Научная статья на тему 'НАРУШЕНИЕ ПРАВ РОССИЙСКИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ В УРЯНХАЕ НАЧАЛА XX В. В ЗАПИСКАХ И.Я. КОРОСТОВЦА (К ПРЕДЫСТОРИИ "УРЯНХАЙСКОГО ВОПРОСА")'

НАРУШЕНИЕ ПРАВ РОССИЙСКИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ В УРЯНХАЕ НАЧАЛА XX В. В ЗАПИСКАХ И.Я. КОРОСТОВЦА (К ПРЕДЫСТОРИИ "УРЯНХАЙСКОГО ВОПРОСА") Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
29
14
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Modern oriental studies
Область наук
Ключевые слова
РУССКО-КИТАЙСКИЕ ОТНОШЕНИЯ / РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ / ИМПЕРИЯ ЦИН / УРЯНХАЙСКИЙ КРАЙ / МОНГОЛИЯ В НАЧАЛЕ XX В / И.Я. КОРОСТОВЕЦ / ПРАВО МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Почекаев Роман Юлианович

В статье анализируются дипломатические записки российского дипломата и востоковеда И.Я. Коростовца посвященные проблеме притеснения российских предпринимателей цинскими властями в Урянхайском крае в конце 1900-х гг. В контексте сложного и противоречивого развития отношений Российской и Цинской империй в начале XX в. эти события, по сути стали отправной точкой для постановки так называемого «Урянхайского вопроса», т.е. проблемы принадлежности Урянхайского края (Тувы). Приступив к решению этой проблемы с попыток восстановления нарушенных прав российских торговцев и промышленников, И.Я. Коростовец в дальнейшем сосредоточился на необходимости укрепления влияния Российской империи в регионе в целом и, к тому же, возможностях использования его противоречивого правового статуса, не урегулированного международными соглашениями в качестве дополнительного инструмента дипломатического давления на империю Цин, в т.ч. в вопросах, не связанных непосредственно с российскими интересами в Урянхайском крае. Основу исследования составил анализ архивных и опубликованных документов - депеш и писем И.Я. Коростовца, занимавшего в то время пост российского посла в Пекине, однако уже тогда активно интересовавшегося глобальной проблемой взаимоотношений России, Китая и Монголии. Предложения И.Я. Коростовца, вызвавшие интерес и в значительной степени поддержку российских властей, способствовали не только возникновению (и в скором времени решению) «Урянхайского вопроса», но и отразили более широкую панораму политики империи Цин в Монголии и других северных регионах во второй половине 1900-х гг., а также акцентировали внимание на слабых сторонах российской политики в отношении империи Цин в рассматриваемый период

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

BREACH OF RIGHTS OF RUSSIAN BUSINESSMEN IN THE URYANKHAI REGION OF THE BEGINNING OF THE 20TH CENTURY IN REPORTS OF I.YA. KOROSTOVETS (ON THE PREHISTORY OF THE “URYANKHAI QUESTION”)

The article is an analysis of diplomatic notes of I.Ya. Korostovets, Russian diplomat and orientalist, devoted to the problem of oppression of Russian businessmen in the Uryankhai Region by Qing authorities at the end of 1900s. Within the context of intricate and controversial Russian-Chienese relations during this time this problem became a starting point in the development of so called “Uryankhai question”, i.e., problem of affiliation of Uryankhai Region (Tuva). Korostovets decided to solve this problem by attempts of restoration of broken rights of Russian businessmen, but soon he concentrated on the necessity of further strengthening of Russian positions in the region in general as well as on possibilities of using the “question” as an instrument of diplomatic pressure on the Qing Empire including aspects which were not connected with the Russian interests in the Uryankhai Region. The base of the research archival and published documents - dispatches and letters of I.Ya. Korostovets who was a Russian ambassador in Beijing this time but already was deeply interested in the global problem of relations between Russia, China and Mongolia. The propositions of I.Ya. Korostovets were interesting for Russian authorities and later substantially contributed to formation (and soon decision) of the “Uryankhai question”. At the same time they accentuated the problems of Russian policy towards the Qing Empire at the second half of 1900s as well as covered the Qing policy in Mongolia and other northern imperial regions this time.

Текст научной работы на тему «НАРУШЕНИЕ ПРАВ РОССИЙСКИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ В УРЯНХАЕ НАЧАЛА XX В. В ЗАПИСКАХ И.Я. КОРОСТОВЦА (К ПРЕДЫСТОРИИ "УРЯНХАЙСКОГО ВОПРОСА")»

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU / УДК 94(510.4)

Breach of rights of Russian businessmen in the Uryankhai region of the beginning of the 20th century in reports of I.Ya. Korostovets (on the prehistory of the "Uryankhai question")

Нарушение прав российских предпринимателей в Урянхае начала XX в. в записках И.Я. Коростовца (к предыстории «Урянхайского вопроса»)

