К вопросу об ограниченном экономическом росте при управлении устойчивым
развитием
On the question of sustainable de-growth in development management
Ь Ü московский
H ^ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ HÍVPHM
УДК 330.15 DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10768
Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта
№ 20-010-00875 A Малышев Алексей Алексеевич, кандидат экономических наук, доцент, Пензенский государственный технологический университет, г. Пенза
Коробкова Наталья Александровна, кандидат экономических наук, доцент, Пензенский государственный университет архитектуры и строительства, г. Пенза
Солодков Николай Николаевич, кандидат географических наук, доцент, Пензенский государственный университет архитектуры и строительства, г. Пенза
Malyshev A.A., malyshe-aleksej@yandex.ru
Korobkova N.A., sonata84@mail.ru
Solodkov N.N., niconsol@yandex.ru
Аннотация. В статье исследуется понимание устойчивого развития в экономике. Охарактеризованы основные подходы к заменяемости природных ресурсов человеческим капиталом. Раскрыто содержание подходов к пониманию устойчивого развития с точки зрения экологов-экономистов, в том числе идеи отказа от экономического роста и ограниченного роста. Указано на отсутствие корреляции между экономическим ростом и благосостояние населения. Доказана необходимость структурных преобразований экономики для решения проблем устойчивого развития. Обоснована необходимость разработки механизма регулирования отраслей экономики с целью развития отраслей
способствующих повышению благосостояния населения. Все это позволило сформулировать основные функции государства с позиции устойчивого развития и обосновать необходимость ориентации на ограниченный экономический рост. Статья подготовлена в рамках научного проекта № 20-010-00875 А «Проблемы управления устойчивого социально-эколого-экономического развития России и пути их решения» при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований.
Summary. The article explores the understanding of sustainable development in the economy. The main approaches to the substitution of natural resources by human capital are characterized. The content of approaches to understanding sustainable development from the point of view of ecologists and economists is revealed, including the idea of rejecting economic growth and limited growth. Indicated on the lack of correlation between economic growth and the well-being of the population. The necessity of structural transformations of the economy for solving the problems of sustainable development has been proved. The need to develop a mechanism for regulating the sectors of the economy is substantiated in order to develop sectors that contribute to improving the welfare of the population. All this made it possible to formulate the main functions of the state in terms of sustainable development and substantiate the need to focus on de-growth. This direction is new for Russia. The article was prepared within the framework of the scientific project No. 20-010-00875 A «Problems of managing sustainable socio-ecological and economic development of Russia and ways to solve them» with the support of the Russian Foundation for Basic Research.
Ключевые слова: устойчивое развитие, экономический рост, ограниченный
экономический рост, частная рента, институциональные преобразования.
Key words: sustainable development, economic growth, de-growth, private rent, institutional
transformations.
Состояние окружающей среды в России можно оценить как неудовлетворительное о чем свидетельствуют данные по основным экологическим показателям за последнее десятилетие[1]: ежегодный прирост совокупных выбросов парниковых газов, динамика объемов выбросов загрязняющих веществ, увеличение образования отходов производства и потребления и т.д.. Загрязнение окружающей среды является одной из причин заболеваемости и смертности населения[2]. Что свидетельствует об актуальности управления устойчивым развитием в Российской Федерации. Соответственно возникает необходимость определения направлений сбалансированного развития экономики с учетом долгосрочного эколого-экономического воздействия. Данная проблема особенно
актуализируется в связи с необходимостью модернизации экономики и формированием инновационного механизма эколого-экономического развития.
Экономическая наука под устойчивым развитием понимает неуменьшающуюся во времени благосостояние населения или потребление на душу населения[3]. При этом желательным является возрастание благосостояния и неуменьшающийся запас капитала, передаваемый следующему поколению[4]. Запас капитала представляет собой суммарную стоимость основных факторов производства, в том числе человеческих ресурсов.
