Научная статья на тему 'Иоанн Зонара как толкователь гимнографических текстов и его комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина'

Иоанн Зонара как толкователь гимнографических текстов и его комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
225
47
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
прп. Иоанн Дамаскин / Иоанн Зонара / комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа / комментирование богослужебных текстов. / St. John of Damascus / Joannes Zonaras / commentary to the first voice of the Paschal Canon from the Otoechos / exegesis of liturgical texts

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Андрей Викторович Антишкин

В данной работе предпринята попытка рассмотреть некоторые стилистические и языковые особенности комментария Иоанна Зонары (XII в.) на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. XII в. считается одним из самых интересных времен в истории византийской литературы: в этот период появляется большое количество текстов самой различной направленности. Особенно это касается жанра гимнографии, которая именно в эту эпоху начинает интенсивно развиваться. Прежде всего ее развитие связано с такими авторами, как поэт Феодор Продром, митр. Григорий Коринфский, свт. Евстафий Фессалоникийский, прп. Неофит Кипрский. Они вошли в историю византийской литературы как составители комментариев на праздники богослужебного круга. Однако известен еще один автор XII в., который также был комментатором богослужебных текстов, однако его литературная деятельность осталась вне поля зрения исследователей, — это Иоанн Зонара. В историю византийской литературы он вошел как плодовитый толкователь канонов Православной Церкви, хронист, богослов. Но наиболее выдающейся стороной его творчества является комментирование богослужебных текстов. Итоги предварительного текстологического анализа, необходимые для осуществления качественного перевода комментариев Иоанна Зонары на богослужебные тексты, и представляет собой настоящая статья.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Joannes Zonoras as an Exegete of Hymnographic Texts and his Commentary on the First Voice of the Paschal Canon from the Octoechos by the St. John of Damascus

The twelfth century is considered one of the most interesting times in the history of byzantine literature, due to the great number of texts and trends that appeared during this period. This is particularly true for the hymnographic genre, which has its roots precisely in this era. This development is mainly linked to authors such as the poet Theodore Prodromos, the metropolitan Gregory of Corinth, St. Eustathius of Thessalonica, venerable Neophytos of Cyprus. These authors went down in the history of byzantine literature as authors of commentaries on the feasts of the liturgical cycle. Yet, we know of another twelfth-century author and commentator of liturgical texts whose literary work has been neglected by scholars. The present work tries to analyse the commentary by Joannes Zonaras on the first voice of the Paschal Canon from the Octoechos by John of Damascus. Joannes Zonaras went down in byzantine literary history as a prolific exegete of the Canons of the Orthodox Church, an annalist and a theologian. But his most eminent work, which remains unexplored to this day, is the comment of liturgical texts.

Текст научной работы на тему «Иоанн Зонара как толкователь гимнографических текстов и его комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина»

христианское чтение

Иаучный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии русской Православной Церкви

№ 2 2020

А.В. Антишкин

иоанн зонара как толкователь гимнографических текстов и его комментарий на воскресный канон октоиха первого гласа прп. иоанна Дамаскина

DOI: 10.24411/1814-5574-2020-10027

Аннотация: В данной работе предпринята попытка рассмотреть некоторые стилистические и языковые особенности комментария Иоанна Зонары (XII в.) на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. XII в. считается одним из самых интересных времен в истории византийской литературы: в этот период появляется большое количество текстов самой различной направленности. Особенно это касается жанра гимнографии, которая именно в эту эпоху начинает интенсивно развиваться. Прежде всего ее развитие связано с такими авторами, как поэт Феодор Продром, митр. Григорий Коринфский, свт. Евстафий Фессалоникий-ский, прп. Неофит Кипрский. Они вошли в историю византийской литературы как составители комментариев на праздники богослужебного круга. Однако известен еще один автор XII в., который также был комментатором богослужебных текстов, однако его литературная деятельность осталась вне поля зрения исследователей, — это Иоанн Зонара. В историю византийской литературы он вошел как плодовитый толкователь канонов Православной Церкви, хронист, богослов. Но наиболее выдающейся стороной его творчества является комментирование богослужебных текстов. Итоги предварительного текстологического анализа, необходимые для осуществления качественного перевода комментариев Иоанна Зонары на богослужебные тексты, и представляет собой настоящая статья.

Ключевые слова: прп. Иоанн Дамаскин, Иоанн Зонара, комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа, комментирование богослужебных текстов.

Об авторе: Андрей викторович Антишкин

Магистр богословия, аспирант Кафедры филологии Московской духовной академии.

E-mail: antishkin.av@gmail.com

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-2919-9415

Ссылка на статью: Антишкин А. В. Иоанн Зонара как толкователь гимнографических текстов и его комментарий на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина // Христианское чтение. 2020. №2. С. 71-83.

khristianskoye chteniye

[christian Reading]

Scientific Journal Saint Petersburg Theological Academy Russian orthodox church

No. 2 2020

Andrey V. Antishkin

Joannes Zonoras as an Exegete of Hymnographic Texts and his commentary on the First Voice of the Paschal canon from the octoechos by the St. John of Damascus

DOI: 10.24411/1814-5574-2020-10027

Abstract: The twelfth century is considered one of the most interesting times in the history of byzantine literature, due to the great number of texts and trends that appeared during this period. This is particularly true for the hymnographic genre, which has its roots precisely in this era. This development is mainly linked to authors such as the poet Theodore Prodromos, the metropolitan Gregory of Corinth, St. Eustathius of Thessalonica, venerable Neophytos of Cyprus. These authors went down in the history of byzantine literature as authors of commentaries on the feasts of the liturgical cycle. Yet, we know of another twelfth-century author and commentator of liturgical texts whose literary work has been neglected by scholars. The present work tries to analyse the commentary by Joannes Zonaras on the first voice of the Paschal Canon from the Octoechos by John of Damascus. Joannes Zonaras went down in byzantine literary history as a prolific exegete of the Canons of the Orthodox Church, an annalist and a theologian. But his most eminent work, which remains unexplored to this day, is the comment of liturgical texts.

Keywords: St. John of Damascus, Joannes Zonaras, commentary to the first voice of the Paschal Canon from the Otoechos, exegesis of liturgical texts.

About the author: Andrey Viktorovich Antishkin

Master of Theology, Postgraduate student of the Department of Philology at the Moscow Theological Academy.

E-mail: antishkin.av@gmail.com

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-2919-9415

Article link: Antishkin A. V. Joannes Zonoras as an Exegete of Hymnographic Texts and his Commentary on the First Voice of the Paschal Canon from the Octoechos by the St. John of Damascus. Khristianskoye Chteniye, 2020, no. 2, pp. 71-83.