Почекаев Роман Юлианович

Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

rpochekaev@hse.ru DOl 10.24412/2686-9675-4-2021-549-562

АННОТАЦИЯ

В статье анализируются дипломатические записки российского дипломата и востоковеда И.Я. Коростовца посвященные проблеме притеснения россииских предпринимателеи цинскими властями в Урянхаиском крае в конце 1900-х гг. В контексте сложного и противоречивого развития отношении Россиискои и Цинскои империи в начале XX в. эти события, по сути стали отправнои точкои для постановки так называемого «Урянхаиского вопроса», т.е. проблемы принадлежности Урянхаиского края (Тувы). Приступив к решению этои проблемы с попыток восстановления нарушенных прав россииских торговцев и промышленников, И.Я. Коростовец в дальнеишем сосредоточился на необходимости укрепления влияния Россиискои империи в регионе в целом и, к тому же, возможностях использования его противоречивого правового статуса, не урегулированного международными соглашениями

ABSTRACT

The article is an analysis of diplomatic notes of I.Ya. Korostovets, Russian diplomat and orientalist, devoted to the problem of oppression of Russian businessmen in the Uryankhai Region by Qing authorities at the end of 1900s. Within the context of intricate and controversial Russian-Chienese relations during this time this problem became a starting point in the development of so called "Uryankhai question", i.e., problem of affiliation of Uryankhai Region (Tuva). Korostovets decided to solve this problem by attempts of restoration of broken rights of Russian businessmen, but soon he concentrated on the necessity of further strengthening of Russian positions in the region in general as well as on possibilities of using the "question" as an instrument of diplomatic pressure on the Qing Empire including aspects which were not connected with the Russian interests in the Uryankhai Region. The base of the research archival and published documents - dispatches and

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

в качестве дополнительного инструмента дипломатического давления на империю Цин, в т.ч. в вопросах, не связанных непосредственно с российскими интересами в Урянхайском крае. Основу исследования составил анализ архивных и опубликованных документов — депеш и писем И.Я. Коростовца, занимавшего в то время пост россииского посла в Пекине, однако уже тогда активно интересовавшегося глобальнои проблемои взаимоотношении России, Китая и Монголии. Предложения И.Я. Ко-ростовца, вызвавшие интерес и в значитель-нои степени поддержку россииских властеи, способствовали не только возникновению (и в скором времени решению) «Урянхаиского вопроса», но и отразили более широкую панораму политики империи Цин в Монголии и других северных регионах во второи половине 1900-х гг., а также акцентировали внимание на слабых сторонах россиискои политики в отношении империи Цин в рассматриваемыи период

Ключевые слова: Русско-китаиские отношения, Россииская империя, империя Цин, Урянхаискии краи, Монголия в начале XX в., И.Я. Коростовец, право международнои торговли

Для цитирования: Почекаев Р.Ю. Нарушение прав российских предпринимателей в Урянхае начала XX в. в записках И.Я. Коростовца (к предыстории «Урянхайского вопроса»). Современные востоковедческие исследования. 2021; 3 (4): 549-562.

letters of I.Ya. Korostovets who was a Russian ambassador in Beijing this time but already was deeply interested in the global problem of relations between Russia, China and Mongolia. The propositions of I.Ya. Korostovets were interesting for Russian authorities and later substantially contributed to formation (and soon decision) of the "Uryankhai question". At the same time they accentuated the problems of Russian policy towards the Qing Empire at the second half of 1900s as well as covered the Qing policy in Mongolia and other northern imperial regions this time.

Keywords: Russian-Chinese relations, Russian Empire, Qing Empire, Uryanlkhai Region, Mongolia at the beginning of the 20th c., I.Ya. Korostovets, international trade law

For citation: Pochekaev R.Yu. Breach of rights of Russian businessmen in the Uryankhai region of the beginning of the 20th c. in reports of I.Ya. Korostovets (on the prehistory of the "Uryankhai question"). Modern oriental studies. 2021; 3 (4): 549-562.

У01_,3 №4 2021

Ш 2686 - 9675 МТ) Ш 2782 - 1935 101МЕ)

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU / УДК 94(510.4)

ВВЕДЕНИЕ

Вторая половина 1900-х гг. в истории Цин-скои империи ознаменовалась активизациеи политики «колонизации» и «китаизации» тех регионов, которые до этого времени пребывали в значительнои степени в статусе вассалов с широкими правами внутреннеи автономии.

Подробные сведения о процессе «китаизации» Урянхаиского края нашли отражение в записках выдающегося россииского дипломата и востоковеда Ивана Яковлевича Коростовца (1862-1933), ряд лет возглавлявшего россииские посольства в Китае и Монголии. В даннои статье предпринимается анализ ряда дипломатических документов (депеш и писем) И.Я. Коростовца, посвященных данному вопросу. При этом большои интерес вызывает причина, по которои дипломат поднял этот вопрос: речь идет о притеснении представителями цинскои администрации россииских предпринимателеи, которые уже в течение длительного периода осуществляли торговую или промышленную деятельность в Урянхаи-ском крае. Их тесные связи с местным населением препятствовали планам цинских властеи, почему на русских торговцев и промышленников и обрушились репрессии.

