Научная статья на тему 'Глобальное потепление и вековой ритм расселения крупных кошек на северной периферии ареала'

Глобальное потепление и вековой ритм расселения крупных кошек на северной периферии ареала Текст научной статьи по специальности «Биологические науки»

CC BY
538
148
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ / РЕДКИЕ МЛЕКОПИТАЮЩИЕ / МИГРАЦИИ / ГОРЫ ЮГА СИБИРИ / ВЕКОВОЙ РИТМ / GLOBAL WARMING / RARE MAMMALS / MIGRATION / MOUNTAINS OF SOUTH SIBERIA / THE AGE-OLD RHYTHM

Аннотация научной статьи по биологическим наукам, автор научной работы — Баранов Петр Владимирович, Бочарников Владимир Николаевич, Кашкаров Евгений Петрович

В связи с проявлениями глобального потепления анализируется малоизвестный зоогеографический феномен: вековой ритм (80-90 лет) расселения снежного барса Uncia uncia, амурского леопарда Panthera pardus orientalis и амурского тигра Panthera tigris altaica на северной периферии ареала. На рубеже XXI в. вековой ритм вызвал глобальное потепление климата и сдвинул границы вечной мерзлоты и арктических льдов на север на 500 км. Вместе с ними на север сместились и границы ареалов тр?х редких видов кошек. Самые дальние заходы снежного барса, леопарда и тигра достигли Якутии (Саха). По дальности они превышали 1000 км от границ основного ареала. У снежного барса новые очаги обитания появились по всей северной периферии от Алтая до Забайкалья. У леопарда и тигра существование новых очагов наиболее вероятно на пограничных территориях Китая, Монголии, России (Забайкалье) – в первую очередь на горном массиве Хинган (Китай).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

GLOBAL WARMING AND CENTURY RHYTHM OF SETTLEMENT OF LARGE CATS ON RANGE OF NORTHERN PERIPHERY1FGBU "Shor National Park,"

In connection with the manifestations of global warming zoogeographical analysis of a little-known phenomenon: the age-old rhythm (80-90 years) settlement of the snow leopard Uncia uncia, the Amur leopard Panthera pardus orientalis, and the Amur tiger Panthera tigris altaica in the northern periphery of the area. At the turn of the XXI century. age-old rhythm caused global warming and pushed the boundaries of permafrost and the Arctic ice to the north for 500 km. Together with them, and shifted to the north limits of distribution three-'s rare species of cats. The most distant approaches of the snow leopard, leopard and tiger reached Yakutia (Sakha). In range, they exceeded 1,000 km from the borders of the main range. In snow leopard new pockets of sprang up all over the northern periphery from the Altai to the Trans-Baikal. At leopard and tiger existence of new lesions are most likely in the border areas of China, Mongolia, Russia (Transbaikalia) first on the mountain range Khingan (China).

Текст научной работы на тему «Глобальное потепление и вековой ритм расселения крупных кошек на северной периферии ареала»

АСТРАХАНСКИЙ ВЕСТНИК ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

№ 2 (24) 2013. с. 82-91. Научные сообщения

ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ И ВЕКОВОЙ РИТМ РАССЕЛЕНИЯ КРУПНЫХ КОШЕК НА СЕВЕРНОЙ ПЕРИФЕРИИ АРЕАЛА

Петр Владимирович Баранов,

ФГБУ "Шорский национальный парк”

Владимир Николаевич Бочарников,

Тихоокеанский институт географии Евгений Петрович Кашкаров Иркутский государственный университет

Глобальное потепление, редкие млекопитающие, миграции, горы Юга Сибири, вековой ритм.

В связи с проявлениями глобального потепления анализируется малоизвестный зоогеографический феномен: вековой ритм (80-90 лет) расселения снежного барса Uncia uncia, амурского леопарда Panthera pardus orientalis и амурского тигра Panthera tigris altaica на северной периферии ареала. На рубеже XXI в. вековой ритм вызвал глобальное потепление климата и сдвинул границы вечной мерзлоты и арктических льдов на север на 500 км. Вместе с ними на север сместились и границы ареалов трех редких видов кошек. Самые дальние заходы снежного барса, леопарда и тигра достигли Якутии (Саха). По дальности они превышали 1000 км от границ основного ареала. У снежного барса новые очаги обитания появились по всей северной периферии - от Алтая до Забайкалья. У леопарда и тигра существование новых очагов наиболее вероятно на пограничных территориях Китая, Монголии, России (Забайкалье) - в первую очередь на горном массиве Хинган (Китай).

GLOBAL WARMING AND CENTURY RHYTHM OF SETTLEMENT OF LARGE CATS ON RANGE OF NORTHERN PERIPHERY.

