Научная статья на тему 'К вопросу о предмете правового регулирования федерального закона как ИСd точника конституционного права России'

К вопросу о предмете правового регулирования федерального закона как ИСd точника конституционного права России Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
1682
214
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Журнал российского права
ВАК
RSCI
Область наук
Ключевые слова
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН / ИСТОЧНИК КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА / ПРЕДМЕТ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ / КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО / КОНСТИТУЦИОННЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ / THE FEDERAL LAW / A SOURCE OF CONSTITUTIONAL LAW / A SUBJECT OF LEGAL REGULATION / A CONSTITUTIONAL LAW / CONSTITUTIONAL CONTRADICTIONS

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Егорова Н. Е.

Статья посвящена проблеме определения общественных отношений, которые регулируют федеральный закон как источник конституционного права России. Автор приводит примеры общественных отношений, которые должны регулиро5 ваться на уровне федерального закона, а в настоящее время составляют предмет правового регулирования иных источников конституционного права. В статье при5 водятся примеры конституционных противоречий.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Of Subject to Legal Regulation by Federal Law as a Source of Russian Constitutional Law

The article is focused on the definition of public relations which are included in the subject of federal law as a source of a constitutional law of Russia. The author gives examples of public relations which should be regulated by the federal law, but now make a subject of legal regulation of other sources of a constitutional law. The author gives examples of constitutional contradictions.

Текст научной работы на тему «К вопросу о предмете правового регулирования федерального закона как ИСd точника конституционного права России»



& ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РОССИЙСКОГО ПРАВА И ГОСУДАРСТВЕННОСТИ &

К вопросу о предмете правового регулирования федерального закона как источника конституционного права России

Н. Е. Егорова

Конституционное право является одной из динамично развивающихся отраслей права, которая играет определяющую роль в демократических преобразованиях, происходящих в жизни общества и государства. В настоящее время продолжается процесс совершенствования конституционно-правовых отношений, связанных с обеспечением прав и свобод человека и гражданина, формированием органов публичной власти, разграничением полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов РФ, проведением выборов и референдумов.

Изменения в указанных сферах происходят в основном посредством принятия федеральных законов.

В связи с этим важное значение приобретают вопросы качества, системности и согласованности конституционного законодательства, непротиворечивости федеральных законов смыслу и принципам демократического правового государства, отраженным в Конституции РФ.

В первую очередь это касается принципа приоритета прав и свобод человека и гражданина, а также взаимной ответственности государства и личности, чему должны соответ-

Егорова Надежда Евгеньевна — научный сотрудник отдела конституционного права ИЗиСП, кандидат юридических наук.

ствовать все принимаемые федеральные законы в России.

Следует отметить, что в науке конституционного права проявляется нечеткость в формулировке правовой категории «федеральный закон», к пониманию которой существуют различные подходы1. Конституционный Суд РФ в постановлении от

29 июня 2004 г. № 13-П прямо указал на то, что в Конституции РФ термин «федеральный закон» используется для обозначения всех законов, которые принимаются федеральным законодателем, — как федеральных законов, принимаемых в обычном порядке, так и федеральных конституционных законов; а также в более узком смысле — для обозначения федеральных законов в отличие от федеральных конституционных законов. Обратимся к рассмотрению предмета правового регулирования федерального закона в узком смысле, т. е. в качестве одного из видов законов, принимаемых на федеральном уровне (в отличие от федераль-

1 Некоторые авторы в понятие «федеральный закон» в широком смысле включают

еще и законы о поправках к Конституции

РФ (см., например: Топорнин Б. Н. Система источников права: тенденции развития // Судебная практика как источник права. М., 2000. С. 18; Овсепян Ж. И. Источники российского конституционного права. Часть I // Северо-Кавказский юридический вестник. 2003. № 1. С. 37).

ных конституционных законов и законов о поправках к Конституции РФ).

