Научная статья на тему 'Imago hominis: концепции человека в истории европейской культуры. Часть 2: антропография Библии'

Imago hominis: концепции человека в истории европейской культуры. Часть 2: антропография Библии Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
204
64
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ИСТОРИЯ КУЛЬТУРЫ / HISTORY OF CULTURE / ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ / PHILOSOPHICAL ANTHROPOLOGY / БИБЛЕЙСКАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА / BIBLICAL HERMENEUTICS

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Комков Олег Александрович

Спецкурс направлен на исследование антропологических моделей и морфологии образа человека в ключевых текстах, определивших облик основных эпох европейской культуры. Настоящая программа представляет тематический материал второй части спецкурса, посвященной образу человека в Библии.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Imago Hominis: The concepts of the man in the history of the European culture. Part 2: The anthropography of the Bible

The course focuses on the study of anthropological models and cultural morphology of the human being in the key texts that determined the spirit of European historical epochs. The present course syllabus outlines the contents of its second part devoted to Biblical anthropography and anthropology.

Текст научной работы на тему «Imago hominis: концепции человека в истории европейской культуры. Часть 2: антропография Библии»

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2015. № 4

СРАВНИТЕЛЬНОЕ ИЗУЧЕНИЕ КУЛЬТУР

О. А. Комков

IMAGO HOMINIS: КОНЦЕПЦИИ ЧЕЛОВЕКА

В ИСТОРИИ ЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Часть 2. Антропография Библии1

ПРОГРАММА СПЕЦКУРСА

Спецкурс направлен на исследование антропологических моделей и морфологии образа человека в ключевых текстах, определивших облик основных эпох европейской культуры. Настоящая программа представляет тематический материал второй части спецкурса, посвященной образу человека в Библии.

Ключевые слова: история культуры, философская антропология, библейская герменевтика.

The course focuses on the study of anthropological models and cultural morphology of the human being in the key texts that determined the spirit of European historical epochs. The present course syllabus outlines the contents of its second part devoted to Biblical anthropography and anthropology.

Key words: history of culture, philosophical anthropology, biblical herme-neutics.

Спецкурс «IMAGO HOMINIS: концепции человека в истории европейской культуры» предназначен для студентов 3—5 курсов, обучающихся по специальностям «Культурология», «Лингвистика и межкультурная коммуникация», «Регионоведение», «Перевод и переводоведение», и методологически ориентирован на расширение альтернативного спектра концептуализированных культуроведче-ских дисциплин для обеспечения глубокой и разносторонней подготовки широкого круга будущих высококвалифицированных специалистов-гуманитариев2.

Комков Олег Александрович — канд. культурологии, доцент кафедры сравнительного изучения национальных литератур и культур факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: olkomkov@yandex.ru

1 См.: Карташева Н.В. Программа лекционного курса «Культурология» // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2014. № 1.

2 См.: Карташева Н.В. Программа лекционного курса «Культурология» // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингви-стика и межкультурная коммуникация. 2014. № 1.

Основная цель спецкурса — дать студентам общее представление о наиболее важных и ценных формах и путях развития мысли о человеке в истории европейской культуры от эпохи мифологического сознания до рубежа третьего тысячелетия. Подача и обсуждение информативного материала подчинены, главным образом, хронологическому принципу. Спецкурс состоит из нескольких частей, каждая из которых посвящена определенному отрезку европейской истории и рассчитана на один семестр аудиторной работы.

Приоритетные задачи спецкурса включают:

• изучение многообразных антропологических моделей (традиционных, мировоззренческих, персональных), во многом определивших облик культурных эпох и региональных ойкумен в их развитии и оставивших след в современном сознании и науке;

• анализ константных составляющих человеческого способа существования (язык, речь, мышление, понимание, интерпретация, общение, деятельность, отношение, целеполагание и т. д.) в диахронической и синхронической перспективе с позиций междисциплинарного, интегрирующего научно-гуманитарного подхода;

• исследование морфологии образа человека в различных видах и жанрах формосозидающей духовной деятельности (философия, религиозный культ, наука, литература и словесное творчество, музыка, театр, визуальные и пластические искусства) в рамках осмысления и реконструирования тех или иных антропологических парадигм;

• освоение студентами релевантного понятийного аппарата в области антропологии (философской, религиозной, культурной, художественной), истории культуры и искусства, герменевтики, психо- и социологии и других сфер гуманитарного знания.

Форма проведения занятий совмещает лекционную подачу материала, обсуждение источников и литературы, работу в режиме свободной дискуссии и краткие доклады-презентации по желанию студентов.