P.V.Baranov, V.N.Bocharnikov, E.P.Kashkarov

FGBU "Shor National Park," Pacific Institute of Geography, Irkutsk State University

Global warming, rare mammals, migration, mountains of South Siberia, the age-old rhythm.

In connection with the manifestations of global warming zoogeographical analysis of a little-known phenomenon: the age-old rhythm (80-90 years) settlement of the snow leopard Uncia uncia, the Amur leopard Panthera pardus orientalis, and the Amur tiger Panthera tigris altaica in the northern periphery of the area. At the turn of the XXI century. age-old rhythm caused global warming and pushed the boundaries ofpermafrost and the Arctic ice to the north for 500 km. Together with them, and shifted to the north limits of distribution three-'s rare species of cats. The most distant approaches of the snow leopard, leopard and tiger reached Yakutia (Sakha). In range, they exceeded 1,000 km from the borders of the main range. In snow leopard new pockets of sprang up all over the northern periphery - from the Altai to the Trans-Baikal. At leopard and tiger existence of new lesions are most likely in the border areas of China, Mongolia, Russia (Transbaikalia) - first on the mountain range Khingan (China).

На фоне возрастающей непредсказуемости климата в Европе, где зимой 2012-13 гг. впервые за 11 последних лет замерзли каналы в Нидерландах, в азиатской части России

продолжают устойчиво нарастать негативные тенденции глобального потепления. Для Восточной и Средней Сибири ими стали, прежде всего: резкое увеличение пирогенных сукцессий, сокращение площадей снежников и ледников, общее понижение глубины снежного покрова и соответственно падение уровня и потепление воды в реках.

Все это в совокупности обусловило изменения фауны и населения основных групп позвоночных животных. Так в верховьях реки Томь в Кемеровской области, в следствии резкого потепления воды происходит замещение холодноводных видов рыб (хариуса, ленка, тайменя) сорными видами (щука, окунь, плотва и др.). Происходят изменения и в пространственной динамике популяций крупных млекопитающих, тесно связанных с элементами горного оледенения. В частности в горах юга Сибири - уменьшается численность арктического по своему происхождению вида - северного оленя.

В тоже время южные по своему происхождению виды стремятся на север. Численность антилопы дзерена только в одном Кыринском районе Забайкальского края достигла по данным учетов 2013 г. 20000 особей [http://nature.chita.ru/News/index.htm]. В 2010 г. здесь же, в Сретенском районе, был найден мертвым дальневосточный лесной кот основная часть его ареала - тропики юго-восточной Азии [http://www.nature.chita.ru/Animals/Mammals/prionailurus bengalensis.html]. Манул с 2010 г. фиксируется фотоловушками к северу от основного ареала - в пределах СаяноШушенского заповедника [http://ria.ru/eco/20130206/921525789.html].

Периодически отмечаются далеко к югу за пределами своего ареала три наиболее крупных вида кошачьих нашей фауны: тигр, леопард и снежный барс. Самым крупным всплеском миграций этих видов выделяются 1990 -е - 2000-е гг., на которые приходится более 2/3 мигрировавших животных. Феномен сверхдальних миграций крупных кошек на волне векового ритма имеет аналоги в первых третях XIX и XX вв. [5]. Новый импульс расселения протекает в парадоксальной обстановке экономический изменений бывшего СССР и Китая (развал СССР, рост Китая). Они вызвали беспрецедентные масштабы браконьерства и создали самый крупный в мире черный рынок для снежного барса, леопарда и тигра в Китае.

Влияние векового ритма на жизнь животных известно гораздо меньше, чем влияние 11-22- летнего ритма, впервые исследованного на материалах пушной торговли в России [16] и в Канаде [24]. После работ W.Hudson [25] и С.С.Четверикова [18] периодические импульсы расселения животных в природе получили название “waves of lives - волн жизни”. Одна из таких волн, связанная с вековым ритмом, пришлась на рубеж ХХ-ХХ1 вв. Она развивается до сих пор и копирует всплески миграций в Сибири снежного барса Uncia uncia, амурского леопарда Panthera pardus orientalis и амурского тигра Panthera tigris altaica в первых третях XIX и ХХ вв. (рис.)

Современное расселение протекает на фоне противоположных тенденций развития бывшего СССР и Китая, и общепланетарного потепления климата [3]. Масштабы миграций 1990-х г. сопоставимы с волнами расселения 200-летней давности, когда снежный барс заходил на Олекму; леопард - на север Приморья, в Хинган и Забайкалье; а тигр - в Центральную Якутию (рис.; [5, 12]. Современные заходы кошек за границы основного ареала превышают 1000 км. Эти факты предполагают расселение из новых очагов, расположенных к точкам сверхдальних заходов гораздо ближе. Предположения о существовании таких очагов на пограничных территориях России (Забайкалье), Китая и Монголии высказывались и нами, и др. исследователями. В особом внимании нуждаются исследования ритмических закономерностей импульсов расселения. Вне вековых ритмов они обнаруживаются у крупных кошек в ритмах 11 -22-летней протяженности.

