Научная статья на тему 'К двадцатилетию депопуляции: региональный аспект демографической трагедии России'

К двадцатилетию депопуляции: региональный аспект демографической трагедии России Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
749
81
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ДЕПОПУЛЯЦИЯ / ВОСПРОИЗВОДСТВО НАСЕЛЕНИЯ / ВОЗРАСТНО-ПОЛОВАЯ СТРУКТУРА / РОЖДАЕМОСТЬ / СМЕРТНОСТЬ / ЕСТЕСТВЕННЫЙ ПРИРОСТ / ВНЕБРАЧНАЯ РОЖДАЕМОСТЬ / ФАКТИЧЕСКИЕ БРАКИ / АGE AND SEX STRUCTURE / DEPOPULATION / RENEWAL OF POPULATION / BIRTH-RATE / MORTALITY / NATURAL INCREASE / ILLEGITIMATE BIRTH RATE / COMMON-LOW MARRIAGES

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Славина Людмила Николаевна

Статья посвящена дискуссионной проблеме истоков депопуляции в современной России. Рассматриваются основные тенденции и результаты воспроизводства населения в Красноярском крае в постсоветский период, что углубляет представление о характере демографических процессов в нашей стране. Все региональные процессы представлены в общероссийском контексте. Исследование базируется на материалах переписей населения и текущей демографической и социальной статистике

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

TO THE 20-TH ANNIVERSARY OF DEPOPULATION: REGIONAL ASPECT OF RUSSIAN DEMOGRAPHIC TRAGEDY

The paper examines the problem of the reasons of the depopulation in modern Russia and analyzes the main trends and results of the renewal of population in the Krasnoyarsk Territory in the postsoviet period, which deepens the understanding of the nature of demographic processes in our country. All territorial processes are shown in all-Russian context. The research is based on the data of the population census and current demographic and social statistics

Текст научной работы на тему «К двадцатилетию депопуляции: региональный аспект демографической трагедии России»

К ДВАДЦАТИЛЕТИЮ ДЕПОПУЛЯЦИИ: РЕГИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ ТРАГЕДИИ РОССИИ

ТО THE 20-TH ANNIVERSARY OF DEPOPULATION: REGIONAL ASPECT OF RUSSIAN DEMOGRAPHIC TRAGEDY

Л.Н, Славина L.N. Slavina

Депопуляция, воспроизводство населения, возрастно-половая структура, рождаемость, смертность, естественный прирост, внебрачная рождаемость, фактические браки. Статья посвящена дискуссионной проблеме истоков депопуляции в современной России. Рассматриваются основные тенденции и результаты воспроизводства населения в Красноярском крае в постсоветский период, что углубляет представление о характере демографических процессов в нашей стране. Все региональные процессы представлены в общероссийском контексте. Исследование базируется на материалах переписей населения и текущей демографической и социальной статистике.

Depopulation, renewal of population, age and sex structure, birth-rate, mortality, natural increase, illegitimate birth rate, common-low marriages. The paper examines the problem of the reasons of the depopulation in modern Russia and analyzes the main trends and results of the renewal of population in the Krasnoyarsk Territory in the post-soviet period, which deepens the understanding of the nature of demographic processes in our country. All territorial processes are shown in ail-Russian context. The research is based on the data of the population census and current demographic and social statistics.

Трудно найти проблему актуальнее, чем демографический кризис в России, кульминацией которого стала депопуляция - превышение числа ежегодных смертей над рождениями и естественная убыль населения. Сначала обсуждалась депопуляция, затем признаки выхода из нее. То и другое трактуют по-разному, нет общего видения сущности проблемы. Чтобы точнее оценить современную демографическую ситуацию (иначе - состояние воспроизводства населения) и ее перспективы, надо знать характер демографических процессов в предыдущих десятилетиях, так как эти процессы по своей природе инерционны, сложившиеся в них тенденции во многом определяют воспроизводство нынешних и будущих поколений.

В данной работе анализируется воспроизводство населения Красноярского края в 1990-2000-х гг. на основе статистики Росста-та и Красноярскстата. Цель анализа - оценить тренды основных воспроизводственных процессов и современную демографическую ситуацию в крае. Статистика свидетельствует, что краевые показатели естественного движения населения принципиально не отличались от аналогичных

среднероссийских. Тем не менее край обладал выраженной спецификой, и ее учет необходим. Иначе обедняется представление о демографической ситуации в России в целом.

