Научная статья на тему 'Меманталь в долговременной терапии умеренной и тяжелой болезни Альцгеймера: возможности повышения качества жизни больных и ухаживающих за ними лиц'

Меманталь в долговременной терапии умеренной и тяжелой болезни Альцгеймера: возможности повышения качества жизни больных и ухаживающих за ними лиц Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

CC BY
1191
61
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по клинической медицине, автор научной работы — Гаврилова С.И., Колыхалов И.В., Кулик А.С., Пономарева Е.В., Селезнева Н.Д.

Рассмотрена клиническая эффективность при лечении БА Меманталя одного из зарегистрированных в России препаратов дженериков мемантина. Приведены результаты полугодовой терапии с использованием Меманталя у пациентов с умеренной и тяжелой деменцией, обусловленной БА, доказывающие эффективность и безопасность препарата. Дана оценка влияния такого терапевтического подхода на уровень нагрузки на членов семей больных, осуществляющих уход и надзор за больными в домашних условиях.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Mamantali in long-term therapy of moderate and severe Alzheimer''s disease: opportunities to improve the quality of life of patients and carers individuals

Considered clinical efficacy in the treatment of BA Mementos one was in Russia of generic drugs memantine. The results of six months treatment with the use of Mementos in patients with moderate and severe dementia due to BA, proving the effectiveness and safety of the drug. To estimate the impact of this therapeutic approach on the level of load on the family members of patients, providing care and supervision of patients at home.

Текст научной работы на тему «Меманталь в долговременной терапии умеренной и тяжелой болезни Альцгеймера: возможности повышения качества жизни больных и ухаживающих за ними лиц»

МЕМАНТАЛЬ В ДОЛГОВРЕМЕННОЙ ТЕРАПИИ УМЕРЕННОЙ И ТЯЖЕЛОЙ БОЛЕЗНИ АЛЬЦГЕЙМЕРА: ВОЗМОЖНОСТИ ПОВЫШЕНИЯ КАЧЕСТВА ЖИЗНИ БОЛЬНЫХ И УХАЖИВАЮЩИХ ЗА НИМИ ЛИЦ

С.И. Гаврилова, И.В. Колыхалов, А.С. Кулик, Е.В. Пономарева, Н.Д. Селезнева, Я.Б. Федорова

Отдел гериатрической психиатрии ФГБНУ «НЦПЗ»

Рассмотрена клиническая эффективность при лечении БА Меманталя — одного из зарегистрированных в России препаратов — дженериков мемантина. Приведены результаты полугодовой терапии с использованием Меманталя у пациентов с умеренной и тяжелой деменцией, обусловленной БА, доказывающие эффективность и безопасность препарата. Дана оценка влияния такого терапевтического подхода на уровень нагрузки на членов семей больных, осуществляющих уход и надзор за больными в домашних условиях.

Ключевые слова: болезнь Альцгеймера, некогнитивные психические расстройства, меман-тин, Меманталь.

В связи с постарением населения болезнь Альцгеймера (БА) превратилась в одну из главных медико-социальных проблем современного мира. «Жертвами» БА являются как сами больные, так и члены семей, осуществляющие уход за пациентами. Ожидается, что рост численности больных БА станет в ближайшем будущем непосильным бременем как для членов их семей, так и общества в целом. Многие авторы публикаций на эту тему именуют БА «молчаливой эпидемией» или «тикающей бомбой» [1, 2].

В последние годы опубликован ряд работ, которые касаются негативного влияния БА на ухаживающих лиц и, в частности, оценивают изменение качества их жизни и здоровья [3-7]. Большинство из тех, кто ухаживает за больными БА, являются членами их семей [8]. По данным Альцгеймеровской ассоциации, в 2013 г время, потраченное на уход за больными с деменцией, в мире составило в среднем 17,7 млрд часов ежегодно, а общемировые прямые и косвенные затраты по уходу — более 220,2 млрд долл. США[9].

Хронический стресс, связанный с выполнением функции ухода за больными с деменцией, влечет за собой физиологические изменения в организме, которые увеличивают риск развития или обострения хронических заболеваний. В серии недавних публикаций показано, что при определенных условиях у лиц, ухаживающих за больными БА, чаще выявляются повышение риска сердечно-сосудистых заболеваний и нарушения функции почек по сравнению с людьми того же пола и возраста, которые за такими пациентами не ухаживают [10-13]. По данным отчета, опубликованного Альцгеймеровской ассоциацией [9], в семьях пациентов с деменцией проблемы со здоровьем у лиц, непосредственно ухаживающих за больными, достоверно более выражены по сравнению с другими членами семьи. В частности, именно ухаживающие лица имеют повышенный уровень гормонов стресса, у них снижен иммунитет, более медленно заживают раны, повышена заболеваемость артериальной гипертонией и ишемической болезнью сердца. Тяжесть нагрузки на ухаживающих лиц неуклонно растет по мере утяжеления деменции у пациентов. Чем выше уровень когнитивных нарушений у пациентов, тем менее они самостоятельны и тем в большей посторонней помощи и контроле за их поведением они нуждаются. В связи с этим увеличиваются как временные, так и физические затраты ухаживающих лиц, что приводит к повышению их дистресса и способствует нарастанию тревожных и депрессивных расстройств. Наиболее велик груз проблем, связанных с уходом и присмотром за больными при появлении у них (как правило, на стадии умеренной и тяжелой деменции) поведенческих и психотических сим- <о птомов [14, 15]. 5

