АГРАРНАЯ РЕФОРМА И ФОРМЫ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ
УДК 338.438.5 DOI: 10.24411/2587-6740-2020-16111
КОНЦЕПЦИИ И ПРАКТИКИ СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННОГО АГРОБИЗНЕСА В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ
Статья подготовлена в рамках выполнения научно-исследовательской работы государственного задания РАНХиГС
Л.А. Овчинцева
ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации», г. Москва, Россия
В статье анализируются концепции социально ответственного агробизнеса в России и в зарубежных странах и практики аграрных предприятий, которые позиционируют себя как социально ответственные. Цель исследования — выявление схожих и различающихся практик, анализ приоритетов и мотивов, которыми руководствуются представители бизнеса при реализации концепции социальной ответственности агробизнеса в России и за рубежом. Дан краткий обзор зарубежных и российских исследований социально ответственного бизнеса, подкрепленный анализом данных социологических опросов и статистики о состоянии социальной сферы села, информацией, содержащейся на сайтах сельхозорганизаций. Автор показывает сходство и различие содержания концепций социальной ответственности агробизнеса в России и за рубежом, обосновывает ожидания общества относительно социально ответственного поведения аграрных предприятий, сложившиеся с учетом результатов аграрной реформы в России. В качестве иллюстрации зарубежного опыта приведен краткий обзор результатов социологического опроса немецких производителей аграрной продукции, ранее не переводившийся на русский язык. В выводах автор показывает сходство социально ответственного поведения, основанное на традициях крестьянской благотворительности, указывает на необходимость повышения ответственности российского агробизнеса за сохранение окружающей среды и целесообразность поддержки корпоративной благотворительности.
Ключевые слова: социальная ответственность аграрного бизнеса, модель социальной ответственности агробизнеса, зарубежный опыт социальной ответственности, сельское развитие, социальная инфраструктура, агробизнес и сельские сообщества.
Введение
«Кому много дано, с того много и спросится», — эту библейскую фразу вполне можно было бы взять в качестве эпиграфа к тематике социальной ответственности бизнеса. В российской экономической действительности последней четверти ХХ века концепция социальной ответственности агробизнеса формировалась одновременно с тем, как рос и укреплялся сам этот бизнес.
Процесс реформирования аграрной сферы в России конца ХХ века сопровождался значительными деформациями. Замысел российской аграрной реформы был направлен на то, чтобы передать землю и производственный капитал людям, трудившимся на земле. Однако практически сразу же после приватизации началась концентрация капитала в аграрной сфере, в последние годы достигшая поистине феноменальных масштабов. На одном полюсе сельской экономики оказались гигантские агрохолдинги, на другом — жители села, сохранившие, не без оснований, в своей памяти образ председателя колхоза, отвечавшего за все. И хотя не каждый бизнесмен был бы готов участвовать в решении проблем села, полностью уйти только в сферу производства не удается.
В европейских странах концепции ответственности агробизнеса сложились в последние 50 лет. Связанные с ними ожидания фокусируются на снижении влияния интенсивного производства сельскохозяйственной продукции на
40 -
© Овчинцева Л.А., 2020 Международный сельскохозяйственный журнал, 20
окружающую среду, качестве продовольствия, снижении давления конкуренции в рамках глобального рынка.
Цель исследования
При изучении направлений сельского развития всегда интересные результаты дает сравнение опыта различных регионов и стран, поскольку в аграрной сфере имеет большое значение фактор локализации. В данном исследовании сделана попытка сопоставить концепции социальной ответственности агробизнеса в России и за рубежом с целью выявления практик, приоритетов и мотивов, которыми руководствуются представители бизнеса.
Метод исследования
Настоящее исследование носит комбинированный характер. Процессы, происходящие в России, были изучены на основе данных социологических опросов, которые проводились в прошлые годы в рамках исследований по тематике сельского развития, с помощью анализа данных статистики и информации, содержащейся на сайтах сельхозорганизаций. Анализ практик других стран выполнен на основе обзора публикаций зарубежных исследователей.
Научная новизна исследования
Несмотря на некоторую разницу содержания концепций социальной ответственности агробизнеса в России и за рубежом, сопоставление
I том 63, № 6 (378), с. 40-44.
позволило выявить схожие черты и построить описательную модель представлений о социально ответственном агробизнесе в российском контексте, а также выявить общие слабые места в этой общественно значимой деятельности.
Ход исследования
Концепция социально ответственного бизнеса сформировалась в западной экономической мысли в 1950-е годы. Основоположником концепции был американский экономист Г. Боуен, связавший принятие решений и стратегию поведения бизнеса с целями и ценностями общества [1]. Несмотря на развитие этой темы в последующие десятилетия, единого определения и четко сформулированного содержания корпоративной социальной ответственности нет ни в зарубежной, ни в отечественной литературе, на что указывают и российские, и зарубежные исследователи [2].
