Научная статья на тему 'Исследование рыночных взаимодействий на основе контрактного подхода'

Исследование рыночных взаимодействий на основе контрактного подхода Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

CC BY
335
29
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
КОНТРАКТ / ОТНОШЕНИЯ / ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ / СУБЪЕКТ / РЫНОК

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Коршунова Г.В.

Многообразие контрактных отношений рассмотрено с позиций институциональной экономики. Возможность управления взаимодействием экономических агентов предлагается определять на основе выявления специфики поведения участников имплицитных контрактов. Определен диапазон управляющего воздействия в рамках контрактной формы взаимодействия субъектов рынка. Рассмотрен механизм разрешения конфликтов, возникающих при выполнении контрактов.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Коршунова Г.В.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Исследование рыночных взаимодействий на основе контрактного подхода»



ИССЛЕДОВАНИЕ РЫНОЧНЫХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ НА ОСНОВЕ КОНТРАКТНОГО ПОДХОДА

Г. В. КОРШУНОВА,

кандидат экономических наук, заведующая кафедрой финансов и кредита E-mail: korshunova_gv@mail.ru Всероссийский заочный финансово-экономический институт, филиал в г. Туле

Многообразие контрактных отношений рассмотрено с позиций институциональной экономики. Возможность управления взаимодействием экономических агентов предлагается определять на основе выявления специфики поведения участников имплицитных контрактов. Определен диапазон управляющего воздействия в рамках контрактной формы взаимодействия субъектов рынка. Рассмотрен механизм разрешения конфликтов, возникающих при выполнении контрактов.

Ключевые слова: контракт, отношения, взаимодействие, субъект, рынок.

Наиболее распространенным подходом к изучению рыночных параметров является применение положений теории всеобщего равновесия, однако при таких методологических посылках не рассматриваются стратегические взаимодействия между экономическими агентами (например, в рамках модели Эрроу — Дебрэ) [5]. При использовании методологии теории всеобщего равновесия контракты сводятся к соглашениям относительно количества товаров и цен на них, причем цены задаются извне неким «аукционистом», который не преследует собственных интересов. Не предполагается и коммуникаций между экономическими субъектами. При принятии решений субъектами рынка используется информация о ценах. Если учитывается фактор времени, то предположение относительно полноты рынков для набора различных благ, определяемого по физическим, географическим и другим значимым характеристикам, позволяет агентам принять раз и навсегда решение о производстве и потреблении, причем предполагается полная определенность параметров рынка. Учитывая различные состояния рынка, можно

получить значения количества и цены товаров на каждый момент времени с учетом варианта развития ситуации. Такой подход не позволяет изучить контрактные формы взаимодействия экономических субъектов, поскольку предполагается, что контракты между ними заключаются заочно. Поэтому для каждого участника обмена не имеет значения, с кем он заключает сделку, все проблемы координации оказываются решенными вне пространства контрактов.

Реальное функционирование рынков отличается от интерпретации рынка в теории всеобщего равновесия. Прежде всего, это отличие заключается в том, что реализация контрактных отношений между субъектами рынка существенном образом зависит от используемой информационной базы. Причем качество информации определяется характером коммуникаций субъектов. Взаимоотношения между сторонами контракта предполагают наличие явных, целенаправленных коммуникаций, осуществляемых однократно или многократно в зависимости от типа контрактных отношений.

Применение контрактов для координации действий экономических агентов связано с необходимостью повышения эффективности экономического обмена. Реализация экономической политики предприятия требует определения последствий выбора различных контрактов. С этой точки зрения целесообразно разграничить контракты на эффективные и ограничивающие взаимодействие экономических субъектов.

При анализе взаимодействия фирмы с другими субъектами рынка возникает вопрос о выборе оптимальной формы контракта, причем многообразие контрактных отношений связано с многообразием

трансакционных издержек. В этом случае необходимо рассмотреть контракт как варианты процесса купли-продажи.

