Научная статья на тему 'Новые «Открытия» в историографии Ижевско-Воткинского восстания'

Новые «Открытия» в историографии Ижевско-Воткинского восстания Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
728
145
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Новые «Открытия» в историографии Ижевско-Воткинского восстания»

УДК 94(470.51) “1918” Ренёв Евгений Геннадьевич

Канд. ист. наук Доц. каф. культурологии ИжГТУ

egr@idz.ru

«Здравствуй, племя младое, незнакомое...».

«Здравствуй и прощай!...».

НОВЫЕ «ОТКРЫТИЯ» В ИСТОРИОГРАФИИ ИЖЕВСКО-ВОТКИНСКОГО ВОССТАНИЯ

Воистину, невиданные возможности для разного рода любителей исторических чтений и писаний (ударение на любом слоге ©) несут с собою Интернет и общая компьютерная грамотность. Немало разного рода информации, можно найти и об Ижевско-Воткинском антибольшевистском восстании (8 августа-13 ноября 1918 г.) на разного рода сайтах. Одним из самых полезных и интересных из них, думается, является страница Живого Журнала «Дневник коменданта Чевенгурского уезда» (http://voencomuezd.liveioumal.com). Автор и владелец этого сетевого ресурса Николай Заяц, в прошлом студент исторического факультета Воронежского государственного университета, размещает здесь немалое количество интересных документов. И вот в 2012 г. он, очевидно, решил замахнуться на большее и опубликовал в сетевом же журнале «Скепсис» (http://scepsis.net) свою работу «Тупик третьего пути: очерк об Ижевско-Воткинском восстании»1.

Начинается этот труд сразу же с громкого заявления:

«В истории Гражданской войны особняком стоит такое знаменитое событие, как восстание рабочих Ижевска и Воткинска в 1918 году. С самого начала оно привлекало современников как феномен, казалось бы, не вписывающийся в принятую схему представлений о гражданской войне как войне классов. Участники Гражданской войны как с белой, так и с красной стороны уделяли внимание этому событию. В последнее время в связи с дискуссиями о разных аспектах отечественной истории, в частности, о роли рабочего класса в революции, Ижевско-Воткинское восстание вновь привлекает к себе внимание. Исследователям помогает и то, что, в отличие от других рабочих волнений, направленных против большевиков, которым не уделялось ранее внимания в советской историографии, после Ижевского восстания осталось множество источников: архивные документы, газеты, воззвания, фронтовые сводки, газетные и журналь-

1 Заметим сразу, что тезис о том, что у наших повстанцев, которые шли против Красных, но не присоединились к Белым был в Гражданской войне какой-то свой особенный «третий путь», этот тезис не нов: много лет его разрабатывал московский историк Д.О.Чураков. При этом полагаем, что идея «третьего пути» была высказана ещё в первой трети прошлого века в белоэмигрантской прессе, в частности, в книге Н.А.Протопопова «Воткинцы», и наши современники лишь подхватили её без ссылки на источник заимствования. (Прим. издателя.)

ные публикации, мемуары участников и т.д. Казалось бы, благодаря такому пласту источников восстание можно изучить в подробностях. И действительно, этой теме посвящено несколько квалифицированных публикаций. Но, к сожалению, широкому кругу читателей ныне известна крайне упрощённая, намеренно искажённая версия событий, представляемая обычно идеологическими противниками советской власти, которые даже спустя двадцать лет после её падения пытаются таким образом воевать на «идеологическим фронте». Проблема осложняется тем, что, несмотря на свою широкую известность, Ижевское восстание во многом ещё остаётся объектом для исследователей местного уровня — уральских и удмуртских. В результате сложная картина восстания широкой общественности просто неизвестна. «Популяризацией» восстания занимаются местные «общественные деятели», часто даже непрофессиональные историки. В их публицистических изданиях Ижевское восстание предстаёт как стихийный бунт рабочих против большевистского произвола, причём участники восстания изображаются в апологетическом духе, как «народное ополчение», исконный русский народ, поднявшийся на борьбу против коммунизма и «коммунистической тирании» за идеалы народоправства и патриотизма. К тому же примитивный, пропагандистский подход к изучению Ижевского восстания явно поощряется местными властями, так как благодаря этому удмуртский регион получает дополнительную известность как очаг антибольшевистского сопротивления. Таким образом, на смену идеологизированной советской версии событий приходит новый миф, отличающийся от старого лишь тем, что формируется с иных идейных позиций. Данное утверждение не раз звучало в местной прессе. Так, удмуртский общественный деятель А.С. Верещагин писал о мифологизации восстания: «В республиканских СМИ уже который год идёт поиск т.н. «брендов», которые должны стать “визитной карточкой” Удмуртии. Но этот самый «бренд» есть не что иное, как продукт и инструмент рекламы, а значит, тот же миф». В итоге сложное и неоднозначное событие нашей истории, когда часть рабочего класса перешла на сторону противников революции, заранее лишается шанса на непредвзятое и честное представление широкому читате-лю»3.

Начнем с того, что «удмуртский общественный деятель А.С. Верещагин», помянутый автором этого заявления, отчего-то ни в Ижевске, ни в Удмуртии никому не известен (более того, сам себя Верещагин представляет как жителя

2 Данное замечание может быть верно лишь отчасти, да и то лишь по отношению к журналистам, которые пишут на краеведческую тематику: они публикуются за деньги и не сопровождают свои статьи сносками на исторические источники. Все авторы настоящего сборника представили свои статьи совершенно бесплатно и сопроводили их ссылками на источники. Ни один из авторов не получал где-либо зарплату за собирание материалов для этих статей и за его обработку. Все эти доблестные краеведы занимаются исследованиями по зову сердца, «Иднакар» издаётся на мою пенсию, а «местные власти» нас в этом деле никак не поощряют. (Прим. издателя)

3 Заяц Н. «Тупик третьего пути: очерк об Ижевско-Воткинском восстании»

(Кйр://scepsis.net/library/id 3339.Ыт!#а1).

Уфы, что от Ижевска не так близко)4.Кроме того, этой, приведенной нашим автором цитаты о поиске брендов и т.п., в указанной статье Верещагина нам почему-то найти не удалось.

После чего отметим заявку Н. Зайца на собственное «непредвзятое и честное представление» восстания, которое, по его мнению, очевидно, возможно только благодаря взгляду с просторов черноземов Среднерусской равнины. Попробуем разобраться с серьезностью этой заявки, рассмотрев некоторые, наименее противоречивые части указанной работы. Остановимся на теме создания вооруженных сил восстания, которой автор отводит седьмую главу и, отчего-то, еще и отдельно несколько частей Приложения (хотя сразу же, в связи этим заявлением, вспоминаются слова персонажа Аркадия Райкина5: «Слушал я вас всех тут долго и упорно и наконец понЯл - ну и дураки же вы все!»).

Начинается рассматриваемая глава с определения численности вооруженных сил восстания. Ссылка при этом идет сначала на архивные источники и только потом на работы ижевских историков П.Н. Дмитриева и К.И. Куликова. Таким образом, создается впечатление, что именно Н. Заяц нашел эти источники, хотя каждому, кто более-менее знаком с проблематикой Восстания очевидно, что именно упомянутые ижевчане и произвели данные расчеты. Впрочем, иногда и их, пусть и на втором месте, наш историк упомянуть забывает - так случилось почти сразу, когда наш автор, повторил (без ссылки на источник) почти слово в слово вывод из книги «Гражданская война в Удмуртии 1918-1919 гг.» К.И.Куликова и П.Н.Дмитиева: «Сами же мятежники считали, что численность рабочих, выступивших с оружием в руках против Советской власти была, около 2 тыс. человек»6. Который в этом (и не только) случае предстал как его собственный, поскольку он дал единственную ссылку на казанскую газету того

7

времени .

При этом Н. Заяц будто не ведает, что архивы, на которые он ссылается, под такими названиями уже третий десяток лет не существуют - ни ЦГ АСА (в данном случае), ни ЦГАОР (в других). Да и читателя с фамилией Заяц ни на одном листе использования документов ни в упомянутых архивах, ни в архивах Ижевска автору этих строк встречать не приходилось.

4 Верещагин А.С. Парадоксы историографии Ижевско-Воткинского восстания// Академик П.В. Волобуев. Неопубликованные работы. Воспоминания. Статьи.- М.: «Наука», 2000. -С. 389.

5 А.И.Райкин (Райнкинд)- эстрадный юморист Советского времени. Создал на телеэкране запоминающиеся образы отрицательных персонажей (деградантов и алкоголиков) из представителей Русского народа (Прим. издателя).

6 Гражданская война в Удмуртии 1918-1919 гг. Сб. документов. - Ижевск: 1988. - С. 95. Точнее было бы сказать, что расчеты эти приведены П.Н. Дмитриевым в его статье в этом сборнике «Временный Прикамский комитет членов Учредительного собрания — орган власти мелкобуржуазной контрреволюции в Удмуртии в 1918 году» (Там же. - С. 90-126), а потом повторены в совместной работе «Мятеж в Ижевско-Воткинском районе» (Ижевск: Удмуртия, 1992. - с. 388).

7 Речь идет об издании «Народная жизнь, ежедневная внепартийная газета (Казань), 1918, 23 августа», ссылка на которое приводится на С. 121 упомянутого ижевского сборника.

Далее начинаются странности, так наш автор пишет:«Всего к 11 августа у ижевцев было 7-8 тысяч солдат — отряд Федичкина пополнился на 800 человек. Это было, пожалуй, предельное число сочувствующих восстанию, добровольно вступивших в армию. При дальнейших мобилизациях стали появляться дезертирство, переходы недавно мобилизованных крестьян на сторону противника, уклонение от боёв — всё это фиксируется уже в ходе боёв под Ижевском. Во многих селах мобилизованные после получения оружия скрывались в лесах и даже сдавались красным»8.

