Таким образом, при анализе данных, полученных при изучении пренатального и постнатального развития потомства трех поколений лабораторных животных, не выявили какого-либо влияния ГМ кукурузы в сравнении с изогенным контролем. Все показатели находились в пределах физиологических норм, характерных для крыс линии Вистар соответствующего возраста. Ежедневное употребление с рационом агравированных количеств ГМ-кукурузы тремя поколениями крыс не оказывало воздействия на развитие их потомства.
Литература
1. Генетически модифицированные источники пищи: оценка безопасности и контроль / Под ред. В. А. Тутельяна. — М., 2007.
2. Гигиенические требования безопасности и пищевой ценности пищевых продуктов: Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы (СанПиН 2.3.2.1078-01). — М., 2002.
3. Куценко С. А. II Рос. биомед. жури. — 2003. — Т.4. — С. 188—284.
4. Лабораторные животные. Разведение, содержание, использование в эксперименте / Западнюк И. П., Западнюк В. И., Захария Е. А. и др. — Киев, 1983.
5. Медико-биологическая оценка безопасности генно-инже-нерно-модифицированных организмов растительного происхождения: Метод, указания МУ 2.3.2.2306-07. — М., 2008.
6. Приказ МЗ СССР № 755 от 12.08.1977 "О мерах по дальнейшему совершенствованию форм работы с использованием экспериментальных животных". — М., 1977.
7. Проблема нормы в токсикологии (современные представления и методические подходы, основные параметры и константы) / Трахтенберг И. М„ Сова Р. Е., Шефгель В. О. и др. — М., 1991.
8. Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ / Под ред. Р. У. Хабриева. — 2-е изд. — М., 2005.
9. Codex Alimentarius. Foods derived from biotechnology. — Rome, 2004.
10. Dostal L. A.. Whitfield L. R., Anderson J. A. II Fundam. Appl. Toxicol. — 1996. — Vol. 32. — P. 285—292.
11. Ema M., Fujii S., Hirata-Koizumi M. et all. // Rcprod. Toxicol. — 2008. — Vol. 25. — P. 335—351.
12. FDA/CFSAN/OFAS. 2004 (update). Redbook 2000, Toxicological principles for the safety assessment of food ingredients. Food and drug admin/center for food safety and applied nutrition/office of food additive cafety. — Washington, 2004.
13. Guidance document for the risk assessment of genetically modified plants and derived food and feed // EFSA J. — 2008. — Vol. 272, —P. 1—135.
14. Hodgson E. II Toxicol. Sci. — 2001. — Vol. 63. — P. 153—156.
15. HowlettJ., Edwards D. G.. Cockburn A. et al. // Int. J. Food Sci. Nutr. — 2003. — Vol. 54 (suppl.).
16. James C. Global status of commercialized biotech/GM crops: 2008. ISAAA Brief № 39. — New York, 2008.
17. Lewi P. J., Marshoom R. P. Toxicology reference data — Wistar rat. —Amsterdam, 1981.
18. Mori Kunio II J. Kyushu Dental Soc. — 1957. — Vol. 11. — P. 199—232.
19. OECD (Organisation for Economic Cooperation and Development). Draft guidance document on reproductive toxicity testing and assessment. — Paris, 2004.
20. Paolelli C., Flamm E„ Yan W et al. //Trends Food Sci. Tcchnol. — 2008. — Vol. 19. — P. 70—78.
21. PultenA. H. II J. Anat. — 1976. — Vol. 121 — P. 371—383.
22. Schneidereit M. // Lab. Anim. — 1985. — Vol. 19. — P. 240— 244.
23. Sosenko 1. R.. Frank L. II Am. J. Physiol. — 1989. — Vol. 257.
- P. 94—97.
24. WHO/FAO. Report of a Joint FAO/WHO Expert Consultation on foods derived from biotechnology: Safety aspects of genetically modified foods of plant origin. — WHO, 2000.