В неоинституциональной теории в зависимости от ситуаций, при которых взаимодействия субъектов рынка осуществляются на основе контрактных отношений, требующих обеспечения координации их действий, рассматривается три основных типа контрактов [1, 2, 4, 5]: классические, неоклассические и отношенческие, каждый из которых имеет свою преимущественную область применения.

Классический контракт носит безличный характер, его отличительной чертой является присутствие четко оговоренных пунктов («если,...то»). Поэтому все возможные будущие события сводятся в нем к настоящему моменту. В классическом контракте не имеет значения личность контрагента — его участником может быть любой. Классический контракт связан со стандартными правилами оформления: зафиксированные условия сделки имеют в нем большую значимость, чем устные, т. е. основной акцент делается на формальные документы. С выполнением сделки он прекращает существование. Контракт носит двухсторонний характер: четко оговариваются санкции за нарушение условий контракта и все споры по нему решаются в суде.

Неоклассический контракт является долговременным контрактом в условиях неопределенности, поскольку не все будущие события могут быть оговорены в качестве условий при его подписании. Оптимальную адаптацию к некоторым событиям невозможно предвидеть, пока они не произойдут. Поэтому участники такого контракта соглашаются на привлечение третейской стороны, решение которой обязуются выполнить в случае наступления не оговоренных в контракте событий, поэтому контракт приобретает трехсторонний характер. Споры по нему решаются не судом, а органами арбитража.

Отношенченский (обязательственный) контракт формируется в условиях долговременных, сложных, взаимовыгодных отношений между сторонами. Решающую роль играет обоюдная заинтересованность в продолжении отношенческого контракта. Дискретность отношений, присущая двум предыдущим формам контрактов, полностью исчезает — отношения становятся непрерывными. Неформальные условия имеют перевес над формальными пунктами, иногда договор вообще не оформляется в виде документа. Личность учас-

тников приобретает решающее значение. Поэтому споры разрешаются не путем обращения к формальному закону или авторитету третейского лица, а в ходе неформальных переговоров, двухстороннего торга. Нормой, на которую ссылаются стороны, является не первоначальный контракт, а все отношения в целом.

Механизм управления договорными отношениями зависит от специфичности предмета контрактных отношений:

- безличный рыночный механизм, применяемый к одноразовым и повторяющимся сделкам с товарами стандартными;

- арбитраж, распространяемый на нерегулярные сделки с товарами средней и высокой степени специфичности;

- двухсторонняя структура управления, характерная для применения механизма управления регулярными сделками с товарами средней степени специфичности;

- унитарное управление (иерархия), отношения между участниками договора определяются прямыми командами и приказами, а не рыночными факторами.

Участники сделок, заменяя классический рыночный обмен более сложными формами контрактации (включая нерыночные способы экономической координации), с одной стороны, стремятся к монополизации и реализации своих целей, с другой — к минимизации соответствующих издержек.

Моделирование контрактных отношений целесообразно связать с реакциями фирм на меняющееся поведение взаимодействующих с ними экономическихагентов [3].

Наряду с целенаправленно передаваемой информацией, используемой в ходе заключения и реализации контрактов, имеется информация, никем специально не передаваемая. Субъект наблюдает окружающие его явления, события, процессы, воспринимает их, интерпретирует в рамках имеющейся у него общей модели мира, приписывает различным наблюдаемым феноменам те или иные смыслы, значения и т.п. [7]. Все эти процессы происходят как в ходе заключения, так и исполнения контрактов, поставляя их сторонам различные и несовпадающие данные о контрагенте, его намерениях, целях и возможностях. Кроме того, стороны определенного контрактного процесса одновременно могут быть участниками и других контрактных отношений, обладать различными качествами, которые так или иначе могут сказаться на рассматриваемом контрактном процессе. Поэ-

тому реальные контракты находятся в сложной сети межличностных отношений и могут как зависеть от них, так и влиять на них со своей стороны.

