Научная статья на тему 'К 180-летию завершения освободительной войны испанских колоний в Америке. Решающая схватка: сражения при Хунине (6 августа 1824 г. ) и Аякучо (9 декабря 1824 г. )'

К 180-летию завершения освободительной войны испанских колоний в Америке. Решающая схватка: сражения при Хунине (6 августа 1824 г. ) и Аякучо (9 декабря 1824 г. ) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
128
35
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Петрова А. А.

The dccisivc battles at Hunin and Aiakucho in the military campaign of 1824 in Peru arc described as an example of the Latin American warfare in the first quarter of the 19 th century.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

To the 180 th anniversary of ending the wars for liberation of the Spanish colonies in America

The dccisivc battles at Hunin and Aiakucho in the military campaign of 1824 in Peru arc described as an example of the Latin American warfare in the first quarter of the 19 th century.

Текст научной работы на тему «К 180-летию завершения освободительной войны испанских колоний в Америке. Решающая схватка: сражения при Хунине (6 августа 1824 г. ) и Аякучо (9 декабря 1824 г. )»

Вестник Санкт-Петербургского университета. 2006. Сер. 2, вып. 4

A.A. Петрова

К 180-летию ЗАВЕРШЕНИЯ ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ ВОЙНЫ ИСПАНСКИХ

КОЛОНИЙ В АМЕРИКЕ. РЕШАЮЩАЯ СХВАТКА:

СРАЖЕНИЯ ПРИ ХУНИНЕ (6 августа 1824 г.) И АЯКУЧО (9 декабря 1824 г.)

В январе 1826 г. капитулировали испанские гарнизоны в крепости Кальяо и на острове Чилоэ. Многолетняя освободительная борьба народов Испанской Америки завершилась изгнанием испанских колонизаторов. Однако победная точка в освободительной войне была поставлена раньше, в ходе военной кампании 1824 г., которой и посвящена данная статья.

К началу 1824 г. последним оплотом испанцев на континенте оставалось Перу попытка освобождения которого Хосе де Сан-Мартином в 1821-1822 гг. завершилась неудачей. Армия роялистов не была разгромлена, а лишь отступила в труднодоступные районы Верхнего Перу. Не сумев справиться с военными и политическими проблемами, Сан-Мартин в конце 1822 г. покинул Перу.

После его отъезда перуанский конгресс в феврале 1823 г. избрал президентом Республики богатого креола Рива-Агуэро. Но он не сумел защитить Лиму которая в июне 1823 г. была захвачена роялистами. Правительство бежало в Кальяо, назначив верховным главнокомандующим представителя Боливара генерала Сукре. Он прибыл в Перу еще в апреле 1823 г. Новым президентом страны стал Toppe Тагле, которого не признал Рива-Агуэро. Он удалился в Трухильо, где создал собственную армию. А конгресс возобновил свою деятельность в оставленной испанцами Лиме. Политическая и военная ситуация на севере Перу резко обострилась и запуталась.

Возникшая анархия заставила перуанский конгресс обратиться за помощью к Боливару, победы которого над крупной группировкой испанцев на севере южноамериканского континента сделали его известным лидером освободительного движения и последней надеждой перуанцев.

Между тем в других районах Испанской Америки борьба за независимость к 1824 г. успешно завершилась. В 1816 г. об окончательном отделении от Испании заявили Объединенные провинции Рио-де-Ла-Платы. В 1818 г. была провозглашена независимость Чили. В 1821 г. было создано независимое государство Колумбия, в состав которого вошли Венесуэла и Новая Гранада. В конце мая 1822 г. в результате успешного похода колумбийцев под командованием генерала Сукре в состав Колумбии вошла аудиенсия Кито. В 1821 г. была провозглашена независимость Мексиканской империи. В июле 1823 г. была образована независимая и суверенная федеративная республика Соединенных провинций Центральной Америки.

Таким образом, к началу 1824 г. последним оплотом испанского владычества на Американском континенте оставалось Перу. Его освобождение означало бы завершение войны за независимость в масштабе всей Испанской Америки. Это хорошо понимали Боливар и его соратники, начиная военную кампанию 1824 г.

© A.A. Петрова, 2006

Они также хорошо понимали всю сложность решения этой задачи. Дело в том, что прибывший в сентябре 1823 г. в Перу по приглашению местных патриотов С. Боливар хотя и был провозглашен перуанским конгрессом фактически диктатором ( на него было возложено верховное командование вооруженными силами и ему были предоставлены чрезвычайные полномочия), не пользовался всеобщей поддержкой населения. Некоторые противники Боливара, принадлежавшие к креольской олигархии, готовы были пойти на сговор с роялистами. Враждебно по отношению к Боливару были настроены не только креольские олигархи, но и значительная часть перуанских индейцев, которые воспринимали колумбийцев как новых оккупантов. Большая часть Перу вновь оказалась под контролем роялистов, которые обладали значительным численным превосходством и имели довольно широкую поддержку, особенно на юге Перу где находились развитые сельскохозяйственные районы (производство зерна, шерсти, коки), а также в центральных районах (провинция Хауха с плодородными равнинами и Серро-де-Паско с серебряными рудниками). Лима (столица) и Кальяо также были в руках испанцев.

Итак, к началу 1824 г. в Перу сложилась тяжелая политическая и социально-экономическая ситуация. Боливар не пользовался поддержкой населения даже на севере Перу, армии у него не было. Большинство перуанцев видели в колумбийцах оккупантов, а не освободителей. Политическая власть у Боливара была скорее номинальной, чем фактической.

