации.

Так, крайние даты деятельности организации обозначены 1923—1931 годами, при этом не приведено никакого обоснования такой датировки. Присутствует фактологическая путаница в вопросе издания журнала «Крым»: в тексте статьи указано, что издание осуществлялось в 1926—1929 гг., хотя журнал стал выходить в 1925 гг. В публикации В.Ф. Козлова указано, что всего было издано 9 выпусков журнала; на самом деле их было 10. Также следует отметить, что с 1927 г. местом издания журнала назывались Москва и Ленинград (что отражалось в выходных данных издания), а не только Москва, как указано в статье. Имеют место и многочисленные фикции в научно-справочном аппарате небольшой по объему статьи. Так, нами выявлены следующие немотивированные неточности: указывается, что выход №№ 1 и 2 журнала «Крым» состоялся в 1925 г., хотя второй выпуск издания вышел в свет в 1926 г.; также неверно указаны годы выхода №№ 1 (3) и 2 (4) данного издания — 1926 г. вместо верного 1927-го.

Обзорное описание вклада РОПИК в историко-этнографические исследования 20-х гг. XX в. в Крыму, основанное на информации опубликованных источников, содержится в диссертационном исследовании У.К. Мусаевой «Историко-этнографическое изучение народов Крыма в 20-х — начале 30-х гг. XX века», защищенном в 2004 г. [Мусаева 2004.а]. В работе представлена общая характеристика деятельности Московского отделения РОПИК по организации этнографических штудий и популяризации результатов полевых этнографических исследований, составлен первый приблизительный перечень исследовательских докладов по этнографии Крыма, зачитанных на открытых мероприятиях РОПИК в Москве. Также осуществлен анализ отдельных работ членов РОПИК (Б.А. Куфтина, И.М. Саркизо-ва-Серазини), посвященных обобщению массива этнографических сведений о народах Крыма. Биоисториографические очерки научной деятельности наиболее масштабных исследователей этнографии Крыма 20-х—30-х гг. ХХ в. — членов РОПИК (У.А. Боданин-ского, Г.А. Бонч-Осмоловского, И.Н. Бороздина, А.К. Кончевского, Б.А. Куфтина, А.Н. Самойловича, В.И. Филоненко, П.Я. Чепуриной2,

2 Полина Яковлевна Чепурина (1882—1947) — художник, археолог, этнограф, исследователь крымскотатарского творчества.

(Прим. ред.).

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Я.М. Якуб-Кемаля) представлены в монографии У.К. Мусаевой «Подвижники крымской этнографии, 1921—1941 гг.» [Мусаева 2004.6]. Деятельность РОПИК в книге У.К. Мусаевой освещается как неотъемлемый элемент в общей картине масштабного процесса историко-этнографических крымоведческих исследований 20-х—30-х гг. ХХ в.

Усеин Абдрефиевич Боданинский (1877— 1938), историк, художник, искусствовед, этнограф, первый директор Бахчисарайского дворца-музея

Александр Николаевич Самойлович (1880—1938), востоковед-тюрколог, академик АН СССР, директор Института востоковедения АН СССР (1934—1937)

Виктор Иосифович Филоненко (1884—1977), востоковед, филолог, этнограф

Якуб Меметович Якуб-Кемаль (1885— 1939), историк, филолог, тюрколог, арабист, музейный работник, директор Восточного музея в Ялте

Обложка монографии У.К. Мусаевой «Подвижники крымской этнографии, 1921—1941 гг.» (Симферополь, 2004)

В масштабных исследованиях по истории крымоведения заведующего кафедрой исторического регионоведения и краеведения Таврической Академии Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского доктора исторических наук Андрея Анатольевича Непомнящего, посвященных общим тенденциям развития краеведения и истории науки в Крыму, деятельность РОПИК затронута в контексте развития организационных и исследовательских мероприятий в крымоведении. В монографии «Арсений Мар-кевич: Страницы истории крымского краеведения», изданной в Симферополе в 2005 г. [Непомнящий 2005.а], сквозь призму восстановления научной биографии многолетнего лидера и организатора регионоведческих штудий профессора А.И. Маркевича, показана разнообразная палитра краеведческого движения как в досоветский период, так и в 20-е—30-е гг. ХХ в. Характеризуя положение в краеведческих организациях Крыма в первое десятилетие Советской власти, А.А. Непомнящий отмечает отсутствие у представителей «старой школы» крымоведов во главе с А.И. Маркевичем должного уровня влияния на научную и общественную жизнь региона и необходимого контакта с представителями органов власти, что приводило к торможению некоторых направлений исследовательской работы. Вместе с тем, А.А. Непомнящий в своем исследовании указал на появление новых форм краеведческой работы, среди которых активность РОПИК (в составе которого А.И. Маркевич был избран почетным членом) занимала центральное место. В монографии приведены свидетельства, почерпнутые как из переписки крымоведов, так и из официальных источников — переопубликованных А.А. Непомнящим материалов III Всероссийской конференции по краеведению (1927), в которых содержатся сведения о структуре и формах работы отделений РОПИК в городах Крыма. В целом материалы, представленные в монографии, позволяют выявить уровень научных и межличностных связей активных членов РОПИК (К.Э. Гриневича, А.И. Маркевича, А.И. Пол-канова, В.И. Филоненко, П.Я. Чепуриной), которые влияли на ход дальнейшего становления крымоведения в регионе, демонстрировали вовлеченность провинциальных исследователей в общий ход развития краеведческого движения в масштабах СССР.