В этой связи особую актуальность приобрета- 2 ет вопрос о том, в какой степени лечение больных ^ с БА способно оказать позитивное влияние не

только на когнитивное и повседневное функционирование самих больных, но и может снизить нагрузку (как физическую, так и психологическую) на тех членов их семей, на которых ложится вся тяжесть ухода за пациентами, и, соответственно, позволит улучшить качество жизни и состояние здоровья ухаживающих лиц.

Клинические рекомендации по лечению БА, разработанные ведущими специалистами США и европейских стран, определили перечень лекарственных средств по показанию «болезнь Аль-цгеймера» (донепезил, ривастигмин, галантамин и мемантин) и последовательность их назначения по мере прогрессирования заболевания от начальной (мягкой) до тяжелой стадии деменции. В соответствии с этими рекомендациями препаратами выбора на стадии мягкой и умеренной деменции являются ингибиторы холинэстеразы (ХЭ): донепезил, ривастигмин или галантамин, а на стадии умеренной и тяжелой БА — мемантин [16 ,17]. В последние годы в перечень лекарственных средств, рекомендуемых для лечения умеренно тяжелой и тяжелой БА, включен дополнительно ривастигмин ТТС в дозировке 13,3 мг/сут.

Несмотря на то что прошла четверть века со времени внедрения в клиническую практику средств патогенетической терапии БА, не менее половины больных в экономически развитых странах и до 90 % пациентов в странах со средним и низким доходом остаются без патогенетической терапии. Причиной этого служит прежде всего неудовлетворительный уровень диагностики деменции у пожилых и стариков, связанный с отсутствием должного информирования населения и врачей первичной медицинской сети, а также с ограниченностью необходимой инфраструктуры для диагностики и лечения таких больных.

Кроме того, ограничения в применении средств патогенетической терапии БА, особенно в долгосрочной перспективе, как за рубежом, так и в России во многом связаны с затратностью лечения. В частности, об этом свидетельствуют данные Белоусова Ю.Б. и соавт. [18]: препараты с доказанной эффективностью — ингибиторы ХЭ и мемантин — получают не более 1,6 % пациентов с БА и другой деменцией.

Внедрение в клиническую практику более дешевых, но высококачественных дженери-ков может внести существенные изменения в крайне неблагоприятную ситуацию с лечением БА в отечественном здравоохранении. Помимо терапевтического эффекта, способствующего улучшению качества жизни как самих пациентов, так и членов их семей, долгосрочная терапия деменции позволяет существенно сократить прямые и непрямые расходы в связи с деменцией как семей больных, так и общества в целом [25, 26]. Как известно, большая часть (примерно две трети) от всех затрат на больных БА приходится на

тяжелую стадию деменции, поскольку на этом этапе развития болезни неизбежной становится госпитализация в психиатрический стационар либо помещение в учреждения с круглосуточным уходом или реализация такого ухода за больным в домашних условиях.

Необходимость обеспечения домашнего ухода за больным с деменцией вынуждает по крайней мере одного из членов семьи оставить работу либо перейти на сокращенный график работы или же прибегнуть к найму сиделки, что увеличивает так называемые непрямые затраты семьи, связанные с БА.

В связи с этим широкое внедрение методов терапии, способной не только улучшить состояние больного, но и уменьшить моральное, физическое и материальное бремя ухаживающих лиц и семьи в целом в связи с деменцией у родственника, является чрезвычайно актуальной задачей. К настоящему времени накоплены многочисленные доказательства терапевтической эффективности мемантина при умеренной и тяжелой БА, свидетельствующие о способности такой терапии повысить функциональные возможности больного в повседневной жизни, а также существенно уменьшить нагрузку на обслуживающий персонал или членов семей больных, осуществляющих уход за ними домашних условиях [21-23].

В целом ряде исследований последнего десятилетия была установлена экономическая эффективность долговременной терапии с использованием мемантина у больных с умеренной и тяжелой БА [24-26]. Из-за низкой выявляемости больных БА на ранних стадиях деменции в отечественной медицине большинство пациентов попадает в поле зрения служб здравоохранения только на стадии продвинутой деменции. В этой связи можно ожидать, что в соответствии с клиническими рекомендациями значительная часть больных БА должны лечиться мемантином. Однако, по данным Е.Б. Любова [25], доля больных БА, которые получают мемантин, оказалась ничтожно малой. Возможным объяснением такой ситуации может служить как отсутствие достоверной информации о пользе такой терапии даже на продвинутых стадиях деменции, так и чрезмерная для населения РФ затратность лечения оригинальным мемантином, который до недавнего времени оставался единственным препаратом мемантина, доступным для лечения БА в России.