Как правило, при выполнении экономического анализа контрактов аналитики рассматривают лишь процесс контрактации, не уделяя должного внимания внешним обстоятельствам. Между тем зачастую постоянно приобретаемая участниками контракта информация, влияющая на принятие ими решений, оказывает не меньшее влияние на их поведение, чем заключенный контракт. С этой точки зрения для исследования специфики контрактного процесса помимо традиционной классификации контрактов целесообразно учесть их разграничение на эксплицитные и имплицитные в соответствии с классификацией, предложенной В. Л. Тамбовцевым [7].

К эксплицитным относят те контракты, которые являются результатами сделок, т. е. проходят в процессе своего формирования те стадии заключения сделки, наличия которых требует классическая теория контракта.

К имплицитным контрактам относят интерпретации тех или иных действий сторон как стадий заключения сделки.

Рассмотрение различий эксплицитных и имплицитных контрактов необходимо для формирования механизмов разрешения конфликтов, которые могут возникнуть по ходу выполнения контракта.

Основанием для исполнения сторонами обязательств является соглашение (определяющее обязательства сторон), причем полнота его реализации зависит от следующих факторов:

- содержания принимаемых сторонами обязательств, которые они собираются выполнить в будущем;

- возможности отклонения будущих действий каждого участника от принятых в соглашении;

- степени согласованности и пропорциональности обязательств.

Источником возможных конфликтов сторон контракта является неопределенность перечисленных факторов. Различные обещания сторон, принимающих участие в контрактном процессе, могут возникать как в результате явного общения сторон в процессе различных стадий заключения сделки, так и в результате влияния традиций, обычаев, прошлого опыта поведения в похожих ситуациях (социальных факторов).

Стороны могут иметь совпадающее понимание их обязательств в случае двух форм контракта: социального или обязывающего [7].

Социальные контракты — нормативные, разделяемые конкретными группами субъектов коллективные убеждения относительно приемлемого поведения в рамках некоторых социальных общностей. Нормы обмена, взаимности или социально одобряемого поведения могут создавать обязательства между группами работников или между организациями. Такие социальные контракты вводятся в действие культурой.

Обязывающие контракты — оплачиваемые обязательства, когда обещания будущего поведения предлагаются в обмен на определенные платежи. Если социальные контракты закреплены процессом социализации или принятием в члены какой-либо социальной общности, то в обязывающие контракты вступают добровольно.

Поэтому, если обязывающие (эксплицитные) контракты — взаимные обещания, даваемые сторонами друг другу и вырабатываемые в ходе общения в процессе заключения сделки, то социальные (имплицитные) контракты — это ожидания, возникающие из субъективных (хотя и социально обусловленных) интерпретаций поведения сторон (или одной стороны) каким-либо наблюдателем (в частности, участником заключения эксплицитного контракта).

Имплицитная составляющая может существовать у любого эксплицитного контракта. Для ее появления любой из сторон достаточно проинтерпретировать (понять, воспринять) какое-то из действий другой стороны как невысказанное явно — устно, письменно или общепринятым жестом — обещание, несмотря на то, что субъект такого действия отнюдь не полагал, осуществляя его, что он не вкладывал в это действие подобное значение, т. е. не считал его знаком.

В связи с этим вводится разграничение индивидуальных, групповых и социальных (в узком смысле) имплицитных контрактов [7].

Индивидуальный имплицитный контракт — односторонние ожидания заинтересованного индивида относительно действий другой стороны, базирующиеся на понимании первым некоторых актов поведения последней как сигналов об обещаниях, выполнение которых полезно (ценно) для данного индивида. Для индивидуального имплицитного контракта возможно наличие стороннего наблюдателя, который также истолковывает такие поведенческие акты как обещания.

Групповой имплицитный контракт — близкие или совпадающие ожидания относительно действий какого-либо индивида, разделяемые несколькими заинтересованными индивидами,

исходящими из сходной интерпретации таких действий как обещаний. При этом каждый из членов такой группы может выполнять роль стороннего наблюдателя по отношению к любому другому члену группы. В частности, в такую группу может входить и тот индивид, действия которого оцениваются (интерпретируются) другими как сигналы об обещаниях или обязательствах.