Наиболее сложный с точки зрения сохранения и передачи последующим поколениям является природный капитал. Он помимо запаса природных ресурсов включает экосистемные услуги [5]: стабилизация климата, регулирование осадков, очистка воды и др. Исследователи полагают, что природный капитал может сокращаться до тех пор, пока это сокращение будет компенсировано повышением эффективности использования других ресурсов, в том числе возрастание суммарной стоимости средств производства, повышение квалификации работников и т.д.
Таким образом, концепция устойчивого развития предполагает взаимозаменяемость различных видов капитала. Существует и иной взгляд на концепцию устойчивого развития: он предполагает, что оно не может быть достигнуто за счет инвестирования ренты невозобновляемых природных ресурсов в возобновляемые. Соответственно необходимо сокращать потребление природных ресурсов. Принципиальным отличием данных подходов является предположение о невозможности замены природного капитала искусственным.
Очевидно, что ускорение темпов экономического роста, технологический прогресс, рост численности населения усиливают противоречия между развитием экономики и возможностями использования природно-ресурсного потенциала. Поэтому идеи ограниченного экономического роста не теряют своей актуальности.
Впервые данные течения сформировались в 60-х годах прошлого столетия. В это период возникли первые экологические движения, которые предполагали поиск оптимума во взаимодействии экологии и экономики. В процессе его поиска были предложены радикальные теории отказа от экономического роста [6] и идеи существенного регулятивного ограничения экономического роста [7]. Последние предлагают постепенное замедление экономического роста с целью предотвращения экологического кризиса и снижения качества жизни из-за негативного воздействия окружающей среды на человека, которое возможно даже в условиях обеспеченности необходимыми благами. Данная концепция не подразумевают четкого противодействия экономическому росту. Вместо
этого она защищает изменение фундаментальных идей, положений и принципов, которыми руководствуется экономика. Наиболее емко идею общества замедленного роста сформулировал Сержа Латуш [8]: как «общество, построенное на качестве, а не на количестве, на сотрудничестве, а не на конкуренции ... человечество освободится от стремления к экономическому росту ради социальной справедливости.
Исследовались идеи эко-социализма [9] состоящие в построение модели экономического развития, при котором не наносится ущерб окружающей среде, а все люди равны с точки зрения благосостояния. Проблемы экологии и ограниченного экономического роста рассматриваются с использованием идей феминизма в науке [10,11][1].
Рассматриваемые направления исследования не являются мейнстримом экологической экономики, однако в рассмотренных концепциях присутствует рациональные идеи, которые получили дополнительное развитие.
В том числе идея зависимости благосостояния населения от экономического роста. Экономический рост предполагает увеличение объема производства товаров и услуг в экономической системе. Но увеличение производства внутри страны не означает рост потребления товаров и услуг. Например, в 2009 году в России наблюдалось падение показателя ВВП на 7,8% по сравнению с предыдущим годом [12], а располагаемые денежные доходы населения за тот же период выросли на 3% [13]. Отчасти данная тенденция была вызвана увеличением государственных расходов в кризисный период. Но кризис проявился с новой силой в 2014-2015 гг., и в этот же период наблюдается сокращение располагаемых доходов населения на 1-3%. Следовательно, экономический рост косвенно указывает на динамику благосостояния населения. Доказано, что рост экономической активности, измеряемый ВВП, ведет к возрастанию выбросов парниковых газов и использование ресурсов [14, 15]. И обратная зависимость - достижение необходимого сокращения выбросов парниковых газов и использования ресурсов, вероятно, приведет к снижению темпов роста ВВП.
Выводы о том, что экономический рост, исчисляемый через расчет ВВП не дает реального представления о ситуации в экономики был подтвержден ведущими экономистами мира. Созданная с участием нобелевских лауреатов по экономики - Джона Стиглица и Амартия Сена - Комиссия по измерению эффективности экономики и социального прогресса доказала, что подчинение экономической политики росту ВВП не ведет общество к благосостоянию и грозит негативными последствиями для его будущего [16]. Однако, решая данную проблему, многие исследователи стремятся
усовершенствовать расчет показателей экономического роста или предложить им альтернативу [17].