Настоящая программа представляет тематический материал первого раздела второй части спецкурса, посвященного образу человека в Библии. Изучение рассчитано на 32 аудиторных часа.

Основная форма контроля — зачет.

Тема 1. Контекст ветхозаветной антропографии

Общее представление о содержательной, жанровой и сакральной специфике книг Ветхого Завета. Ветхий Завет иудео-христианской традиции и Танах иудаизма. Христианская перспектива европейской культуры и иудаистическая религиозно-герменевтическая концептосфера: необходимость и сложность поликонтекстуального взгляда.

Ветхий завет как мифология и теология священной истории и человека. Понятие откровения. Антропоцентризм откровения.

Поэтика мифа в ветхозаветной космогонии и антропогонии. Концепция личного Бога-Творца (Л1Л' Yahwe, а'Л^Х Elohim)3. Образ Духа Божьего (ПИ О'Л^Х ruah Elohim). Сотворение мира. Принцип творения словом. Ономатологическое измерение мира и человека, статус божественного и человеческого слова4. Судьбы библейской ономатопоэтики в европейской традиции.

Тема 2. Аспекты ветхозаветной атнропогонии

Сотворение первого человека — Адама — из персти земной. Связь слов 07Х adam («человек», «человечество», «род») и ЛЙ7К adamah («земля», «почва», «глина», «прах», тж. «страна»). Соотношение с понятиями крови и телесной красоты (07Х adom — «красный», цвета крови, «румяный»). Архаические интуиции телесно-космической целостности.

«Одушевление» человека божественным «дыханием». Замечания о пневматологической терминологии в Ветхом Завете:

1. Концепт ЛИ ruah — «дух», «душа» в самом общем значении, космологический генезис понятия. Собственное значение: «воздух», «ветер». Перенос значения по сходству: «дуновение», «чувственное возбуждение», «гнев», «жизнь», «дух», «душа» как жизненные принципы, «ум», «разумное существо» в разнообразных внешних проявлениях.

2. Концепт nephesh — «душа» как витальная сила высшего происхождения, оживотворяющая тело (от naphash — «дышать»). Основные значения: «дыхание», «жизненная сила», «дышащее существо», «жизнь», «душевные желания», «человек», «всякий», «всякое живое существо». Психофизические, телесные коннотации, широкий спектр употреблений.

3. Концепт Лй№3 neshamah — «душа», «дух» как реальность, принципиально превосходящая телесный уровень бытия, отличающая природу живого и, прежде всего, разумного существа в его особом бытийном статусе. Собственное значение: «дуновение», «дыхание». Употребление в значениях «божественное вдохновение», «дыхание жизни», «разум», «душа живая».

Иерархическая зыбкость пневматологической терминологии, ее укорененность в структурах архаического сознания. Спиритуа-

3 Здесь и далее транскрипция древнееврейских слов сознательно упрощена автором по сравнению с традиционной в целях облегчения восприятия.

4 См.: Комков О.А. Из истории русской философии имени: раннее творчество А.Ф. Лосева // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2007. № 1.

лизация ветхозаветной пневматологии в иудаистической экзегетике и мистике последующих времен.

Тема 3. Космологический статус «первого человека»

Адам и антропологема «образа Божьего» (imago Dei). Обязанности Адама и идеальная перспектива человеческого предназначения: возделывание (72У abad) и творческое измерение жизни, труд и созидание; хранение (~iü№ shamar) и творчески-экзистенциальное измерение бытия, забота, ответственность и культ; наречение имен (Х~|р qara' shem) и творчески-когнитивное измерение жизни, осмысление и понимание мира. Темы семьи и отцовства. Образ Адама и теоантропологема утраты «образа Божьего» и восстановления: апокалиптическая парадигма. Образ Адама в христианской интерпретации (общие замечания).

Проблематика пола. Образ женщины в Ветхом Завете (общие замечания).

Тема 4. Мотив грехопадения

Миф об Эдеме и грехопадении. Типологизм мифа в древневосточных и последующих культурах. Экзегетическое ядро мифа: человеческое существование как смертность вследствие утраты божественного дара. Древо познания добра и зла: множественность интерпретаций. Познание как приобщение, познать (УТ yada) — сделать частью себя. Познание (ЛУ7 da'at) добра и зла как обретение, осмысление и раскол. Человеческое и сверхчеловеческое. Человек и трансцендентальное поле его потенций.

Замечания о концепте греха в Ветхом Завете. Грехопадение как начало человеческой истории. Телеологизм (финализм) человеческой истории: идея воссоединения с Богом, восстановления разрушенной цельности существования на тернистом пути личного и исторического бытия.

