ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
Гармонизация правовой охраны секретов производства (ноу-хау) в ЕАЭС в условиях развития цифровой экономики*
Some features and novelties of law enforcement of damage recovery by Federal Service for Supervision of Natural Resources and its local agencies
В статье приводится анализ основных положений права ЕАЭС и национального законодательства государств-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС) в области охраны секретов производства (ноу-хау). Отдельное внимание уделяется унифицированным положениям, касающимся охраны закрытой информации в универсальных договорах (Соглашение ТРИПС, Парижская конвенция по охране промышленной собственности), а также праву ЕС (Директива 2016/943). Автор делает вывод о том, что в праве ЕАЭС предпринята попытка минимальной гармонизации охраны секретов производства (ноу-хау). Между тем дальнейшая унификация правового регулирования в сфере интеллектуальной собственности должна содействовать достижению целей реализации цифровой повестки ЕАЭС.
Ключевые слова: устойчивое развитие, развивающиеся страны, торговля, ВТО, экологически чистые технологии.
The paper provides analysis of the main provisions of EAEU and national legislation of the countries-members of the EAEU law in the sphere of know how. Particular attention is paid to the unified provisions concerning protection of the confidential information in universal treaties (Agreement on Trade-related Aspects of Intellectual Property Rights, Paris convention on protection of industrial property) and the European Union law (directive 2016/ 943). The author concludes that the EAEU law is the effort of minimal harmonization of the protection of manufacturing know how. Nevertheless, further unification of legal regulation in the field of intellectual property must lead to reaching the objectives of digital agenda of EAEU.
Keywords: устойчивое развитие, развивающиеся страны, торговля, ВТО, экологически чистые технологии.
*Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (проект № 19-011-00805 «Развитие права интеллектуальной собственности ЕАЭС и ЕС в рамках региональных моделей цифровой трансформации экономики: сравнительно-правовой анализ»)
Происходящее в настоящее время в разных регионах мира инновационное технологическое развитие во многом обусловлено эффективностью разработки и коммерциализации передовых интеллектуальных производственных процессов, роботизированных систем, искусственного интеллекта, систем обработки
Шугурова Ирина Викторовна
Кандидат юридических наук, профессор кафедры международного права Саратовской государственной юридической академии, доцент
Irina V. Shugurova
Candidate of Juridical Sciences, Professor at the Department of International law of Saratov State Academy of Law, Docent
e-mail: ivshugurova@mail.ru УДК 341, 347
больших объемов данных, т.е. непосредственно связано с наукоемкой продукцией и высокими технологиями (high technology). Как отмечается в литературе, современная "цифровая" технологическая революция связана с созданием и освоением прорывных технологий [1, с. 20]. При этом технология может охватывать не только технические знания или методы, но и предпринимательский опыт, профессиональные секреты производства (ноу-хау), которые зачастую могут создавать существенные конкурентные преимущества [1, с. 25].
Актуальность введения секретов производства в гражданский и экономический оборот на современном этапе развития рынка высоких технологий подчеркивается многими исследователями. Анализ отечественных и зарубежных статистических данных показывает, что относительно незначительное количество охраняемых патентами результатов интеллектуальной деятельности реализуется в коммерческом масштабе [2, с. 57]. Поэтому востребованным способом коммерциализации является передача прав на секрет производства (ноу-хау), охраняемый в режиме коммерческой тайны. Таким образом, следует согласиться с тем, что роль секретов производства в условиях формирования и развития цифровой экономики возрастает. Как отмечает П. Торреманс, они приобретают ценность в деловой среде как самостоятельное право и не рассматриваются больше в качестве простого дополнения патентного права [3, p. 28]. Большинство государств предоставляет защиту в случае нарушения прав на секреты производства даже в тех случаях, когда исключительное право не признается. В частности, национальные законы государств-членов Европейского союза (далее - ЕС) имеют длительную традицию охраны торговых секретов путем предоставления средств судебной защиты в случае их неправомерного приобретения, использования или раскрытия. Национальные правовые режимы основаны на действующих нормах в области недобросовестной конкуренции, деликтов или нарушения конфиденциальности. Некоторые унифицированные правила содержатся в базисных положениях Парижской конвенции по охране промышленной собственности и Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС).
Отсутствие гармонизированных подходов к правовой охране в пределах ЕС вызывало затруднения в процессе осуществления и защиты прав на секреты производства в практике трансграничных коммерческих отношений. В связи с этим, была принята Директива 2016/943 от 8 июня 2016 г. «О защите конфиденциальных ноу-хау и деловой информации (коммерческой тайны) от незаконного приобретения, использования и раскрытия»1. Директива, положения которой подлежат имплементации в национальное законодательство, предлагает государствам ЕС определенную степень гармонизации. Секрет производства не считается объектом интеллектуальной собственности, в отношении него не признается действие исключительного права. Однако дается определение секрета производства, а также закрепляется принцип, согласно которому необходимо возмещение ущерба в случае его незаконного приобретения, использования или раскрытия. Кроме того, приводится перечень мер и средств правовой защиты.
