Научная статья на тему 'Конституционные демократы и обсуждение «Табачных» законопроектов в Государственной думе (1906-1909 гг. )'

Конституционные демократы и обсуждение «Табачных» законопроектов в Государственной думе (1906-1909 гг. ) Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
83
40
Поделиться

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Селезнёв Ф. А.

Анализируется положение на рынке табачных изделий в России в начале ХХ в., отношение партии кадетов к правительственным проектам увеличения акцизов на табачную продукцию. По заключению автора, действия кадетов не отвечали интересам большинства табачных фабрикантов, поскольку кадеты поддерживали мелких производителей.

CONSTITUTIONAL DEMOCRATS AND THE DISCUSSION OF «TOBACCO» BILLS IN THE STATE DUMA (1906-1909)

The author analyses the situation in the market of tobacco products in Russia in the early 20th century and the attitude of the Cadet party to the governments projects of raising excise taxes on tobacco products. The following conclusion is made: the Cadets actions did not serve the interests of the majority of tobacco manufacturers, since Cadets supported small producers.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Конституционные демократы и обсуждение «Табачных» законопроектов в Государственной думе (1906-1909 гг. )»

212

История

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2007, № 1, с. 212-216

КОНСТИТУЦИОННЫЕ ДЕМОКРАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ «ТАБАЧНЫХ» ЗАКОНОПРОЕКТОВ В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЕ (1906-1909 гг.)

© 2007 г. Ф.А. Селезнёв

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского

уе81шк nngu@mail.ru

Поступила в редакцию 11.01.2007

Анализируется положение на рынке табачных изделий в России в начале ХХ в., отношение партии кадетов к правительственным проектам увеличения акцизов на табачную продукцию. По заключению автора, действия кадетов не отвечали интересам большинства табачных фабрикантов, поскольку кадеты поддерживали мелких производителей.

Как известно, программа Конституционнодемократической партии (КДП)

предусматривала снижение косвенных налогов на предметы потребления «народных масс». Данная установка могла быть привлекательна для торгово-промышленных кругов, связанных с рынком табака, ведь государство через косвенные налоги (акцизы) изымало часть предпринимательской прибыли. Однако нам не удалось обнаружить примеров членства табачных фабрикантов в партии Народной Свободы. Правда, известно, что отец депутата I Г осударственной думы от КДП Соломона Самойловича Крыма (караима по вероисповеданию), Самуил Скиевич Крым являлся учредителем акционерного общества табачной фабрики С. Крыма. Но у нас нет данных о денежной помощи партии со стороны Крыма-старшего или других табачных фабрикантов. При этом мы знаем, что главный спонсор конституционных демократов, Азовско-Донской коммерческий банк, не имел подконтрольных табачных предприятий. Казалось бы, в этой ситуации проблемы табачной отрасли не должны были особенно волновать кадетов. Однако члены фракции Народной Свободы приняли весьма активное участие в обсуждении «табачных» законопроектов в III Г осударственной думе.

Чтобы понять смысл выступлений кадетских депутатов, нужно хотя бы кратко обрисовать состояние рынка табачных изделий к моменту начала парламентских дебатов. В это время табаководство было развито преимущественно в Бессарабии, Крыму и на Кубани. Там возделывали «желтые», или виргинские табаки (№сойапа ІаЬасиш). В Черниговской, Полтавской, Тамбовской, Самарской губерниях выращивали махорку (№сойапа гшйса).

Большие плантации засевались только в Кубанской области. В остальных районах преобладало мелкое (участки менее гектара) огородничество. Мелкие производители продавали высушенный табачный лист оптовикам-посредникам, а те уже везли его на фабрики, где табачный лист сортировался по качеству и резался. Поскольку родина табака — субтропики, климат России для него был неблагоприятен, что отражалось на качестве продукта. Больше половины табачного листа шло в третий сорт. Поэтому табаки высших сортов приходилось докупать в Турции и Америке.