И.Я. Коростовец вступил в активную переписку и с администрациеи империи Цин, и с россиискими властями центрального и ре-

гионального уровня по поводу защиты интересов русских подданных. Однако, не преуспев в решении даннои локальнои проблемы дипломатическим путем, он обратился к причинам самои проблемы, по сути, сформировав повестку гораздо более локальнои проблемы — неопределенности правового статуса самого Урянхаиского края и его территориальнои принадлежности. Тем самым было положено начало обсуждению так называемого «Урянхаиского вопроса», которыи в скором времени получил широкое освещение в россиискои специальнои, научнои и публицистическои литературе [см., напр.: Баранов, 1913; Кузьмин, 1996; Март-оол, 2002; Василенко, 2015; Кузьмин, 2018] и, в конечном счете, был решен установлением над Тувои россииского протектората.

В статье предпринимается попытка проследить как частныи вопрос, связанныи с нарушением прав нескольких русских предприни-мателеи в одном из отдаленных регионов империи Цин, И.Я. Коростовец достаточно быстро и органично перевел в глобальную плоскость, убедительно показав, что этот конкретныи случаи - всего лишь частное следствие ошибок россиискои политики в отношении Китая, и предложив комплекс мер по изменению ситуации в русско-китаиских отношениях к лучшему. Основу исследования составляет ряд дипломатических документов, подготовленных

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

И.Я. Коростовцом в 1910 г., часть из которых уже была опубликована, а часть анализируется по архивным материалам.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Поражение России в русско-японскои воине 1904-1905 гг. привело не только к внут-реннеи дестабилизации и первои русскои революции, но и к значительному ухудшению международного статуса Россиискои империи. Одним из последствии этои тенденции стала активизация империи Цин в тех регионах, которые формально находились в вассальнои зависимости от маньчжурских императоров, но фактически уже около полувека пребывали в сфере влияния рос-сииских властных и предпринимательских кругов — речь идет, в первую очередь, о Маньчжурии, Внешнеи Монголии и Урянхаиском крае.

Когда японцы сумели ослабить положение России в этих регионах, цинская администрация увидела удобную возможность не только по восстановлению, но и по дальнеише-му усилению своего контроля над ними. В результате в регионах начался процесс китаиза-ции, которыи сопровождался не только значительным урезанием прав местного населения и его интеграциеи в политико-правовое пространство Цинскои империи, но и вытеснением россииских агентов влияния, к которым наряду с дипломатами принадлежали и довольно мно-

гочисленные представители предпринимательских кругов — торговцы и промышленники.

Современники событии — россииские путешественники, а также последующие исследователи достаточно подробно осветили этот процесс на примере Внешнеи Монголии (Халхи) [Новицкии, 1907; Давидов, 1911; Дро-ботущенко, Ланцова, 2019]. Однако он имел место и в других регионах с аналогичным статусом — в частности, в Урянхаиском крае (современная Тува). Именно вопиющее нарушение прав россииских предпринимателеи, которые вели здесь дела, привлекло внимание И.Я. Коростовца, которыи в это время являлся послом Россиискои империи в Пекине. О произволе цинскои администрации Урянхаиского края, повлекшего ущерб россииских торговцев дипломату стало известно от россииского консула в Улясутае В.В. Долбежева, которьш, в свою очередь, узнал об этом от самих потерпевших.

Согласно их показаниям, в ноябре 1908 г. улясутаискии цзянь-цзюнь (генерал-губернатор Западного Китая) и кобдосскии амбань (губернатор в Западнои Монголии) приказали местнои администрации Урянхаиского края выдворить из своих земель россииских торговцев. Русские предприниматели, проживавшие в урян-хаиских землях Улясутаиского ведомства, вовремя обратились к консулу, которыи немедленно заявил протест цзянь-цзюню, и тот был

НАЧАЛА XX В. В ЗАПИСКАХ И.Я. КОРОСТОВЦА ISSN 2686 - 9675 ™T)

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU /УДК 94(510.4)

вынужден отменить свои приказ [Русско- стеи разрушали их строения, а с работников,

китаиские отношения, 2014, с. 451]. которые не могли вмешаться, собирали распис-

Что же касается русских торговцев и про- ки, «что при разрушении построек никаких

мышленников, ведших дела в землях Кобдос- ссор между русскими и урянхами не бы-

ского ведомства, то у них в силу отдаленности ло» [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 9 об.-10]. от русского дипломатического представитель- Уже в апреле 1909 г. консул В.В. Долбе-

ства такои возможности не было. В результате жев, получив сведения о бесчинствах цинских

пострадал целыи ряд россииских предпринима- властеи, немедленно обратился к кобдосскому

телеи. На основе отчета В.В. Долбежева И.Я. Ко- амбаню Си Хэну, которьш заявил, что «мера эта ростовец подробно перечислил лиц, поенсших была, будто бы, предпринята лишь