Существование группового имплицитного контракта предполагает наличие у участников соответствующей группы общих представлений (о ценностях, нормах, правилах поведения и т. п.). Такие представления, с одной стороны, являются основой для понимания поведенческих актов, а с другой — оказываются центральным звеном механизма принуждения к исполнению контракта, поскольку невыполнение обязательства понимается группой как нарушение групповой нормы и порождает с ее стороны санкции по отношению к нарушителю.

Групповые имплицитные контракты подразделяют на односторонние и взаимные. Для первых характерно невключение субъекта ожиданий в состав группы, имеющей общие представления, для вторых такой субъект — сразу или после разъяснений его неправоты — включен в состав лиц, разделяющих подобные представления. При этом для взаимных имплицитных контрактов характерно наличие выгодности для обеих сторон, исполнения ожиданий, которые имеют по отношению к ним их партнеры (эта выгодность носит сугубо субъективный характер и не должна сравниваться или сопоставляться).

Как правило, групповые имплицитные контракты возникают внутри организаций, среди групп, в течение довольно длительного времени осуществляющих ту или иную совместную деятельность, опосредуемую разнообразными формами общения, на базе которой и формируются упомянутые сходные представления индивидов об их нормах, ценностях ит. п.

Социальные имплицитные контракты (в узком смысле слова, для отличия их от социальных контрактов как синонимов имплицитных) отличаются от групповых лишь тем, что общие представления, на которых базируются соответствующие интерпретации и трактовки, разделяются не группой индивидов, длительно занимающихся какой-либо совместной деятельностью (прежде всего членами той или иной организации), а более широкой социальной общностью — населением какой-то территории или страны, социальной стратой ит.п.В остальном все сказанное относительно групповых имплицитных контрактов, включая их деление на односторонние

и взаимные, без изменений переносится и на социальные имплицитные контракты [7].

При применении контрактного подхода к управлению экономическими взаимодействиями субъектов рынка представляется целесообразным исходить из специфики имплицитных контрактов.

Контрактный подход можно определить как способ исследования экономического поведения, в рамках которого действия экономических агентов интерпретируются как обусловленные исполнением ими некоторых контрактных обязательств. Для этого целесообразно учитывать выделение трех типов имплицитных контрактов по способам управления ихреализацией [7]:

- управляемые участниками контракта;

- управляемые третьей стороной;

- управляемые организацией, создаваемой участниками контракта.

К первому типу могут быть отнесены те имплицитные контракты, участники которых имеют совпадающие или близкие ожидания относительно будущих действий друг друга, базирующиеся на тождественной интерпретации их поведения: то действие, которое одна сторона поняла как знак со стороны другого участника коммуникации, было предпринято последним именно в качестве сигнала первой стороне. Таким образом, ожидания в подобной ситуации в действительности являются обещаниями. Основой для такого совпадения могут выступать многие обстоятельства: единство культуры и прошлого опыта, совместный расчет на длительное будущее взаимодействие, отсутствие реальных возможностей выбора (предопределенность будущего) и т. п. Во всех обстоятельствах такого рода, независимо от причин, их порождающих, специфика такого имплицитного контракта определяет практическое равенство нулю соответствующих трансакционных издержек. Трансакционные издержки заключения имплицитного контракта и управления согласованностью поведения его участников не выделяются из состава затрат на выполнение ими тех или иных трансформационных действий по предоставлению взаимных обязательств. Если стороны не явно обменялись обещаниями или потому, что иного поведения они себе не представляют (ситуация отсутствия выбора или вынужденного выбора), то каждый из них будет выполнять обещанное, максимизируя собственную функцию полезности. Если же по ходу выполнения таких обещаний для каждого из участников становится ясно, что обещания (или хотя бы одно из них) невыполнимы, конфликт не

возникнет, ибо понимание такой невозможности возникнет у двух сторон.