Представителям деловой среды представляется оправданной концепция корпоративной ответственности, сфокусированная на роли бизнеса в обществе, соблюдении деловой этики, ответственном отношении к работникам и к окружающей среде. В этом ключе выдержан Глобальный договор ООН, представляющий из себя декларацию, к которой добровольно присоединяются представители бизнеса в различных странах [4, 5].
Однако ожидания общества в отношении крупного бизнеса несколько шире. Расширен-
АГРАРНАЯ РЕФОРМА И ФОРМЫ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ
ные представления возникают из-за противоречия между эффективностью ведения аграрного предприятия как бизнеса, стремящегося к укрупнению и минимизации своих издержек, и последствиями роста сельскохозяйственного производства как с глобальной точки зрения, так и в отдельно взятой точке ландшафта и пространства. Эта тема отчасти регулируется в некоторых странах антимонопольным и природоохранным законодательством, однако она намного шире [6]. Из такого подхода к ответственности агробизнеса вытекают ожидания, связанные с тематикой здоровья потребителей и безопасностью продуктов питания, регионального маркетинга и ответственного потребления, справедливой торговли, устойчивости местных сообществ.
Американский исследователь А. Кэролл дает следующее определение: «Социальная ответственность бизнеса включает в себя ожидания, лежащие в области экономики, права, этики и также в несколько неопределенной сфере благотворительности, которые общество в определенный момент времени демонстрирует по отношению к предприятиям» [7].
Социальную политику в целом в обществе осуществляет государство. Главной задачей социальной политики является стабилизация социальных отношений в обществе. Однако государство не является единственным субъектом социальной политики. В аграрной сфере крупный бизнес определяет порой жизнь целых сельских районов и даже регионов, поэтому не может оставаться в стороне от участия в социальной политике.
Также особенности представления о корпоративной социальной ответственности связанны со спецификой производства продовольствия, все формы которого в исторической ретроспективе опираются на крестьянские традиции и сельский образ жизни.
В странах Западной Европы общество ждет от агробизнеса ответственного отношения к сохранению биоразнообразия, гуманного обращения с сельскохозяйственными животными, сохранения качества земель, используемых для производства продукции сельского хозяйства, безопасного продовольствия, сохранения устойчивости производственных и локальных социально-экономических систем в целом. Такое отношение основано на том, что сельское хозяйство рассматривается не только как источник продуктов питания, но и как отрасль, использующая природные ресурсы, которые воспринимаются как ограниченное или даже истощающееся общественное благо. А поскольку все больше людей живет в городах и продукты питания не производит, а покупает, то и производителям продукции сельского хозяйства приходится реагировать на запросы общества.
В работе А. Кэрролла [8] сформулировано понятие пирамиды корпоративной ответственности применительно к бизнесу в целом. Она включает в себя 4 элемента. В основе пирамиды лежит обязанность предприятия быть прибыльным, чтобы платить работникам зарплату, а в казну — налоги, тем самым обеспечивая благосостояние общества в целом. Следующий уровень — ответственность в рамках действующего правового поля, обязанность соблюдать законы, вести бизнес легально. Выше находится обязанность вести бизнес в соответствии с этикой и правилами общества. На вершине находится фи-
лантропическая ответственность или социальная включенность, подразумевающая участие бизнеса в благотворительных программах, например, образовательного или культурного характера. Такая деятельность приветствуется и положительно влияет на имидж организации в обществе (рис. 1).
В отечественном экономическом пространстве модель социальной ответственности агробизнеса, на наш взгляд, имеет свои особенности. Если пирамида А. Кэрролла имеет вид треугольника, то пирамида ответственности российского агробизнеса выглядит, скорее, как песочные часы (рис. 2).
Как нам представляется, в российском контексте на первом уровне ответственности также находится обязанность быть прибыльным, эффективным, производить достаточно продуктов, обеспечивать продовольственную безопасность. Далее следует обязанность соблюдать законы, и за этим внимательно следят соответствующие органы. Но общественность это волнует несколько меньше, так как правовое поле в России изменчиво, и само общество порой не успевает приспосабливаться к переменам, поэтому и соблюдение законов аграрными предприятиями в меньшей степени находится в фокусе внимания. Следующий уровень — зона экологической ответственности, которая, на наш взгляд, неоправданно занижена, хотя в последнее время все больше реакции возникает в связи с издержками (загрязнение воздуха, почв и др.) ведения крупного агробизнеса. И венчает модель довольно широкая зона добровольной филантропической ответственности, которую чаще всего в российской практике и идентифицируют с социальной ответственностью агробизнеса.