Между тем к началу решающих сражений за освобождение Перу испанская (роялистская) армия представляла собой грозную силу. В Уанкайо базировалась армия генерала Кантерака, численностью в 8 тыс. чел.; в Куско с 1000 солдат находился вице-король Ла Серна. В Арекипе стояла армия генерала Вальдеса - 3000 чел. В Верхнем Перу в районе оз. Титикака расположился генерал Оланьета с войском в 4 тыс. чел. Таким образом, общая численность войск роялистов достигала 16 тыс. чел. Однако все они были разбросаны по довольно обширной территории, не приспособленной для быстрого передвижения (высокие плоскогорья; большой перепад температур; болотистые низины и т.д.). Кроме того, офицерский корпус роялистской армии состоял в основном из испанцев-пиренейцев, в то время как солдаты на 3/4 были перуанцами. Пополнения из Испании после 1818 г. роялисты не получали. Оружие было в основном испанского и местного производства, далеко не новых моделей. Это винтовки, карабины, сабли, пики (а порой луки и стрелы). Кавалерия (легкая) формировалась из местных жителей, среди которых умелых наездников было немного1.

Сложно складывались отношения между командующими армиями. Ла Серна, Вальдес, Кантерак были участниками борьбы с Наполеоном, либерально настроенными военными, с радостью встретившими революцию 1820 г. в Испании и сместившими законного вице-короля Песуэлу (он занимал эту должность с 1816 г.) путем переворота 29 января 1821 г. Назначение Ла Серны вице-королем было признано законным Фердинандом VII лишь в силу сложных обстоятельств в метрополии. Педро Антонио Оланьета, «солдат-любитель», был человеком весьма консервативных убеждений: больший роялист, чем вице-король; больший абсолютист, чем испанский король. Ла Серну, Кантерака и Вальдеса он считал «опасными либералами». В конце 1823 г. он отказался от военного сотрудничества с ними и установил в Верхнем Перу неприкрытую диктатуру. Он ратовал за испанского короля, разогнал конституционную администрацию, посадил в правительство своих родственников, не шел ни на какие переговоры с либералами-конституционалистами. Тогда в феврале-марте 1824 г. генерал Вальдес со своей армией

совершил марш-бросок в Верхнее Перу с целью «умиротворить» Оланьету. Временно разногласия среди роялистов были преодолены. Тарапайский договор 1824 г. (9 марта) между Оланьетой и Вальдесом предполагал признание Оланьетой власти вице-короля и подчинение южной армии Вальдеса. Оланьета должен был оказать помощь роялистам в борьбе с Боливаром. Но Оланьета не выполнил свои обещания. В июне 1824 г. он окончательно отверг требование Ла Серны подчиниться, чем значительно осложнил положение испанцев. Впрочем, он ничего не обещал и Боливару который также пытался привлечь его на свою сторону. (Оланьета погиб в 1825 г. при освобождении Перу Сук-ре.)

Главную роль в испанской армии в 1824 г. играли три генерала: Ла Серна, Вальдес и Кантерак. Именно им пришлось руководить силами роялистов в битвах при Хунине и Аякучо.

Освободительную армию Перу во время перуанской кампании возглавлял Симон Боливар-и-Понте (1783-1830), о котором много написано как зарубежными, так и отечественными исследователями2.

Важную роль в перуанской военной кампании 1823-1824 гг. сыграл Антонио Хосе де Сукре-и-де-Алькала (1795-1830) - генерал Освободительной армии, «отец Аякучо». Он относится к числу почти не известных у нас героев войны за независимость. Поэтому остановимся на его биографии подробнее. Он, как и Боливар, был выходцем из богатой креольской семьи из Куманы (Венесуэла). Его предки прибыли в Испанскую Америку из Фландрии (Países Bajos). В 1808 г. он учился в Инженерной школе Каракаса (Escuela de los Ingenieros). Когда началась война за независимость, А. Сукре принял участие в боевых действиях на стороне патриотов, служа в инженерных войсках. С горсткой храбрецов он участвовал в победоносных сражениях патриотов при Матурине и Кумане. В период существования Второй Венесуэльской республики (1813-1814) он познакомился с С. Боливаром (в битве при Валенсии). В 1814-1817 гг. он сражался в Восточной армии под командованием генералов Бермудеса и Мариньо, воевавших в этот период против испанцев на стороне Боливара. В 1817 г. Сукре окончательно встал под знамена Боливара, поскольку, в отличие от Бермудеса и Мариньо, разделял взгляды Боливара как на стратегию освободительной войны (общеконтинентальная, а не локальная), так и на будущее Испанской Америки (создание единого государства на территории бывшей Испанской Америки). До 1819 г. он воевал на востоке Венесуэлы, возглавляя штаб Восточной армии. В 1819 г. Сукре был назначен Боливаром начальником Генерального штаба всей Освободительной армии. В 1820 г. он временно занимал пост военно-морского министра (Ministro de Marina у Guerra). К этому времени А. Сукре имел уже звание генерала Освободительной армии. В октябре 1820 г. менее чем за 15 дней, не потеряв ни одного человека, освободил от испанцев андские провинции Венесуэлы Мериду и Трухильо.

Огромную роль его организаторский талант сыграл в подготовке разгрома испанцев при Карабобо (1821). Сукре обладал недюжинными дипломатическими способностями. Именно он в 1820 г. подписал перемирие с генералом Морильо на выгодных для патриотов условиях. В 1821 г. Сукре возглавил Южную армию Великой Колумбии, главная задача которой состояла в освобождении от испанцев Кито. Кампания по освобождению Эквадора проходила в сложных условиях: силы испанцев превышали отряд Сукре в 10 раз. Испанцы к тому же постоянно получали подкрепления через Гуаякиль. Сукре же пришлось большую часть армии набирать на месте. Действовать приходилось в условиях высокогорья, в сезон дождей. И все же он сумел приблизиться к Кито и 22 мая

1822 г. неожиданно атаковал город не с юга, как ожидали испанцы, а с севера, со склонов потухшего вулкана Пичинча (4787 м над уровнем моря), покрытого вечными снегами.