Тема 5. Антропология «завета»

Обетования и заветы Бога. Теоантропологическая специфика концепта «завет» (rP~Q berit). Завет и творение. Завет и память. Культура сакрального воспоминания. Человек в пространстве священной истории. Закон (ЛИЛ torah) и заповеди: теоантропологиче-ская регламентация жизненного уклада, принцип социальной и юридической ритуализации.

Завет и спасение. Мессианическое измерение человеческого бытия.

Тема 6. Мотив персональной трансформации

Принцип творческой трансформации личности в образах пра-отцев, ветхозаветных правителей, учителей и пророков. Персональная модель личностного и культурного преображения в мифе о Моисее. Древневосточное понимание мудрости (ЛйЭП hokmah) как осуществленной полноты экзистенциального опыта и ее преломление в текстах Ветхого Завета (Иосиф, Давид, Соломон). Мудрость и притча.

Динамический образ человека в метафорике пути. География и пневматография пути. Образ человека как странника.

Этика, мифопоэтика и социология ветхозаветной традиции пророков. Связь прошлого, настоящего и будущего в ветхозаветном пророчестве. Нравственные и экзистенциальные импликации образа пророка: посредничество между Богом и человеком, боговдох-новенность, уход из мира, избранничество, способность внимать откровению. Идеальная перспектива видения человека в образах пророков. Трансформация образа библейского пророка в европейской художественной культуре.

Тема 7. Экзистенциальная проблематика в Ветхом Завете

Тема власти в Ветхом Завете. Праведные и неправедные властители и судьи. Власть Бога, господина, отца. Отношения между родителями и детьми в контексте парадигмы власти (владычество и забота — почитание и послушание).

Тема рода и генеалогическое измерение человеческого существования. Образы деторождения и плодородия. Образ ребенка.

Эротическая метафорика Песни Песней. Телесность и аллегоричность ветхозаветного эротизма. Антропологическая герменевтика брака человека и Бога в христианском богословии.

Мотив соперничества братьев (Каин и Авель, Иаков и Исав, Иосиф и его братья). Мифологические корни и антропологический аспект библейской парадигмы разделения.

Тема братства как символ идеального единения. Антропологема «любви к ближнему» (Лев. 19:18).

Типы личностных отношений человека и Бога как формы освоения трансценденции и аттестации теофании: вера, служение, поклонение, любовь, повиновение, жертвоприношение, хвала, противостояние, борьба, тяжба, сомнение, бегство, бунт (Авраам и Исаак, Иаков, Давид, Иона, Иов). Экзистенциальный аспект хвалы (^Л halaГ) в Псалмах Давида. Драма Иова: отчаяние как путь самоосмысления и совершенствования личности в познании трансцендентного. Тема бренности человеческого бытия в Книге Экклесиаста. Ветхозаветные экзистенциальные мотивы как предмет

философского мышления Нового времени: Б. Паскаль, С. Кьерке-гор, Л. Шестов, А. Мацейна.

Тема 8. Тело в Ветхом Завете

Человеческое тело и теоантропологема «освященности плоти». Важность образов тела в Ветхом Завете. Неотделимость телесного и нетелесного. Хранение тела, сила и слабость, метафорика одеяния. Замечания о телесно-конститутивном облике человека. Мифосе-мантика частей человеческого тела:

• Голова как символическое вместилище жизни и смерти. Голова в ритуальных действиях: помазывание елеем как форма высшей инициации (Исх. 29:7; Лев. 8:12; 1 Цар. 10:1); покрытие главы, сбривание волос и посыпание главы пеплом как знак скорби (Иов 1:20); благословение (Притч. 10:6; Быт. 48:14); «возложение вины» и осуждение (Лев. 24:14; Авд. 1:15; 3 Цар. 2:33). Голова как символ власти.

• Лицо (й'ЗЭ panim) как выражение сущности и внутреннего состояния (Исх. 34:29; Иов 16:8; Неем. 2:2). Лицо и семантика света и сияния (Пс. 103:15; 3 Езд. 7:55). Символика «сокрытия лица»: отречение от низших форм опыта (Иез. 12:6); расторжение связи (Втор. 31:17—18; 32:20; Пс. 12:2; 101:3). Лицо как символ присутствия и аттестации опыта: формула '23? ^т («пред лицом») (например: Исх. 34:29) как утверждение установленного события духовной связи (встречи). Лицо как выражение намерения и устремленности (формулы «обратить лицо», «отвратить лицо») (Числ. 24:1; Притч. 17:24; Лев. 17:10; 4 Цар. 12:17; Иер. 21:10).