Проблема определения предмета правового регулирования федерального закона как источника конституционного права осложняется еще и тем, что не все ученые относят его к видам источников конституционного права. По мнению Б. А. Страшуна, конституционные нормы содержатся в Конституции РФ, в федеральных конституционных законах, договорах между Российской Федерацией и ее субъектами о разграничении или взаимном делегировании предметов ведения и полномочий, а также в решениях КС РФ, в которых содержится общеобязательное толкование норм Конституции РФ2. Н. В. Витрук относит к источникам конституционного права Конституцию РФ, иные учредительные нормативные акты (внутригосударственные договоры, конституции, уставы субъектов Федерации), федеральные конституционные законы, конституционные обычаи, а также решения и содержащиеся в них правовые позиции органов судебного конституционного контроля3. Полагаем, что во многом это связано с выявлением общественных отношений, входящих в предмет правового регулирования конституционного права, что не имеет однозначного решения среди правоведов. Авторы, как правило, в первую очередь связывают предмет конституционного права с устройством государства, государственной власти, а также с взаимоотношениями между властью и гражданами. Так, М. В. Баглай включает в предмет конституционного права охрану прав и свобод человека, а также устройство государства и государственной влас-

2 См.: Страшун Б. А. Конституционное право России, его источники и структура // Журнал российского права. 1997. № 4. С. 3.

3 Витрук Н. В. Конституционная ответственность: вопросы теории и практики / / Конституционно-правовая ответственность: проблемы России, опыт зарубежных стран / Под ред. С. А. Авакьяна. М., 2001. С. 34.

ти4. Н. А. Богданова считает, что конституционное право регулирует общественные отношения, которые складываются в сфере публичной власти по поводу ее принадлежности, основ организации и осуществления и ее взаимоотношений с человеком и гражданином5. И. А. Конюхова указывает, что конституционно-правовые нормы, составляющие конституционное право, направлены на регулирование основ конституционного (общественного и государственного) строя, основ взаимоотношений личности и государства, отношений по поводу организации и осуществления публичной власти6. Некоторые авторы предлагают разграничивать общественные отношения общего характера, определяющие основы общественного и государственного строя, а также более конкретные отношения, регулируемые непосредственно конституционным правом. А. Е. Постников полагает, что наряду с установлением основ, общих принципов устройства организации публичной власти и правовой системы конституционное право выполняет задачу непосредственной правовой регламентации целого ряда общественных отношений с участием как органов публичной власти, так и граждан: регулирование компетенции, порядка формирования и деятельности высших органов государственной власти, института гражданства, порядка реализации целого ряда политических и личных прав и свобод граждан, институтов чрезвычайного и военного положения. Иные авторы указывают на то, что в предмет конституционного права входят как общие общественные отношения, в которых выражаются основные устои, основы

4 См.: Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации: Учеб. для вузов. М.: Норма, 2005. С. 5;

5 Богданова Н. А. Конституционное право. Общая часть. М., 2009. С. 39;

6 Конюхова И. А. Конституционное право Российской Федерации. Общая часть. М., 2006. С. 52.

общественного и государственного строя России, так и конкретные, в которых реализуются конституционные права и свободы граждан, осуществляется построение органов государственной власти и их компе-тенция7.

Представляется, что в предмет конституционного права следует включить в первую очередь общественные отношения, имеющие основополагающее значение для тех сфер, в которых они складываются. Как справедливо указывал О. Е. Кута-фин, они могут складываться во всех сферах жизни общества и государства. Как правило, регулирование такой группы отношений, входящих в предмет конституционного права, осуществляется Конституцией страны. Следующая группа общественных отношений, входящих в предмет конституционного права, — это отношения, детально регулируемые непосредственно самим конституционным правом.

Анализируя содержание федеральных законов, можно сделать вывод, что в ряде из них содержатся нормы конституционного права, которые регулируют общественные отношения, входящие в предмет отрасли конституционного права. При этом предмет правового регулирования федеральных законов как источников конституционного права может составлять две группы отношений: 1) общественные отношения, относящиеся только к сфере конституционного права (отношения, связанные с обеспечением основных прав и свобод человека и гражданина, с организацией системы органов государственной власти и местного самоуправления, с проведением выборов и референдумов, а также от-

7 См.: Конституционное право России /

А. Е. Постников, В. Д. Мазаев, Е. Е. Никитина и др. / Под ред. А. Е. Постникова. М., 2007.

С. 9; Конституционное право Российской Федерации: конспект лекций / В. Д. Мазаев,

С. В. Васильева, В. А. Виноградов. М., 2006. С. 9.

ношения, касающиеся территориального устройства государства); 2) общественные отношения, составляющие сферу регулирования как конституционного права, так и других отраслей права. Исходя из этого, федеральные законы как источники конституционного права России следует подразделять на федеральные законы, которые включают в себя: 1) преимущественно нормы конституционного права; 2) нормы конституционного права и других отраслей права.