Слева — Александр Иванович Полканов (1884—1971), историк, археолог, этнограф, искусствовед, юрист, организатор музейного дела, охраны и изучения памятников истории и культуры Крыма. Справа — обложка второго издания книги А.И. Полканова «Судак (Сугдейя — Сурож — Солдайя). Исторический очерк и путеводитель» (Симферополь, 1928).

Андрей Непомнящий

Обложка «Иллюстрированного

путеводителя по Херсонесу Таврическому. История — руины — музей» К.Э. Гриневича (Херсонес: Изд. Херсонесско-го музея, 1926)

АРСЕНИЙ МАРКЕВИЧ

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРЫМСКОГО КРАЕВЕДЕНИЯ

Обложка труда А.И. Маркевича «Географическая номенклатура Крыма как исторический материал: топонимические данные крымских архивов (памяти А.Л. Бертье-Делагарда)» (Симферополь, 1928)

Обложка монографии А.А. Непомнящего «Арсений Маркевич: Страницы истории крымского краеведения» (Симферополь, 2005)

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Во втором томе многопланового монографического исследования «Подвижники крымоведения» [Непомнящий 2008] профессор А.А. Непомнящий продолжил публикацию неизвестных документов по истории крымоведения. В контексте изучения деятельности РОПИК безусловный интерес представляет введение в научный оборот корпуса документов Государственного архива Республики Крым (ГАРК), посвященных попытке организации в 1935—1936 гг. по инициативе Крымского областного комитета ВКП(б) массового общественного научного объединения, призванного заменить не оправдавшую себя структуру созданного в 1931 г. Крымского областного бюро краеведения. Данное объединение получило название «Научно-исследовательское общество изучения Крыма». А.А. Непомнящий подробно осветил процесс разработки устава организации, утверждения состава правления, структуры отделений в городах Крыма, проведения учредительной конференции общества. Однако в дальнейшем данная инициатива развития не получила, во всяком случае, документальных подтверждений активной работы крымоведческого общества пока не выявлено. Согласно тексту устава Общества, декларируемым целям и задачам, создаваемая организация имела преемственную связь с РОПИК, что также отразилось в участии активных членов Общества (Н.С. Барсамова, Е.Ф. Карповича, Ю.Ю. Марти, А.И. Полканова, А.Ф. Слудского) в учредительной конференции, их избрании в Совет организации, наделении А.И. Полканова полномочиями ученого секретаря нового общества. Участие членов РОПИК в работе нового объединения в середине 30-х гг. ХХ в., а также возрождение формы организации крымоведческих исследований, впервые осуществленной в годы работы РОПИК, доказывают прогрессивность и эффективность организаторских инициатив общества в целом.

Николай Степанович Барсамов (1892—1976), художник, искусствовед, педагог, музейный работник

Юлий Оскар Матвей Юльевич Марти (1874—1959), археолог, педагог, заведующий музеем Мелек-Чесменского кургана, директор Керченского музея

Александр Федорович Слудский (1885—1954), геолог, педагог, заведующий Карадагской станцией в Крыму (1915—1927)

Обложки первого и второго томов монографии А.А. Непомнящего «Подвижники крымоведения» (Симферополь, 2006, 2008; серия «Биобиблиография крымоведения»)

Огромное значение для обобщения историографии крымоведения 1920-х—1930-х гг. играет фундаментальная монография А.А. Непомнящего «Профессор Николай Эрнст: страницы истории крымского краеведения», вышедшая в 2012 г. [Непомнящий 2012]. Данное исследование продолжает восстановление полноценной картины активного исследовательского и организационного процесса регионоведческих исследований через призму биографии крупнейшей и наиболее трагичной фигуры крымской науки. В книге впервые введены в научный оборот значительные комплексы архивных документов, касающихся организации науки в Крымской АССР, впервые подробно прослежена связь ученых-крымоведов с работой профильных подразделений центральных исследовательских учреждений довоенного времени (Главнаука Наркомпроса РСФСР, Государственная академия истории материальной культуры, Государственный исторический музей и др.), выявлены противоречия и продуктивные результаты этого сотрудничества. Отдельно внимание уделено автором проблеме межличностной коммуникации крымоведов, роли внутренних контактов и их значения для биографии каждого заметного деятеля провинциальной науки исследуемого периода. Работа РОПИК в данном контексте представлена А.А. Непомнящим на общем фоне характеристики развития краеведческого движения и участия Н.Л. Эрнста в соответствующих мероприятиях Общества.

