Научная статья С. 82-86
УДК 343.71
DOI: 10.47475/2311-696Х-2023-38-3-82-86
КРИПТОВАЛЮТА:
НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ
Евгений Александрович Игнатенко
Университет прокуратуры Российской Федерации, Москва, Россия iea13@mail.ru
ф Ъttps://orcid.org/0000-0002-0871-2585
Аннотация. В статье рассмотрены отдельные особенности правового регулирования крипто-валюты с учетом специфики построения модели функционирования блокчейн-сетей, заключающейся в комбинировании различных инструментов, технологий и принципов, которые, формируют логичную и защищенную структуру для распределенного хранения данных. Выделена проблематика уголовно-правовой охраны цифровой валюты и определены наиболее распространенные научные подходы, на основе которых автором указывается, что употребление понятий «цифровая валюта» и «криптовалюта» как синонимов не соответствует законодательному определению цифровой валюты, поскольку понятие криптовалюты шире по содержанию понятия цифровой валюты. В результате комплексного анализа норм Федерального закона от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» автор приходит к выводу, что цифровая валюта — это исключительно «отечественная» валюта. На основе изучения судебной практики показано, что допускается максимально широкое толкование понятие «иного имущества», в которое включается цифровая валюта и криптовалюта. Указывается на наличие судебных актов по уголовным делам, в которых предметом преступления являются такие криптовалюты, как, например, биткоин. Акцентировано внимание на значении гражданско-правового регулирования криптовалют для их уголовно-правовой охраны и определен круг общественных отношений, складывающихся по поводу криптовалют, подлежащих охране средствами уголовного права.
Ключевые слова: цифровые права, преступления против собственности, предмет хищения, криптовалюта, биткоин, цифровая валюта
Для цитирования: Игнатенко Е. А. Криптовалюта: некоторые аспекты уголовно-правовой охраны // Правопорядок: история, теория, практика. 2023. № 3. С. 82-86. DOI: 10.47475/2311-696Х-2023-38-3-82-86
Research article
CRYPTOCURRENCY: SOME ASPECTS OF CRIMINAL LAW PROTECTION
Yevgeniy A. Ignatenko
Researcher University of the Prosecutor's Office of the Russian Federation, Moscow, Russia
iea13@mail.ru
O https://orcid.org/0000-0002-0871-2585
Abstract. The article discusses certain features of the legal regulation of cryptocurrency, taking into account the specifics of building a model for the functioning of blockchain networks, which consists in combining various tools, technologies and principles that form a logical and secure structure for distributed data storage. The problems of criminal law protection of digital currency are highlighted and the most common scientific approaches are identified, on the basis of which the author indicates
© Е.А.Игнатенко
that the use of the concepts of "digital currency" and "cryptocurrency" as synonyms does not correspond to the legislative definition of digital currency, since the concept of cryptocurrency is wider in content than the concept of digital currency. As a result of a comprehensive analysis of the norms of the Federal Law of July 31, 2020 No. 259-FZ On Digital Financial Assets, Digital Currency and Amendments to Certain Legislative Acts of the Russian Federation, the author comes to the conclusion that digital currency is exclusively a "domestic" currency. Based on the study of judicial practice, it is shown that the broadest possible interpretation of the concept of "other property", which includes digital currency and cryptocurrency, is allowed. It indicates the presence of judicial acts in criminal cases, in which the subject of a crime are such cryptocurrencies as, for example, bitcoin. Attention is focused on the importance of civil law regulation of cryptocurrencies for their criminal law protection and the range of social relations that develop regarding cryptocurrencies subject to protection by means of criminal law is determined.
Keywords: digital rights, crimes against property, object of theft, cryptocurrency, bitcoin, digital currency
For citation: Ignatenko YeA. Cryptocurrency: some aspects of criminal law protection. Pravo-poryadok: istoriya, teoriya, praktika [Legal and Order: History, Theory, Practice]. 2023;(3):82-86. DOI: 10.47475/2311-696X-2023-38-3-82-86 (In Russ.)
Введение
О криптовалюте в мире активно заговорили, начиная с 2008 г., когда Сатоши Накамото (неустановленное лицо или группа лиц) разработал протокол блокчейн и опубликовал статью с названием «Биткоин: пиринговая электронная платежная система»1.
