УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ ТЕРРИТОРИЙ, ОТРАСЛЕЙ И ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ КОМПЛЕКСОВ
DOI: 10.15838/ptd.2020.1.105.2 УДК 332.05 | ББК 65.050
© Захарова Ж.А.
МОТИВЫ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РЕГИОНАХ С НЕДОСТАТОЧНЫМ ПОТЕНЦИАЛОМ САМОРАЗВИТИЯ
ЖАННА АЛЕКСАНДРОВНА ЗАХАРОВА
Владимирский филиал РАНХиГС
Российская Федерация, 600017, г. Владимир, ул. Горького, д. 59а E-mail: zjane77@mail.ru ORCID: 0000-0003-4384-3940
Предметом исследования в данной статье являются особенности и условия развития предпринимательской деятельности в регионах Центральной России. Подчеркивается актуальность мотивации предпринимательской деятельности к достижению стратегических целевых установок в условиях регионов с недостаточным потенциалом саморазвития. Цели работы -определение мотивов осуществления предпринимательской деятельности в условиях регионов с недостаточным потенциалом саморазвития и выявление противоречий в развитии предпринимательской деятельности исследуемых регионов. Авторами использованы общенаучные методы: сравнения и аналогии, анализа и синтеза, абстрактно-логический метод при описании качественной институциональной среды, способствующей осуществлению эффективной предпринимательской деятельности, диалектический метод при выявлении противоречий развития предпринимательской деятельности. В результате исследования определено, что сложившаяся в регионах с недостаточным потенциалом саморазвития институциональная среда осуществления предпринимательской деятельности сдерживает новаторские возможности бизнеса и не мотивирует предпринимательскую деятельность на достижение стратегических целевых установок (расширение и удержание рынка сбыта, увеличение темпов роста продаж и др.). Одним из основных мотивов осуществления предпринимательской деятельности в регионах является самосохранение предприятия (выживаемость в долгосрочном периоде), что при формировании «долговой экономики» способствует наращиванию потенциала саморазвития регионов. Полученные результаты могут быть использованы органами государственной власти как на федеральном, так и на региональном уровне в качестве информационной базы для разработки и реализации необходимых мер государственной поддержки предпринимательской деятель-
Для цитирования: Захарова Ж.А. Мотивы осуществления предпринимательской деятельности в регионах с недостаточным потенциалом саморазвития // Проблемы развития территории. 2020. № 1 (105). С. 22-36. DOI: 10.15838/ptd.2020.1.105.2
For citation: Zakharova Zh.A. The motives for entrepreneurial activity in the regions lacking self-development potential. Problems of Territory's Development, 2020, no. 1 (105), pp. 22-36. DOI: 10.15838/ptd.2020.1.105.2
ности с целью создания качественной институциональной среды ее осуществления в условиях регионов с недостаточным потенциалом саморазвития, а также специалистами, изучающими данную проблематику. Статья ориентирована на развитие теории государственного регулирования предпринимательской деятельности регионов с недостаточным потенциалом саморазвития. Предметом дальнейших поисковых исследований могут стать выявление недоиспользованных источников наращивания потенциала саморазвития регионов и разработка инструментария по созданию условий его обеспечения.
Мотивы предпринимательской деятельности, институциональная среда, регион, саморазвитие региона.
Как известно из экономической теории, расширение и повышение эффективности предпринимательской деятельности -важнейший фактор развития экономики. Под предпринимательской деятельностью в Большой Российской энциклопедии понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке1. Несомненно, что одним из основных мотивов предпринимателя является получение прибыли. Однако подходы к исследованию мотивации предпринимательской деятельности существенно эволюционировали. В классике экономической теории основным мотивом предпринимательской деятельности считается максимизация прибыли. Так, еще К. Маркс писал, что единственным движущим мотивом операций предпринимателя является «растущее присвоение абстрактного богатства». «Не получение единичной прибыли, а стремление к абсолютному обогащению, страстная погоня за стоимостью» - основная цель капитала [1, с. 162].
Современными же исследователями подчеркивается, что максимизация прибыли текущего периода не может обеспечивать развитие в долгосрочной перспективе. Так, в книге академика Д.С. Львова обосновано, что компании, мотивированные не на мак-
симизацию, а на удовлетворенную норму прибыли, демонстрируют более высокую жизнеспособность и приспособленность к решению задач долгосрочного характера2. Кроме того, на мотивы осуществления предпринимательской деятельности оказывают влияние внешние глобализационные процессы и происходящие во всем мире тренды «цифровизации экономики». По мнению С.В. Клюзиной, в условиях возросшего динамизма развития, жесткие требования к которому диктует НТР, наблюдается существенная трансформация целей предпринимательских структур [2, с. 51]. Наступление новой технологической эры ставит перед предприятиями задачи: иметь деньги; что-то приобретать, создавать что-то новое; идти в ногу со временем, приобретать и применять в своей деятельности новые технологии, в том числе цифровые, новое оборудование. При этом способность предприятий страны, региона оперативно и постоянно внедрять инновации в практику хозяйственной деятельности создает предпосылки для повышения их конкурентоспособности и устойчивости [3, с. 11]. То есть для достижения стратегических целей, учитывающих необходимые процессы (глобализации, цифровизации и др.), наиболее важными являются мотивы, связанные не с максимизацией получаемой прибыли, а с завоеванием или удержанием доли рынка, с получением удовлетворительной нормы прибыли, с увеличением темпов роста продаж, раскрытием потенциальных возможностей
1 Большая Российская энциклопедия. URL: https://bigenc.ru/law/text/3175283 (дата обращения 09.04.2019).