Демографическая ситуация в крае определялась, как и везде, характером рождаемости и смертности - процессов, непосредственно обеспечивающих непрерывную смену поколений. Их параметры зависели, с одной стороны, от половозрастной и брачно-семейной структур жителей края, с другой - от демографического поведения красноярцев. Половозрастная структура населения воздействовала на его воспроизводство с двух «сторон». Доля женщин репродуктивного возраста влияла на число рождавшихся детей, а доля старших поколений - на количество умиравших. Если структурный фактор определял, прежде всего, число демографических событий, то поведенческий - уровень их интенсивности. Уровень рождаемости в данной работе измеряется суммарным коэффициентом рождаемости (СКР), означающим число рождений у среднестатистической женщины за всю ее жизнь, а уровень смертности - повозрастными коэффициентами каждой возрастной группы населения.

Доказано, что современный демографический кризис имеет глубокие корни. Население России перестало в полной мере воспроизводить себя с середины 1960-х гг., когда СКР опустился ниже границы простого воспроизводства (замещения) поколений (2,15-2,20 ребенка). В РСФСР началась депопуляция - каждое приходившее в жизнь новое поколение было меньше предыдущего. Но депопуляция оставалась скрытой, население не сокращалось благодаря структурному фактору - относительно большому числу молодых женщин в обществе. Рожденных ими детей хватало для замещения уходивших из жизни малочисленных старших поколений, «выбитых» катастрофами XX века. Режим воспроизводства населения в России ухудшался с 1960-х гг. из-за спада рождаемости, роста смертности, сокращения численности женского репродуктивного контингента и общего старения населения. В 1991 г. естественный прирост в России опустился до 0,7 чел. на 1000 жителей, а в следующем году обозначился всем известный «русский крест»: число умерших превысило число рожденных, и депопуляция перешла в открытую форму [Демографический..., 1994, с. 23].

В Красноярском крае процесс шел по той же схеме [Славина, 2010, с. 183-189]. Рождаемость в городах упала ниже границы простого воспроизводства тоже в середине 1960-х гг. Но так как жители края были «моложе» населения России в целом, а доля молодых женщин среди них-больше, красноярцы закончили советский период с лучшими показателями. Естественный прирост у них в 1991 г. составлял 3,2 %о [Демографический..., 2011, с. 25]. Но это, повторим, достигалось благодаря потенциалу возрастной структуры. Уровень же рождаемости (СКР) в крае в 1991 г. не отличался от среднего в России - 1,735 и 1,732 ребенка соответственно [Демографический..., 2006, с. 47].

Депопуляция перешла в открытую форму в крае в 1993 г., на год позднее, чем в России в целом, и растянулась на десятилетия. Ее «подпитывали» и структурные факторы, и развитие «антивоспроизводственных» черт в репродуктивном, самосохранительном, матримониальном поведении людей. Негативным фактором воспроизводства выступала миграция. Она «уводила» из края часть населения и ухудшала демографические ка-

чества остававшегося, поскольку чаще уезжали более молодые люди. Не способствовали росту числа новорожденных и внутрикраевые переселения.

Параметры рождаемости и смертности в крае различались по годам, что отразилось в итоговых показателях естественного прироста населения. Исходя из них, рассматриваемый период можно условно разделить на три этапа: 1993-1999, 2000-2005 и 2006-2013 гг.

1993-1999 гг. Пертурбации в обществе в первые постсоветские годы не изменили направления основных демографических процессов. В их динамике, при всей ее немонотонности, сохранялись тренды предыдущих лет: рождаемость продолжала падать, а смертность - расти.

Распад СССР и начало радикальных реформ не вызвали обвального сокращения числа рождений. Они продолжали уменьшаться в том же темпе, что и в 1988-1992 гг. На рождаемость негативно влияли сразу несколько факторов: неблагоприятная структура населения - в наилучший репродуктивный возраст вошли малочисленные поколения 1960 - нач. 1970-х гг.; сдвиг рождений на более ранние сроки в 1980-х гг. под воздействием мер социально-демографической политики; сокращение репродуктивных планов у населения из-за ухудшения социально-экономического положения в новых условиях и, что еще важнее, изменения структуры жизненных ценностей.

