лительных медиаторов и подавлением провоспалитель-ных, цитотоксических цитокинов. При неблагоприятных исходах ЛК наблюдалось усугубление нарушений в ци-токиновом статусе, отражавшее нарастающий дисбаланс иммунорегуляторных факторов.
Сквозные ранения выделялись максимальным повышением местной и системной продукции провоспа-лительного, цитотоксического ФНО и, в меньшей степени, — ИЛ-1. Определение ФНО оказалось информативным тестом при прогнозировании грубого рубцевания роговицы, посттравматических увеитов, а также при назначении и контроле иммунотропного лечения, в частности — с помощью комплекса аутологичных иммуномедиаторов, выделенных из крови пациента.
Ожоги глаза характеризовались доминированием системных сдвигов (подъемом в СК уровня ИЛ-1 и, реже, ФНО; снижением ИФН- а) с первых дней до 6-12 месяцев (срок наблюдения) и непродолжительным выявлением ИЛ-1 (реже — ФНО) в СЖ (пик—на 2-3-й неделе). При кератопластике послеожоговых бельм накопление ИЛ-1 и ФНО в СК или СЖ значительно повышало риск отторжений трансплантата (р<0.02). При традиционном лечении добиться нормализации цитокинового статуса у больных со свежими ожогами и перенесших кератопластику практически не удавалось. Оптимизирующий эффект наблюдался при использовании ИМУ НОФАНА или комплекса гетерологичных (свиных) цитокинов.
При контузиях глаза сдвиги в цитокиновом статусе были, в целом, менее выраженными и расценивались как адаптационный, компенсаторный ответ при травмах средней тяжести (умеренное, непродолжительное повышение уровней ИЛ-1, ИФН-а) и как состояние “безмол-ствующего” иммунитета, характерное для выраженных стрессов; при особо тяжелых контузиях. Исходя из этого, представляется целесообразным применение при тяжелых контузиях глаза препаратов, направленных на умеренную стимуляцию иммунорегуляторных, анти-пролиферативных медиаторов.
Активные эндогенные увеиты характеризовались накоплением в СК ФНО и стимулируемого им ИЛ-1, а также обнаружением ФНО в СЖ. В период ремиссии выявлялся только ФНО-а и только в СК, причем значительно реже (р<0.02). Максимальные уровни обоих цитокинов отмечались при обострении двусторонних панувеитов (р<0.05). При генерализованных и задних увеитах наблюдался также подъем уровня ИФН-а в СЖ (р<0.05). При кератоуве-итах содержание ИФН-а в СЖ было, напротив, снижено. Установлено патогенетическое значение гиперпродукции ФНО и ИЛ-1 (системной) и ИФН-а (местной) при генерализации и билатеризации увеита.
Наименее изучен вопрос о роли цитокинов при глаукоме. В этой группе обнаружено значительное снижение уровня латентного и активного ТФР в СК (р<0.01) и активного—в СЖ (р<0.02); самые низкие уровни ТФР отмечались при неблагоприятных исходах антиглауко-матозных операций. Обнаружено также ослабление системной продукции ИФН-а, что, в целом, свидетельству-
ет о патогенетическом значении дефицита антипроли-феративных медиаторов при глаукоме.
Заключение: особенности нарушений цитокинового статуса, в целом, весьма вариабельные при разных нозологических формах офтальмологии, позволяют определить патогенетически значимые факторы, что имеет важное значение для углубления понимания механизмов развития отдельного заболевания, прогнозирования его течения, контроля лечения и обоснования применения иммуноорригирующих препаратов, включая собственно цитокинотерапию.
Некоторые показатели системного и местного иммунитета у часто болеющих детей
Слатинова О.В., Фошина Е.П., Сходова С. А.,
Курбатова Е.А., Красноирошина Л.И.
Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток им. И. И. Мечникова РАМН Москва, Россия
Проведено обследование группы часто болеющих детей (20 человек) в возрасте от4 до 12 лете целью выявления характерных отклонений в иммунологических показателях у данной категории больных.
К часто болеющим были отнесены дети с заболеваемостью ОРВИ и простудными заболеваниями от 5 раз в году и чаще. В ходе обследования у пациентов определяли популяционный и субпопуляционный состав лимфоцитов периферической крови методом проточной цитофлуориметрии с использованием моноклональных антител, а также концентрацию иммуноглобулинов классов А, М, в в сыворотке крови и уровень секреторного 1цА (з1цА), и 1§А в слюне методом РИД в модификации Е.В. Чернохвостовой. Для определения уровня sIgA в секретах использовалась моноспецифическая сыворотка к секреторному компоненту (БС), для определения уровня общего ^А - моноспецифическая сыворотка к тяжелым цепям молекулы.
Среди обследуемых пациентов только у двоих человек не было выявлено никаких отклонений в оцениваемых нами иммунологических параметрах.
Около 46% часто болеющих детей имели выраженное снижение уровня Т-лимфоцитов — главным образом, за счет снижения количества клеток, несущих маркер СД4+ (Т-хелперы). В обследуемой группе этот показатель определялся на уровне 26,40±0,97% при границах нормы для здоровых людей 34+46%. Отклонений в количестве В-лимфоцитов (СД72+) и ЫК-клеток (СД16*) отмечено не было. В единичных случаях определялась высокая концентрация и 1§М в сыворотке крови, что, по-видимому, связано с постоянно возобновляющимися инфекционными воспалительными процессами. У некоторых из пациентов, имеющих снижение количества СД4+-лимфоцитов, отмечен невысокий уровень ^А (до 0,8 мг/мл).