Перенос акцентов в концепции социальной ответственности агробизнеса в российских условиях на обеспечение продовольственной безопасности и поддержание социальной инфраструктуры связан с издержками аграрной реформы, в рамках которой чрезмерное упование на могущество рынка как универсального регулирующего инструмента привело к сокращению основных фондов в агропромышленном комплексе, падению производства продукции сельского хозяйства, росту зависимости страны от импорта, разрушению социальной инфраструктуры села. Чтобы быстро исправить сложившуюся ситуацию, государство нажало на рычаги финансовой поддержки, большую часть которой получили крупнейшие сельхозтоваропроизводители. Результатом такого воздействия явилась беспрецедентная концентрация ресурсов в руках богатейших агрохолдингов.
Сегодня в России имеются землевладения, площадь которых составляет сотни тысяч гектаров, а стоимость — десятки миллиардов рублей. В 2019 г. 25 крупнейших агрохолдингов засеяли 7,2 млн га земли, что составило 9% от всех посевов в стране, выручка 50 крупнейших агрохолдингов в этом же 2019 г. составила более 9 млрд руб. [9].
В стране сформировались трансрегиональные и региональные агрохолдинги, земли и предприятия которых находятся в сельскохозяйственных регионах Центра и Юга Европейской части России, а также в Сибири. В целом сельскохозяйственные предприятия в настоящий момент обеспечивают производство половины объема продукции сельского хозяйства (табл. 1).
филантропическая
этическая
правовая
экономическая
Рис. 1. Пирамида ответственности бизнеса А.Кэрролла
Рис. 2. Модель уровней ответственности агробизнеса в российском контексте
В общем объеме продукции, производимой сельхозорганизациями, агрохолдинги лидируют по валовому объему производства мяса крупного рогатого скота, свинины, птицы, занимают значительные доли в общем объеме производства зерна, комбикормов, подсолнечного масла и молока [10].
Ожидания в российском обществе, связанные с участием сельхозпредприятий в развитии, села также сформировались во второй половине ХХ века. Для строительства сельской инфраструктуры сельскохозяйственные предприятия в советское время получали специальные «фонды». Удельный вес затрат на непроизводственные нужды в общей сумме капитальных вложений в сельское хозяйство составлял более четверти [11]. Власть, с одной стороны, декларировала курс на преодоление социально-экономических различий между городом и селом, направляя значительные средства на строительство в сельской местности жилья, детских садов, школ. Многолетние исследования социальной инфраструктуры села, проводившиеся Л.В. Бон-даренко, показывают, что к концу 1990-х годов 80% детей на селе обучались в школьных зданиях, построенных после 1970 г., почти в 2 раза увеличилось число детей, посещающих детские сады, были сформированы региональные системы учреждений культуры, клубов и музеев, село обогнало город по обеспеченности торговыми площадями в расчете на 1 тыс. жителей.
Таблица 1 Изменение структуры производства продукции сельского хозяйства, %
Годы СХО К(Ф)Х и ИП Хозяйства населения
1990 73,7 26,3
1995 50,2 1,9 47,9
2000 45,2 3,2 51,6
2005 44,6 6,1 49,3
2010 44,5 7,2 48,3
2015 54,0 11,5 34,5
2019 58,2 13,6 28,2
Составлено по данным Росстата за соответствующие годы.
В центральных усадьбах колхозов и совхозов были построены центры бытового обслуживания населения.
С другой стороны, индустриализация, урбанизация, развитие городов осуществлялись за счет ресурсов села, которые в конце концов оказались в значительной степени исчерпаны. Попытка закрепить идею опережающего развития социальной сферы на сельских территориях законодательно — закон «О социальном развитии села» (1990 г.), предусматривающий ежегодное выделение не менее 15% национального дохода на развитие отечественного агропрома, не успела осуществиться из-за начавшихся реформ. Их замысел предполагал повысить эффективность аграрного сектора и дать новый стимул к развитию, поэтому сельскохозяйственные предприятия освобождались от обязательств по развитию сельских территорий, и эти обязательства соответственно перекладывались на сельские муниципалитеты. Но местное самоуправление на селе также подверглось реформированию, в ходе которого сельские муниципалитеты получили свои бюджеты, но не получили достаточно ресурсов и полномочий, чтобы решать проблемы сельских территорий. До настоящего времени система местного самоуправления находится в состоянии реформирования, и проблема недостатка финансовых, имущественных и кадровых ресурсов в сельских муниципалитетах сохраняется. В большинстве сельских поселений собственные доходы бюджета сельского муниципалитета не покрывают даже административные расходы [12].