Основным продуктом, который выпускали табачные фабрики, был фасованный курительный табак разных сортов. Потребители курили его в трубках, самокрутках либо набивали в отдельно купленные папиросные гильзы. Производились также папиросы, нюхательный табак, сигары, сигареты. Сигары, сигареты, курительный табак первого сорта и папиросы первого сорта (т. е. дорогие, «элитные» изделия) фабрикантам продавались по «вольным» ценам. А вот на папиросы и табак второго и третьего сортов государством в законодательном порядке были установлены предельные цены. Фабрикант обязан был указывать их на каждой пачке выпускаемых изделий. Продавать дороже ни фабрикант, ни розничный торговец не имели права. На упаковку любых табачных продуктов фабрикант был обязан наклеить «бандероль» — ярлык об уплате акциза. Дорогому продукту соответствовала дорогая бандероль: табачные изделия для оклейки их бандеролями разделялись соответственно установленным государством продажным ценам на три (табаки) или два (папиросы) сорта. Фабриканты

покупали бандероли у государства. В этом и заключалась оплата акциза. Поскольку бандероли на табак третьего сорта были дешевле, чем другие, их отпускали только по свидетельствам акцизного управления «о количестве, в котором означенные бандероли могут быть приобретены фабрикантом». А это количество зависело от выпущенного фабрикантом табака первого сорта. На фунт первосортного табака можно было выпустить два фунта табака третьего сорта и получить соответствующее количество дешевых бандеролей.

Табачный акциз являлся важным средством пополнения казны. В i9G6 г., когда финансовое положение страны было очень напряженным, правительство решило поднять акцизные ставки на табачные изделия. Одновременно казна пожелала повысить свои доходы за счет обложения гильз и папиросной бумаги, акциз с которых раньше не взимался.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Папиросную бумагу обычно использовали любители дорогих табаков. Гильзы также употребляли обеспеченные курильщики. Они предпочитали отдельно покупать хороший табак, отдельно гильзы и лично набивать папиросы. Гильзы для папирос «домашней выделки» производились на специальных гильзовых фабриках, в гильзовых мастерских, а также отдельными кустарями. Кроме того, кустари-одиночки (обычно женщины) не только клеили гильзы, но и набивали их табаком, а потом продавали врассыпную. «Домашнее»

производство папирос составляло серьезную конкуренцию фабричному. По данным депутата III Г осударственной думы октябриста Карякина, в i9G5 г. «домашним способом» выделывалось 4G миллиардов папирос, а фабричным — только i2 миллиардов [і]. Таким образом, табачные фабриканты были лишены кустарями громадного рынка. Отобрать его фабриканты не могли, так как папиросы, набитые самими потребителями или кустарями (женщины-«папиросницы»), были заведомо дешевле фабричных, поскольку не облагались акцизом. В этой ситуации некоторые табачные фабриканты и выступили с ходатайствами об обложении папиросных гильз.

Это пожелание тут же было учтено правительством. В июне 19G6 г. оно внесло в I Г осударственную думу законопроекты о введении акциза с гильз и папиросной бумаги и об общем увеличении табачных акцизов. Однако I Г осударственная дума рассмотреть эти законодательные акты не успела. Поэтому они были внесены во II Думу. 22 мая 19G7 г.

законопроект о введении акциза на гильзы и папиросную бумагу обсудила финансовая комиссия Думы. В этой комиссии, как и в парламенте в целом, преобладали неонародники (трудовики, эсеры). Можно было ожидать, что они, в соответствии с основополагающими экономическими установками народничества, поддержат кустарей против крупной

промышленности.

Важную роль во II Государственной думе играли также конституционные демократы. По нашей гипотезе, кадеты по своим экономическим взглядам были близки к народникам. Это предположение основано на том, что большинство лидеров и активистов КДП лично участвовало в народническом движении. Если наша гипотеза верна, то кадеты должны были в «табачном вопросе» поддержать неонародников. Так оно и случилось. Финансовая комиссия II Государственной думы, включавшая в основном трудовиков и кадетов, единодушно осудила «стремление правительства к вмешательству в свободную конкуренцию крупных и мелких предпринимателей и вместе с тем покровительство крупному фабричному производству и уничтожению мелкого производства» [2]. Далее комиссия (совершенно в народническом духе) обосновала свою точку зрения заботой о социальных низах, указав, что «почти всю тяжесть обложения будет на себе нести низший класс населения». А потому «мелкий потребитель гильз и папиросной бумаги, будучи обложен еще на 25-50 %, принужден будет перейти с папиросной бумаги на обыкновенную и даже газетную» [3]. В итоге финансовая комиссия II Думы постановила отклонить проект указанного закона. Но прежде чем внести в общее собрание парламента предложение об этом, члены комиссии решили обсудить другой табачный законопроект — об общем повышении акцизов. Однако ни то, ни другое им не удалось, поскольку 3 июня 1907 г. Думу распустили.