Одержанная Сукре победа способствовала присоединению Эквадора к Великой Колумбии. А Гуаякиль стал важной базой для дальнейшего продвижения патриотов на юг, в Перу. Будучи начальником Генерального штаба Освободительной армии Боливара в Перу, Сукре сыграл важную роль в подготовке и проведении последней военной кампании войны за независимость. Более того, именно под его непосредственным командованием патриоты одержали знаменитую победу при Аякучо 9 декабря 1824 г. За эту победу он получил звание маршала Освободительной армии.

В 1825 г. Сукре освобождал от остатков испанцев Верхнее Перу. В 1826-1828 гг. был президентом Боливии. Возвратившись в Великую Колумбию, он вместе с Боливаром попытался спасти страну от развала. Однако 4 июня 1830 г. Сукре был убит политическими противниками в результате заговора на горной дороге на юге Колумбии.3

Талантливый военный, способный принимать быстрые решения, ответственный и независимый политик, Антонио Сукре сыграл важную роль в деле освобождения Испанской Америки от власти метрополии. Его организаторские и полководческие способности, умение находить общий язык с местным населением, заботу о солдатах неоднократно отмечал Боливар, называвший Сукре «солдатский генералом», «мудрым, умелым, энергичным и смелым руководителем»'*.

Военная кампания 1824 г. началась с поражения патриотов. 7 февраля 1824 г. и Кальяо восстали аргентинские и чилийские войска, оставшиеся там после отъезда Сан Мартина, поскольку им не платили жалование. Они сдали порт-крепость роялистам. 12 февраля 1824 г. Toppe Тагле (президент Перу с июня 1823 г. по февраль 1824 г.) и 300 неруанских офицеров, недовольных приглашением конгрессом в качестве главнокомандующего освободительной армии Перу Боливара, сдали роялистам столицу страны Лиму. Боливар во время этих драматических событий находился в местечке Пативилька. Он был болен желтой лихорадкой. После выздоровления (март 1824 г.) Боливар, к этому времени назначенный перуанским конгрессом диктатором Перу, приступил к созданию новой Освободительной армии из местных жителей. Одновременно он ожидал подкрепления из Великой Колумбии, а также разрешения колумбийского конгресса на осуществление военной кампании в Перу. Его штаб находился в г. Трухильо на севере Перу. Этот город в 1824 г. превратился в настоящий арсенал. Женщины шили мундиры, пончо, одеяла. Население собирало также железо и чугун для изготовления снарядов и подков. Копья и другое холодное оружие поставлял Гуаякиль (совр. Эквадор). Боливар снизил жалование солдатам, рекрутировавшимся из местного населения, но выплачивал его регулярно. Для сбора средств на содержание армии он конфисковывал собственность испанцев и их пособников, брал в казну церковную утварь.5

В феврале-марте 1824 г. небольшими группами стало прибывать подкрепление из Колумбии. Часть колумбийцев под командованием генерала Сукре и генерала Вальдеса прибыла в Перу еще в 1823 г. (около 4500 чел.), но к маю 1824 г. их оставалось (вследствие высокой смертности) не более 1500 чел. Перед походом солдаты Освободительной армии тренировались на длительные переходы в специальных горных лагерях в Ка-хамарке и Уамачуко. К маю 1824 г. вся армия Боливара сосредоточилась в долине Уайлас, орошаемой рекой Санта и ручьями, стекающими с Кордильер. Долина с мягким климатом была связана хорошими коммуникациями как с г. Трухильо, так и с Уануко (центры поддержки армии). Это было удобное место как для наступления, так и для отступления армии в случае неблагоприятного развития военно-политической ситуации. Дело в

том, что ситуация в стане роялистов, закрепившихся в трех крупных городах юга Перу (Арекипа, Куско, Уанкайо), была не ясна. В Верхнем Перу восстал генерал Оланьета (декабрь 1823 г.), ранее поддерживавший роялистов, и было известно, что армия генерала Вальдеса направилась туда. Но результаты похода, как и последующие планы роялистов, были пока неизвестны. К тому же Боливар узнал о походе Вальдеса в Верхнее Перу слишком поздно и уже не мог воспользоваться благоприятной ситуацией. К тому же начало кампании сдерживал сезон дождей.

Между тем стратегический план Боливара состоял в том, чтобы освободить плодородную и богатую провинцию Хауха, разбив закрепившегося там генерала Кантера-ка, а затем двинуться в Куско и Арекипу, т. е. разгромить роялистов по частям. Генеральное сражение заранее не планировалось, хотя Боливар хорошо знал стратегию и тактику, применяемую европейцами в войнах начала XIX в. Однако в специфических условиях Южной Америки, особенно Перу, самой гористой страны в мире, и испанцы (роялисты), и патриоты (армия Боливара) предпочитали неожиданные атаки и нападения (ataque de sorpresa), т.е. партизанские методы борьбы. В условиях высокогорья это была наиболее приемлемая тактика, которой за годы войны на независимость овладели обе стороны.