Разберем этот отрывок - первые его строки почти дословно пересказывают со строки монографии Дмитриева и Куликова «Мятеж в Ижевско-Воткинском районе» (на которую ссылка опять отсутствует): «К 11 августа белоучредиловцы поставили под ружье 7-8 тыс. чел. Это был предел» (С. 97). Ссылка, конечно, на тот же источник, что и у авторов - ЦГАСА, Оп.1. Д.830. Л.26. Но вот что странно: на С. 95 книги «Гражданская война в Удмуртии 1918-1919 гг.», которая скромно и по-честному упоминается вслед за указанной ссылкой, ни данного, ни подобного утверждения вообще нет! Помимо того, ни о каком отряде Федичкина (как следует из разбираемого текста в «7-8 тысяч солдат»), увеличившимся разом на 800 человек, ни один исторический источник не сообщает.

Откуда же появилась эта информация? Скорее всего, Н.Заяц «зачерпнул» её у известного историка А.А. Каревского (ссылки на которого, впрочем, здесь тоже нет): «Первыми были образованы (в Ижевской Народной армии. - Е.Р.) Рота артиллерийских техников (из числа чиновников и учеников) шт.-кап. Куракина и Отряд фронтовиков полк. Федичкина при одном орудии - общей численностью чуть более 300 чел. В ходе боев 14-19 августа последний пополнился еще 800 добровольцами и был развернут в несколько отдельных рот»9.

Далее становится, словами известного сказочного персонажа, «все страньше и страньше». Так, описывая мобилизацию в армию повстанцев, Н. Заяц продолжает свое повествование: «18 августа была введена всеобщая воинская повинность для мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. В дальнейшем количество призывных возрастов увеличили — с 16 до 55 лет (здесь и далее, если особо не оговорено, выделено мною. - Е.Р.). Отряды на занимаемых территориях комплектовались по территориальной системе: мобилизованные собирались с одной волости или деревни, и из них формировалась отдельная рота. Стандартная рота насчитывала 150 человек. Наиболее энергично призывали в армию военнообязанных рабочих. В случае необходимости рабочие мобилизовались, вооружались и отправлялись на фронт. Время от времени к повстанцам примыкали мелкие партизанские части Прикамья и добровольцы. Активно призывались крестьяне деревенских волостей. Всего ПРИКОМУЧ провел

8 Заяц Н. Ук. соч. - http://scepsis.net/library/id_3345.html

9 Каревский А.А. К истории антибольшевицкого восстания в Ижевске и Воткинске: вооруженные формирования Прикамья летом - осенью 1918 г. // Ижевско-Воткинское восстание. 1918 г. - М. «Посев, 2000. - С. 7.

мобилизации в 41 волости [7]».

Попробуем разобраться с этими утверждениями. Сначала о призванных возрастах. Нет в распоряжении историков ни одного мобилизационного документа, который бы объявлял о призыве на военную службу лиц «с 16 до 55 лет». Даже самый последний, полный отчаяния документ повстанцев объявлял: «ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ.

О создании резервных частей в городе Ижевске.

Для сформирования резервных частей запись производить от 18 до 45 лет обязательно. Добровольно же вступивших в резервныя части, считать только от

45 лет до 65 лет.

Председатель Исполнительнаго Комитета Совета Рабочих Депутатов ТЮЛЬКИН.

Секретарь Санников.

27 октября 1918 г.

Для сформирования резервных частей, состоящих на учете в возраст считается обязательным от 18-ти до 45-ти лет.

Чрезвычайный Уполномоченный Н. ЕВСЕЕВ За Секретаря ЛЕНЬКОВ»;

«ПРИКАЗ

Все Ефрейтора, младшие и старшие Унтер-Офицеры и Фельдфебеля, записавшиеся в резервную армию должны явиться, в понедельник, 28 Октября, в 2 ч. Дня в Совет Рабочих и Кр. депутатов.

Комиссия по организации резервов»10.

Далее о том, что «активно призывались крестьяне деревенских волостей». Упомянутым приказом от 18 августа 1918 г. принудительного призыва в армию крестьян не предписывалось. Более того, и принудительной в полном смысле этого слова назвать ее нельзя (см. ниже п. 2 об общественном порицании дезертирам):

«Объявляется всеобщая мобилизация

От 18 до 45 лет, а потому приказываю всем гражданам г. Ижевска указанных годов явиться в Штаб Армии, Церковная улица, не позднее 9 час. утра 18 августа 1918 г.

Начальник Штаба Власов.

Председатель союза фронтовиков Солдатов»;

«Постановления Ижевскаго Совета Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов, совместно с представителями от фронта от 22 Августа 1918 г.

1) Все мобилизованные получают то содержание, которое они получали от завода и частных учреждений; лица же не получавшие содержание ни от каких

10 ЦГА УР. - Ф. Р.- 453. - Оп. 13. - Д. 13. - Приказы по Ижевскому оружейному и сталеде-лательному заводам по основной деятельности. Обязательное постановление о создании резервных частей в городе Ижевске от 27 октября 1918 г. Начато11 августа 1918 г. - кончено 28 октября 1918 г. - Л. 77-78.

учреждений и завода получают средний заработок рабочих завода.

Примечание: а) Лица находящиеся при боевых ротах пользуются полным довольствием и обмундированием.

б) Лица, несущие гарнизонную службу пользуются лишь довольствием.

2) Впредь до сформирования полков нужных Ижевску для защиты никаких судов не создавать, а ограничится тем постановлением Части Совета исполкома от 18 числа, по которому лица дезертирующие лишаются содержания за те дни, которые они отсутствовали в своих частях, а кроме того подвергаются общественному порицанию. Немедленно приступить к сформированию регулярных полков <...>.

3) От мобилизации освобождаются только те лица, освобождение которых связано с операциями военных действий и обязанности которых не могут быть заменены лицами не мобилизованными или женщинами.

4) Принудительной мобилизации в деревнях пока не производить, а допустить лишь добровольное выступление в ряды Ижевской Народной Армии

<...>.»п.

По последнему пункту для особо активных граждан штабом Сарапульской Народной армии в середине сентября даже был опубликован особый разъяснительный документ:

«ОБЪЯВЛЕНИЕ

В виду поступающих в Штаб армии запросов со стороны крестьян и сельских властей о времени и порядке мобилизации в уезде и сведений о том, что крестьяне, организованные в партизанские отряды, принуждают своих соседей так же организовываться в такие же отряды или записываться в Народную Армию. Военный Штаб объявляет, что приказа о мобилизации граждан в уезде

еще не было издано, и формирование производится исключительно на

12

добровольческих началах (выделено в оригинале. - Е.Р.)» .

Далее о том, что «всего ПРИКОМУЧ провел мобилизации в 41 волости» и остальном. Действительно всеобщая мобилизация была объявлена значительно позднее, а именно - 14 октября 1918 г. (!):

«П Р И К А З

Прикамский Комитет Учредительнаго собрания сим призывает в ряды Народной Армии граждан Сарапульскаго уезда и прилегающих к нему уездов, освобожденных от неприятеля.

Мобилизации подлежат лица в от 25 г. до 30 лет включительно, т.е. родившиеся в 1893, 1892, 1891, 1890, 1889 и 1898 годах, проходившие и не проходившие ряды войск.

Первым днем мобилизации назначается 14 октября н.[ового] ст.[иля] 1918 г.

13

Призывных участков назначается два: Ижевск и Воткинск <...>» .

11 Ижевский защитник. - № 1. - 23 августа 1918 г. - С. 2.

12 Прикамье. - № 13. - Вторник, 17 сентября 1918 г. - С. 1.

13 Ижевский Защитник. - № 22. - 15 октября 1918 г. - С. 1.

Волости, призванные дать бойцов, распределились следующим образом. К Ижевску оказались приписаны кроме его двух собственных Ижевско-Нагорной и Ижевско-Заречной, Сарапульская и Ершовская - день явки 15 октября; За-вьяловская, Старо-Веньинская, Козловская и Мостовинская - день явки 16 октября; Люкская, Июльская, Юринская и Мазунинская - день явки 17 октября; Гольянская, Больше-Норьинская, Нечкинская, Бурановская - день явки 18 октября; Пургинская, Кыйлудская, Агрызская и Киясовская - день явки 19 октября; Нылгижикьинская, Якшур-Бодьинская, Исенбаевская и Арзамасцевская - день явки 20 октября; Чутырская, Г алановская, Каракулинская и Чегандинская - день явки 21 октября.

Воткинск ждал мобилизуемых из собственно Воткинской волости, а так же соседней Галевской - день явки 15 октября; Перевознинской, Светлянской - день явки 16 октября; Полозовской и Кельчинской - день явки 17 октября; Соснов-ской и Шарканской - день явки 18 октября; Больше-Пургинской, Тыловайской -день явки 19 октября; Зюзинской и Тойкинской - день явки 20 октября; Дебес-ской и Петропавловской волостей - день явки 21 октября»14.

География, что ни говори, внушительная - перечень волостей, указанных в документе, почти полностью соответствует списку волостей всего Сарапульского уезда15. Но вот вопрос, как предполагалось военными и гражданскими властями провести мобилизацию на этих территориях - большинство из них на это время или уже давно и прочно находились под контролем противника, или были ареной активных боевых действий. Так Дебесы вообще никогда не были под контролем ижевцев и воткинцев, Сарапул Красной армией был взят 5 октября, Агрыз и Пурга чуть раньше и т.д. И вряд ли ответит на этот вопрос пытливый и принципиальный воронежский исследователь

Кроме того, судя по документу, можно определенно сказать, что и эта мобилизация не была всеобщей - в рядовой состав призывались лица от 20 до 25 лет включительно и только в младший командный и офицерский состав призывались все возраста до 45 лет (тоже включительно), о чем говорится в следующей части данного приказа:

«<...> Кроме того одновременно сим призываются:

1) Все офицеры недостигшие к 1 Января 1918 г. 46 летняго возраста.

2) Подпрапорщики, фельдфебеля, унтер-офицеры и соответствующия им дру-гия звания, состоящия на сверхурочной службе, недостигшие к 1 Января 1918 г.

46 летняго возраста.

3) Все подпрапорщики, фельдфебеля, унтер-офицеры и соответствующия им другия звания сроком службы 1905, 1906, 1907, 1908 и 1909 г.г.