72

XpucmuaHCKoe umeHue № 2, 2020

В XII в. толкование тропарей и целых канонов являлось важной задачей для византийцев. Интересно, что Иоанн Зонара был единственным из всех комментаторов, кто проанализировал воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. Этот комментарий не переведен ни на один европейский язык, в том числе и на русский. Однако для церковной науки необходимо иметь в русском переводе толкование Иоанна Зонары для лучшего осмысления этого текста. Эта работа послужит прекрасным подспорьем в уяснении смысла богослужений и уклада религиозной жизни не только для воцерковленных людей, но и для тех, кто только делает первые шаги на церковном поприще.

Литературное творчество Иоанна Зонары охватывает почти все области, в которых процветала византийская литература эпохи Комнинов. В нашей статье предпринимается попытка рассмотреть его толкование на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. Этот комментарий представляет особую ценность, поскольку Зонара составил подробный анализ каждого ирмоса и тропаря всех песен воскресного канона [Movioû, 2006, 2]. Важно отметить, что комментарии на богослужебные каноны имели популярность среди жителей империи, которые не имели образования, а, следовательно, не понимали значения ирмосов, тропарей: толкования византийских авторов, среди которых был и Зонара, помогали лучше усвоить их содержание. Неслучайно спустя семь веков прп. Никодим Святогорец пользовался комментариями византийских авторов XII столетия для создания своего сочинения EopxoSpô^iov1 [NixoSri^oç Ayiopeixnç, 1836]. Этот факт говорит о том, что толкования XII в. не утратили интереса и для более поздних авторов. Важно отметить, что толкование Иоанна Зонары является самым большим по объему среди всех комментариев, автор не только поднимает догматические вопросы, но и дает описание событий библейской истории [Movioû, 2006, 6].

Этот комментарий был опубликован в греческом издании Н. И. Мониу (Movioû, 2006), но до сих пор не существует печатной версии всех комментариев Зонары, однако это является необходимым для развития церковной науки.

Толкование содержится в 41 рукописи, которые находятся в библиотеках Вены, Парижа, Афин, Ватикана, Александрии, Святой горы Афон, острова Патмос, Дими-цаны2 и многих других. Рукопись Димицаны оказалась недоступной по причине ее низкого качества. В хорошем состоянии до нас дошли только четыре рукописи:

- 2 рукописи на острове Патмос (Pat. 339, 367);

- 1 рукопись из Ватикана (Vat. 2217);

- 1 рукопись из Александрии (Alex. 62).

Рукописи острова Патмос послужили основой для публикации воскресного канона и комментария к нему, так как по времени они считаются наиболее близкими к написанию самого текста комментария.

Необходимо отметить, что комментарию Зонары предшествует введение, где автор рассматривает вопрос о названии канона, представляет его структуру и определяет части, из которых он составлен3. Канон как жанр литургической поэзии, согласно традиционной точке зрения, появился примерно во второй половине VII в. и связан с именами прп. Андрея Критского (ок. 660-740), а также его младших современников прп. Иоанна Дамаскина (ок. 675 — ок. 753) и прп. Космы Маюмского (VIII в.)4. Зонара

1 «Изъяснение песенных канонов, которые поются накануне Господских и Богородичных праздников»: NikóS^^o^ Ауюрахг]^. EopxoSpó^iov ^xoi ep^r|v£Ía £í? xoüig астцапког^ Kavóva^ xwv AeanoxiKwv Kai ©eo^nxopiKwv eopxwv. 'Ev Bevexía, 1836.

2 Историческая деревня в Греции.

3 Это введение напечатано в 135-м томе Патрологии Миня: Joannis Zonarae. Expositio canonum Anastasimorum Damasceni // PG 135. Col. 421-428.

4 Подр. см.: [Скабалланович, 1910, 368]. Однако проблема происхождения канона остается нерешенной. По мнению протодиакона В. В. Василика термин «Kavwv» в значении «гимно-графический жанр» зародился в Палестине в VI в. [Василик, 2006, 23]. Более подробно вопрос о происхождении канона исследуется свящ. М. Желтовым: [Желтов, 2017, 204-212].

во введении к толкованию говорит, что «канонами называются благочестивые постановления божественных отцов»5 [Mai, 1841, 385]. Далее он отмечает, что «ведь [канон] доходит до девяти песен, поскольку девять — это наибольший размер в числах»6 [Mai, 1841, 385]. Следует отметить, что это введение хотя и является отдельной частью толкования, но находится во всех 41 рукописи [Movioü, 2006, 11].

Язык комментария Иоанна Зонары, с одной стороны, довольно сложен, но в то же время он плавный, что подчеркивается частым употреблением имен прилагательных, риторических фигур, которые придают тексту особую выразительность. Для доказательства своих слов Зонара цитирует Библию и некоторых святых отцов, таких как свт. Василий Великий, свт. Григорий Богослов. Все это показывает, что Зонара имел обширные знания в древнегреческом языке, которые и продемонстрировал в тексте комментария.

В области фонетики нами не было выявлено каких-либо значительных отклонений от классической нормы, которая является характеристикой аттического диалекта. В тексте встречается такое общегреческое явление, как красис (смешение) «Kav». Приведем несколько примеров: «Kai yàp ка! xeip Àéyexai Kai ßpa%i«v о Yîoç Kai SeÇià Kai та xoiaüxa, oxi Si' aüxoü nâvxa о nax^p Èvepyei Kav npoç x^v oÀ^v Ayiav TpiâSa» [Movioü, 2006, 36. 38-40] — «ведь Сын называется и рукой, и мышцей, и десницей, и подобным этому, поскольку через Него Отец производит все, пусть даже [это относится] и ко всей Святой Троице». Другой пример: «Kai xiç Suvaxai à9iévai â^apxîaç, ei^rç ^ôvoç о 0eôç; xaüxa Sè kotv ^ôvou Èoxi ©eoü, aÀÀà SiSoxai Kai xoiç âv9p«noiç napà Xpioxoü» [Movioü, 2006, 50. 339-340] — «и кто может отпускать грехи, кроме одного Бога? Но хотя это и свойственно только Богу, однако дается и людям от Христа».

Однако в тексте комментария мы обнаружили места, характерные для языка эллинистического и византийского периодов истории греческого языка. Например, автор использует слова ионийского диалекта: о %ôoç («пыль, земля, прах»), которое является употребительным в койне вместо о %oûç, форму yiv«oK«oi («рождаться»), характерную для греческого койне эллинистической эпохи. Зонара несколько раз употребляет форму yivexai («он рождается»), yivovxai («они рождаются»), yivwoKÔ^evoç («рожденный»). В тексте комментария встречаются и формы дорийского диалекта. Например, iâ9n^ev («мы излечились»), несколько раз употребляется форма Èo^âx^ («ты находился на краю»), форма e'î«9ev («он имел обыкновение»), ^ Suoiç («заход, закат»). Также автор использует форму oKon^xeov, которая отсутствует в словарях по классическому периоду греческого языка.