Стратегический план испанцев к весне-лету 1824 г. состоял в следующем: они хотели соединить три армии и через Серро-де-Паско (в этом районе сходятся горные хребты Центральной и Западной Кордильеры), прорваться к Лиме и Кальяо, пока армия Боливара еще окончательно не сформировалась. Но эти планы сорвало выступление генерала Оланьеты в Верхнем Перу. Начало кампании против Боливара было временно отложено. Только узнав о том, что Вальдесу и Оланьете удалось договориться (9 марта 1824 г. был подписан Тарапайский договор, по которому Оланьета обещал роялистам помощь), генерал Хосе де Кантерак начал движение своей армии из провинции Хауха в центральные районы. Он хотел разбить Освободительную армию Боливара (точных данных о ее численности и местонахождении у него в этот момент не было). При этом он рассчитывал на поддержку в случае необходимости Ла Серны и Вальдеса. Впрочем, даже без Ла Серны и Вальдеса его армия была достаточно сильной (7000 чел. пехоты и 1300 чел. кавалерии) против 6802 чел. армии Боливара (из них кавалерии - около 1000 чел.). Данные о численности противоборствующих группировок весьма противоречивы, по некоторым сведениям у Боливара в мае 1824 г. было около 8000 чел.6

В июле 1824 г. армия Боливара начала один из труднейших в войне за независимость переходов по пересеченной местности, который в Европе считался бы невозможным. В авангарде двигался генерал Сукре. Он строил в горах укрытия для солдат, оставлял склады с продовольствием. Следом, во главе основных сил, шел Боливар. Солдаты ехали на мулах, ведя на привязи боевых коней, навьюченных оружием и боеприпасами. За армией следовало несколько сотен индейцев-носильщиков. Армия вытянулась в цепочку. Изредка встречались убогие индейские селения. Когда армия поднялась на высоту 3 тыс. м, горные проходы заполнились туманом. Трубачи, подавая сигналы, помогали солдатам не сбиться с пути. 29 июля 1824 г. (почти через месяц после начала похода), перевалив высоты в 5 тыс. м, армия патриотов вышла на равнину в районе Серро-де-Паско.

В 9 лигах (около 50 км) от Серро-де-Паско 2 августа 1824 г. состоялся смотр войск Боливара. Они состояли из уроженцев Каракаса, Панамы, Кито, Лимы, Буэнос-Айреса, Чили; жителей степей Венесуэлы (льянерос), лесов Эквадора и пампы Аргентины. Это были как закаленные бойцы - участники сражений при Бояке (1819), Карабобо (1821),

Пичинче (1822), Майпу (1819), так и новички, набранные в армию Боливара совсем недавно. Среди участников похода Освободительной армии были иностранные волонтеры, участники наполеоновских войн, люди, прибывшие в Испанскую Америку из России, Италии, Ирландии, Англии и других стран.

Грозную силу представляла кавалерия Боливара, которая состояла в основном из природных конников - льянерос Венесуэлы и гаучо аргентинской пампы. Все они были опытными воинами. Командующий испанскими войсками в Венесуэле генерал Мори-льо писал о них так: «В течение 15 минут 2 или 3 тыс. всадников переходят реку как по мосту... Наши войска не способны поспевать за ними».7 Не имели опыта боев перуанские эскадроны, но их возглавляли опытные офицеры, такие, как Некочеа, Миллер, Суа-рес, служившие примером мастерства и мужества. Таким образом, 2 августа 1824 г. Боливар утвердился в мысли, что его армия готова к решающим боям с противником.

3 августа 1824 г. освободительная армия выступила из Серро-де-Паско и двинулась на юг двумя колоннами: пехота шла по горам, Боливар с кавалерией двигался по равнине. Армия направлялась к лагуне Рейес, обходя ее с запада. На марше Боливар узнал от своей разведки, что навстречу ему по восточному берегу лагуны движется испанская армия во главе с генералом Кантераком. Последний двигался в сторону Серро-де-Паско с юга из Уанкайо, где находилась штаб-квартира его армии. 2 августа 1824 г. он расположился лагерем в Тарме. Он не знал, где находится Боливар, поэтому решил оставить часть пехоты (примерно 7000 чел.) и 8 артиллерийских орудий в Тарме, а сам с кавалерией (примерно 1300 всадников) и другой частью пехоты (примерно 700 чел.) направился на разведку. 5 августа Кантерак с удивлением обнаружил (армии находились в пределах видимости), что противник продвигается ему навстречу по противоположному берегу. Испанский генерал понял, что его кавалерию и пехоту могут отрезать от основных войск в Тарме. Поэтому он решил исправить ошибку и, мгновенно развернув своих всадников, вернулся к базовому лагерю. Это движение противника с гор наблюдал Боливар, уже решивший вступить в бой. Он приказал своей кавалерии выдвинуться и, обогнав Кантерака, принудить его к сражению.

У испанского генерала была возможность уйти от сражения, так как он опережал противника. Но Кантерак был настолько уверен в своей кавалерии, что решил принять вызов Боливара. Более того, он отказался от услуг своей пехоты, предложив ей продолжать двигаться к базовому лагерю. Кантерак развернул свою кавалерию и первым вырвался на равнину Хунина. Здесь днем 6 августа 1824 г. состоялось первое крупное сражение перуанской кампании Боливара, которое явилось прологом битвы при Аякучо.

Армия Боливара начала сражение в неблагоприятных условиях и вопреки сложившимся к тому времени правилам военного искусства. Дело в том, что кавалеристы патриотов были вынуждены вступать в бой поэскадронно, так как попадали на равнину через узкий проход между горами и топями, в то время как кавалерия Кантерака уже развернулась в боевой порядок и пошла в атаку. Впрочем, у роялистов тоже были трудности: гусары и драгуны Кантерака (6 эскадронов драгун и 2 эскадрона гусар) начинали атаковать противника с расстояния почти в 2 км. К моменту боевого соприкосновения с противником лошади теряли силу, а всадники - возможность для маневра.