Сама по себе блокчейн-технология не содержит чего-то принципиально нового или ранее науке неизвестного. Ценность модели функционирования блокчейн-сетей состоит в комбинировании различных инструментов, технологий и принципов, которые, будучи определенным образом совмещенными, формируют логичную и защищенную структуру для распределенного хранения данных [10, с. 14].
Появление технологии блокчейн обусловлено как технологическими, так и философскими предпосылками. Так, еще в 1976 г., в доин-тернетовскую эпоху, известный австрийский экономист Фридрих Август фон Хайек представил свою книгу под названием «Частные деньги»2. В дальнейшем эта идея развивалась, и математики и программисты по всему миру пытались найти технологические пути ее реализации. Именно основываясь на их разработках, и была создана криптовалюта биткоин, которая не является первой в мире, но самой успешной реализацией этой идеи.
Ценность идеи биткоина заключается в том, что ее автор изобрел метод решения
1 Nakamoto S. Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System. URL: https://bitcoin.org/bitcoin.pdf (дата обращения: 02.04.2023).
2 Электронная библиотека RoyalLib.com. URL: https://royallib.com/book/hayek_fridrih/chastnie_dengi.
html (дата обращения: 02.04.2023).
криптографической задачи, над которой многие бились в течении нескольких десятилетий, — проблемы двойной оплаты, или задачи византийских генералов. Эта проблема мешала двум контрагентам обмениваться активами, в частности деньгами, без участия третьей стороны — доверенного лица.
Используя наработки Сатоши Накомото, позднее были созданы и другие криптовалю-ты, которые получили название альткоинов (альтернативных биткоину), например, Ethe-reum, Hyperledger, IPFS, Filecoin, Namecoin, Dash, OpenBazaar и др.
Материал и методы
В статье использованы нормативные правовые акты, регламентирующие вопросы правового регулирования цифровой валюты и криптовалюты, специальная литература по предмету исследования, судебная практика, материалы, размещенные в СМИ. В качестве специальных правовых частнона-учных исследовательских методов использованы: формально-юридический метод, метод правового прогнозирования, метод правовой герменевтики.
Описание исследования
По данным CoinMarketCap, в настоящее время насчитывается 22 777 криптовалют в мире3. Вместе с тем криптовалюты не получили достаточного правового регулирования как в России, так и за рубежом. Однако внимание правоохранителей и судебных органов неоднократно обращалось на криптовалюты, как на предмет совершения преступлений.
3 По данным CoinMarketCap // URL: https://coinmar-ketcap.com/ru/ (дата обращения: 02.04.2023).
Так, в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 №32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» указывается, что «предметом преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ, могут выступать в том числе и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления»1.
Об использовании криптовалюты как о потенциальном вовлечении в противоправную деятельность не раз разъясняли регуляторы, например, в Письме ФНС России от 03.10.2016 №0А-18-17/1027 (Вопрос: О контроле за обращением криптовалют (виртуальных валют))2, информационном сообщении Банка России от 04.09.2017 «Об использовании частных «виртуальных валют» (криптовалют)»3 и др.
Обратим внимание на тот факт, что за последние несколько лет интерес к криптоакти-вам не угас. Более того, законодателем даже предпринята попытка правового регулирования имущественных прав в виртуальном пространстве — цифровых прав.
С принятием Федерального закона от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»4 (далее — Закон «О цифровых финансовых активах»)
1 О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем : Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 № 32 // СПС «Консуль-тантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_182365/ (дата обращения: 02.04.2023).
2 Письмо ФНС России от 03.10.2016 № ОА-18-17/1027 // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www. consultantru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=QUEST&n= 162766#m0yMytTABjeAtd8k (дата обращения: 02.04.2023).
3 Об использовании частных «виртуальных валют» (криптовалют) : пресс-релиз Банка России от 04.09.2017 // Банк России. URL: https://www.cbr.ru/press/pr/?-file=04092017_183512if2017-09-04T18_31_05.htm (дата обращения: 02.04.2023).
4 О цифровых финансовых активах, цифровой
валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ // СПС «Консультант-Плюс». URL: https://www.consultant.ru/document/cons_
doc_LAW_358753/ (дата обращения: 02.04.2023).
криптовалюту стали относить к иному имуществу5.