Николай Львович Эрнст (1889— 1956), филолог, историк, археолог, педагог

Титульный лист (слева) и разворот (справа) отдельного оттиска т. II (59) «Известий Таврического общества истории, археологии и этнографии» с работой Н.Л. Эрнста «Бахчисарайский Ханский дворец и архитектор вел. кн. Ивана III Фрязин Алевиз Новый» (1928)

Обложка монографии А.А. Непомнящего «Профессор Николай Эрнст: страницы истории крымского краеведения» (Киев, 2012)

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

Определенной вехой в проблеме обобщения вклада РОПИК в развитие крымоведения стало издание справочника «Общественно-научный и экскурсионный журнал «Крым»» [Общественно-научный и экскурсионный журнал... 2006]. Такая попытка (на правах рукописи) осуществлена заведующей Научной библиотекой «Таврика» им. А.Х. Стевена Центрального музея Тавриды (Симферополь) Ниной Николаевной Колесниковой в 2006 г. Издание носит характер библиографической разработки и не добавляет новых сведений для истории деятельности РОПИК. Как положительный факт стоит отметить попытку составления указателя публикаций научного журнала «Крым». Однако отсутствие у справочника статуса публикации практически нивелирует значение отраженной в нем информации.

Примером банальной некомпетентности исследователя в заявленной теме публикации, методике работы с источниками, полного отсутствия анализа, изложенных в опубликованных материалах и архивных документах фактов, является вышедшая в 2008 г. заметка кандидата исторических наук, доцента кафедры культурологии Таврической Академии Крымского Федерального университета им. В.И. Вернадского Любови Ивановны Григорьевой «Вклад Российского общества по изучения Крыма (РОПИК) в становление музейной этнографии (20-е гг. ХХ ст.)» [Григорьева 2008]. На двух (!) страницах текста неверно указаны хронологические рамки работы отделений РОПИК, введены в научный оборот данные, не подкрепленные ссылками на источники, представлены факты, не имеющие отношения к исследовательским и популяризаторским мероприятиям Общества, приведена прямо недостоверная информация о деятельности РОПИК. Такая же путаница содержится и в научно-справочном аппарате заметки: приводятся ссылки на статьи никогда не публиковавшиеся на страницах журнал «Крым», а точнее — ссылки с искаженными (намеренно?) названиями данных публикаций. Складывается впечатление, что данное творение создавалось исследователем в неимоверной спешке для выполнения какой-то, неведомой в научной практике, цели, что повлекло за собой появление в тексте заметки всех вышеперечисленных ошибок и недостатков. Данное произведение не может считаться адекватным подспорьем для работы исследователей развития крымского краеведения в целом, специалистов по музейной этнографии в частности.

Статья кандидата исторических наук, доцента кафедры архивоведения и документоведения Таврической Академии Крымского федерального университета им. В.И. Вернадского Татьяны Борисовны Назарчук [Назарчук 2010] посвящена библиографическим исследованиям, которые проводились крымоведческими научными организациями в 20-х гг. ХХ в. Общему анализу подвергнуты соответствующие штудии членов ТОИАиЭ, РОПИК, Крымского общества естествоиспытателей и любителей природы (КОЕЛП). Относительно анализа библиографического наследия членов РОПИК стоит отметить, что публикация Т.Б. Назарчук не содержит какой-либо новой информации, а основные ее положения повторяют наши более ранние выводы [Севастьянов 2008].

Не меньшее недоумение (а по факту — возмущение) можно отнести и к монографическим публикациям кандидата исторических наук Владислава Николаевича Пащеня [Пащеня 2013]. Претендуя на обобщения «космического масштаба» (используем здесь терминологию булгаковского профессора Преображенского) автор не избежал тех же результатов, что и известный герой советского писателя (там, напомним, речь шла о «космической глупости»). Так, В.Н. Пащеня в труде, претендующем на подведение итогов всего историографического процесса крымоведения, целый параграф уделяет истории РОПИК (с. 209—214). Однако никакой новой информации, кроме перечисления содержания разных номеров журнала РОПИК «Крым», читатель найти там не сможет. Более того, перечисление тех или иных публикаций членов Общества приведены без какого-либо анализа либо оценки, что уже нельзя отнести к историографии. Стоит отметить, что анализ содержания журнала «Крым» разного уровня и качества уже был произведен в вышеупомянутых публикациях В.Ф. Козлова, Л.С. Моисеенковой, В.Ф. Шарапы (ссылок на этих авторов в тексте В.Н. Пащеня нет), а подробный анализ научного наследия РОПИК был произведен в наших публикациях (см., например, обзорные работы по истории РОПИК [Севастьянов 2009.а, б, 2011]). Какую новую информацию пытался донести до читателя В.Н. Пащеня, остается неясным в принципе. Однако формулируя выводы раздела, посвященного довоенной «историографии крымоведения» ХХ в. (с. 236), В.Н. Пащеня вдруг заявляет, что «ведущую роль в создании новой историографии Крыма стали Истпарт и РОПИК, заложившие основы фальсификации его истории [так в тексте! — А.С.]». При этом выше в тексте соответствующего параграфа В.Н. Пащеня давал высокую оценку работы РОПИК, прекращение работы Общества и вовсе оценивалось им как «непоправимый удар по научному исследованию Крыма» (с. 214). В данной ситуации остается только гадать, в каком случае был искренним в своих оценках автор. Скорее всего, верной будет оценка, уже данная его исследованию [Непомнящий 2014.6], сколь горькой она не является. Стоит ли удивляться, что в другой монографии, призванной обобщить «источниковедение крымоведения» (все снова по Преображенскому!) В.Н. Пащеня, не упоминая в тексте о РОПИК в принципе, внезапно в выводах [Пащеня 2015, с. 510] называет Общество «бумажной научной структурой». Где исследователь берет основания для таких огульных заявлений, остается только гадать.

