ИСТОРИЯ ПЕДАГОГИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ
УДК 37.01
Б. Е. Степанов
Ведущий научный сотрудник, Институт гуманитарных исто-рико-теоретических исследований имени А. В. Полетаева (ИГИТИ НИУ ВШЭ), доцент Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ, г. Москва E-mail: bstepanov@hse.ru
Boris E. Stepanov
Leading Research Fellow, Research Centre for Contemporary Culture at Poletayev Institute for Theoretical and Historical Studies in the Humanities, Associate Professor in the School of Philosophy and Cultural Studies, National Research University — Higher School of Economics, Moscow, Russia
КОНСТРУИРОВАНИЕ ОБРАЗА ГОРОДА В УЧЕБНИКАХ ПО РОДИНОВЕДЕНИЮ (1870-Е - 1910-Е ГОДЫ)
Репрезентация города в учебниках лишь недавно оказалась в фокусе анализа для историков образования. Применительно к развитию образования в позднеимперскую эпоху представляется важным обратиться к анализу такого предмета, как ро-диноведение, задачей которого стала трансляция географических представлений в рамках начальной школы. Как показано в работах М. Лоскутовой, М. Лескинен и других исследователей, родиноведе-ние сыграло важную роль в изменении практики формирования пространственных представлений и гражданской идентичности. Целью данной статьи стала попытка проанализировать образ города в учебниках по родиноведению, опубликованных в конце XIX — начале XX века в различных регионах Российской империи. Специфика предложенного подхода заключается в сочетании фокусировки на анализе репрезентации города с более пристальным вниманием к текстам учебных пособий, указаниям на мотивы и обстоятельства их издания и характеру их адресации. В результате предпринятого исследования зафиксирована связь этих пособий с развитием земской статистики. Способствуя появлению провинциальных центров на символической карте империи, это одновременно создавало препятствия для формирования наглядного представления географического знания и, в частности, знания о городе в рамках учебных курсов, а также приводило к тому, что город оказывался своего рода надстройкой развития производительных сил и со-
Как цитировать статью: Степанов Б. Е. Конструирование образа города в учебниках по родиноведению (1870-е —1910-е годы)// Отечественная и зарубежная педагогика. 2021. Т. 1, № 2 (75). С. 112-129.
циальной сферы. Наряду с доминирующим типом пособий, посвященных описанию губерний, в статье анализируется менее распространенный тип пособий по родиноведению, связанный с репрезентацией отдельных городов. Этот тип пособий представляет более последовательную реализацию принципа локализации и в большей степени приближается к изображению города как самостоятельного целого.
Ключевые слова: родиноведение, география, начальное образование, учебники, губерния, город, урбанистика, локализация, статистика.
Один из основателей урбанистики Р. Парк еще в начале XX века назвал город социальной лабораторией, в которой формируется современный человек. Однако вопрос о том, какую роль играет учебная литература в развитии рефлексии о городе и трансляции городского опыта, до сих пор был достаточно слабо исследован — по крайней мере, в отечественной научной литературе. Лишь в последнее время этот сюжет привлек внимание историков образования [1; 26]. Трудности изучения этого сюжета на материале истории российской школы обусловлены еще и тем, что сама история российской урбанистики в целом реконструирована пока еще достаточно фрагментарно. В последние годы появилось несколько работ о российской культуре позднеимперского периода, посвященных формированию рефлексии о городе в различных сферах культурной и научной активности. Как показывают работы Е. Берар и Н. Волковой, обсуждение социальных вопросов, городского законодательства и проблем городского планирования, которое является наиболее очевидным контекстом для формирования урбанистики, с трудом пробивало себе путь в сферу публичной дискуссии [3; 5; 33]. Вместе с тем важно обратить внимание на эстетические аспекты рефлексии о городе, связанные с туристическими практиками и движением за сохранение городского наследия, которые описывает в своей книге Э. Джонсон [35], а также с осмыслением городской проблематики в рамках литературной традиции [34]. Все эти контексты важны и для понимания разворачивания рефлексии о городе в учебной литературе, призванной сформировать представление о городе как одном из ключевых топосов современной культуры в сознании будущих граждан.
Настоящая статья призвана наметить один из возможных путей такого анализа. Объектом для нас станет практика преподавания ро-диноведения. Будучи связанным с изменением статуса географии как учебного предмета, структуры и механизмов трансляции географических
представлений, родиноведение стало, как показывают исследователи, важным элементом формирования новых моделей идентичности у подданных империи во второй половине XIX — начале XX века [10; 14; 15; 16]. Однако, обращаясь к анализу формируемых родиноведением пространственных представлений, предшествующие работы лишь в небольшой мере затрагивают собственно педагогический контекст воспроизводства этой дисциплины. В еще меньшей мере эти работы обращаются к изучению проблематики репрезентации города. Обращаясь к анализу корпуса учебников по родиноведению (Комментарий 1), мы попытаемся восполнить эти пробелы. Эскизно наметив историко-педагогический контекст возникновения родиноведения как учебной дисциплины, мы перейдем к обсуждению коммуникативных характеристик пособий по родиноведению [23]. Это позволит нам в заключении сделать выводы о том, как в этих пособиях формируется знание о городе.