25. WHO/IPCS. Environmental Health Criteria 104: Principles for the Toxicological Assessment of pesticide residues in food. — Geneva: World Health Organization, 1990.
26. Witorsch R. J. Reproductive toxicology. —New York, 1995.
llocTynn.1» 11.04.11
Онкологические исследования в гигиене
О T. Н. УНГУРЯНУ, 2011 УДК 614.78:616-006.04
Т. Н. Унгуряну
МНОГОСРЕДОВОЙ КАНЦЕРОГЕННЫЙ РИСК ДЛЯ ЗДОРОВЬЯ НАСЕЛЕНИЯ ПРОМЫШЛЕННОГО ГОРОДА
Цель — оценить многосредовой риск для здоровья населения г. Новодвинска при поступлении канцерогенных веществ ингаляционным, пероральным и накожным путем.
Местные факторы экспозиции изучены в поперечном исследовании при анкетировании 1963 человек. Исследовано содержание 11 канцерогенов в 4 средах — атмосферном воздухе, питьевой воде, почве и продуктах питания. В модель оценки риска включены три пути экспозиции— ингаляционный, пероральный и накожный. Для оценки риска использованы среднесуточные пожизненные дозы и факторы канцерогенного потенциала. Общий канцерогенный риск (TCR) в сумме для всех путей поступления составляет 1, 4 ■ №. Вклад перораль-ного пути в TCR был 94,8% (1,4 ■ 1(У3), ингаляционного пути — 4,8% (6,8 ■ 1(Г5), накожного — 0,4% (5,4 ■ W6). Ведущими средами поступления канцерогенов являлись продукты питания, вклад которых в пероральный путь составил 81,3% (1,1 ■ 1(У3), и питьевая вода — 18,7% (2,5 ■ 10~4). Основными контаминантами, формирующими канцерогенный риск, являлись мышьяк (1,1 • 1(У!), никель (2,5 • ¡(У4) и хлороформ (3,7 ■ 1(У5).
Ключевые слова: канцерогенный риск, Новодвинск
Т. N. Ungunanu - MULTIPLE ENVIRONMENTAL POPULATION HEALTH RISK FOR CANCER IN INDUSTRIAL TOWN
The investigation was undertaken in the town ofNovodvinsk to assess multiple environmental population health risks from exposures to carcinogens by inhalation, oral, and dermal routes. Local exposure factors were studied in a longitudinal study by interviewing 1963 subjects according to a questionnaire. The levels of 11 carcinogens were estimated in 4 environmental media: ambient air, drinking water, soil, and foodstuffs. The risk assessment model comprised three
гиена и санитария 6/2011
exposure mules: inhalation, oral, and dermal. Lifetime average daily doses and factors of the carcinogenic potential were usedfor risk assessment. Total cancer risk (TCR) across all the exposure routes was 1.4x10@-3. The contribution of oral, inhalation, and dermal mutes to TCR was 94.8% (1.4xl0@-3), 4.8% (6.8xl0@-5), and 0.4% (5.4xl0@-6), respectively. The leading envimnmental media for carcinogens are foodstuffs, whose contribution to the oral mute was 81.3% (l.lxlO@-3), and drinking water whose contribution was 18.7% (2.5xl0@-4). The major contaminants contributing to cancer risk were arsenic (1. lxlO@-3), nickel (2.5xl0@-4), and chlomform (3.7xl0@-5).
Key words: cancer risk. Novodvinsk
Эпидемиологические исследования свидетельствуют о повсеместном росте заболеваемости и смертности от злокачественных новообразований. По данным Международного агентства по изучению рака, к 2030 г. в мире прогнозируется увеличение числа вновь выявленных случаев рака до 27 млн и 17 млн смертей от рака ежегодно [6]. Популяционная атрибутивная фракция для всех форм рака, связанная с факторами окружающей среды и поведснчсскими факторами риска, составляет около 35%. Более 70% случаев смерти от рака легкого обусловлены комбинацией эффектов табакокурения и загрязнения атмосферного воздуха [5].