4) Все военные чиновники, не достигшие к 1 января 1918 г. 41 года.

14 Там же.

15 Список волостей Сарапульского уезда по изданию «Краткие описания селений Сарапульского уезда» - материалы по статистике Вятской губернии. Т. VII, Сарапульский уезд, часть 2. Приложение к подворной описи. Вятка, 1892 г.// словарь Брокгауза и Ефрона. Режим доступа: Ы1р:/^агари1.тЯотт/^ех^рЛорю/2254-сарапульский-уезд/

Граждане, упомянутые в п.п. 1,2,3, и 4, обязаны явиться на сборныя пункты 15 октября.

Председатель Прик.[амского] Ком.[итета] членов Учредительного] Соб-ран.[ия].

Н.И. Евсеев.

Члены: В.И. Бузанов и А.Д. Корякин.

Скреплен: Главнокомандующий] Прик.[амской] Нар.[одной] Армии Д.И. Федичкин.

Председ.[атель] Союза Фронт.[овиков] С.И. Солдатов»16.

Встает вопрос, где наш автор мог почерпнуть информацию о мобилизации в Ижевскую Народную армию возрастов «с 16 до 55 лет». Похоже, что из текста «Приказа Главнокомандующаго войсками Учредительн. Собрания Прикамскаго Края» от 6 сентября 1918 г. Отрывок из него он и приводит по книге «Ижев-

17

ско-Воткинское восстание. 1918 г.» :

«Всем гражданам без исключения (кроме рот) в возрасте от 16 до 50 лет завтра 7 сентября в 7 часов утра явиться с топорами, лопатами и продовольствием на два дня на Михайловскую площадь. Не имеющие лопаты и топора получат таковые от квартальных, которые на время работ мобилизуют их у обывателей квартала... Немедля становитесь все на окопные работы. Все за лопату! Лопата спасет Ижевск: чем глубже в землю, тем крепче защита».

Но речь в этом документе идет исключительно о фортификационных работах, а не о призыве в армию! Более того, эти два дня работ властями оплачивались - о чем свидетельствуют отказы мастерских в получении этих денег:

«Приказ

по Ижевским оружейному и сталеделательному заводам № 50.

28 сентября 1918 года.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

<...>.

4.

Объявляется для сведения протокол № 74 Общаго Собрания рабочих Ствольной мастерской от 25 сентября 1918 года под председательством Рябова и Секретаря Оборина.

Об отказе оплаты 8 сентября за рытье окопов.

Заслушав доклад Предедателя Цехового Комитета Боченкова постановили: Оплату за рытье окопов 8 сентября пожертвовать в фонд пострадавших семей воинов Народной Армии.

<...>»18;

«Приказы

16 Ижевский Защитник. - № 22. - 15 октября 1918 г. - С. 1.

17

Ижевско-Воткинское восстание. 1918 г. - С. 38.

18 ЦГА УР. - Ф. Р-543. - Оп. 13. - Д. 13. - Л. 54. В сочинении Н. Зайца дается ссылка на дело 113, но в описи такого дела нет, потому, судя по содержанию, использована информация, не важно откуда почерпнутая, именно дела № 13.

по Ижевским оружейному и сталеделательному заводам

№ 57.

8 октября 1918 года.

<...>.

3.

Объявляется для сведения выписка из протокола общаго собрания Пилозубной мастерской от 26 сентября 1918 года.

Об оплате двух дней 7 и 8 сентября за рытье окопов.

ПОСТАНОВИЛИ: В виду переживаемаго заводом денежнаго кризиса за 7 сентября оплатить поденной оплатой, а за 8 сентября плату не показывать, а оставить в пользу завода.

<...>»19.

Странно, но, казалось бы, эти и др. подобные документы должны быть известны Н. Зайцу, т.к. он смело ссылается на данное архивное дело в своих «исследованиях». Так, ссылаясь на данные Л. 31 об. и 77 он утверждает:

«Особенное внимание военными властями обращалось на рабочих, которых привлечь к мобилизации было легче, чем крестьян в дальних деревнях. На заводе был установлен военный режим, по которому все, занятые на производстве, должны были по сигналу тревоги немедленно вооружаться и отправляться на фронт. В конце сентября также началось создание городского ополчения для охранных функций в тылу. Вступление в него пользующимся отсрочкой от призыва являлось обязательным. 3 сентября было объявлено о включении в армию и подозреваемых в сочувствии к Советской власти, освобождённых из-за недостатка улик. Они автоматически зачислялись во вспомогательные части [10]».

Листы архивного дела № 31-31 об. (большей частью Л. 31, ссылки на который нет) и 77 действительно содержат информацию на эту тему, но несколько другого содержания. Так 3 сентября не «было объявлено о включении в армию и подозреваемых в сочувствии к Советской власти» -это решение было принято двумя днями позже и, в общем, по другому поводу - «по освобожденным из-под ареста лицам», среди которых были и уголовники, и хулиганы, и др. «люди непростой судьбы»:

«ПРИКАЗ

по

Ижевским оружейному и сталеделательному заводам

№ 32.

9 сентября 1918 года.

<...>.

7.

<...>.

§ 6. Согласно сношения Контрольно-Конфликтной комиссии фронтовиков от 5

19 Там же. - Л. 64.

сего сентября за № 57 все освобожденныя из-под ареста лица не должны быть принимаемы на заводския работы, а должны направляться к Инспектору пехотных частей для зачисления в рабочие отряды.

В виду сего приказываю всем учреждениям Народной армии получать рабочих для своих надобностей из упомянутых выше отрядов, а ни в коем случае не возбуждать ходатайства о возвращении людей из строевых частей.

<...>.»20.

Вопрос же о привлечении «максималистов, большевиков и анархистов» в ряды повстанческой армии был решен совсем иначе (о чем, кстати, тоже можно узнать из того же дела № 13):

«Приказ

по Ижевским оружейному и сталеделательному заводам

№ 20

30 августа 1918 года.

<...>.

2.

Объявляется для сведения и руководства выписка из протокола за № 14 Исполнительного Комитета депутатов от 20 августа 1918 г. следующаго содержания:

§ 6. О мобилизации максималистов.

«Принимать в ряды Народной Армии максималистов, большевиков и анархистов только с разрешения рабочих той мастерской, где они работают».

Справка: Сношение Исполнительного Комитета депутатов г. Ижевска.

21

Вопрос должен решаться общим собранием мастерской. <...>» .

Идем далее: на указанном листе 31 содержится выписка из приказа, который опровергает распространенное (и присутствующее в том числе и у нашего автора) утверждение о том, что ижевские рабочие дружно трудились в своих цехах, но в случае опасности брали оружие и отправлялись отражать ее, после чего снова возвращались к своим станкам:

«<...> Объявляется для сведения приказ по Ижевской Народной Армии от 5 сентября за № 13, следующаго содержания:

§ 5. Объявляется для сведения, что все находящиеся в караульных командах возвращаться на заводския работы не должны. <...>.»22 Далее, что касается утверждения: «В конце сентября также началось создание городского ополчения для охранных функций в тылу». На указанном Н. Зайцем листе 77 находится цитированное нами выше «ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ. О создании резервных частей в городе Ижевске», но датируется оно не концом сентября, а 27 октября 1918 г.

Встает вопрос - откуда наш автор взял подобные сведения. В своих сносках за упоминанием указанных архивных листов он скромно указывает «Там же. с. 105»

20 ЦГА УР. - Ф. Р-543. - Оп. 13. - Д. 13. - Л. 31-31 об.

21 Там же. - Л. 19.

22 Там же.

или «Там же. с.106». За этим «Там же» стоит работа известного ижевского историка П.Н. Дмитриева «Временный Прикамский комитет членов Учредительного собрания - орган власти мелкобуржуазной контрреволюции в Удмуртии в

23

1918 году» . В ней мы и находим те места, из которых Н. Заяц составил свой текст: «В армию мобилизовали и тех, кто был арестован за сочувствие Советской власти, но освобожден из-за недостатка улик. Приказом по ижевской «народной» армии от 3 сентября 1918 г. устанавливалось, что эти люди должны в обязательном порядке зачисляться в состав вспомогательных частей»24;

«Во второй половине октября 1918 г. в момент ухудшения положения «народной» армии на фронте, эсеры приступили к созданию в Ижевске милиционных резервных частей, иначе, городского ополчения. Они, отмечалось в инструкции по их организации, предназначались «для охраны государственного порядка», т. е. для подавления выступлений в тылу и для борьбы с Красной Армией при возникновении «непосредственной опасности для г. Ижевска и его района»25.

При этом не только приводится неверная дата из первого отрывка (скорее всего это опечатка у П.Н. Дмитриева), но и неверно датируется содержание второго документа. Но и это не все. В перечне ссылок у П.Н. Дмитриева случилась еще несколько опечаток, связанных с этим делом. Известный ижевский историк ссылается на фонд 543, опись 13, дело 113. Но в указанной описи дела за таким номером просто нет, а есть дело № 13, где процитированные выше документы и присутствуют. Кроме того, в деле этом всего 79 листов и потому ссылка на лист 16026 суть тоже - опечатка (зная скрупулезность П.Н. Дмитриева, это можно смело и категорически утверждать). В сочинении же нашего далекого воронежского друга эти опечатки не только повторены, но и в указанном фонде им «обнаруживается» в неизвестной описи за № 113 еще и дело № 13, в связке с которыми и упоминается будто бы находящийся там некий лист 160.

Из вышеизложенного следует однозначный вывод - ни этих листов и ни этого дела наш «открыватель новых исторических истин» в Ижев-ско-Воткинском восстании просто не видел. Доказывает этот вывод и то, что информация из этого дела, почерпнутая Н. Зайцем у московского историка Д.О. Чуракова уже атрибутируется точно: «<...>Тем же приказом предписывалось довести в кратчайший срок выделку патронов до 40 тыс. в сутки, а весь административный, хозяйственный и технический персонал зачислить в отдельный отряд, который должен был выйти на фронт, когда завод остановит работу. В конце было указано: «Неявка на работу будет рассматриваться как неисполнение

23 Дмитриев П.Н. Временный Прикамский комитет членов Учредительного собрания - орган

власти мелкобуржуазной контрреволюции в Удмуртии в 1918 году// Гражданская война в Удмуртии 1918-1919 гг. Сборник статей. - Ижевск, 1988. - С. 90-126.