На принятие ряда федеральных законов, относящихся к источникам конституционного права, указывается в Конституции РФ (к примеру, ч. 1 ст. 6, ч. 4 ст. 81, ч. 2 ст. 70, ч. 2 ст. 59 и др.). В то же время федеральные законы как источники конституционного права России могут быть приняты, если необходима конкретизация положений Конституции РФ, которые в большинстве своем являются фундаментальными нормами и принципами, выраженными в довольно обобщенной форме. В первую очередь, посредством конкретизации в федеральном законодательстве реализуются нормы о правах человека и гражданина. Однако из этого не следует, что положения Конституции РФ нельзя применять непосредственно и необходимо ожидать принятия федерального закона, конкретизирующего их. Такой вывод следует из принципа прямого действия Конституции РФ, который закреплен в ч. 1 ст. 15.

Важно, чтобы предмет правового регулирования федеральных законов как источников конституционного права был согласован со смыслом раскрываемых положений Конституции РФ. Полагаем, что своего разрешения требуют вопросы, связанные с согласованием положения ч. 2 ст. 43 Конституции РФ о гарантированности бесплатного дошкольного образования и ст. 521 Закона РФ «Об образовании», в которой устанавливается плата за образование в

дошкольных учреждениях. Указанное противоречие было предметом рассмотрения судебными органами. В частности, такой вопрос был затронут в Решении Верховного Суда РФ от 27 января 2003 г. № ГКПИ02-1399, в котором Суд пояснил, что плата берется не за образование, а за содержание ребенка в дошкольном учреждении. Однако Суд не разъяснил, что именно должно подразумеваться под «содержанием ребенка в дошкольном учреждении», что, по нашему мнению, недостаточно аргументирует позицию о необходимости введения платы в дошкольных учреждениях.

В современных условиях актуальной проблемой является реализация положения ч. 1 ст. 41 Конституции РФ в федеральном законе, гарантирующем право граждан на получение бесплатной медицинской помощи. В статье 20 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан указано, что объем бесплатной медицинской помощи, гарантированной государством, предоставляется гражданам в соответствии с Программой государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи. Указанная программа утверждается постановлением Правительства РФ каждый год и является подзаконным актом. Закрепление в подзаконном акте ограниченного перечня оказываемой бесплатно населению государственными и муниципальными учреждениями медицинской помощи и ее объема находит справедливую критику в правовой литературе8. В этой связи важно закрепить основные государственные гарантии бесплатного медицинского обслуживания на уровне федерального закона — в Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан. Полагаем, что такая мера будет способствовать

8 См., например: Пищита А. Н. Правовой статус российского пациента // Журнал российского права. 2005. № 11. С. 52.

более эффективному гарантированию прав граждан и соответствовать смыслу ч. 1 ст. 41 Конституции РФ.

В наиболее четкой конкретизации посредством федерального закона как источника конституционного права нуждается положение ч. 1 ст. 48 Конституции РФ, гарантирующее право на получение бесплатной юридической помощи. В современных условиях проводится эксперимент по функционированию государственных юридических бюро, которые оказывают бесплатную юридическую помощь, регулирование которого осуществляется постановлениями Правительства РФ9 . Несмотря на то что указанный эксперимент проводится с 1 января 2006 г., предоставление бесплатной юридической помощи не урегулировано детально на уровне федерального закона, как это предусмотрено Конституцией РФ, в которой указано, что квалифицированная юридическая помощь оказывается бесплатно в случаях, предусмотренных законом. В связи с этим представляется, что вопросы, касающиеся категорий граждан, которым должна оказываться бесплатная юридическая помощь, форм оказания такой помощи следует урегулировать на уровне федерального закона10.

Представляется, что следует принять федеральный закон, который

9 См.: Постановление Правительства РФ от

22 августа 2005 г. № 534 «О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам»; постановление Правительства РФ от 3 марта 2008 г. № 135 «О государственных юридических бюро».

10 Следует также иметь в виду, что виды и

условия оказания бесплатной юридической помощи, закрепленные в Положении об оказании бесплатной юридической помощи, утвержденном постановлением Правительства от 22 августа 2005 г. № 534, отличаются от тех, которые закреплены в ст. 26 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в

Российской Федерации».