• Лоб (чело) как символический топос, совмещающий интери-орную семантику головы и эпифаническую семантику лица. Лоб как место ношения особого знака (Исх. 13:9, 16; 28:36—38; Втор. 6:8; 11:18; Иез. 9:4). Лоб как символ решимости и мужества (Иез. 3:8—9) либо упрямства и бунтарства (Ис. 48:4; Иез. 3:7). Лоб в сюжете о поражении Давидом Голиафа. Лоб как показатель болезни (Лев. 13:41-43).

• Глаз как символ духовного зрения и знания (Пс. 118:18, 37; Притч. 3:7; Иер. 5:21; 7:11). Символика «открытия глаз» как осознания в Быт. 3:5-7. Семантика глаза в образах пророков. Слепота как символ бесчувствия и духовного оскудения. Глаз как выражение эмоций и суждения. Отсутствие чрезмерной спиритуализации концепта зрения, телесность глаза. Глаз и свет. Мифопоэтические коннотации магизма взгляда.

• Ухо как символ знания и разумения. Соотношение с мифосе-мантикой сердца и разума. Формула «приклонить ухо». Примеры текстов: Притч. 2:2; 18:15; Ис. 6:9-10; Иер. 34:14; Пс. 30:3. Слух

Бога и слух человека. Приоритет слуха в ветхозаветной аттестации божественного откровения. Звук божественного слова как основной принцип манифестации теофании (Ис. 22:14; 50:4—5; Втор. 5:1; Иер. 2:4; Иов 36:10). Глухота как символ бездуховности, ущербности, бунта (Втор. 4:28; Ис. 48:8).

• Язык как символ речи и ее воздействия. Язык в значении «манифестация человеческого» (например: Пс. 72:9). Сила человеческого языка (Пс. 56:5; 63:4; 139:4 (сравнение с жалом змеи); Иер. 9:8; Притч. 12:18; 15:4). Потенциальная греховность языка, «лукавый» язык (Притч. 17:20; Пс. 38:4).

• Уста как символ речи. Уста как окно души. Эпифанический характер образа уст. Уста и познание (Нав. 1:8). Уста и чистота души, метафора очищения уст и через уста (Ис. 6:7). Уста и сердце (Пс. 18:15). Уста и клятва. Уста и мудрость (благоразумие). Формула «хранения уст».

• Рука («мышца») как символ силы, власти, посвящения. Символика возложения рук. Рука как основной манифестационный образ деятельностного измерения человеческого бытия (ср. концепцию органопроекции П.А. Флоренского).

• Нога как образ силы. Стопа и семантика ритуального омовения ног. Нога как символ власти, обладания, устойчивости, крепости, намерения и целеустремленности. Нога и образ пути. Образ ног в контексте универсальной древневосточной традиции почитания и поклонения.

• Крайняя плоть и обряд обрезания. Архаические инициационные истоки ритуала. Религиозное переосмысление в иудаистической культуре: обрезание как знак завета, веры, верности. Обрезание как манифестационный символ в контексте межличностных отношений человека и Бога. Переосмысление символики обрезания в христианской культуре.

• Живот (чрево) как символ внутренней сущности и состояний человека (Пс. 30:10; 43:26; Притч. 20:27; 22:18; Иов 15:2; 32:18; Иер. 4:19). Чрево женщины как символ рождения. Образ чрева кита как могилы в сюжете об Ионе. Живот (желудок) и тема насыщения (изобилия): Притч. 13:25; Втор. 6:11; Иов 20:22,23. Отрицательные коннотации: живот как образ телесного пресыщения и злоупотребления.

• Сердце leb) как центральный образ личности, средоточие глубинных, интимнейших содержаний. Образ сердца в поэтике Псалмов. Сердце и пневматологическая терминология. Метафора изменения сердца как духовной трансформации личности (Иез. 11:19; 18:31). Сердце и функция мышления (Быт. 6:5; Пс. 76:7; Эккл. 2:1, 15; 1 Цар. 1:13). Сердце как эмоциональный центр (Исх. 4:14; Втор. 1:28; Пс. 26:3; 27:7; 38:4; Неем. 2:2) и вместилище желаний (Быт.

34:3, 8; 2 Цар. 3:21; Пс. 36:4). Сердце и волевой аспект личности (побуждение, решимость, упорство) (Исх. 25:2; Втор. 2:30). «Разумное сердце» в 3 Цар. 3:9. Библейский образ сердца как вместилища и предназначения разума (по Г. Вольфу). «Сокрушение» сердца как сознание греха и раскаяние (Пс. 50:19). Библейская метафизика сердца в интерпретации Б.П. Вышеславцева («Этика преображенного эроса»).

Прочие телесные элементы в составе общей мифопоэтической конститутивной парадигмы. Мотивы наготы и одеяния в ветхозаветной поэтике.