24 Там же. - С. 105.

25 Там же. - С. 106.

26 Там же. - С. 121, сноска 45.

боевого приказа»[30]. (30. ЦГА УР. Ф.Р-543 Оп.13 Д.13 Л.79: Чураков Д.О. Третья сила у власти. с. 39).

*

Но вернемся к разбираемому нами тексту, а именно к утверждению о том, что «стандартная рота насчитывала 150 человек». Источник заимствования этого тезиса прослеживается довольно отчетливо. Сравним два отрывка:

Н. Заяц: «24 августа 1918 г. структура армии уточнялась. Приказом Штаба основной единицей устанавливалась рота в составе 4 взводов по 2 отделения. Численность одной роты определялась в 150 чел. при 2 офицерах. Комплектование армии должно проходить по территориально-милиционной системе. Роты должны объединяться в отдельные фронты на боевых участках, одновременно на них возлагалась функция охраны».

Сравним: А.А. Каревский: «24 августа 1918 г. процесс формирования армии был упорядочен. Приказом Штаба основной тактической единицей устанавливалась стрелковая рота в составе 4 взводов по 2 отделения. <...>. Численность одной роты определялась в 150 чел. при 2 офицерах, однако в зависимости от условий реально она колебалась от 100 до 250 чел. Роты объединялись во фронты, (сводные отряды на определенных направлениях); в спокойной обстановке они поочередно несли сторожевое охранение, в случае тревоги вы-

27

ступали на атакованную позицию полностью» .

Однако ссылки на источник знаний Н. Зайца и в этом случае в его публикации отсутствуют. Но дело даже не в отсутствии ссылки, а в том, что указанным приказом от 24 августа численность роты никак не определялась (как нет в тексте приказа и никаких «офицеров», а есть только командиры рот). Определяется же численность рот совершенно другим документом (приводим его с сильными сокращениями) и совсем не в 150 человек:

«ПРИКАЗ По Ижевской Народной Армии № 44.

29-го сентября 1918 г., гор. Ижевск.

(П о с т р о е в о й ч а с т и).

§ 1.

Для более правильнаго управления войсками Ижевской Народной Армии приказываю инспектору пехотных частей совместно с начальником штаба формирования, сформировать из прибывших по мобилизации граждан 1 Ижевский стрелковый полк, в составе 3-х батальонов.

<...>.

Разсчет и штаты полка следующие:

Разсчет полка:

Боевых рот . ... ... .12

Нестроевая рота . . . . . . . .1

Пулеметная команда . . . . . . .1

27

Каревский А.А. Там же.

Служба связи . . . . . . . .1

Команда пеших разведчиков . . . . . .1

« конных « . . . . .1

<...>.

Взводных . . . . . . . . .4

Отделенных . . . . . . . .8

Ротный писарь . . . . . . . .1

Фельдшер . . . . . . . .1

Санитаров . . . . . . . . .4

Горнистов . . . . . . . . .1

Кашеваров . . . . . . . . .2

Рядовых бойцов ....... .128

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Итого . . . . .156

<...>.

Подлинный подписали:

Командующий армией Федичкин

Начальник Штаба Зебзиев

Председатель союза фронтовиков Солдатов»28.

Впрочем, ссылки на А.А. Каревского у Н.Зайца все же появятся, но в приложении № 1. Причем тоже очень своеобразные. Так зачем-то снова рассказывая об армии повстанцев, Н.Заяц перескажет без всякого закавычивания текст А.А. Каревского своими словами (с некоторыми малосущественными добавлениями от себя), снова повторив все его ошибки даже в написании названий деревень, указав скромно в конце и данного автора. Воспроизведем для примера отрывок, касающийся Ижевской Народной армии, и сравним с оригиналом. Разделим это повествование на две части, т.к. озаглавив его «Ижевская армия. I Состав и формирование», наш исследователь начинает его почему-то с исто-риописания создания Воткинской армии. Итак, он пишет:

«В связи с расширением восстания во второй половине сентября в Ижевске и Воткинске появляются первые организованные части — батальоны и полки. Первой начала организацию Воткинская армия.

18 сентября были сформированы новые части, в названиях которых отразились политические убеждения восставших: 1-й Воткинский заводской имени 17 августа полк, 2-й Воткинский имени Учредительного собрания, 20 сентября

— 3-й Сайгатский имени Чехословаков полк (с двумя запасными батальонами), образованный из партизанского отряда поручика Жуланова в Осинской волости,

и, наконец, 19 октября — 4-й Воткинский имени Союзных Держав полк. Все полки были трёхбатальонного состава (4 роты в 250 человек) и образовывали 2 Воткинские бригады. Они занимали определенные боевые участки Воткинского фронта. Начальником Мишкинского участка был поручик Болонкин (4-й полк),

28 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 2. - Л. 16-17 об. ИДНАКАР 1 (16) 2013 128

www.idnakar.ru

Кельченского29 — поручик Дробинин (3-й полк), Бабкинского — поручик Мудрынин (1-й полк).

Из полученных орудий 9 октября был составлен Воткинский артдивизион: 1-я и 2-я лёгкие, а также 3-я конно-горная батарея четырёхорудийного состава. Была и своя кавалерия, названная в честь героев войны 1812 года — эскадрон подпрапорщика 15-го драгунского полка Ф. Рябова («имени партизана Дениса Давыдова»), сформированный в основном из крестьян деревень Ножевка и Бабки, эскадрон прапорщика конной артиллерии Вдовина («имени партизана Дорохова») и эскадрон «имени партизана Фигнера» М.И. Агафонова — сына регента церковного хора, бывшего улана 6-го Уланского Волынского полка, состоявший из добровольцев: воткинских рабочих и крестьян. 13 сентября из этих частей был создан 1-й конный эскадрон из двух взводов под командованием Коробова. Впрочем, из-за малочисленности все эти «эскадроны» и «взводы» представляли собой лишь конную разведку»30.

Читаем у Каревского: «В период сентября-октября 1918 г. строительство вооруженных сил поднимается на новый организационный уровень: роты, до этого времени являвшиеся основной тактической единицей, сводятся в более крупные воинские части до бригад включительно. Первые шаги в этом направлении были сделаны командованием Воткинской Народной армии. 18 сентября 1918 г. здесь формируются 1-й Воткинский Заводской 17-го августа (Командир кап. Г.И. Мудрынин, 1-й помощник прап. Н.Я Ощепков, 2-й помощник прап.

В.А. Белоногов) и 2-й Воткинский имени Учредительного собрания (кап. Русанов, затем - пор. Дробинин) полки; 20 сентября - 3-й Сайгатский имени Чехословаков полк (полк. Жуланов), а также 1-й и 2-й Запасные батальоны (пор. Карпова и шт.-кап. Самарцева); 19 октября - 4-й Воткинский имени Союзных держав полк (пор. Болонкин). Все полки были трехбатальонного состава (по 4 роты в 250 чел.); вместе они формально образовали 1-ю и 2-ю Воткинские бригады. Имеющаяся артиллерия 9 октября была сведена в Воткинский артиллерийский дивизион (кап. Курбановский, после его гибели - пор. Алмазов) в составе 1-й и 2-й легких (пор. Трепицына и Верцинского) и 3-й конно-горной (пор. Радыгина) батарей четырехорудийного состава. Конные части исчерпывались созданным 13 сентября 1-м Воткинским кавалерийским эскадроном кап. Коро-

31

бова. Общая численность армии составила около 15.000 чел.» .

Как видим, разница некоторая есть - так от Н. Зайца мы узнаем подробности биографии некоторых воткинских командиров и информацию об их частях. Так, к примеру, рассказывается, что «эскадрон подпрапорщика 15-го драгунского полка Ф. Рябова» носил имя «партизана Дениса Давыдова», а командир

29

На самом деле с. Кельчино.

30 Заяц Н. Ук. соч. http://scepsis.net/library/id_3349.html

31 Каревский А.А. Ук. соч. - С.9. (Прим. издателя: новейшая по времени версия расчёта численности Народной армии в динамике времени содержится в работе Коробейников А.В. Социология крестьянско-рабочей армии./Воткинское судостроение и Гражданская война. Ижевск: Иднакар, 2012 С. 93-120.

другого эскадрона «имени партизана Фигнера» М.И. Агафонов был сыном «регента церковного хора» и «бывшим уланом 6-го Уланского Волынского полка» и т.д. Можно, казалось бы, искренне восхититься тем, что историк из далекого Воронежа установил такие духоподъемные подробности. Только вот нашел их не он, а воткинский краевед и историк С.К. Простнев, ссылка на которого, что

32

уже не удивительно, опять же у нашего автора отсутствует:

«Первым, самым многочисленным являлся конный отряд «Имени партизана Дениса Давыдова», который был сформирован на Бабкинском боевом участке, по почину подпрапорщика 15-го Драгунского Переяславского полка Федора Рябкова (у Н. Зайца он стал Ф. Рябовым. - Е.Р.). <...>.

Третий конный отряд был сформирован на Мишкинском участке фронта. Формирование проходило на Воткинском заводе только из доброволь-цев-рабочих и крестьян окрестных селений, прошедших военную службу в кавалерии и было начато по инициативе коренного жителя завода М.И. Агафонова

- сына регента, управляющего церковным хором Благовещенского собора. Действительную военную службу командир отбывал вольноопределяющимся в

6-м Уланском Волынском полку»33.