16 ноября 1907 г. табачные законопроекты были внесены уже в III Думу. Началось их тщательное рассмотрение в специальной подкомиссии Финансовой комиссии, которое продолжалась до июня 1908 г. Естественно, работа депутатов привлекла пристальное внимание табачных фабрикантов. В качестве подтверждения укажем, что в личном фонде (в ГАРФ) депутата М.В. Челнокова (он представлял в табачной подкомиссии фракцию Народной Свободы) сохранилось 5 писем директора правления табачной фабрики

«Лаферм» А. P. Шписа (все они датированы маем-июнем 19G8 г.). Петербургское товарищество «Лаферм» являлось крупнейшей компанией в отрасли, имея самый значительный акционерный капитал и наибольший объем производства. Поэтому письма ее директора-распорядителя депутату-кадету представляют для нас огромный интерес. В этих письмах А^. Шпис излагает свои позиции по обоим табачным законопроектам и обращается с различными просьбами (сообщить о времени обсуждения названных законодательных актов в парламенте, достать гостевой билет на заседание Государственной думы, дать возможность ознакомиться с докладом табачной подкомиссии по вопросу о повышении акцизных ставок на табачные изделия) [4].

Возникает соблазн предположить, что партия Народной Свободы (в лице Челнокова) напрямую обслуживала нужды табачных фабрикантов. Однако если бы табачный бизнес связывал защиту своих интересов только с кадетами, то А^. Шпису незачем было бы искать контактов с депутатом-октябристом Л.К. Шешминцевым (с ним директор «Лаферм» также встречался в мае 19G8 г.) [5]. Можно предположить, что Шпис хотел наладить связи с любыми влиятельными в интересующем его вопросе членами Г осударственной думы независимо от их партийной принадлежности. Кроме того, если бы кадеты просто транслировали пожелания табачных

фабрикантов, то Челноков без изменений озвучил бы в Думе позицию Шписа, изложенную в его письмах. Однако этого не произошло. Выступления М.В. Челнокова (как и прочих депутатов-кадетов) далеко не во всем совпадали с заявками директора правления табачной фабрики «Лаферм». Кадетские ораторы и Шпис были едины только в отрицательном отношении к планам правительства сократить допуск на рынок дешевых табачных изделий третьего сорта. В остальном между позициями Шписа и Челнокова имелись серьезные разночтения. Если кадеты однозначно выступали против налога на гильзы, то директор «Лаферм» не возражал против его введения, ибо, по его мнению, повышать акцизные ставки на табачные изделия «без введения бандеролей на гильзы» «значило бы принимать меры против развития спроса на фабричные папиросы» [б]. Кроме того, Шпис полагал, что «нет надобности откладывать рассмотрение вопроса до осени» [7], а кадеты, наоборот, всячески затягивали

обсуждение. Не в последнюю очередь благодаря их усилиям слушания по табачным законопроектам действительно перенесли на осень 1908 г. Осенью же кадеты, вопреки позиции большинства табачных фабрикантов, вновь выступили против акциза на папиросные гильзы. Член ЦК КДП А.Н. фон Рутцен назвал этот налог «ошибочным в принципе» и «неудовлетворительным со стороны

технической», заявив, что «будет очень досадно», если народные представители изъявят согласие на его введение [8].

Многочисленные замечания по

техническому несовершенству табачных законопроектов заставили опять перенести дату их обсуждения, на этот раз на январь 1909 г. Дебаты начались 26 января 1909 г. после доклада Финансовой комиссии по проблеме обложения гильз и бумаги. Докладчик (октябрист В.А. Карякин) назвал среди причин появления этого законодательного предложения «ходатайства со стороны фабрикантов об обложении папиросных гильз для уравнения налогового бремени употребляющих папиросы фабричной и домашней выделки» [9].

Кадет С.К. Эльтеков, представлявший Ярославскую губернию, заявил, что не сомневается в том, что «просят о введении этого закона табачные фабриканты», ибо «табачным фабрикантам, безусловно, интересно, чтобы все курильщики покупали папиросы, выделанные на их фабриках». Как полагал депутат-кадет, данный закон «также выгоден крупным гильзовым фабрикантам, владельцам крупных гильзовых заведений, поскольку им убивается вся кустарная и мелкая гильзовая промышленность». Симпатии самого Эльтекова всецело находились на стороне кустарей. При этом ситуацию для них он оценивал как трагическую: «мелкие

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

промышленники, кустари будут убиты, вырывается изо рта бедного промышленника кусок хлеба» [10]. Таким образом, член