Одновременно реформированию подверглись системы здравоохранения и образования, результатом чего явилось сокращение числа школ, особенно малокомплектных, закрытие детских садов и больниц. В таблице 2 приведены выборочные количественные показатели, характеризующие развитие инфраструктуры сельских территорий с 2010 по 2018 гг. По большинству показателей развития дошкольного, школьного образования, медицинского обслуживания, культуры наблюдалось сокращение количества объектов и, соответственно, их доступности. Лишь по спортивным площадкам наблюдалась положительная динамика благодаря тому, что их строительство поддерживалось государственной программой развития сельского хозяйства и сельских территорий.
Статистические данные согласуются с данными социологических опросов в рамках ежегодного мониторинга развития сельских территорий [13]. Так, опрос жителей села, воспитывающих дома малолетних детей, показал, что почти 80% из них хотели бы устроить детей в детское дошкольное учреждение, но не смогли
этого сделать, так как поблизости нет детского сада или же в имеющемся детском саду нет свободных мест.
Опрос родителей детей школьного возраста выявил обеспокоенность родителей тем, что дети тратят много времени на дорогу до школы, больше устают. Результатом сокращения объектов социальной инфраструктуры на селе явилось также сокращение числа рабочих мест в социальной сфере [14].
В отношении медицинского обслуживания две трети опрошенных в 2015 г. высказывали неудовлетворенность состоянием медицинского обслуживания, а в селах с населением менее 50 человек, доля таких ответов составляла почти три четверти. Схожую картину дал телефонный опрос, проводившийся 2 года спустя: 37% опрошенных жителей села считали, что доступность медицинского обслуживания ухудшилась, 31% респондентов отметили ухудшение качества медицинских услуг.
Добавим, что все это происходит на фоне неудовлетворительного состояния сельских дорог и ухудшения транспортного обслуживания населения. Таким образом, сельские муниципалитеты вынужденно обращаются за помощью к руководителям крупных предприятий, расположенных в сельской местности.
Для исследования существующих практик помощи мы обратились к сайтам агрохолдин-гов. С сайта крупнейшего в стране агрохолдинга «Мираторг» (1 млн га земель) можно узнать, что компания предоставляет технику и помогает администрациям муниципальных районов и сельских поселений в благоустройстве территорий и решении проблем жителей населенных пунктов вблизи предприятий компании. Регулярно оказывается материальная помощь детскому дому, детским садам, организациям ветеранов и инвалидов, медицинским учреждениям, развитию детского и юношеского спорта. На реконструкцию мемориалов в Курской области к 75-летию окончания Великой Отечественной войны было выделено более 1 млн руб. В Тульской области при участии средств агрохолдинга были построены 2 почтовых отделения.
Агрохолдинг «Эко-Нива» реализует агроту-ристический проект в Воронежской, Калужской и Новосибирской областях, цель которого — популяризация молока, здорового образа жизни и сельских профессий. За 6 лет более 40000 детей и взрослых посетили фермы «Эко-Нивы». На сайте размещена информация об участии предприятий холдинга в социальных проектах, развитии инфраструктуры сел.
Агрохолдинги регионального масштаба нередко теснее взаимодействуют с сельскими сообществами. Так, в Саратовской области агро-
Таблица 2
Некоторые показатели развития социальной инфраструктуры в сельской местности, %
Показатели 2010 г. 2014 г. 2018 г.
Число детских садов, тыс. ед. 19,5 18,3 15,7
Число школ, тыс. ед. 34,3 30,3 27,9
Число больниц, тыс. ед. 1,3 1,05 0,98
Число фельдшерско-акушерских пунктов, тыс. ед. 37, 8 3,4 3,35
Число учреждений культуры, тыс. ед. 41,1 36,4 37,8
Охват сельского населения библиотечным обслуживанием, % 49,8 44,3 41,7
Число спортивных учреждений, тыс. ед. 105,7 108,9 108,6
в том числе плоскостных 63,6 66,3 65,0
Составлено по данным докладов «О состоянии развития сельских территорий» за соответствующие годы.
42 -
INTERNATIONAL AGRICULTURAL JOURNAL № 6 (378) / 2020
фирма «Рубеж» (48 тыс. га пашни) при подборе кадров сделала ставку на местных жителей, имеющих привычку жить и работать в условиях засушливого Заволжья. Было профинансировано дополнительное медицинское страхование для всех сотрудников, модернизированы местные медицинские учреждения, физкультурно-оздоровительный комплекс, оказана материальная поддержка спортивным мероприятиям, детским садам и школам. Предприятие ведет профориентацию молодежи и привлекает к работе старшеклассников во время летних каникул [15].