Таким образом, следует отметить, что тема исследования вклада Российского общества по изучению Крыма в развитие регионовед-ческих штудий в Крымской АССР продолжает оставаться перспективной и наукоемкой. Однако, как и было отмечено в преамбуле нашей статьи, противоречивое развитие краеведческого движения в Крымской АССР в 20-е—30-е гг. ХХ в. как никогда актуально отражается в современности. На сегодняшний день сообщество крымских историков, интегрируясь в общероссийский историографический контекст, снова вынуждено проходить сложный процесс внутренней перестройки, который неизбежно расставит акценты и выявит значение тех или иных исследований. Негативный результат, как известно, тоже результат. Соответственно, тем, кто имеет желание создавать качественные крымоведческие исследования, необходимо будет не один раз пройти между Сциллой дилетантизма и Харибдой идеологической заангажированности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Башкиров А.С. Доисторический человек горного Крыма: археологический этюд / / Крым. 1925. № 1. С. 18-22.

2. Башкиров А.С. Сельджукизм в древнем татарском искусстве / // Крым. 1926. № 2. С. 108-125.

3. Возгрин В.Е. Исторические судьбы крымских татар М.: Мысль, 1992. 448 с.

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

4. Вологдин Б.П. К вопросу о численности населения в Крыму до завоевания его русскими / / Крым. 1927. № 1 (3).

С.104 — 106.

5. Григорьева Л.И. Вклад Российского общества по изучению Крыма (РОПИК) в становление музейной этнографии

(20-е гг. ХХ ст.) / / Культура народов Причерноморья. 2008. № 144. С. 79 — 80.

6. Забвению не подлежит...: из истории крымскотатарской государственности и Крыма: Научно-популярные очерки /

Сост. Н. Ибадуллаев, вступ. ст. В.Е. Возгрина. Казань: Татарское книжное изд-во, 1992. 256 с.

7. Кабузан В.М. Народы России в XVIII в.: численность и этнический состав. М.: Наука, 1990. 256 с.

8. Каралезли Х. Старинный обычай татарского заручения и свадьбы в деревнях: Дерекой, Ай-Василь и Аутка Ялтин-

ского района // Крым. 1926. № 2. С. 132 — 142.

9. Козлов В.Ф. Из истории деятельности Российского Общества по изучению Крыма (РОПИК) / / Москва — Крым: Ис-

торико-публицистический альманах / Фонд «Москва — Крым». М.: Москвоведение, 2000. Вып. 1. С. 272 — 280.

10. Козлов В.Ф. Источники об охране и использовании памятников истории и культуры в Крыму, 1917 — 1928 гг.: Авто-

реф. дисс. ... к. ист. н. М., 1984. 25 с.

11. Маркевич А.И. Переселения крымских татар в Турцию в связи с движением населения в Крыму / / Известия АН

СССР. Сер. 7: Отделение гуманитарных наук. 1928. № 4/7. С. 375—405;

12. Маркевич А.И. Переселения крымских татар в Турцию в связи с движением населения в Крыму / / Известия АН

СССР. Сер. 7: Отделение гуманитарных наук. 1929. № 1. С. 1 — 16.

13. Моисеенкова Л.С., Шарапа В.Ф. Из истории журнальной периодики: журнал «Крым» (1925-1927 гг.) / / Материалы

по археологии, истории и этнографии Таврии / Крымское отделение Института востоковедения им. А.Е. Крымского НАН Украины. Вып. 7. Симферополь, 2000. С. 393—400.

14. Мусаева У.К. Подвижники крымской этнографии, 1921 — 1941: историографические очерки / Таврический нацио-

нальный университет им. В.И. Вернадского; Под ред. и вступ. ст. А.А. Непомнящего. Симферополь: Таврия, 2004.б. 214 с. (Биобиблиография крымоведения. Вып. 2).

15. Мусаева У.К. Iсторико-етнографiчне вивчення народiв Криму в 20-х — на початку 30-х рр. XX столггтя: Автореф.

Дис. ... к. ier. н. Дншропетровськ, 2004.а. 19 с.

