12. Twigger-Ross, Clare L. and Uzzell, David L. Department of Psychology, University of Surrey, Guildford, GU2 5XH. Place and Identity Processes // Journal of Environmental Psychology — № 16 — U.K.: Academic Press Ltd, 1996. P. 205-220. [On-line resource]. — URL: http://www.wsl.ch/info/mitarbeitende/hunziker/teaching/download_mat/07-1_Twigger-Ross_Uzzen.pdf
13. Urban Dictionary. [On-line resource]. — URL: https://ru.urbandictionary.com/define.php?term=blud
14. Yates, R. Revolutionary Road // vk.com. [On-line resource]. — URL: https://vk.com/doc16932426_246424216?hash=1563faa5c9995a63c2&dl=cd7764d0c13f8e83b0
Мокштадт В. В.
Студентка магистратуры, Московский Городской Педагогический Университет, кафедра западноевропейских языков и переводоведения, специальность «Перевод. Межкультурная коммуникация» ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ОТРАЖЕНИЯ СИРИЙСКОГО КОНФЛИКТА В ВЕДУЩИХ ГАЗЕТАХ
ВЕЛИКОБРИТАНИИ, США И РОССИИ
Аннотация
Статья отражает особенности поведения современной прессы в рамках отражения конкретного политического конфликта. На примере текстов ведущих печатных изданий Великобритании, США и России рассматриваются ключевые особенности современного медиа-дискурса, а также характерные черты отражения сирийского политического конфликта в конкретных исследуемых газетах.
Ключевые слова: язык печатных изданий, медиа-дискурс, политический дискурс, языковые приемы, референция, средства выразительности.
Mokshtadt V. V.
Master student of the Moscow City Teacher Training University, West European languages and translation studies department,
specialization “Translation. Cross-cultural communication”
LINGUISTIC ASPECTS OF REFLECTING THE SYRIAN CONFLICT IN LEADING BRITISH, AMERICAN AND
RUSSIAN NEWSPAPERS
Abstract
The paper focuses on main aspects of contemporary mass media behavior within the framework of the concrete political conflict. Through the text analysis of articles from leading printed media of Great Britain, the USA and Russia, the author considers key peculiarities of the contemporary media discourse. More than that, the paper distinguishes characteristic features of reflection the Syrian political conflict by the newspapers under study.
Keywords: language of printed media, media discourse, political discourse, linguistic devices, reference, expressive means.
Основная цель ведущих изданий и каналов любой страны состоит не столько в информировании населения, сколько в формировании общественного мнения, взглядов и стереотипов в определенном государством ключе. Именно поэтому, политический дискурс оказывается непосредственно интегрированным в медиа дискурс. СМИ играют ключевую роль в международной политической жизни. Через каналы массовой информации до среднестатистического гражданина доносятся сведения о тех событиях, которые происходят на международной арене, в том числе и о политических конфликтах. Кроме того, зачастую именно СМИ готовят почву для осуществления конкретных политических действий, тем самым являясь не просто орудием анализа и обработки информации, но и платформой для принятия политических решений. Оперируя средствами языка, СМИ умело манипулируют массовым сознанием людей, посредством чего и происходит формирование авто и гетеростереотипов [4. С. 11].
Рассмотрение любого политического конфликта интересно постоянными изменениями в характере подачи информации, в манере освещения в прессе одних и тех же стран, событий и политических фигур. Развитие конфликта на определенном временном отрезке, так же как и дипломатические действия стран-участниц конфликта непосредственно влияют на этот процесс. СМИ, в свою очередь, также оказывают воздействие на развитие конфликта, поскольку освещение политических конфликтов может происходить под определенным углом зрения.
Особый интерес для исследования представляет сопоставление медиатекстов, освещающих политический конфликт в крупных, близких к правительственным кругам русскоязычных и англоязычных СМИ. Подача материала в английских, американских и российских СМИ различна за счет применения разных методов воздействия, которые реализуются посредством конкретных языковых приемов. Это обусловлено, прежде всего, различиями культур, а значит набором характерных черт, определяющих, в том числе, и стратегию поведения прессы.
Для того, чтобы обозначить критерии, которые являются основными для выявления языкового воздействия в текстах СМИ, необходимо ввести понятие «референция». Референция - отнесенность актуализованных имен, именных выражений или их эквивалентов к объектам действительности (референтам или денотатам) [1. С. 411]. В дискурс-анализе референция рассматривается не как некое однонаправленное действие пишущего, а как коллективное действие всех участников общения, то есть включает в себя интерпретацию. В самом общем смысле, референция - это непосредственное соотношение с действительностью. Так как референция в дискурс-анализе связана с интерпретацией получателя сообщения (а она всегда субъективна), воздействовать на реципиента можно несколькими способами. Искажение действительности достигается или прямой ложью, или путем создания эмоционально-нагруженного контекста, который воздействует на ассоциативное мышление реципиента [2. С. 12].