Конструктивный пример взаимодействия демонстрирует Группа компаний «Трио» в Липецкой области, опыт которой мы имели возможность изучить лично и некоторые цифры взяли с сайта предприятия. Это крупный агрохолдинг регионального масштаба, в 2019 г. на его долю приходилось четверть производства молока, картофеля и сахарной свеклы от общего объема производства данных продуктов в регионе.
Предприятие реализует социальные программы как системного, так и разового характера. К системным относится программа отчислений в размере 3% от фонда оплаты труда, направленная на помощь сельским муниципалитетам, где расположены поля и фермы компании. Это дает возможность предоставить внебюджетные средства софинансирования, которые позволяют привлечь средства из региональных и федеральных программ. С 2011 г. на программу было выделено более 100 млн руб., дополнительно с федерального и регионального бюджетов было привлечено более 458 млн руб., таким образом, 1 руб., переданный ГК «Трио», позволил привлечь около 5 руб. средств из регионального и федерального бюджетов на социально значимые проекты.
Средства направляются сельским муниципалитетам по определенной очередности. Главы районов и сельских поселений (6 районов, 21 сельское поселение) подают заявки о необходимой финансовой помощи. Руководство холдинга оценивает соответствие заявок целям и задачам программы, размер и форму благотворительной помощи, сроки ее оказания. В результате реализации данной программы в районах и поселениях строятся детские сады и спортивные площадки, дороги и переправы через реки, ремонтируются школы и реабилитационные центры, музеи и дома культуры
Поддержка сотрудников в рамках коллективного договора оказывается по 20 направлениям, а именно: вступление в брак, рождение детей, трудные жизненные ситуации и др. Работники, проработавшие не менее года, могут получить беспроцентный займ на покупку, строительство, капитальный ремонт жилья.
Также оказывается благотворительная помощь по шести направлениям, с которыми главы сельских поселений обычно обращаются к предприятиям за поддержкой: помощь детским садам, учреждениям культуры, школам, спортивным учреждениям, храмам, поддержка ветеранов. Выделяются средства на приобретение новогодних подарков всем детям до 14 лет подшефных детских садов и школ. На восстановление православных храмов с 2011 г. выделено более 70 млн руб.
Руководство предприятия не отказывает и в разовой помощи, при этом используются современные эффективные механизмы корпоративной благотворительности, например, сотрудники холдинга собирают средства на бла-
www.mshj.ru
готворительность, а сумма, собранная сотрудниками, удваивается за счет средств организаций.
Руководство агрохолдинга считает, что корпоративная благотворительность положительно влияет на психологический климат в коллективе, повышает мотивацию к эффективному труду, формирует у персонала чувства принадлежности и защищенности, крайне востребованные в эпоху перемен.
О зарубежных практиках социальной ответственности дает представление обследование 200 сельскохозяйственных предприятий в Германии, результаты которого опубликованы Ф. Шафт и С. Брозигом [16]. Это обследование проводилось в 2017 г. с целью выявления распространения таких практик, путем определения доли использующих их предприятий.
Внутренние хозяйственные признаки социально ответственного агробизнеса включали в себя меры сохранения биоразнообразия на пашне (севооборот не менее трех лет, сохранение участков с естественной растительностью), сохранение плодородия почв (экстенсивные способы обработки земель, бережное отношение к локальной фауне), сохранение живописности культурных ландшафтов, щадящее отношение к сельскохозяйственным животным при содержании, кормлении, транспортировке, при производстве продукции, экологическим стандартам, правилам щадящего содержания животных, соблюдение условий труда, справедливую оплату сверхурочных работ, медицинское страхование, поддержание локальной культуры сельских сообществ и взаимодействие с гражданским обществом.
Опрос показал, что обследованные предприятия достаточно активно использовали практики социальной ответственности, 73% опрошенных растениеводческих предприятий применяли не менее одной меры сверх обязательного минимума. Примерно половина предприятий использовала при этом средства поддержки из бюджетов различных уровней. Аналогичная ситуация складывалась в животноводстве. Предприятия финансировали обязательные мероприятий за счет средств поддержки и добровольно практиковали приемы экстенсивного земледелия, способствующие сохранению животного мира. Расходы на осуществление мероприятий по сохранению биоразнообразия в среднем на 56% покрывались за счет средств поддержки, по отдельным предприятиям эта цифра колебалась в диапазоне от 20 до 80%.
Около 70% обследованных предприятий при производстве продукции придерживались рекомендованных стандартов качества и безопасности продукции, 25% — мероприятий по щадящему отношению к сельскохозяйственным животным и 15% использовали экологический менеджмент. При выборе партнеров в цепочках создания добавленной стоимости 65% опрошенных предприятий подтвердили, что обращают внимание на то, соблюдают ли их партнеры требования экологического менеджмента.