Близость или тождество представлений, ценностей, знаний, интересов, желаний и т.п. участников соответствующего имплицитного контракта в явном виде невозможно зафиксировать никакому стороннему наблюдателю. Такой наблюдатель может только предположить, что в случаях, когда двое или несколько индивидов ведут себя согласованно без проведения предварительных переговоров, направленных на выработку плана или программы совместных согласованных действий, или без получения приказа извне, такая согласованность является следствием существования между ними единого понимания в течение определенного промежутка времени в рамках классического контракта.

Ко второму типу имплицитных контрактов можно отнести те из них, при невыполнении каких-либо условий которых пострадавшая сторона апеллирует к общественному мнению, суждению авторитетных участников группы, общепризнанной (по ее мнению) традиции, т. е. к обезличенной или персонифицированной третьей стороне, участие которой в контрактации и представляет собой определяющий признак неоклассического контракта.

Успешность коррекции поведения участников имплицитного контракта посредством управляющего механизма может варьировать в довольно широких пределах: от мгновенного исправления нарушения до полного игнорирования нарушителем неисполнения своих обязательств.

К третьему типу имплицитных контрактов относят те из них, управление осуществлением которых выступает функцией специально создаваемого обеими сторонами органа. Практически такого типа имплицитных контрактов не существует, поскольку создание регулирующего механизма предполагает явное и целенаправленное взаимодействие сторон, по определению отсутствующее в ходе заключения имплицитного контракта.

Таким образом, отличительной чертой имплицитных контрактов является неэффективность механизмов принуждения сторон к их исполнению, если речь идет об индивидуальных либо односторонних групповых и социальных контрактах. Даже в тех случаях, когда имплицитные контракты являются социальными контрактами в узком смысле слова, т. е. опираются на совокупность норм, присущих той общности, к которой принадлежат стороны, неформальный характер механизма управления выполнением означает нерегулярность

его действия. Механизм управления контрактными отношениями зависит от множества случайных обстоятельств и не предусматривает гарантий применения санкций к нарушителю ожиданий.

Напротив, взаимные имплицитные контракты, сочетающиеся с неформальными (и потому несозда-ваемыми специально, а существующими для участников таких контрактов как не зависимый от них элемент внешней среды) механизмами управления ими, можно считать высокоэффективными устройствами для координации действий субъектов [7].

Эта высокая эффективность связана с двумя факторами: во-первых, низкими трансакционными издержками, обусловленными отсутствием специальных действий по поиску партнера, ведению переговоров, измерению результатов и т. п., аво-вто-рых, отсутствием издержек сторон по управлению выполнением контракта. Если такие издержки возникают, то их принимают на себя другие субъекты, исполняющие соответствующую групповую или социальную норму через осуществление санкций по отношению к нарушителю имплицитного контракта. Тем самым трансакционные социальные издержки для взаимных имплицитных контрактов могут быть весьма значительными, что, однако, не будет непосредственно влиять на действия сторон, между которыми существует такой контракт. Такие издержки не связаны с расходованием тех ресурсов, которые принадлежат этим сторонам. Однако при частом воспроизведении конфликтных ситуаций при выполнении имплицитного контракта группа, несущая издержки по их урегулированию, может предъявить претензии источнику возобновляющихся конфликтов или же отказаться воздействовать на субъекта ожиданий такого индивида с целью превращения этих некорректных ожиданий в достоверные обещания.

Определение параметров подобного гипотетического контракта, выдвижение гипотез относительно возможных действий агентов, заключивших такой контракт, и их проверка составляют, соответственно, последовательные этапы реализации контрактного подхода.

Поиск оптимальной контрактации, в частности, отражает признание существования множества возможных структур контракта, влияющих на эффективность и издержки. Представляется полезным определить тип контракта, наиболее адекватный для заданной ситуации с точки зрения экономии трансакционных издержек.