Негативным фактором выступали незарегистрированные браки, распространенные в крае больше, чем в Европейской России. Доля детей, рожденных красноярцами в таких браках, поднялась с 20,6 % в 1991 г. до 34,3 % в 1999 г. [Демографический, 2006..., с. 85]. Рост внебрачных рождений делал российскую модель воспроизводства населения сходной с западноевропейской и свидетельствовал о наличии демографической модернизации в стране. Но его оборотной стороной было сокращение общего числа рождений, так как рождаемость в фактических браках минимум вдвое ниже, чем в «законных».

В середине 1990-х гг. обозначилось «постарение» рождаемости. В советские годы она «молодела», основные рождения концентрировались в возрастных группах женщин до 25 лет. Теперь рождаемость в них стала сокращаться, но расти

в последующих когортах, особенно у 25-29-лет-них. «Постарение» рождаемости относится к тем фундаментальным тенденциям, которые свидетельствуют о глобальных переменах в демографической сфере общества и не только в ней. С тех пор «молодежная рождаемость» в крае снижается непрерывно, сокращается вклад матерей моложе 25 лет в общую рождаемость. В 1995 г. они родили 61,4 % детей, в 2000 г. - 56,0, в 2006 г. -49,0, в 2010 г. - 36,9 [Демографический..., 2006, с. 72; Демографический..., 2011, с. 67].

«Постарению» рождаемости способствовала, прежде всего, начавшаяся в стране долгожданная контрацептивная революция. В советский период нехватка средств контрацепции принудительно стимулировала раннюю рождаемость. Теперь их широкое распространение позволяло планировать число детей и сроки их появления на свет. Тут же начал расти средний возраст матери при рождении первенца. В 1995 г. он составлял в крае 24,58 года, в 2006 г. - 26,34 года, а в 2012 г. достиг 28 лет [Демографический..., 2011, с. 76; Информационно-аналитеческая.,,],

Рождаемость снижалась замедляющимися темпами в течение всех 1990-х гг. В 1999 г. было зафиксировано самое малое число рождений в крае - по 8,9 на 1000 жителей. СКР достиг здесь, как и в России, своего исторического минимума -1,168 и 1,157 ребенка соответственно [Демографический..., 2007, с. 27, 47]. Он не обеспечивал замещения поколений даже наполовину.

Если в структуре общероссийской депопуляции главную роль играл спад рождаемости, то в краевой особое значение имела смертность. До 1992 г. все ее параметры в крае были хуже средних по России. Ситуация не изменилась и в постсоветский период. В него красно-ярцы вошли на волне начавшегося в 1988 г. роста и ухудшения всех показателей смертности. В 1992 г. ее общий коэффициент в крае составлял 10,6 %о. Он был ниже среднего по РФ (12,2 %о) [Демографический..., 2007, с. 27], но лишь из-за более молодой возрастной структуры красно-ярцев. Повозрастные же коэффициенты смертности у них были выше среднероссийских во всех возрастах. Наибольший разрыв - в 1,5 раза - отмечался в возрасте 15-24 года, а в интервале от 25 до 70 лет он составлял 1,2-1,4 раза

[Подсчитано по: Численность, 1992, с. 216; Экономика..., 2000, с. 60].

За 1992-1994 гг. число ежегодных смертей увеличилось на 56,1 % [Демографический..., 2006, с. 27]. Уровень смертности поднялся во всех возрастах, но особенно в трудоспособных, из-за чего она «помолодела». Динамика структуры причин смерти ярко отразила масштабы неблагополучия в обществе. В 1995 г. красноярцы умирали от диабета на 97,0 % чаще, чем в 1990 г., на 77,2 % -от внешних воздействий, на 69,9 % - от инфекций, на 47,7 % - от сердечно-сосудистых заболеваний, на 45,2 % - от болезней органов дыхания и т. д. [Экономика..., 2000, с. 62].