СНЕЖНЫЙ БАРС, ИЛИ ИРБИС

На фоне нового потока информации последних десятилетий о проникновении крупных кошек в Забайкалье выделяется массивный блок данных о присутствии в южной его части снежного барса (рис.). Одно из первых сообщений в современной печати [14] поступило из окрестностей с. Менза. Здесь в 1972 г. отстреляли одного из двух зверей, обнаруженных возле животноводческой фермы, и это был четвертый заход ирбиса в окрестности Мензы за последние 60 лет.

В 1973 г. в Северном Хэнтее создан Сохондинский заповедник, получивший статус биосферного. Это стимулировало зоологические исследования в регионе. Были изучены доступные архивы и впервые проведен широкий анкетный опрос, показавший, что ирбис на севере Хэнтея и в других районах Забайкалья отмечается регулярно. К настоящему времени известно не менее 40 фактов обнаружения вида на пространстве между хребтами Хамар-Дабан, Кодар и Хэнтэй (рис.; [1, 2, 10, 15]

В Хэнтее наиболее ранняя информация о ирбисе известна с 1960 -х г., когда одного зверя отстреляли у гольца Ханин-Чулун (современная территория Сохондинского заповедника). Чаще же сообщения о снежных барсах поступали с территории, расположенной к юго-востоку от заповедника. Зверей и их следы встречали на южных склонах Хэнтея между гольцами Кумыльский (2335 м) и Боруян (1906 м). Опросные данные свидетельствовали о том, что местные жители знакомы с характерным обликом ирбиса, неоднократно сталкивались с ним и даже добывали. В конце 1990 -х г работнику заповедника Сохондинский предложили купить шкуру ирбиса у одного из жителей с.Тарбальджей Кыринского района, но сделка не состоялась. В 1992 г. здесь же, в верховьях р.Тарбальджей, добыли еще двух снежных барсов [10]. В этом же источнике содержатся сведения о других встречах и отстрелах ирбисов в пределах Южного Забайкалья (рис.). Последняя встреча относится к январю 2006 г. Охотник -промысловик с участка в истоках р.Бальджа, у подножия Кумыльского гольца, сообщил руководству Сохондинского заповедника о постоянных встречах следов двух тигров на своей территории. Посланная туда группа сотрудников заповедника обнаружила следы снежных барсов. Они найдены в нижней части лесного пояса.

В 1980-1990-х гг. авторы провели специальные исследования высокогорий Хэнтея, но найти там следы ирбиса не удалось. В высокогорьях держалась исключительно росомаха. Единственные следы снежного барса встречены на р.Тарбальджей, но, опять - в нижней части лесного пояса хр. Становик. Также в Тарбальджее, но уже в лесостепном поясе, один ирбис в 1995 г. зашел на животноводческую ферму и был убит.

Распространение снежного барса в Забайкалье в нижних поясах гор объясняется наибольшим обилием здесь кабарги и косули. Горного козла - главной добычи ирбиса в центрально-азиатских нагорьях, в Забайкалье нет. О былом присутствии горного барана -аргали - свидетельствуют лишь топонимы (гора Ханин-Чулун - “бараний камень”). Аргали был полностью истреблен в Забайкалье в первой трети XIX в. [17], хотя отдельные заходы из монгольской части ареала продолжаются до сих пор. Имеются субфоссильные находки, в том числе авторов [1]. Еще один спутник ирбиса в центрально-азиатских нагорьях - улар - обнаружен в Забайкалье на Чикоконском хр. В апреле 1997 г. на водоразделе рек Чикой и Ашинга, под гольцом 2174 м, встречена пара этих птиц, а на тр ех участках хребта, недалеко друг от друга - помет.

Необходимо заметить, что улар для Забайкалья описан нами впервые. По литературным данным [10] такие находки здесь не известны, хотя это не значит, что улара в Забайкалье никогда не было. Мы считаем, что наша находка лишь отражает современную пульсацию ареала вида, вызванную вековым ритмом глобального потепления климата. У улара сдвиг ареала в северном направлении проявляется в Сибири точно так же, как у других видов центрально -азиатской и манчжуро-китайской фаун:

аргали, манула, снежного барса, леопарда, тигра, амурского лесного кота, енотовидной собаки (Кашкаров Е.П. - неопубл. данные 1998 и 1999 гг. по хр. Улан -Бургасы и Кодар; [1]).