Тем не менее «колумбийские гренадеры» и «гренадеры Анд», первыми подвергшиеся атаке роялистов, используя только холодное оружие (копья, пики, сабли) под командованием Брауна, Некочеа и Миллера, проявляя чудеса храбрости и мужества, сумели выстоять. Некочеа, получив семь ран, попал в плен. Дрогнули и побежали лишь новички - 2-й и 3-й перуанские эскадроны, неудачно введенные в бой. Боливар прика-

зал им фланкировать испанцев слева, но этот маневр был невозможен из-за скорости, с которой атаковала испанская кавалерия.

Испанцы уже считали сражение выигранным, когда в бой совершенно неожиданно (и по некоторым источникам по собственной инициативе) вступили находившиеся в резерве еще два перуанских эскадрона под командованием аргентинца Суареса. Они атаковали арьергард противника с флангов. Эта внезапная атака и решила исход полуторачасового сражения, поскольку привела роялистов в замешательство и дала возможность патриотам перестроиться. Испанцы дрогнули и в беспорядке стали покидать поле боя. Боясь окончательно потерять свою кавалерию, Кантерак приказал своим войскам отступить. Впрочем, его отступление было больше похоже на бегство. Под покровом ночи его кавалерия добралась до базового лагеря (160 км от поля боя) и оттуда вся армия форсированным маршем направилась в сторону Куско, остановившись на краткий отдых лишь 17 августа 1824 г. При переходе роялисты потеряли 1/3 личного состава, часть оружия и провианта. Позднее Кантерак признался, что после Хунина его охватила паника и он совершенно потерял голову.

В сражении при Хунине, длившемся 1,5-2 часа, не прозвучало ни одного выстрела. Использовалось только холодное оружие. Со стороны патриотов в нем участвовали (по данным перуанского исследователя Р. Угарте):

«Гренадеры Анд» - 122 чел. (потери в бою: убитых - 8; раненых - 16);

«Гренадеры Колумбии» - 205 чел. (убитых - 11; раненых - 29);

«Гусары Колумбии» - 384 чел. (убитых - 3; раненых - 8);

«Кирасиры (гусары Хунина)» - 19 чел. (убитых - 23; раненых - 8);

Всего 1240 чел. (из них убито - 45, ранено - 98 чел.).

Роялистская конница насчитывала (на начало сражения) 1300 чел. Их потери (убитыми и ранеными) - 19 офицеров и 235 солдат. Кроме того, в плен попало 80 чел. По мнению некоторых историков (в частности, Р. Угарте), «непобедимая« роялистская кавалерия, в которую так верил Кантерак и которой давал высокую оценку сам Боливар, была фактически обескровлена при Хунине.8

Паническое бегство армии Кантерака резко изменило стратегическую ситуацию. Моральный дух роялистов после этого поражения был серьезно подорван. Началось массовое дезертирство. Но вице-король Ла Серна решил продолжить кампанию, хотя и изменил ее план. Вальдес был отозван из Верхнего Перу. Роялистская армия сосредотачивалась в районе древней перуанской столицы Куско с тем, чтобы общими усилиями противостоять армии Боливара, которая уверенно продвигалась на юг, отвоевывая у испанцев плодородную провинцию Хауха.

В Лиматамбо (недалеко от Куско) Ла Серна соединился с генералами Кантера-ком и Вальдесом и взял командование объединенной испанской (роялистской) армией на себя. В августе 1824 г. испанская армия состояла из трех дивизий пехоты под командованием генерала Вальдеса, маршалов Д.А. Монета и А. Гонсалеса Вильялобоса. Генеральный штаб возглавлял генерал Кантерак, его заместителем был генерал Карратала. Кавалерия делилась на две бригады. Общее командование ею осуществлял Террас, первой бригадой командовал Гарсия Камба, второй - Бедова. В целом в испанской армии насчитывалось около 10 тыс. чел. личного состава, в том числе - 1600 кавалеристов и 14 артиллерийских расчетов. Такую статистику дает перуанский историк Р. Угарте.9 По другим сведениям, в роялистской армии в августе 1824 г. насчитывалось 9,3 тыс. чел. (Д. Линч) или 9130 чел. (С. Мадарьяга)10. Главная проблема испанцев состояла в том,

что их армию на 3/4 входили местные жители. Их боевые качества были превосходны, но особого вдохновения борьба с патриотами у них не вызывала. Перед Аякучо в испанской армии было лишь около 500 европейцев.

Армия патриотов имела меньшую численность. Накануне сражения при Аякучо у Сукре было около 5 тыс. чел. пехоты и приблизительно 1000 кавалеристов, часть из которых (эскадрон из Хунина) воевала на мулах, так как лошадей они потеряли во время ноябрьских стычек 1824 г.

После Хунина Боливар не преследовал отступающего противника. Он со своей армией медленно продвигался на юг, по дороге не встретив ни одного роялиста, и уже 14 августа 1824 г. находился в Уанкайо, бывшей штаб-квартире генерала Кантерака. 19 сентября 1824 г. войска патриотов остановились в Сорайя Ламбрана (Soraya Lambraña) на берегу реки Апуримак (Apurimac). 6 октября 1824 г., ознакомившись с местностью и получив данные разведки, С. Боливар принял решение о необходимости создания резервной армии для решающего сражения. К тому же ему стало известно об осложнении политической ситуации на севере Перу и в Великой Колумбии. Поэтому он решил оставить армию на генерала Сукре, а сам отправился на побережье. Он постоянно поддерживал связь с Сукре через партизан, которому была предоставлена свобода оперативных действий. Однако Боливар запретил ему делить армию на части и приказал перейти к оборонительной тактике до подхода подкрепления.