В самой общей форме решение о заключении контракта представляет собой стандартный случай

дискретного выбора: стороны сделки заключат контракт, если ожидаемые от него выгоды (за вычетом трансакционных издержек) превышают выгоды от организации трансакции иным способом, что в математической интерпретации имеет следующий вид: С если V > V

в* =

(1)

С если V > V ,

а с а?

где О*- структура управления; Ос~ контрактация;

Оа - альтернатива заключению контракта; V и V- ожидаемые участниками контракта полезности от заключения контракта и от выбора альтернативы соответственно. Учитывая трудность оценки ожидаемых от сделки результатов, эмпирически проверяемая теория контрактации предполагает, что прибыли и издержки альтернативных управленческих структур можно было бы увязать с наблюдаемыми параметрами трансакции [9]. Чтобы устранить этот недостаток, предлагается добавить следующие уравнения:

Гс=Гс(Х,ес), (2)

(3)

где Х- вектор наблюдаемых атрибутов, влияющих на выигрыш от использования соответствующего способа организации; еси е - значения ошибок, которые могут быть вызваны либо упущенными исследователем переменными, либо искажениями в оценках действительных значений Уси Уа принимающего решения лица.

В линейной форме зависимости 2 и 3 имеют

вид:

Гс=$Х, + ес, (4)

У = аХ, + е, (5)

В результате появляется возможность записать вероятность выбора контрактации вместо альтернативного способа организации следующим образом:

Рг(&=в}=Рг(У>Уа) = Рг(еа-ес«ф-а)Х), (6)

где р - коэффициент, отражающий влияние контрактации на ожидаемый от сделки эффект; а - коэффициент, соответствующий альтернативному соглашению.

Когда р > а, стороны сделки остановятся именно на контрактации.

Необходимо составить прогноз изолированного влияния частных факторов (например, Р - а) на полезность, получаемую от взаимодействия, причем это прогнозирование потенциально предполагает знание формы функций У(Х, е).

Варианты возможного решения могут быть определены на основе использования положений теории стимулов и теории трансакционных издержек.

Теория стимулов увязывает контракты с решением проблем координации, обусловленных существованием асимметричной информации между агентами.

Модель принципала и агента описывает контрактные отношения между двумя сторонами. Одна сторона считается более информированной, чем другая. Чаще всего предполагается, что агент обладает частной информацией, значимой в рамках контракта. Другая сторона — обычно это принципал — предлагает контракт агенту по принципу: соглашайся или отказывайся. Требуется найти такой контракт, который максимизирует ожидаемый доход принципала при условии, что:

- агент будет максимизировать свою собственную

полезность, учитывая схему вознаграждения;

- агент захочет подписать контракт.

Оптимальный контракт определяется системой

стимулов, позволяющей принципалу заинтересовать агента в раскрытии значимой информации и в совершении действий, соответствующих целям принципала.

В предположениях в отношении поведения контрагентов учитывается ограниченная рациональность экономических агентов, которые в то же время предусмотрительны и способны к оппортунизму. Отличительной чертой теории трансакционных издержек является то, что в ней не рассматривается существование необоснованного доверия [4]. Доверие может возникнуть лишь в результате «расчета».

Оппортунистическое поведение — это ключевая концепция неоинституциональной теории. Оппортунизм - это способ действия экономического агента в соответствии с собственными интересами, не ограниченный моральными устоями и противоречащий интересам других агентов. Под оппортунизмом можно также понимать использование асимметрии информации в целях извлечения выгоды в ущерб интересам контрагентов [8].

Проблема оппортунизма не ограничивается такими его явными формами, как ложь, мошенничество и воровство. В основе любого оппортунистического поведения лежат асимметрия информации и неопределенность. Партнер не может знать всех обстоятельств и намерений другого партнера до заключения контракта и тем более не может знать всех деталей поведения партнера после того, как контракт уже заключен.

В теории неоинституционализма выделено несколько форм оппортунистического поведения, среди них, например, неблагоприятный отбор и субъективный риск.