Родиноведение как учебный предмет
М. В. Лоскутова предлагает отсчитывать историю родиноведения с появления учебника Ф. Студитского, который сделал отправной точкой для воображаемого путешествия по стране не Москву и Петербург, но Псков [15, с. 183]. Между тем в историко-педагогической литературе установилась традиция связывать формирование родиноведения с восходящей к статье Н. В. Гоголя «Мысли о географии» (1829) критикой схоластическй модели преподавания географии, освоение которой сводилось преимущественно к запоминанию различных названий и сведений, который включала в себя география в середине XIX века [30, с. 10-11]. С точки зрения К. Д. Ушинского и ряда других теоретиков образования середины XIX века, следовало изменить не только характер преподавания географии, но и ее место в образовательных программах: наряду с родной словесностью и историей география признавалась ключевым элементом новой модели народного образования [29, с. 168-173; 4, с. 155]. Любопытно, что приближение к народной жизни предполагало для теоретиков образования преодоление отвлеченности учебников, обусловленной их привязанностью к опыту городского / столичного жителя. Так, Н. А. Корф и Л. Н. Модзалевский критиковали учебник Ушинского «Родное слово» за то, что он наполнен сюжетами, далекими от сельского читателя, а Г. Н. Потанин критиковал за это же уже не только Ушинского, но и самого Корфа [27, с. 86; 33, с. 28-29]. В работах начала
1860-х годов Ушинский, а также Н. Х. Вессель писали о значимости местного элемента в образовании [10]. Введение такого элемента они связывали с адаптацией практики преподавания Heimatkunde и введением предмета под названием «отчизноведение», который впоследствии и получил название «родиноведение» (Комментарий 2). В отличие от понятия отечествоведения, с которым связывалась география страны, отчизноведение / родиноведение обозначало изучение «местного края», составлявшего ближайшее пространственное окружение учащихся (Комментарий 3).
Опираясь на существовавшую в немецких школах практику преподавания Heimatkunde, российские теоретики образования ратовали за введение концентрической системы обучения, воплощавшей идею локализации. Эта система, базировавшаяся на приоритетной значимости непосредственного познания окружающего мира, предполагала познавательное движение от ближайших пространственных контекстов, таких как комната или класс, к более широким — вплоть до универсума. Познание этих форм пространственного окружения сопровождалось не только практикой экскурсионной работы, но также и черчения планов, которые были средством проработки пространственного мышления.
Как отмечает М. Лоскутова, объем учебных часов, выделявшихся на преподавание географии, разнился в зависимости от исторического периода и типа учебного заведения [15, с. 164-166] (Комментарий 4). Курс родиноведения традиционно преподавался на третьем году обучения, на него выделялось один-два часа в неделю [13, с. I—III]. Для обеспечения этого курса с 1870-х годов в различных регионах страны начинают выходить учебные пособия по родиноведению, корпус которых будет с увеличивающейся интенсивностью прирастать на протяжении всей дореволюционной эпохи.
Книги по родиноведению как тип учебных пособий
Формирование корпуса учебных пособий по родиноведению отразило процессы ликвидации монополии Министерства просвещения в издании учебников и либерализацию официального признания последних [23, с. 110, 116]. Эти пособия обычно создавались учителями или инспекторами региональных учебных заведений, некоторые из них печатались по рекомендации Ученого комитета Министерства народного просвещения. В отдельных регионах существовали конкурирую-
щие версии такого рода пособий: так, например, в Вятской губернии в 1889 году выходит учебный курс «Учебный курс географии Вятской губернии» Р. Н. Образцова, а в 1890 году — «География Вятской губернии» К. В. Лаврентьева (Комментарий 5). Образовательный статус подобных пособий также не был однозначно определенным: издание могло быть обозначено как учебник, учебное пособие, книга для чтения. Их адресация могла быть тоже довольно неопределенной. В большинстве случаев эти пособия адресуются ученикам городских школ и училищ и имеют статус элементарного курса географии, однако, например, упомянутое пособие Лаврентьева, как отмечено в его названии, предназначается также для «сельских двухклассных, одноклассных и земских начальных училищ и церковно-приходских школ». Ф. М. Краев задает еще более широкий диапазон своей аудитории: его «География Томской губернии предназначена для «учителей средних и низших учебных заведений, учащихся учительских институтов, семинарий, педагогических курсов, высших начальных и 2-хклассных училищ» [11] (Комментарий 6).
Характеризуя содержание этих учебных пособий, можно сказать, что наличие некоторых устойчивых моделей построения курса сочеталось с известным разнообразием подходов к различным элементам пособия — от последовательности тем до аппарата усвоения материала. В силу этого их название обычно содержало формулировку «География» или «Описание» соответствующей губернии, в то время как само слово «родиноведение» могло выноситься в заглавие, а могло в нем и вообще не присутствовать. Исследователями уже было отмечено, что преимущественно эти пособия представляли собой географическое описание губерний, но иногда также и уездов и даже отдельных городов. Как писала М. Лоскутова, «общая схема большинства таких учебников повторяла курс географии Российской империи: сначала описывались физические характеристики поверхности губернии, ее климат, растительный и животный мир, пути сообщения, народонаселение (его численность, племенной состав и вероисповедания), экономическое состояние губернии, быт жителей, иногда — особенности местного диалекта, затем сообщались сведения об административном устройстве, состоянии народного образования» [15, с. 191].
Как было отмечено выше, возникновение родиноведения как дисциплины связано с трансформациями в преподавании географии, направленными на отказ от практик механического усвоения содержания курса,
приближения их к опыту ученика и усиления его патриотической составляющей, связанной с освоением непосредственного пространственного окружения и формированием привязанности к малой родине. Однако лишь немногие из представленных учебных пособий можно счесть адекватными в плане достижения этой цели. Особенностью многих учебников является переизбыток фактической информации и дефицит форматов наглядного представления знания и адекватных способов контроля освоения учебного материала. Эта особенность побуждает поставить под вопрос утверждения о связи этих пособий с представлениями о ландшафте и естественной связи человека с природным окружением [15, с. 182], а также о воспитательном значении родиноведения, связанным с акцентом на «зрительные образы и эмоциональные связи» [14, с. 53]. На наш взгляд, это обусловлено тем, что основным источником для этих пособий выступают материалы географических, статистических, а также исторических разысканий, отражающих развитие земской статистики. В этом смысле анализируемые пособия в большинстве своем представляют своего рода полигон по переводу информации, аккумулируемой развивающейся статистикой — как местной, так и общероссийской (Комментарий 7),— в практику учебного процесса с целью обеспечить учителей и учащихся материалами, необходимыми для прохождения курса. Не случайно авторы пособий часто пишут о руководившем ими намерении избавить учителя от необходимости сбора и обработки обширной географической и статистической информации об изучаемом регионе [6, с. 3; 11, с. I; 17, с. 1-2].