16. Назарчук Т.Б. Розвиток бiблiографiчних дослщжень громадськими науковими оргашзащями Криму в 20-т роки XX

столитя / / Вксник Одеського нацюнального ушверситету. Сер.: Бiблiотекознавство, бiблiографознавство, кни-гознавство. 2010. Т. 15. Вип. 21. С. 72—79.

17. Непомнящий А.А. Арсений Маркевич: страницы истории крымского краеведения. Симферополь: Бизнес-Информ,

2005.а. 432 с. (Биобиблиография крымоведения. Вып. 3).

18. Непомнящий А.А. Вульгарная историография крымоведения. Рецензия на книгу: Пащеня В.Н. Историография крымо-

ведения. Симферополь: ДИАЙПИ, 2013. 368 с. // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Сер.: Исторические науки. 2014.а. Т. 27 (66). № 1. С. 79 — 86.

19. Непомнящий А.А. Историография крымоведения, которой нет. Рецензия на книгу: Пащеня В.Н. Историография

крымоведения (Симферополь: ДИАЙПИ, 2013. 368 с.) / / Крымское историческое обозрение. 2014.б. № 2. С. 282 — 291.

20. Непомнящий А.А. Подвижники крымоведения: В 2 т. Т. 2: TAURICA ORIENTALIA. Симферополь: СГТ, 2008. 600 с.

(Биобиблиография крымоведения. Вып. 12).

21. Непомнящий А.А. Про вивчення науково! спадщини кримських краезнавщв / / 1сторичний журнал. 2005.б. № 6. С.

119 — 121.

22. Непомнящий А.А. Профессор Николай Эрнст: страницы истории крымского краеведения / Центр памятниковеде-

ния НАН Украины и УООПИК. К.: Стилос, 2012. 464 с. (Биобиблиография крымоведения. Вып. 15).

23. Общественно-научный и экскурсионный журнал «Крым»: справочник / Крымский республиканский краеведческий

музей; сост. Н.Н. Колесникова. Симферополь, 2006. 64 с. На правах рукописи.

24. Озенбашлы А.[С.-А.] Роль царского правительства в эмиграции крымских татар / / Крым. 1926. № 2. С. 143 — 146.

25. Пащеня В.Н. Историография крымоведения. Симферополь: ДИАЙПИ, 2013. 368 с.

26. Пащеня В.Н. Источниковедение крымоведения. Симферополь: ДИАЙПИ, 2015. 512 с.

27. Полканов А.[И.] Из прошлого / / Крымская правда. 1966. 24 ноября. С. 3.

28. Поляков В. Е. Партизанское движение в Крыму 1941 — 1944 гг. Симферополь: ИТ Ариал, 2013. 488 с.

29. Севастьянов А.В. Десять лет на службе краеведению: Российское общество по изучению Крыма (1922-1932) / Центр

памятниковедения НАН Украины и УООПИК; Таврический национальный ун-т. им. В.И. Вернадского; под. ред. А.А. Непомнящего. Киев; Симферополь: Доля, 2010. 255 с.

30. Севастьянов А.В. Из истории библиографических исследований в Российском обществе по изучению Крыма (1922 —

1932 гг.) / / Вксник Одеського нац. ун-ту iм. I.I. Мечникова. Сер.: Бiблiотекознавство, бiблiографознавство, кни-гознавство. 2008. Т. 13. Вип. 8. С. 75—81.

31. Севастьянов А.В. О научном наследии Российского общества по изучению Крыма (1922-1932 гг.): историографиче-

ский аспект / / Крымский архив. 2009.б. № 11. С. 251 — 264.

32. Севастьянов А.В. Свидетельство дочери, или Еще раз о судьбе личной библиотеки Арсения Маркевича / / Историче-

ское наследие Крыма. 2007. № 17. С. 235 — 242.

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1.

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

33. Севастьянов О.В. Внесок Росшського товариства з вивчення Криму у розвиток ксторико-краезнавчих дослщжень

(1922 — 1932): Автореф. дис.... к. кст. н. Дншропетровськ, 2011. 20 с.

34. Севастьянов О.В. Десять роюв на службi краезнавству: Росшське товариство з вивчення Криму (1922 — 1932 рр.) / /

Краезнавство. 2009.а. № 3/4. С. 96 — 102.

35. Секиринский С.А. К вопросу о заселении Крыма в конце XVIII века / / Известия Крымского педагогического инсти-

тута им. М.В. Фрунзе. 1956. Т. 23. С. 73 — 87.

36. Секиринский С.А. Сельское хозяйство и крестьянство Крыма и Северной Таврии в конце XVIII — начале ХХ в.

(1783 — 1917 гг.): Автореф. дисс. ... д. ист. н. Львов, 1974. 34 с.

37. Урсу Д.П. Очерки истории культуры крымскотатарского народа (1921—1941). Симферополь: Крымучпедгиз, 1999.

144 с. (Родник знаний).