В последние годы все больше внимания уделяют изучению комплексной канцерогенной нагрузки на среду обитания. Подавляющее большинство канцерогенных соединений может попадать в воду, воздух, почву и продукты питания, с ними человек контактирует и на производстве, и в быту. При этом в большинстве случаев при воздействии химических канцерогенов в малых дозах наблюдается эффект суммирования [1].
Целью исследования была оценка многосредового риска для здоровья населения при поступлении канцерогенных веществ ингаляционным, пероральным и накожным путем. Исследование выполнено в Новодвинске Архангельской области, где основу экономики составляет целлюлозно-бумажная промышленность.
Материалы и методы
Заболеваемость раком изучали по первичной медицинской документации "Извещение о больном с впервые в жизни установленным диагнозом злокачественного новообразования", форма № 090/у за 1982—2009 гг. Созданная база данных за указанный период включала 3347 новых случаев рака. Рассчитаны стандартизованные по возрасту показатели первичной заболеваемости раком, за стандарт принята возрастная структура населения Архангельской области.
Для изучения местных факторов экспозиции выполнено поперечное исследование. Проанкетировано 1963 человека в трех возрастных группах: 515 детей от 1 до 6 лет, 483 ребенка от 6 до 17 лет и 695 взрослых 18 лет и старше. Анкета включала следующую информацию: масса тела (кг), рост (см), количество потребляемой питьевой воды (л/сут), длительность воздействия (дни в году), время пребывания на открытом воздухе и в помещениях (ч/сут), продолжительность водных процедур (мин/сут), длительность контакта с почвой (мин/сут). Количество фактически потребляемых продуктов для школьников и взрослого населения устанавливали с помощью метода 24-часового (суточного) воспроизведения питания. Для дошкольников данные о количестве потребляемых продуктов питания в сутки получены из накопительных ведомостей "Расход продуктов за месяц". Исследование было одобрено этическим комитетом Северного государственного медицинского университета (Архангельск) в 2007 г.
Для определения содержания контаминантов в питьевой воде, продуктах питания и почве использовали базу данных Центра гигиены и эпидемиологии в Архангельской области. Риск для здоровья питьевой воды оценивали по воздействию 4 канцерогенов за 2006—2009 гг.: хлороформа, никеля, свинца и кадмия. Изучали также содержание 4 канцерогенов в почве
Унгуряну Т.Н. — доц., канд. мед. наук, гл. специалист-эксперт (unguryanutn@mail.ru)
за 2007—2009 гг.: никеля, свинца, кадмия и кобальта. Канцерогенную опасность продуктов питания исследовали для 3 контаминантов за 2003—2009 гг.: свинца, кадмия и мышьяка.
Загрязнение атмосферного воздуха канцерогенными веществами изучено по данным тома предельно допустимых выбросов (ПДВ) предприятия ОАО "Архангельский ЦБК", удельный вес которого в суммарном выбросе всех предприятий города составляет 99%. Определение средних расчетных концентраций канцерогенных веществ выполнено путем моделирования их рассеивания с использованием унифицированной программы расчета загрязнения атмосферы (УПРЗА) "Эколог" вер. 3.0 с расчетным блоком "Средние".
В связи с тем что распределение значений факторов экспозиции и концентраций загрязняющих веществ статистически значимо отличалось от нормального распределения, для их представления использовали медиану и 90-й процентиль. Статистический анализ данных проводили с помощью программного обеспечения SPSS 15.0 для Windows.
В модель оценки риска были включены три пути экспозиции: ингаляционный, пероральный и накожный при много-срсдовом поступлении канцерогенов из атмосферного воздуха, питьевой воды, почвы и продуктов питания. Для оценки канцерогенного риска использовали среднесуточные пожизненные дозы и факторы канцерогенного потенциала [2]. Оценивали среднюю экспозицию па уровне медианных концентраций канцерогенов. Канцерогенная опасность изучена на основе индивидуального и популяционного канцерогенною риска. Рассчитаны суммарный канцерогенный риск для каждого пути поступления канцерогенов и общий канцерогенный риск для всех путей.