Соответственно, при наличии достаточно стандартной тематической структуры этих пособий их методическая ориентация могла быть различной. Авторы одних пособий достаточно определенно делают адресатом пособия учителя или, по крайней мере, подчеркивают его роль в адаптации материала для учеников, в отборе нужной информации и объяснении трудных терминов и понятий [2, с. 1; 17, с. 1-2;]. В то же время в других пособиях используются методические приемы, которые позволили бы адресовать приводимую информацию непосредственно ученикам. Речь идет не только о сокращении объемов текста и более доступной стилистике изложения [32], но также об использовании вопросно-ответной структуры и проверочных вопросов, структурировании информации при помощи разных шрифтов и т.д. Таким образом, учебные пособия по родиноведению в известной мере воспроизводили
те тенденции, которые в целом характеризовали изменения формата учебников во второй половине XIX — начале XX века, начиная от стилистики и заканчивая аппаратом освоения материала [23, с. 130-142].
Еще одним важным моментом в рамках характеристики пособий по родиноведению представляется наличие визуального ряда. Ключевым его элементом — с учетом задачи обучения учеников созданию планов местностей — являются карты, присутствующие в значительном большинстве пособий. В случаях отсутствия карт, что авторы объясняют дороговизной их печатания, пособия отсылают к каким-то существующим официальным картам. Вместе с тем иногда авторы пособий создают на основе существующих карт собственные, синтезирующие разные виды географической информации [13]. Начиная с 1890-х годов в книгах по родиноведению появляются иллюстрации, как рисованные, так и фотографические, а в соответствующих изданиях XX века их число может быть уже довольно значительным.
Образ города в курсе родиноведения
Преобладание пособий, в которых родина отождествлялась с губернией как административной единицей, определяло действие принципа локализации. Вводный раздел, транслирующий концентрическую модель постепенного перехода от ориентирования в классной комнате к освоению более широких географических горизонтов, далеко не всегда встречается в этом типе пособий. Там же, где он все же есть, он носит достаточно обобщенный характер, что делает возможным использование этого учебного пособия в школах как городских, так и сельских. Важно подчеркнуть, что функция этого раздела явно заключается не столько в пробуждении эмоциональной связи ученика с малой родиной, как считает М. В. Лескинен [14, с. 53], сколько в обучении его ориентации на местности, практическом освоении ближайшего окружения.
Город в этом типе пособий по родиноведению занимает специфическое место. Административная привязка географического знания вроде бы придает городу статус ключевого ориентира и приоритетного объекта. Однако изложение материала в этих пособиях разворачивается в эволюционной логике, где сначала, как было отмечено выше, излагаются сведения об особенностях рельефа, почв, водоемов, климата, флоры и фауны данной губернии, затем об экономике и населении, тогда как городу посвящены заключительные разделы. В некоторых случаях ин-
формация о городе может быть очень краткой (Комментарий 8) или прилагаться в виде словаря [7]. Несмотря на то, что этот раздел традиционно называется «Города и замечательные места», он обычно мало похож на современные описания городов, которые под влиянием путеводителей стремятся хотя бы эскизно обрисовать лицо города. Информация о городах в большинстве своем касается их экономического и административного статуса. Город предстает здесь как средоточие общественного богатства и управленческих функций. Создается впечатление, что связь с определенным производством и торговое значение города составляют его главную достопримечательность и служат основанием для оценки его значимости. Характерным примером может быть описание Балахны (Нижегородская губерния) в пособии М. В. Овчинникова. Его открывает краткий экскурс, характеризующий исторические изменения административного статуса города. Затем автор переходит к описанию традиционных промыслов (солеварения), появление которых создало условия для каменного строительства (среди первых строений перечисляются городские соборы), затем отмечает отсутствие у города значимого места в торговле, после чего перечисляет современные производства — верфи, заводы по производству кирпича, бочек и минеральных масел, кружевные предприятия, а также пишет об учебных заведениях города [19, с. 51-52].
Важным аспектом в характеристике города выступает оценка уровня развития того, что мы бы сейчас назвали «социальной сферой»: наряду с характеристикой образовательных учреждений (школ, гимназий, училищ), авторы пособий обычно приводят информацию о библиотеках, печатных изданиях (позже — о развитии телеграфа и корреспонденции), а также о медицинских учреждениях, успехах в благоустройстве (наличии каменных мостовых, фонарей и т.д.) и благотворительности. Иногда читателя достаточно подробно информируют о состоянии городского бюджета и расходах на те или иные общественные нужды. Описывая состояние дел в Калужской губернии, А. Вусович пишет: «Все города губернии израсходовали в 1883 году 374 т. руб. Большие расходы имела Калуга (156 т. руб.), а из уездных городов — Жиздра (65 т. руб.). Самые малые расходы имели Воротынск (4 т. руб.) и Серпейск (3 700 руб.)»,— и далее мелким шрифтом приводит суммы бюджетов остальных городов губернии [7, с. 73]. Если говорить о достопримечательностях в привычном нам смысле, то в качестве таковых первое место занимают храмы и священные реликвии. В пособии Вусовича дается список находящихся
на территории Калужской губернии реликвий, а К. Лаврентьев публикует в приложении к своей книге «три рассказа о вятских чудотворцах и чудотворных иконах» [13]. Гораздо реже в этом качестве упоминаются театры и другие культурные учреждения.