38. Усов С.А. Население Крыма за 150 лет в связи с экономикой края / / Крым. 1928. № 1 (5). Вып. I. С. 64 — 85.

39. Филимонов С.Б. Запретно-забытые страницы истории Крыма: поиски и находки историка-источниковеда Симфе-

рополь: Н. Орiанда, 2012. 152 с.

40. Филимонов С. Б. Интеллигенция в Крыму (1917 — 1920): поиски и находки источниковеда. Симферополь: Черно-

морПРЕСС, 2006. 232 с.

41. Филимонов С.Б. Из прошлого русской культуры в Крыму: Поиски и находки историка-источниковеда. Симферо-

поль: Н. Орiанда. 2010. 408 с.

42. Филимонов С.Б. Краеведческие организации Европейской России и документальные памятники (1917 — 1929) / Ар-

хеографическая комиссия АН СССР. М.: Поли, 1991. 208 с.

43. Филимонов С.Б., Шарапа В.Ф. [Краеведение в Крыму в 1917 — 1929 гг.] // Крымская АССР (1921 — 1945). Симферо-

поль, 1990. С. 124-129. (Вопросы-ответы. Вып. 3).

44. Шендрикова С.П. История театра в Крыму (1820 — 1920 гг.). Симферополь: Бизнес-Информ, 2013. 464 с.

Цитирование по ГОСТ Р 7.0.11—2011:

Севастьянов, А. В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения [Электронный ресурс] / А.В. Севастьянов // Электронное научное издание Альманах Пространство и Время. — 2016. — Т. 12. — Вып. 1: Крымоведение: пространство и время Крыма. — Стационарный сетевой адрес: 2227-9490е-aprovr_e-ast12-1.2016.52.

ON SOME TRENDS IN MODERN HISTORIOGRAPHY OF A LOCAL HISTORY OF THE CRIMEA: THE GAPING HEIGHTS AND PERSPECTIVE ACHIEVEMENTS

Alexander V. Sevastyanov, Ph.D. (History), Associate Professor, Acting Head of the Chair of Museology and Library Information Activity, Crimean University of Culture, Arts and Tourism, Simferopol

ORCID ID http://orcid.org/0000-0003-1932-0920

E-mail: alexander-v-sevastyanov@j-spacetime.com; spu_crimea@mail.ru

The problem of an objective historiographical coverage of scientific studying history, culture, and science in the Crimea is one of the hottest research topics both for provincial group of historians, and for their colleagues from other regions of the Russian Federation and all former Soviet Union. Scale of the projects, which are carried out by the previous generations of scientists, public organizations and state institutions shows the scrupulous analysis of a huge scientific and creative heritage which can't be made 'here and now.'

In my article, using bibliographical and textual methods, I represent a brief review and an essay on comparative analysis of the Crimean historiographers' researches in Crimean regional studies in history since early 1990s. I show integration of the Crimean historians into scientific space of the Russian Federation considerably shaded problems, which or were deliberately suppressed for a number of years, or were accurately retouched both in certain political reasons, and in rather doubtful corporate interests. This picture reminds in general the state of the Crimean local history movement in the 1920s—1930s, when the term 'Crimean local history' (or 'Crimean regional studies') was used in a scientific context for the first time.

Case study of historiography of Russian Society for Study of Crimea (1922—1932; since 1927 was renamed as 'Society for Study of Crimea') allows me to prove that researches have been reviewed are covered adequately all trends and mistakes typical for Crimean regional studies in history in whole. Thus, the most typical problem of contemporary researches is academic unconscientiousness that takes the form of (i) lack of knowledge of archival documents and/or methodology of historical research; (ii) wittingly ideologically biased approach; (iii) substitution of notions; (iv) replacement of scientific argumentation with self-promotion. Since the history and scientific heritage of the Russian Society for Study of Crimea was object of my research interest, it is the obvious fact for me that current trends of a

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 'Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea'

Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1. 'Krimforschung: Raum und Zeit des Krim'

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения: «зияющие высоты» и перспективные достижения

Crimean local history of nowadays has some close parallels with its previous stage including sometimes comical coincidence of characters and roles of several 'characters'.

Analysis of real situation in an actual historiography of Crimean regional studies allows me to conclude that researches on the contribution of the Russian Society for Study of Crimea in the development of regional studies in the Crimean Autonomous SSR continue to be promising and knowledge consumptive. However, those researchers who want to create quality work in the field of Crimean regional studies will be forced to pass every time between the Scylla of dilettantism and the Charybdis of the ideological and political preconception.

Keywords: historiography, Crimean local history, modern state of Crimean regional studies, scientific community of the Crimean historians, Russian Society for Study of Crimea, archival documents, scholarly arguments, academic unconscientiousness.

References:

1. Bashkirov A.S. "Prehistoric Man of the Mountain Crimea: Archaeological Essay." Crimea 1(1925): 18—22. (In Russian).

2. Bashkirov A.S. "Seljukism in Ancient Tatar Art." Crimea 2 (1926): 108 — 125. (In Russian).

3. Crimean Republican Local History Museum. Reference Book on Social-Scientific and Excursion Journal "Crimea". Ed. N.N. Kole-

snikova. As manuscript. Simferopol, 2006. 64 p. (In Russian).