Но оставим воткинцам воткинское и вернемся к Ижевской Народной армии. В «Тупике третьего пути», в частности, рассказывается:

«Ижевск организационные части стал формировать немного позднее (воткин-цев. - Е.Р.). 22 сентября 1918 г. формируется 1-й Ижевский батальон, через два дня развернутый в 1-й Ижевский полк поручика Михайлова трёхбатальонного состава. 5 октября был образован трёхротный Батальон Г лавнокомандующего, и лишь 17 октября — 2-й Ижевский полк подпоручика Ляпунова тоже трёхбатальонного состава — 3-й батальон возглавил капитан Куракин. Был сформирован и Запасной батальон поручика Смолина. 26 октября началось формирование 3-го Ижевского полка, так и не законченное. 13 орудий составили Ижевский артдивизион из 5 батарей: 1-й, 2-й и 3-й — легких, 1-й тяжелой и 1-й горной. Ижевский кавдивизион прапорщика Орлова состоял из двух эскадронов под командованием ротмистра Агафонова и прапорщика Багиянца»34.

Сравним с утверждениями А.А. Каревского о том же:

«<...>. В Ижевской Народной армии, в разное время насчитывавшей в своем составе от 50 до 120 рот, преимущественно крестьянских, процесс укрупнения частей протекал несколько медленнее. Лишь 22 сентября 1918 г. формируется

1-й Ижевский стрелковый батальон (прап. Сунцов), 24 сентября развернутый в

32 В свою очередь С.К. Простнев опубликовал эти данные также без стандартной ссылки на источник заимствования. В реальности эти сведения содержатся в работах, которые не известны отечественному читателю : «Памятка объединения Ижевцев и Воткинцев» и книги полковника Н.А.Протопопова «Воткинцы». Книги эти давно стали раритетом. Последнюю мы готовим к переизданию для того, чтобы она стала достоянием научной общественности. (Прим. издателя)

33 Простнев С.К. Воткинское народное восстание в 1918 г. (ч.2). Режим доступа: http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/votkinskoe_narodnoe_vosstanie_v_1918_g_ch2/28-1 -0-2223

34 Заяц Н. Ук. соч. http://scepsis.net/library/id_3349.html

1-й Ижевский стрелковый полк пор. Михайлова (батальоны 1-й шт.-кап. Астраханцева, 2-й прап. Евдокимова и 3-й пор. Ложкина). 5 октября был образован трехротный Батальон Главнокомандующего (прап. Печерин); 17 октября - 2-й Ижевский стрелковый полк подпор. Ляпунова (батальоны: 1-й шт.-кап. Поснова,

2-й шт.-кап. Гребенщикова, 3-й шт.- кап. Куракина) и Запасной батальон (пор. Смолина); 26 октября началось формирование 3-го Ижевского стрелкового полка прап. Хлебникова, оставшееся незаконченным. Имеющаяся артиллерия в количестве 13 орудий составила Ижевский артиллерийский дивизион (кап. Трегубов, сменен пор. Волковым) из 5 батарей: 1-й, 2-й и 3- й легких (пор. Кузнецова, офицеров Левинсона и Расстригина), 1-й тяжелой (Плетнева) и 1-й горной (Колпакова). Из конных частей был создан Ижевский кавалерийский дивизион прап. Орлова в составе 1-го (ротм. Агафонова) и 2-го (прап. Багиянца) эскадронов»35.

Отметив почти полное сходство двух этих отрывков, разберемся с их содержанием. Первое - сторона формальная. На самом деле 1-й Стрелковый батальон был развернут в 1-й Стрелковый полк не 24 сентября, как указывается у Ка-ревского и Зайца, а в соответствии архивными данными 29 сентября 1918 г. (приказ по Ижевской армии № 44 от 29 сентября 1918 г.) и командиром его был назначен не «пор. Михайлов», а Миронов (к тому же никаких званий «пор.» и пр. на то время бывшим офицерам в Народной армии еще возвращено не было). Командирами батальонов назначены были не Астраханцев, Евдокимов и Ложкин, а Мельников, Красноперов и Сазонов:

«ПРИКАЗ По Ижевской Народной Армии № 44.

29-го сентября 1918 г., гор. Ижевск.

(П о с т р о е в о й ч а с т и).

§ 1.

Для более правильнаго управления войсками Ижевской Народной Армии приказываю инспектору пехотных частей совместно с начальником штаба формирования, сформировать из прибывших по мобилизации граждан 1 Ижевский стрелковый полк, в составе 3-х батальонов.

Для формирования полка назначаю:

Командующий полком...............Миронов

Адъютант........................Сунцов

Командир 1 батальона............Мельников

« 2 «...............Красноперов

« 3 «...............Сазонов <...>»36.

«Батальон Главнокомандующаго Прикамскаго края Войск Учредительнаго Собрания» действительно был сформирован 5 октября («Приказ по Ижевской Народной Армии № 48»), но командиром его был назначен не «прап. Печерин», а

35 Каревский А.А. Ук. соч. - С.9.

36 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 2. - Л. 16-17.

«поручик Тетерин»37.

2-й и 3-й Стрелковый полки Ижевской армии были действительно организованы приказами от 17 и 26 октября (№№ 60 и 68 соответственно) с указанными командирами, но фамилии командиров батальонов в них не указывались. Документы эти более чем лаконичны:

«ПРИКАЗ По Ижевской Народной Армии № 60.

17-го октября 1918 г., гор. Ижевск.

(П о с т р о е в о й ч а с т и).

§ 1.

Командиром 2-го Стрелковаго полка назначается гражд. В. Ляпунов. Справка: рапорт гражд. Ляпунова от 16 октября за № 6.

Подлинный подписали:

За Командующего армией подполковник Пирогов За Начальника Штаба подпоручик Пинегин Председатель союза фронтовиков Солдатов»38;

«ПРИКАЗ По Ижевской Народной Армии № 68.

26-го октября 1918 г., гор. Ижевск.

(П о с т р о е в о й ч а с т и).

<...>.

§ 2.

Прапорщик Хлебников назначается командиром 3-го стрелковаго полка. Приказываю ему без замедления сформировать полк из отдельнаго добровольче-скаго батальона, партизанских отрядов левой группы Севернаго фронта и батальона Главнокомандующего, согласно данным ему мною указаниям. Начальникам отделов оказать должное содействие в формировании.

По окончании формирования прапорщику Хлебникову донести мне с представлением списка команднаго состава и цифровых сведений о составе рот.

<...>»39.

Возникает вопрос, откуда же сначала А.А. Каревский, а потом у него Н. Заяц получили указанные сведения о командирах батальонов? Единственный источник, где ижевские части представлены именно так - это воспоминания В.М. Молчанова, но относятся они вовсе не к периоду Восстания, а к февралю 1919 г., когда ижевцы уже находились в составе армии Колчака! Вот что Молчанов увидел, принимая под свое командование Ижевскую бригаду:

«Ночью же познакомился заочно с командным составом всей бригады: Командующий бригадой штабс-капитан Зуев (военного времени);

37 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 2. - Л. 18; Д. 3. - Л. 60.

38 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 2. - Л. 31.

39 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 3. - Л. 109.

Начальник штаба штабс-капитан Баев (то же);

При штабе: Образцовая отдельная стрелковая рота - поручик Коновалов (1914 года)

1-й Ижевский стрелковый полк: командир полка поручик Михайлов (воен. вр.) Командир 1-го батальона штабс-капитан Астраханцев (военного времени) Командир 2-го - прапорщик Евдокимов

Командир 3-го - поручик Ложкин

2-й Ижевский стрелковый полк: командир полка подпоручик Ляпунов (воен. вр., не бывший на фронте)

Командир 1-го батальона штабс-капитан Посмосов Командир 2-го — штабс-капитан Г ребенщиков (из солдат)

Командир 3-го — штабс-капитан Куракин (воен. вр.) <.>»40.

То же касается и кавалерии ижевцев. Именно Молчанов говорит о наличии в бригаде кавдивизиона в составе двух эскадронов, при этом он называет только командира 2-го эскадрона прапорщика Багиянца. По всем документам Ижевской Народной армии проходит только один - 1-й эскадрон (на 14 сентября 1918 г. -119 сабель) под командованием вахмистра (еще не прапорщика) Орлова, Багиянц же в нем числится только среди остальных кавалеристов в чине младшего унтер-офицера41.

Что касается артиллерии - автором этих строк этот вопрос исследовался специально, и на основе архивных данных выводы были сделаны однозначные: «Все время боев на всех главных направлениях артиллерия повстанцев значительно уступала артиллерии противника или вообще отсутствовала. Ижевским повстанцам так и не удалось создать полноценный артдивизион ни по количеству орудий, ни по обеспеченности снарядами»42. Еще точнее - по всему периметру фронтов у ижевцев к концу октября 1918 г. действовало всего пять трехдюймовых орудий, при этом одно из них - за Камой. Были попытки использовать хотя бы одно из пяти шестидюймовых орудий, оставленных в полу-разбранном виде красными в Сарапуле при отступлении, но малоудачно - снаряды собственного изготовления не разрывались, не было оптики и т.д.43

*

40 Молчанов В.М. Борьба на востоке России и в Сибири// Восточный фронт адмирала Колчака. М.: Центрполиграф, 2004. - с. 399-422. - С. 415.

41 РГВА. - Ф. 39562. - Оп. 1. - Д. 3. - Л. 10.

ЦГА УР. -Ф. Р-460. - Оп. 1. - Д. 3. - Л. 80-90.

42 Ренёв Е.Г. Артиллерийское вооружение и боеприпасы Ижевской Народной армии накануне решающих сражений// Иднакар. - Ижевск: 2012. - № 1, С. 81-110.