Мифосемантика состояний человеческого тела: образы здоровья, силы и красоты vs. образы болезни, уродства, психосоматической патологии. Принципы изображения и роль душевных состояний. Аффективный мир Ветхого Завета.

Тема 9. Типология характеров в Ветхом Завете

Общие замечания (по книге «Словарь библейских образов» (Dictionary of Biblical Imagery) под общ. ред. Л. Райкена, Дж. Уилхойта, Т. Лонгмана III). Положительные типы: праведник, благочестивый царь, послушное дитя, мудрец, благочестивый священнослужитель, мудрец, герой-защитник, освободитель, справедливый судья, жених и невеста. Отрицательные типы: злодей, искуситель, блудница или прелюбодей, тиран, изгой, убийца, предатель, бунтарь, вор, развратник.

Дополнение: парадигматика иудаистических интерпретаций Та-наха (например: «Библейские смыслы» Б.И. Бермана). Библейская экзегетика и каббалистическая антропология (общие замечания).

Традиции типологического толкования образов Ветхого Завета в христианском богословии.

Тема 10. Введение в антропографию Евангелий

Общие сведения о месте Евангелий в контексте литературы откровения. Евангелия как часть иудео-христианской традиции. Миф о Христе и иудейский мессианизм. Христос и новая перспектива видения человеческой истории.

Историческое, мистическое, богословское и нравственное измерения учения Христа. Сюжетная и мифопоэтическая структура евангельского повествования. Боговоплощение. Проповеди и чудеса Христа. Преображение Христа. Крестная смерть Христа, воскресение и искупление. Божественное и человеческое в личности Христа. Персонологическое измерение евангельской картины мира. Теологемы вочеловечения, воскресения и искупления как основа богословского и антропологического дискурса в христианской культуре (см. тему 3 и раздел II).

Элементы ветхозаветного образа человеческой жизни, их переосмысление и модификация в евангельской истории. Трансформация представлений о законе, заповедях, принципах социальной и личной ритуализации. Новая концептосфера свободы, любви, благодати.

Тема 11. Поэтика и нарратология притчи

Антропоцентризм и антропоморфизм евангельского откровения. Антропография притчи и связь с традицией Ветхого Завета.

Основные притчи Христа: 1) о сеятеле (Мф. 13:3,23; Мк. 4:3,8, 14—20; Лк. 8:5,8, 11—15); 2) о добром семени и о плевелах (Мф. 13:24, 30,36—43); 3) о горчичном зерне (Мф. 13:31,32); 4) о закваске (Мф. 13:33); 5) о сокровище, скрытом на поле (Мф. 13:44); 6) о купце, ищущем хорошего жемчуга (Мф. 13:45,46); 7) о неводе, закинутом в море (Мф. 13:47,50); 8) о немилосердном должнике (Мф. 18:23, 35); 9) о работниках в винограднике (Мф. 20:1,16); 10) о двух сыновьях (Мф. 21:28,31); 11) о злых виноградарях (Мф. 21:33,41; Мк. 12:1,9; Лк. 20:9,16); 12) о браке царского сына (Мф. 22:1,14); 13) о десяти девах (Мф. 25:1,13); 14) о талантах (Мф. 25:14,30); 15) о семени, неприметно возрастающем в земле (Мк. 4:26,29); 16) о двух должниках (Лк. 7:41,43); 17) о благодетельном самарянине (Лк. 10:30,37);

18) о человеке, просящем хлеба в полночь у своего друга (Лк. 11:5,8);

19) о любостяжательном богаче, у которого был большой урожай в поле (Лк.12:16,21); 20) о неплодной смоковнице в винограднике (Лк. 13:6,9); 21) о званных на большой ужин (Лк.14:16,24); 22) о заблудившейся овце (Мф. 18:12,14; Лк.15:3,7); 23) о потерянной драхме (Лк. 15:8,10); 24) о блудном сыне (Лк. 15:11,32); 25) о неверном домоправителе (Лк. 16:1,9); 26) о богатом и Лазаре (Лк. 16:19,31); 27) о работнике, пришедшем с поля (Лк. 17:7,10); 28) о неправедном судии (Лк. 18:1,8); 29) о фарисее и мытаре (Лк. 18:9,44); 30) о десяти минах (Лк. 19:11,27); 31) о добром пастыре и наемнике (Ин. 10:1,16);

32) о человеке благоразумном, построившем дом свой на камне и о безрассудном, воздвигшем дом свой на песке (Мф. 7:24,27; Лк. 6:47,49); 32) о ветхой одежде и о ветхих мехах (Мф. 9:16,17);

33) о женихе и сынах брака (Мф.9:15).