Углубились различия между мужской и женской смертностью. Женщины в очередной раз доказали, что они более устойчивы и физически, и психически. За 4-5 лет после начала реформ показатели повозрастной смертности у них выросли в 1,6-2, а у мужчин - в 3-4 раза [Экономика..., 2000, с. 60].

В середине 1990-х гг. смертность у краснояр-цев перестала расти и начала медленно снижаться. Но в 1998 г. последовал ее новый всплеск. Отчасти его вызвал августовский кризис. Но в целом в нем сконцентрировалось действие множества разнообразных факторов, начиная от деградации системы здравоохранения и заканчивая негативными стереотипами поведения людей.

Показатели смертности у младенцев выглядели не лучше, чем у взрослых. Ее коэффициент, сократившись с 21,2 %о в 1991 г. до 19,8 %о в 1995 г., снова стал расти и в 1999 г. достиг 24,6 %с [Демографический..., 2011, с. 25]. По этому показателю край оказался на 77 месте среди 89 субъектов РФ.

Катастрофически уменьшилась продолжительность жизни красноярцев. В 1991 г. она составляла 68,0 лет, в т. ч. у мужчин - 62,5, у женщин - 73,5 года, а в 1994 г. оказалась на низшем за постсоветский период уровне - 61,1 года, в т. ч. 54,8 года у мужчин и 68,8 - у женщин [Демографический, 2011, с. 46]. До конца 1990-х гг. динамика этого показателя была неровной, небольшие его подъемы перемежались спадами. В 2000 г. он составлял 62,5 года (56,1 года у мужчин и 69,8 -у женщин) [Демографический..., 2011, с. 46].

В XXI столетие край входил, как и большинство регионов России, в состоянии устойчивой де-

популяции. Его население сократилось из-за естественной убыли в 1993-1999 гг. на 88Д тыс. чел. В 1999 г. естественный прирост в крае составлял -5Д %о [Демографический..., 2011, с. 25].

2000-2005 гг. С 2000 г. число ежегодных рождений в крае, как и в России, начало медленно неустойчиво расти и к 2005 гг. увеличилось на 12,2 % [Демографический..., 2011, с. 25]. В этом событии главную роль играл структурный фактор - вступление в репродуктивный возраст весьма многочисленного поколения 1980-х гг. Возраст большей части рожениц - старше 25 лет - «подсказывает», что действовал и поведенческий фактор роста: почувствовав подъем благосостояния, женщины стали реализовывать отложенные в 1990-х гг. рождения. Но уровень рождаемости оставался очень низким. В 2005-2006 гг. СКР составлял в крае лишь 1,279 ребенка (в России - 1,291) и обеспечивал замещение поколений только на 60 % [Демографический..., 2007, с. 47].

Одновременно шел рост смертности, начавшийся в 1998 г. и достигший в 2005 г. наивысшего в нулевых годах уровня. Его по-прежнему обусловливал в основном подъем смертности мужчин рабочего возраста. Размеры убыли населения в крае в первой половине этого десятилетия снизились по сравнению с 1990-ми гг., но естественный прирост оставался отрицательным и составлял в 2005 г. -4,9 %о [Демографический..., 2011, с. 25].

2006-2012. Прервать развитие негативных тенденций в воспроизводстве населения была призвана принятая в 2006 г. государственная программа по росту «человеческого капитала» в России. Ее конкретизировали Национальные проекты (2006) и Концепция демографической политики РФ на период до 2025 г. (2007), подкрепленные рядом нормативных актов (законом о материнском капитале и т. д.). Меры федерального уровня в крае были дополнены краевой программой «4Д + К» (Дом, Демография, Дети, Деревня + Культура). На ее реализацию в 2007-2009 гг. отпускалось 10,5 млрд. руб. Кроме того, в здравоохранении действовали еще шесть целевых краевых программ

С 2006 г. появились признаки того, что крас-ноярцы начали выбираться из «демографической ямы»: стала расти рождаемость, снижаться смерт-

ность, сокращались размеры естественной убыли населения, увеличивалась продолжительность жизни. В 2009 г., впервые с 1993 г., в крае был отмечен естественный прирост населения - по 0,2 чел. на тысячу жителей. В 2010 г. он составил 0,1, в 2011 г. - 0,4, в 2012 г. - 1,6 %о [Информационно-аналитическая...].