В целом можно сказать, что морфология текста комментария отражает признаки аттического диалекта с его особенностями. Например, автором используются все глагольные времена, в том числе формы plusquamperfectum ÈyEyôvEi, которые вышли к тому времени из широкого употребления.

В комментарии некоторые формы слов приобретают такое характерное для нового языка явление, как выравнивание по тематическим склонениям и спряжениям. Классический атематический глагол aviox^^i («воздвигать») вытесняется глаголом 1 спряжения âvioxâ«, по этой же модели происходит замещение глагола napioxn^i на napioxâ« («представлять»).

В любом живом языке постоянно происходит процесс словообразования. Слова образуются главным образом при помощи приставок и суффиксов.

В тексте комментария встречаются слова с одинаковым корнем, но разным лексическим значением: «Où yàp ^ ÈÇ âpx^ç nAâaiç, xoü aüxoü nâvxwç Kai ^ âvânAaaiç» [Movioü, 2006, 41. 146] — «ведь Его [было] от начала формирование [творение], Его же в полной мере и обновление». «A^a Sè ия^р^е Kai xoü ow^axoç q SiânAaaiçKai ^ e^veuoiç x^ç [Movioü, 2006, 44. 211] — «одновременно же он начал и формирование

5 Kavôveç Sè Àéyovxai Kai xà Kaxâ xwv öeiwv näxepwv eüoeß^ Siaxäy^axa [Mai, 1841, 385].

6 'Äxpi yàp Èvvea npôeioiv àSwv, oxi о Èvvea, xo ^eyioov Èoxi ^expov Èv âpiô^oiç [Mai, 1841, 385].

(создание) тела, и вдыхание души». Слова ^ àvànÀaciç, ^ SiànÀaaiç являются ярким примером префиксации от существительного ^ nÀàaiç. Без префиксов слово ^ nÀàaiç означает «образование, формирование». У префикса ava- семантика «преобразования», поэтому существительное ^ àvànÀaaiç буквально переводится «воссози-дание». Приставка Sia- имеет одно из значений «(пре)выше, сверх», с ней слово ^ SiànÀaaiç означает «формирование, строение».

Другой пример: «H SÈ ката x^v 'Âvvav 'Iaxopia уёураята1 Êv тф ярыты râv BaaiÀEiôv, Êv9a ка! ^ npoaEux^ аит^д avayeypanrai» [Movioû, 2006, 47. 279-281] — «история Анны написана в первой книге Царств, где и ее молитва письменно изложена». Без префикса глагол урафы переводится как «писать». В этом примере мы вновь видим префикс âva- со значением «на (всем) протяжении; по; через, сквозь; в», поэтому глагол ауаурафы имеет значение «записывать, переписывать».

Следующий пример показывает, как меняет приставка значение существительного. Слово ^ ^uxr означает «душа». От этого слова при помощи приставки ёц- образовалось прилагательное £^u%oç («одушевленный, живой»), а с помощью приставки a— прилагательное â^u%oç («неживой, мертвый»).

Особо нужно отметить случаи двойной префиксации. В тексте комментария встречается 7 глаголов (ÊÇaяoaтÉÀÀы, àrcoSiaoréÀÀ«, ÊvnepiÀa^pàv«, яpoEÇEтàÇы, au^napayiyvo^ai, unxpaviora^ai, auvaviorn^i) и одно отглагольное существительное (^ ¿v^Siac'TO^r). В древнегреческом языке довольно часто глаголы образуются именно при помощи приставок. Приведем несколько примеров использования автором двойной префиксации.

В глаголе ÊÇarcooréÀÀ« («высылать, отправлять») две приставки. Первая приставка ÊK- (перед гласным ÊÇ-) полностью изменяет значение глагола êkotéàà«, который переводится как «украшать, снабжать», а префикс ano- «указывает на место или пространственный объект, с (от) которого что-либо удаляется», поэтому буквальное значение глагола àrcooréÀÀ« — «отсылать, отправлять». В комментарии Зонары этот глагол имеет значение «высылать, отправлять»: «Ка! ÊÇarcéorEiÀev aÛTOv Kûpioç о Qeôç êk toû napaSEÎaou т^д триф^д» — «и выслал его Господь Бог из рая наслаждения» [Movioû, 2006, 67. 712-713].

Глагол яpoEÇEтàÇы образован от слова та^ы («обещать, давать обет»). Приставка êk- (перед гласным ÊÇ-) имеет значение «движение изнутри наружу», поэтому глагол Ё^Ета^ы переводится как «рассматривать, исследовать, испытывать». Префикс npo-имеет семантику «прежде, ранее», и глагол яpoEÇEтàÇы переводится как «заранее исследовать»: "Еол yàp ка! toûto той; npoyEypa^^Êvoiç ка! яpoEÇnтaaцÉvolç aKÔÀou9ov, ÊvaÀÀay^v ^Èv £%ov râv pn^ârav, ^v SÈ aû^v nEpicâÇov ëvvoiav [Movioû, 2006, 57. 492-494] — «ведь есть и такой следующий за прежде написанными и прежде исследованными [фрагмент текста], который хотя и имеет изменение слов, но сохраняет тот же самый смысл».

Слово cu^napayiyvo^ai образуется от глагола yiyvo^ai («приходить, появляться») с помощью префикса napa-, который используется в пространственном значении «возле, рядом», поэтому глагол napayiyvo^ai имеет значение («находиться при ком-л. или при чем-л., присутствовать»). Приставка сиц- (перед губными auv-) переводится как «вместе, одновременно», поэтому слово au^apayiyvo^i имеет значение «одновременно появляться, подоспевать, приходить»: «Toiyapoûv ет1 XpiaTOû KpE^^vou Êv тф Ето^ф, о Èкaтôvтapxoç ка! o! aûv аитф ÊяíaтEuaav ка! яàvтEç o! au^apaYEvô^voi ô%Àoi 9EыpoûvтEç Ê9aû^Çov» [Movioû, 2006, 55. 459-461] — «итак, когда Христос еще висел на Кресте, сотник и бывшие с ним поверили, и все находившиеся рядом с ними толпы народа, видя, дивились».