Так, в судебном акте Девятого арбитражного апелляционного суда по спору между признанным банкротом лицом и финансовым управляющим о включении в конкурсную массу криптовалюты (биткойнов) суд указал на диспозитивность гражданско-правового регулирования и открытый перечень объектов гражданских прав в ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее— ГК РФ). По мнению суда, современные реалии и развитие информационно-телекоммуникационных технологий допускают максимально широкое толкование термина «иное имущество», которым охватываются, в том числе, и криптовалюты6.
Согласно п. 3 ст. 1 данного Закона цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.
Отметим, что ст. 128 ГК РФ не претерпела никаких изменений в плане добавления в перечень объектов гражданских прав цифровой валюты. Учитывая, что перечень иного имущества в ст. 128 ГК РФ является открытым, это дает основания относить цифровую валюту именно к его числу. Кроме того, следует обратить внимание на следующее.
Закон «О цифровых финансовых активах» помимо норм о цифровой валюте содержит положения, регулирующие оборот цифровых финансовых активов. В силу прямого указания закона (п. 1 ст. 141.1 ГК РФ, ст. 128 ГК РФ) цифровые финансовые активы — это цифровые права.
5 Как иное имущество криптовалюта рассматривалась и ранее в судебной практике по гражданским делам.
6 Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2018 № 09АП-16416/2018 по делу № А40-124668/2017 // СПС «КонсультантПлюс». Доступ: по подписке.
Результаты исследования
и обсуждения
Представляется, что, исходя из смысла закона, цифровая валюта может быть отнесена к числу цифровых прав.
Комплексный анализ п. 1 ст. 1 и ст. 14 Закона «О цифровых финансовых активах», в которых указываются сфера действия данного нормативно-правового акта и особенности регулирования оборота виртуальной валюты, дает нам основания утверждать, что в контексте данного правового поля цифровая валюта — это исключительно «отечественная» валюта.
Таким образом, употребление понятий цифровая валюта и криптовалюта как синонимов не соответствует законодательному определению цифровой валюты, поскольку понятие криптовалюты шире по содержанию понятия цифровой валюты (криптовалюта включает в себя цифровую валюту). В ряде научных трудах при описании криптовалюты в качестве предмета уголовно-правовой охраны используют данные понятия как синонимы [6; 8].
Между тем данный вопрос с позиции уголовно-правового регулирования имеет ряд принципиальных аспектов. Так, если цифровая валюта регулируется гражданским правом и указывается на возможность ее судебной защиты (хоть и при установленных законодателем условиях), то остальная криптовалюта остается вообще за пределами внимания законодателя, в «серой зоне». В связи с чем возникает вопрос относительно влияния гражданско-правового статуса криптовалюты на возможность защиты соответствующих правоотношений нормами уголовного права (уголовно-правовой охраны криптовалюты).
Поскольку признание цифровой валюты предметом гражданско-парового регулирования (объектом гражданских прав) связано с наличием у нее определенной имущественной ценности, то представляется, что она может быть предметом преступления против собственности, то есть главы 21 УК РФ.
В соответствии с примечанием 1 к ст. 158 УК РФ, предметом хищения является имущество. Понятие имущества в уголовном праве должно рассматриваться через призму его гражданско-правового наполнения. В гражданском же праве под имуществом понимается собирательное понятие, как правило, включающее не только объекты гражданских прав, обозначенные в ст. 128 ГК РФ, но и, например, имущественные права и обязанности (ст. 1112 ГК РФ).
Учитывая, что понятие имущества понимается доктриной преимущественно в смысле
его гражданско-правового содержания, то формулировка понятия хищения в уголовном праве и имущество в гражданском, как нам представляется, не препятствуют привлечению виновных лиц к ответственности за хищение нематериальных благ, в том числе, и не только безналичных денежных средств, что уже соответствует сложившейся судебной практике (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»1), но и других нематериальных объектов.
Вместе с тем В. В.Хилюта указывает, что «у криптовалюты отсутствует вещественная оболочка, она не может быть предметом хищения и предлагает для нее и аналогичных виртуальных объектов разработать новые уголовные нормы, наказывающие за посягательства на имущественные права» [9].
С указанной позицией мы не может согласиться по ряду причин. Во-первых, как нами указывалось выше, исходя из понятий хищения и имущества, понятием хищения без всяких модификаций охватывается, в том числе, и хищение иного имущества, имущественных прав. Во-вторых, сущность такого преступления как хищение, заключается в незаконном увеличении лицом своих имущественных фондов за счет имущественных фондов другого субъекта. Поэтому не имеет, на наш взгляд, принципиального значения речь идет о материальном предмете или об имущественном праве.