урегулировал бы отношения, связанные с реализацией конституционного права на политическое убежище (ч. 1 ст. 63 Конституции РФ). В настоящее время действует Указ Президента РФ от 21 июля 1997 г. № 74611, которым утверждено Положение о порядке предоставления Российской Федерацией политического убежища. Исходя из особой значимости и важности такого института, как политическое убежище, связанного с реализацией конституционных прав, регулирование на уровне федерального закона наиболее полно обеспечило бы гарантии реализации такого права. Как справедливо отмечает Т. Я. Хабриева, «такая ситуации с правовым регулированием не соответствует характеру самого конституционного права, высшей гарантией реализации которого послужил бы федеральный закон»12.

Таким образом, важно, чтобы содержание федеральных законов как источников конституционного права в первую очередь было направлено на реализацию принципа приоритета основных прав и свобод человека и гражданина, а также на эффективное обеспечение гарантий таких прав и свобод посредством конкретизации положений Конституции РФ, закрепляющих такие гарантии. В связи с этим полагаем, что основной формой правового регулирования общественных отношений, связанных с реализацией конституционных прав и свобод человека и гражданина, должны быть федеральные законы, а не указы Президента РФ или постановления Правительства РФ, что обусловлено смыслом положений Конституции РФ и особой значимостью указанных отношений.

При этом следует иметь в виду, что в ряде случаев на практике бывает затруднительно разграничить отно-

11 СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3601.

12 Хабриева Т. Я. Миграционное право России: теория и практика. М., 2008. С. 159.

шения в сфере конституционного права, регулируемые на уровне федерального закона как источника конституционного права и подзаконных актов. Проблема осложняется также тем, что отсутствует законодательное закрепление критериев разграничения таких отношений. Как правило, в правовой литературе указывается критерий наибольшей значимости. Полагаем, что к критериям, которые наиболее полно характеризуют общественные отношения, регулируемые на уровне федерального закона, относится также типичность и устойчивость, на что указывают некоторые авторы13 .

Так, представляется неверной ситуация, когда ряд прав и обязанностей лиц, подавших заявление о предоставлении временного убежища либо получивших временное убежище, закреплены не в Федеральном законе от 19 февраля 1993 г. № 4528-1 «О беженцах»14, а в постановлении Правительства РФ (к примеру, это касается перечня прав и обязанностей лиц, получивших временное убежище и прибывших с ним членов семьи, закрепленных в п. 14 Порядка предоставления временного убежища на территории Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства РФ от 9 апреля 2001 г. № 27415).

Следует иметь в виду, что в ряде случаев КС РФ обоснована возможность урегулирования общественных отношений, относящихся к предмету правового регулирования федерального закона, на уровне подзаконных актов. Так, Конституционный Суд

13 См., например: Лукьянова Е. А. Закон как источник советского государственного права. М., 1988. С. 30; Колесников Е. В. Закон как основной источник конституционного права Российской Федерации // Личность и власть (конституционные вопросы): Межвузовский сборник научных работ. Ростов н/Д; Саратов, 1995. С. 95.

14 РГ. 1997. 3 июня.

15 СЗ РФ. 2001. № 16. Ст. 1603.

подтвердил право Президента РФ в отсутствие федерального закона издавать указы по вопросам, которые должны быть урегулированы на уровне федерального закона16 . Например, в современных условиях правовое регулирование организации системы федеральных органов исполнительной власти осуществляется посредством принятия указов Президента РФ. При этом в Конституции РФ отсутствует прямое упоминание о регулировании указанного вопроса непосредственно федеральным законом. Большинство правоведов признают необходимость урегулирования такого вопроса на уровне федерального закона17 . В правовой литературе существует и иная точка зрения. По мнению некоторых авторов, конструкции «система» и «структура» федеральных органов исполнительной власти слишком динамичны, чтобы составлять пред-

16 См.: Постановление КС РФ от 30 апреля 1996 г. № 11-П по делу о проверке конституционности пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 3 октября 1994 г.

№ 1969 «О мерах по укреплению единой системы исполнительной власти в Российской Федерации» и пункта 2.3 Положения о главе администрации края, области, города федерального значения, автономной области, автономного округа Российской Федерации, утвержденного названным Указом // ВКС РФ. 1996. № 3.