Бытовое, нравственное и анагогическое измерение притчи. Сочетание интроспективной и манифестационной семантики в притчах Христа: принцип выявления сокрытой ценности, вечного в тленном, инобытийного опыта в недрах быта, жизнесозидающих основ духовного возрастания. Человек ищущий и обретающий, заблуждающийся и образумившийся, блуждающий и возвращающийся, забывающий и вспоминающий, ослепший и прозревающий, ветхий и обновляющийся — основные бинарные антропографемы в языке притч Христа.

Тема 12. Взгляды евангелистов

Антропология образа евангелиста как духовного свидетеля. Представление о синоптических Евангелиях. Особая роль Евангелия от Иоанна.

Евангелие от Матфея: рождество, крещение, учение, чудеса, страдания, смерть, воскресение Христа; мессианизм и связь с ветхозаветными пророчествами; генеалогическая экспозиция текста как развитие ветхозаветной темы рода; события, не упоминаемые другими евангелистами (поклонение волхвов, избиение младенцев Вифлеемских, притча о десяти девах, воскресение умерших во время распятия Господа и др.). Нарратологическая специфика — антропографический параболизм, «присутственный» характер аттестации теофании.

Евангелие от Марка: лаконичный синоптизм, притчевое ядро повествования. Нарратологическая специфика идентична Мф.

Евангелие от Луки: от обстоятельств рождения Иоанна Предтечи и Христа до вознесения Христа на небо. События, не упоминаемые другими евангелистами: рождение Иоанна Крестителя, римская перепись в Иудее, обстоятельства, сопровождавшие рождество Христово в Вифлееме, небесное видение вифлеемских пастырей, беседа двенадцатилетнего отрока Иисуса Христа в Иерусалимском храме с иудейскими учителями; притчи: о добром самарянине, блудном сыне, богатом и Лазаре, неправедном судии, мытаре и фарисее; чудесное исцеление кровоточивой женщины, исцеление десяти прокаженных, воскрешение сына вдовы Наинской, подробности о путешествии в Еммаус двух учеников и явление им Господа. Нарратологическая специфика — легендарно-дидактический пара-болизм предания, аттестация теофании post factum через дух и память.

Евангелие от Иоанна: божество Бога-Слова (Христа), искупление, существо и необходимость духовного возрождения, тема будущего воскресения мертвых, теологема сошествия Св. Духа. Нарратоло-гическая специфика — мифопоэтический, мистико-спекулятив-ный параболизм, богословский тип аттестации теофании.

Иоанновский Логос и основы ипостасной парадигматики в святоотеческой антропологии.

Тема 13. Антропология Нагорной проповеди

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Нагорная проповедь как один из основных антропологических топосов Евангелий (Мф., Лк.). Дихотомия внешнего и внутреннего, плотского и духовного, земного и небесного, данного и заданного как главный антропографический принцип Нагорной проповеди. Дидактическое, нравственное и символологическое измерения образа человека в Нагорной проповеди, их синкретическая нераздельность. «Заповеди блаженств»: образы кротости, чистоты и

страдания и теоантропологема наследования Царствия Небесного. Метафоры «соли земли» и «света мира». Тема «восполнения» ветхого закона. Интроспективная трактовка греха как реальности, совершающейся в помысле. Развенчание мифологемы клятвы. Тео-антропологемы всепрощения и нравственного совершенства. Тема лицемерия: ложь как замутненное око души. Метафора внутренней тьмы. Мотив меры и воздаяния. Тема греховности осуждения. Метафора «сокровищницы сердца».

Интроспективно-пневматологическая локализация топоса Царства Небесного (совершенной реальности исполненного человека) как доминанта евангельской вести.

Тема 14. Символические аспекты евангельской антропологии

Символика Крещения Господня (Мф. 3:13,17; Мк. 1:9,11; Лк. 3:21,22) как духовная трансформация инициационной парадигмы: человеческий аспект (причащение иной реальности, восхождение и обновление) и божественный аспект (кенотическая сопричастность человеческому измерению, трансцендентальная легитимация ини-циационного акта).

Символика Преображения Господня (Мф. 17:1,13; Лк. 9:28,36; Мк. 9:2,12) в манифестационной антропологической парадигме: выявление истинно-сущего в человеке как заданного. Основы антропологии обожения (теозиса).

Антропография образа ученика и апостола.

Система эпизодических персонажей Евангелий в контексте дихотомии «ветхого» и «нового».

Тайная вечеря: образно-тематическая основа евхаристического дискурса (таинство вкушения плоти и крови Господа) и его антропологическая специфика.