Впрочем, нельзя сказать, что в изучаемом корпусе пособий не наблюдается каких-либо различий или какой-либо эволюции в изображении города. Отмеченное нами выше разнообразие подходов авторов к трактовке сложившейся модели сказывается и в характеристике городских достопримечательностей, да и популяризация туристического дискурса, по всей видимости, вносит свою лепту в изменение ситуации. Наиболее ярким примером в охваченном корпусе пособий можно считать опубликованную в 1907 году книгу для чтения «Наш край. Ярославская губерния — опыт родиноведения» П. А. Критского. В отличие от ориентированных на статистические обследования пособий 1870-х здесь гораздо в большей степени мы можем зафиксировать присутствие туристического взгляда и более привычного для нас краеведческого содержания. Сохраняя традиционную структуру родиноведческих пособий, Критский гораздо больше внимания уделяет истории края. Приводя характеристики знаменитых земляков, он упоминает не только известных литераторов и общественных деятелей, таких как Н. А. Некрасов или И. З. Суриков, но и также гораздо менее известных личностей, таких, например, как технолог-самоучка из крестьян Семен Власов [12, с. 305-306]. При создании текста Критский нередко использует литературные фрагменты, да и в целом описание городов, которое занимает около четверти всего текста и носит беллетризованный характер. Специальный раздел Критский посвящает обзору древностей. Присутствие туристического взгляда подтверждают и фотографии, которыми проиллюстрирована книга. Эти фотографии не только показывают нам достопримечательности, в числе которых наряду с храмами присутствуют также и здания гимназий и больниц. Значительная их часть представляет видовую съемку городов, часто сделанную с реки (Комментарий 9). Другим примером может быть пособие Н. А. Спасского «Очерки по родиноведению. Казанская губерния». Ограничившись кратким описанием местоположения, рельефа и климата, автор дает подробное этнографическое описание народов, населяющих губернию, а затем переходит к довольно подробному по-уездному описанию поселений и дает достаточно развернутые характеристики городов [26].
Можно отметить еще две составляющих рефлексии о городе, которые хотя и редко, но все же встречаются в изучаемых нами пособиях. Первая составляющая касается элементарных сведений о структуре городской администрации как составляющей государственного управления. Подобные разделы, впрочем, достаточно лапидарные, включают город в своего рода «обществоведческий компонент» пособий по родинове-дению. Другая составляющая связана с рефлексией о вредном влиянии больших городов на жизнь местного населения. Такого рода рефлексия присутствует, например, в характеристике вовлеченности населения в отхожие промыслы в пособии А. Вусовича. Описание того, как жители разных местностей калужской губернии и представители разных ремесел включены в эти занятия, он завершает следующим пассажем: «Отхожие промыслы, не отличаясь особой доходностью, далеко не восполняют нужд народонаселения и в то же время влияют на него весьма вредно: само передвижение рабочих совершается при обстановке, губительно действующей на их здоровье; затем жизнь среди беднейшего населения столиц и крупных фабричных местностей калечит их и нравственно, и физически» [7, с. 56] (Комментарий 10).
Теперь мы обратимся к характеристике более редкого типа роди-новедческих пособий, сконцентрированных на описании отдельных городов и окружающих их уездов. К этому типу можно отнести пособия «Иркутск и Иркутская губерния с очерком прочих губерний и областей Сибири» М. В. Загоскина [9], «Элементарный курс географии. Вып. 1. Отчизноведение для Москвы» С. Никитина [18], «Город Ростов и его уезд» А. А. Соколова [24], «Начальный курс родиноведения в методической разработке (г. Глухов и Глухов. уезд)» К. С. Пискуна [22]. В учебнике Загоскина термин «родиноведение» и его аналоги не используется, однако сам по себе концентрический принцип преподавания реализован достаточно последовательно. Книга Загоскина написана достаточно живым языком и не перегружает читателя избыточной информацией. Раздел, посвященный пространственный ориентации, в книге отсутствует (Комментарий 11), автор сразу же предлагает читателю очерк города, а затем переходит к характеристике губернии и близлежащих регионов. Н. П. Матханова и Н. Н. Родигина справедливо отмечают, что учебник Загоскина можно рассматривать как «один из первых учебников горо-доведения» [16, с. 35]. В отличие от авторов других учебников, Загоскин не только приводит статистические данные и дает очерк истории города,
но и предлагает свое видение причин его экономического неблагополучия и путей развития города [9, с. 21-28]. Вместе с тем в книге отсутствуют как топографические сюжеты, так и характеристики городских достопримечательностей.
Пособия Никитина и Соколова представляют подход, который ближе к доминирующей модели «концентрического» преподавания географии. Сходство структуры этих пособий побуждает предположить наличие преемственности между этими изданиями. Так же, как и книга Загоскина, эти пособия ориентированы именно на ученика. Первый раздел каждого из этих изданий призван обучить работе с картой и планом, при этом обучение выстраиванию плана осуществляется на примере кремля — в первом случае московского, во втором — ростовского. Затем идет характеристика городской топографии и климата, а также состава населения и истории города. Вторая часть каждого из пособий посвящена характеристике уезда и губернии (Комментарий 12). Пособие К. С. Пискуна достаточно близко воспроизводит структуру пособий Никитина и Соколова, однако с некоторыми существенными отличиями. Во-первых, изложение материала в этом пособии воспроизводит вопросно-ответную структуру. Во-вторых, в нем, в отличие от пособий Никитина и Соколова, совершенно отсутствует визуальный материал, при том что само вычерчивание плана остается важнейшим методическим приемом. В-третьих, здесь более значительное внимание уделяется практическим вопросам работы городских учреждений — полиции, суда и т.д. Таким образом, пособие Пискуна в специфическом сочетании содержит черты описанных выше пособий.