Существительное ^ оут^аато^г («отличие, различие») образовано от глагола аут^асте^ы, в котором присутствуют две приставки: àv^- и Sia-. Без префиксов глагол сте^ы буквально переводится «строить к бою», но затем его значение меняется: «наряжать», «готовить», «приготовлять». Префикс Sia- имеет значение «через, сквозь» и глагол SlaaтÉÀÀы имеет семантику «разделять, рассекать».

Приставка âvxi- имеет значение «противоположное действие», и глагол âvTiSiaorÉÀÀ« переводится как «противополагать, противопоставлять». Исходя из структуры слова, мы видим, что под «различием» можно понять всех людей, которые отдалились от Бога, и Он послал к ним своего Сына — Иисуса Христа, чтобы вразумить их и наставить на истинный путь: «0EÔç yàp aÀn9ivôç Kai aÛTÔç, Sio Kai eû9ùç Ёяауеь, Kai öv anioTEiÀaç Inooüv Xpioróv, npoç âvTiSiaoToÀ^v Sè E'íp^KE râv vo^iÇo^Évwv 9e«v» [Movioü, 2006, 49. 327-328] — «Бог ведь есть истинный, и поэтому Сам тотчас устремился, и послал Иисуса Христа для противодействия, как Он сказал, называемым богами».

При помощи суффиксов в древнегреческом языке образуются главным образом существительные и прилагательные. В комментарии Иоанна Зонары мы выделили несколько основных видов суффиксов.

В тексте представлены имена существительные со значением качества (nomina qualitatis), образованные от существительных и прилагательных с суффиксом -т^т-. Эти существительные образуются от существительных: о 9eôç («Бог») — ^ 9eôt^ç, ôt^toç («божественность»), о âv9p&otoç («человек») — ^ àv9p«n:ÔTnç ôt^toç («человечность, человеческая природа»).

В тексте комментария встречается суффикс группы nomina agentis -oç-. Приведем несколько примеров его употребления: navoupyÉ« («поступать коварно, совершать злодеяние») — о navoüpyog («хитрый, коварный»), Sn^ioupyÉ« («создавать, творить») — о Sn^ioupyôç («творец, создатель»), 9au^aToupyÉ« («творить чудеса») — о 9au^aToupyôç («чудотворный, чудодейственный»). Еще один суффикс этой группы —T^ç-: яр0фп^1 («говорить раньше») — о яроф^т^д («пророк») [Movioü, 2006, 50. 341], SuvaoTEÚ« («быть правителем») — о Suvâoxnç («повелитель, правитель») [Movioü, 2006, 50. 343], Àà^rna («светить, сиять, блистать») — ^ Àa^pÔT^ç («блеск, сияние») [Movioü, 2006, 52. 389].

Имена существительные образуются и от глагольных основ. Такие существительные обозначают действие или состояние (nomina actionis). При этом используются различные суффиксы. Например, суффикс -Eia-: Souàeù« («работать, трудиться») — ^ SouÀEÎa («работа, труд, дело»), ÊvEpyÉ« («действовать, делать, совершать») — ^ ÈvÉpyEia («действие, усилие, деятельность»), ßon9Étó («помогать, содействовать») — ^ ßo|9Eia

(«помощь, содействие»). Другой суффикс этой группы--oiç-: ouvT^pÉ« («сохранять,

хранить») — ^ ouvT|pnoiç («сохранение») [Movioü, 2006, 40. 121], npoaipÉ« («выбирать, предпочитать») — ^ npoaipEoiç («свободный выбор, личное решение, намерение») [Movioü, 2006, 40. 124], nÀàaora («формировать, образовывать») — ^ nÀàoiç («образование, формирование»).

Суффикс -^a- используется для образования отглагольных существительных и обозначает «результат действия» (nomina rei acti). Слово onÉp^a («семя, плод») [Movioü, 2006, 43. 182], образовано от глагола onEÍp« («сеять»), то À|pn^a («пустая болтовня, вздор») [Movioü, 2006, 44. 210] — от глагола À^pÉ« («болтать, говорить вздор»), то Ê^uon^a («раздувание, вздутие») — от глагола Ё^фиашм («надувать, раздувать»), то ânoTÉÀEa^a («окончание, завершение») [Movioü, 2006, 44. 213] — от глагола anmEÀÉ« («оканчивать, завершать»).

Имена прилагательные, образованные при помощи суффикса -te-, обозначают необходимость совершения действия: voÉ« («постигать мысленно») — vo^TÉoç («который должен быть постигнут») [Movioü, 2006, 51. 373]. Это прилагательное с таким суффиксом несколько раз встречается в тексте комментария.

Также в толковании существуют примеры, когда глагол образован от существительного, а затем от этого глагола образуется новое слово с суффиксом -^a-, обозначающее тот же самый предмет. Например, от существительного navoupyía («коварство, лукавство») образуется глагол navoupyÉ« («поступать коварно, лукаво»), а от этого глагола с помощью суффикса -^a- (со значением результата действия) образуется существительное rcavoúpyn^a («коварный поступок, злодеяние»).

Текст комментария представляет также нам материал для исследования словообразования имен прилагательных.

Деривация7 прилагательного от существительного с суффиксом -ivoç-, характерная для языка койне, встречается в нашем тексте один раз. От существительного ^ у^ («земля») образовано прилагательное y^ivoç («земляной, сделанный из земли»).

В тексте комментария мы видим примеры образования прилагательных и от глагола. С суффиксом -т- образуются прилагательные со значением возможности совершения действия: aix^aÁtóTEÚtó («брать в плен, пленять») — aîx^àÀWTOç («взятый в плен, плененный»), ánopáÁÁtó («отвергать, отталкивать») — алюр^тод («отверженный, презренный»), aivétó («хвалить, одобрять») — aîvETÔç («достойный похвалы, похвальный»).

Итак, суффиксация в тексте комментария Иоанна Зонары на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина соответствует аттическому диалекту, но также мы видим и влияние койне на этот диалект. Это достигается благодаря суффиксам -oiç- и -ца-, характерных для позднего языка.

Синтаксис комментария имеет сложные синтаксические конструкции, которые свойственны древнегреческому языку. Приведем несколько примеров.

Например, автор использует конструкцию dativus commodi, которая обозначает существо или предмет, в интересах которого совершается действие: «EL yàp ка! Mwo^ç T^v ¿>§^v тф веф àn:Àâ>ç ávaTÍB^civ ^ тф Патр1 ^ ка! Tj oÀfl Ayía TpiáSi ^uoTixtóTEpov» [Movioû, 2006, 35. 17-18] — «Ведь пусть даже Моисей посвящает эту песнь просто Богу, или Отцу, или таинственнейшим образом всей Святой Троице».