Таблица 1
Местные факторы экспозиции для населения Новодвинска, по данным опроса (медианные значения)
Фактор экспозиции Дети от 1 до 6 лет (п = 515) Дети от 7 до 17 лет (п = 480) Взрослые от 18 лет (п = 632)
Масса тела, кг 16,0 38,0 70,0
Рост, см 103,0 147,0 169,5
Потребление питьевой воды, л/сут 1,8 2,0 2,25
Длительность водных процедур, мин/сут 18,6 40,0 45,0
Пребывание на открытом воздухе, ч/сут 2,3 3,4 2,3
Пребывание в помещениях, ч/сут 21,0 19,7 20,1
Длительность контакта с почвой, мин/сут 32,5
Длительность экспозиции, дни/год 335 325 335
Примечание . — данные отсутствуют.
i 500 z
<D
i 400
я
z
g 300 к
§ 200 ce
я 100 н
o i-o я T
Результаты и обсуждение
Среднемноголетний стандартизованный показатель заболеваемости злокачественными новообразованиями (все формы) среди совокупного населения Новодвинска за 1982—2009 гг. составил 284,1 на 100 тыс. населения. В структуре заболеваемости злокачественными новообразованиями мужского населения Новодвинска первые места занимают рак легкого (27,8%) и желудка (15,6%), в структуре заболеваемости женского населения — рак молочной железы (15,8%) и желудка (13,4%). За 28-летний период первичная заболеваемость раком (все формы) в Новодвинске характеризовалась тенденцией к росту и увеличилась на 58,5% (рисунок).
Значения местных факторов экспозиции представлены в табл. 1. Различные значения факторов экспозиции обусловливают разные уровни экспозиции канцерогенами для детей дошкольного, школьного возраста и взрослого населения.
Общий канцерогенный риск в сумме для всех путей поступления составляет 1,4 • 103 и является высоким (табл. 2). Приоритетным путем поступления канцерогенов в организм является перорапьный (1,4 • 10°), вклад которого в общий
0,716
Т-|—ГП—I I I I—ГН—ГП—I—ГТИ—I I I I I I I—I—I—Г-ГП # f ^ $ # f £ g £ ^ £ f £ -Частота ---Полиномиальная модель (Частота)
Первичная заболеваемость злокачественными новообразованиями (все формы) в Новодвинске за 1982—2009 гг. (оба пола, стандартизованные показатели на 100 тыс. населения).
канцерогенный риск составляет 94,8%. Вклад ингаляционного пути в общий суммарный риск составляет 4,8% (6,8 • 10'5), а накожного воздействия — 0,4% (5,4 • 10*). Ведущими средами переноса веществ в формировании индивидуального риска являются продукты питания, вклад которых в перо-ральный путь составляет 81,3% (1,1 • 101), и питьевая вода — 18,7% (2,5- 10*).