Заключение
Предпринятый нами пилотный анализ учебников родиноведения позволяет сделать несколько предварительных выводов относительно характера этих текстов и представленных в них способов репрезентации города. Возникновение родиноведения как дисциплины связано с трансформациями в преподавании географии, направленными на отказ от практик механического усвоения содержания курса, приближения их к опыту ученика и усиления его патриотической составляющей, связанной с освоением непосредственного пространственного окружения и формированием привязанности к малой родине. Однако лишь немногие из представленных учебных пособий можно счесть адекватными в плане
достижения этой цели (Комментарий 13). Эти пособия в большинстве своем представляют своего рода полигон по переводу информации, аккумулируемой развивающейся статистикой — как местной, так и общероссийской — в практику учебного процесса с целью обеспечить учителей и учащихся материалами, необходимыми для прохождения курса. Особенностью многих учебников является переизбыток фактической информации, который сопровождается недостатком форматов наглядного представления знания и адекватных способов контроля освоения учебного материала. Этот тезис побуждает поставить под вопрос универсальность выводов о воспитательном значении пособий по родиноведению, сформулированных в работах М. В. Лоскутовой и М. В. Лескинен. Лишь в нескольких из этих пособий были реализованы принципы концентрического изложения материала, активизирующие практику освоения учащимися навыков пространственной ориентации, лишь постепенно в их дискурс проникают приемы наглядного изложения, связанные с влиянием и использованием литературных фрагментов и отсылок, усилением исторической составляющей, введением в изложение туристического взгляда (Комментарий 14).
Этими особенностями определяется и характер репрезентации города в учебных пособиях по родиноведению. Появление этих пособий, безусловно, можно считать важным шагом, способствовавшим проявлению нестоличных городов в символическом пространстве империи (Комментарий 15). Однако натуралистическая логика, в рамках которой города выступали декоративным оформлением природных ландшафтов и производительных сил, вела к тому, что для представления жизни городов и стимулирования городского воображения в этой конструкции практически не было места. В рамках доминирующей модели построения этих пособий, ориентированных на описание губернии, города в большинстве случаев не выделяются в качестве приоритетного объекта внимания, а их описание оказывается в значительной степени производной статистического дискурса. Таким образом, в этих пособиях мы можем увидеть лишь слабые ростки той рефлексии, которая позволяет осмыслить город как пространственное и/или эстетическое целое, исторический и/или социальный организм. Движение в этом направлении намечают те немногие пособия, которые помещают город в центр курса родиноведения. Эти пособия, более последовательно реализующие принцип концентрического построения родиноведения, в большей степени
представляют город как пространство топографического ориентирования или организованного социального взаимодействия.
Статья подготовлена в рамках проекта РФФИ № 20-013-00246 «Урбанистический дискурс в школьных учебниках России ХХ века: риторика, эстетика, дидактика».
Комментарии
1. Корпус анализируемых учебников включает около 40 пособий, однако в списке литературы приводятся лишь актуально цитируемые тексты.
2. Адептами этих идей стали впоследствии и другие прогрессивные педагоги той эпохи, в частности Г. Н. Потанин, М. В. Загоскин, Г. Е. Катанаев и др. [8; 16; 33]
3. Значения терминов «родиноведение», «отчизноведение», «оте-чествоведение», а также их отношение к понятию «краеведение» требуют отдельного разбора.
4. По свидетельству некоторых исследователей, курсы родиноведения вводились в российских городах в начале 1860-х годов (о появлении такого рода курсов в воронежской гимназии пишет С. Солодовченко [25, с. 111].
5. В случае книги для чтения П. А. Критского ее публикация стала итогом выигранного автором конкурса на создание такого рода пособия [12, с. 1].
6. Сам характер этой адресации не всегда можно определить, поскольку далеко не во всех пособиях присутствует вводная часть, определяющая задачи и направленность издания.
7. Так, например, в списках литературы, использованной при подготовке соответствующих изданий, нередко попадается «Географо-статистический словарь Российской империи» и другие издания, подготовленные под руководством П. П. Семенова-Тян-Шанского [13; 31].
8. Ярким примером здесь может быть «Краткое описание Олонецкой губернии» К. Петрова, где раздел о городах занимает всего две с половиной страницы [21, с. 31-33].
9. Довольно большой раздел о городах мы находим и в «Краткой географии Смоленской губернии» И. И. Орловского [20].
10. Ср. аналогичные рассуждение у А. Титова [28, с. 258-259].
11. В примечании Загоскин пишет о черчении планов города как одной из задач в рамках прохождения курса географии, однако карта к книге не прилагается [9, с. 1].
12. Разница между пособиями заключается в том, что Никитин более последовательно реализует линию, связанную с топографической ориентацией, в то время как Соколов дает более подробную характеристику жизни города, уезда и губернии, включая в числе прочего и указания на достопримечательности, которые в книге Никитина отсутствуют.
13. Причиной этого, вероятно, является неразвитость методической базы преподавания этой дисциплины, ограниченные возможности знакомства с образцами соответствующих пособий — будь то отечественными или зарубежными.
14. В этом отношении локомотивами популяризации географического знания были учебники, описывавшие географию страны [15, с. 178-183].
15. Об аналогичных тенденциях на примере учебника Н. А. Корфа см. [27].
Литература
1. Безрогов В. Г., Тендрякова М. В. Город и Корф: figura urbis novae в учебных книгах для земской школы // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 4: Педагогика. Психология. 2019. № 55. С. 110-128.