ущерб от деиствии маньчжурских властеи в отношении беспокоиного и частью преступ-

в своем обращении в цинское Министерство ного элемента, не имевшего никаких установ-

иностранных дел («Ви-ву-бу»). Так, на озере ленных документов на жительство» [Русско-

Толбу-нор были разрушены до основания че- китаиские отношения, 2014, С. 451]. Однако

тыре здания, принадлежавших купцу Головину консул представил ему доказательства того,

(причем материал, из которого они были по- что нападениям подверглись люди, которые

строены, растащили местные жители), общие издавна вели дела в Урянхе и пользовались

потери составили 37 430 руб. На р. Саксая по- уважением среди местного населения. страдали построики предпринимателеи Ники- Амбань какое-то время тянул с ответом,

форова, Дробинина, Плехова и Лучшева, часть заявляя, что «не имеет на это разрешения из

строении была разрушена, часть испорчена. Пекина», однако, в конце концов, в июне 1909 г.

На р. Харганат была разорена лавка купца Ра- все был вынужден оправдываться, правда, всю

дыгина: само здание и ограда были разрушены, вину возложив на непосредственных исполни-

а товары раскрадены. На р. Джаланды была телеи, т.е. мелких урянхаиских чиновников:

разрушена шерстомоиня Булгакова, лавка «было решено и сообщено заинтересованным

и шерстомоиня Постоволова, сараи и лавка сторонам, что возмещение убытков должно

Мальцева. При этом в большинстве случаев произоити по соглашению русских подданных

нападения на русских торговцев проходили по с урянхаискими властями» [РГИА, ф. 1276, оп. 6,

однои и тои же схеме: дождавшись отъезда са- д. 504, л. 9 об.]. мих хозяев, представители маньчжурских вла-

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

Однако по прошествии длительного времени никаких шагов по возмещению причиненного ущерба предпринято не было, и И.Я. Коро-стовец, продолжив изучение ситуации, обнаружил гораздо большие злоупотребления амбаня Си Хэна. Оказалось, что он присвоил себе право «разбирать единолично поступки русско-подданных при посредстве киргизских и урян-хаиских чиновников» и «применил к русским меру наказания, то есть высылку по своему усмотрению и разрушением построек причинил им большие убытки». К тому же он запретил местным жителям принимать на постои русских подданных, а тем из них, кто жил в пределах Улясутая в юртах, приказал немедленно покинуть город [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 10]. Более того, он совершенно запустил пограничные дела, и когда на границе произошло несколько убииств, он не позволил провести международныи пограничный съезд, которые обычно проводились в таких случаях [см.: Моисеев, 2004; Сизова, 2017], несмотря на запрос иркутского генерал-губернатора, которыи он проигнорировал [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 10-10 об.].

Причины такого поведения амбаня стали очевидны для И.Я. Коростовца по итогам изучения им ситуации. Еще в 1905 г. Си Хэну было поручено «китаизировать» Урянхаискии краи, куда он привез с собои 2 000 маньчжурских

и китаиских солдат и большое количество ки-таиских торговцев [Русско-китаиские отношения, 2014, С. 454]. Естественно, для последних, до сих пор не ведших дел в этом регионе, рос-сииские предприниматели были опасными конкурентами, которые, к тому же, не ограничивались деятельностью только среди урян-хаицев, но и постоянно (начиная еще с 1870-х гг.) выезжали с торговыми целями в Халху [Старцев, 2013, с. 165]. В свете открытых обстоятельств не приходилось удивляться враждебности маньчжурских властеи по отношению к русским предпринимателям.

Впрочем, оказалось, что Си Хэн имел куда более далеко идущие планы, чем просто выдворение русских купцов из Урянхаиского края. Он намеревался переселить местное население вглубь региона, а непосредственно на границе планировал поселить китаицев и разместить гарнизоны. Это, как совершенно справедливо отмечал И.Я. Коростовец могло повлечь окончательную потерю россииского влияния в Урянхаиском крае [Русско-китаиские отношения, 2014, С. 452]. Чтобы этого не произошло, он предложил целыи комплекс мер по сохранению россииского влияния в регионе.

Прежде всего, с подачи В.В. Долбежева он направил в россиискии МИД предложение об учреждении россииского консульства в городе Шара-Сумэ, которыи абмань Си Хэн сделал

У01..3 №4 2021

Ш 2686 - 9675 МТ) Ш 2782 - 1935 Ю1МЕ)

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEVi@HSE.RU /УДК 94(510.4)

своеи резиденциеи. Отметив, что вышеупомянутые россииские предприниматели пострадали от деиствия цинских властеи из-за того, что не успели вовремя обратиться к русскому консулу, он предлагал перенести резиденцию последнего в город, где тот мог бы оперативно обратиться к амбаню и потребовать отмены незаконных распоряжении. В настоящее время, как сообщал Коростовец, интересы купцов в Кобдосском ведомстве представляет только избранныи старшина, которые не пользуется влиянием среди китаиских властеи, да еще и допускает многочисленные злоупотребления. Учреждение же консульства в Шара-Сумэ должно повысить защищенность русских подданных и, к тому же, не противоречит условиям русско-китаиского договора 1881 г. [[РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 10; Русско-китаиские отношения, 2014, С. 455].