В целом среднегорья и низкогорья Хэнтея, бесснежные в зимнее время, не позволяют надежно проследить перемещения крупных хищников, особенно на захламленных буреломом северных склонах - основных местах обитания многих копытных. Чаще информация о встречах ирбиса поступает от охотников, отлавливающих копытных петлями. Именно таким образом на Малханском хр. поймана самка ирбиса, описанная позднее Д.Г.Медведевым [15]. По морфологическим отличиям шкуры автор предложил выделить забайкальского снежного барса в отдельный подвид - Uncia uncia baikalensis - готапіі spp.n. Отличия выражались в отсутствии кольцевых пятен и общей темно-бурой окраске меха. Последняя особенность вполне согласуется с особенностями ландшафтной обстановки забайкальского ирбиса, обитающего в условиях несплошного снежного покрова.

На фоне обнаружения ирбиса в южных областях Забайкалья особо выделяются сведения о проникновении вида на север - хр. Черского, Каларский, Кодар, Удокан, см. рис.). Со времен П.С.Палласа (1811: см. [5]) заходы вида в эту часть ареала не отмечались. Специальное обследование нами в 1998 и 1999 гг. хр. Кодар, а также Икатского и Южно -Муйского, откуда поступили дополнительные сведения об ирбисе, не дало положительного результата. При анализе ДНК экскрементов, принадлежность которых ирбису казалась вероятной, они идентифицированы как экскременты рыси и волка (анализ проведен в США в университетах им. Дж. Вашингтона и Колумбийском).

В 1990-х г. ирбиса регулярно встречали в Восточном Прибайкалье - в верховьях р. Турка. Она протекает между хр. Улан-Бургасы, Икатским и Голондинским. В феврале 1997 г. ирбиса в Турке видел с расстояния 15 м один охотник из Улан -Удэ (личн. сообщ. Г.В.Ефиркина). В 1997-1999 гг. следы постоянно встречались на гольце Хортяк (1935 м) на участке охотника М.Шукшина (сообщил в письме). Первоначально охотник принял их за следы тигра. На гольце Хортяк обитает единственное в Турке стадо северных оленей численностью около 40 гол. М.Шукшин прислал нам описания охот на них снежного барса, восстановленные по следам на снегу. Первые сведения об ирбисе в Турке известны со второй половины 1950-х г. Широко распространен ирбис в Восточном Саяне (рис.), хотя местные жители знакомы с ним плохо и иногда принимают за тигра. Предположение о том, что снежного барса в Восточном Саяне нет [5], ошибочно, как ошибочна и точка зрения, что ирбис периодически мигрирует в восточно-саянскую область из Монголии -со стороны Западного Прихубсугулья [5, 10].

Специальные полевые исследования 1993, 1995 и 1997 гг., что в действительности все происходит наоборот. Ирбис в Восточном Саяне - оседлый вид и никогда оттуда не исчезал. Со стороны Тункинского хр. и горного узла Мунку-Сардык (3492 м) хищник летом периодически мигрирует в горы Западного Прихубсугулья, углубляясь туда не далее 60 км по прямой от границы с Россией (рис.). Зимнее многоснежье и бескормица не позволяют ирбису выживать в прихубсугульской части Монголии, хотя еще в недавнем прошлом горы Западного Прихубсугулья служили экологическим коридором, прочно связывавшим восточно-саянскую группировку с группировками Хангая, Гобийского и Монгольского Алтая.

На меридиане восточной части Восточного Саяна и Западного Прихубсугулья проходит восточная граница ареала горного козла. И хотя в Прихубсугулье плотность этого вида резко падает, ирбис приходит сюда летом именно для охоты на козерога. Шерсть и копытца молодых козлят неоднократно обнаружены нами в 1995 и 1997 гг. в помете хищников на хр. Хорьдил-Сарьдаг (всего собрано около двух десятков экскрементов на водораздельной части хребта).

Открытие снежного барса в Хакасии принадлежит В.С.Ока емову, обследовавшему в 2004 и 2005 гг. неизученный горный узел Кара -Таш (2930 м) на юге области. Общей

чертой новых очагов обитания ирбиса на Алтае и в Xакасии является присутствие горного козла. В Кузнецком Алатау его нет, но так же, как и на Икатском хр. у Байкала, сохранилась небольшая популяция северного оленя и известны случаи охоты на него ирбиса [1]. В Тофаларии есть и северный олень, и горный козел (Смирнов и др., 1991).

АМУРСКИЙ ЛЕОПАРД

На востоке Забайкалья леопард отмечается достаточно часто (рис.). Несколько заходов описано в литературе [4, 5]. Встреча на берегу Аргуни (рис.) группы из трех леопардов, из которых одного отстреляли (чучело хранится в Читинском краеведческом музее), широко известна [2, 10]. Еще одного зверя в конце 1970-х г. добыли пограничники на юго-востоке региона, но череп и шкуру в фонды музея получить не удалось (личн. сообщ. директора музея А.И. Смирновой).