Таблица 2
Индивидуальный канцерогенный риск при многомаршрутной, многосредовой экспозиции для совокупного населения Новодвинска (на уровне медианных значений концентраций канцерогенов)
Путь поступления Хром Формальдегид Сажа Бензол Бензин Хлороформ Свинец Никель Кадмий Кобальт Мышьяк Сумма
Атмосферный воздух
Ингаляционный 2,6 - 10* 2,1 • 10* 7,2 - 10' 1,7 - ia7 1,1 • 10* 3,2 ■ 10* — — — — — 3,6 • 10*
Питьевая вода
Пероральный — — — — — 4,3 • 10* 7,5 • 10-7 2,5 • 10* 8,3 • IO"7 — — 2,5 • 10*
Ингаляционный — — — — — 3,2 • 10* — — — — — 3,2 • 10*
Накожный — — — — — 5,1 • 107 2,5-,0-ю 4,2 • 10* 1,1 • 107 — — 4,8 - 10*
Сумма — — — — — 3,7 ■ 10* 7,5 • 107 2,5 • 10* 9,5 ■ IO"7 — — 2,9- 10*
Почва
Пероральный — — — — — — 7,4-10-" 5,3 • 10' 6 - 10-" 2,9-10-" — 5,4 • 10'
Накожный — — — — — — 3,3-10-10 5,9 - 10"7 1,1 • 10* 1,3 • 10-'° — 6,0 ■ ю-7
Сумма — — — — — — 4,0-10-10 6,0 • 107 1,1 • 10* 1,6-1010 6,1 • IO"7
Пероральный
Перорапьный
Ингаляционный
Накожный Сумма
Продукты питания
— — 1,1 • 10-* — Суммарное поступление
4,3-10* 1,9 Ю-6 2,5 10*
2,6 • 10* 2,1 • 10* 7,2 • 10 ' 1,7 • Ю-7 1.1 • 10* 3,2 • 10* —
4,8 • 10*
2,6 10* 2,1 ■ 10* 7,2-10-' 1,7 la7 1,1 10* 3,7- 10"' 1,9 10* 2,5 • 10*
5,1 • lfr7 5,8 •
ío-10
1,0- 10* 1,9 - 10*
1,2 • IO"7 2,0- 10*
2,9-IO11
1,3-10-'°
1,6-10-'°
1,1 • 10"' 1,1 • 10*
1,1 • 10' 1,4 10* 6,8 • 10* 5,4 • 10* 1,1 ■ 10° 1,4 • 10-'
^игиена и санитария 6/2011
Ингаляционный канцерогенный риск в равной степени формируется за счет смеси канцерогенов атмосферного воздуха (3,6 • 10'5) и ингаляционного поступления хлороформа из питьевой воды (3,2 • 10'5), что составляет 52,9 и 47,1% соответственно. Основной вклад в канцерогенный риск при накожной экспозиции вносят канцерогены питьевой воды (88,9%) и в меньшей степени — почвы (11,1%).
Ведущее место среди канцерогенов, поступающих по всем путям и средам переноса, занимает мышьяк (76,9%), определяющий высокий уровень канцерогенного риски (1,1 • 10'3) при пероральной экспозиции с продуктами питания. Второе место занимает никель (17,7%), определяющий настораживающий уровень риска (2,5 • 10"1), преимущественно за счет перорального пути поступления с питьевой водой. На третьем месте находится хлороформ (2,6%), определяющий допустимый уровень риска (3,7 ' Ю"5) и поступающий преимущественно ингаляционным пугем из питьевой воды.
Популяционный многосредовой канцерогенный риск для всего населения Новодвинска составляет 60 дополнительных случаев рака в течение 70 лет, из них 42 случая — за счет экспозиции мышьяком, 11 случаев — при воздействии никеля и 2 случая — за счет хлороформа.
Результаты оценки многосредового канцерогенного риска для населения Новодвинска согласуются с данными, полученными в Магнитогорске, где пероральный путь поступления канцерогенов также оказался приоритетным (95,7%). При этом ведущей средой переноса канцерогенов явились продуктов питания (93,3%), а первое место среди канцерогенов, поступающих по всем путям и средам переноса, занимал мышьяк (82,6%), определяющий высокий и насторажи-
вающий уровни индивидуального канцерогенного риска [3]. Кроме того, при оценке канцерогенного риска контаминан-тов питьевой воды в Новодвинске установлено, что приоритетным путем поступления хлороформа в организм человека является ингаляционный. Это согласуется с оценками, полученными для Канады [4].
Заключение
Таким образом, комплексное действие канцерогенных веществ в Новодвинске характеризуется высоким уровнем риска. Приоритетным путем поступления канцерогенов в организм является пероральный, а приоритетной средой — продукты питания. Среди исследуемых 11 канцерогенов высокая канцерогенная опасность для здоровья населения установлена при воздействии мышьяка, а настораживающая — при воздействии никеля.