Гефсиманская агония.

Тема 15. Антропографическая лексика Евангелий

Общие замечания об антропографическом вокабуляре Евангелий. Основные пневматографемы (ауалп, каp5íа, л^еица), психографемы (агабпоц, Згс^ога, ^ХП), соматографемы (кефаА^, оар^, аюца): специфика и частотность употребления, соотношение с античной и эллинистическими традициями. Роль антропографи-ческого вокабуляра Евангелий в формировании антропологических концептов христианского богословия.

Тема 16. Введение в антропологию апостола Павла

Общие замечания. Учение о человеке как один из основных элементов христианского богословия и антропоцентрическая перспектива христианской картины мира.

Ап. Павел как первый богослов-антрополог. Сочетание ветхозаветной и эллинистической традиций в описании и осмыслении природы человека. Ветхозаветные антропологические концепты ГШЗ neshamah («дыхание», «жизненная энергия»), nephesh («душа»), ЛИ ruah («дух»), leb («сердце»); их роль в библейски-ориентированном мышлении ап. Павла. Элементы эллинистического интеллектуализма: дихотомический («внешний» vs. «внутренний» человек) и трихотомический («дух» — «душа» — «тело») способы выявления структуры человека. Функциональный (несубстанциональный) характер основных антропологических категорий ап. Павла. Отсутствие «наукообразного» систематизма в языке ап. Павла, невозможность терминологически определить точное содержание используемых понятий.

Антропология ап. Павла как начало перехода к личностному, персонологическому богословию в эллинистической и постэллинистической культуре. Личность как нераздельность внутреннего выражаемого и внешнего выраженного. Целостность человеческого существа, человек как воплощенный дух.

Тема 17. Основные концепты антропологии апостола Павла

1. «Плоть» (оар£) и «тело» (оюца). «Плоть» как земное начало в человеке, материальный субстрат, сущностно одушевленный. «Тело» как организованная форма «плоти». Возможность синонимического употребления (в значении «внешняя оболочка человека»). «Тело» в персоналистическом значении как индивидуум, как отдельная личность. Связь «плоти» с грехом (Римл. 8:5—13; 1 Кор. 5:5; 2 Кор. 7:1). «Плоть» как испорченная природа человека. «Дела плоти» (Гал. 5:19—21) и «плотские помышления» (Римл. 8:6). Отсутствие неоплатонического и гностического дуализма в этике ап. Павла: «плоть» не является греховной по существу, она лишь орудие греха.

2. «Душа» (^их^). Четыре основных значения: 1) индивидуальная жизнь (Рим. 11:3; 16:4; Фил. 2:30; 1 Сол. 2:8); 2) личность (Рим. 2:9; 1 Кор. 15: 45); 3) начало, отличное от тела (2 Кор. 1:23; 12:15; Ефес. 6:6; Колос. 3:23; Фил. 1:27; Евр. 4:12); 4) чувственная жизнь, в отличие от духа (1 Сол. 5: 23). «Душа» как источник и начало природной жизни человека, как совокупность внутренних человеческих способностей.

3. «Ум» (voug). Концепт греческого происхождения. Термин, обозначающий разумное начало в человеке. Употребление в Римл. 7:23 и 1 Кор. 14:14—15. Близость понятий «ум» и «дух».

4. «Совесть» (ouvsiSnoig). Заимствование из греческой психологии. «Совесть» как сознание о Боге, как мерило моральных ценностей человека, внутренний судья его поступков (2 Кор. 1:12; Римл. 9:1; 1 Тим. 1:5; 4:2; 2 Тим. 1:3). Этимология греческого и русского

слова: «со-знание», «со-ведение», «со-видение». «Совесть» как сопричастность божественной истине, как функциональный элемент человеческого существа, соучаствующий в божественной жизни, как основа синергического союза Бога и человека.

5. «Сердце» (rapSia). Употребляется в соответствии со всеобъемлющим значением древнееврейского leb — центр внутренней жизни человека, средоточие многообразных душевных переживаний. «Сердце» как наиболее общий древний термин, отчасти соответствующий современному понятию личности: внутренний мир, выражающийся во внешних формах.