Сторонники теории ограниченного экономического роста предполагают пересмотр института «частной ренты». Последние десятилетия произошли сдвиг в моделях инвестирования: наблюдается сокращение производственных инвестиций, где доходность обеспечивается внедрением инноваций и роста производства, и рост непроизводственных инвестиции, где доход достигается за счет извлечения экономической ренты. В основном к таким инвестициям относят вложения в существующие активы: земля, финансовые активы [18] или активы, связанные с созданием «ограничением доступа» [19]. Согласно теории ренты Дж.Локка владельцы активов получают с нее сверхдоход за счет контроля над активами, которые невозможно быстро и широко воспроизвести. В условиях ограничения использования ресурсов и сокращения выбросов, которые позволят смягчить экологический коллапс, произойдет увеличение цен на подобные активы, а соответственно и рост сверхдоходов. Экономистам-экологам считают, что необходимо переформатировать институт «частной ренты» подобных активов и определить, кто сможет получить сверхренту и на кого ляжет ее бремя [20, 21]. Одним из рассматриваемых вариантов является возможность национализации активов в виде земли и иных природных ресурсов с целью перераспределения полученных сверхдоходов на стабилизацию экологической обстановки.
Экологизация экономического развития требует проведение отраслевых и структурных преобразований в пользу отраслей. Во многих работах предлагается проведение структурных изменений в экономике в зависимости от эффективности энергозатрат [22]. Высокая энергозатратность предполагает потребление большего количества ресурсов и имеет большие последствия для окружающей среды. Отказ от производств в данной сфере положительно скажется на достижении целей устойчивого роста. Другие исследователи идут еще дальше и оценивают потребление энергии при производстве продукции и ее количестве в выпускаемом изделии (характерно для продукции сельского хозяйства). Например в работе Ф. Секулова [23] доказана высокая топливная зависимость испанского аграрного сектора, где затраты энергии на производственный процесс в шесть раз выше, чем энергия, содержащаяся в готовых пищевых продуктах. Авторы делают вывод о необходимости отказа от выращивания ряда культур. Исследователи выделяют ряд сфер, которые необходимо сокращать. Например, спекулятивное финансирование [24], добыча ресурсов [25]. Желательными с точки зрения устойчивого развития остаются отрасли с высокой занятостью населения, прежде всего,
сферы трудоемких услуг [26]. Думается, что дискуссия об определении отраслей требующих структурных изменений является одним из ключевых вопросов в управлении устойчивым развитием.
Существенной проблемой инновационного развития с ориентацией на устойчивость является изменение спроса на труд. Наличие стабильного дохода является основополагающим фактором в обеспечении благосостояния населения. Однако, рост спроса на инновационные изделия и рентабельные технологии может вытеснить работников из-за автоматизации или перераспределения производства. Поэтому в условиях внедрения инноваций актуальным остается вопрос, компенсирует ли увеличение расходов на внутреннее потребление товаров и услуг негативное влияние технологических изменений на занятость. Ряд авторов придерживается позиции, что компенсирует [27], иные отмечают, что компенсация возможно при внедрении инновационных продуктов, но затруднительна при внедрении инновационных технологий [28].
В условиях отсутствия трансакционных издержек рынок справился бы с регулирование экономики и отраслей исходя из потребностей общества. Однако, доказательство наличия трансакционных издержек, обоснованное Р.Коузом[29], свидетельствует о необходимости институциональных преобразований всего общества. Без государственного участия такие преобразования невозможны, поэтому необходимо формирование новой экономической политики стран, в которой приоритет в виде накопление капитала должен уступить место социально-экологическому развитию в условиях ограниченного роста.
Соответственно государственная политика должна включать ответы на следующие вопросы. Какие факторы определяют благосостояние населения? Развитие какие отраслей будет способствовать устойчивому развитию? Какие сферы требуют активного вмешательства государства с позиции эколого-экономического развития.