17 См.: Игнатюк Н. А. Конституционные основы организации исполнительной власти // Конституция и законодательство (по материалам международной научно-практической конференции, Москва, 29 октября 2003 г.) / Под ред. Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Тихомирова. М., 2003. С. 255; Окуньков Л. А. Варианты взаимоотношений президента Российской Федерации с другими органами власти // Исполнительная власть: организация и взаимодействие / Отв. ред. Ю. А. Тихомиров. М., 2000. С. 126; Спектор Е. И. Типология федеральных органов исполнительной власти // Административная реформа в России: Науч.-практ. пособие / Под ред.

С. Е. Нарышкина, Т. Я. Хабриевой. М., 2006.

С. 162; др.

мет законодательного регулирова-ния18.

Конституционный Суд РФ выразил свое мнение, указав, что определение видов федеральных органов исполнительной власти (системы) должно быть урегулировано федеральным законом. В то же время, исходя из предписаний Конституции РФ, устанавливающих полномочия Президента РФ и регулирующих деятельность Правительства РФ, такие вопросы могут быть урегулированы другими нормативными актами19. То есть Суд подтвердил право Президента РФ до принятия соответствующего федерального закона издавать указы, связанные с вопросами установления системы федеральных органов исполнительной власти.

Полагаем, что отсутствие соответствующего федерального закона составляет законодательный пробел. При этом скорейшее принятие такого федерального закона пока находится под вопросом. В целом можно согласиться с учеными, которые отмечают неслучайность отсутствия закрепления системы федеральных органов исполнительной власти на уровне закона, так как это предоставляет полный простор «для формирования исполнительного аппарата, адаптированного к новому типу эко-номики»20. Однако представляется, что четкая система федеральных органов исполнительной власти дол-

18 См., например: Овсепян Ж. И. Система высших органов государственной власти в России (диалектика конституционно-правовых основ с начала XX по начало XXI в). Ростов н/Д, 2006. С. 160.

19 См.: Постановление Конституционного Суда РФ № 2-П от 27 января 1999 г. по делу о толковании статей 71 (пункт «г»), 76 (часть 1) и 112 (часть 1) Конституции Российской Федерации // СЗ РФ. 1999. № 6. Ст. 866.

20 Хабриева Т. Я., Ноздрачев А. Ф, Тихомиров Ю. А. Административная реформа: проблемы и решения // Административная ре-

форма в России: Науч.-практ. пособие / Под ред. С. Е. Нарышкина, Т. Я. Хабриевой. М., 2006. С. 5.

жна быть закреплена на уровне федерального закона.

Полагаем, что подзаконное регулирование отношений, которые должны закрепляться на уровне федерального закона, должно носить временный характер и применяться только в исключительных случаях переходного периода развития государства. Определение нормативных критериев разграничения предметов регулирования федерального закона и подзаконных актов способствует построению непротиворечивой системы законодательства, а также обеспечению принципа верховенства федерального закона. Этому может способствовать скорейшее принятие специального федерального закона о нормативных правовых актах Российской Федерации, где будут закреплены такие критерии. В правовой литературе неоднократно

высказывались предложения о при-

21

нятии такого специального закона21 .

Предмет правового регулирования федерального закона как источника конституционного права должен также исходить из федеративного устройства государства, в связи с чем, полагаем, недопустимо детальное регулирование на федеральном уровне вопросов, отнесенных к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов: такое регулирование не оставляет субъектам РФ простора для своего собственного нормотворчества.

Так, например, Федеральный закон от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референ-

21 См., например: Пиголкин А. С., Казьмин И. Ф., Рахманина Т. Н. Инициативный проект закона «О нормативно-правовых актах Российской Федерации» // Государство и право. 1992. № 7. С. 76—86; Тихомиров Ю. А, Рахманина Т. Н, Хабибуллин А. Г. Закон о нормативных правовых актах — актуальная повестка дня // Журнал российского права. 2006. № 5. С. 88—94; Юртаева Е. А. Закон о нормативных правовых актах и практика российского правотворчества // Журнал российского права. 2006. № 5. С. 12—22; др.

думе граждан Российской Федера-

22

ции» по своему содержанию не отвечает требованиям рамочного акта, которым он должен соответствовать. Указанный Закон довольно детально регулирует порядок проведения выборов на федеральном уровне и на уровне субъектов РФ. Это обусловливается прежде всего тем, что не существует достаточной ясности, как необходимо в соответствии с Конституцией РФ разграничивать полномочия в сфере избирательного законодательства между федеральным уровнем и уровнем субъектов РФ. Так, в действующей редакции Федерального закона от 12 июня

2002 г. № 67-ФЗ содержится широкое понимание избирательных прав граждан, перечень которых не является исчерпывающим и включает в себя «другие избирательные действия» (п. 28 ст. 2)23. Полагаем, что такой подход к понятию избирательных прав может способствовать тому, что значительная часть вопросов избирательного законодательства будет регулироваться федеральными законами, а не законами субъектов РФ. В правовой литературе содержатся негативные оценки такого подхода24 .