В судебной практике встречаются уголовные дела, в которых предметом преступления являются такие криптовалюты, как, например, биткоин.
Так, по одному из уголовных дел, злоумышленник вступил в интернет-переписку с потерпевшим и, создавая у него ложное впечатление о намерении заключить договор купли-продажи криптовалюты биткоин, обратил криптовалюту в свою собственность, а встречное обязательство по передаче денежных средств не исполнил2. Действия виновного лица были квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ.
1 О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате : Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 48 // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_283918/ (дата обращения: 02.04.2023).
2 Приговор Кировского районного суда г. Казани от 25.04.2019 по делу № 1-37/2019. URL: https://kirovsky--tat.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo (дата обращения: 02.04.2023).
Заключение и вывод
Рассматривая криптовалюты в качестве предмета уголовно-правовой охраны хотелось бы обратить внимание на п. 6 ст. 14 Закона «О цифровых финансовых активах», согласно которому требования лиц, связанные с обладанием цифровой валютой, подлежат судебной защите только при условии информирования ими о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.
Как считают некоторые исследователи [6], уголовно-правовая охрана у цифровой криптовалюты возникает вне зависимости от соблюдения правил ее оборота, установленных Законом «О цифровых финансовых активах», то есть без информирования налоговых органов в соответствии с предписанием п. 6 ст. 14 данного Закона.
Представляется, что после принятия Закона «О цифровых финансовых активах»
необходимо учитывать, относится ли та или иная криптовалюта к числу виртуальных валют в соответствии с законодательством Российской Федерации, а для определения потерпевшего по делу и наличия или отсутствия имущественного ущерба — выполнялись ли требования п. 6 ст. 14 Закона «О цифровых финансовых активах».
Учитывая, что наша жизнь все сильнее переносится в виртуальное пространство, полагаем, что со временем будут появляться новые виртуальные объекты, которые обладают, как и криптовалюта, определенной имущественной ценностью. В этой связи рассмотрение криптовалюты с позиции уголовно-правовой охраны поднимает актуальные и фундаментальные вопросы о предмете хищения и о потенциальном круге общественных отношений, на которые посягают преступления против собственности (глава 21 УК РФ), что в дальнейшем может послужить основой для разработки вопроса уголовно-правовой охраны иных объектов в виртуальной среде.
Список источников
1. Генкин А. С. Блокчейн: Как это работает и что ждет нас завтра. Москва : Альпина Паблишер, 2018. 587 с.
2. Дельцова Т. А. Денежные суррогаты в Российской Федерации: прошлое, настоящее, будущее // Вестник Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России. 2016. № 1 (43). С. 164-166.
3. Есаков Г. А. Денежные суррогаты и ответственность за хищение // Уголовное право. 2015. № 1. С. 48-53.
4. Зайцева А. Г. Правовой статус системы «биткойн» и проблемы регулирования в России // European science. 2016. № 8 (18). С. 35-41.
5. Ларин Д. С. Возможность использования Биткоинов в отмывании денег // Известия СПбГЭУ 2018. №1 (109). С. 142-146.
6. Немова М. И. Криптовалюта как предмет имущественных преступлений // Закон. 2020. № 8. С. 145-154.
7. Сидоренко Э.Л. Криптовалюта как новый юридический феномен // Общество и право. 2016. № 3 (57). С. 193-198.
8. Филатова М. А. Проблемы установления размера и ущерба при квалификации посягательства на цифровую валюту // Уголовное право. 2022. № 1. С. 65-72.
9. Хилюта В. В. Криптовалюта как предмет хищения (или к вопросу о переформатировании предмета преступлений против собственности) // Библиотека уголовного права и криминологии. 2018. № 2 (26). С. 58-68.
10. Цихилов А. Блокчейн: принципы и основы. Москва: Интеллектуальная литература, 2019. 188 с.
11. Яни П. С. Понятие хищения — конституционно // Закон. 2011. № 1. С. 43-51.
КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ CONFLICT OF INTEREST
Конфликт интересов отсутствует. There is no conflict of interest.
Дата поступления статьи / Received: 12.04.2023. Дата рецензирования статьи / Revised: 29.08.2023. Дата принятия статьи к публикации / Accepted: 10.09.2023.