6. «Дух» (nveu^a). Наименее ясный термин в антропологии ап. Павла. «Дух» как нечто отличное от плоти (2 Кор. 7:1; Ефес. 4:4), противостоящее ей (Римл. 8:4—6; 1 Кор. 5:5; Гал. 5:17; 1 Тим. 3:16). «Дух» как орган самосознания (1 Кор. 2:10—11), близость к понятию «ум». «Дух» как нематериальный элемент в строении человека, связывающий его с вечным. Соотношение понятий «душа» и «дух» в контексте трихотомической структуры 1 Сол. 5:23. Несоответствие аналогичным тройственным структурам Платона и Аристотеля, где высшее начало — «ум», а не «дух». Библейски-мифологический, религиозно-конкретный, антиинтеллектуалистский характер мысли ап. Павла: «дух» как высшее в человеке, соприкасающееся с божественным, символическое отражение Святого Духа. Возможность понимать «дух» как особое состояние внутренней жизни человека, а не часть его состава. «Дух разума» (луеица тои voog — Ефес. 4:3) — выражение, четко демонстрирующее различие библейской и эллинистической систем мышления (ср. «дух разумения» в Иов 17:11).

7. «Внешний человек» (о ё£,ю ^töv av9p®nog) и «внутренний человек» (о вою ^töv <av9p®nog>). Основной текст — 2 Кор. 4:16. «Внешний человек» — тело, плоть; «внутренний человек» — ум и сердце. «Душа» как элемент человека может относиться к обеим сферам. Дихотомия «внешнего» и «внутреннего» как «преходящего» и «обновляющегося» — основа формирования и развития персо-нологии человека в христианской культуре.

8. «Ветхий человек» (о лаАяюд av9p®nog) и «новый человек» (о Kaivog av9p®nog). Основной текст — Ефес. 4:22—24. «Ветхий человек» — человек тления и похоти; «новый человек» — преображенный благодатью и истиной, служитель святости. Динамическая концепция человека, восходящего от неведения Бога к Богопозна-нию. Мегаконтекст библейской дихотомии: «закон» (рабство духа) vs. «благодать» (духовная свобода).

Ап. Павел о назначении человека. Человек как храм для обитания Духа Божия (1 Кор. 3:16). Единение с Богом и Богообщение. Интерпретация ветхозаветных образов в контексте парадигмы восстановления (Адам, Авраам, Моисей). Зарождение концепции

обожения (теозиса). Сыновство Богу, «сонаследничество со Христом» (Римл. 8:14—18; Гал. 4:5—7). Конечная судьба человека: смерть физическая (Римл. 5:12; 6:21—23; 2 Кор. 1:9—10), смерть духовная (Римл. 7:10; 8:6), смерть вечная как окончательное разделение с Богом (2 Кор. 2:15—16). Надежда на прославленное состояние воскресшего человека (Римл. 8:18—23; 2 Кор. 4:17). Утверждение целостной природы человека в вечности, возможность личного спасения в противовес спиритуалистическим и гностическим тенденциям эллинистической эпохи.

Любовь (ауалп) как основа человеческой жизни, как всеобъемлющая, высшая форма человеческих взаимоотношений, смысл и цель духовного развития. «Гимн любви» в 1 Кор. 13:1—13. Любовь как инобытие божественного в человеке. 'Ауалп и spog: различие концептов и возможность духовного отождествления. 'Ауалп как сублимированный spog. Любовь как творчество и самораскрытие. 'Ауалп и кеуюоц: любовь как самоумаление, самоотречение и обретение себя в другом. Духовная, божественная природа любви.

Список литературы

БартелемиД. Бог и Его образ. СПб., 2000. Бычков В.В. Эстетика Отцов Церкви. М., 1995.

Ефрем (Лэш), архимандрит. Исследуйте Писания // Альфа и Омега. Ученые записки Общества для распространения Священного Писания в России. 1997. № 1 (12). Кураев А., диакон. «И отделил Бог...» (Мотив разделения в Библии) // Альфа и Омега. Ученые записки Общества для распространения Священного Писания в России. 1995. № 3 (6). Кураев А., диакон. Полемичность Шестоднева // Альфа и Омега. Ученые записки Общества для распространения Священного Писания в Росси. 1997. № 1(12). Лосский В.Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви.

Догматическое богословие. М., 1991. Словарь библейских образов / Под общ. ред. Л. Райкена, Дж. Уилхойта,

Т. Лонгмана III. СПб., 2005. Творения аввы Евагрия. Аскетические и богословские трактаты / Пер.,

вст. статья и комментарии А.И. Сидорова. М., 1994. Флоренский П., свящ. Столп и утверждение истины. М., 1914 (репринт 2002).

Gutbrod W. Die paulinische Anthropologie. Stuttgart, 1934. Lossky V. The Mystical Theology of the Eastern Church. L., 1957. Lossky V. The Vision of God. L., 1963.

Pachmuss T. Dualism and the Synthesis of the Human Soul. Southern Illinois University Press, 1963. Pelikan J. The Christian Tradition. 5 vols. Chicago, 1967. Stevens G. The Theology of the New Testament. Edinburgh, 1906.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.