В Федеральном законе от 6 октября 1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 184-ФЗ)25 урегулирован порядок формирования законодательного (представительного) и исполнительного органов государственной власти субъектов РФ, закреплены их

22 СЗ РФ. 2002. № 24. Ст. 2253.

23 При этом в упомянутом Федеральном законе № 67-ФЗ не раскрывается перечень «других избирательных действий», которые включаются в понятие «избирательные права граждан».

24 См., например: Постников А. Российское избирательное законодательство и права граждан // Политические права и свободные выборы: Сб. док. М., 2005. С. 88.

25 СЗ РФ. 1999. № 42. Ст. 5005.

полномочия, порядок досрочного прекращения полномочий. Однако согласно п. «н» ч. 1 ст. 72 Конституции РФ в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов находится лишь установление общих принципов организации системы органов государственной власти. В связи с этим вызывает некоторое сомнение детальное регулирование порядка формирования и деятельности органов государственной власти субъектов РФ в Федеральном законе № 184-ФЗ, предназначение которого должно сводиться к определению только «общих принципов». Как справедливо отмечается в правовой литературе, такое содержание Федерального закона не позволяет субъектам РФ реализовать свое конституционное право на самостоятельное установление собственной системы государственной власти26 . В то же время Конституционный Суд РФ признал вытекающими из Конституции РФ (ст. 72, ст. 76 и ч. 1 ст. 77) положения Федерального закона № 184-ФЗ, закрепляющие полномочия законодательного (представительного) и высшего исполнительного органов государственной власти субъекта РФ, порядок их организации и деятельности, по сути отнеся соответствующие положения к понятию «общие принципы»27. Следует согласиться с

26 См.: Алешкова И. А, Конюхова И. А. Проблемы законодательного регулирования субъектами Российской Федерации системы государственной власти // Государственная власть и местное самоуправление. 2006. № 3. С. 18—20; Глигич-Золотарева М. В. Законодательная база федеративных отношений: состояние и перспективы // Государственная власть и местное самоуправление. 2005. № 9. С. 4; Стародубцева И. А. Коллизии в регулировании организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 12. С. 27.

27 См.: Определение Конституционного Суда РФ от 8 июня 2000 г. № 91-О «По запросу Правительства Республики Ингушетия о проверке конституционности части

точкой зрения Т. Я. Хабриевой, что федеральный законодатель обязан руководствоваться принципом «разумной сдержанности», согласно которому он не должен регулировать те отношения, которые без ущерба для качественного осуществления задач публичной власти может урегулировать субъект Федерации28 . Представляется также, что такие федеральные законы должны устанавливать только лишь основополагающие принципы организации определенной сферы общественных отношений. Однако это не означает, что такая сфера отношений подвержена регулированию только данными федеральными законами. Поэтому не существует запрета регулирования определенной сферы отношений, относящейся к предмету рассматриваемых видов федеральных законов как источников конституционного права, посредством иных федеральных законов.

Представляется, что предмет правового регулирования федерального закона как источника конституционного права должен учитывать положения действующих международных договоров Российской Феде-рации29 , а также общепризнанные

первой статьи 2, статей 5, 6, 7, 8, пункта 2 статьи 9, статьи 21 и пункта 4 статьи 23 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государ-

ственной власти субъектов Российской Федерации» // ВКС РФ. 2000. № 5.

28 Хабриева Т. Я. Разграничение законодательной компетенции Российской Федерации и ее субъектов // Соотношение законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации. М., 2003. С. 124.

29 Приоритетом применения по отношению к федеральному закону будут обладать положения международного договора, который ратифицирован в соответствующем порядке, т. е. решение о согласии России на обязательность которого принималось в форме федерального закона. При этом важно, чтобы соблюдалось еще одно условие — официальное опубликование ратифицированного международного договора РФ.

принципы и нормы международного права, и в первую очередь те из них, которые касаются прав и свобод человека. При этом в случае закрепления различного объема гарантий прав человека в международных актах универсального характера и международных актах регионального характера необходимо в первую очередь ориентироваться на документы, которые содержат более широкий спектр гарантий прав человека.