2 Институциональная экономика: учебн. пособие / под рук. Д.С. Львова. М.: ИНФРА-М, 2001. С. 260 (Серия «Высшее образование»). Гл. 9. Системные исследования экономики как предпосылка институциональных преобразований в народном хозяйстве.
научно-технического прогресса; снижением себестоимости выпускаемой продукции; повышением качества продукции и предоставления услуг и др.3
Австрийский экономист Й. Шумпетер считал основным мотивом предпринимательской деятельности постоянное стремление и способность к новаторству. По его мнению, мотивированный предприниматель стремится к созданию нового материального блага, имеющего новые качества; введению нового способа производства и новой организации дела; завоеванию нового рынка сбыта или более широкому использованию прежнего; использованию нового вида сырья или полуфабриката -известных или не известных ранее [4, с. 169]. При этом Й. Шумпетер подчеркивал, что при непрерывном воспроизводстве предпринимателями «новых комбинаций» факторов производства будет саморазвиваться и сама экономическая система.
Мы согласны с мнением западных (А. Томпсон и Дж. Форнби) и отечественных (Г.Б. Клейнер, В.Л. Тамбовцев и Р.М. Качалов) экономистов в том, что капитал характеризуется широким спектром мотивов экономической деятельности: максимизация получаемой прибыли, стремление получить удовлетворительную прибыль; максимизация выручки; максимизация темпов роста продаж, цели завоевания и удержания доли рынка; цели выживания в долгосрочном периоде [5; 6].
Однако, как отмечают А.Е. Туякбаева, М.А. Полутова, подходы к мотивам предпринимательской деятельности Й. Шумпетера и других зарубежных ученых отражают стереотип западного менталитета и базируются на ситуации, складывающейся в стабильных экономических системах западных стран [7, с. 74]. То есть во многом мотивы осуществления предпринимательской деятельности, а соответственно и развитие предпринимательства, зависят от институциональной
3 Институциональная экономика: учебн. пособие / под рук. Д.С. Львова. М.: ИНФРА-М, 2001. С. 260 (Серия «Высшее образование»). Гл. 9. Системные исследования экономики как предпосылка институциональных преобразований в народном хозяйстве.
среды, в которой функционирует частный капитал. Обращая внимание на то, какая институциональная среда должна иметь место, чтобы предприниматели были в состоянии нормально вести экономическую деятельность, достигая стратегических целевых установок, обозначим следующие характеристики:
Во-первых, для развития предпринимательства в условиях рыночной экономики необходимо наличие спроса на производимый продукт. Есть отрасли, в которых спрос на продукцию достаточно устойчив (пищевая продукция, многие предметы легкой промышленности, бытовая электроника и пр.) независимо от экономики региона. Но есть виды деятельности, для которых характерны перепады. Кроме того, кризисные явления в экономике в целом и в экономике отдельных регионов в частности могут привести к сокращению спроса на одни товары и увеличению спроса на другие виды деятельности. Так, в результате кризиса чаще всего падает спрос на предметы роскоши, в то же время сокращение людей на предприятиях увеличивает потребность, например, в агентствах по трудоустройству. При этом большую роль в формировании и поддержании уровня спроса играет политика, проводимая органами государственной власти.
Во-вторых, наличие рынка сбыта и каналов продвижения товаров. В качестве примера можно привести ситуацию со сложностью реализации продукции крестьянских и фермерских хозяйств в крупных торговых сетях. Одним из инструментов обеспечения соответствующего объема рынка сбыта является государственный и муниципальный заказ [8, с. 25].
В-третьих, доступность ресурсов, которая предполагает развитые рынки товаров, услуг, работ, рабочей силы, денег, информации. Во многих регионах России в настоящее время в большинстве случаев у предпринимателей нет проблем доступа к материальным, людским, информационным ресурсам, но остра проблема доступа к финансовым, долгосрочным кредитным ресурсам под приемлемую процентную ставку.
В-четвертых, развитая рыночная инфраструктура: торговля, дорожно-транспортная, связь, организация денежного обращения, страхование и пр. Одним из инструментов снижения инфраструктурных ограничений для развития предпринимательской деятельности выступает государственно-частное партнерство [9, с. 129].
В-пятых, доверие. При его отсутствии предпринимательство испытывает многочисленные неудобства. В дореволюционной России среди именитых купцов существовало понятие «честного купеческого слова». Люди, его нарушавшие, подвергались остракизму.
В-шестых, здоровая, нормальная конкуренция, сведение к минимуму монополизма. В регионах страны в настоящее время монополистические начала существенны (пример с торговыми сетями, с крупными структурами в иных отраслях, например в электроэнергетике и теплоснабжении, и пр.). Поддержание здоровой конкуренции требует государственного установления правил и норм предпринимательской деятельности, рыночного поведения.
В-седьмых, информирование предпринимателей о состоянии рынка, перспективах его развития, намерениях органов государственной власти и пр. На примере Японии можно показать выдающуюся и в немалом числе случаев решающую роль тех государственных органов, которые изучают состояние мирового рынка важнейших продуктов и предоставляют информацию японским предпринимателям. Позитивный итог: кто-то создал новый продукт, прибыл на территорию рынка, а там этим продуктом уже торгует японец [10, с. 16].
В-восьмых, устойчивая налоговая система, необходимые гарантии со стороны государства. Предприниматели опасаются смены правил игры на рынках, им нужна стабильность, важна устойчивая валюта. Сейчас эта тема актуальна.
Можно поднять еще ряд вопросов, но ясно одно - предпринимательство для своего развития нуждается в эффективной институциональной среде, создание которой
в регионах можно назвать важной задачей органов государственной власти как на федеральном, так и на региональном уровне. Вместе с тем в литературе достаточно подробно изучен вопрос государственного регулирования предпринимательской деятельности и создания качественной институциональной среды, однако без соответствующей оценки, способствует ли эта среда мотивации бизнеса к целевым установкам, являющимся основным условием обеспечения саморазвития региона.