Из Газимур-Заводского р-на в ноябре 1983 г. (во время специально проводимого тогда нами анкетного опроса) поступило первое сообщение о встрече двух крупных пятнистых кошек, названных в анкете снежными барсами. Звери вплоть до конца 1985 г. держались в окрестностях пади Орачи, басс. р.Уров (рис.). В 1998 г. один леопард отстрелян в устье р.Уров, недалеко от Усть-Уровской заставы на границе с Китаем. Очевидно, что это был все-таки леопард, а не ирбис. Путаница с названиями крупных пятнистых кошек известна с давнего времени, т.к. их общим названием в Сибири является слово “барс”, а леопарда первые исследователи Восточной Азии называли Felis irbis [14].

Как правило, леопарды не проникали в Забайкалье севернее приграничной полосы с Китаем. В отдельных случаях звери попадали на территории охотничьих хозяйств с повышенной плотностью копытных и достаточно долго жили там под защитой персонала. Известны факты (падь Орачи), когда леопарды оставались на территории охотхозяйств более 2 лет. От Забайкалья до ближайшего участка основного ареала леопарда на Дальнем Востоке не менее 1000 км, что почти исключает миграции из этого очага. Вероятнее всего, аборигенная группировка вида, регулярно поставляющая мигрантов в Забайкалье, сохраняется до настоящего времени на хр. Большой Xинган. Он расположен в китайской провинции Heilongjiang по границе с Россией.

Специального исследования Xингана не проводилось, но предполагается, что в настоящее время в провинции Xэйлунцзян (Heilongjiang) может обитать 3 -5 зверей (Yang, Jiang, 1996: цитировано по [23]). В 1998 г. леопардов видели в восточной части провинции Джилин (Jilin), также на границе с Россией, их общая численность там может составлять 4-7 особей [23].

АМУРСКИЙ ТИГР

Наиболее частые заходы тигров наблюдались в Амурской области и в Забайкалье (рис.). Со второй половины XX в. известны 72 встречи более 80 особей. Из них 58 особей относятся к разным животным, другие отмечались повторно, их около 20. Состав мигрирующих животных в Амурской области и в Забайкалье схожий. Среди них явно преобладают одиночки - по-видимому, самцы. Тигров -одиночек в Амурской области было 29 (85,3% от общего числа 34), в Забайкалье - 36 (78,3% от 46). Количество групп: 2 в Амурской обл. (самка с котенком, самка с 2 котятами), и 4 - в Забайкалье (1 группа - два прошлогодка; 1 группа - самка с сеголетком; 2 группы - самка с двумя сеголетками). На молодых зверей в Амурской области приходилось 4 особи (11,8%), в Забайкалье - 7 (15,2%). К молодым отнесены не только котята и сеголетки, но и животные, чье поведение и размеры отличались от взрослых. Такие тигры неуспешно охотились на домашних животных на фермах и неоднократно встречались местными жителями. Количество тигров, убитых при заходах, составило в обоих регионах сходную величину: 5 (14,7%) и 7 (15,2%).

В новом потоке расселения в Забайкалье особенно мощным импульсом выделяются 1990-е г., на которые приходится 36 встреченных животных (83,7%). Из них пик миграций представляют 1998-1999 гг.: 27 особей (62,8%). Именно в 1998 г. в Забайкалье одновременно проникли 3-4 группы тигров, чего за последние столетия не наблюдалось ни разу. Эти тигры не нападали на домашний скот, но в течение нескольких месяцев часто встречались местным жителям [3 ].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Современный импульс расселения снежного барса, леопарда и тигра проявился у всех трех видов примерно в одно время и имел пик на рубеже XXI в. Предшествующие всплески миграций приходятся на первые трети ХХ и XIX вв. (1820, 1828, 1834, 1930 -е гг.) и выделяются, прежде всего, по заходам тигра (см. [5, 10, 17]). Они совпадают с волнами векового климатического ритма, охватившими 1810-1840 и 1930-е гг. [13]. Настоящая волна векового ритма близка к пику и уже сейчас привела к устойчивой тенденции глобального потепления климата и смещению границ вечной мерзлоты и льдов Арктики на север.

Начиная с 1970-х г., каждое из последующих десятилетий было теплее предыдущего. Потепление зим второй половины ХХ в. превышало потепление зим XIX в. в 1,5 -2 раза. Зональная инверсия температур, сделавшая местами север теплее юга, могла способствовать не спорадическому, а массовому расселению на север снежного барса, леопарда и тигра. Однако массовый процесс расселения был остановлен таким же массовым уничтожением животных по всему ареалу. В 1990-2000-е гг. черные рынки Азии были в буквальном смысле слова переполнены шкурами всех трех видов кошек, которые продавались за бесценок. Та же картина наблюдалась с массовым разрушением коренных местообитаний тигра и леопарда на Дальнем Востоке: кедр и ценные породы широколиственных деревьев были вырублены там фактически полностью [9].