Также в тексте мы видим конструкцию accusatïvus directionis (винительный направления), который обозначает направление движения: «"Omaç ^èv о! и!о! Iapa^À ка! Si' î^v аLтíаv rat^À9ov eiç A'íyvnmv ка! яарфкЕюау êke!» [Movioû, 2006, 35. 5-6] — «По мере того как сыны Израилевы пришли в Египет и по необходимости остались там».

В толковании встречаются разные виды придаточных предложений, среди которых особый интерес представляют условные периоды различных типов.

Иоанн Зонара использует реальный условный период, который обозначает условие или факт. Этот период представляет собой синтаксическую конструкцию, в которой придаточное предложение вводится союзом el с индикативом любого времени, а в главном используется любое наклонение, соответствующее содержанию. Например: «EL Sè ка! T^v áо9ÉvElаv t^ç оиоаад ^éàào^ev voeïv, âÀÀà vo^TÉov T^v Êv toïç âS^e^/Toi; ná0Eai, T^v ои^фи^ тд фиаЕ1 %«v» [Movioû, 2006, 51. 372-373] — «Если же и мы намереваемся думать о болезни нашей сущности, однако это должно быть постигнуто в безукоризненных страданиях, свойственной нашей природе».

Потенциальный условный период (casus potentialis) обозначает возможность осуществления предлагаемого условия: «Kâv yoûv яро; tov ПатÉpа ávEvE%9fl, SE^ià âv vo^io9fl о Y!ôç» [Movioû, 2006, 36. 38] — «Ведь если даже это было отнесено к Отцу, Сын может считаться десницей». При casus potentialis необходимо желательное наклонение (optativus) с âv или индикатив без âv. В этом примере мы видим использование желательного наклонения с частицей âv.

Особый интерес представляет конструкция винительного содержания, или внутреннего объекта (accusativus objecti interni): «TpircÀ^ Sè ^ âvû^woiç, ^ ^èv то, то ЯЕфико; a^apTáveiv áva^ápTr)Tov eû9ûç unáp^i Sià t^ç Êv тф ûяáрÇEФç te ка! ùnooTâoEwç» [Movioû, 2006, 55. 442-444] — «Троекратного же возвышение, если оно есть, тотчас порождающее в непогрешимом грех, существующий в ипостаси». В этом случае винительный падеж представляет собой имя прилагательное и глагол с одинаковыми корнями.

Зонара довольно часто использует оборот accusativus cum infinitivo, который широко распространен как в аттическом диалекте, так и в койне, однако оборот nominativus cum infinitivo для койне не характерен вовсе. В тексте комментария этот оборот встречается редко. Обычно эта конструкция образуется по схеме «говорят,

7 Деривация — это процесс создания одних языковых единиц (дериватов) на базе других, принимаемых за исходные.

что нечто является тем-то» — и зависит от глагола Áéytó («говорить»). Например: «ÂAX ёяе! ôoa лше! о Патг|р, таита ка! о Yiôç ô^oiwç яоье! ка! ôoa ÉvepyEÍ ^ ôÀn Ayía Tpiàç, таита ка! Ёкаата t^ç Ауьад TpiàSoç яр0аыяа ÉvepyEÍv ^Ёуетаь» [Movioü, 2006, 35. 18-20] — «То, что творит Отец, это также творит и Сын, и то, что производит вся Святая Троица, это, как говорится, производит и каждое лицо Святой Троицы».

Также необходимо отметить использование Зонарой оборота с глаголом «ё^ы» («иметь»). В сочетании с наречием он имеет значение состояния: «outoç ë%Ei та той EÎp^oû катауЕ» è^ê [Movioü, 2006, 37. 62-63] — «это имеет мое отправление к ирмосу».

В целом синтаксис Зонары отражает аттический диалект древнегреческого языка, соответствующий классической норме, отмеченные же нами случаи употребления койне имеют скорее эпизодический характер.

Лексика комментария Иоанна Зонары в целом соответствует классическому греческому языку, но можно выделить и ряд особенностей.

В тексте встречаются гебраизмы, характерные для староионического и староаттического диалектов. Например, автор использует вышедшее из употребления слово âpo^v («мужчина»), которое впоследствии стало употребляться как âpp^v («мужской, мужественный»).

Однако в тексте комментария встречаются лексические особенности, свойственные более позднему периоду развития греческого языка.

К лексике койне словари относят слова коутаиЭа вместо классического ÈvTaû9a («здесь»), о цы^ысф («мука, страдание»), npoünoypá9tó («раньше начертывать»), юЛа^ы («наказывать, карать»), navo9Evr|ç («всемогущий»).

Влиянием койне можно объяснить и наличие в тексте двух параллельных форм с равным лексическим значением: ацарт!а («ошибка, грех») и существительное результата действия — ацарт^ца («промах, ошибка, грех»), образованное характерным для койне способом (с суффиксом -ца-) от глагола ó^apTáv&> («промахиваться, ошибаться, грешить»).

Встречается в тексте комментария и hapax legomena. Существительное о navToupYÔç («хитрый, коварный») отсутствует в словарях по классическому периоду древнегреческого языка. Словарь дает другое слово с тем же значением: о navoûpYoç.

Содержанием комментария Зонары на воскресный канон Октоиха прп. Иоанна Дамаскина является в том числе описание Богом творения человека. В связи с этим интересно рассмотреть, какую терминологию использует автор в описании этого творения.

Корень S^ioupY- образован от прилагательного §гщюд («народный, общественный») и от существительного ëpYov («действие, творение»). В тексте комментария этот корень представлен у разных частей речи. Существительное S^ioupYÔç первоначально означало «ремесленник», а в классическую эпоху — «творец». От этого слова происходит глагол §n^oupYÊ<ï> («заниматься ручным трудом, строить, творить»), который встречается только в форме активного причастия настоящего времени S^ioupYoüv («сотворивший»), обозначая действующее лицо (Бога). От того же существительного образовано и слово S^ioupYÍa («ремесло, изготовление, творение»). А от глагола §n^oupYÊ<ï> есть дериват 8пцюирупца («произведение, изделие»).

Также Зонара использует глагол кт!^ы («заселять, основывать, строить, создавать»). От этого глагола образованы существительное действия (nomina actionis) ктючд («основывание, создавание, творение») и результата действия (nomina acti) кт!оца («творение, тварь»).

Из этого можно сделать вывод, что автор при описании творения Богом человека использует лексику, связанную с постройкой зданий. Такая лексика показывает непостижимость творения человека Богом. Также автор употребляет слово, которое, на первый взгляд, также имеет отношение к строительству, но в византийскую эпоху имело более возвышенный смысл: S^ioupYÍa («созидание, творение»).