Саморазвитие - это способность социально-экономической системы региона реагировать на современные вызовы экономики за счет максимального использования внутренних источников и факторов развития (эндогенных факторов) при наличии развитой макросреды, задающей общий вектор развития через систему индикативного регулирования для обеспечения устойчивого состояния этой системы в средне-и долгосрочном периоде [11, с. 108]. Так, одной из новаций «Основ государственной региональной политики Российской Федерации на период до 2025 года» является возможность дифференцированного подхода к реализации мер государственной поддержки регионов и муниципальных образований, следовательно, допускается возможность разработки практической реализации федеральной политики регионального развития на гибкой адресной (селективной) основе, то есть на основе выделения особых типов регионов [12, с. 27]. Достаточно подходящей здесь может быть типизация регионов по критериям саморазвития. Как отмечает ряд исследователей, в условиях рыночной экономики есть регионы, территории, которые могут саморазвиваться, и территории с недостаточным потенциалом для саморазвития [13-17]. По мнению автора, регионы с недостаточным потенциалом саморазвития - это регионы, которые в условиях современной рыночной экономики не могут самостоятельно за счет только внутренних источников реагировать на изменения факторов внешней среды (преимущественно общественного запроса), что
Таблица 1. Основные характеристики различных типов регионов (саморазвивающихся и с недостаточным потенциалом саморазвития)
Регионы Критерии
Саморазвивающиеся - Значительная емкость рынка; - высокая доля (более 40%) саморазвивающихся видов деятельности; - оптимальный набор видов экономической деятельности; - высокая степень открытости экономики региона (доля внешнеторгового оборота региона в ВРП более 30%); - доля прибыльных предприятий не менее 80%; - высокий инновационный потенциал; - более высокие показатели качества жизни населения по доходам, по ЗП, по показателю доли платных услуг в структуре расходов домашних хозяйств по сравнению со средними по стране, что формирует индивидуальную заинтересованность населения в проживании и осуществлении трудовой деятельности в регионе
С недостаточным потенциалом саморазвития - Узость местного рынка; - незначительная дифференциация видов экономической деятельности, что делает экономику региона менее устойчивой к различным колебаниям конъюнктуры как внутреннего, так и внешнего рынка; - незначительная степень открытости экономики региона (доля внешнеторгового оборота региона в ВРП около или менее 30%); - высокая доля убыточных предприятий (30% и выше); - невысокие показатели качества жизни населения по доходам, по ЗП, по показателю доли платных услуг в структуре расходов домашних хозяйств по сравнению со средними по стране; - низкая доля инвестиций в основной капитал и др.
Источник: Zakharova Z.A., Bogatyrev V.V. Interconnection between the categories of region's self-development and population's living standards. Advances in Intelligent Systems and Computing, 2018, pp. 440-447.
не создает условия для обеспечения устойчивого состояния в долгосрочном периоде. Так, рассматривая основные характеристики территорий, имеющих недостаточный потенциал для саморазвития (табл. 1), следует отметить, что условия осуществления предпринимательской деятельности в них не способствуют мотивации бизнеса к расширенному воспроизводству [18, с. 13], в связи с чем снижается предпринимательская активность и возможности регионов к обеспечению устойчивого социально-экономического развития.
По методике, предложенной Ж.А. Захаровой и В.В. Богатыревым, из исследуемых нами регионов (Владимирской, Ивановской, Калужской, Костромской, Ярославской, Московской, Рязанской областей и г. Москвы) к саморазвивающимся
регионам относятся г. Москва, Московская и Калужская области. Рассматривая отдельные критерии методики, следует отметить, что по показателю доли саморазвивающихся видов экономической деятельности4 в структуре ВРП в 2017 году наибольшее значение имели г. Москва (53,9%), Московская область (44%), в структуре ВРП Владимирской, Ивановской, Ярославской и Костромской областей эта доля составила 25,1, 27,7, 22,6 и 21,9% соответственно. По показателю «степень открытости экономики» (доля внешнеторгового оборота в ВРП региона) по расчетам за 2017 год высокое значение наблюдалось в г. Москве - 99,3%, Калужской области -98,9%, Московской области - 50,1%, а во Владимирской области - 32,6%, Ивановской области - 22,4%, в Костромской, Ярославской и Рязанской областях немного более 18%5.
4 Саморазвивающиеся виды экономической деятельности - это виды экономической деятельности, которые в условиях развития современной рыночной экономики (стихийности, неопределенности и цикличности) самостоятельно за счет аккумулирования внутренних ресурсов и внутренних мотивов реагируют на изменение факторов внешней среды (уровня спроса и др.), обеспечивая свое устойчивое состояние в среднесрочном и долгосрочном периоде (торговля оптовая и розничная; ремонт автотранспортных средств и мотоциклов, деятельность по операциям с недвижимым имуществом).
5 Рассчитано по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 458, 459, 1139.