В марте 1910 г. новыи россиискии консул в Улясутае В.Ф. Люба предложил усилить охрану консульства и прислать ему для этои цели 24 сибирских конных казака. Когда россиискии МИД обратился к И.Я. Коростовцу, чтобы узнать его мнение, тот не только поддержал идею консула, но и напомнил, что В.В. Долбе-жев в свое время предлагал прислать в Урян-хаискии краи не несколько десятков, а 200 конных казаков и 2 артиллерииских орудия — что было, вообще-то, обычнои практикои в русско-

китаиских отношениях в случаях, если россии-ским дипломатическим представительствам или подданным в том или ином регионе грозила опасность [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 2727 об., 39-39 об.].

Наконец, самым убедительным, по мнению посла аргументом в отношениях с цински-ми властями должно было стать заявление, что Урянхаискии краи до сих пор не имеет четкого международно-правового статуса и, следовательно, деиствия в нем маньчжурскои администрации против россииских подданных незаконны. Уже в своем сообщении китаискому внешнеполитическому ведомству после разрушения строении русских предпринимателеи в ноябре 1908 г. он впервые отметил, что эти деиствия были совершены «на территории, принадлежность коеи Китаю или России еще не является установленным». И китаиские власти должны ценить, что «доверяя прежним мирным и добрососедским отношениям, русские не заявляют своих прав в спорных пограничных местностях», что не является обстоятельством «для совершения над ними насилия» [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 10 об.].

Для подтверждения своеи позиции И.Я. Коростовец обратился к иркутскому генерал-губернатору за содеиствием, и тот направил в Пекин полковника В.Л. Попова, прекрасно знавшего ситуацию в Урянхаиском крае. Попов

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

представил дополнительные сведения о том, что китаиские власти не пользуются авторитетом со стороны урянхаицев, которые уже много лет взаимовыгодно взаимодеиствуют с россии-скими торговцами и промышленниками. Естественно, его слова не могли остаться без ответа со стороны «Ваи-ву-бу», однако, как писал Ко-ростовец, «вынес впечатление, подтвердившее прежнее мнение, что данные, коими располагает Китаи для доказательства своих прав владения, довольно шатки, и что если мы до сих пор не возбуждали этого вопроса, то лишь вследствие индифферентизма, отличавшего нашу пограничную политику с Китаем, и желания во что бы то ни стало поддержать дружественные отношения с соседом, чтобы не создавать инцидентов». При этом, сообщал россиискии посол в Пекине, цинские дипломаты уже «дрогнули», поскольку в ответ на его жалобы по поводу нарушения прав русских купцов, стали оправдываться и, в конечном счете, предложили урегулировать вопрос «в смешаннои комиссии», что, по его мнению, представляло собои «косвенное признание существования русских интересов в Урянхаиском крае» [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 39-39 об.].

Таким образом, резюмировал И.Я. Коро-стовец, предъявление Россиеи претензии на Урянхаискии краи может стать «серьезным средством давления» на власти империи Цин,

причем не только в связи с россиискими интересами в этом регионе. Он был уверен, что подобного рода аргументы, например, могут помочь отменить наложенныи маньчжурскими властями запрет на торговлю русским хлебом в Маньчжурии [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 38 об., 39 об.]. При этом Коростовец всячески подчеркивал, что «далек от мысли создавать инциденты или осложнять без того сложные отношения к Китаю», но советует не оставлять без ответа «новых агрессивных шагов нашего соседа». Т.е., речь шла об использовании неопределенного статуса Урянхаиского краю исключительно как аргумента в дипломатических переговорах с Пекином [Там же, л. 40].

Аргументы И.Я. Коростовца были внимательно изучены властями Иркутского генерал-губернаторства и Министерством иностранных дел. Центральное ведомство достаточно противоречиво оценило его предложения. С однои стороны, они позволяли, и в самом деле, в случае необходимости ввести воиска в пределы империи Цин и даже занять часть китаискои территории. Однако, как утверждалось в соот-ветствующеи справке россииского МИДа, пред-ставленнои председателю Совета министров П.А. Столыпину, использовать претензии на Урянхаискии краи вряд ли будет эффективно при решении проблем в Маньчжурии. Обширность цинских владении не позволит

У01..3 №4 2021

Ш 2686 - 9675 МТ) Ш 2782 - 1935 1Ш1М)

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU /УДК 942510.4)

маньчжурским властям соотнести россииские деиствия в отношении Урянхаиского края с проблемами на другом конце ее пограничных владении: скорее всего, в ответ на такие деи-ствия россииских властеи цинская администрация лишь ограничится протестом, но никак не изменит своеи позиции по поводу торговли русским хлебом в другом своем регионе [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 44-44 об.].