4. Filimonov S.B. Forbidden and Forgotten Pages of the History of the Crimea: Searches and Findings of Historian and Expert in Source

Studies. Simferopol: N. Orianda Publisher, 2012. 152 p. (In Russian).

5. Filimonov S.B. From the Past of the Russian Culture in the Crimea: Searches and Findings of Historian and Expert in Source Studies.

Simferopol: N. Orianda Publisher, 2010. 408 p. (In Russian).

6. Filimonov S.B. Intellectuals in the Crimea (1917-1920): Searches and Findings of Expert in Source Studies. Simferopol: Cherno-

morPRESS Publisher, 2006. 232 p. (In Russian).

7. Filimonov S.B. Local History Institutions of the European Russia and Documentary Monuments (1917-1929). M.: Poli Publisher,

1991. 208 p. (In Russian).

8. Filimonov S.B., Sharapa V.F. "Regional Studies in the Crimea in 1917 — 1929." Crimean Autonomous Soviet Socialist Republic

(1921-1945). Simferopol, 1990, pp. 124 — 129. (Questions and Answers, issue 3). (In Russian).

9. Grigorieva L.I. "Contribution of the Russian Society for Study of Crimea (RSSC) to Becoming of Museum Ethnography (the

1920s)." Culture of the Peoples of Black Sea Coast 144 (2008): 79 — 80. (In Russian).

10. Ibadullayev N., Vozgrin V.E., eds. It Isn't Subject to Oblivious...: From the History of Crimean Tatar Statehood and the Crimea: Popu-

lar Scientific Sketches. Kazan: Tatarskoe knizhnoe izdatelstvo Publisher, 1992. 256 p. (In Russian).

11. Kabuzan V.M. Peoples of Russia in the 18th Century: Number and Ethnic Structure. Moscow: Nauka Publisher, 1990. 256 p. (In

Russian).

12. Karalezli Kh. "Long Custom of the Tatar Betrothal and Wedding in Villages: Derekoi, Ai-Vasil and Autka, Yalta Region."

Crimea 2 (1926): 132 — 142. (In Russian).

13. Kozlov V.F. "From the History of Activity of the Russian Society for Study of Crimea (RSSC)." Historical and Publicistic Alma-

nac "Moscow - the Crimea" 1 2000: 272 — 280. (In Russian).

14. Kozlov V.F. Sources on Protection and Use of Historical and Cultural Monuments in the Crimea, 1917 — 1928. Synopsis of Ph.D.

diss. Moscow, 1984. 25 p. (In Russian).

15. Markevich A.I. "Crimean Tatars Resettlements in Turkey because of Population Movement in the Crimea." Bulletin of the

USSR Academy of Sciences. Series 7: Humanitarian Division 4/7 (1928): 375—405. (In Russian).

16. Markevich A.I. "Crimean Tatars Resettlements in Turkey because of Population Movement in the Crimea." Bulletin of the

USSR Academy of Sciences. Series 7: Humanitarian Division 1 (1929): 1 — 16. (In Russian).

17. Moiseenkova L.S., Sharapa V.F. "From the History of the Journal Periodical Publications: Journal "Crimea" (1925 — 1927)."

Materials on Archeology, History and Ethnography of Tavria. Simferopol, 2000, volume 7, pp. 393—400. (In Russian).

18. Musaeva U.K. Devotees of the Crimean Ethnography, 1921 — 1941: Historiographical Essays. Ed. A. A. Nepomnyashchy. Simfero-

pol: Tavriya Publisher, 2004. 214 p. (In Russian).

19. Musaeva U.K. Historical and Ethnographical Study of the Peoples of Crimea in the 1920-s — Early 1930-s. Ph.D. diss. Dniprope,-

rovsk, 2004. 19 p. (In Ukrainian).

20. Nazarchuk T.B. "The Development of Bibliographic Researches by Public Research Institutions of the Crimea in 1920s." Her-

ald of I. Mechnikov Odessa National University. Series Library Science, Bibliography, Book Science 15.21 (2010): 72 — 79. (In Ukrainian).

21. Nepomnyashchy A.A. "Historiography of Crimean Regional Studies Which Does Not Exist: Pashchenya V. N. Historiography

of Crimean Regional Studies (Simferopol: DIAYPI Publisher, 2013. 368 p.). Book Review." Crimean Historical Review 2 (2014): 282 — 291. (In Russian).

22. Nepomnyashchy A.A. "On Studying Scientific Heritage of Crimean Ethnographers." Historical Journal 6 (2005): 119 121. (In

Ukrainian).