Меманталь — один из зарегистрированных в России препаратов — дженериков мемантина. Его клиническая эффективность при лечении БА впервые была установлена В.А. Кутаневым и соавт. [27], а в работах О.Ю. Ширяева и его коллег [28] получены убедительные доказательства терапевтической эквивалентности Меманталя оригинальному мемантину при аналогичной продолжительности терапии. Фармакоэкономиче-ский анализ, проведенный автором, кроме того показал стоимостное преимущество Меманталя

по сравнению с оригинальным мемантином. По данным авторов, среднегодовая стоимость лечения Меманталем при аналогичной продолжительности терапии вдвое ниже стоимости лечения оригинальным мемантином.

Цель настоящей работы — провести анализ эффективности и безопасности полугодовой терапии с использованием Меманталя у пациентов с умеренной и тяжелой деменцией, обусловленной БА, а также оценить влияние такого терапевтического подхода на уровень нагрузки на членов семей больных, осуществляющих уход и надзор за больными в домашних условиях.

БОЛЬНЫЕ И МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ

Настоящая работа выполнена на группе из 30 пациентов с умеренной и тяжелой БА в возрасте от 55 до 84 лет (медиана возраста 74 [67; 78]), обратившихся за помощью в отделение болезни Альцгеймера отдела гериатрической психиатрии ФГБНУ НЦПЗ. Клиническая характеристика больных представлена в табл. 1.

В наблюдение было включено по 15 больных БА на стадии умеренной и тяжелой деменции. Лечение начиналось с периода постепенного титрования дозы препарата (начальная доза — 5 мг, с последующим еженедельным повышением доз на 5 мг). Терапевтическая доза Меманталя составляла 20 мг, препарат принимался внутрь, один раз в день в одно и то же время, независимо от приема пищи.

Таблица 1. Клиническая характеристика исследуемой группы больных к началу исследования

Показатель Значения

Число больных 30

Средний возраст, Me [Q1; Q3] 74,0 [67; 78]

Стадия деменции:

умеренная 15

тяжелая 15

Средние групповые оценки по шкалам:

MMSE, Me [Q1; Q3] 12 [10; 17]

ADAS-cog, Me [Q1; Q3] 43 [38; 48]

NPI, Me [Q1; Q3] 15 [8; 22]

Для данного клинического наблюдения больные должны были удовлетворять следующим критериям включения:

• дать подписанное письменное информированное согласие на участие в исследовании, возможность и желание находиться под наблюдением исследователя в течение предусмотренного времени;

• иметь диагноз БА, установленный в соответствии с критериями МКБ-10;

• возраст — от 50 до 90 лет включительно;

• для женщин: состояние постменопаузы или отсутствие способности к зачатию по другим причинам (гистерэктомия, стерилизация и др.);

• оценка по шкале Хачински не более 4 баллов;

• оценка по шкале Mini-Mental State Examination (MMSE) в диапазоне от 6 до 18 баллов на момент скринингового визита;

• наличие нейровизуализационных признаков, соответствующих диагнозу БА по данным КТ или МРТ;

• наличие постоянно проживающего совместно с пациентом родственника или другого попечителя, который осуществляет наблюдение и ухаживает за больным, в том числе контролирует прием препарата.

В клиническом наблюдении не могут участвовать больные, имеющие следующие критерии исключения:

• отказ от согласия — пациент в любое время может прекратить свое участие в исследовании по любой причине;

• ограничения в возможности приема препарата внутрь;

• наличие сопутствующих нестабильных соматических заболеваний, к числу которых относятся:

— любое состояние, которое непосредственно угрожает жизни больного,

— злокачественные новообразования,

— острый инфаркт миокарда,

— нестабильная стенокардия,

— угрожающие аритмии или неконтролируемая артериальная гипертензия,

— декоменсированный или нестабильный сахарный диабет или другие эндокринопатии в стадии декомпенсации,

— декомпенсированная сердечная, легочная, печеночная или почечная недостаточность,

— туберкулез,

— ВИЧ, сифилис или другая инфекция,

— судороги в анамнезе;

• наличие клинически значимых других неврологических или психических заболеваний, к которым относятся:

— эпилепсия,

— рассеянный склероз,

— опухоль головного мозга,

— нейроинфекция,

— болезнь Паркинсона и другие первично-дегенеративные и дисметаболические поражения базальных ганглиев,

— нормотензивная гидроцефалия,

— алкоголизм и другие пристрастия к употреблению психоактивных веществ,

— шизофрения, маниакально-депрессивный психоз, униполярное аффективное расстройство, другие психотические состояния;

• наличие грубого двигательного или сенсорного дефекта или других нарушений, которые затрудняли бы оценку первичных или вторичных параметров эффективности терапии:

со

о

CN

со

OI

— любой этиологии параличи или глубокие парезы конечностей,

— грубые нарушения зрения или слуха,

— грубые нарушения соматической чувствительности,

— нарушения сознания или поведения,

— выраженные галлюцинаторные расстройства, а также любые другие нарушения, которые не позволяют провести запланированные исследования в полном объеме;

• одновременное проведение иной когнитивной терапии, которая способна исказить результаты исследования или неблагоприятно взаимодействовать с исследуемым препаратом;

• наличие брадикардии (частота сердечных сокращений менее 50).