43 Ренёв Е.Г. Производство боеприпасов ижевскими заводами во время антибольшевистского восстания // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. - 2012. - № 1 (15). Часть 1. - С. 167-171. Режим доступа: http://www.gramota.net/materials/3/2012/1-1/46.html

Ренёв Е.Г. Артиллерия Ижевской Народной армии накануне решающих сражений// Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. - 2011. - № 7(13). Часть 3. - С. 169-172. http://www.gramota.net/materials/3/2011/7-3/45.html

Самым авторитетным автором для Н. Зайца отчего-то является К.И. Куликов. Его он и пересказывает и цитирует целыми страницами. Но до нашего автора, к сожалению, не дошла рецензия бывшего коллеги К.И. Куликова на самую цитируемую в рассматриваемой работе монографию последнего «В боях за Советскую Удмуртию». Так вот, стоит отметить, что рядом специалистов по истории Гражданской войны в свое время данная книга была встречена резко отрицательно. Один из них, Н.П. Павлов, в своей рецензии, опубликованной почему-то только через четыре года после публикации указанной монографии, охарактеризовал ее так: «Издание имеет плагиативно-компилятивный характер. Оно рассчитано на читателей, имеющих недостаточно глубокое представление об истории гражданской войны в нашем крае»44. В доказательство «многочисленных фактов плагиата» Н.П. Павлов составил специальную таблицу, в которой приводит множество постраничных сравнений текста К.И. Куликова с текстами работ других авторов, которые использованы автором книги «В боях за Советскую Удмуртию» без каких-либо ссылок45. Он же указывает на специфическое цитирование чужих работ К.И. Куликовым даже там, где ссылки присутствуют. Специфичность этого цитирования, как обнаруживает рецензент, заключается в том, что К.И. Куликов в цитируемые им тексты вставляет свои собственные добавления. В доказательство этого, в частности, Н.П. Павлов приводит процитированный Куликовым отрывок из книги А.А. Алексеева «Страницы из гражданской войны»: «22 сентября в полк прибыло пополнение численностью в 250 человек <...> и из него была создана 3-я рота. Она состояла наполовину из местной удмуртской молодежи». Н.П.Павлов отмечает, что подчеркнутого им последнего предложения в оригинальном тексте не было, и оно было придумано К.И.Куликовым46.

Другой факт произвольного цитирования Н.П. Павлов находит в описании эпизода зверств контрреволюционеров в Осинском уезде, взятом автором рецензируемой им работы из другого источника опять же с собственным добавлением: «При этом озверевшее офицерье не стеснялось сниматься на фотогра-

47

фии» . При этом рецензент не обратил внимание (может в силу времени написания рецензии) на то, что «озверевшее офицерье» по терминологии Куликова-это ижевские повстанцы, неизвестно как (по воздуху?- день назад повстанцами

44 Павлов Н.П. Из рецензии на книгу К.И. Куликова «В боях за Советскую Удмуртию». Ижевск, изд. «Удмуртия», 1982. 260 с. 19 июня 1986 г.// «Быть откровенным, прямым и справедливым...»/ Сост. М.В. Гришкина. Ижевск: Удмуртия, 2010. - с. 251-284. - С. 251.

45 Там же. - С. 256-279.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

46 Там же. - С. 282;

Куликов К.И. Ук. соч. - С. 96;

Алексеев А.А. Страницы из гражданской войны. - Ижевск: Удмуртское книжное издательство, 1959. - 39 с. - С. 17.

47 Павлов Н.П. Ук. соч. - С. 281-282;

Куликов К.И. Ук. соч. - С. 42;

История Урала в двух томах. Пособие для студентов, учителей и самообразования. - Том II. -Пермь: Пермское книжное издательство, 1977. - С. 92.

были только взяты Воткинск и Галево, а Кама ещё целиком находилась под контролем Советских войск) пробравшиеся в Сепыч и учинившие там расправу. В то время как сам источник, как бы процитированный Куликовым, про «офицерье» и фотографии ничего не говорит. Убедитесь сами: «Ижев-

ско-Воткинский мятеж послужил сигналом для нового взрыва кулацких выступлений. Самое крупное из них началось 18 августа в селе Сепыче Оханского уезда и вскоре охватило 6 волостей. Кровавая трагедия разыгралась в Вознесенском и Сепыче. Многие сотни сочувствующих Советской власти были подвергнуты порке и издевательствам. С особой изощренностью озверевшее кулачье пытало большевиков. Их били нагайками, топтали ногами, обрезали уши, носы, вытыкали глаза, вырезали на теле пятиконечные звезды, полуживыми закапывали в землю. Секретарь исполкома Совета Е. Елохов был привязан к лошадям и разорван. До полусмерти избитого председателя исполкома П. Жданова облили керосином, подожгли и обгоревшее тело бросили в болото. Только в первые дни разгула кулацкого насилия было замучено и расстреляно в Вознесенском - 42, в Сепыче - 46 советских работников. Зверскую расправу учинили кулацкие банды в Фокинской, Ашапской, Сайгатской волостях Осинского уез-

48

да» .

У К.И. Куликова читаем: «Одним из черных кровавых дел ижевских мятежников явилось свержение ими Советской власти в большом торговом селе Сепыч Оханского уезда. Прибывшие сюда белогвардейские офицеры в первые же дни восстания замучили и расстреляли 46 советских работников, многих сочувствовавших Советской власти подвергли порке и издевательствам. Особую жестокость они проявили к большевикам. Их били нагайками, топтали ногами, отрезали уши, выкалывали глаза, вырезали на теле пятиконечные звезды, резали на куски, применяли самые зверские методы При этом озверевшее офицерье не стеснялось сниматься на фотографии <...>»49.

Помимо того, рецензент книги Куликова при более тщательном и идеологически нейтральном анализе указанной работы, мог бы заметить, что для нее характерно не только достаточно вольное обращение с источниками (о чем Н.П. Павлов подробно пишет), но и часто чрезмерное и некритичное доверие к ним. Так описывая последние бои под Воткинском, К.И. Куликов, в частности, дает следующую информацию (она повторяется и Н. Зайцем): «С севера на восток продолжали наступать часть полка им. Володарского и только что прибывший

7-й Баусский латышский стрелковый полк. 8 октября полки дивизии завязали упорные бои под Шарканом, и на следующий день это село было освобождено. Успеху содействовал 2-й батальон Ижевского полка противника, целиком перешедший на сторону Красной Армии. Но в последующие дни, когда пошли ожесточенные бои на реке Сиве, батальон Ижевского полка проявил неустойчивость, сдал свои позиции. Враг захватил штаб, где находился его раненый

48 История Урала в двух томах. . - С. 80 (Н. Павлов (как и Куликов) отсылает к с. 92 данного издания, что не точно).

49 Куликов К.И. Ук. соч. - С. 42.

командир Григорий Иванович Неткачев (Гинет) . На устранение прорыва в линии обороны дивизии были переброшены роты 7-го Баусского полка, которые вернули утраченные позиции и обнаружили ужасающие последствия злодеяний белых. На груди Неткачева белогвардейцы вырезали звезду. Бойцы дивизии три дня отдавали ему почести. Молчаливо прошел мимо гроба и батальон ижев-цев»50. Но вот что интересно: вся эта информация (о переходе «2-го батальона Ижевского полка противника» и вырезанной звезде) почерпнута К.И. Куликовым из дентской художественной книжки51 и ни одним документом - ни воспоминаниями участников событий, ни документами 7-го Латышского стрелкового полка, ни многочисленной перепиской командования Красной армии не подтверждается.

Более того, если бы Н. Заяц удосужился проверить те документы, которые он смело приводит, заимствуя их у К.И Куликова, то он с некоторым удивлением смог бы узнать, что по указанным ссылкам они отсутствуют. Так он заявляет о ситуации с ижевцами на начало декабря 1918 г.: «Г енерал С.Н. Люпов писал, что «ижевцы имеют на руках 5 тыс. винтовок русского образца. Показывают в отчёте 35 пулемётов, но в действительности имеют их больше в три или четыре раза». Сама бригада насчитывала около 8 тыс. человек. Чтобы без шума отнять это оружие, бригаду отвели в тыл как «небоеспособную». С.Н. Люпов договорился с

52

генкваром Западной армии Нарышкиным о разоружении: «Вопрос в одном: как бы вооружение получить. Средств у нас для приведения в исполнение это меры нет. Обычными же мерами, то есть посредством приказа, это не удастся сделать

[15]».

Наш воронежский «знаток» ссылается при этом на фонд ЦГАСА. Ф.39499. Оп.2. Д.154. Л.237-238 и статью в сборнике «Гражданская война в Удмуртии 1918-1919 гг.» с. 159 . Но в указанном фонде (теперь он называется, конечно, несколько по другому, в описи № 2 дела за таким номером нет, а в деле с таким же номером из описи 1 содержится информация никакого отношения к ижевцам не имеющая.

Но и это далеко не все. Характерным примером использования «громкой» информации может служить своеобразное цитирование К.И. Куликовым (а через него и Н.Зайцем) сообщения В.М. Азина о том, как в боях за деревню Б. Уча он и его бойцы «беспощадно рубили как капусту и сжигали» противника. В книге Куликова «В боях за советскую Удмуртию» оно было приведено с точностью до наоборот: будто бы это не Красные азинцы, а ижевские повстанцы рубили и

53

сжигали жителей, выступивших против них .

Итак, в оригинале, который лежит в архиве Азин докладывает (и рядом существуют еще десятки документов подобного содержания):

50 Куликов К.И. Ук. соч. - С. 102.

51 Сбойчаков М. С мандатом Ленина. - Ижевск, 1979. - С. 42.

52 Г енералом- квартирмейстером (Прим. издателя)

53 Куликов К.И. Ук. соч. - С. 122.

«28 Сент.

Срочно

Военно Революционному Совету 2 армии

Доношу что 27 Сентября высланный батальон пехоты и орудие имели бой в деревне Большие Ключи где белые были в составе 2 рот одна из Ижевска рабочие после 2 часоваго боя Большие Ключи были заняты с небольшими потерями для противника в силу того что он обнаружил свою не устойчивость белые разбежались к дер. Большая Уча в которой у них были силы судя по захваченным документам отряд в составе 6 рот под названием Больше Учинский отряд где они встретили нас с боем после полутора часоваго боя белые бежали оставив убитыми человек три ста по направлению Вавож пехота закрепилась в дер. Б. Уча конница преследует бежавших в безпорядке по полю лесу и дороге до дер. Бе-резек убегающие безпорядочно белые потеряли много убитых после чего конница возвратилась в Б. Учу в дер. Б. Уча выпущены нами из заключения Советския работники точка противник из себя представляет банду от 18 до

40 лет население дер. Б. Уча Починок Полянский Жикьинский Шадлун Сунда Уча Токмок все мужчины вооружены были [из] за чего безпощадно с ними расправлялись, рубили как капусту и сжигали точка Дороги прескверные одно конное орудие с трудом доставили до Б. Учи точка У белых связь не на высоте судя потому что две роты бывшие в Б. Ключах выполняли задачу дойти до станции Сюгинская занять ее и закрепившись где они должны были соединиться с отрядом Можгинским под командой поручика Уткина который нами 24 Сентября разбит не голову в Можге точка <...> За вчерашний бой трофеев много отбито походная кухня с обедом и винтовок кавалерийских производства 1918 г. из обыска убитых и канцелярских дел штаба которые я Вам вышлю явствует что патрон у них по 60 на бойца точка Во время боя проявил беззаветную храбрость Политком дивизии Кузьмин который вместе со мной атаковал противника на шашку точка <...>.