Наряду с ограниченной рациональностью оппортунистическое поведение служит основанием для воспроизводства проблемы координации и разрешения распределительных конфликтов.

Проблема оппортунистического поведения порождает три основных последствия в поведении экономических агентов. Во-первых, всеобщность контрактных отношений означает, что оппортунизм пронизывает любые формы взаимодействия экономических агентов. Во-вторых, оппортунизм порождает значительные трансакционные издержки, связанные с защитой от этого типа поведения. В-третьих, индивидуальная защита от оппортунизма весьма сложна и влечет за собой большие затраты. В этом смысле институты являются основным инструментом противодействия оппортунистическим действиям. Анализ различных определений оппортунизма позволяет выделить следующие структурные элементы, позволяющие охарактеризовать эту категорию [6].

Несовпадение интересов контрагентов. Экономический агент осуществляет хозяйственную деятельность исходя из личных интересов. При совпадении интересов контрагентов проблемы оппортунистического поведения сторон не возникает. Возможность недобросовестного поведения одной из сторон появляется при расхождении интересов контрагентов.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Асимметрия информации. Она предоставляет информационные преимущества одной из сторон,

Рис. 1. Классификация факторов, оиределяющихопиортунистическое поведение экономических субъектов

что обусловливает возможность оппортунистического поведения.

Скрытый характер недобросовестного поведения на основе манипулирования асимметричной информацией. Агент-оппортунист не стремится раскрыть характер своей деятельности, в противном случае следовало бы говорить не об оппортунизме, а об открытой конфронтации.

Ущерб контрагента. В результате оппортунистического поведения одна из сторон увеличивает свою полезность в одностороннем порядке и таким образом уменьшает полезность другой стороны.

Преднамеренность действий, которая означает, что для субъекта оппортунистического поведения сущность его действий всегда очевидна, данный индивидуум сознательно использует сложившуюся ситуацию и не предоставляет контрагенту информацию о своих действиях.

Таким образом, оппортунистическое поведение является преднамеренным скрытым действием экономического агента, основанным на использовании информационных преимуществ и направленным на достижение личного интереса в ущерб другим участникам имплицитного соглашения. На основе разделения факторов, определяющих степень оппортунистического поведения, на внутренние (личностно-психоло-гические) и внешние по отношению к индивиду [3] разработанасхемаихклассификации (рис. 1).

Ценностные ориентации индивида, которые выступают наиболее значимым фактором, определяющим его поведение.

Психологическая зрелость человека. Она характеризуется такими чертами, как автономия (возможность пользоваться определенной свободой и считаться с ограничениями), чувство реальности, способность реально оценивать ситуацию, ответственность за выполняемые функции, склонность к сотрудничеству с другими [3].

Потребности, которые дают импульс, направляют и поддерживают поведение индивида.

Склонность к риску. Впервые указанная внутриличност-ная характеристика была формализована Дж. фон Нейманом и С. Моргенштерном и виде функции полезности от дохода с учетом негативного отношения к риску, в рамках которой

индивид, негативно относящийся к риску, предпочитает меньший определенный доход большему не определенному

Восприятие действительности. Прежде всего, следует учитывать восприятие сотрудником вознаграждения - соответствие вознаграждения прилагаемым усилиям, а также сопоставление усилий и вознаграждения других лиц, находящихся в схожих рабочих ситуациях.

Вторую группу факторов (внешних), в свою очередь, можно разделить надве подгруппы: социально-институциональные и технологические.

К социально-институциональным факторам оппортунизма относятся три фактора.

Это, во-первых, корпоративная культура, то есть система формальных и неформальных норм и правил, регламентирующих поведение работников внутри организации. Уровень корпоративной культуры характеризуется главными (стержневыми) ценностями организации (насколько четко они определены и какова степень охвата ими основных сфер деятельности предприятия), а также мерой их одобрения работниками и системой контроля за их соблюдением (наблюдается достаточно сильная связь между уровнем формализованной культуры и такими формами оппортунизма, как использование служебного положения и небрежность).