По отношению к работникам социально ответственное поведение подразумевало содействие работникам в повышения квалификации, материальные поощрения, обучение учеников и стажеров, охрану труда, добровольное медицинское страхование, выплаты в период декретного отпуска, интеграцию иностранной рабочей силы. Все это распространяется обычно на штатных сотрудников и членов семей фермерского хозяйства. И хотя половина руководителей сель-
АГРАРНАЯ РЕФОРМА И ФОРМЫ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ
Таблица 3
Мотивы социально ответственного поведения предприятия агробизнеса (Германия, 2017 г.)
£
Мотивы социально ответственного поведения Выбрали этот мотив
1. Произвести положительное впечатление на соседей, жителей села
2. Произвести положительное впечатление в широких кругах общественности 60% и более
3. Способствовать сохранению природных ресурсов
4. Распространять положительные практики ведения сельского хозяйства
5. Просто считаю, что это нравственно 50% и более
6. Таковы традиции сельских сообществ
7. Оказать поддержку сельской общине/региону
8. Укрепить связи с партнерами 30-40°%
9. Повысить продуктивность хозяйства
10. Это необходимо для получения средств поддержки
11. Повысить конкурентоспособность
12. Закрепить за собой арендованные земли около 20%
13. Быть привлекательным работодателем
14. Снизить риски воздействия на среду, окружающую производство
15. Усилить свои позиции как поставщика продукции
16. Снизить расходы 10% и менее
17. Усилить свое положение с точки зрения привлечения инвестиций
Составлено по [16].
скохозяйственных предприятий признала, что использует сезонную рабочую силу внештатно, в любом случае мероприятия, направленные на создание благоприятного климата в трудовом коллективе, практикуют все.
Значительная доля обследованных предприятий (81%) была вовлечена в жизнь сельской общины или района. Сотрудники предприятий участвуют как волонтеры в акциях местных сообществ, аналогичных российским субботникам. Широко распространена благотворительность по отношению к религиозным и общественным организациям, проектам местного развития, организациям, оказывающим помощь менее защищенным слоям населения, спортивным обществам, сельским детским садам и школам. Техника предприятий нередко используется для решения задач местных сообществ, причем подавляющая часть такой помощи оказывается за счет средств предприятий без возмещения из каналов поддержки регионального или федерального уровня.
Обработка результатов опроса показала, что степень формализации социально ответственного поведения весьма низкая. Лишь 3% респондентов сообщили, что имеют соответствующие концепции социальной ответственности на своем предприятии. Благотворительная помощь оказывается обычно по ситуации, на что указали в своих ответах 79% предприятий. Как правило, европейские фермеры, следуя традициям религиозной этики, не стремятся сделать свою благотворительность достоянием общественности, хотя с точки зрения поддержания положительно имиджа в обществе это имеет значение, но таких соображений придерживаются только наиболее крупные предприятия.
Мотивы, которыми руководствовались фермеры при ведении социально ответственного бизнеса, представлены в таблице 3 (респонденты выбирали несколько значимых ответов из представленного списка).
Опрос показал, что в числе побудительных мотивов на первое место вышло поддержание положительного имиджа в обществе, особенно на местном уровне, морально-нравственные убеждения и рациональное стремление обес-
печить устойчивость работы предприятия и отрасли. Сохранение природных ресурсов оказалось на третьем месте, а меры обеспечения конкурентоспособности были значимы, но не доминировали.
Таким образом, при осуществлении практик социально ответственного бизнеса в среде сельхозтоваропроизводителей Германии движущими мотивами были как прагматические соображения, так и желание поддержать положительную репутацию и следовать традиции, в том числе и нравственной. Забота о сохранении природной среды вошла в число приоритетов, но не являлась самым главным, что указывает на важность институциональной поддержки экологически направленных и социально ответственных стратегий ведения агробизнеса.
Выводы
Сопоставление российских и зарубежных практик социальной корпоративной ответственности агробизнеса показало общие черты в отношение поддержки сельских сообществ, социальной инфраструктуры и корпоративной филантропии. Степень формализации мер социальной ответственности невелика как в России, так и за рубежом, системные мероприятия практикуют лишь немногие предприятия. По наблюдениям исследователей этой темы, предприятия меньшего масштаба зачастую более чувствительны к мнению местного сообщества и заинтересованы в организации с ним конструктивного взаимодействия.
В зарубежной практике мероприятия, относящиеся к ведению социально ответственного бизнеса экологического характера, широко распространены и поддерживаются из бюджетов различных уровней. На наш взгляд, вопросы охраны окружающей среды должны стать такой же важной компонентой социально ответственного поведения агробизнеса в России, в том числе и при помощи инструментов государственной поддержки. Также полагаем, что отечественные предприятия, практикующие системные меры по развитию сельских территорий и решению проблем сельских сообществ, заслуживают хотя бы небольших налоговых льгот.