По нашему мнению, существуют некоторые проблемы в согласовании ряда федеральных законов как источников конституционного права и международных актов. Так, полагаем, что в федеральном законодательстве Российской Федерации должно быть четко прописано, могут ли иностранные граждане реализовать право на публичные мероприятия, в каком качестве и в каком порядке. Согласно ч. 1 ст. 20 Всеобщей декларации прав человека, ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 1 ст. 11 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. право на публичное мероприятие признается не за гражданами какой-то определенной страны, а гарантируется каждому человеку. В Федеральном законе от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетирова-

30

ниях» конкретных запретов на проведение публичных мероприятий иностранными гражданами не имеется, в то же время в Законе отсутствуют и положения, регламентирующие реализацию права иностранных граждан и лиц без гражданства на проведение таких дей-

ствий31 .

30 СЗ РФ. 2004. № 25. Ст. 2485.

31 На основе анализа содержания Феде-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

рального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикитированиях» можно сделать вывод, что иностранные граждане фактически могут реализовать

В современных условиях существует неясность в вопросе участия граждан Республики Беларусь в избирательных правоотношениях, учитывая тот факт, что они наравне с гражданами Российской Федерации являются гражданами Союзного государства. Представляется, что это может быть объяснено несогласованностью положений российских федеральных законов по указанному вопросу и Договора «О создании Союзного государства» от 8 декабря 1999 г.32, заключенного между Российской Федерацией и Республикой Беларусь. В пункте 5 ст. 14 указанного Договора предусмотрено, что граждане Союзного государства пользуются равными правами и несут равные обязанности на территории другого государства-участника, если иное не регламентируется законодательными актами государств-участни-ков, договорами между ними. Однако в Федеральном законе от 12 июня

2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (п. 10 ст. 4) и в Федеральном законе от 6 октября

2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (ч. 3 ст. 3) предусматривается возможность участия в выборах в органы местного самоуправления иностранных граждан в случае, если такое положение закреплено в международном договоре.

В заключение отметим, что предмет правового регулирования федерального закона — источника конституционного права России можно определить как значимые, типич-

право на публичные мероприятия, только не в качестве его организаторов, а в качестве участников такого мероприятия, если они являются представителями общественной или религиозной организации. Однако содержащиеся в указанном Федеральном законе нормы в отношении права иностранных граждан на собрание представляются не достаточно конкретными и ясными.

ные, устойчивые общественные отношения, обусловленные предметом конституционного права, которые согласованы со смыслом положений Конституции РФ, с общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации и учитывают федеративное устройство российского государства.

Библиографический список:

1. Постников А. Российское избирательное законодательство и права граждан // Политические права и свободные выборы:

Сб. док. М., 2005.

2. Алешкова И. А., Конюхова И. А. Проблемы законодательного регулирования субъектами Российской Федерации системы государственной власти // Государственная власть и местное самоуправление. 2006. № 3.

3. Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации: Учеб. для вузов. М.: Норма, 2005.

4. Богданова Н. А. Конституционное право. Общая часть. М., 2009.

5. Витрук Н. В. Конституционная ответственность: вопросы теории и практики // Конституционно-правовая ответственность: проблемы России, опыт зарубежных стран / Под ред. С. А. Авакьяна. М., 2001.

6. Глигич-Золотарева М. В. Законодательная база федеративных отношений: состояние и перспективы // Государственная власть и местное самоуправление. 2005. № 9.

7. Игнатюк Н. А. Конституционные основы организации исполнительной власти // Конституция и законодательство (по материалам международной научно-практической конференции, Москва, 29 октября 2003 г.) / Под ред. Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Тихомирова.

8. Колесников Е. В. Закон как основной источник конституционного права Российской Федерации // Личность и власть (конституционные вопросы): Межвузовский сборник научных работ. Ростов н/Д.; Саратов, 1995.

9. Конституционное право России /

А. Е. Постников, В. Д. Мазаев, Е. Е. Никитина и др.; под ред. А. Е. Постникова. М., 2007.

10. Конституционное право Российской Федерации: конспект лекций / В. Д. Мазаев,

С. В. Васильева, В. А. Виноградов. М., 2006.

11. Конюхова И. А. Конституционное право Российской Федерации. Общая часть. М., 2006.