2. Белов В. П. Описание Архангельской губернии: для народных училищ: (родиноведение). Архангельск: типография Губернского правления, 1892. 80 с.
3. Берар Е. Империя и город М.: Новое литературное обозрение. 2016. 344 с.
4. Вессель Н. Х. Очерки об общем образовании и системе народного образования в России М.: Учпедгиз, 1959. 320 с.
5. Волкова Н. Генеалогия российской урбанистики. Как наследие городских инженеров 1930-х вошло в современную брань // Коммерсант. 28.12.2016 // Коммерсант [Электронный ресурс]. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3184725 (дата обращения: 30.12.2020).
6. Воскресенский С. А. Учебный курс географии Рязанской губернии (Родиноведение). Рязань: тип. Орловой, 1885. 79 с.
7. Вусович А. М. Калужская губерния: курс родиноведения для местных учебных заведений. Калуга: Тип. А. М. Михайлова, 1886. 95 с.
8. Дорошенко О. П. Просветительско-педагогическая деятельность Г. Е. Катанаева в контексте развития идей сибирского областничества // Вестник Томского государственного университета. История. 2020. № 63. С. 117-121.
9. Загоскин М. В. Иркутск и Иркутская губерния с очерком прочих губерний и областей Сибири. Иркутск: Тип. Н. Н. Синицына, 1870. 142 с.
10. Зубарева Н. Н. Педагогическое осмысление необходимости изучения «местного элемента» в рамках общего образования в России во второй половине XIX века // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Педагогика и психология. 2014. № 4. С. 245-254.
11. Краев Ф. М. География Томской губернии для учителей средних и низших учебных заведений, учащихся учительских институтов, семинарий, педагогических курсов, высших начальных и 2-хклассных училищ. Томск: тип. Губ. упр., 1916. 122 с.
12. Критский П. А. Наш край: Ярославская губерния — опыт родиноведения. Ярославль: Шк. комис. Яросл. губ. земства, 1907. 310 с.
13. Лаврентьев К. В. География Вятской губернии: курс родиноведения для гор. уч-щ, ст. отд-ний сел. двухклас., одноклас. земск. нач. уч-щ, церковно-приход. шк. и мл. классов сред. учеб. заведений, находящихся в Вят. губ. Вятка: тип. Маишеева, б. Куклина и Красовского, 1890. 231 с.
14. Лескинен М. В. Представления об «Отечестве» и «Родине» в русских учебниках географии последней трети XIX веков: конструирование национальной идентичности // Вестник Московского университета. Серия 8: История. 2010. № 3. С. 40-54.
15. Лоскутова М. «С чего начинается Родина?». Преподавание географии в дореволюционной школе и региональное самосознание (XIX — начало XX в.) // Ab Imperio. 2003. № 3. С. 159-198.
16. Матханова Н. П., Родигина Н. Н. «Да хорошо ли мы знаем ту крохотную частичку земли, на которой сами живем?»: учебник по родиноведению М. В. Загоскина (1870 год) // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2018. Т. 17, № 1. С. 29-41.
17. Можайский И. П. Учебный курс географии Новгородской губернии (Родиноведение). Новгород: Типография М. П. Сухова, 1878. 74 с.
18. Никитин С. Элементарный курс географии. Вып. 1. Отчизноведение для Москвы. М.: Типография В. М. Фриш, 1874. 48 с.
19. Овчинников М. В. Очерк Нижегородской губернии в историко-географическом отношении. Н. Новгород: тип. губ. правл., 1885. 60 с.
20. Орловский И. И. Краткая география Смоленской губернии Смоленск: Изд. Смоленского. губернского статистического комитета, 1907. 179 с.
21. Петров К. Краткое описание Олонецкой губернии (родиноведение): пособие для учителей и учеников Олонецкой губернии. Петрозаводск: Губернская тип., 1881. 33 с.
22. Пискун К. С. Начальный курс родиноведения в методической разработке: (г. Глухов и Глухов. уезд). Киев: тип. т-ва И. Н. Кушнерев и К°, 1912. 75 с.
23. Ромашина Е. Ю. Школьный учебник в России XVIII — начала XX веков: теоретический и историко-педагогический анализ. Тула: Издательский центр ТГПУ им. Л. Н. Толстого, 2010. 186 с.
24. Соколов А. А. Город Ростов и его уезд. Ярославль: тип. Губ. земск. управы, 1881. 39 с.
25. Солодовченко С. А. Г. М. Веселовский — краевед, общественный деятель и редактор // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2009. № 1. С. 110-117.
26. Спасский Н. А. Очерки по родиноведению: Казанская губерния. Казань: Казан. пед. музей, 1910. 166 с.
27. Тендрякова М. В., Безрогов В. Г. Корф и город: figura urbis capitis в учебных книгах для земской школы // Вестник ПСТГУ. Сер. IV: Педагогика. Психология. 2019. Вып. 54. С. 84-105.
28. Титов А. А. Статистико-экономическое описание Ростовского уезда Ярославской губернии. СПб.: тип. В. Безобразова и К°, 1885. 447 с.
29. Ушинский К. Д. Педагогическая поездка по Швейцарии // Собрание сочинений. В 11-ти т. Т. 3 М.; Л.: Изд-во Акад. пед. наук РСФСР, 1948. С. 87-225.
30. Хлебосолова О. А. Качество школьного географического образования и способы его оценки. Рязань: Ряз. гос. ун-т им. С. А. Есенина, 2007. 152 с.
31. Хохлов И. С. География Оренбургской губернии: описание Оренб. губ. в физ., этногр. и адм. отношениях. Оренбург: тип. Оренб. дух. консистории, 1896. 140 с.
32. Чернышев С. С. Родиноведение. Краткий обзор географии Калужской губернии. М.: Изд-во. кн. магазина А. Д. Карчагина в Калуге. 1909. 49 с.