Список литературы
1. Федеральная служба государственной статистики. Окружающая среда. https://rosstat.gov.ru/folder/11194
2. Мячина О.В., Есауленко И.Э., Пузин С.Н., Ачкасов Е.Е. Анализ детской инвалидности в районах с разной степенью антропотехногенной нагрузки на примере города Воронежа // Экология человека. 2020. №3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/analiz-detskoy-mvaHdnosti-v-rayonah-s-raznoy-stepenyu-antropotehnogennoy-nagruzki-na-primere-goroda-voronezha (дата обращения: 28.09.2020).
3. Arrow K. J., Dasgupta P., [et al.] Sustainability and the measurement of wealth // Environment and Development Economics. - 2012. - Vol. 17, no 3. - Pp. 317- 353. Hamilton K., Withagen C. Savings growth and the path of utility Croissance de l'épargne et sentier d'utilité // Canadian Journal of Economics/Revue canadienne d'économique. - 2007. - Vol. 40, no. 2. - Pp. 703-713.
4. Oxley L., Hanley N., Greasley D., [et al.] Empirical testing of genuine savings as an indicator of weak sustainability: a three country analysis of long run trends // Environmental and Resource Economics. - 2016. - Vol. 63, no. 2. - Pp. 313-338.
5. Сильвестров С. Н. Национальное богатство: оценка и управление экономическим развитием / С. Н. Сильвестров, Б. Н. Порфирьев; под ред. С. М. Шахрая, Е. И. Ивановой; НИИ СП. - М.: Экон. науки, 2008. - 100 с.
6. Daly, H. E. 1972. 'In defense of a steady-state economy'. American Journal of Agricultural Economics 54 (5): 945-954. DOI:10.2307/1239248
7. Martinez-Alier, J., U. Pascual, F. D. Vivien and E. Zaccai. 2010. 'Sustainable de-growth: Mapping the context, criticisms and future prospects of an emergent paradigm'. Ecological Economics 69 (9): 1741-1747.
8. Latouche, S., 2003. Pour une société de décroissance: Le monde diplomatique, pp. 18-19. http://www.monde-diplomatique.fr/2003/11/LATOUCHE/10651.
9. Douai, A. 2017. 'Ecological Marxism and Ecological Economics: From Misunderstanding to Meaningful Dialogue'. In C. L. Spash (ed), Routledge Handbook of Ecological Economics: Nature and Society, pp.57-66. Abingdon: Routledge.
10. Perkins, P. E. 1997. 'Women, ecology and economics: New models and theories'. Ecological Economics 20 (2): 105-106. DOI:10.1016/s0921-8009(96)00459-4;
11. Julie A. Nelson, Economists, value judgments, and climate change: A view from feminist economics, Ecological Economics, Volume 65, Issue 3, 2008, Pages 441-447, DOI:10.1016/j.ecolecon.2008.01.001.
12. https://rosstat.gov.ru/accounts Официальный сайт Федеральной службы Государственной статистики РФ
13. https://rosstat.gov.ru/folder/13397 Официальный сайт Федеральной службы Государственной статистики РФ
14. Csereklyei, Z., Rubio-Varas, M.M., Stern, D.I.Energy and economic growth: The stylized facts Energy Journal Volume 37, Issue 2, 2016, Pages 223-255 DOI: 10.5547/01956574.37.2.zcse
15. Wiedmann, T.O., Schandl, H., Lenzen, M., Moran, D., Suh, S., West, J., Kanemoto, K.The material footprint of nations, Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America Volume 112, Issue 20, 19 May 2015, Pages 6271-6276 DOI: 10.1073/pnas.1220362110
16. Stiglitz, A. Sen, J. Fitoussie Mismeasuring our Lives: Why GDP Doesn't Add Up The New Press, New York (2010) https://books.google.ru/books?hl=ru&lr=&id=w5g1YbKEtwsC&oi=fnd&pg=PR5&dq=Mismeas uring+our+Lives:+Why+GDP+Doesnt+Add+Up&ots=3biLFgoBq4&sig=tChil3mtbH9ncqfLNp 2-
bNUq_sw&redir_esc=y#v=onepage&q=Mismeasuring%20our%20Lives%3A%20Why%20GDP %20Doesnt%20Add%20Up&f=false
17. Ida Kubiszewski, Robert Costanza, Carol Franco, Philip Lawn, John Talberth, Tim Jackson, Camille Aylmer, Beyond GDP: Measuring and achieving global genuine progress, Ecological Economics, Volume 93, 2013, Pages 57-68, DOI:10.1016/j.ecolecon.2013.04.019.