В 2003 г. только на одном из рынков Китая на продажу выставили одновременно 581 шкуру леопарда и 31 - тигра [21]. В 2006 г. в магазинах только одной из улиц города Linxia в Китае представители природоохранных организаций Е!А и WPSI насчитали 160 шкур леопарда и более 60 - ирбиса [20]. В 1995 г. в Киргизии, на праздновании 1000 -летия народного эпоса “Манас” демонстрировалось около 200 шкур снежного барса. Ежегодные потери ирбиса в Киргизии в 1990-е г. оценивались нами в 135-180, в России -более чем в 30 особей. За две зимы 1991/92 и 1992/93 гг. в Приморье было убито более 70 тигров [20].

Главнейшей составляющей глобального потепления климата стали пожары. В 1980 -2000-х гг. они охватили все пространство Сибири и Дальнего. Как и рубки лесов, пожары, с одной стороны, разгоняли животных по всему ареалу, с другой - изменяли растительность в сторону омоложения, и соответственно увеличивали поголовье копытных, а с ними и хищников.

Именно особенностью восстановления растительности на месте массовых рубок Е.Н.Матюшкин объяснял невероятный скачок численности тигра в 415 - 476 особей, отмеченный при учетах 1995/96 г. Действительная цифра видимо была еще больше. Поэтому учитывая, что при максимальной численности тигра 1990-х г. сверхдальние миграции регистрировались точно так же, как при минимальной в 1930-х (Матюшкин и др., 1996), можно считать, что и причины их были теми же самыми. Различие заключалось лишь в том, что в критическую ситуацию 1990-х г. попали не 2-3 десятка особей, уцелевших при прохождении популяции через “бутылочное горлышко” в 1930 -х [14], а около 5 сотен. Беспрецедентные масштабы браконьерства, черные рынки Китая и России, и страшные лесные пожары работали в этот период рука об руку.

На наш взгляд, дальние миграции всех трех видов крупных кошек вглубь Сибири отражали развитие кризиса в главных “ядрах” ареалов, расположенных в “эпицентрах”

антропогенного пресса. Для тигра такой вывод подтверждается составом мигрирующих животных. Среди них наблюдался повышенный процент одиночек, и пониженный - самок и молодых животных. Явная концентрация встреч тигра в Забайкалье (рис.) и последние опубликованные материалы по миграциям тигров [8] свидетельствуют о проникновении тигров в Амурскую обл. не со стороны приморского “ядра”, а преимущественно с юго -запада (см. рис.). Они дают основание предполагать существование новых тигриных очагов на пограничных территориях Китая, Забайкалья, Монголии.

Главный из них должен быть в Xингане (Китай), второй - к югу от Мензы (включая территорию Монголии), где находится один из наиболее глухих углов Забайкалья и Монголии. Не случайно именно в этом районе в течение ноября-февраля 1994/95 г. держалась тигрица с двумя сеголетками (сообщил в письме охотовед Г.Агафонов. Убежищем леопарду также должен служить в первую очередь Xинган и глухие уголки на пограничных территориях Китая и Забайкалья. Такую точку зрения уже высказывали В.Г.Коркишко, Д.Г.Пикунов, И.Г.Николаев [19], ее же держится специалист по леопарду В.С.Лукаревский (сообщил в письме от 6.10.2005 при обсуждении с ним этого вопроса). Вместе с тем районы современного и потенциального обитания леопарда в китайских провинциях Xэйлунцзян и Джилин, а также в Забайкалье, до сих пор не исследованы. Полевые данные по этим регионам отсутствуют, они остаются самым большим белым пятном в ареалах тигра и леопарда.).

Многочисленные факты встреч тигра, леопарда и снежного барса в 1990-2000-х гг. на северном пределе распространения (рис.) свидетельствуют о синхронной динамике их ареалов. На фоне потепления климата, благоприятного для роста поголовья большинства видов животных в северных областях, этот процесс мог бы иметь массовый характер, если бы ему не противостояло такое же массовое уничтожение самих животных. Дополнительный пример повышенного давления антропогенных факторов на волне векового ритма дает гималайская часть ареала крупных кошек. В настоящее время в ареале снежного барса в Бутане обычен леопард, хотя еще несколько десятилетий назад подобные случаи здесь почти не наблюдались.