33. Шиловский М. В. Вклад Г. Н. Потанина в развитие образования и педагогики в Сибири // Сибирский педагогический журнал. 2013. № 1. С. 28-29.
34. Bérard E. Les savoirs urbains en Russie au tournant du xxe siècle. Émergence, cheminements, sources étrangères // Cahiers du monde russe. Russie-Empire russe-Union soviétique et États indépendants. 2010. Vol. 51, No. 4. P. 581-598.
35. Buckler J. A. Mapping St. Petersburg: Imperial Text and Cityshape. Princeton: Princeton University Press, 2007. 384 p.
IE.E. CTenaHOB
36. Johnson E. D. How St. Petersburg Learned to Study Itself: The Russian Idea of Kraevedenie. Pennsylvania: Pennsylvania State University Press, 2006. 303 p.
REPRESENTATION OF THE CITY IN RODINOVEDENIE TEXTBOOKS (1870s — 1910s)
Representation of the city in textbooks has only recently become a focus of analysis for historians of education. Studying the development of education in Russia in the late imperial era, it seems important to turn to the analysis of such a subject as local lore studies (rodinovedenie), which task was to translate geographical ideas within the primary schools. M. Loskutova, M. Leskinen and other researchers argued that local lore studies played an important role in changing of formation of spatial notions and civic identity. The aim of this paper is to explore the image of the city in the textbooks on local lore studies, published in the late 19th — early 20th centuries in different regions of the Russian Empire. The specificity of the proposed approach is to combine the focus on the analysis of the representation of the city with a closer attention to the textbooks, the indications of the motives and circumstances of their publication and the expected audience. One of the main conclusions of the undertaken research concerning the influence of the development of zemstvo statistics on these manuals. While contributing to the emergence of provincial centers on the symbolic map of the empire, it also created barriers to the vivid representation of geographical knowledge and, in particular, knowledge on the city in the framework of school courses. It also led to the fact that cities were represented as a kind of superstructure which resulted of the development of productive forces and the social sphere. Along with the dominant type of manuals, devoted to the description of whole provinces, the paper explores a less common type of the manuals of local lore studies, connected with the representation of individual cities. This type of manuals represents a more consistent implementation of the principle of localization and is closer to the portrayal of the city as an independent whole.
Keywords: local lore, geography, textbooks, primary education, province, city, urban studies, localization, statistics.
References
• Belov V. P. Opisanie Arhangel'skoj gubernii: dlya narodnyh uchilishch: (rodinovedenie). Arhangel'sk: tipografiya Gubernskogo pravleniya, 1892. 80 s. [In Rus].
• BerarE. Imperiya i gorod M.: Novoe literaturnoe obozrenie. 2016. 344 s. [In Rus].
• Bérard E. Les savoirs urbains en Russie au tournant du xxe siècle. Émergence, cheminements, sources étrangères // Cahiers du monde russe. Russie-Empire russe-Union soviétique et États indépendants. 2010. Vol. 51, No. 4. P. 581-598.
• Bezrogov V. G., Tendryakova M. V. Gorod i Korf: figura urbis novae v uchebnyh knigah dlya zem-skoj shkoly // Vestnik Pravoslavnogo Svyato-Tihonovskogo gumanitarnogo universiteta. Seriya 4: Pedagogika. Psihologiya. 2019. № 55. S. 110-128. [In Rus].
• Buckler J. A. Mapping St. Petersburg: Imperial Text and Cityshape. Princeton: Princeton University Press, 2007. 384 p.
• Chernyshev S. S. Rodinovedenie. Kratkij obzor geografii Kaluzhskoj gubernii. M.: Izd-vo. kn. magazina A. D. Karchagina v Kaluge. 1909. 49 s. [In Rus].
• Doroshenko O. P. Prosvetitel'sko-pedagogicheskaya deyatel'nost' G. E. Katanaeva v kontekste razvitiya idej sibirskogo oblastnichestva // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Istoriya. 2020. № 63. S. 117-121. [In Rus].
• Hlebosolova O. A. Kachestvo shkol'nogo geograficheskogo obrazovaniya i sposoby ego ocenki. Ryazan': Ryaz. gos. un-t im. S. A. Esenina, 2007. 152 s. [In Rus].
• Hohlov I. S. Geografiya Orenburgskoj gubernii: opisanie Orenb. gub. v fiz., etnogr. i adm. otnosheni-
yah. Orenburg: tip. Orenb. duh. konsistorii, 1896. 140 s. [In Rus].
• Johnson E. D. How St. Petersburg Learned to Study Itself: The Russian Idea of Kraevedenie. Pennsylvania: Pennsylvania State University Press, 2006. 303 p.
• Kraev F. M. Geografiya Tomskoj gubernii dlya uchitelej srednih i nizshih uchebnyh zavedenij, uchash-chihsya uchitel'skih institutov, seminarij, pedagogicheskih kursov, vysshih nachal'nyh i 2-hklassnyh uchilishch. Tomsk: tip. Gub. upr., 1916. 122 s. [In Rus].
• Kritskij P. A. Nash kraj: Yaroslavskaya guberniya — opyt rodinovedeniya. Yaroslavl': Shk. komis. Yarosl. gub. zemstva, 1907. 310 s. [In Rus].
• Lavrent'ev K. V. Geografiya Vyatskoj gubernii: kurs rodinovedeniya dlya gor. uch-shch, st. otd-nij sel. dvuhklas., odnoklas. zemsk. nach. uch-shch, cerkovno-prihod. shk. i ml. klassov sred. ucheb. zavedenij, nahodyashchihsya v Vyat. gub. Vyatka: tip. Maisheeva, b. Kuklina i Krasovskogo, 1890. 231 s. [In Rus].