В регионах с недостаточным потенциалом саморазвития отмечается низкая инвестиционная активность, в отдельных регионах ситуацию с инвестированием можно обозначить как «инвестиционный голод». Так, по данным на 2017 год объем инвестиций в основной капитал в ВРП таких регионов, как Владимирская, Ярославская, Ивановская области, находился на невысоком уровне (практически не превышал 20%): Владимирская - 19,0%, Ярославская - 15,6%, Ивановская - 14,0%, Костромская область -12,3%6. Кроме того, можно отметить значительную дифференциацию инвестиционной активности по регионам. Так, на 2017 год инвестиции в основной капитал в Московской области составили 678,3 млрд руб., Владимирской области - 79,5 млрд руб., Ярославской - 79,8 млрд руб.; этот же показатель в Ивановской области - 27,1 млрд руб., Костромской - 20,6 млрд руб.7 В саморазвивающихся регионах наблюдаются более высокие показатели по уровню заработной платы и доходов населения, например, соотношение среднедушевых доходов к величине прожиточного минимума в г. Москве в 2017 году составило 4,1, в Московской области - 3,6, в Калужской - 3,1, а в таких регионах, как Владимирская, Ивановская и Костромская области, около 2,6. При этом, с точки зрения оценки экономической безопасности, пороговое значение показателя составляет не менее 3,5 [19, с. 20]. Однако целью работы не является обоснование выводов и заключений относительно диспропорций в развитии исследуемых регионов, а также вопроса, идет ли саморазвитие регионов в русле национальных приоритетов или нет. Основной момент, на который бы хотелось обратить внимание, - в регионах объективно складывается неоднородная институциональная среда для осуществления предпринимательской деятельности. В условиях территорий с недостаточным потенциалом саморазвития наблюдается низкая ем-
кость местного рынка; сжатый спрос ввиду невысокого уровня ЗП и доходов населения; ограниченный доступ к различного рода инвестиционным ресурсам; недостаточная инфраструктурная обеспеченность, что сдерживает развитие интеграции, как межрегиональной, так и международной, и др.
В подтверждение сказанному выше, опираясь на статистические данные, рассмотрим некоторые показатели развития предпринимательской деятельности в регионах центра России. Следует отметить, что по показателю числа предприятий и организаций на 2017 год видно снижение по всем исследуемым нами регионам (табл. 2).
Согласно данным таблицы можно сказать, что в таких регионах, как Владимирская, Ивановская, Калужская и Московская области, до 2015 года наблюдалось увеличение числа предприятий и организаций. На 2016 год сохранили тенденцию роста по указанному показателю только Нижегородская и Ярославская области, а на 2017 год по всем исследуемым регионам наблюдается снижение числа предприятий и организаций.
При этом число предприятий и организаций во многих регионах не достигает оптимального значения. Так, в теории и практике отмечается, что в условиях рыночной экономики нормальным показателем, по которому можно судить о «критической массе предпринимателей», является соотношение численности населения территории к числу предприятий и организаций 10-15 к 1 [20, с. 22; 21, с. 22], т. е. на одну организацию приходится 10-15 человек населения.
Однако, судя по данным табл. 3, указанный выше критерий достигается только в г. Москве, а в исследуемых нами регионах он в 2-3 раза ниже оптимального значения, что свидетельствует о недостаточной массе предпринимателей в регионах центра России. Самые низкие значения показателя во Владимирской (42,3 чел. на 1 организацию) и Костромской (39,0 чел. на 1 органи-
6 Рассчитано по: Федеральная служба государственной статистики: Национальные счета. Валовой региональный продукт. URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/vvp/vrp98-17.xlsx; Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 487.
7 Рассчитано по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 487.
Таблица 3. Показатель критической массы предпринимателей в регионах центра России
Таблица 2. Число предприятий и организаций (на конец года), ед.
Регион Год
2005 2010 2013 2014 2015 2016 2017
Владимирская область 27868 35952 35383 35413 35718 34662 32376
Ивановская область 29121 32341 32911 34453 35612 34209 31698
Калужская область 27880 27135 27462 28157 28634 27930 26696
Костромская область 17274 17407 18060 17642 17836 17256 16464
Нижегородская область 87367 91533 94951 98739 103495 105357 94700
Рязанская область 31931 33642 33252 33926 33873 32556 29801
Ярославская область 41111 45021 45897 45492 46924 47136 45321
Московская область 195025 224181 243124 250244 259804 240423 239276
г. Москва 1221514 1161505 1173170 1142555 1171307 1012397 1001076
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 554, 555.
Регион Год
2005 2010 2015 2016 2017
Владимирская область 53,3 40,0 39,1 40,1 42,3
Ивановская область 37,8 32,8 28,9 30,0 32,0
Калужская область 36,7 37,2 35,2 36,3 37,9
Костромская область 40,5 38,3 36,5 37,6 39,0
Нижегородская область 39,0 36,1 31,0 30,0 34,1
Рязанская область 37,3 34,2 33,3 34,6 37,6
Ярославская область 31,9 28,2 27,1 26,9 27,9
Московская область 34,7 31,6 28,1 30,1 31,3
г. Москва 9,0 10,0 10,5 12,2 12,5
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 39, 48, 554, 555.
зацию) областях. А в Ярославской области показатель лучше, чем в таких саморазвивающихся регионах, как Московская и Калужская области. К тому же и ухудшение значения показателя по всем исследуемым регионам за последний год свидетельствует об определенных проблемах в развитии предпринимательской деятельности в них.
Кроме предприятий и организаций необходимо рассмотреть развитие предпринимательской деятельности малого бизнеса. Существенным показателем здесь может быть количество индивидуальных предпринимателей и организаций малого бизнеса на 10000 человек населения региона (табл. 4). При этом оптималь-
ное значение показателя составляет более 200 единиц.
Так, согласно данным таблицы 4, в 2017 году по г. Москве показатель числа индивидуальных предпринимателей и организаций малого бизнеса на 10000 человек населения в 2,2 раза превышает нормативное значение. Такие саморазвивающиеся регионы, как Московская и Калужская области, представлены незначительным числом малых предприятий. Высокое значение имеет показатель Ярославской (226 единиц), Ивановской (204 единицы) областей. Кроме того, за период с 2012 по 2016 год следует отметить увеличение числа индивидуальных предпринимателей и организаций малого биз-
Таблица 4. Количество индивидуальных предпринимателей и организаций малого бизнеса на 10000 человек населения региона, ед.