В октябре-ноябре 1824 г. Боливар с дивизией Урданеты действовал в районе Лимы, поначалу довольно неудачно. Только 7 декабря 1824 г. ему удалось взять этот город окончательно. Кальяо пока оставался в руках роялистов (капитулировал после длительной и кровопролитной осады 23 января 1826 г.), и об отправке подкреплений генералу Сукре пришлось забыть.

В сущности, после отъезда Боливара Сукре приходилось самостоятельно принимать решения. Однако он скрупулезно выполнял главное распоряжение Боливара - не .начинать наступление, пока силы сражающихся сторон не будут равны. Во всяком случае, он не торопился. Его армия заняла хорошие оборонительные позиции в Андауай-ласе.

Между тем Ла Серна начал наступательную операцию. 22 октября 1824 г. его армия вышла из окрестностей Куско, 25 октября он пересек реку Апуримак в районе г. Агча (Agcha) и двинулся к г. Матара, где в это время находился передовой отряд армии Сукре. Главная задача испанцев состояла в том, чтобы окружить армию патриотов, отрезав ее от Лимы, и лишить Боливара возможной помощи, уничтожить, а затем соединиться с испанскими гарнизонами в Лиме и Кальяо, решив таким образом исход военной кампании в свою пользу.

Только 2 ноября 1824 г. Сукре узнал о движении испанских войск, однако он пока не разгадал их плана. Первоначально он считал, что Ла Серна просто обойдет его и двинется прямо к побережью на помощь Лиме. Поэтому он через связных предложил Боливару разделить свою армию: часть оставить в Андауайласе, а с частью выйти навстречу противнику Его план базировался на том, что в количественном отношении его силы и силы Ла Серны были приблизительно равны, что не соответствовало действительности. Но Боливар запретил делить армию и приказал медленно отступать к Лиме, изматывая противника. Ни он, ни Сукре пока не видели возможности для участия в генеральном сражении.

Между тем Ла Серна в первую очередь стремился разгромить армию Сукре, загнав его в ловушку. В течение месяца армии двигались параллельно друг другу по раз-

ным берегам рек Апуримак и Пампас. Длительными переходами и мелкими стычками на сильно пересеченной горной местности Сукре изматывал силы противника, незаметно ускользая от испанцев, когда им казалось, что он уже у них в руках. Например, 20 ноября 1824 г. обе армии находились в непосредственной близости друг от друга, разделенные лишь рекой Пампас. Роялисты в Уаманге, а Сукре - в Урипе. Вице-король надеялся, что патриоты перейдут на левый берег реки, где он их и атакует. Но Сукре 24 ноября занял высоты Бомбон, на штурм которых Ла Серна не решился, а 30 ноября скрытно, под покровом ночи, перешел реку там, где его не ожидали, и ушел на север, сорвав планы роялистов.

Местность, по которой передвигались обе армии, - одна из самых гористых в мире и находится на высоте 3-4 тыс. м над уровнем моря. Это ограничивало возможности для маневра. Порой, хотя расстояние по прямой между армиями было незначительным и они видели друг друга, нужно было много времени, чтобы выйти на контакт с противни-

Итак, Сукре переместился с правого берега реки Пампас на левый. 2 декабря 1824 г. обе армии находились в районе Матара. Сукре продолжал движение на север (в Тамбо Кабальо), но чтобы прибыть туда, было необходимо пересечь ущелье (quebrada) Коль-пауайко (Colpahuaico), которое перерезает дорогу от реки Пампас в Аякучо. Именно в районе этого ущелья авангард генерала Вальдеса настиг армию Сукре. Вальдес со своей кавалерией напал на патриотов, когда большая часть их пехоты и кавалерия уже прошла опасный участок (desfiladero). Удар пришелся по небольшой группе стрелков-пехо-тинцев (rifles) под командованием Варгаса, которая и приняла бой, дав возможность остальной армии уйти. Стрелки потеряли около 300 чел. и одно из двух артиллерийских орудий. Потери роялистов в этой стычке составили около 30 чел.

Это был, несомненно, неприятный для патриотов инцидент, но не катастрофа (есть и такие оценки). Они продолжили путь. 4 декабря Сукре расположился на равнине Тамбо Кабальо, ожидая боя. Но Ла Серна обошел его. Сукре пытался атаковать, но испанцы не приняли бой. Они двигались к холмам (высотам) Кундуркунки (Cundurcunca). 6 декабря 1824 г. армия Сукре уже находилась на плато Кинеа (Quinea).

Ла Серна в это время ушел вперед по другой дороге, обошел армию Сукре и сумел занять Уамангилью (Huamanguilla), таким образом он отрезал армии патриотов путь на север. Генеральное сражение становилось неизбежным, хотя согласно многочисленным мемуарам обе стороны не очень его желали.

Но у Сукре в сущности уже не было выбора: впереди - на высотах Кундуркунки -испанцы (и выбить их оттуда не представлялось возможным); позади - индейские деревни, враждебно настроенные по отношению к Освободительной армии (они даже сожгли несколько мостов через пропасти). Итак, Сукре в течение 30 дней отступал, избегая окружения. Ла Серна преследовал его, не вступая в крупные сражения. То есть в период с 20 октября по 9 декабря 1824 г. армии маневрировали, двигаясь параллельно друг другу, вступая в стычки, но избегая решающего сражения. Обе армии были измотаны длительным и сложным переходом.

7 и 8 декабря Ла Серна и Сукре готовились к генеральному сражению, хотя и тот, и другой до последнего момента продолжали сомневаться в необходимости его осуществления именно в этом месте и именно в это время.