18. Beth Stratford, The Threat of Rent Extraction in a Resource-constrained Future, Ecological Economics, Volume 169, 2020, 106524, DOI:10.1016/j.ecolecon.2019.106524.
19. Andreucci, M. GarciaLamarca, J. Wedekind, E. Swyngedouw"Value grabbing": a political ecology of rent Capital. Nat. Social. (2017), pp. 1-20, DOI:10.1080/10455752.2016.1278027
20. K. Boyce Carbon pricing: effectiveness and equity Ecol. Econ., 150 (2018), pp. 5261, DOI:10.1016/j.ecolecon.2018.03.030;
21. FelliOn climate rent Hist. Mater., 22 (2014), pp. 251-280, DOI:10.1163/1569206X-12341368; U. Kornek, J.C. Steckel, K. Lessmann, O. EdenhoferThe climate rent curse: new challenges for burden sharing Int. Environ. Agreem. Polit. Law Econ. (2017), DOI:10.1007/s10784-017-9352-2
22. Hardt L. , Barrett J., Taylor P.G. , Foxon T.J. Structural change for a post-growth economy: investigating the relationship between embodied energy intensity and labour productivity Sustainability, 12 (2020), pp. 1-25 DOI:10.1142/S0218196720500514
23. Sekulova F., Kallis G., Rodriguez-Labajos B., Schneider F., Degrowth: from theory to practice, Journal of Cleaner Production, Volume 38, 2013, Pages 1-6, DOI:10.1016/j.jclepro.2012.06.022.
24. E. Daly A steady-state economy Opin. Piece Redefining Prosper. Sustain. Dev. Comm. UK (2008), pp. 1-10
25. Sekulova F., Kallis G., Rodriguez-Labajos B., Schneider F., Degrowth: from theory to practice, Journal of Cleaner Production, Volume 38, 2013, Pages 1-6, DOI:10.1016/j.jclepro.2012.06.022.
26. Jackson T., The Post-growth Challenge: Secular Stagnation, Inequality and the Limits to Growth, Ecological Economics, Volume 156, 2019, Pages 236-246, DOI:1016/j.ecolecon.2018.10.010.
27. Bertulfo, Donald Jay and Gentile, Elisabetta and Vries, Gaaitzen de, The Employment Effects of Technological Innovation, Consumption, and Participation in Global Value Chains: Evidence from Developing Asia (February 26, 2019). Asian Development Bank Economics Working Paper Series No. 572 (2019), DOI:2139/ssrn.3343998
28. Javier Ortiz & Vicente Salas Fumas (2020) Technological innovation and the demand for labor by firms in expansion and recession, Economics of Innovation and New Technology, 29:4, 417-440, DOI: 10.1080/10438599.2019.1629535
29. Coase, R.H. The Nature of the Firm(1937). In Williamson, O. & Winter, S., orgs., The Nature f the Firm, New York, Oxford, Oxford University Press, 1991, pp. 18-33.
[1] Perkins, P. E. 1997. 'Women, ecology and economics: New models and theories'. Ecological Economics 20 (2): 105-106. https://doi.org/10.1016/s0921 -8009(96)00459-4; Julie A. Nelson, Economists, value judgments, and climate change: A view from feminist economics, Ecological Economics, Volume 65, Issue 3, 2008, Pages 441-447, https://doi.org/10.10167j.ecolecon.2008.01.001.