Все 30 пациентов, принявших участие в исследовании, на протяжении не менее 14 дней до начала лечения и на протяжении всего периода исследования не принимали никаких препаратов, оказывающих модулирующее действие на состояние когнитивных функций, в том числе ингибиторов ХЭ, антагонистов NMDA-рецепторов, пептидных препаратов, антиоксидантов, ноотро-пов, нейролептиков и антидепрессантов с выраженными антихолинергическими эффектами, а также препаратов, изменяющих абсорбцию препарата Меманталь или урежающих частоту сердечных сокращений.

Продолжительность курса терапии составила 6 месяцев. Все пациенты получали терапию согласно указанной выше схеме приема.

У большинства пациентов отмечались хронические соматические заболевания. Так, 18 больных страдали гипертонической болезнью, у 6 выявлена ишемическая болезнь сердца, у 4 — хронический пиелонефрит, у 3 — артрозо-артрит различных суставов, у 3 гиперплазия и аденома простаты, и 2 пациента страдали сахарным диабетом. Соматическое состояние всех больных к началу терапии было компенсированным.

Оценка эффектов препарата производилась до начала лечения, к окончанию 3-го и 6-го месяцев терапии.

Для оценки терапевтической динамики когнитивного функционирования использовались краткая шкала оценки психического статуса (MMSE, Mini-Mental State Examination) [29] и шкалы оценки когнитивных нарушений при болезни Альцгеймера (ADAS-Cog, Alzheimer's Disease Assessment Scale) [30]. Выраженность поведенческих и психотических симптомов де-менции оценивалась по Нейропсихиатрическому опроснику (NPI, Neuropsychiatrie Inventory)[31].

Для определения нагрузки на лиц, ухаживающих за больными, применялся опросник RUD (Resource Utilization in Dementia). Оценка нагрузки на лиц, ухаживающих за больными в домашних условиях (шкала RUD)[32], проводилась до начала и к окончанию 6-го месяца терапии Меманталем.

Статистическая обработка полученных результатов выполнена на персональном компьютере с помощью пакета прикладных программ STATISTICA 6. Для описания выборочного распределения количественных признаков, распределенных по отличному от нормального закону распределения, использовалась медиана (Ме) и верхний (Q1) и нижний квартили (Q3) (интерквар-тильный размах). Для сопоставления двух групп по количественным признакам использовались непараметрические методы статистического анализа — критерий Вилкоксона для связанных групп.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В соответствии с общим клиническим впечатлением, о характере изменений состояния больных (шкала CGI) положительный эффект на момент завершения исследования был отмечен у 63,3 % от общего числа включенных в исследование больных, при этом у 43,3 % улучшение было оценено как умеренное выраженное. У 20,0 % пациентов изменений состояния не наблюдалось, а у 16,7 % больных состояние ухудшилось (рис. 1).

CD

о

CN

со

Ol

3 месяца 6 месяцев

Рис. 1. Эффективность терапии Меманталем по общему клиническому впечатлению

(шкала CGI)

Таблица 2. Терапевтическая динамика когнитивного функционирования (по шкалам MMSE и ADAS-cog) на терапии Меманталем

Шкалы 0 день, Me Q3] 3 месяца, Me Q3] 6 месяцев, Me Q3]

MMSE 12,0 [11; 14] 14,0 [13; 17]* р = 0,000281 14,5 [11; 16,5]* р = 0,007764

ADAS-cog 43,0 [38; 48] 41,0 [31; 46]* р = 0,000356 40,5 [34; 45]* р = 0,01425

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

*Различия значимы по сравнению с оценкой до начала терапии.

Значимое улучшение когнитивного функционирования пациентов по сравнению с исходным уровнем (шкалы ММЭЕ и ADAS-cog) наблюдалось уже к окончанию месяца терапии Меманталем. На протяжении последующих трех месяцев лечения отмечалось незначительное нарастание позитивного эффекта в отношении когнитивного функционирования (табл. 2).

До начала терапии некогнитивные психические расстройства, оцениваемые по шкале NPI, отмечались у 83,3 % пациентов. Наиболее часто наблюдалась апатия (46,7 % больных), депрессия, тревога и раздражительность (соот-

ветственно по 40,0 % больных). Агрессия и расстройства сна отмечались у 30,0 %, аберрантное моторное поведение — у 26,7 %. Психотические расстройства были выражены у небольшого числа пациентов, бредовые и галлюцинаторные расстройства отмечались соответственно у 6,7 и 10 % больных (рис. 2).