Естественно, пассивность Министерства иностранных дел раздражала И.Я. Коростовца. Он поручил консулу в Улясутае подготовить карту границы Урянхаиского края с россиискими владениями, на основании которои вновь стал доказывать исторические права Россиискои империи на этот регион. И если имперские власти не поспешат, сообщал он в очереднои своеи депеше, то китаицы укрепят границу и населят регион, и тогда он будет окончательно потерян для России [РГИА, ф. 1276, оп. 6, д. 504, л. 55-56].

В отличие от МИДа, россииские региональные власти лучше осознавали опасность, о которои говорил посол в Пекине. 28 февраля 1911 г. при иркутском генерал-губернаторе Л.М. Князеве состоялось совещание, на котором были выработаны предложения по активизации политики России в Урянхаиском крае. В решении по его итогам (позднее направленном П.А. Столыпину) был представлен целыи комплекс мер, реализация которых не только

должна была укрепить россииское влияние в регионе, но и передать под контроль России ряд его территории. Так был, наконец, поднят тот самыи «Урянхаискии вопрос», которыи уже через три года результировался в установлении протектората Россиискои империи над Тувои [Русско-китаиские отношения, 2014, С. 455-465].

В заключение считаем небезынтересным отметить один момент: когда в Монголии произошла революция, и местные князья провозгласили независимость от империи Цин, в переговорах с Россиеи они, в свою очередь, стали претендовать на власть над Урянхаиским краем. И тот же самыи И.Я. Коростовец, которыи прежде отказывался признавать права Китая на этот регион, в переговорах с монголами, стал заявлять, что будет решать его судьбу не с ними, а исключительно с китаицами [Коростовец, 2004, С. 255]. Таким образом, как видим, неопределенность статуса Урянхаиско-го края продолжала оставаться важным козырем в дипломатическои борьбе на территории Центральнои Азии с участием различных политических игроков.

ВЫВОДЫ

И.Я. Коростовец, которого современные авторы называют «создателем» Автономнои Монголии [Дудин, 2017], как видим, являлся и одним из авторов «Урянхаиского вопроса».

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

В значительнои степени именно на основании его записок в скором будущем этот вопрос был поднят россиискими властями сначала на региональном, а затем — и на центральном уровне и в дальнеишем решен путем установления россииского протектората над Тувои. И началось все, казалось бы, с довольно незначительного эпизода — попрания прав и интересов нескольких русских предпринимателеи в Урян-хаиском крае.

Однако, что не следует считать, что деи-ствия цинских властеи против русских торговцев и промышленников стали для И.Я. Коро-стовца просто поводом для постановки глобального вопроса об Урянхаиском крае и о давлении через него на империю Цин. Несомненно, как ответственныи дипломатическии представитель, он уделял существенное внимание положению россииских подданных в империи Цин, и причинение ущерба одному из них в глазах дипломата означало нанесение вреда престижу России в целом. Поэтому он с большим вниманием изучал отчеты россииских консулов в Западнои Монголии, военных разведчиков и других лиц, информация которых имела отношение к «Урянхаискому вопросу».

А уже тот факт, что он сумел его связать с глобальными отношениями между России-скои и Цинскои империями и предложить в качестве средства воздеиствия на китаиские вла-

сти — это уже результат его аналитическои деятельности. В связи с этим нельзя не отметить, что дипломатическии статус и способности И.Я. Коростовца препятствовали ему в высказывании объективнои оценки россиискои политики в отношении Китая, в т.ч. и с упоминанием ее просчетов и ошибок и формировании довольно радикальных рекомендации по ее исправлению. Вместе с тем нет никаких основании считать, что он призывал Россию к эскалации конфликта с Китаем, лишь советуя проявлять решительность в защите собственных интересов, но отнюдь не в развязывании военных деи-ствии и завоевании китаиских земель.

В заключение отметим, что проанализированные записки И.Я. Коростовца представляют ценную информацию не только по истории русско-китаиских отношении, но и по китаи-скои политике в Севернои Монголии и Туве в рассматриваемыи период, когда она претерпевает существенную эволюцию по сравнению с предыдущими периодами.

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 19-18-00162), реализуемого в Институте языков и культур имени Льва Толстого.

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU /УДК 94(510.4)

Литература 7.

1. Баранов А. Урянхаискии вопрос. Харбин: Типолитография Заамурского округа, 1913. 48 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Василенко В.А. «Урянхаискии вопрос» 8. в международнои политике России, Монголии, Китая (первая четверть ХХ века): источниковедение и историография проблемы // Россия и Монголия в первои половине ХХ века: концептуальные вопросы рос-сииско-монгольских отношении (дипломатия, 9. экономика, наука). Кн. 5. Улан-Батор; Иркутск: Изд-во БГУ, 2015. С. 99-114.

3. Давидов Д. А. Колонизация Маньчжурии и С.-В. Монголии (области Тао-Нань-Фу). 10. Владивосток: Восточныи ин-т, 1911. 185 с.