23. Nepomnyashchy A.A. "Vulgar Historiography of Crimean Regional Studies: Pashchenya V.N. Historiography of Crimean Re-

gional Studies. Simferopol: DIAYPI Publisher, 2013. 368 p. Book Review." Scientific Transactions of V.I. Vernadsky Taurida National University. Series: Historical Sciences 27.1 (2014): 79 — 86. (In Russian).

Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time vol. 12, issue 1 Elektronische wissenschaftliche Auflage Almanach 'Raum und Zeit' Bd. 12. Ausgb. 1.

Севастьянов А.В. О некоторых тенденциях современной историографии крымоведения:

«зияющие высоты» и перспективные достижения

24. Nepomnyashchy A.A. Arseny Markevich: Pages of the History of Crimean Regional Studies. Simferopol: Business Inform Publish-

er, 2005. 432 p. (In Russian).

25. Nepomnyashchy A.A. Devotees of Crimean Regional Studies. Volume 2: TAURICA ORIENTALIA. Simferopol: Simferopol City

Typography Publisher, 2008. 600 p. (In Russian).

26. Nepomnyashchy A.A. Professor Nikolai Ernst: Pages of the History of Crimean Regional Studies. Kiev: Stilos Publisher, 2012. 464

p. (In Russian).

27. Ozenbashly A. "The Role of Imperial Government in Crimean Tatars' Emigration." Crimea 2 (1926): 143 — 146.(In Russian).

28. Pashchenya V.N. Historiography of the Crimean Regional Studies. Simferopol: DIAYPI Publisher, 2013. 368 p. (In Russian).

29. Pashchenya V.N. Source Study of the Crimean Regional Studies. Simferopol: DIAYPI Publisher, 2015. 512 p. (In Russian).

30. Polkanov A. "From the Past." Crimean Pravda [Simferopol] 24 Nov. 1966: 3. (In Russian).

31. Polyakov V.E. Partisan Movement in Crimea in 1941 —1944. Simferopol: IT Arial Publisher, 2013. 488 p. (In Russian).

32. Sekirinsky S.A. "On the Matter of Crimea Settlement in Late 18th Century." Transactions of M. Frunze Crimean Pedagogical In-

stitute 23 (1956): 73 — 87. (In Russian).

33. Sekirinsky S.A. Agriculture and Peasantry of the Crimea and Northern Tavria in Late 18th — Early 20th Centuries (1783 — 1917).

Synopsis of Doctoral diss. Lvov, 1974. 34 p. (In Russian).

34. Sevastyanov A.V. "Daughter's Evidence, or Once Again about Fate of the Arseny Markevich's Private Collection of Books."

Historical Heritage of the Crimea 17 (2007): 235 — 242. (In Russian).

35. Sevastyanov A.V. "From the History of Bibliographic Researches on the Russian Society for Study of Crimea (1922 1932)."

Herald of I. Mechnikov Odessa National University. Series Library Science, Bibliography, Book Science 13.8 (2008): 75 — 81. (In Russian).

36. Sevastyanov A.V. "On Scientific Heritage of the Russian Society for Study of Crimea (1922 — 1932): Historiographical Aspect."

Crimean Archive 11 (2009): 251 — 264. (In Russian).

37. Sevastyanov A.V. Ten Years on Service of Regional Studies: The Russian Society for Study of Crimea (1922 — 1932). Ed. A.A.

Nepomnyashchy. Kiev and Simferopol: Dolya Publisher, 2010. 255 p. (In Russian).

38. Sevastyanov O.V. "Ten Years on Service of Regional Studies: The Russian Society for Study of Crimea (1922 — 1932)." Region-

al Studies 3/4 (2009): 96 — 102. (In Ukrainian).

39. Sevastyanov O.V. Contribution of Russian Society for Study of Crimea in the Development of Historical Regional Studies (1922 —

1932). Synopsis of Ph.D. diss. Dnepropetrovsk, 2011. 20 p. (In Ukrainian).

40. Shendrikova S.P. History of Theatre in the Crimea (1820 — 1920). Simferopol: Business Inform Publisher, 2013. 464 p. (In Rus-

sian).

41. Ursu D.P. Essays on Cultural History of the Crimean Tatar People (1921 —1941). Simferopol: Krymuchpedgiz Publisher, 1999. 144

p. (In Russian).

42. Usov S.A. "The Population of the Crimea for 150 Years Due to the Region's Economy." Crimea 1.1 (1928): 64 — 85. (In Russian).

43. Vologdin B.P. "On the Matter of Population in the Crimea before Its Conquest by Russian." Crimea 1 (1927): 104 — 106. (In

Russian).

44. Vozgrin V.E. Historical Destinies of the Crimean Tatars. Moscow: Mysl Publisher, 1992. 448 p. (In Russian).

Cite MLA 7:

Sevastyanov, A. V. "On Some Trends in Modern Historiography of a Local History of the Crimea: The Gaping Heights and Perspective Achievements." Electronic Scientific Edition Almanac Space and Time 12.1 (Crimean Regional Studies: Space and Time of Crimea) (2016). Web. <2227-9490e-aprovr_e-ast12-1.2016.52>. (In Russian).