В процессе терапии отмечалась положительная динамика большинства некогнитивных расстройств уже к окончанию как третьего, а так и шестого месяцев терапии (рис. 3). Динамика показателей соответствующих пунктов шкалы NPI/NH подтвердила, что применение Меманталя

50

40

30

20

10

□ 1 - Бредовые расстройства

□ 3 - Агрессия

□ 5 - Тревога

□ 7 - Аберрантное моторное поведение

□ 9 - Расстройства сна

6 7 8

□ 2 - Галлюцинации

□ 4 - Депрессия

□ 6 - Апатия

■ 8 - Раздражительность

Рис. 2. Частота поведенческих и психотических нарушений до начала терапии, %

•Суммарная оценка по шкале "Стрессовая нагрузка на ухаживающего

*Различия значимы по сравнению с оценкой до начала терапии.

Рис. 3. Терапевтическая редукция поведенческих и психотических расстройств и стрессовой нагрузки на ухаживающее лицо по шкале NPI

со о

со

О!

Рис. 4. Терапевтическая редукция некогнитивных психических расстройств (в процентах к исходной оценке) к окончанию терапии Меманталем

Таблица 3. Тяжесть некогнитивных психических расстройств по шкале NPI/NH до начала и после окончания терапии Меманталем

0 день, Me Q3] 6 месяцев, Me Q3] р

Бредовые расстройства 6,0 [4 8] 3,5 [3; 4] 0,17971

Галлюцинации 3,0 [2 4] 1,0 [0; 3] 0,17971

Ажитация/агрессия 4,0 [3 4] 1,0 [0; 2] 0,01171

Депрессия 2,5 [1 4] 1,0 [0;1] 0,00768

Тревога 4,0 [4 4] 1,0 [0;1] 0,00221

Апатия 4,0 [4 6] 3,0 [1; 4] 0,01790

Раздражительность 4,0 [3 9] 1,0 [0; 3] 0,00506

Аберрантное моторное поведение 12,0 [8 12] 12,0[7; 12] 0,87892

Расстройство сна и поведения в ночное время 4,0 [2 4] 1,5 [3; 6] 0,10832

Суммарная оценка 15,0 [9 21] 6,0 [1; 14] 0,00018

Стрессовая нагрузка на лицо, ухаживающее за больным 7,0 [5,5; 11] 2,5 [1; 5] 0,00013

способствует достоверному снижению стрессовой нагрузки на лиц, ухаживающих за пациентами.

Анализ отдельных групп некогнитивных симптомов, представленных в шкале NPI, показал, что к окончанию терапии достоверная положительная динамика отмечена как по суммарному показателю, так и по большинству симптомов. Значимая положительная динамика в процессе терапии Меманталем наблюдалась в отношении следующих симптомов: депрессии, тревоги, апатии, агрессии и раздражительности (рис. 4). Не отмечено значимой положительной динамики только в отношении расстройств сна и поведения в ночное время, а также выраженности бредовых и галлюцинаторных симптомов (табл. 3). Незначимая редукция таких симптомов, скорее всего, была связана с их малой частотой в данной выборке больных.

Поскольку уход за больными, страдающими о умеренной и особенно тяжелой деменцией, сопровождается большой стрессовой нагрузкой со на лиц, непосредственно ухаживающих за ними, важно было оценить, может ли применение

Меманталя на этой стадии болезни облегчить положение этих людей.

Уход за больными, включенными в настоящее исследование, осуществляли супруги пациентов (19 человек) и дети (9 человек) в возрасте от 25 до 84 лет. Еще за двумя пациентами ухаживали платные сиделки. Возрастное распределение лиц, ухаживающих за больными, показано на рис. 5. Совместно с больными проживали 26 человек, и 4 регулярно посещали пациентов не реже 3-4 раз в неделю.

Средний групповой показатель (по шкале RUD) продолжительности времени, которое ухаживающие тратили на уход и присмотр за своими пациентами до начала лечения, составлял 8,5 часов в день (табл. 4). К окончанию терапии показатель общего времени, затрачиваемого на уход за больным, значимо сократился на 16,5 %. При этом время, затрачиваемое собственно на присмотр за больным, значимо уменьшилось (на 0,8 часа), а время, затрачиваемое на уход и обслуживание пациентов, изменилось недостоверно.