4. Дроботушенко Е.В., Ланцова Ю.Н. Материалы к истории колонизации Китаем монгольских земель в начале XX в. // Вестник 11. Кемеровского государственного университета. 2019. № 21 (4). С. 924-931.

5. Дудин П.Н. И.Я. Коростовец, «создатель Монголии», и русская дипломатическая миссия в Урге в 1912 г. // Былые годы. 12. 2017. Т. 43. № 1. С. 274-284.

6. Коростовец И.Я. От Чингис хана до совет-скои республики (Краткая история Мон- 13. голии с особым учетом новеишего времени). Улан-Батор: Эмгэнт, 2004. 560 с.

Кузьмин С.Л. Урянхайский вопрос и монголо-тувинские отношения в начале XX в. // Oriental Studies. 2018. Vol. 37. No. 3. P. 2-14. Кузьмин Ю.В. «Урянхаискии вопрос» в об-щественнои мысли России // Восток и Россия: взгляд из Сибири : материалы и тезисы докладов к научно-практическои конференции. Иркутск, 16-18 мая 1996 г. Иркутск: ИГУ, 1996. С. 256-259. Март-оол В.Д. «Урянхаискии вопрос» и протекторат // Ученые записки Тувинского института гуманитарных исследовании. Вып. XIX. 2002. С. 4-11. Моисеев В.А. Новыи памятник обычного права казахов. «Эреже» международного съезда 1908 г. в Чубар-Агаче // Восточ-ныи архив. № 11-12. 2004. С. 107-112 Новицкии В.Ф. По Восточнои Монголии // Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. LXXX. СПб.: Военная типография, 1907. С. 1-32.

Россиискии государственныи историче-скии архив (РГИА). Ф. № 1276 «Совет министров (1905-1917). Русско-китаиские отношения в Централь-нои Азии в XIX - начале XX в.: Документы и извлечения / Сост. А.В. Старцев, Ю.А. Лысенко, И.В. Анисимова, С.В. Моисеев,

INTERNATIONAL SCIENCE JOURNAL / МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ

Н.В. Кольцова, М.В. Стурова. Барнаул: Азбука, 2014. 624 с.

14. Сизова А.А. Судопроизводство по «смешанным» делам в практике россииско -монгольско-китайских отношении во второй половине XIX - начале XX вв. // Россия - Монголия: история, вызовы XXI века, перспективы. Материалы Междуна-роднои научнои конференции, посвящен-нои 95-летию установления дипломатиче- 3. ских отношении между Россиеи и Монго-лиеи (Москва, 13-14 ноября 2016 г.). Улан-Батор: Ин-т истории и археологии Мон-гольскои академии наук, 2017. С. 144-152.

15. Старцев А.В. Россииско-монгольские тор- 4. гово-экономические отношения во вто-рои половине XIX - начале ХХ в. Барнаул: Изд-во АГУ, 2013. 414 с.

References

1. Baranov A. (1913) Uryankhayskiy vopros [Uryankhai question]. Kharbin: Typolithogra-phy of Trans-Amur District. 48 p.

2. Vasilenko V.A. (2015) «Uryankhayskiy vopros» v mezhdunarodnoy politike Rossii, Mongolii, Kitaya (pervaya chetvert' XX veka): istochnikovedenie i istoriografiya problemy ["Uryankhai question" in the international policy of Russia, Mongolia and China (first quarter of the 20th century: source study and

5.

6.

historiography of the problem] // Rossiya i Mongoliya v pervoy polovine XX veka: kontsep-tual'nye voprosy rossiysko-mongol'skikh otnosheniy (diplomatiya, ekonomika, nauka) [Russia and Mongolia in the first half of the 20th century: conceptual questions of Russian-Mongolian relations (diplomacy, economy, science)]. Bk. 5. Ulan-Bator; Irkutsk: Baikal State University Press, pp. 99-114. Davidov D.A. (1911) Kolonizatsiya Man'chzhurii i S.-V. Mongolii (oblasti Tao-Nan'-Fu) [Colonization of Manchuria and North-East Mongolia (Tao-Nang-Fu region]. Vladivostok: Oriental Institute. 185 p. Drobotushenko E.V., Lantsova Yu.N. (2019) Ma-terialy k istorii kolonizatsii Kitaem mon-gol'skikh zemel' v nachale XX v. [Materials on Chinese colonization of Mongolian lands in the early 20th c.] // Vestnik Kemerovskogo gosu-darstvennogo universiteta. 21 (4), pp. 924-931. Dudin P.N. (2017) I.Ya. Korostovets, «sozdatel' Mongolii», i russkaya diplomatich-eskaya missiya v Urge v 1912 g. [I.Ya Korostovets, "the creator of Mongolia", and Russian diplomatic mission in Urga in 1912] // Bylye gody. 43, 1, pp. 274-284. Korostovets I.Ya. (2004) Ot Chingis khana do sovetskoy respubliki (Kratkaya istoriya Mon-golii s osobym uchetom noveyshego vremeni [From Chinggis Khan to the Soviet republic

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ / ПОЧЕКАЕВ Р.Ю. / RPOCHEKAEV@HSE.RU /УДК 94(510.4)

(Brief history of Mongolia with special ac- 11. count for the newest times]). Ulan-Bator: Emgent. 560 p.