Довольно показательными, на наш взгляд, были данные, характеризующие местную иммунологическую реактивность слизистой носоглотки. Примерно 75% обследованных нами больных детей имели статистически достоверно более низкие значения содержания в слюне, чем здоровые. Если для последних этот показатель составил 168,00±25,08 мкг/мл, то для часто болеющих детей он был на уровне 37,25±3,76 мкг/мл (различия достоверны, р<0,01). В ряде случаев, одновременно с низкими значениями концентрации б^А в слюне, регистрировались низкие значения концентрации общего ^А. При этом около 35% больных изо всех наблюдаемых нами пациентов имели высокий уровень ДО в слюне (свыше 50 мкг/мл), что, скорее всего, также связано с постоянными инфекционными воспалительными процессами, протекающими у таких пациентов преимущественно в носоглотке.
Полученные результаты, как нам кажется, подтверждают значительную роль б^А в осуществлении барьерной функции слизистой носоглотки от различных патогенных агентов. При снижении концентрации этого компонента в слюне, по-видимому, не обеспечивается необходимый уровень защиты от микроорганизмов, что и приводит к высокой частоте заболеваемости таких детей. Примерно в половине случаев состояние таких больных может осложняться недостаточность^ функций Т-хелперов, что связано с их пониженным содержанием в периферической крови. Высокий уровень ДО в слюне может служить диагностическим критерием наличия хронического воспалительного процесса в носоглотке.
Иммуномодулирующие свойства трофобластического р-гликопротеида при гестозе беременных и синдроме задержки развития плода
Сотникова Н.Ю., Посисеева Л.В., Панова И.Д., Кудряшова А.В., Крошкнна Н.В., Филипова Н.Ю.
Научно-исследовательский институт материнства и детства им. В. Н.Городкова М3 РФ Иваново, Россия
Значительную роль в регуляции локального иммунного ответа на плацентарном уровне играет трофоблас-тический-Р 1 -пшкопротеид (ТБГ). Полученные ранее данные показали, что уровень гликопротеида и содержание иммунокомпетентных клеток с рецепторами к ТБГ в плаценте и в периферической крови коррелирует с развитием гестоза и перинатальной патологии. В связи с этим целью проводимого исследования было изучить особенности воздействия ТБГ на маркеры различных этапов активации децидуальных лимфоцитов в норме, при гестозе беременных и синдроме задержки развития плода (СЗРП). Выделенные безферментативным методом лимфоциты децидуальной оболочки плаценты подвергались 1 -часовому воздействию препарата ТБГ. Оцен-
ка изменений показателей активации лимфоцитов осуществлялась через 24 часа методом проточной цитоф-люориметрии. Было установлено, что развитие гестоза сопровождалось достоверным снижением в децидуальной оболочке уровня НЬА-ОИЛ С095* и СБ71+ лимфоцитов, причем содержание С025* клеток не отличается от параметров при физиологическом течении беременности. Однако при рождении ребенка с диагнозом СЗРП гестоз не вызывал аналогичных изменений, все изучаемые параметры соответствовали нормативным. При неосложненном течении беременности воздействие ТБГ приводило к снижению уровня С071 * и НЬЛ-ОЯ* лимфоцитов, а также к увеличению популяции СБ95* клеток. Лимфоциты децидуальной оболочки при гестозе, независимо от формирования патологии плода, реагировали на воздействие ТБГ однотипно, но при СЗРП характер изменений был более выраженным. Как и при неосложненном течении беременности, ТБГ снижал уровень СЭ71+ клеток и не влиял на содержание С025" лимфоцитов. Количество НЬА-ОЯ позитивных лимфоцитов при гестозе и при СЗРП под воздействием ТБГ возрастало, а уровень С095* лимфоцитов не изменялся. Вероятно, иммуносупрессорные свойства ТБГ определяются его воздействием на этап поздней активации и апоптоза клеток. Выявленное отличие в действии ТБГ при гестозе беременных и СЗРП может быть обусловлено гипоактивацией лимфоцитов децидуальной оболочки при патологии, нарушением стадий клеточного цикла и рецепции гликопротеида.
Особенности активации лимфоцитов на системном и локальном уровнях у женщин с внутренним эндометриозом
Сотникова Н.Ю., Соловьева Т. А., Анциферова Ю.С., Букина Е.А.
Научно-исследовательский институт метеринства и детства им. В.Н. Городкова Иваново, Россия
Целью работы было провести сравнительный анализ экспрессии активационных маркеров лимфоцитами периферической крови и функционального слоя эндометрия в позднюю секреторную фазу у женщин с внутренним эндометриозом тела матки. Экспрессию активационных маркеров оценивали с помощью набора мАТ (МедБиоСпектр, Москва) методом двухцветной проточной цитофлюориметрии.
Было установлено, что в периферической крови женщин с эндометриозом усиливалась экспрессия С071 * и НЬА-ОЯ+ молекул в общей популяции лимфоцитов, и повышалось количество СБЗ+КЬА-ОК+ и СЕ)4+С071+ клеток по сравнению с аналогичными показателями здоровых женщин. В то же время, уровень экспрессии Баз антигена был снижен как в популяции С04+, так и в популяции С08+лимфоцитов. Одновременно отмечалось угнетение экспрессии молекулы СОНЬ и уменьшение