Рис. 5. Распределение по возрасту лиц, ухаживающих за пациентами с БА (в процентах к общему числу ухаживающих)

Таблица 4. Распределение времени затрачиваемого на уход за больными, до начала терапии и к моменту ее окончания

Время, затрачиваемое на помощь пациенту (часы) Период терапии Уменьшение времени помощи больному

до начала лечения через 6 месяцев терапии

И ± SD М ± SD %

Уход (прием пищи, одевание, туалет, личная гигиена, купание и прогулки) 3,0 ± 1,7 2,9 ± 2,2, р = 0,23224 3,3

Обслуживание (покупки, приготовление еды, уборка, стирка, поездки, прием лекарств) 3,0 ± 1,5 2,5 ± 1,4, р = 0,07044 16,7

Присмотр (избегание опасных действий) 2,5 ± 2,3 1,7 ± 2,9, р = 0,01615 32,0

Обще время 8,5 ± 4,6 7,1 ± 4,9, р = 0,027858 16,5

Терапия Меманталем положительно влияла и на возможность лиц, ухаживающих за пациентами с БА, посещать свои рабочие места. К моменту начала терапии 16 (53,3 %) ухаживающих продолжали работать. При средней продолжительности рабочей недели в 40 часов, до начала терапии Меманталем из-за необходимости ухода за больными они были вынуждены пропустить 0,8 полных рабочих дня и 0,9 неполных рабочих дня в месяц. К окончанию лечения количество пропусков полных рабочих дней сократилось до 0,53, а неполных — до 0,3 дня, причем сокращение пропусков неполных рабочих дней было статистически значимо (р = 0,00179).

Нежелательные явления в период терапии Меманталем отмечались у двоих пациентов. У одной больной, страдающей хроническим пиелонефритом, на 4-м дне терапии случилось обострение, которое купировалось через 10 дней после назначения соответствующей терапии. У другого пациента в начале 5-го месяца терапии случилось серьезное нежелательное явление — острый холецистит, в связи с чем было проведено хирургическое лечение (холицистэкто-мия), в послеоперационном периоде у больного

развилась гипостатическая пневмония, лечение которой потребовало назначения антибиотиков и продолжалось 14 дней. После выписки из общесоматического стационара состояние больного заметно ухудшилось. Оба нежелательных явления не были непосредственно связаны с лечением Меманталем.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Применение Меманталя в условиях полугодовой терапии у пациентов БА на стадии умеренной и тяжелой деменции улучшает не только когнитивное и повседневное функционирование пролеченных больных, но и положительно влияет на редукцию широкого спектра некогнитивных психических расстройств, тем самым способствуя улучшению качества жизни пациентов.

Полученные результаты подтверждают данные предшествующих клинических исследований Ме- ^ манталя в психиатрической практике [27, 28, 33].

Результаты проведенного анализа убедительно доказывают возможность примененного

О!

терапевтического подхода позитивно влиять не

СО

О CN

СО

Ol

только на состояние пациентов, но и на качество жизни членов семей больных, осуществляющих уход за ними. В результате полугодовой терапии нагрузка на ухаживающих не только не выросла из-за ожидаемого за полугодовой период про-грессирования деменции, которое характерно для этих продвинутых стадий заболевания, но, напротив, лечение привело к значимому снижению стрессовой нагрузки ухаживающих, а также способствовало сокращению рабочего времени, которое трудоспособные ухаживающие лица пропускали из-за необходимости ухаживать за больными родственниками.

Литература

1. Mahoney R., Regan C., Katona C. Anxiety and depression in family caregivers of people with Alzheimer disease: the LASER-AD study // Am J Geriatr Psychiatrv. 2005 Vol.13, P. 795801. Doi:10.1097/00019442-200509000-00008.

2. Sink K.M., Covinsky K.E., Barnes D.E. Caregiver characteristics are associated with neuropsychiatric symptoms of dementia // J Am Geriatr Soc. 2006 Vol.54, P. 796-803. Doi:10.1111/j.1532-5415.2006.00697.x

3. Kolykhalov I.V., Rassadina G.A., Gavrilova S.I., Gerasimov N.P. Cholinergic Treatment of Alzheimer's Disease and Its Influence on Health and the Quality of Life of Carers // Neuroscience and Behavioral Physiology, 2011, Vol. 41, No. 5, р. 542-547. doi:10.1007/ s11055-011-9452-3

4. Гантман М.В. Психическое здоровье лиц, ухаживающих за пациентами с болезнью Альцгеймера // Психиатрия. - 2014. -№ 1(61). - С. 61-67.

5. Travis S.S., Kao H.F., Acton G.J. Helping family members manage medication administration hassles // J Psychiatr Ment Health Nurs. 2005; 43 (11): 13-15. Doi: 10.3928/0279369520051101-10

6. Naglie G., Hogan DB, Krahn M, Beattie BL, Black SE, Macknight C, Freedman M, Patterson

C, Borrie M, Bergman H, Byszewski A, Streiner

D, Irvine J, Ritvo P, Comrie J, Kowgier M, Tomlinson G. Predictors of patient self-ratings of quality of life in Alzheimer disease: cross-sectional results from the Canadian Alzheimer's Disease Quality of Life Study // Am J Geriatr Psychiatry. 2011; 19 (10): 881-890. doi: 10.1097/JGP.0b013e3182006a67.