Дело в том, что равнина (а вернее, горное плато) Аякучо (по индейски «Угол мертвых»), протянувшаяся с востока на запад (около 2 км в длину) у подножья горной цепи Кундуркунки на высоте 3400 м, была не очень удобна для генерального сражения. Пла-

то было ограничено с двух сторон глубокими пропастями: одна - глубокая и непроходимая; другая - менее глубокая, но с ответвлениями, делящим равнину на две части.

Загнанный на это небольшое плато, Сукре мог подготовить свою сильно сократившуюся армию (5700 чел.) только для обороны. Для наступления местность ему возможности не предоставляла: выбить противника с высот, наступая из низины, было практически невозможно. Но и роялистам было сложно выстроить в линию для наступления свою пехоту и кавалерию и закрепить на подходящих позициях артиллерию. Кроме того, Сукре имел защищенный ущельем правый фланг, а слева - пампа (степь), хотя и сильно пересеченная, давала некоторые возможности для защиты и контратаки.

JIa Серна - командующий испанскими войсками (9300 чел.), несмотря на сложности, связанные с закреплением артиллерии на огневых позициях, а также с действиями кавалерии, вынужденной наступать, спускаясь со склонов гор в беспорядке (используя рассыпной строй) и медленно, все же принял решение, что будет придерживаться наступательной тактики.

Сукре решил действовать на контратаках.

Сражение началось 9 декабря 1824 г. в 10.30 утра. Патриоты были в темных пончо (накидках) и издали армия Сукре была похожа на армию монахов. Роялисты были одеты в форму разных цветов и Ла Серна мог легко различить полки во время боя. Море золота и серебра, красочных знамен и стягов - такой предстала армия роялистов перед патриотами. Испанцы демонстрировали своим противникам отличную дисциплину, боевую выучку и желание непременно победить.11

Следуя утвержденному плану, первыми пришли в движение роялисты. Ла Серна приказал генералу Вальдесу занять правый фланг; Монет с основными силами расположился в центре, а Вильялобос - на левом фланге, поддерживаемый эскадроном кавалерии. Генерал Кантерак с остатками кавалерии и двумя батальонами из Хероныбыл в резерве. Артиллерия, еще не развернутая, находилась в арьергарде Вильялобоса за исключением нескольких орудий, которые взял с собой генерал Вальдес. План роялистов был прост: Вальдес должен был атаковать левый фланг противника и загнать его в центр, в это время Вильялобос должен был атаковать правый фланг патриотов, таким образом они собирались взять армию Сукре в клещи. Задача Монета с основными силами состояла в том, чтобы добить бегущего ему навстречу противника.

Расположение войск Сукре перед боем было следующим: Ла Map с дивизией перуанцев находился на левом фланге армии; Кордоба занимал правый фланг; в центре -Лара с пехотой, усиленной с флангов кавалерией. Артиллерии у патриотов не было, если не считать единственную уцелевшую после месячного перехода по горам пушку

Вся тяжесть битвы ложилась на левый фланг и бойцов Ла Мара, которым первым пришлось принять удар закаленных в боях батальонов пехоты Вальдеса, усиленных кавалерией и артиллерией. Первыми приняли удар партизаны полковника Карреньо (coronel Carreno). Они стояли насмерть. Им особенно тяжело было устоять под натиском кавалерии и огнем артиллерии. Сам полковник погиб.

Ла Серна первоначально приказал Вильялобосу (левый фланг испанцев) не начинать атаку до тех пор, пока Вальдес не завершит фланкирование патриотов, но из-за интенсивного артиллерийского оружейного огня и сложного рельефа местности Вильялобос не видел передвижений Вальдеса. Поэтому он отдал приказ своим войскам наступать раньше времени. В атаку пошел батальон Р. де Селиса. Увидев это, Сукре приказал Кордобе начать контратаку, окружить левый фланг роялистов и разбить эту часть испанской армии. Одновременно он послал помощь Ла Мару. Это были батальоны пехо-

тинцев Варгаса и «победителей Бояки». С их помощью удалось приостановить наступление генерала Вальдеса.

Кордоба между тем не только рассеял батальоны Вильялобоса, но ответил интенсивным огнем на огонь батальонов Монета, которые еще не завершили спуск на плато с высот Кундуркунки. На помощь роялистским пехотинцам пришла кавалерия Терраса. Но она была контратакована кавалерией патриотов под командованием Миллера, которая саблями наголо рассекла ряды роялистской кавалерии и отогнала ее к краю пропасти.

С этого момента отступление роялистов стало всеобщим. Напрасно генерал Кан-терак со своими резервами пытался выровнять линию испанских войск. Его солдаты не выдерживали натиска кавалерии Кордобы и Миллера и в беспорядке отступали. Сам вице-король, вынужденный в сложившейся обстановке сражаться как простой солдат, весь израненный, ретировался с поля боя.

Несомненно, центральным звеном победы патриотов, ее осью, являлись три перуанских батальона во главе с генералом Ла Маром, долго сдерживавшие натиск Вальдеса. Именно они сорвали первоначальный замысел роялистов, в случае осуществления которого шансы на победу у роялистов многократно бы возросли. Очень важно, что Сукре сумел использовать эту стойкость своих солдат и вовремя ударил сначала по правому флангу, а затем по центру испанских войск. При этом он очень верно сделал ставку на свою кавалерию, которая могла легче и быстрее, чем пехота, окружить противника на поле боя, а затем и продвинуться дальше через расщелину на плато и загнать противника за высоты Кундуркунки.