Регион Год
2012 2013 2014* 2015 2016** 2017***
Владимирская область 125 134 131 143 146 141
Ивановская область 173 189 198 178 212 204
Калужская область 125 129 135 134 154 144
Костромская область 127 131 102 143 148 153
Нижегородская область 107 118 109 127 158 190
Рязанская область 129 136 139 151 182 167
Ярославская область 212 202 172 173 226 226
Московская область 106 108 107 117 164 169
г. Москва 201 200 201 239 417 445
* Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2016: стат. сб. / Росстат. М., 2016. С. 1326. ** Составлено по: Регионы России. Основные характеристики субъектов РФ. 2017. 11^: http://www.gks.ru/bgd/regl/ Ь17_Ш/Ма1п.№т (дата обращения 05.06.2019). *** Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 572-573.
неса во всех исследуемых регионах. Однако в 2017 году во Владимирской, Ивановской, Калужской и Рязанской областях наблюдается снижение данного показателя, что еще раз подчеркивает проблему недостаточно эффективной институциональной среды (ухудшение общей экономической ситуации, ограничение доступа к различного рода ресурсам и др.), сдерживающей осуществление предпринимательской деятельности в регионах. Так, например, в Ивановской и Ярославской областях, по сути, преобладает экономика «малых форм» хозяйствования (количество индивидуальных предпринимателей и организаций малого бизнеса на 10000 человек населения регионов составляет 204 и 226 единиц соответственно), что соответствует оптимальному значению и выше, чем во Владимирской, Калужской, Рязанской и Московской областях. Но без соответствующего доступа к финансовым ресурсам и инвестированию, увеличения возможностей сбыта за счет доступа к государственным и муниципальным закупкам, инфраструктурных ограничений она не может обеспечивать условия самодвижения региона. К тому же в подобного рода экономических системах слишком велика неустойчивость к внешним деструктивным воздействиям [22].
Важным моментом мотивации предпринимательской деятельности (стремление к инновациям, расширение и удержание рынка сбыта, увеличение темпов роста продаж) является наличие у предпринимателей собственного капитала. В связи с этим необходимо рассмотреть финансовые результаты деятельности предприятий, долю убыточных предприятий.
Так, согласно данным таблицы 5, во Владимирской, Костромской, Рязанской, Московской областях за период с 2016 по 2017 год финансовые результаты деятельности организаций снизились, а в Ивановской области отмечено их увеличение, но они по сравнению с другими регионами незначительны (примерно 1,6 млрд руб.). Также в таких регионах, как Владимирская, Калужская, Костромская, Рязанская и ряд других областей, наблюдается снижение финансовых результатов деятельности и малого предпринимательства (табл. 6).
Указанные моменты, а также увеличение в экономике регионов удельного веса убыточных предприятий (табл. 7) говорят о том, что у предприятий регионов снижается возможность инвестирования за счет собственных средств, а у трети предприятий такой возможности (развиваться за счет собственных ресурсов, а именно вкладывать
Таблица 5. Финансовые результаты деятельности предприятий и организаций (сальдированный финансовый результат, прибыль минус убыток), млн руб.
Регион Год
2013 2014 2015 2016 2017
Владимирская область 22055 18951 31117 36601 32668
Ивановская область -2670 -1632 -2797 -200 1594
Калужская область 12908 -15761 -6887 24113 37477
Костромская область 8272 6544 8799 13606 6315
Нижегородская область 80427 32135 90207 144131 143309
Рязанская область 17888 18716 22908 33412 31164
Ярославская область 8080 -2198 4903 22044 37605
Московская область 208655 88579 79333 579971 400345
г. Москва 2397441 1182043 2371081 4649271 2633786
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 1044.
Таблица 6. Сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) деятельности малых предприятий, млн руб.
Регион Год
2013 2014 2015 2016
Владимирская область 12685 10050 11890 10420
Ивановская область 4917 6451 7707 8317
Калужская область 9779 5574 7937 4685
Костромская область 4946 5388 5454 1789
Нижегородская область 25871 -8805 37164 35935
Рязанская область 10414 10392 7723 5473
Московская область 72865 91139 44114 34210
Ярославская область 10446 9140 9672 30882
г. Москва 333322 154243 256820 690986
Составлено по: Малое и среднее предпринимательство в России. 2017; Малое и среднее предпринимательство в России. 2015. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog (дата обращения 17.05.2019).
средства в обновление и инновации) вообще нет. В связи с этим мы можем сказать, что указанные тенденции сдерживают новаторские возможности бизнеса и не мотивируют предпринимательскую деятельность на достижение стратегических целевых установок. По сути, у значительной части бизнеса одним из основных мотивов осуществления предпринимательской деятельности явля-
ется выживаемость (на протяжении ряда лет часть предприятий в различных видах экономической деятельности убыточна и вместе с тем остается на плаву8).
Согласно таблице 7, высокий удельный вес убыточных предприятий на 2017 год наблюдается в Костромской (42,9%), Ивановской (39,1%), Ярославской (33,8%) областях и г. Москве (33,9%).
8 Так, например, в Ярославской области в таких видах экономической деятельности, как обеспечение электрической энергией, газом и паром, кондиционирование воздуха, водоснабжение, водоотведение, организация сбора и утилизации отходов, деятельность по ликвидации загрязнений, строительство, добыча полезных ископаемых и др., более 50% предприятий в течение длительного времени являются убыточными и в то же время осуществляют экономическую деятельность (см. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 1056-1057).