Иоанн Зонара в комментарии использует также слова одной части речи, которые отличаются по звучанию и написанию, но имеют одинаковое или очень близкое лексическое значение. Такие слова называются синонимами. Приведем примеры: n^^TÔv («изменчивый, подверженный страстям») и па9й^ от па90; («страсть»), о 9v^tôç («смертный») и о ф9арт0; («тленный, подверженный разрушению»).

В тексте комментария можно встретить примеры антонимов: «Té<«ç Sè про; SláкрlOlv ка! отт^аото^^ tivoç ^ Tivóv ^ ó^opváv ^ ÉTepofváv ^ ка! о^фи^у ка! ÈTEрoфUtóv ÀÉYEтаl» [Movioû, 2006, 48. 303-304] — «Прежде он говорит об их отличии или их одних и тех же природах или разных природах». Здесь антонимы являются однокоренными словами. Первый антоним «с^фи/д» переводится в данном контексте как «одинаковый по природе, одноприродный». Второй член противопоставления — èтEрoфur|ç («иноприродный»). В этом примере Зонара поднимает богословский вопрос, касающийся отношения природ у Святой Троицы.

Другой пример антонимов, которые являются однокоренными словами: «Oç Yàp П кАлца^ аитп âvoSôç te ка! кá9oSoç, out« ка! П пи^п аитп e'íaoSóg te ка! eÇoSoç» [Movioû, 2006, 46. 251-252] — «Ведь лестница, которая ведет вверх и вниз, таким образом, это и ее врата для нее входа и выхода». Здесь под лестницей Зонара подразумевает Богородицу, Которая является связующим звеном между Богом и человеком.

Еще пример антонимов: «ÁvafiaívovTeg про; T^v Ê^ivou 9Е0тпта KaTafiaívovai Sè elç то тапElvôv t^ç av9p«nÔTnToç аûтoû катаPаívovтEç» [Movioû, 2006, 46. 247-248] — «Поднимающиеся к этой Божественной природе спускаются к Его смиренной человеческой природе». Первый глагол, ауарашм, имеет префикс ауа- со значением «вверх, наверху, сверху» и переводится как «всходить, подниматься». Второй глагол, катара!у«>, имеет префикс ката- со значением «вниз» и имеет значение «спускаться».

Таким образом, анализ лексики Иоанна Зонары показывает, что его лексический запас в целом является характерным для классического литературного греческого языка, но иногда у него можно встретить слова из лексики койне. Обилие синонимов и антонимов является доказательством прекрасного образования автора и использования им для работы всех средств языка.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст комментария представляет собой рассуждение как тип речи, при помощи которого доказывается или объясняется какое-либо положение, мысль и все выводы обладают аргументационной базой. Все эти черты характерны для научного стиля, который обладает смысловой точностью, строгой логичностью повествования, отсутствием эмоциональности, обилием предложений с однородными членами, в таком тексте присутствуют разные типы сложных предложений с подчинительными союзами.

Приведем несколько примеров: «nÀ^v ouSè tóte апо Tóv âÀÀ«>v о^фи^ ünooTáoEtóv s^oté^ei, aÀÀ' апо Tóv âÀÀoTpùav, <àç tó, аитп êot!v п аLФvloç !/уа YlvФокtóоí oe tov ^óvov aÁn9ivóv qeóv ка! ov атеотЕ^ад, Inooûv XpioTÓv» [Movioû, 2006, 49. 323-325] — «Вот только и тогда Он отделяет не от одноприродных ипостасей, но от чуждых, как [в словах]: „Сия есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и Кого Ты послал, Иисуса Христа"» (Ин 17:3). В этом примере автор разъясняет для читателя значение ипостаси, под которой в данном случае следует понимать Иисуса Христа. Другой пример: «Olov ёфп, о qeôç пМоа; ÊÇ âpx^Ç tov ASá^, ou raàôv E^i tov 0у9раш^ ^óvov, ёпе! Yàp om«> пар|х9п П о^фи^д Еиа, ^ôvoç r|v о ASá^, KaÍTOi orn r|v ^ôvoç» [Movioû, 2006, 48. 304-307] — «Единственный он сказал, что Бог вначале создал Адама, не одного великого человека, потому что ведь была создана еще одна и та же природа Евы, один был Адам, хотя был не один». В этом предложении автор использует три подчинительных союза. Первый союз «что» прямо не употреблен в тексте, но он подразумевается, — этот союз имеет изъяснительное значение. Второй союз «потому что» — с причинным значением, и третий союз «хотя» — со значением уступки. Мы видим, что при помощи этих союзов Зонара пытается донести до читателя мысль о творении Богом человека.

Однако в анализируемом тексте присутствуют и некоторые элементы, выходящие за рамки научного стиля. Это подтверждается тем, что автор использует художественные образы, побуждает читателя поразмышлять над риторическими вопросами и восклицаниями и активно прибегает к средствам художественной выразительности.

В тексте комментария довольно часто встречается такой прием, как аллитерация. Приведем два примера: «ёп! 8е катастроф^ бьыкоутыу ка! яо^ецооттыу тропаюф6род ка! тропаюй^од» [Моуюи, 2006, 37. 47-48] — «победоносный на уничтожение преследуемых и враждующих». Здесь для аллитерации автор использует однокорен-ные слова. Другой пример: «ХеТрад бьеяётасЕУ ¿V тф Етаирф тад той сФцатод ёк у^д ауака^ои^ЕУод ка! аvао■фZыv е!д aф9aроíav т^ ф9арEÍсаv той сФцатод фист^, ^ асяорыд ка! аф96рыд ёк т^д "Уяерау!ад ©еотокои просте!^пфЕ ка! ияёотпо^ Ёаитф, ои яроuяостaсаv ката т6v NЕст6рlоv» [Mоvlой, 2006, 40. 110-113] — «распростер руками на кресте тела из земли названного и спасающий от бессмертия гибнущую природу тела, которое воспринял бессеменно и нетленно от Пресвятой Богородицы и в себе самом принял, не проповедуя по Несторию».

Признаком художественного текста являются риторические вопросы, которые довольно часто встречаются в тексте комментария Зонары. Приведем некоторые примеры: «Л6^д 8е яо!ад; Пdvтыд т^д 9е6т^тод аитой ^ ка! auт6v т6v ^^^ vоnтËоv» [Mоvlой, 2006, 52. 385] — «Что есть слава? Конечно Его божественность и слово Его, которое должно быть постигнуто». И второй пример: «Пыд уар отеи отбрбд ёкиофбрпо^; 8е бьа^Е^ад aЕlяdр9ЕVод ка! прб той тбкои, Фд ц^ ЯЕÍраv av8р6д ^аройста ка! цета т6v т6коv оцоиод, оть ои8Е ё^р^ т6 скейод т6 aYlоv YЕVËс9аl коlv6v, Фд т^ед тй^ аíрЕTlкыv ¿ф^^пп^» [Mоvlой, 2006, 79. 974-977] — «Ведь как Она стала носить во чреве без мужа? Но Ты точно также пребываешь Приснодевой после рождения, потому что не должно было святому сосуду становиться оскверненным, как болтают некоторые из еретиков». Риторический вопрос усиливает эмоциональное впечатление у читателя и позволяет побудить его к размышлениям над текстом.