В 1976 г., также в Бутане, в национальном парке Jigme Dorji, на высоте около 3000 м над ур. моря Питером Джексоном (Peter Jackson, 2008) обнаружены следы тигра и царапины от его когтей на дереве. В 2008 г. следы тигра и самих зверей служащие парка неоднократно встречали (есть фото) в том же парке на высотах 3700 -4300 м. Это основные местообитания снежного барса, который в Бутане распространен между 2000 и 5500 м над ур.моря. В апреле 2008 г. в парке развернут специальный проект по подсчету численности тигров в местообитаниях снежного барса и установлены автоматические фотокамеры [22].

Xотя Бутан не является уникальным местом наложения ареалов снежного барса и тигра, как считают специалисты Бутана (см. статью [22]), необходимо признать, что появление тигра на больших высотах в Гималаях - явление вынужденное. На наш взгляд, оно может быть продиктовано только одним фактором - расселением вследствие неблагоприятных условий. К ним можно отнести в первую очередь повышенное преследование человеком и дефицит жертвы.

Вынужденный характер имеет появление в местообитаниях ирбиса и леопарда. Xотя ареал ирбиса окружен ареалом леопарда почти по всей периферии, случаи проникновения видов на “чужую” территорию редки. Они известны преимущественно для низкогорного Забайкалья и имеют “волновой” характер. В Средней Азии заходы леопарда в ареал снежного барса имеют подтверждение только на предыдущей волне векового ритма в 1930-х г., когда они были характерны и для тигра. Именно в 1930-е г. в одних и тех же местообитаниях со снежным барсом в Семиречье были убиты 3 или 4 леопарда, шкуры этих зверей поступили во Фрунзенское отделение Госторга (Шнитников, 1936, с.110., здесь и далее цитировано по [3]).

Объяснение современных встреч тигра в местообитаниях снежного барса в Бутане

дают аналогичные случаи с туранским тигром в Средней Азии. Они описаны П.П.Семеновым (1856; позднее получившим к своей фамилии приставку Тянь -Шанский) и В.Н.Шнитниковым (1936) для второй половины XIX и первой трети ХХ вв. Он упускает из виду описанные им факты дальних заходов тигров в совершенно необычные для них местообитания под давлением страшного пресса охоты. В XIX и начале XX вв. тигры в тугайных местообитаниях на равнине повсеместно преследовались и уничтожались вместе с кабаном. “Когда несколько лет тому назад (в 1930-х годах -примечание авторов) в низовьях Или была устроена колбасная фабрика, результаты сказались немедленно не только на кабанах, но косвенным образом даже на тиграх, так как тут сразу же началось... ничем не ограничиваемое истребление животных” (Шнитников, 1936, с.146).

Примечательно, что в этом случае мы опять сталкиваемся с предыдущей волной векового ритма в 1930-х годах [13], поставившей на грань уничтожения не только туранского тигра, но и его амурский подвид. Импульс миграций амурского тигра, отмеченный Н.В.Раковым (1965) для 1920-1940 гг. (встречи 24-х тигров; цит. по [8]), убедительно подтверждает нашу точку зрения. Предыдущая волна векового ритма известна в литературе как потепление Арктики. Она создала тот же эффект изменения климата и границ ареалов животных, который мы наблюдаем сегодня.

Главная цель нашего исследования - привлечь внимание правительств, общественности и природоохранных международных фондов к редкому зоогеографическому феномену, способному сыграть ключевую роль в охране редких видов крупных кошек Азии. Восстановить численность популяций снежного барса, леопарда и тигра в период активизации векового ритма намного дешевле и проще, чем позднее, когда благоприятный момент будет упущен. Вековой ритм, как и ритм продолжительностью в 11-22 года, может поддерживать разрушительную силу общества, а может созидательную - выбор зависит от человека.

Непонимание этого вопроса на предыдущей волне векового ритма в 1930-х г. стоило нам потери туранского тигра и потери гепарда (азиатский гепард был уничтожен в самой северной части ареала - в СССР, но сохранился южнее - в Иране). Близко к уничтожению находились тогда амурский тигр, амурский леопард, соболь, кабарга, сайгак... Сегодня история повторяется. Самое тревожное, что она повторяется на новом витке, когда количество видов, избежавших уничтожения, сократилось до минимума, а количество людей выросло в геометрической прогрессии.

На этом фоне нельзя не отметить инициативу китайского правительства, развернувшего создание сети охраняемых территорий и экологических коридоров на приграничных территориях с Россией. В провинции Хэйлунцзян создан 171 заповедник (общая площадь 53 тыс. км кв.) и 8 заповедников в басс. р.Уссури, где находится единственный коридор для миграции тигра между Россией и Китаем (заповедник Дацзяхэ). Создание еще 8 заповедников запланировано в Китае в басс. р.Амур на период 2006-2011 гг. Если подтвердится наше предположение о новых очагах тигра и леопарда в Хингане (Китай), возникших на современной волне векового ритма, это будет редким примером удачного сотрудничества человека с Природой - в данном случае сотрудничества правительства Китая. Сегодня природоохранная инициатива Китая в ареале тигра и леопарда как нельзя лучше вписывается в вековую периодичность природных процессов и нуждается в такой же сильной правительственной поддержке со стороны России и Монголии.