Таблица 7. Удельный вес убыточных предприятий, % от общего количества предприятий
Регион Год
2013 2014 2015 2016 2017
Владимирская область 30,2 33,0 34,5 30,3 31,4
Ивановская область 33,2 37,3 40,3 40,5 39,1
Калужская область 31,0 34,8 34,8 31,4 30,8
Костромская область 37,0 35,9 35,6 31,8 42,9
Нижегородская область 28,2 31,2 31,6 31,1 28,5
Рязанская область 27,3 25,0 24,6 28,0 24,8
Ярославская область 40,1 38,4 36,6 32,8 33,8
Московская область 30,5 30,8 30,2 25,4 30,2
г. Москва 31,5 35,4 34,3 29,5 33,9
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 1054.
В подтверждение тому, что недостаток собственных средств сдерживает инновационную активность предприятий, в тех регионах, где отмечаются самая высокая доля убыточных предприятий и незначительные финансовые результаты деятельности организаций (Костромская и Ивановская области), по данным на 2017 год виден самый низкий среди рассматриваемых регионов удельный вес организаций, осуществляющих различные инновации (Костромская область - 2,8%, Ивановская область - 4,2%), и наоборот, в регионе с низким удельным весом убыточных предприятий (Рязанская область) удельный вес организаций, осуществляющих различные инновации, выше среднего по стране (12,1%; табл. 8).
Кроме того, следует сказать о некоторых противоречиях в развитии предпринимательской деятельности в исследуемых нами регионах. Так, зарубежный опыт свидетельствует, что экономика региона может успешно саморазвиваться, когда доля убыточных предприятий не превышает 20% от общего количества зарегистрированных предприятий [23, с. 26]. При этом, по данным Росстата, средняя доля убыточных предприятий по России в целом в 2017 году немногим более 30%. В то же время можно выделить саморазвивающиеся регионы (Московская, Калужская области, где не достигаются показатели «критической массы» предпринимателей, и г. Москву с высокими
показателями инновационной деятельности), в которых доля убыточных предприятий составляет более 30% [24]. Таким образом, противоречие состоит в том, что высокий удельный вес убыточных предприятий не означает полное отсутствие условий для обеспечения саморазвития региона.
К тому же с точки зрения рыночной экономики (неоклассической экономической теории) основной целью деятельности коммерческого предприятия является извлечение прибыли. С учетом этого обстоятельства можно выявить противоречие между теорией и практикой хозяйственной деятельности, состоящее в том, что с учетом стремления убыточного (неэффективного) предприятия к самосохранению (выживаемости) регион с высокой долей убыточных предприятий, но более качественной институциональной средой может демонстрировать некоторые условия для саморазвития. Вместе с тем встает вопрос, за счет каких источников поддерживается эта экономическая деятельность.
Несомненно, что одним из источников поддержания экономической деятельности г. Москвы, как показывают современные исследования [25], является возможность значительного инвестирования за счет бюджетных ресурсов (27,8% в структуре инвестиций в основной капитал)9.
9 Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 526.
Таблица 8. Удельный вес организаций, осуществляющих различного рода инновации,
% от общего числа организаций
Регион Год
2013 2014 2015 2016 2017
Владимирская область 10,7 12,6 11,2 10,4 9,0
Ивановская область 8,4 6,3 4,4 3,2 4,2
Калужская область 10,9 9,7 10,9 8,5 9,0
Костромская область 7,0 6,0 8,2 8,6 2,8
Нижегородская область 15,4 14,3 13,5 12,8 11,1
Рязанская область 11,4 13,1 12,7 12,3 12,1
Ярославская область 11,0 10,3 8,7 7,1 8,3
Московская область 8,4 8,7 8,0 8,5 8,9
г. Москва 18,3 18,8 19,7 16,1 14,3
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 946.
Также в качестве такого источника в г. Москве, Московской и Калужской областях выступает рост задолженности предприятий (юридических лиц) по взятым кредитным обязательствам (табл. 9).
Так, согласно данным таблицы 9, задолженность по кредитам, предоставленным кредитными организациями юридическим лицам, за период с 2013 по 2017 год увеличилась во всех исследуемых регионах, кроме Ивановской и Костромской областей. При этом в саморазвивающихся регионах в расчете на одну организацию рост и объем задолженности весьма значительные (табл. 10).
Как видно из таблицы 10, показатель задолженности по кредитам, предоставленным кредитными организациями юридическим лицам в расчете на 1 организацию на 2017 год, имеет высокое значение в таких регионах, как г. Москва (9,04 млн руб.), Московская область (5,88 млн руб.), Калужская область (4,8 млн руб.). При этом в Ярославской области, где уровень инновационной активности предприятий близок к уровню саморазвивающихся регионов (Калужской и Московской областей), задолженность на 1 организацию составила 3,5 млн руб., что значительно выше, чем в других регионах с недостаточным потенциалом саморазвития, особенно в Ивановской (1,1 млн руб.) и Костромской (1,6 млн руб.) областях. К тому же кроме за-
долженности по кредитам источниками поддержания экономической деятельности в исследуемых нами регионах выступают и долги по заработной плате, а также задолженность перед поставщиками и бюд-жетом10, возможно, и другие источники. Так, например, кредиторская задолженность в расчете на 1 организацию в саморазвивающихся регионах, по данным на 2017 год, составила в г. Москве 17,2 млн руб., в Московской и Калужской областях примерно по 11,5 млн руб., что от 2,5 до 9 раз превышает значение этого показателя в регионах с недостаточным потенциалом саморазвития (Владимирская область - 4,3 млн руб., Ивановская - 1,8 млн руб., Костромская -2,2 млн руб., Ярославская - 4,5 млн руб.)11.