Литература
1. Bowen, H.R. (1953) Social Responsibilities of the Businessman. New York: Harper and Row, р. 6.
2. Суханова К.Л. Социальная ответственность бизнеса в условиях модернизации российского общества: авто-реф. дис. ... канд. социол. наук. М., 2010. С. 12-13.
3. Global Compact Network Russia. URL: http://www. globalcompact.ru/index/o-globalnomdogovore.html
4. Schwerk, A. (2012). Strategische Einbettung von CSR in das Unternehmen. In: Schneider A.; Schmidpeter R. (Hrsg.). Corporate Social Responsibility: Verantwortungsvolle Unternehmensführung in Theorie und Praxis. Berlin, Heidelberg: Springer, рp. 331-356.
5. Luhmann, H., Theuvsen, L. (2016). Corporate social responsibility in agribusiness: Literature review and future research directions. Journal of Agricultural and Environmental Ethics, no. 29 (4), рp. 673-696.
6. Carroll, A.B. (1979). A three-dimensional conceptual model of corporate performance. Academy of management review, no. 4 (4), p. 500.
7. Carroll, A.B. (1991). The pyramid of corporate social responsibility: Toward the moral management of organizational stakeholders. Business horizons, no. 34 (4), pp. 39-48.
8. Кабаненко М.Н., Угримова С.Н., Андреева Н.А. Состояние и перспективы развития агрохолдингов в Российской Федерации // Экономические отношения. 2019. Т. 9. № 3. С. 1966-1973.
9. Богачев Д.В. Роль агрохолдингов в трансформации сельской местности в России // Сборник трудов конференции «Социально-экономическая география: история, теория, методы, практика». Смоленск, 2016, С. 645-652.
10. Шагайда Н.И., Узун В.Я. Драйверы роста и структурных сдвигов в сельском хозяйстве России. М., 2019. С. 36.
11. Бондаренко Л.В. Социально-экономические различия между городом и деревней: научные воззрения и
отечественная практика // Вестник Российской Академии наук. 2018. Т. 88. № 10. С. 867-877.
12. Александров А.Р. Переход от двухуровневой системы формирования муниципальных образований к одноуровневой системе в рамках городского округа // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки. 2018. № 2. С. 196.
13. О состоянии сельских территорий в Российской Федерации в 2017 г. М., 2019. Вып. 5.
14. Доклад «О состоянии развития сельских территорий в 2015 г.». М., 2016.
15. Качанов А.И., Фирсов А.И. Социальная направленность агрохолдинговых формирований в Саратовском Заволжье // Аграрный вестник Урала. 2010. № 5. С. 9-11.
16. Schaft, F., Brosig, S. (2020). Corporate social responsibility in der deutschen Landwirtschaft — Verbreitung, Ausgestaltung, Motieve. Berichte über Landwirtschaft. Zeitschrift für Agrarpolitik und Landwirtschaft, no. 1.
Об авторе:
Овчинцева Любовь Александровна, кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник Центра аграрных исследований, ОРСЮ: http://orcid.org/0000-0003-4993-8094, lovchintseva@rambler.ru
CONCEPTS AND ACTIVITY OF SOCIAL RESPONSIBLE AGRIBUSINESS
IN RUSSIA AND ABROAD
L.A. Ovchintseva
The Russian Presidential academy of national economy and public administration, Moscow, Russia
The article is devoted to comparing the concepts of social responsible business in agriculture in Russia and in foreign countries. The author analyzes the activity of social responsible agricultural enterprises as well as the society's expectations in relation to the social responsibility of business in agriculture. The purpose of the study is to compare the content of the concepts of social responsibility of agribusiness in Russia and abroad and to identify similar and different practices, priorities and motives that guide business representatives. The research is combining a review of foreign and Russian studies of socially responsible business, analysis of data from sociological surveys, analysis of statistics and information contained on the websites of agricultural organizations. The author shows the similarity and difference in the content of the concepts of social responsibility of agribusiness in Russia and abroad, justifies the expectations of society regarding the socially responsible behavior of agricultural enterprises, which have developed taking into account the results of agricultural reforms. The comparison allows to identify similar features in foreign and Russian practices and build a descriptive model of ideas about socially responsible agribusiness in the Russian context. A brief overview of the results of a sociological survey of German agricultural producers, which was not previously translated into Russian, serves as an illustration of the foreign practices. In the conclusions, the author shows the similarity of socially responsible behavior based on the traditions of peasant charity, and points to the need to increase the responsibility of Russian agribusiness for the preservation of the environment.