Под. Азин

Верно: Делопроизводитель] Ладонин»54.

Совершенно примечательно этот документ, а вернее выделенная выше часть приводится у К.И. Куликова:

«В д. Большая Уча нами выпущены из заключения советские работники. Население д. Большая Уча, Починок, Сунда Уча, Токмок, Вай Уча было вооружено, выступило против ижевцев, в силу чего белые с ними распра-

54 РГВА. - Оп. 1. - Д. 83. - Дело бывшей 2 сводной ныне 28 стрелковой дивизии. С копиями исходящих телеграмм.- Л. 46-46 об., 50-51.

Т е л е г р а м м а

Вятские Поляны

вились беспощадно, рубили как капусту и сжигали»55. В оригинал вставлена фраза «выступило против ижевцев, в силу чего белые с ними расправились беспощадно» и получается, что это уже не Азин и его сподвижники «безпощадно расправлялись, рубили как капусту и сжигали» местных вооружённых мужиков, а ижевские повстанцы.

Ну, и конечно, после подобной «интерпретации» К.И.Куликов делает соответствующий идеологически правильный вывод:

«<...>. С первых же шагов на удмуртской земле Азин увидел, что имеет дело со страшным противником, творящим неслыханные злодеяния.

<...>.

Для того чтобы бороться с таким врагом, нужны были не только сила, упорство и военная отвага, но и доброе слово, голос политработника»56.

*

Таких примеров вольного обращения с источниками у автора «В боях за Советскую Удмуртию» можно привести еще вполне достаточно. Хотя вряд ли можно согласиться с чересчур категоричным общим выводом Н.П. Павлова: «Учитывая, что недоброкачественно выполненный труд в науке приводит к путанице и заблуждениям и тем самым сдерживает развитие науки, а плагиативное произведение <К.И.Куликова> создает ложное представление о вкладе в науку, следовало бы изъять рецензируемую книгу из читательского обращения. Это способствовало бы сохранению истины и справедливости в науке и ограждению

57

ее от влияния наносов» . А так же с тем, что «в рецензируемой книге некоторый научный интерес представляют архивные, использованные автором. Они проливают свет на отдельные события, имевшие место на Восточном фронте гражданской войны»58.

По нашему мнению, сама историческая фактура, найденная и идеологически препарированная К.И. Куликовым, объективно приводит читателя его монографии (возможно, что против воли автора) не только к пониманию необходимости очищения описания событий Ижевско-Воткинского восстания от ряда прежних устоявшихся фантазий, но и обозначает дальнейший путь его дальнейшего изучения. Особенно, что касается описания боев на северных территориях Восстания и первых боев за Ижевск и Воткинск. Иными словами, эту книгу следует прочитать хотя бы для того, чтобы поставить перед собой

59

познавательные вопросы.

55Куликов К.И. Ук. соч. - С. 122. Позднее оно будет пересказано уже в совместном сочинении с П.Н. Дмитриевым:

Дмитриев П.Н., Куликов К.И. Мятеж в Ижевско-Воткинском районе. ... - С. 242

56 Там же.

57 Павлов Н.П. Ук. соч. - С. 283-284.

58 Там же. - С. 251.

59 К слову сказать, К.И.Куликов, бывший деятель Удмуртского обкома КПСС и автор книги, дефекты которой описаны здесь был не краеведом, а «профессиональным» историком. Говорят, что пользуясь своим положением директора Удмуртского института истории он истратил немалые бюджетные средства; известно, что за счёт средств Института он заключал

Но вернемся к нашему автору, Н.Зайцу.

Думаю, что на этом можно и остановиться. Ведь не разбирать же всерьез «новую» хронологию и географию, или, не побоюсь этого слова, хронотоп (и не только) Ижевско-Воткинского восстания, предложенную Н. Зайцем. К примеру, глянем навскидку:

- «<...> 12-го августа командующий 3-й армии Р.И. Берзин узнал о захвате повстанцами пристаней Г ольяны и Г алево <.>

12 августа на Галево был отправлен пароход «Ильинец» с тремя понтонами. Однако к тому времени у воткинцев тоже была своя сила — несколько пушек и флотилия, созданная из захваченных в Галево буксиров и барж»;

Это, действительно, что-то новое в историографии: Воткинск повстанцы взяли 17 августа, но тем не менее каким-то образом до этого, 12 августа они же захватили заводскую пристань Г алево и даже сорганизовали там флотилию с артиллерией!

- «<...> Тем не менее, общая картина была безрадостна. Положение красных становилось всё более угрожающим, так как к началу сентября повстанцы, пользуясь помощью местных добровольцев и антисоветских партизан, достигли пика успехов. На севере они, соединившись со святогорскими восставшими численностью в 150 человек, заняли пристань Галево, поставили под угрозу Глазов и даже овладели ст. Чепца, на короткое время перерезав ж/д Вятка-Пермь, соединявшую 3-ю армию с тылом» 60;

- Каким образом Галево связано со Святогорьем, Глазовом и ст. Чепца не ответит ни один географ, а какие именно отряды ижевцев или воткинцев вышли на три последние участка вообще тайна великая есть, не отраженная ни в одном документе восставших или их противника!61

- «<...> Вторым отрядом командовал уфимский большевик Алексей Чеверев

<...>»62;

- Чеверев всегда был Александром, может быть, в Воронеже нашли метрику с каким-то другим его именем?

- Или село Верблюжье, «найденное» К.И. Куликовым с мемуарах Р. Азарх, но которого никогда не существовало на территории Удмуртии: «Кавразведка выяснила, что деревня Верблюжье, уже оставлена противником»63.

При этом создается устойчивое впечатление, что Н. Заяц часто просто не понимает содержания используемых им источников. Так в главе 9 своего сочинения он утверждает: «Численность Прикамской армии на 28 декабря 1918 г.

договора с архивами и частными лицами, которые собирали для него информацию. В результате он защитил докторскую диссертацию, содержание которой после опубликовал и в виде монографии. (Прим. издателя)

60 http://scepsis. net/library/i d_3350. Ыт1

61 См. статью А.Н.Гончарова о Святогорском восстании в данном сборнике. (Прим. Издателя)

62 (там же)

63 Куликов К.И. В боях за Советскую Удмуртию. - С. 97-98.

*

составляла 8846 человек, не считая артдивизиона», смело ссылаясь на издание «Белая Гвардия», № 5 (М.: «Посев», 2004). Но в журнале ясно сказано, что речь идет только о Воткинской армии. Ни Ижевцев, ни Сарапульцев, которые совместно с воткинцами и составляли Прикамскую армию в этом документе просто нет. Мог бы наш автор обратить внимание, что в цитируемом им «Боевом расписании», присутствуют данные по воткинской артиллерии - 2 трехдюймовых орудия и одно 48-линейное (что соответсвует и данным красной разведки на 20 октября 1918 г.) и внести поправки в заимствованные им у А.А. Каревского ничем не подтвержденные сведения о мощной воткинской артиллерии (см. вы-

\64

ше) .

Что особенно обидно - текст автора этих строк тоже был перевран. Н. Заяц пишет: «Серьёзную роль на первых порах играл и латышский батальон Рейн-фельдса, кстати, наполовину составленный из «вятских» латышей Нолинского уезда. Однако, при всей своей важности, эти части не сыграли ключевой роли <...>[1]»65. Но я просто и со всей свойственной мне ясностью пишу (и по- русски, и по-латышски): «Под командой Рейнфелдса в боях под Ижевском участвовало около 450 латышских стрелков, объединенных в две роты. Но собственно латышскими их можно считать весьма условно. Батальон начал формироваться в Уфе в мае 1918 г. из добровольцев. По подсчетам Рейнфелдса всего к моменту отступления из Уфы в батальоне было «160-170 пехотинцев и 25 кавалеристов». А вот дальше происходит весьма интересное - под Бирском батальон увеличивается более чем в два раза. И совсем не за счет латышей. Как пишет сам Рейнфелдс: «Большая часть их них были мадьяры - пленные империалистической войны. . В нашем батальоне были также немцы, австрийцы, турки и китайцы. Когда уходили из Бирска в латышском стрелковом батальоне было 436 человек» («Leela dala no teem bija madjari - imperialistiska kara güztekni... . Müsu bataljona eestajas ari waceesi, auztreesi, turki un kineezhesi. Kad izbraucam no Birz-kas latvju strelneeku bataljona bij 436 cilweki»)66.

И напоследок, ещё о мощных дедуктивных способностях воронежского специалиста по Ижевско-Воткинским делам. В сборнике документов «Директивы командования фронтов Красной Армии» (1917-1922) ему, очевидно, попался документ, в котором он прочитал следующее: «Имейте в виду, что от быстроты и решительности ваших действий зависит размер нашего общего успеха на всем фронте. Не обращайте внимания на ижевско-воткинский район — там пусть действуют те отряды, которые уже туда были назначены» [6]67.

64 http://scepsis.net/library/id 3347.html# ftnrefl

65 http://scepsis.net/library/id 3353.html

66 Латышские стрелки и подавление Ижевского антибольшевистского восстания. // Вестник Российского Университета Дружбы народов». Серия: История России. - М. 2011, № 4.

- с. 40-48. - С. 43

http://www.hse.ru/data/2012/01/30/1264148059/История%20России,%202011,%20No.%204.