7. Lou Q., Liu S., Huo YR., Liu M., Liu S., Ji Y Comprehensive analysis of patient and caregiver predictors for caregiver burden, anxiety and depression in Alzheimer's disease // J Clin Nurs. 2015; 24 (17-18): 2668-2678. doi: 10.1111/jocn.12870.

8. Gitlin L.N., Schulz R. Family caregiving of older adults. In: Prohaska R.T., Anderson L.A., Binstock R.H., eds. Public health for an aging

society. Baltimore, Md.: The Johns Hopkins University Press; 2012: p.181-204.

9. Alzheimer's Association. Alzheimer's Association Report. 2014 Alzheimer's Disease Facts and Figures // Alzheimer's & Dementia. 2014; 10 (2): e47-e92. Doi: 10.1016/j. jalz.2014.02.001.

10. Roepke S.K., Allison M., Von Kanel R., Mausbach B.T., Chattillion, E.A., Harmell A.L., et al. Relationship between chronic stress and carotid intima-media thickness (IMT) in elderly Alzheimer's disease caregivers. Stress. 2012; 15 (2): 121-129. Doi:10.3109/10253890.201 1.596866.

11. Gouin J., Glaser R., Malarkey W.B., Beversdorf D., Kiecolt-Glaser J. Chronic stress, daily stressors, and circulating inflammatory markers // Health Psychol. 2012; 31 (2):264-268. Doi:10.1037/a0025536.

12. von Kanel R., Mills P. J., Mausbach B.T., Dimsdale J.E., Patterson T.L., Ziegler M.G., et al. Effect of Alzheimer caregiving on circulating levels of C-reactive protein and other biomarkers relevant to cardiovascular disease risk: A longitudinal study // Gerontology. 2012; 58 (4): 354-65. Doi:10.1159/000334219.

13. Mausbach B.T., Chattillion E., Roepke S.K., Ziegler M.G., Milic M., von Kanel R., et al. A longitudinal analysis of the relations among stress, depressive symptoms, leisure satisfaction, and endothelial function in caregivers // Health Psychol. 2012; 31 (4): 433-40. Doi:10.1037/a0027783.

14. Aguglia E., Onor M.L., Trevisiol M., Negro C., Saina M., Maso E. Stress in the caregivers of Alzheimer's patients: an experimental investigation in Italy // Am J Alzheimers Dis Other Demen. 2004; 19 (4): 248-252. Doi:10.1177/153331750401900403.

15. Sousa M.F., Santos R.L., Arcoverde C., Simö-es P., Belfort T., Adler I., Leal C., Dourado M.C. Quality of life in dementia: the role of non-cognitive factors in the ratings of people with dementia and family caregivers // Int Psychogeriatr. 2013; 25 (7): 1097-1105. doi: 10.1017/S1041610213000410.

16. Farlow M.R., Cummings J.L. Effective pharmacologic management of Alzheimer disease // American journal of medicine. 2007; 120: 388-397. doi: 1 0.1 01 6/j. amjmed.2006.08.036.

17. Waldemar G., Dubois B., Emre M., Georges J., McKeith I.G., Rossor M., Scheltens P., Tariska P., Winblad B.; EFNS. Recommendations for the diagnosis and management of Alzheimer's disease and other disorders associated with dementia: EFNS guideline // European Journal of Neurology. 2007; 14: 1-26. doi: 10.1111/j.1468-1331.2006.01605.x.

18. Белоусов Ю.Б., Зырянов С.К., Белоусов Д.Ю., Бекетов А.С. Клинико-экономические

МЕМАНТАЛЬ®

мемантин

Мемантин - био- и терапевтически эквивалентный оригинальному препарату*.

Достоверно улучшает когнитивные функции у пациентов со средней и тяжелой степенью выраженности деменции при болезни Альцгеймера.

• Повышает активность и степень бытовой независимости больных.

• Снижает выраженность поведенческих и психотических симптомов деменции и потребность в психотропных средствах.

сотекс 5

см

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

* По данным 6-месячного сравнительного исследования с оригинальным препаратом. ЖУРНАЛ НЕВРОЛОГИИ И ПСИХИАТРИИ. 2015.10. Сравнение эффективности и безопасности меманталя и оригинального препарата мемантин при легкой и умеренной деменции при болезни Альцгеймера (О.Ю. ШИРЯЕВ, ДЛ. ШАПОВАЛОВ, Т.М. ПОЛОЗОВА, О.В. ГОНЧАРОВА, НА КУЗНЕЦОВА, Е.В. ЧЕРЕНКОВА, Е.Ю. ФЕДОРОВА). Per. номер: ЛП000824. Информация для специалистов здравоохранения. Имеются противопоказания, перед применением ознакомьтесь с инструкцией.

СО

О CN

аспекты терапии болезни Альцгеймера в России // Качественная клиническая практика. - 2009. - № 1. - С. 3-28.

