Научная статья на тему 'Новожилов Михаил Галактионович (1911-1997). К 100-летию со дня рождения'

Новожилов Михаил Галактионович (1911-1997). К 100-летию со дня рождения Текст научной статьи по специальности «Народное образование. Педагогика»

CC BY
58
4
Поделиться

Текст научной работы на тему «Новожилов Михаил Галактионович (1911-1997). К 100-летию со дня рождения»

К 100-летию со дня рождения

НОВОЖИЛОВ МИХАИЛ ГАЛАКТИОНОВИЧ (1911 - 1997)

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ УЧЕНИКА ОБ УЧИТЕЛЕ

Осенью 1944 года, когда война уже подходила к концу и все ждали наступления победы, весь наш 9-1 класс разошелся на подготовительные отделения свердловских вузов, чтобы за полгода ускоренной подготовки пройти программу 10-го класса и с начала марта следующего года поступить на 1-й курс. И хотя мы не имели никакого представления о горном деле, но многие направились в Горный институт, который находился рядом со школой. Вероятно, сыграло роль и то обстоятельство, что в это весьма нелегкое голодное время в Горном институте, принадлежавшем богатому Министерству угольной промышленности, хоть немного, но «подпитывали» своих студентов

Весной 1948 года, когда доцент М. Г. Новожилов начал читать нашей группе курс лекций по открытой разработке, я уже считгл себя бывалым горняком, так как после 3-го курса проработал два месяца горным мастером на угольной шахте в тресте «Челябуголь» и был уверен, что через 2-3 года буду начальником участка, а затем пойду выше. В те времена это был обычный путь выпускника горного вуза.

К учебе я на первых порах относился довольно прохладно, но после практики, посте тяжелой и ответственной работы в лаве при разработке полог ого пласта мощностью 1,2 м взялся за ум и начал заниматься серьезно. Туг как раз подоспели лекции Михаила Галактио-новича по открытой разработке, которые кардинально изменила мое отношение к изуче-

нию горного дела. Лекции М. Г. были настолько интересны, а материал подавался в таком виде, что я (вероятно, впервые за время учебы в институте) записал их все. Конспект этих лекций, единственный сохранившийся у меня до сих пор, представляет интерес и сейчас, хотя записан почти 60 лет назад. Он представляет собой общую тетрадь с подшитыми дополнительными листами, в которой плотно, мелким, но разборчивым почерком, почти без полей, записаны 94 страницы (размером 16x19 см).

Просматривая этот конспект сейчас как преподаватель с большим стажем, я понимаю насколько М. I". владел как теорией, так и практикой открытой разработки месторождс-ний полезных ископаемых не только отечественной, а, пожалуй, больше зарубежной. Прослеживаются продуманный методический подход к изложению материала курса, четкая его структура. Почти на каждой странице встречаются рисунки и таблицы, котсрые М. Г. выполнял мелом на аудиторной доске и которые вместе с цифровыми данными в тексте представляли большой объем информации, всесторонне и достаточно полно освещающей открытые горные работы в нашей стране и за рубежом. Обращают на себя внимание самые новые для того времени сведения о технике и технологии открытых разработок. Например, детально излагался способ отвалообразовгння (инж. М П. Тутояя) с применением одноковшовых экскаваторов, который в это время впервые в практике был применен на Баже-

новекнх асбестовых карьерах, приводилась техническая характеристика З-кубокогоэкскаватора, выпуск которого только что состояла! ни Уралмаипаводе. и г. п. В конспекте мало формул, но таков был научный уровень теории открытого способа в го время.

Прослушав курс лекннП М. Г., ч решил пройти следующую производственную прак-ткку на открытых работах и с большим трудом добился разрешении на свое»« выпускающей кафедре, на которой открытые разработки были не в чести и считались чем-то прими I ив-ным. не требующим квалифицированных горных инженеров. Зав. кафедрой I». Д. Стойл ок, который был непререкаемым авторитетом у студентов (интеллигент еще старого воспитания. к студентам обращался только на «Вы», .1 с 5-го курса - по имени-отчеству), в стгвст на мою просьбу не только скачал категоричное «нет», но в I иевс накричал на меня (что было необычно), возмутившись. 1сак это я, подав>-шин надежды сам добровольно хочу испортить свою карьеру настоящего горного инженера.

И все-таки я после нескольких попыток настоял па своем и в лскабрс 1948 г. оказало па добычном разрезе треста «Вахрушевугачь». Стояли сильные 40-1 радусныс морозы и. на первый в илял, в разрезе, окутанном туманом. |рудно было увидел, гу красогу технологии открытых разработок, впечатление о которых создавалось после лекций М. I По «не иовезлО. может быть, потому, »по я был чуть ли не первым студентом-нрзктнкантом появившимся пп этом разрезе, а может быть, п 01 ому, что я появился и невиданной до сей порь| форме студента-горняка с золотыми погонами Начальник разреза сделал меня своим поручением. хотя такая должность не предусматривалась штатом. Я должен бы.-каждый день с утра быть на наряде, а загсл изучать поочередно все горные участки, цеха, вее процессы разреза и по каждому объекту делать описание со своими замечаниями предложениями. Па каждое звено отводилась неделя, а в суббспу я отчитывался на наряде вместе с начальником изучаемого участка. По существу это была хитя и простейшая, но первая фала «юбипт исследования-сбор материалов, сччг анализ, оценка. Кроме того, мне приходилось выполнять еще немало всяких поручений. так что так иди иначе л вникал почт ис