• Leskinen M. V. Predstavleniya ob «Otechestve» i «Rodine» v russkih uchebnikah geografii posled-nej treti XIX vekov: konstruirovanie nacional'noj identichnosti // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 8: Istoriya. 2010. № 3. S. 40-54. [In Rus].
• Loskutova M. «S chego nachinaetsya Rodina?». Prepodavanie geografii v dorevolyucionnoj shkole i regional'noe samosoznanie (XIX — nachalo XX v.) // Ab Imperio. 2003. № 3. S. 159-198. [In Rus].
• Mathanova N. P., Rodigina N. N. «Da horosho li my znaem tu krohotnuyu chastichku zemli, na kotoroj sami zhivem?»: uchebnik po rodinovedeniyu M. V. Zagoskina (1870 god) // Vestnik Novosibirskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya, filologiya. 2018. T. 17, № 1. S. 29-41. [In Rus].
• Mozhajskij I. P. Uchebnyj kurs geografii Novgorodskoj gubernii (Rodinovedenie). Novgorod: Tipografiya M. P. Suhova, 1878. 74 s. [In Rus].
• Nikitin S. Elementarnyj kurs geografii. Vyp. 1. Otchiznovedenie dlya Moskvy. M.: Tipografiya V. M. Frish, 1874. 48 s. [In Rus].
• Orlovskij I. I. Kratkaya geografiya Smolenskoj gubernii Smolensk: Izd. Smolenskogo. gubernskogo statisticheskogo komiteta, 1907. 179 s. [In Rus].
• Ovchinnikov M. V. Ocherk Nizhegorodskoj gubernii v istoriko-geograficheskom otnoshenii. N. Novgorod: tip. gub. pravl., 1885. 60 s. [In Rus].
• Petrov K. Kratkoe opisanie Oloneckoj gubernii (rodinovedenie): posobie dlya uchitelej i uchenikov Oloneckoj gubernii. Petrozavodsk: Gubernskaya tip., 1881. 33 s. [In Rus].
• Piskun K S. Nachal'nyj kurs rodinovedeniya v metodicheskoj razrabotke: (g. Gluhov i Gluhov. uezd). Kiev: tip. t-va I. N. Kushnerev i K°, 1912. 75 s. [In Rus].
• Romashina E. Yu. Shkol'nyj uchebnik v Rossii XVIII — nachala XX vekov: teoreticheskij i istoriko-pedagogicheskij analiz. Tula: Izdatel'skij centr TGPU im. L. N. Tolstogo, 2010. 186 s. [In Rus].
• Shilovskij M. V. Vklad G. N. Potanina v razvitie obrazovaniya i pedagogiki v Sibiri // Sibirskij peda-gogicheskij zhurnal. 2013. № 1. S. 28-29. [In Rus].
• Sokolov A. A. Gorod Rostov i ego uezd. Yaroslavl': tip. Gub. zemsk. upravy, 1881. 39 s. [In Rus].
• Solodovchenko S. A. G. M. Veselovskij — kraeved, obshchestvennyj deyatel' i redaktor // Vestnik Tambovskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye nauki. 2009. № 1. S. 110-117. [In Rus].
• Spasskij N. A. Ocherki po rodinovedeniyu: Kazanskaya guberniya. Kazan': Kazan. ped. muzej, 1910. 166 s. [In Rus].
• Tendryakova M. V., Bezrogov V. G. Korf i gorod: figura urbis capitis v uchebnyh knigah dlya zemskoj shkoly // Vestnik PSTGU. Ser. IV: Pedagogika. Psihologiya. 2019. Vyp. 54. S. 84-105. [In Rus].
• Titov A. A. Statistiko-ekonomicheskoe opisanie Rostovskogo uezda Yaroslavskoj gubernii. SPb.: tip. V. Bezobrazova i K°, 1885. 447 s. [In Rus].
• Ushinskij K. D. Pedagogicheskaya poezdka po Shvejcarii // Sobranie sochinenij. V 11-ti t. T. 3 M.; L.: Izd-vo Akad. ped. nauk RSFSR, 1948. S. 87-225. [In Rus].
• Vessel' N. H. Ocherki ob obshchem obrazovanii i sisteme narodnogo obrazovaniya v Rossii M.: Uchpedgiz, 1959. 320 s. [In Rus].
• Volkova N. Genealogiya rossijskoj urbanistiki. Kak nasledie gorodskih inzhenerov 1930-h voshlo v sovremennuyu bran' // Kommersant. 28.12.2016 // Kommersant [Elektronnyj resurs]. URL: https:// www.kommersant.ru/doc/3184725 (data obrashcheniya: 30.12.2020). [In Rus].
• Voskresenskij S. A. Uchebnyj kurs geografii Ryazanskoj gubernii: (Rodinovedenie). Ryazan': tip. Orlovoj, 1885. 79 s. [In Rus].
• Vusovich A. M. Kaluzhskaya guberniya: kurs rodinovedeniya dlya mestnyh uchebnyh zavedenij.
Kaluga: Tip. A. M. Mihajlova, 1886. 95 s. [In Rus].
• Zagoskin M. V. Irkutsk i Irkutskaya guberniya s ocherkom prochih gubernij i oblastej Sibiri. Irkutsk: Tip. N. N. Sinicyna, 1870. 142 s. [In Rus].
• Zubareva N. N. Pedagogicheskoe osmyslenie neobhodimosti izucheniya «mestnogo elementa» v ram-kah obshchego obrazovaniya v Rossii vo vtoroj polovine XIX veka // Vestnik Tverskogo gosudarstven-nogo universiteta. Seriya: Pedagogika i psihologiya. 2014. № 4. S. 245-254. [In Rus].