Рис. Дальние и сверхдальние заходы снежного барса, амурского тигра и амурского леопарда за пределы основного ареала в XIX-XXI вв. Легенда: сплошным цветом обозначены точки заходов и границы ареалов; круги с точкой внутри - наиболее дальние заходы снежного барса и амурского тигра, сплошные пятна -

амурского леопарда.

Литература

1. Баранов П.В. Млекопитающие Южного Забайкалья. - Новокузнецк: КузГПА. 2004, 248 с.

2. Баранов П.В., Бойко А.И. Редкие виды млекопитающих Читинской области // Редкие наземные позвоночные Сибири. Новосибирск: Наука. 1988, с.13-20.

3. Баранов П.В., Кашкаров Е.П. Расселение крупных кошек / журнал РИТМ, 2 (2008), 232-247

4. Владимиров П. Тигры в Забайкалье. Газета “На боевом посту” от 2 апреля 1975, с.4.

5. Гептнер В.Г., Слудский А.А. Млекопитающие Советского Союза. М.: Высшая школа, 1972, т.2, ч.2, с.551.

6. Гурулев С.У. Происхождение названий рыб и млекопитающих. Иркутск: Вост.-Сиб. кн.изд-во, 1992, 123 с.

7. Кирилюк В. Е., Пузанский В.А. Распространение и численность манула в Юго-Восточном Забайкалье // Бюлл. МОИП. Отд. биол., 2000. т. 105, вып. 3, с. 3-9.

8. Колобаев Н.Н., Красикова Е.К., Николаев И.Г., Козлов С.Г., 2005. Амурский тигр в Амурской области // Бюлл. МОИП, отд. биол., Т.110, вып.6, с.3-11.

9. Кортен Д. Бизнес в ответе перед всеми. “Волна”, Иркутск, N 1 (18), 1999, с.36-41.

10. Красная книга СССР. М., Лесная промышленность. Т.1, 1984, 390 с.

11. Красная Книга Читинской области и Агинского Бурятского национального округа. Чита, 2000, с. 276.

12. Летопись Забайкалья, 2005. http://www.oldchita.megalink.ru/history/index.htm

13. Максимов Е.В. Ритмы на Земле и в Космосе. Санкт-Петербург: изд-во Санкт-Петербургского университета, 1995.323 с.

14. Матюшкин Е.Н. Ирбис в Юго-Западном Забайкалье. Бюлл. МОИП, отд. Биол., 1981, т.86, вып.2, с.14-18.

15. Медведев Д.Г. Снежный барс или ирбис в Байкальской Сибири. “Тайга”, 2003, N 1 (3).

16. Туркин Н.В., 1900. Общий статистический обзор охотничьих и промысловых зверей России, т.1, вып.1, M.

17. Черкасов А.А. Записки охотника Восточной Сибири.- Спб.. 1867, -707 С.

18. Четвериков С.С., 1905 /1983. Волны жизни (из лепидоптерологических наблюдений за лето 1903 г.). В кн.: Проблемы общей биологии и генетики, Новосибирск: Наука, с.76-83.

19. Korkishko V.G., Pikunov D.G., Nikolaev I. G. Amur tiger and leopard habitat in China // Cat News

23, IUCN Cat Specialist Group, Bougy, Switzerland,1995.-p/ 6-7.

20. ISLT Bulletin, Spring 2006, vol.1. Snow Leopard & Other Skins Found in Asian Market,

p.7.March , 9-13.

21. Beijing Youth Daily Feb. 14, 2004 (translated in English by Wen Bo).

22. Lansang T. Tigers in snow leopard land // Bhutan’s daily news site, May 7, 2008

http://kuenselonline.com/modules.php?name=News&file=article&sid=10349

23. Pikunov D.K., Abramov V.K., Korkishko V.G., Aramilev V.V., Arzhanova T.D., Karakin V.P.,

Fomenko P.V., Yudin V.G., Lukarevsky V.S., Nikolaev I.G. Strategy for Conservation of the Far Eastern Leopard in Russia, World Wildlife Fund, Earthscape Date: 05/02/99.

24. Hewitt G. 1921. The Conservation of the Wild Life of Canada, NY.

25. Hudson W. H. 1895/2003. The Naturalist in La Plata // http://infomotions.com/etexts/gutenberg/dirs /etext05/7plat10.htm

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.