67 http://scepsis.net/library/id 3351.html#a6

«Директивы командования фронтов Красной Армии (1917-1922)». - М.: Воениздат, 1971.

- T.I. - С.441-442.

Из этого им был сделан вывод: «Эти строки, кстати сказать, опровергают ныне распространенные заблуждения, будто Ижевское восстание приковало к себе внимание всего военного и политического руководства республики, для которого якобы было делом чести разгромить «восставших рабочих». Несмотря на масштабы, Ижевское восстание всегда было для красного командования задачей второстепенной: оно разрушило связь между 2-й и 3-й армией, создавая угрозу объединения войск североуральского фронта с северными интервентами, а также оттянуло на себя часть войск из-под Казани, чем способствовало взятию города войсками Самарского Комуча. Однако в стратегическом плане восстание мало что решало. Во время мятежа командование фронта гораздо больше беспокоило состояние фронта под Казанью, а после — под Пермью, где создалось куда более грозное положение: изнуренная 3-я армия, с трудом получающая пополнения, с колоссальной убылью личного состава, едва сдерживала натиск: только 30 октября против неё действовало около 32,5 тыс. свежих частей белых и чехословаков».

Как говорил один мультяшный персонаж: «Мощно задвинул, внушАить!».

Только вот мощь эта сразу же рассыпается перед, мягко говоря, продуманностью и дерзостью этого вывода. Первое: как могло Ижевское восстание оттянуть «на себя часть войск из-под Казани, чем способствовало взятию города войсками Самарского Комуча», если Казань чехами и Каппелем была взята раньше начала Восстания? Второе: причем тут 30 октября, если документ, отрывок из которого цитируется Н. Зайцам, был принят 19 сентября 1918 г. и содержит указания командованию 2-й армии «об овладении Сарапулом и наступлении на Екатеринбург». Но первое - до подавления Ижевско-Воткинского восстания задача продвижения за Каму больше не ставилась и второе - вслед за этим распоряжением последовал еще ряд противоречивых приказов. В ответ на этот поток распоряжений руководство 2-й армии было даже вынуждено попросить свое высшее военное руководство определиться с последовательностью и иерархией задач:

«Донесение командования армии Г лавкому с просьбой об уточнении задач армии и района действий68 № 0174 4 октября 1918 г.

В течение последних 10 дней штаб армии получил ряд оперативных приказании:

1) Подавить ижевско-воткинское восстание и затем двигаться на Уфу (телеграмма Главкома 18 сентября № 0814)69.

2) Двигаться на Сарапул и далее на восток по линии железной дороги Сарапул — Екатеринбург, не обращая внимания на ижевско-воткинский район (телеграмма

68 Копия донесения была направлена командующему Восточным фронтом (РГВА. - Ф. 106.

- Оп. 3. - Д. 26. - Л. 70).

69 Этот документ пока найти не удалось, но стоит обратить внимание, что принят он был за день до документа, который так впечатлил Н. Зайца.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Главкома 19 сентября № 0830).

3) Овладеть устьем р. Белой и мензелинским районом, после чего направить все силы на Сарапул, Красноуфимск, в тыл противнику, оперирующему против правого фланга 3 армии (телеграмма Главкома 24 сентября №2 0948).

4) Покончить с ижевской авантюрой, дабы в самое ближайшее время освободить всю 2 армию для решительного наступления на Уфу (телеграмма Главкома 30 сентября № 0114).

Таким образом, в короткое время армии ставились различные задачи и в настоящее время нет уверенности, что последнее из перечисленных 4-х приказание является окончательным.

Между тем для армии крайне необходимо заблаговременно узнать, в каком направлении ей предстоит действовать, чтобы изучить район, двинуть туда агитаторов и агентов контрразведки и чтобы подготовить соответствующие средства передвижения, так как средства передвижения, требующиеся для одного направления (вдоль железной дороги), совершенно непригодны для другого (водою).

Ввиду изложенного прошу не отказать в указании армии и боевой задачи, и границ района, в котором ей предстоит действовать.

Командарм Шорин Политкомы П. Штернберг,

С. Гусев

Наштарм Н. Семенов»70

Пока, наконец, не было принято окончательное решение по Ижевску и Вот-кинску:

«Доклад Главного командования Ленину, Свердлову и Реввоенсовету республики о стратегическом положении Советской республики и задачах Красной армии

№ 071018, Арзамас 7 октября 1918 г.

<.. > Из всех задач Восточного фронта наиболее важными являются задачи 2 армии по подавлению мятежа в ижевско-воткинском районе, где противник сосредоточил значительные силы. По ликвидации этого мятежа вся 2 армия может быть брошена в направлении на Екатеринбург и Челябинск, что несомненно закрепит наше положение на Урале и в Западной Сибири.

Обстоятельства, разыгрывающиеся в ижевско-воткинском районе, обязывают нас обратить на этот район особое внимание: борьба в ижев-ско-воткинском районе носит своеобразный характер. Против этого района с нашей стороны сосредоточены более 10 тысяч войск, однако заметного успеха не видно. Причиной этому явлению, по моему убеждению, служит то обстоятельство, что политическая агитация, бросаемая нами в сторону противника в лице единичных агитаторов, слишком ничтожна, чтобы разложить рабочую

70 РГВА. - Ф. 106. - Оп. 3. - Д. 26. - Л. 69. Подлинник.

массу, из каковой исключительно состоят формирования ижевско-воткинских мятежников.

Вообще агитаторская деятельность коммунистов на фронте последнее время сильно ослабела, а между тем наши армии еще не настолько окрепли в принципах дисциплины и успехи наши еще не настолько решительны, чтобы почивать на лаврах. Кроме того, ижевский и воткинский заводы нам нужны, как заводы, изготовляющие патроны, снаряды и винтовки, в чем мы очень нуждаемся. Поэтому является крайне необходимым в ближайшие дни оживить агитаторскую деятельность в ижевско-воткинском районе, доведя ее напряжение до того напряжения, которое имело место под Казанью. <...>.

Главнокомандующий

Всеми вооруженными

силами Республики Вацетис

Член Революционного военного совета

71

Республики Данишевский» .

Но еще до этого началась переброска на Ижевско-Воткинское направление живой силы и тяжелого вооружения в серьезных масштабах (вплоть до сотен химических снарядов). И шла она вплоть до падения Ижевска и даже по инерции

72

после него .

*

Как ни парадоксально, но заключительный пассаж воронежского историка отражает истинное положение дел в плане изученности Восстания (и пусть простят меня за это П.Н. Дмитриев, К.И. Куликов и др.): «Неудивительно, что точка зрения на Ижевское восстание со стороны «правопреемников» правого толка отличается от реальной (т.е. точки зрения Н. Зайца! - Е.Р.). Внимательное изучение истории восстания и последующих событий не подтверждает этих суждений».

Вместе с тем, мы наглядно разобрали выше, какое «внимательное изучение истории восстания» предложил сам Н. Заяц. А ещё 250 лет назад, когда создавалась современная историческая наука, великий шотландец Дэвид Юм и его единомышленники высказали мысль о том, что история должна быть не менее точной наукой, чем математика. Для того, чтобы этого достичь, она должна опираться на поверенные документами факты и, также хорошо проверенные, воспоминания участников событий. Мы же показали, что в работах

73

Н.Зайца читателю была предложена почти сплошная компиляция и плагиат, а местами и совершенно фантазийная туфта; причем всё это было откровенно плохо «сшито». Резонно возникает вопрос, а стоило ли нам так подробно разбирать это сочинение и волей-неволей увеличивать число его читателей? Ду-

71 РГВА. - Ф. 6. - Оп. 10. - Д. 147. - Л. 19-25; Ф. 33987. - Оп. 1. - Д. 39. - Л. 46.

72 Этот процесс гораздо более подробно разбирается и описывается в находящейся уже в типографии монографии: Ренев Е.Г. Красная армия против Ижевского восстания. Осень 1918 года. - Ижевск: Изд-во ИжГТУ., 2013.

73 Как и его предшественника К.И.Куликова (Прим. издателя).

мается, что стоило, ибо данный разбор может иметь, по меньшей мере, 3 полезных результата:

Во-первых, по неизвестной причине именно разобранное выше сочинение стало основным источником для статьи «Ижевско-Воткинское восстание» в «Википедии». И творения названного автора, подобные этому, продолжают появляться в интернете. Поэтому мы сочли необходимым предостеречь пользователей Интернета от «употребления» низкокачественного продукта.

Во-вторых, в результате этого разбора, мы попытались, в основных чертах, обрисовать читателю один из аспектов Восстания, а именно, дать объективную и основанную на источниках версию истории создания Народной армии.

В-третьих, мы излагаем сложившееся в среде местных историков коллективное мнение о том, чего, собственно, «стоит» воронежский писатель Н. Заяц с его претензией на представление «новаторской» картины Восстания. С одной стороны, конечно, всем нам приятно, что Ижевско-Воткинской историей интересуются люди далеко за пределами Удмуртии. Но многие озвученные здесь аргументированные замечания мы неоднократно высказывали данному автору в ходе дискуссии на портале «Ижевские архетипы», а он их в резкой форме и довольно высокомерно отвергал, даже не пытаясь разобраться по существу. Кроме того, как показано выше, по факту, он популяризирует пропагандистскую поделку К.И. Куликова двадцатилетней давности; он сам же называет её мифологизацией, но обильно цитирует, даже не пытаясь проверить изложенный там материал. Вместе с тем, ни архивные документы, ни самые свежие публикации по тематике Восстания, в том числе и статьи местных краеведов, Н.Зайцу остаются неведомы. Таким образом, сам Н.Заяц ничего нового в истории Восстания не открыл, а своей негативной оценкой краеведов Удмуртии лишь бросил тень тех, кто самоотверженно тратит своё личное время и средства на пропаганду нашего исторического наследия.

Поэтому нам остается лишь поставить точку в разговоре с этим человеком, приведя слова одного из шолоховских литературных персонажей, несколько их переиначив: «Рано вам, Николай, таких мудрых стариков, как наши краеведы учить! Не грех бы и самому поучиться. ».

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.