Важным критерием языкового воздействия в СМИ является отклонение от литературной нормы. Тексты СМИ так или иначе оформляются с использованием правильного литературного языка. Трудно представить, что ведущие печатные издания возьмут на работу журналиста, который будет делать ошибки в словоупотреблении или нарушать конструкцию предложения из-за собственной неграмотности. Именно поэтому, практически любое отклонение от нормы может рассматриваться как преднамеренный шаг, преследующий те или иные прагматические цели.
С этим явлением тесно связан еще один критерий, по которому можно выявить определенный угол подачи информации -повторы или частотность употребления одних и тех слов или конструкций. Кроме того, часто используемые слова или конструкции в статьях разных авторов могут определять общий стиль и даже определенную «идеологию» издания.
Одним из актуальных современных политических конфликтов является сирийский конфликт, в котором, по различным политическим соображениям, оказались задействованы как западные, так и восточные государства. Конфликтная ситуация была спровоцирована политикой правящей элиты Сирии и получила неоднозначную интерпретацию в СМИ.
Несомненно, большая часть прессы отражает позицию официальной власти. Официальные российские источники массовой информации находятся на стороне правительства во главе с Башаром Асадом. Англоамериканская сторона рассматривает противников Асада той силой, которая сможет повести страну по другому, «правильному» пути. Если в российской прессе Б. Асада называют «законноизбранный народом президент», то английская пресса в большинстве случаев остается вполне
82
нейтральной в оценке его как лидера страны, а американцы называют Асада «a longtime Hezbollah ally», давний союзник Хесболлы, а его правление «tyranny», тиранией. В российской прессе противоборствующая сторона проявляется исключительно через слова «бунтовщики» и «повстанцы», англичане используют слово «rebels», а американские журналисты используют нейтральное слово «opposition». Несмотря на видимую безоценочность и нейтральность слова «оппозиция», именно в нем ярче всего выражается американская точка зрения на правомерность ее существования, как таковой. Использование именно этого слова ставит противоборствующую правительству сторону на один уровень с президентом Асадом и придает этой борьбе легитимность с точки зрения понятий демократии. Описанную тенденцию проще всего проследить по заголовкам. В нашей прессе распространены заголовки типа «Саудовская Аравия и другие страны поставляют оружие сирийским повстанцам», а американская пресса пестрит заголовками «Syrian opposition votes to attend peace talks».
Отличительной особенностью политического языка, отраженного в текстах газетных статей, является его образность и метафоричность. Политический язык прессы в первую очередь несет императивно-убеждающую функцию и призван воздействовать не только на разум, но и на чувства [3. С. 99]. Именно крайняя эмотивность является как залогом успеха газетной статьи, так и тем инструментом, которым журналист умело пользуется для манипуляций языковыми механизмами. Этим объясняется насыщенность текста иносказаниями, аналогиями, метафорами, аллюзиями и т. п.
Метафора и метонимия активно используются в текстах статей главной «правительственной» газеты РФ «Российская газета»: «Также бизнесмены "дяди Сэма" могут покупать нефть у сирийских мятежников», «Для того чтобы получатели грузов "made in US" чувствовали себя в безопасности, Белый дом заявил о возможном создании над южными районами Сирии бесполетной зоны», «Более того, в американской столице, похоже, вообще предпочитают не вспоминать иракскую эпопею». Однако основной особенностью российской прессы является изобилие сленга и разговорной лексики: «Европейские партнеры откровенно приревновали Вашингтон и Москву», «Ну а коли их оставили за бортом значит, не быть мирным переговорам», «С этого момента конфликт в Сирии в любой момент может вырасти из локальных "штанишек"», «Слишком откровенной Дель Понте рот быстро заткнули», «Но покуда военная машина раскочегаривает пары уже во всю мощь».
Американские газеты “The New York Times” и “The Washington Post” используют различную политику подачи данного конфликта. В целом, характер повествования в NYT скорее можно назвать сухим и нейтральным. Текст не изобилует метафорами и аллюзиями, в основном это изложение фактов со сжатыми комментариями. Позиция NYT, несмотря на нейтральную манеру повествования, вполне ясна: активно освещается роль ЕС (особенно Франции и Британии) в сирийском конфликте, причем в рассматриваемом периоде, гораздо больше, чем роль России. Президент Башар-аль-Асад выступает агрессором, через постоянное упоминание количества жертв, вина за которые приписывается президенту. Формулировка “Hezbollah ally” в различных вариациях встречается почти в каждой статье “The New York Times”. Войска Асада приравниваются к “Qaida troops”. Главными союзниками Асада постоянно называются Хесболла, Россия и Иран, что автоматически заставляет видеть их в одном ряду пособников «преступного режима».