J1 итерату ра
1. Искаков JI. Ж., Боев В. М., Засорин Б. В. II Гиг. и сан. — 2009,—№3, —С. 52—54.
2. Руководство по оценке риска для здоровья населения при воздействии химических веществ, загрязняющих окружающую среду. — М., 2004.
3. Уральшин А. Г. и др. // Материалы X съезда гигиенистов и санитарных врачей. — 2007. — С. 844—848.
4. Trihalomcthanes in Drinking water. — Ottawa, 2004.
5. Weiderpass E. H J. Prev. Med. Publich. Hlth. — 2010. — Vol. 43, №6, —P. 459—471.
6. World Cancer Report 2008. — Lyon: IARC, 2008.
Поступила 21.02.11
С 3. И. ЖОЛДАКОВА. H. В. ХАРЧЕВНИКОВА УДК 614.777:615.277.4
3. И. Жолдакова, Н. В. Харчевникова
КЛАССИФИКАЦИЯ ВЕЩЕСТВ ДЛЯ ПРОГНОЗА ПОРЯДКА ВЕЛИЧИНЫ БЕЗОПАСНЫХ УРОВНЕЙ В ВОДЕ ПО КАНЦЕРОГЕННОМУ ЭФФЕКТУ
ФГБУ НИИ экологи человека и гигиены окружающей среды им. А. Н. Сысина Минздравсоцразвития РФ, Москва
Разработана классификация для прогноза безопасных по канцерогенному эффекту уровней химических веществ в воде. За основу взяты величина LTDI0 — нижняя 95% доверительная граница наименьшей дозы, статистически достоверно приводящей к увеличению на 10% частоты возникновения рака у лабораторных животных при повторном ежедневном введении в течение всей жизни, приведенная на открытом интернет-ресурсе CPDB, а также классификация канцерогенности, принятая Международным агентством по изучению рака (МАИР). На основании анализа ПДК веществ, нормированных в воде по канцерогенному эффекту, определены интервалы значений ПДК, соответствующие различным классам по предложенной классификации. Сделан прогноз порядков величин ПДК веществ, нормированных в воде без учета канцерогенного действия, а также порядков величин ПДК четырех ненормированных в России веществ.
Ключевые слова: канцерогенностъ, классификация, прогноз, безопасные уровни веществ в воде, порядок величин ПДК
Z. I. Zholdakova, N. V. Kharchevnikova - CLASSIFICATION OF SUBSTANCES TO PREDICT THE ORDER OF MAGNITUDE OF THEIR SAFE WATER LEVELS IN TERMS OF CARCINOGENIC EFFECT
A classification has been developed to predict the safe water levels of chemical compounds in terms of their carcinogenic effect, by using as the base the LTD@10 value that is a lower 95% confidence limits for the lowest dose that statistically significantly causes a 10% increase in the incidence of cancer in laboratory animals continuously receiving a daily dose of the compound throughout their life, which is given in the CPDB internet resource, and the carcinogenicity classification adopted by the International Agencyfor Research on Cancer. Based on an analysis of the maximum allowable concentration (MAC) of the standardized water substances in terms of their carcinogenic effect, the authors determined MAC ranges corresponding to different classes in accordance with the proposed classification. They predicted the orders of magnitude of MAC of the standardized water substances without taking into account their carcinogenic effect and those of four substances unstandardized in Russia.
Key words: carcinogenicity; classification; prediction; safety water levels of substances; order of magnitude of the maximum allowable concentration
В XX в. обоснование нормативов веществ в воде проводили в основном без учета их канцерогенного действия. В процессе гармонизации отечественных и зарубежных нормати-
вов для 23 веществ нормативы в воде были пересмотрены с учетом канцерогенного эффекта [36]. Очевидно, что прогноз наличия канцерогенности, степени канцерогенной опасно-