Прирост рождаемости чиновники выдают за успех проводимой политики. Однако «демографические достижения» жителей края «скромные». У горожанок СКР поднялся с 1,170 в 2006 г. до 1,386 в 2009 г., оставаясь намного ниже границы простого замещения поколений. Сельчанки оказались «отзывчивее» на меры государства. У них СКР вырос за это время с 1,781 до 2,161 и достиг рубежа простого воспроизводства. Но, составляя менее четверти матерей в крае, сельские женщины не изменили ситуацию. Общекраевой СКР - 1,536 в 2009 г. и 1,580 в 2010 г. - слишком низок [Демографический..., 2011, с. 42].

Подъему рождаемости отчасти помешал начавшийся в 2008 г. экономический кризис. Но главное, что красноярцы давно сформировали репродуктивные стандарты и не желают менять их. Обследование Красноярскстата в 2011 г. показало, что все женщины края в возрасте от 15 до 55 лет имеют одну норму детности - 1,5-1,6 ребенка. Столько детей родили 40-55-летние женщины, уже закончившие репродуктивную деятельность. И у лиц в возрасте 15-40 лет число ожидаемых детей (вместе с уже рожденными) такое же [Красноярскстат].

Возможность роста населения за счет увеличения числа новорожденных практически исчерпана. В наилучший репродуктивный возраст уже вступают поколения 1990-х гг., каждое из которых меньше предыдущего. Учитывая «постарение» рождаемости, можно ожидать, что структурный фактор начнет играть в ней положительную роль, лишь когда поколениям нулевых годов исполнится 25 лет. До тех пор увеличивать число младенцев можно будет лишь повышением уровня рождаемости. Но как этого добиться, не знает никто.

Характер брачных отношений не способствует подъему рождаемости. Браки «стареют», растет число не состоящих в них женщин. По переписи 2010 г., в браке никогда не были 86,3 % из 18-19-летних жительниц края, 57,5 % -

из 20-24-летних, 33,6 %- из 25-29-летних, 28,2 %-из 30-34-летних [Итоги..., 2010, с. 447]. То есть вне «детопроизводства» остается большая часть женского контингента наилучших возрастов. А среди бывших замужем женщин много вдов и разведенных, тоже исключенных из этого процесса.

По частоте разводов, по данным ООН, Россия - первая в мире. В крае их уровень чуть выше среднероссийского. На 1000 его жителей в 1992 г. приходилось 4,5 развода, в 2010 г. - 5,3. Соотношение числа разводов и заключенных браков колебалось по годам - от 873 разводов на 1000 браков в 2003 г. до 565 разводов в 2010 г., что свидетельствует о зыбкости брачных отношений, тормозящей подъем рождаемости [Демографический..., 2011, с. 51].

Растет популярность фактических браков. По переписи 2002 г., в крае в них состояли 15,8 % супружеских пар. В 2010 г. «свободными» были уже 19,8 % брачных союзов у мужчин (в России -12,8 %) и 19,6 % - у женщин (в РФ - 13,2 %) [Итоги..., 2002, с. 384, 385; Итоги, 2010, с. 294, 295, 446, 447]. Массово распространились внебрачные рождения. К 2004 г. их доля в крае поднялась до 37,4 % (34,4% - в городах, 46,1 % - в деревнях), а потом колебалась на уровне 35-36 %. В РФ внебрачные рождения в 2004 г. составляли 29,8, в 2009 г. - 26,1 % [Демографический..., 2010, с. 166; Демографический..., 2011, с. 77].

Реальный путь улучшения воспроизводства населения - снижение смертности. В крае ее уровень по-прежнему превосходит среднероссийский во всех категориях жителей - у младенцев, в населении рабочего возраста, в старших поколениях. С 1991 по 2010 г. число ежегодных смертей в крае увеличилось на 27,9 % при сокращении населения на 10,6 % [Демографический..., 2011, с. 25]. Смертность выросла почти от всех причин. Пути решения проблемы в крае очевидны. Нужно, во-первых, ликвидировать превышение среднероссийского уровня по всем показателям, во-вторых, преодолеть разницу между горожанами и сельскими жителями, в-третьих, снизить смертность в рабочих возрастах.