все процессы производства, функции крапления. планирования и экономику и г i.. и нередко сравнивал эту информацию с теми знаниями. когх>рые получил «та лекциях М. I

Следующий эпизод в моей жизни, связанный с М. Г.. - это аспирантура, в которую я поступил в 1951 г. па кафедру PILM. Фактичес-кн моим научным руководителем стал М. Г который хоть и был преподавателем друюй кафедры, но и институте был единственным специалистом по открытым рзбогам. Когда я написал первый вариант диссертации и представил его М Г . он одобрил его в основном, но забраковал стинь изложения: «У Вас не научная работа, а поэма в прозе Должен бык, научно-технический язык Стиль надо отработать. Возьмите учебник JI Д Шевякова - он хороший стилист - и перепишите его вес», от р\т<и. а затем перепиши те диссертацию».

Пришлось мне »тим заняться. Правда, переписал я не весь учебник, a голько пример-но страниц 200). по и этого оказалось достаточно, "hor урок Михаила Галактоновича который я вначале воспринял, конечно, без Э1ггузиазма, оказался весьма полетным для меня на всю дальнейшую жи ми».

На защите моей диссертации M.I не был. но я, прежде всего как его ученик, оказался объектом жесткой критики. В бурной дискуссии выступило 19 человек За некоторые смелые потому времени выводы и рекомендации, например, за предложение пересмотреть устаревшие нормы безопасных скоростей карьерного автотранспорта один из выступавших требовал снять диссертацию с зашиты.

Вскоре М. Г организовал кафсору открытой разработки и поручил мне подготовить и прочитать курс «Основы проектирования карьеров».

К сожалению, кафедра просуществовала недолго, так как М Г. был ннзнвчен директором Магнитогорского торно-мстал .чу рг-ичес кого института, а позднее переехал в Днепропетровск, где также организовал кафедру открытой разработки.

Однако основы научною направления по глубоким карьерам, заложенные М. Г.. на Урале остались и после восстановления кафиры в 1958 г. были реализованы в ряде хозтем. выполненных для 1>аженовскнх асбестовых карьеров. ССТОКа. Якут алмаза, Сибайского

меднорудного карьера и ряда других. Они нашли отражение в диссертациях (на кафедре РМОС к 2003 г. защищено 60 кандидатских и 6 докторских диссертаций) и в определенной степени сохраняются до сих пор. Например, в 1997 и 1999 гг. защищены две докторские диссертации по проблемам глубоких карьеров (С. В. Корнилковым и Ю. И. Лелем).

Идея скипового транспорта из глубоких карьеров, развитая в докторской диссертации М. Г., была реализована при участии кафедры. В 1972 г. на Сибайском карьере вступил в эксплуатацию 40-тонный скиповой подъемник, который проработал с большим эффектом более 25 лет.

После отъезда М. Г. в Днепропетровск наши встречи с ним были нечастыми, но переписка не прерывалась. Это были не только поздравительные открытки и письма к каким-то датам и юбилеям, но и обсуждение научных и учебно-методических вопросов. У нас были иногда разные оценки, разные взгляды, например, по классификациям систем разработки, разное отношение к научным трудам Л. И. Ар-сснтьева и В. В. Ржевского и др. Эти расхождения были также предметом переписки.

Тем не менее наши дружеские отношения (ученика и учителя) не прерывались. М. Г.

приглашал меня в качестве соавтора его учебников. По поручению Учебно-методическогс управления Минвуза мы совместно разрабатывали проекты учебных планов, встречались на конференциях и научных семинарах, которые тогда проходили довольно часто. Всякий раз. когда дела приводили меня на Украину, я был рад побывать у М. Г. на кафедре и в его гостеприимном доме. Наши беседы нередко затягивались надолго. Они были интересны и полезны нам обоим.

Однажды М. Г. повез показать мне одно из своих любимых детищ - комплекс ЦПТ в Кривом Роге, в другой раз он организовал незабываемую для меня поездку вместе с Г. Пчслкиным по карьерам Западной Украины. Иногда я приезжал не один, а со своими сотрудниками, и все мы оказывались гостями за его столом и его супруги, Ольги Алексеевны.

Михаила Галактионовича помнят на созданной им кафедре разработки месторождений открытым способом. Его высокие заслуги ценит горная общественность Урала. Он внесен в раздел «Выдающиеся деятели горного дела» первого тома Уральской горной энциклопедии, его характеристика приведена в биографическом справочнике «Профессора Уральской государственной горно-геологической академии».

В. С. Хохряков,

профессор, доктор технических наук, лауреат Государственной премии СССР, заслуженный деятель наукн и техники РСФСР, почетный член Российской академии естественных наук, почетный профессор Уральской государственной горно-геологической академии.

главный редактор «Уральской горной энциклопедии»

Сентябрь 2005 г.. г Екатеринбург