К особенностям стиля Зонары относится элемент возвышенного стиля, например, в сфере лексики: «Т6 Yaр ёкик^ыо^ ^цад ёст^тп а^иааод, ёк т^д еи^д Ты^а ёстív» [Mоvlой, 2006, 74. 870-871] — «Ведь отдаленная бездна окружила нас, как из молитвы Ионы».

Иоанн Зонара использует слова, которые совпадают по звучанию, но различны по написанию и значению (омофоны): «астя6р«д» («бессеменный») и «аф96рыд» («нетленный»), «пa9nт6v» («изменчивый, подверженный страстям»), <^пт6д» («смертный»).

Довольно часто использует Зонара и такой языковой троп, как анафора. Это стилистическая фигура, состоящая в повторении языковых элементов: звуков, слова или группы слов в начале каждого параллельного ряда. Анафора имеет разновидности: бывает анафора звуковая, морфемная, лексическая, синтаксическая и т. д. Зонара в комментарии использует лексическую анафору. Приведем несколько примеров употребления автором этого тропа: «ка! а^о ёт9иц!а ая^ ка! а^о ж^ра ка! а^о 9иц6д ка! аААо 9иц6д пара фиоту» [Mоvlой, 2006, 41. 137-138] — «и одно — это просто вожделение, а другое — вожделение дурное; и одно — гнев, а другое — гнев противоестественный». Другой пример: «ёп! 8е оФцатод, а^о т6 пе^^ ка! ка! копю^ ка! 8luпvíZЕо9аl

ка! те^ес^ь ка! 68uvао9аl ка! 9v^окЕlv ка! аААо т6 ж^еие^ ка! цо^еие^ ка! аААыд и^ретЕ^ тоТд хе!рос1 ка! 8l,apЕp^nЦ£V0l,д пd9ЕOl т^д [Mоvlой, 2006, 41. 139-

142] — «у тела одно — это голодать, жаждать, утруждаться, пробуждаться от сна, подвергаться рассечению, испытывать боль и умирать, и другое — блудить, прелюбодействовать и иным образом служить худшим и навлекающим обвинение (порицаемым) страстям души». Здесь Зонара проводит стандартное различение «неукоризненных» и «укоризненных» страстей. Еще пример: «е!те Yойv пр6д Хрlот6v ¿стЬ» avaфЕр6цЕVод о е!рц6д, егге пр6д т6v 0Е6v ка! ПатЕра, е!те ка! пр6д т^ о^^ AYÍav Тр1л8а, т^д аит^д ёст! 8uvdцЕыд» — «поэтому ирмос возводится или ко Христу, или к Богу и Отцу, или ко всей Святой Троице, он свойствен Ее силе» [Mоvlой, 2006, 36. 30-32].

Зонара использует слово «гимн» — «о û^voç» вместо слова «alvoç» — «похвала»: «Êv тф xponapító û^vov» [Movioû, 2006, 65. 670] — «в тропаре гимн». В этом примере применен языковой троп оксюморон — образное сочетание противоречащих друг другу понятий. Зонара прибегает сознательно к этому выражению для создания стилистического эффекта и чтобы представить текст более красиво и изящно.

Нужно отметить, что Иоанн Зонара вносит в текст комментария элементы разговорной речи, в данном случае это обращение к Богу: «Tfi Xpioré, о ^ôvoç âya9ôç, о ^ôvoç ооф0д, о EÎSwv T^v Ê^v áo9éveiav Kai aÛT^v ava^aßwv, nEpîÇwoôv це û^ouç Sûva^iv» [Movioû, 2006, 52. 393-394] — «о Христе, Единый благой, Единый премудрый, видя мою немощь и ее принимающий, опояшь вершину силы». В этом примере мы видим, что автор использует однородные члены предложения. Еще пример, где он использует однородные члены: «Kai Êv т^ EÇôS« Kai ^EyàÀoç Kai KpaTaiôç

rcpooayopEÚETai» [Movioû, 2006, 37. 48-49] — «и в книге Исход он обращается с приветствием возвышенно и величественно, и могущественно». Эти примеры показывают, что текст комментария имеет научный стиль изложения.

Из всего вышеперечисленного можно сделать вывод, что основой текста комментария Иоанна Зонары на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Да-маскина является научный стиль, при помощи которого автор стремился точно изложить и прояснить как для своих современников, так и для более поздних поколений смысл воскресного канона. Однако это невозможно было сделать без средств художественной выразительности, которые в избытке наличествуют в тексте комментария.

Иоанн Зонара в комментарии использует термин «SiânAaoïç» в значении «формирование, строение» человеческого тела. Этот термин встречается у великих каппа-докийцев — свт. Василия Великого и свт. Григория Нисского — для описания Богом первого творения.

У святителя Григория Богослова в слове на Пятидесятницу термины «SiânAaoïç» и «SianAáoo«» имеют значение «дневного и светлого воссоздания», которым мы вос-созидаемся в таинстве Крещения. Свт. Василий Великий в сочинении De Hominis structura («Об устроении человека») также использует термин «SiânAaoïç», когда говорит о устроении человеческого тела, его гибкости, крепости.

В толковании Зонары нами были найдены места, где автор целиком повторяет фразы святых отцов. Например, он цитирует свт. Григория Богослова — «xpioiç yàp aÜTn T^ç àv9p«n:ÔTnToç» [S. Gregorii Theologi Oratio XXXI. Col. 132B] 8 — «намазываний ведь ее человеческой природы».

В нашей работе мы выделили те места, где Зонара ссылается на великих церковных деятелей, и провели сравнительный анализ точности цитирования. Результат сравнения представлен в следующей таблице:

Свт. Григорий Богослов Иоанн Зонара

'H^Epiv^ Kai ф«т£1У^ SianAâaei, ^v ка9' ÉauTÔv ëraoroç SianAaTTerai [S. Gregorii Theologi Oratio XLI. Col. 448B]. Ä^a SÈ ún^p^E ml TOÛ aw^aTOç q SiànÀaaiç кal ^ e^veuôiç т^д [Movioû, 2006, 44. 211].