Роялисты перед сражением и во время него допустили много ошибок, которыми не преминул воспользоваться генерал Сукре. В частности, они не использовали ночь для того, чтобы спуститься пониже к плато и выбрать более подходящие позиции для артиллерии. Пушки, находившиеся в арьергарде у Вильялобоса, практически оказались бесполезными, поскольку лишь как только артиллеристы начали их разворачивать в сторону противника, они тут же были атакованы патриотами и им пришлось защищаться холодным оружием. Преждевременная атака Р. де Селиса и в целом правого фланга испанцев привела не только к его разгрому, но и помешала генералу Монету (в центре позиции) хорошо подготовиться к атаке. Его батальоны еще не вышли на плато и не выстроились, а уже были атакованы противником.

Генерал Вальдес дольше всех сопротивлялся со своими солдатами, которых он постарался выстроить в форме молота,. Но вскоре и его солдаты были вынуждены сдаться.

Но даже после этого (а сражение по разным сведениям длилось от 1,5 до 3 ч) у испанцев еще была возможность к сопротивлению. У генерала Кантерака, принявшего на себя командование после ранения Ла Серны, было в резерве еще около 200 кавалеристов и около 2000 пехотинцев. Однако, посоветовавшись с другими офицерами, он принял решение о капитуляции прежде всего из-за низкого морального духа своей армии. Уже в ходе сражения многих воинов приходилось возвращать на поле битвы буквально силой. Бесперспективность дальнейшей борьбы для многих роялистов была очевидна: ведь помощи ждать было неоткуда. Метрополия давно уже переживала не самые лучшие времена. Последняя помощь из Испании пришла в 1818 г.

Потери с обеих сторон в ходе сражения были большие: у патриотов - 300 убитых (из них 9 офицеров) и 619 раненых (из них 51 офицер). У роялистов (по сообщению генерала Сукре) общие потери равнялись 1400 чел., по другим сведениям - 2500 чел. Кроме того, в плен к патриотам попало около 1400 чел. во главе с вице-королем Ла Серной. По другим сведениям было пленено около 2000 солдат и 583 офицера.12

Победа досталась патриотам дорогой ценой, но конечный результат, несомненно, был впечатляющим. Воевали солдаты Сукре с воодушевлением и отвагой. «Гусары Ху-нина», например, начали сражение на мулах, поскольку они потеряли лошадей во время мучительного перехода по горам, а затем в ходе боя они захватывали лошадей у противника. Следует согласиться с теми историками, которые считают поражение испанцев под Аякучо, с одной стороны, следствием безнадежности дела роялистов, а с другой -результатом тактических усилий Сукре.

Акт о полной и безоговорочной (amplia u generosa) капитуляции армии роялистов был подписан 11 декабря 1824 г. недалеко от Аякучо. Он предполагал прекращение военных действий испанской армией на всей территории Перу (в том числе и в Верхнем Перу). Испанцам разрешалось свободно покинуть территорию Америки. Все пленные были освобождены и им позволено уехать на Родину или вступить в армию патриотов. Оружие и боеприпасы сдавались армии Боливара. Кальяо и другие военные гарнизоны также должны были капитулировать.

Таким образом, в ходе сражения при Аякучо была разгромлена последняя крупная группировка испанских войск на Американском континенте. И хотя далеко не все роялисты признали акт о капитуляции (сопротивлялся испанский гарнизон в Арекипе; генерал Оланьета в Верхнем Перу еще не сложил оружие; держал осаду гарнизон в Кальяо; еще предстоял поход Сукре в Верхнее Перу), однако перспектив у роялистов в Америке уже не было. После Аякучо исход войны за независимость в Испанской Америке был решен окончательно в пользу испаноамериканцев. Таково было стратегичес кое значение битвы при Аякучо, которую сам Боливар считал «своего рода Ватерлоо войны за независимость».13

Боливар, осуществлявший общее руководство кампанией, узнав о победе Сукре 16 декабря 1824 г., был счастлив. Он заявил: «Солдаты! Вы дали свободу Южной Америке. Четвертая часть мира стала памятником вашей славе1,1. За эту победу Сукре получил звание маршала. Повышение по службе получили и другие участники сражения: геыералы Лара и Кордоба, например, стали бригадными генералами. Кроме того, декретом от 27 декабря 1824 г. Боливар распорядился поставить на поле Аякучо памятную стеллу в честь победителей, которая стоит там до сих пор.15

1 ЛинчДж. Революции в Испанской Америке.1808-1826. М., 1979, С. 376

2 Лаврецкий И.Р. Симон Боливар.М., 1965; Гусев В. Горизонты свободы: повесть о Симоне Боливаре. М., 1980; Симон Боливар: история и современность. М., 1986; MasurG. Simon Bolivar. Albuquerque, 1948; Madariaga S. Bolivar: Vida у obra: 2 t. Madrid, 1984 etc.

3 Подробнее см.: Diaz Bermudes.Jose F. Sucre, gran mariscal de America. Caracas, 1996.

4 Симон Боливар. Избр. произв. 1812-1830. М„ 1983 .С. 117, 121.

5 Лаврецкий И.Р. Симон Боливар. С. 204.

G Ruben Vargas Ugarte SJ. Historia general del Peru. Lima, 1971. Т. VI. P. 353-354; ЛинчДж. Указ. соч. С. 376. 7 Madariaga S. Bolivar... Т. II. P. 230. s Ruben Vargas Ugarte SJ. Op. cit. P. 340.

9 Ibid. P. 345.

10 ЛинчДж. Указ. соч. С. 282; Madariaga S. Op. cit. Т. II. P. 252. " Madariaga S. Op. cit. Т. II . P. 247-248.

12 Ibid. P. 256; Ruben Vargas Ugarte SJ. Op. cit. Т. VI. P. 363.

13 Боливар С. Указ. соч. С. 121. и Там же. С. 116.

15 Ruben Vargas Ugarte SJ. Op. cit. Т. VI. P. 368. Статья поступила в редакцию 29 июня 2006 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.