19. Farlow M.R., Cummings J.L. Effective pharmacologic management of Alzheimer disease // American journal of medicine. 2007; 120: 388-397. doi: 1 0.1 01 6/j. amjmed.2006.08.036.

20. Waldemar G., Dubois B., Emre M., Georges J., McKeith I.G., Rossor M., Scheltens P., Taris-ka P.,Winblad B.; EFNS. Recommendations for the diagnosis and management of Alzheimer's disease and other disorders associated with dementia: EFNS guideline // European Journal of Neurology. 2007; 14: 1-26. doi: 10.1111/j.1468-1331.2006.01605.x.

21. Reisberg B., Doody R., Stöffler A., Schmitt F., Ferris S., Jorg Mobius H. Memantine in moderate-to-severe Alzheimer's disease // New England Journal of Medicine. 2003; 348: 1333-1341. doi:10.1056/NEJMoa013128.

22. Bullock R. Efficacy and safety of memantine in moderate to severe Alzheimer's disease: the evidence to date // Alzheimer Disease & Associated Disorders. 2006; 20 (1): 23-29. doi: 10.1097/01.wad.0000201847.29836.a5.

23. Robinson D.M., Keatinq G.M. Memantine: a review of its use in Alzheimer's disease // Drugs. 2006; 66 (11): 1515-1534. doi: 10.2165/00003495-200666110-00015.

24. Plosker G.L., Lyseng-Williamson K.A. Memantine: a pharmacoeconomic review of its use in moderate to severe Alzheimer's disease // Pharmacoeconomics. 2005; 23 (2): 193-206. doi: 10.2165/00019053200523020-00010.

25. Любов Е.Б. Фармакоэкономический прогноз длительной терапии акатинолом (мементином) болезни Альцгеймера // Журнал. социальной и клинической психиатрии. - 2011. - № 3. - С. 84-88.

26. Гаврилова С.И., Калын Я.Б., Герасимов Н.П., Соколова О.Н. Новая форма специализированной помощи пожилым больным с деменцией: эпидемиологические и фар-мако-экономические аспекты // Журнал социальной и клинической психиатрии. -2008. - № 2. - С. 36-40.

27. Куташев В.А., Самсонов А.С. Комплаент-ность и качество терапии болезни Альцгеймера при приеме Меманталя // РМЖ. Неврология. Психиатрия. - 2014. - № 11. -С. 1603-1607.

28. Ширяев О.Ю., Шаповалов Д.Л., Полозова ТМ., Гончарова О.В., Кузнецова Н.А., Черенко-ва Е.В., Федорова Е.Ю. Сравнение эффективности и безопасности Меманталя и оригинального препарата мемантин при

легкой и умеренной деменции при болезни Альцгеймера // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 2015. -№ 115 (10). - С. 61-66. Doi:10.17116/ jnevro201511510156-61.

29. Folstein M.F., Folstein S.E., McHugh P.R. Mini-Mental State. A practical method of grading the cognitive state of patients for the clinician // Journal of Psychiatry Research. 1975; 12: 189-198. Doi:10.1016/0022-3956(75)90026-6.

30. Mohs R.C., Cohen L. Alzheimer's Disease Assessment Scale (ADAS) // Psycho-pharmacology Bulletin. 1988; 24 (2): 627-628.

31. Cummings J.L., Mega M., Gray K. et al. The Neuropsychiatric Inventory: comprehensive assessment of psychopathology in dementia // Neurology. 1994; 44 (12): 23082314. Doi:10.1212/wnl.44.12.2308.

32. Wimo A., Nordberg G. Validity and reliability of assessments of time. Comparisons of direct observations and estimates of time by the use of the resource utilization in dementia (RUD)-instrument // Archives of Gerontology and Geriatrics. 2007; 44 (1): 71-81. Doi:10.1016/j. archger.2006.03.001.

33. Гаврилова С.И., Колыхалов И.В., Кулик А.С., Пономарева Е.В., Селезнева Н.Д., Федорова Я.Б. Опыт клинического применения препарата меманталь у пациентов с умеренной и тяжелой болезнью Альцгей-мера // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 2016. - № 116 (2). -С. 52-57. Doi:10.17116/jnevro20161162152-57.

Mamantali in long-term therapy of moderate and severe Alzheimer>s disease: opportunities to improve the quality of life of patients and carers individuals

S. I. Gavrilova, I. V. Kolykhalov, A. S. Kulik, E. V. Ponomareva, N. D. Selezneva, Y. B. Fedorova

The division of geriatric psychiatry state University "NMHC"

Considered clinical efficacy in the treatment of BA Mementos — one was in Russia of generic drugs memantine. The results of six months treatment with the use of Mementos in patients with moderate and severe dementia due to BA, proving the effectiveness and safety of the drug. To estimate the impact of this therapeutic approach on the level of load on the family members of patients, providing care and supervision of patients at home.

Key words: Alzheimer's disease, non-mental disorder, memantine, Mamantali.

со

Ol

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.