В отличие от “The New York Times”, язык газеты “The Washington Post” более живой и эмоционально окрашенный. Резкие оценки и экспрессивная лексика присутствуют почти в каждой статье. Кроме того, статьи “The Washington Post” насыщены сравнениями и метафорами: “The rebel Free Syrian Army threatened Tuesday to “chase Hezbollah to hell” if its fighters are not withdrawn from Syria, as a fresh salvo of rockets rained down on the Lebanese Shiite movement’s heartland of support”, “The army is seen by many in Lebanon as the glue that prevents the country from slipping into sectarian war Liberal hawks were vocal on involvement in Iraq but have been quiet on Syria”, во многом даже ироничными: “Call them Syria’s mourning doves ", “American firepower could create havens ".
Британские газеты, в отличие от американских, активно критикуют всех участников конфликта. Такая газета, как, например “The Guardian” осуждает и режим Асада, и разрозненную оппозиция, и влияние России, и непоследовательную политику Америки. Эта позиция ярко выражена через различные экспрессивные метафоричные утверждения: “Israel has read Moscow's insistence on pursuing its deal to supply Damascus with the powerful missile systems as part of a "cold war" power struggle between the US and Russia playing out in the theatre of the Syrian civil war in which it wants no part”, “Barack Obama crossed a red line”, “The end of the embargo paves the way for Europe”, “The developments on Thursday raise fears that the two-year Syrian struggle is morphing inexorably into a high-stakes regional war, as well as a cold war-style proxy conflict pitting an implacable Russia against the west”
Особого внимания заслуживают статьи газеты “The Guardian”. Язык газеты - «легкий», ироничный, насыщенный сравнениями, метафорами и метонимиями. Это можно понять даже из приведенных вне общего контекста предложений слов и словосочетаний: vortex, a fruitless exercise, a highly dangerous cocktail, magnet for jihadists, volatile mix, faint hope of halting the bloodbath.
Даже из небольшого количества примеров можно сделать выводы о той современной тенденции, которая неотвратимо сопутствует сегодняшней манере поведения прессы. Сегодня источники массовой информации в лице газет, журналов, телепрограмм и интернет-источников являются не просто зеркалом событий, а мощным механизмом. Провозглашая себя особой независимой силой, де-факто они являются частью государственной политики. Несмотря на то, что единственным оружием СМИ является только язык, именно это оружие в современном обществе стало наиболее действенным и опасным. Кроме того, когда такое оружие обслуживает интересы конкретной политической силы, имеет смысл говорить не столько об идеологизации общества, сколько о таком феномене как идеологизация языка.
Литература
1. Арутюнова Н. Д. Метафора // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. 2-е изд. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. - С. 296-297
2. Любимова А. А. Языковые аспекты воздействия на общественное сознание (на сопоставительном материале средств массовой информации конца ХХ-начала XXI вв.). М.: МГУ, 2006. - 240 с.
3. Наумова С. А. Теоретические модели коммуникационных процессов и политическая коммуникация // Методология исследования политического дискурса. Вып. 2. / Под общ. ред. И. Ф. Ухвановой-Шмыговой. Минск: БГУ, 2000. - 479 с.
4. Чернявская Ю. В. Народная культура и национальные традиции. Минск, 1998. - 168 с.
References
1. Aroutunova N. D. Metaphora // Yazikoznanije. Bol’shoy enziklopedicheskyj slovar’ / Gl. red. V. N. Yartseva. 2-ye izd. M.: Bol’shaja Rossiyskaja enziklopedija, 1998. - S. 296-297
2. Lubimova A. A. Yazikovije aspekty vozdeystvija na obshchestvennoje soznanije (na sopostovitel’nom analize sredstv massovoj informatsii kontsa XX-nachala XXI vv.). M.: MGU, 2006 - 240 s.
3. Naumova S. A. Teoreticheskije modeli kommunikatsionnih protsessov i politicheskaja kommunikatsija // Metodologija issledovanija politicheskogo diskursa. Vyp. 2. / Pod obshch. red. I. F. Ukhvanovoy-Shchmigovoy. Minsk: BGU, 2000. - 479 s.
4. Chernyavskaja Yu. V. Narodnaja kul’tura I natsionalnije traditsii. Minsk, 1998. - 168 s.
83