Таким образом, приведенные данные показывают, что одним из основных мотивов осуществления предпринимательской деятельности в регионах с недостаточным потенциалом саморазвития является самосохранение предприятия и, соответственно, выживаемость в долгосрочном периоде. Однако стремление убыточных (неэффективных) предприятий к самосохранению (выживаемости) в регионах даже с недостаточной «критической массой» предпринимателей
10 Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 1068-1077.
11 Рассчитано по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 554, 1076.
Таблица 9. Задолженность по кредитам, предоставленным кредитными организациями юридическим лицам на начало года, млн руб.
Регион Год
2013 2014 2015 2016 2017 2018
Владимирская область 69259 77415 88074 87898 80270 83482
Ивановская область 41361 42906 41024 35905 35094 34844
Калужская область 84824 93963 118047 125067 132016 128271
Костромская область 33399 37695 35996 31811 28024 26039
Нижегородская область 259394 300986 360226 339210 316680 334074
Рязанская область 73322 84592 89578 83157 81877 85581
Ярославская область 105095 127371 127730 126022 147942 158060
Московская область 790946 886391 1130498 1157736 1276576 1406640
г. Москва 5993433 6689713 7860912 7823531 8526599 9049734
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 1024.
Таблица 10. Задолженность по кредитам, предоставленным кредитными организациями юридическим лицам, в расчете на 1 организацию, млн руб.
Регион Год
2013 2014 2015 2016 2017
Владимирская область 2,19 2,49 2,46 2,3 2,58
Ивановская область 1,3 1,19 1,01 1,03 1,1
Калужская область 3,4 4,19 4,37 4,73 4,8
Костромская область 2,09 2,04 1,8 1,62 1,6
Нижегородская область 3,3 3,65 3,3 3,0 3,53
Рязанская область 2,5 2,64 2,5 2,5 2,9
Ярославская область 2,78 2,81 2,7 3,13 3,5
Московская область 3,65 4,52 4,46 5,31 5,88
г. Москва 5,7 6,88 6,68 8,4 9,04
Составлено по: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2018: стат. сб. / Росстат. М., 2018. С. 554, 555, 1024.
и высокой долей убыточных предприятий (Московская и Калужская области), но более качественной институциональной средой, может способствовать наращиванию потенциала саморазвития этого региона за счет формирования некой «долговой экономики» (роста задолженности по кредитам; перед поставщиками; по заработной плате и перед бюджетом) и других источников.
В Ивановской, Костромской, Ярославской, Владимирской и Рязанской областях сложившаяся институциональная среда, а именно неприемлемые для этих регионов условия доступа предпринимателей к кредитным ресурсам (например, «экономика малых форм» Ярославской и Ивановской
областей), ограниченные возможности собственного капитала, низкая емкость рынка и ограниченные возможности сбыта за счет доступа к государственным и муниципальным закупкам, сжатый спрос в виду невысокого уровня доходов населения, недостаточное развитие инфраструктуры и др., не мотивируют предпринимательскую деятельность на достижение стратегических целевых установок (стремление к инновациям, расширение и удержание рынка сбыта, увеличение темпов роста продаж и др.), что не создает условия для обеспечения саморазвития этих регионов.
Все сказанное выше требует адекватной политики государственного регулирования,
возможно, и других подходов к ее реализации (интеграционный подход) [26], направленной на создание качественной институциональной среды, способствующей расширению мотивов предпринимательской деятельности в условиях регионов с недостаточным потенциалом саморазвития.
Автором получены следующие результаты.
1. Системно представлены характеристики институциональной среды, способствующие мотивации предпринимателей к ведению эффективной хозяйственной деятельности.
2. Исследуемые регионы Центральной России дифференцированы на два типа -
саморазвивающиеся и регионы с недостаточным потенциалом саморазвития. Данная классификация подтверждена результатами анализа критериев по сведениям официальной статистики за 2017 год.
3. На основе исследования количественных показателей, отражающих уровень развития предпринимательства, выявлены мотивы осуществления предпринимательской деятельности в регионах с недостаточным потенциалом саморазвития и доказано, что в условиях более качественной институциональной среды эти мотивы могут создавать предпосылки для саморазвития региона.
ЛИТЕРАТУРА
1. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 1. Кн. 1. Процесс производства капитала. М.: Политиздат, 1988. 891 с.
2. Клюзина С.В. Монополия и локальная монополия как ее тип: история вопроса, методология, теория и практика. Иваново: Иван. гос. ун-т, 2005. 285 с.
3. Wyckoff A., Colecchia A. The Economic and Social Impact of Electronic Commerce: Preliminary Findings and Research Agenda. London: Organization for Economic Co-Operation and Development (OECD), 1999.166 p.
4. Шумпетер Й.А. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982. 455 с.
5. Клейнер Г.Б., Тамбовцев В.Л., Качалов Р.М. Предприятие в нестабильной экономической среде: риски, стратегии, безопасность. М.: Экономика, 1997. 288 с.
6. Томпсон А., Формби Дж.П. Экономика фирмы: пер. с англ. / под общ. ред. Ю.В. Шленова. М.: Бином, 1998. 540 с.
7. Туякбаева А.Е., Полутова М.А. Предпринимательская мотивация как частный случай трудовой мотивации // Вестн. Читин. гос. ун-та. 2012. № 6. С. 70-75.
8. Региональное воспроизводство: фундаментальные вопросы теории и практики (по материалам областей Верхневолжья): науч. изд. / Б.Д. Бабаев [и др.]; под общей ред. Е.Е. Николаевой. Иваново: Иван. гос. ун-т, 2017. 308 с.