Во-вторых, групповые характеристики — численность и состав группы (чем многочисленнее и неоднороднее состав участников, тем сложнее выработать единые нормы), ее стабильность, система отношений в группе, частота коммуникаций.

В-третьих, система стимулирования, которая включает систему денежного и неденежного поощрения.

Технологические факторы, связанные с особенностями производственно-хозяйственной деятельности, формализуются легче всего. Среди них наибольшее влияние на уровень внутрифирменного оппортунизма оказывают три фактора.

Во-первых, размер предприятия. В экономической литературе отмечается положительная корреляция между размером предприятия и степенью

оппортунизма, очевидно, чем крупнее организация, тем слабее связь между вознаграждением и личным вкладом.

Во-вторых, сложность технологического процесса. Чем сложнее технологический процесс, тем в меньшей степени деятельность агента поддается непосредственному контролю принципала и тем уже возможности однозначно оценивать конечные результаты деятельности агента.

И, в-третьих, характер выполняемых работ. Он определяется двумя показателями: соотношением рутинной и творческой составляющих трудовой деятельности и степенью специфичности труда.

Взаимозависимость партнеров по контракту увеличивает риски, возникающие в процессе реализации контракта из-за его оппортунизма и неполноты. Основное последствие заключается в невозможности полагаться в контрактах на обещания, если они не гарантированы достоверными обязательствами. Зависимость последствий контрактации от поведенческих предпосылок, основанных на теории трансакционных издержек [5], представлена на рис. 2.

Каждый тип контрактных отношений можно увязать с особым типом управленческой структуры, обусловленной параметрами трансакции.

Отличия в интенсивности стимулов, свойственных различным управленческим структурам, являются ключевым фактором в объяснении, почему интеграция затрагивает не каждую трансакцию. Хотя для иерархий характерно воздержание от ряда действий, облегчающее большую адаптивность в условиях

Поведенческие предпосылки

Отмиимрннэя рациональность

Оппортунизм

Предчкмстрктельностъ

Характеристики трансакции

Сггец>«фич ескмс .з* 1 нвы

Последствия для процесса контрактации

Непслнггга контракте

Достоверные обяэзтелйстна

Олтммэирусиле

П<МСЛ,гКиС

Рис. 2. Взаимосвязь основных поведенческих предпосылок и последствий контрактации

неопределенности и обеспечивающее защищенность сторонам контракта (два основных преимущества интеграции), этот способ организации исключает сильные стимулы, возможные нарынках.

Таким образом, целесообразность использования различных форм контрактов зависит от степени влияния следующих факторов:

Список литературы

- специфичность актива, выступающего предметом сделки;

- длительность и частота обменов между сторонами;

- уровень неопределенности сделки;

- трудности измерения процесса осуществления сделки и получаемых результатов.

1. АузанА. А. Институциональная экономика. Новая институциональная экономическая теория: учебник для вузов. М.: ИНФРА-М, 2005.

2. Данилова Т.Н., Горев И. Г. Вопросы институциональной экономики // Финансы и кредит, 2004. № 24.

3. Милънер Б. Теория организации. М.: ИНФРА-М, 2002.

4. НортД. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики / пер. с англ. М.: Фонд «Начала», 1997.

5. ОлейникА. Н. Институциональная экономика. М.: ИНФРА-М, 2000.

6. Попов Е., Симонова В. Эндогенный оппортунизм в теории «принципала-агента» // Вопросы экономики, 2005. № 3.

7. Тамбовцев В. Л. Введение в экономическую теорию контрактов: учеб. пособие. М.: ИНФРА-М, 2004.

8. ШаститкоА. Новая теория фирмы. М.: ТЕИС, 1996.

9. Швери Р. Теория рационального выбора: универсальные средства или экономический империализм? // Вопросы экономики, 1997. № 7.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.