Keywords: social responsibility of agribusiness, model of corporate responsibility in agribusiness, activities of social responsibility, rural development, social infrastructure, agribusiness and rural communities.
References
1. Bowen, H.R. (1953) Social Responsibilities of the Businessman. New York: Harper and Row, p. 6.
2. Sukhanova, K.L. (2010). Sotsial'naya otvetstvennost' biznesa v usloviyakh modernizatsii rossiiskogo obshchestva [Social responsibility of business in the context of modernization of Russian society], Cand. sociology sci. diss. Abstr. Moscow, pp. 12-13.
3. Global Compact Network Russia. Available at: http:// www.globalcompact.ru/index/o-globalnomdogovore.html
4. Schwerk, A. (2012). Strategische Einbettung von CSR in das Unternehmen. In: Schneider A.; Schmidpeter R. (Hrsg.). Corporate Social Responsibility: Verantwortungsvolle Unternehmensführung in Theorie und Praxis. Berlin, Heidelberg: Springer, pp. 331-356.
5. Luhmann, H., Theuvsen, L. (2016). Corporate social responsibility in agribusiness: Literature review and future research directions. Journal of Agricultural and Environmental Ethics, no. 29 (4), pp. 673-696.
6. Carroll, A.B. (1979). A three-dimensional conceptual model of corporate performance. Academy of management review, no. 4 (4), p. 500.
About the author:
7. Carroll, A.B. (1991). The pyramid of corporate social responsibility: Toward the moral management of organizational stakeholders. Business horizons, no. 34 (4), pp. 39-48.
8. Kabanenko, M.N., Ugrimova, S.N., Andreeva, N.A. (2019). Sostoyanie i perspektivy razvitiya agrokholdingov v Rossiiskoi Federatsii [State and prospects of development of agriholdings in the Russian Federation]. Ehkonomicheskie otnosheniya, vol. 9, no. 3, pp. 1966-1973.
9. Bogachev, D.V. (2016). Rol' agrokholdingov v trans-formatsii sel'skoi mestnosti v Rossii [The role of agriholdings in the transformation of rural areas in Russia.]. In: Sbornik trudov konferentsii «Sotsial'no-ehkonomicheskaya geografiya: istoriya, teoriya, metody,praktika» [Proceedings of the conference "Socio-economic geography: history, theory, methods, practice"]. Smolensk, pp. 645-652.
10. Shagaida, N.I., Uzun, V.Ya. (2019). Draivery rosta i strukturnykh sdvigov v sel'skom khozyaistve Rossii [Drivers of growth and structural shifts in Russian agriculture.]. Moscow, p. 36.
11. Bondarenko, L.V. (2018). Sotsial'no-ehkonomi-cheskie razlichiya mezhdu gorodom i derevnei: nauchnye vozzreniya i otechestvennaya praktika [Socio-economic differences between cities and villages: scientific views and do-
Lubov A. Ovchintseva, candidate of economic sciences, leading researcher of the Center for agrarian studies, ORCID: http://orcid.org/0000-0003-4993-8094, lovchintseva@rambler.ru
INTERNATIONAL AGRICULTURAL JOURNAL № б (В7З) / 2O2O
mestic practice]. Vestnik Rossiiskoi akademii nauk [Bulletin of the Russian academy of sciences], vol. 88, no. 10, pp. 867-877.
12. Aleksandrov, A.R. (2018). Perekhod ot dvukhurov-nevoi sistemy formirovaniya munitsipal'nykh obrazovanii k odnourovnevoi sisteme v ramkakh gorodskogo okruga [The transition from a two-tier system to a one-tier system of municipalny within an urban district.] Gosudarstvennoe i munitsipal'noe upravlenie. Uchenye zapiski, no. 2, p. 196.
13. O sostoyanii sel'skikh territorii v Rossiiskoi Federatsii v 2017 g. (2019). [The rural territories in the Russian Federation in 2017]. Moscow, issue 5.
14. Doklad «O sostoyanii razvitiya sel'skikh territorii v 2015 g.» (2016). [The rural territories in the Russian Federation in 2015]. Moscow.
15. Kachanov, A.I., Firsov, A.I. (2010). Sotsial'naya naprav-lennost' agrokholdingovykh formirovanii v Saratovskom Zavolzh'e [Social activities of agricultural holding in the Saratov' Zavolzhye]. Agrarnyi vestnik Urala [Agrarian bulletin of the Urals], no. 5, pp. 9-11.
16. Schaft, F., Brosig, S. (2020). Corporate social responsibility in der deutschen Landwirtschaft — Verbreitung, Ausgestaltung, Motieve. Berichte über Landwirtschaft. Zeitschrift für Agrarpolitik und Landwirtschaft, no. 1.
lovchintseva@rambler.ru
www.mshj.ru