12. Лукьянова Е. А. Закон как источник советского государственного права. М., 1988.

13. Овсепян Ж. И. Источники российского конституционного права. Часть I. // СевероКавказский юридический вестник. 2003. № 1.

14. Овсепян Ж. И. Система высших органов государственной власти в России (диалектика конституционно-правовых основ с начала XX по начало XXI в). Ростов н/Д, 2006.

15. Окуньков Л. А. Варианты взаимоотношений президента Российской Федерации с другими органами власти // Исполнительная власть: организация и взаимодействие / Отв. ред. Ю. А. Тихомиров. М., 2000.

16. Пиголкин А. С., Казьмин И. Ф., Рах-манина Т. Н. Инициативный проект закона «О нормативно-правовых актах Российской Федерации» // Государство и право. 1992. № 7.

17. Пищита А. Н. Правовой статус российского пациента // Журнал российского права. 2005. № 11.

18. Спектор Е. И. Типология федеральных органов исполнительной власти // Административная реформа в России: Научно-практическое пособие / Под ред. С. Е. Нарышкина, Т. Я. Xабриевой. М., 2006.

19. Стародубцева И. А. Коллизии в регулировании организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 12.

20. Страшун Б. А. Конституционное право России, его источники и структура // Журнал российского права. 1997. № 4.

21. Тихомиров Ю. А., Рахманина Т. Н., Xабибуллин А. Г. Закон о нормативных правовых актах — актуальная повестка дня // Журнал российского права. 2006. № 5.

22. Топорнин Б. Н. Система источников права: тенденции развития // Судебная практика как источник конституионного права. М., 2000.

23. Xабриева Т. Я. Миграционное право России: теория и практика. М., 2008.

24. Xабриева Т. Я., Ноздрачев А. Ф.,

Тихомиров Ю. А. Административная реформа: проблемы и решения //

Административная реформа в России:

Научно-практическое пособие / Под ред. С. Е. Нарышкина, Т. Я. Хабриевой. М., 2006.

25. Хабриева Т. Я. Разграничение законодательной компетенции Российской Федерации и ее субъектов // Соотношение законодательства Российской Федерации и

законодательства субъектов Российской Федерации. М., 2003.

26. Юртаева Е. А. Закон о нормативных правовых актах и практика российского правотворчества // Журнал российского права. 2006. № 5.

—«-*3—— э*—

Феномен города в социокультурном и политико-правовом измерении

Р. А. Ромашов

Город как социокультурное и экономико-правовое явление на всем протяжении человеческой истории играл и продолжает играть важную роль в процессе социальной организации и социального развития. При этом вплоть до настоящего времени не существует однозначного ответа на вопросы: что такое город, какое место он занимается в системе социополитической организации, как соотносятся город и государство, город и пригород (область)? Количество вопросов можно множить, но уже из приведенного перечня видно, что феномен города нуждается в более пристальном внимании, в том числе и как предмет историко-теоретического и сравнительно-правового анализа.

К вопросу о сущности понятия «город»

Термин «город», равно как и производные от него слова и словосоче-танияя, относятся к числу часто употребимых как в современном

Ромашов Роман Анатольевич — научный руководитель юридического факультета Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки России.

российском законодательстве, так и в практике политико-правового общения. «Город федерального значения»1, «город-герой»2, «город воин-

1 В п. 1 ст. 5 Конституции РФ устанавливается положение, в соответствие с которым в качестве равноправных субъектов РФ выступают города федерального значения. Такими городами являются Москва и Санкт-Петербург. При этом названные города воспринимаются в качестве самостоятельных субъектов в конституционно-правовом аспекте, автономных от своих «пригородов» (областей), которые, в свою очередь, являются равноправными субъектами РФ. В отличие от других субъектов — областей и краев, у которых совпадают «титульный» город и областной центр (т. е. субъект представляет неразрывное единство города и пригорода) — применительно к Московской и Ленинградской областям, в силу их самостоятельного конституционно-правового статуса, этого сказать нельзя. Особенно нелогично в этом случае положение Ленинградской области, являющейся областным пригородом уже не существующего города Ленинграда.

2 Впервые городами-героями были названы города Ленинград, Сталинград, Севастополь и Одесса в приказе Верховного Главнокомандующего 1 мая 1945 г. Официально в качестве государственной награды звание установлено 8 мая 1965 г., когда Президиум

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.