9. Захарова Ж.А. О необходимости привлечения инвестиций в инфраструктуру региона на основе механизмов государственно-частного партнерства // Многоуровневое общественное воспроизводство: вопросы теории и практики. 2013. № 5. С. 127-133.
10. Актуальные проблемы региональной экономики и активизация территориального фактора социально-экономического развития: монография / под ред. Б.Д. Бабаева. Иваново: ПресСто, 2013. 174 с.
11. Захарова Ж.А. О подходах к источникам саморазвития региона // Многоуровневое общественное воспроизводство: вопросы теории и практики. 2017. № 12 (28). С. 107-114.
12. Политика регионального развития в современной России: приоритеты, институты, инструменты / отв. ред. Е.М. Бухвальд. М.: ИЭ РАН, 2018. 250 с.
13. Абрамова Е.А. Механизм управления региональными системами на основе синтеза государственного регулирования и мобилизации потенциала внутреннего саморазвития // Изв. вузов. Сер.: Экономика, финансы и управление производством. 2014. № 2 (20). С. 34-37.
14. Бабаев Б.Д., Боровкова Н.В., Наянова Е.А. Об индикаторах уровня рыночного развития региона // Многоуровневое общественное воспроизводство: вопросы теории и практики. 2015. № 8 (24). С.228-233.
15. Татаркин А.И., Татаркин Д.А. Саморазвивающиеся территориальные экономические системы: диалектика формирования и функционирования // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2010. № 3 (184). Экономика. Вып. 24. С. 5-12.
16. Sharp Je.S., Agnitsch K., Ryan V., Flora Ja. Social infrastructure and community economic development strategies: the case of self-development and industrial recruitment in rural Iowa. Journal of Rural Studies, 2000, vol. 18, pp. 405-417.
17. Flora C., Flora Ja.L., Green G.P., Schmidt F.E. Rural Economic Development Through Local Self-Development Strategies. Agriculture and Human Values, 1991, vol. 8 (3), pp. 19-24.
18. Клейнер Г.Б. Системная модернизация отечественных предприятий: теоретическое обоснование, мотивы, принципы // Экономика региона. 2017. Т. 13. Вып. 1. С. 13-24.
19. Экономическая безопасность регионов России: монография / В.К. Сенчагов [и др.]; под ред. В.К. Сенчагова. Н. Новгород, 2014. 299 с.
20. Бабаев Б.Д. Тандем: рынок и государство // Теоретическая экономика. 2011. № 4. С. 55-61.
21. Конкуренция и регион / Б.Д. Бабаев [и др.] // Теоретическая экономика. 2014. № 1. С. 21-24.
22. Автономов А.М. Раскрытие категории «саморазвитие региона» в современной экономической литературе // Вестн. ВолГУ. 2005. Сер. 9. Вып. 4. Ч. 2. С. 46-51.
23. Бувальцева В.И. Сущность и содержание процесса саморазвития // Всерос. науч. конф. «Наука и образование»: сб. науч. тр. Белово: Изд-во КемГТУ, 2002. С. 25-29.
24. Zakharova Z.A., Bogatyrev V. Interconnection between the categories of region's self-development and population's living standards. Advances in Intelligent Systems and Computing, 2018, vol. 622, pp. 440-447.
25. Кузнецова О.В. Различия в привлекательности российских регионов для отечественных и иностранных инвесторов // Вопросы экономики. 2016. № 4. С. 86-102.
26. Бородин В.А., Ерохин А.В. Региональная интеграция как фактор повышения потенциала саморазвития территории // Региональная экономика: теория и практика. 2015. № 47. С. 2-12.
ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРE
Жанна Александровна Захарова - кандидат экономических наук, доцент, Владимирский филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации». Российская Федерация, 600017, г. Владимир, ул. Горького, д. 59а; e-mail: zjane77@mail.ru
Zakharova Zh.A.
THE MOTIVES FOR ENTREPRENEURIAL ACTIVITY IN THE REGIONS LACKING SELF-DEVELOPMENT POTENTIAL
The research subject of the article is the features and the conditions of entrepreneurship development in the regions of Central Russia. The authors emphasize the relevance of motivation for entrepreneurial activity to achieve strategic targets in the regions lacking self-development potential. The aim of the article is to identify the motives of entrepreneurial activity in the regions lacking
self-development potential and to reveal the contradictions in the development of business activities of the investigated regions. The authors use the methods of comparison and analogy, analysis and synthesis, abstract-logical method when describing the quality of the institutional environment facilitating effective business activities, the dialectical method when detecting the contradictions for entrepreneurship development. The study determined that the institutional environment of entrepreneurial activity established in the regions lacking self-development potential constrains the innovative capacity of business and does not motivate entrepreneurial activity to achieve strategic goals (expansion and retention of market, increase of sales growth rate, etc.). One of the main motives for entrepreneurial activity in the regions is the enterprise's self-preservation (survival in the long run) contributing to the raising of the regions' self-development potential given the formation of "debt economy". The obtained results can be used by public authorities both at Federal and regional level as an information base for development and implementation of the measures of entrepreneurship's state support in order to create a high-quality institutional environment for its implementation in the regions lacking self-development potential, as well as by professionals studying this issue. The article focuses on the development of the theory of state regulation of entrepreneurial activity of the regions lacking self-development potential. Further exploratory research may be focused on the identification of the underutilized sources of the regions' self-development potential raising and the development of tools for the creation of conditions for its achievement.
Motives for entrepreneurial activity, institutional environment, region, region's self-development. INFORMATION ABOUT THE AUTHOR
Zhanna A. Zakharova - Ph.D. in Economics, Associate Professor, Vladimir Branch of the Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Professional Education "The Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration". 59A, Gorky Street, Vladimir, 600017, Russian Federation; e-mail: zjane77@mail.ru