Опыт последнего десятилетия обнадеживает. Из-за активизации государственной политики здравоохранения, роста благосостояния населения число ежегодных смертей с 2006 г. стало

снижаться. Но в 2008 г. оно опять выросло, и в последние годы их динамика демонстрирует очень неустойчивый характер.

Главным достижением десятилетия стало сокращение младенческой смертности. Ее коэффи-циентснизился с 24,6%о в 1999 г. до 12,9%о в 2006 г., а к 2010 г. упал до 9,2 %о [Демографический..., 2011, с. 89]. Этот показатель рекордно низок для края, но не для стандартов развитых стран. К тому же он очень различается в городах и деревнях: в 2010 г. он составлял там 7,9 и 12,8 %о соответственно [Демографический..., 2011, с. 89].

У населения трудоспособного возраста смертность сократилась с 2000 по 2009 г. на 26,1%. Но проблема не теряет остроты. В 2010 г. трудоспособные составляли в общей массе умерших лиц мужского пола 46,8 %, женского - 15,9 % [Подсчитано по: Демографический..., 2011, с. 84, 88].

Динамика показателя ожидаемой продолжительности жизни - интегральной характеристики смертности - говорит за себя. В 2006 г., в начале реализации национального проекта «Здоровье», она составляла 65,5 года, в 2010 г. - 67,6 года, на 1,3 года меньше, чем в России в целом. Россия же по продолжительности жизни (68,94 года в 2010 г.) находится на 162 месте среди 220 стран мира [Демографический..., 2010, с. 246].

Для края характерен большой разрыв в продолжительности жизни мужчин и женщин. Он вырос в 1991-1995 гг. с 11,0 до 14,2 года. Затем разница чуть уменьшилась, но до 2006 г. составляла не менее 13,2 года, а после колебалась в пределах 11,6-12,8 года [Демографический..., 2011, с. 46]. Слишком велика разница этого показателя между городами и деревнями. В 2009-2011 гг. она составляла 4,1-4,5 года [Демографический..., 2011, с. 46].

Итак, наметившиеся в последние годы положительные тенденции нельзя переоценивать. За постсоветский период в социально-демографической сфере упрочились тренды, чреватые многими негативными последствиями. К ним относятся: рост числа неполных семей и свободных браков, отсутствие замещения поколений, старение общества, сокращение доли репродуктивного контингента и его постарение, деформация половозрастного состава. Прежде население края «спасала» молодая возрастная

структура. Теперь ее запас исчерпан. А все виды демографического поведения людей быстро меняются лишь в одном направлении - ухудшении режима воспроизводства. Не отрицая улучшения некоторых показателей роста населения в последнее время, нужно все же признать, что считать демографическую трагедию оконченной нет оснований.

Библиографический список

1. Демографический ежегодник Красноярского края. 2006. Красноярск: Красноярскстат, 2007. 163 с.

2. Демографический ежегодник Красноярского края. 2011. Красноярск: Красноярскстат, 2011. 154 с.

3. Демографический ежегодник России. 2010. М.: Росстат, 2010 516 с.

4. Демографический ежегодник Российской Федерации. 1993. М.: Госкомстат России, 1994. 419 с.

5. Информационно-аналитическая система «Статистика». URL: http://ias-stat.ru

6. Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года: в 14 т. М.: Статистика России, 2004. Т. 2: Возрастно-половой состав и состояние в браке. 416 с.

7. Итоги Всероссийской переписи населения 2010 года. Т. 2. Возрастно-половой состав и состояние в браке. URL: http://www.gks.ru

8. Красноярскстат. Официальная статистика. URL: http://www.krasstat.gsk.ru

9. Славина Л.Н. Модернизация воспроизводства сельского населения Восточной Сибири (1960-1980-е гг.) // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. Красноярск. 2010. № 2.

10. Численность, состав и движение населения в Российской Федерации: стат. сб. М.: Госкомстат России, 1992. 480 с.

12. Экономика Красноярского края в 1999 году: стат. ежегодник. Красноярск: Красноярскстат, 2000. 430 с.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.