Свт. Василий Великий Иоанн Зонара

'ekeï xomov ^ 9Ep^ÔTnç tcàeîwv, q SiânAaaiç tov aâ^aroç àpaioTÉpa, ^ ùypÔTnç еяле1яе1, KpaTaioÛTai та ^ÉÀ^ [S. Basilii Magni De Hominis Structura oratio I. Col. 25D]. Ä^a SÈ ún^p^E ral той ам^атод ^ SiánÁaaig кal ^ e^veuôiç т^д [Movioû, 2006, 44. 211].

S У Зонары: [Movioû, 2006, 57. 507]. Теология

Исходя из полученных данных можно сделать вывод, что Иоанн Зонара в комментарии прибегал к цитированию святых отцов, но при этом изменял цитаты, стараясь составить толкование доступным для читателей своей эпохи языком. Временной промежуток между великими каппадокийцами и Иоанном Зонарой составляет восемь веков, а за это время в языке произошло большое количество изменений, и их необходимо было учитывать комментаторам XII столетия, к числу которых и принадлежит наш автор.

Многие византийские авторы составляли комментарии на те поэтические тексты, которые для читателей представляли определенную сложность. В частности, такими текстами были ямбические каноны прп. Иоанна Дамаскина на праздники Рождества Христова, Крещения и Пятидесятницу. Эти каноны имели сложную структуру, содержали большое количество непонятных слов и выражений. Все это создавало для читателей препятствия в восприятии, и они были отчасти лишены возможности извлечь из этих текстов духовную пользу, которой те наполнены. Позднее возникла необходимость составления большего количества комментариев на богослужебные каноны, которые, возможно, имели более понятную лингвистическую форму, а также заключали высокий духовный смысл и имели большое значение для верующих. Для церковной науки было бы большой духовной потерей, если бы эти тексты не были тщательно проанализированы.

Иоанн Зонара был одним из новаторов — приверженцев этой идеи, и поспешил претворить свои мысли в жизнь. Сначала он прокомментировал ямбические каноны, а затем приступил к толкованию воскресного канона Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. Эти комментарии оказались очень полезными, поскольку они сохранили первоначальный вид этих текстов, весьма отличный от их современного состояния. Также комментарии Зонары дают анализ этих поэтических текстов на языке, понятном для читателя, не теряя при этом своей духовной силы. Наконец, эти комментарии сохранили святоотеческие и другие тексты, которые, возможно, не были зафиксированы в других источниках. Кроме того, эти толкования дали возможность верующим понять текст канона без необходимости адаптировать его в более простые формы поэзии, что исказило бы авторский замысел и, одновременно, привело бы к утрате изящества этих поэтических произведений [Mоvlой, 2006, 95-96].

Исходя из всего перечисленного можно сказать, что комментарий Иоанна Зонары имеет большое значение для гимнографии, поскольку до сих пор его толкование является образцом поэтического толкования богослужебных текстов.

Филологический анализ текста комментария Иоанна Зонары на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина показывает, что автор владел как аттическим диалектом древнегреческого языка, так и более поздним — койне. Основой текста является классический греческий язык в аттическом варианте, Зонара использует все его средства: синтаксические, морфологические, лексические и фонетические. Эти средства позволяют сделать текст комментария более понятным.

Иногда в тексте встречается влияние разговорного языка, когда автор обращается к Богу.

Анализ словообразовательных средств позволяет выделить наиболее подходящие в контексте значения слов на основе значения их частей, а также подобрать наиболее подходящие русские слова, при помощи которых возможно передать словообразовательные модели древнегреческого языка.

Также Иоанн Зонара использует прием постановки риторического вопроса, что делает текст более живым и понятным для читателя. Цитирование святых отцов, видимо, по причине личного предпочтения, охватывает только двух авторов — свт. Василия Великого и свт. Григория Богослова. Из этого можно сделать вывод, что Иоанн Зонара, как толкователь текстов христианской гимнографии, предстает традиционным церковным комментатором, опирающимся в своих методах на золотой век святоотеческой письменности.

Основой текста комментария является научный стиль, при помощи которого автор точно изложил и изъяснил как для своих современников, так даже и для читателей нашего времени смысл воскресного канона Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина. Но текст комментария богат и элементами художественной выразительности: в нем встречаются аллитерация, анафора, оксюморон, омофоны, антонимы, синонимы.

Дальнейший перевод, анализ и публикация комментария Иоанна Зонары на воскресный канон Октоиха первого гласа прп. Иоанна Дамаскина позволят получить более глубокие сведения о языковых особенностях этого автора. Такая работа позволит ввести в оборот новый текст богословского содержания, который является необходимым источником правильного понимания церковной службы как для уже воцерковленных людей, так и для тех, кто только встает на путь церковной жизни.

источники и литература

1. Joannis Zonarae — Joannis Zonarae. Expositio canonum Anastasimorum Damasceni // PG 135. Col. 421-428.

2. Mai (1841) — Mai A Spicilegium Romanum. Romae, 1841. T. 5. P. 384-389.

3. S. Basilii Magni De Hominis Structura oratio I — S. Basilii Magni De Hominis Structura oratio I // PG 30. Col. 9-37.

4. S. Gregorii Theologi Oratio XLI — S. Gregorii Theologi Oratio XLI: in Pentecosten // PG 36. Col. 428-452.

5. S. Gregorii Theologi Oratio XXXI — S. Gregorii Theologi Oratio XXXI: Theologica // PG 36. Col. 135-172.

6. Movioü (2006) — Moviov N.'I. KpiTiK] EKÖoCTig т^д Ep^nveiag той 'Iwavvou Zwvapa cte ävaaraai^o Kavova той 'Iwavvou Aa^aarcnvoü. Ä9r|va: AinXw^aTiK] epyaaia. 119 p.

7. NiKoörmog Ayiopeixng (1836) — NiKÖÖtffiog Луюрекцд. 'EopToöpo^iov ^toi ep^veia elg Toüg äa^aTiKoüg Kavovag töv AeanoTiKwv Kai ©eo^TopiKÖv eopTÖv. 'Ev BeveTia: 'Ek T^g Tunoypayiag NiKoXaou TXukü. 750 p.

8. Василик (2006) — Василик В. В. Происхождение канона (богословие, история, поэтика). СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 2006. 306 с.

9. Желтов (2017) — Желтое М, свящ. Канон // Православная Энциклопедия. Т. 30. С. 204-212.

10. Скабалланович. (1910) — Скабалланович М. Типикон. Киев: Тип. АО печатного и издат. дела Н.Т. Корчак-Новицкого, 1910. Вып. 1. 494 с.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.