фракции Народной Свободы выступил с явно народнических позиций, взяв сторону кустаря в его борьбе с крупным капиталистическим производством. Он также заявил, что введение акциза на папиросную бумагу ударит по беднякам, заставив их вернуться к газетной бумаге. Эту же идею проводил его товарищ по фракции М.К. Мурзаев (Таврическая губерния). По его мнению, новый акциз казне мог дать очень немного денег, народу же нес «неисчислимые убытки». Поэтому Мурзаев предлагал отвергнуть законопроект [11]. С такой же инициативой выступил и третий

кадетский оратор — М.В. Челноков, обосновав это технической сложностью обложения акцизом гильз и папиросной бумаги. В этой связи он ратовал за то, чтобы гильзы и папиросная бумага вообще не облагались налогом, а взамен были еще увеличеиы акцизы на курительный табак и папиросы [12]. Как видим, Челноков призывал совсем не к тому, о чем писал ему А.Р. Шпис. Напротив, кадетский депутат предлагал увеличить налоговый пресс на крупную табачную промышленность, поставив ее конкурентов в еще более льготное положение.

Наряду с кадетами против введения акциза на гильзы выступили социал-демократы. Трудовики в обсуждении данного вопроса не участвовали. Поддержали правительственный законопроект правые, умеренно-правые и октябристы. Они, возражая кадетам, называли данный налог «налогом на богатых» (поскольку «гильзы и папиросная бумага употребляются людьми, которые курят дорогой табак», а «народ» набивает табак либо в трубку, либо «в простую бумажку»). Кроме того, они выражали надежду, что удорожание табачных изделий не будет способствовать распространению курения [13]. Диссонанс в выступления правых ораторов внес только член Русской национальной фракции мещанин Н.И. Крылов. Он под предлогом, что «мещане и крестьяне и так уже обременены всевозможными налогами», высказался против повышения акциза на табак (т. е. фактически не по обсуждаемому законопроекту) [14]. Но его речь, по сути, была дезавуирована следующим оратором русских националистов (Коваленко) [15]. Поэтому

можно сказать, что введение акциза на гильзы и папиросную бумагу поддержало все правооктябристское большинство. Благодаря его голосам законопроект об акцизе на гильзы и папиросную бумагу успешно прошел три чтения (последнее из них состоялось 4 февраля 1909 г.).

Параллельно 26 января 1909 г. началось обсуждение второго «табачного

законопроекта» — о возвышении акцизов на «основные» табачные изделия (курительный табак, папиросы и т.д.). Однако прения вскоре были прерваны и возобновлены лишь 4 мая 1909 г. За это время Министерство финансов внесло в законопроект несколько изменений, поскольку он вызвал у депутатов ряд нареканий. Копья ломались в основном вокруг вопроса о том, какое количество табака третьего сорта может быть свободно допущено на рынок. Как мы помним, на фунт курительного

табака первого сорта можно было выпускать два фунта табака третьего сорта, получив соответствующее количество дешевых

бандеролей. (Оклеивать низкосортные табачные изделия дорогими бандеролями не имело

смысла — это означало торговать себе в убыток). В новом законопроекте ситуация

сильно менялась. В варианте, который

рассматривался в январе 1909 г., 1-й сорт раздваивался на высший и первый. На один фунт высшего сорта можно было выпускать два фунта третьего, а на один фунт первого только одии фунт третьего. В окончательном варианте (май 1909 г.) первый сорт разделялся на четыре: высший сорт «а», высший сорт «б», высший сорт «в» и собственно первый сорт. Третий сорт в «майской» редакции выпускался двух видов — «а» и «б». На один фунт курительного табака первого сорта отныне можно было выпускать одии фунт третьего сорта «б» или одии и две пятых фунта третьего сорта «а» [16]. Иными словами, и «январская», и «майская» редакции сокращали выпуск табака 3-го сорта на рынок. Значит, потребность в нем у фабрикантов уменьшалась. А это больно ущемляло интересы плантаторов. Ведь, как уже говорилось, большая часть табачного листа, выращенного на плантациях Бессарабии, Крыма, Кубани, шла в 3-й сорт. Поэтому табачные плантаторы теперь не могли реализовать часть своей продукции. Естественно, падение спроса на табак 3-го сорта привело бы к понижению цен на него, а значит, к новым убыткам плантаторов.