7. Kuz'min S.L. (2018) Uryankhayskiy vopros i mongolo-tuvinskie otnosheniya v nachale XX

v. [The Uryankhai question and Mongol- 12. Tuvan relations in the early 20th c.] // Oriental Studies. 37, 3, pp. 2-14.

8. Kuz'min Yu.V. (1996) «Uryankhayskiy vopros»

v obshchestvennoy mysli Rossii ["Uryankhai 13. question" in the public opinion of Russia] // Vostok i Rossiya: vzglyad iz Sibiri : materialy i tezisy dokladov k nauchno-prakticheskoy kon-ferentsii. Irkutsk, 16-18 maya 1996 g. [Orient and Russia: view from Siberia: materials and abstracts for scientific-practical conference. Irkutsk, May 16-18, 1996]. Irkutsk: Irkutsk State University. pp. 256-259. 14.

9. Mart-ool V.D. (2002) «Uryankhayskiy vo-pros» i protektorat ["Uryankhai question" and protectorate] // Uchenye zapiski Tu-vinskogo instituta gumanitarnykh issledo-vaniy. 19, pp. 4-11.

10. Moiseev V.A. (2004) Noviy pamyatnik obych-nogo prava kazakhov. «Erezhe» mezhdu-narodnogo s"ezda 1908 g. v Chubar-Agache [the new monument of Kazakh customary law/ "Ereje" of the international conference of 1908 in Chubar-Agach] // Vostochniy arkhiv. 11-12, pp. 107-112

Novitskiy V.F. (1907) Po Vostochnoy Mongo-lii [Across the Eastern Mongolia] // Sbornik geograficheskikh, topograficheskikh i statis-ticheskikh materialov po Azii. Vol. 80. St. Petersburg: Military Press. pp. 1-32. Rossiyskiy gosudarstvenniy istoricheskiy arkhiv [Russian State Historical Archive] (RGIA). F. № 1276 «Sovet ministrov (19051917)» [Council of Ministers (1905-1917]. Startsev A.V., Lysenko Yu.A., Anisimova I.V., Moiseev S.V., Kol'tsova N.V., Sturova M.V. (comp.) (2014) Russko-kitayskie otnosheniya v Tsentral'noy Azii v XIX - nachale XX v.: Dokumenty i izvlecheniya [Russian-Chinese relation in the Central Asia in 19th - beginning of 20th c.: Documents and extracts]. Barnaul: Azbuka. 624 p. Sizova A.A. (2017) Sudoproizvodstvo po «smeshannym» delam v praktike rossiysko-mongol'sko-kitayskikh otnosheniy vo vtoroy polovine XIX - nachale XX vv. [Legal procedure on "mixed" cases in the practice of Russian-Mongolian-Chinese relations in the second half of 19th - beginning of 20th cc.] // Rossiya - Mongoliya: istoriya, vyzovy XXI veka, perspektivy. Materialy Mezhdunarod-noy nauchnoy konferentsii, posvyashchen-noy 95-letiyu ustanovleniya diplomatich-eskikh otnosheniy mezhdu Rossiey i Mon-goliey (Moskva, 13-14 noyabrya 2016 g.)

[Russi - Mongolia: history, challenges of the Information about the Author: 21st century, prospects. Materials of the In- Professor, Dr.Sci. (History), Ph.D. (Law)

ternational scientific conference on the occa-

Roman Pochekaev

sion of the 95th anniversary establishing of diplomatic relations between Russia and Mongolia (Moscow, November 13-14, 2016)]. Ulan-Bator: Institute of History and Archeology of Mongolian Academy of Sciences. pp. 144-152.

of Economics

and State

Department of Theory and History of Law

National Research University Higher School

Russia

198099, St. Petersburg, Promyshlennaya str., 17

15. Startsev A.V. (2013) Rossiysko-mongol'skie

rpochekaev@hse.ru

torgovo-ekonomicheskie otnosheniya vo

vtoroy polovine XIX - nachale XX v. [Russia- Статья одобрена рецензентами: 25.08.21

Mongolian trade and economic relations in Статья принята к публикации: 15.09.21

the second half of 19th - beginning of 20th c.] Reviewed: 25.08.21

Barnaul: Altai State University Press. 414 p. Accepted: 15.09.21

Информация об авторе

Почекаев Роман Юлианович

Профессор, д.и.н., к.ю.н. Кафедра теории и истории права и государства

Национальныи исследовательскии университет «Высшая школа экономики» 198099, Санкт-Петербург, Промышленная ул., д. 17 Россия

rpochekaev@hse.ru

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.