Итак, законопроект о новых табачных акцизах задевал не фабрикантов, а плантаторов Бессарабской и Таврической губерний, а также Кубанской области. Их депутаты в основном и участвовали в обсуждении. Интересы табаководов представляли: бессарабских — член Русской национальной фракции П.В. Синадино, крымских — конституционный демократ М.К. Мурзаев, кубанских — кадет К.Л. Бардиж. Все трое критиковали правительственный законопроект, но выступление Синадино было менее резким как потому, что он входил в проправительственную фракцию, так и из-за того, что плантаторы Бессарабии все-таки находились в лучшем положении, чем их коллеги из Крыма и Кавказа. Бессарабский табак всегда ценился своей «нейтральной куркой». Его можно было добавлять в более дорогой турецкий табак, без боязни, что аромат, запах или цвет импортного продукта изменится. Таким путем из одного фунта турецкого табака можно было сделать

три. Поэтому спрос на бессарабские табаки со стороны фабрикантов всегда оставался стабильным. Крымские и особенно кавказские табаководы в этом плане находились в более сложной ситуации. Соответственно

защищавшие их интересы депутаты-кадеты старались всячески затянуть обсуждение законопроекта, отдалив его вступление в силу. Это делалось путем внесения разного рода поправок, которые требовали дополнительного согласования. Как результат, дебаты, начатые 26 января 1909 г., были прерваны и возобновились только 4 мая 1909 г. За это время правительство внесло в законопроект ряд изменений, но депутаты-кадеты продолжали предъявлять к нему претензии. Последняя попытка сорвать введение новых акцизов была предпринята конституционными демократами во время третьего чтения (19 мая 1909 г.), но поправка М.В. Челнокова была отвергнута, и правительственный законопроект был одобрен Государственной думой [17].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Почему депутаты-кадеты так активно защищали интересы плантаторов Крыма и Кубани? Возможно, потому, что в Крыму табаководством занимались практически только татары [18], а мусульмане являлись важной частью кадетского электората. Что касается Кубанской области, то кубанская организация КДП традиционно была связана с местными сельскохозяйственными производителями. Впрочем, в данном случае точная мотивация думских выступлений конституционных демократов по табачным законопроектам для нас не столь и важна. Главное, что фракция Народной Свободы не отстаивала интересов большинства табачных фабрикантов, т. е. крупной обрабатывающей промышленности.

В качестве общих выводов отметим

следующее. При обсуждении в

Государственной думе законопроектов о

повышении акцизов на табачные изделия

кадеты вместе с трудовиками в народническом духе выступили на защиту кустарей против крупной промышленности. Таким образом, находит подкрепление наша гипотеза о влиянии народнических идей на идеологию и практическую деятельность конституционных демократов. В соответствии с народническими установками кадеты враждебно относились к русской промышленности как к искусственному порождению политики царского правительства и защищали кустаря в его борьбе с крупным капиталистическим производством. Действия кадетских депутатов не соответствовали пожеланиям большинства табачных

фабрикантов. Конституционные демократы

работали в интересах не промышленников, а поставщиков сырья (сельскохозяйственных про-изводителей-плантаторов).

Список литературы

1. Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты. 1909 г. Сессия вторая. Часть II. Заседания 36-70 (с 20 января по 5 марта 1909 г.). СПб., 1909. Стб.319, 361.

2. РГИА. Ф. 1278. Оп. 1(П том). Д.772. Л. 31.

3. Там же.

4. ГАРФ. Ф. 810. Л. 1-6.

5. Там же. Л. 3.

6. Там же. Л. 2.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

7. Там же. Л. 1.

8. Русские ведомости. 1908. 4 ноября.

9. Государственная Дума... 1909... Часть II...

Стб. 318.

10. Там же. Стб. 335-337.

11. Там же. Стб. 355-356.

12. Там же. Стб. 324-331.

13. Там же. Стб. 323, 324, 348, 357-358.

14. Там же. Стб. 321-322.

15. Там же. Стб. 358-361.

16. Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты. 1909 г. Сессия вторая. Часть IV. Заседания 101-126 (с 27 апреля по 2 июня 1909 г.). СПб., 1909. Стб. 1689-1691, 1698-1706.

17. Там же. Стб. 1446-1460.

18. TocygapcTBeHHafl gyMa... 1909... ^acTt II. Ct6. 399.

CONSTITUTIONAL DEMOCRATS AND THE DISCUSSION OF «TOBACCO» BILLS IN THE STATE DUMA (1906-1909)

F.A. Seleznev

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

The author analyses the situation in the market of tobacco products in Russia in the early 20th century and the ide of the Cadet party to the government’s projects of raising excise taxes on tobacco products. The following lusion is made: the Cadets’ actions did not serve the interests of the majority of tobacco manufacturers, since Cadets supported small producers.