Опыт ЕС доказывает практическую необходимость и возможность гармонизации правовой охраны секретов производства на региональном уровне, что актуально в том числе и для государств-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Сотрудничеству государств-членов ЕАЭС в области интеллектуальной собственности посвящены раздел Договора о ЕАЭС, а также Приложение № 26 к Договору - Протокол об охране и защите прав на объекты интеллектуальной собственности (далее - Протокол). Секреты производства (ноу-хау) согласно п. 2 Протокола относятся к объектам интеллектуальной собственности. Это сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе сведения о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны. Правовая охрана секрету производства (ноу-хау) предоставляется в соответствии с законодательством государств-членов (п.п. 39, 40 Протокола).
Аналогичное определение секрета производства (ноу-хау) содержалось в ранее действующей редакции ст. 1465 ГК РФ и было идентично определению информации, составляющей коммерческую тайну, закрепленному в п. 2 ст. 3 Закона о коммерческой тайне. Это, в свою очередь, привело к дискуссии относительно того, являются ли данные категории синонимичными. Как отмечает Э.П. Гаврилов, «секрет производства (ноу-хау)» — более узкое понятие, чем «информация, составляющая коммерческую тайну».
1 Directive (EU) 2016/943 of the European Parliament and of the Council of 8 June 2016 on the protection of undisclosed know-how and business information (trade secrets) against their unlawful acquisition, use and disclosure // https://eur-lex.europa.eu/eli/dir/2016/943/oj
Различаются также критерии отнесения данных объектов к той или иной категории. В отношении секрета производства владельцу требуется принять разумные меры соблюдения конфиденциальности, а в отношении информации, составляющей коммерческую тайну, необходимо ввести режим коммерческой тайны [2, 4]. В.Н. Лопатин подчеркивает, что назначение института коммерческой тайны гораздо шире института ноу-хау [5, с. 14]. Объекты коммерческой тайны, полагает Д.А. Гаврилов, включают в себя секреты производства, которые являются объектами, потенциально обладающими патентоспособностью, уникальные методы, стратегии ведения бизнеса, создание которых тоже является результатом интеллектуальной деятельности. В то же время информация о контрагентах, заключенных договорах, стоимости работ или услуг, по мнению данного автора, не может быть отнесена к секретам производства [6].
Законодательство многих стран, как отмечается в публикации Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), различает секреты производства (промышленные секреты) и коммерческую тайну. К первым относится информация технического характера, в том числе методы производства, химические формулы, чертежи, которые могут запатентованы, а ко вторым — методы сбыта и распространения, формы контрактов, планы деятельности, списки контрагентов, некоторые положения соглашений о ценах, рекламную стратегию [7, p. 278].
Следует отметить, что первым международным договором, закрепившим основы правового регулирования секретов производства, стало Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС/TRIPS) 1994 г.2 Соглашение ТРИПС закрепляет обязательства государств-членов ВТО обеспечивать эффективную защиту закрытой информации как составной части защиты от недобросовестной конкуренции, предусмотренной ст. 10 bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности3. В соответствии с п.2 ст. 39 Соглашения ТРИПС физическим и юридическим лицам предоставляется возможность препятствовать тому, чтобы информация, правомерно находящаяся под их контролем, без их согласия была раскрыта, получена или использована другими лицами способом, противоречащим честной коммерческой практике. При этом называется три признака закрытой информации: она не является общеизвестной; в силу своей секретности имеет коммерческую ценность; лицо, контролирующее эту информацию, предпринимает шаги, направленные на сохранение ее конфиденциальности. Вместе с тем страны-участницы свободны в выборе способов реализации соответствующих положений с учетом специфики их правовых систем. На основании этого можно сделать вывод, что Соглашение ТРИПС не обязывает относить закрытую информацию к объектам интеллектуальной собственности и предоставлять исключительные права.
Рассмотрим подробнее основные положения внутригосударственного законодательства государств-членов ЕАЭС, касающиеся охраны секретов производства (ноу-хау), которое имеет как общие черты, так и некоторые различия. Они связаны, прежде всего, с вопросами соотношения понятий «коммерческая тайна» и «секрет производства», режима охраны и предоставления исключительного права. В действующем российском законодательстве секретам производства (ноу-хау) посвящена гл. 75 ГК РФ. Они отнесены к объектам интеллектуальной собственности, а их обладателям предоставляются исключительные права (ст. 1225 ГК РФ). Секретом производства (ноу-хау) признаются сведения о результатах интеллектуальной деятельности (производственные, технические, экономические, организационные и др.) в научно-технической сфере и сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, за исключением сведений, которые в соответствии с законом или иным правовым актом подлежат обязательному раскрытию или доступ к которым не может быть ограничен (ст. 1465 ГК РФ).
В 2014 г. были внесены существенные изменения в главу 75 ГК РФ и в Закон о коммерческой тайне4. В частности, понятие секрета производства (ноу-хау) было значительно сужено. В качестве данных объектов могут охраняться только «сведения о результатах интеллектуальной деятельности в научно-
2 Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (Заключено в г. Марракеше 15.041994) (с изм. от 06.12.2005) // СПС «КонсультантПлюс.
С 22 августа 2012 года Россия является участницей Марракешского соглашения об учреждении Всемирной торговой организации (ВТО). Протокол о присоединении РФ к Марракешскому соглашению об учреждении ВТО от 15.04.1994 г. (Женева, 16 декабря 2011 г.), ратифицирован Федеральным законом от 21.07.2012 г. № 126-ФЗ.
3 Россия участвует как правопреемница СССР с 1 июля 1965 г.
4 Федеральный закон от 12.03.2014 № 35-ФЗ «о внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса РФ и отдельные законодательные акты РФ» // СПС КонсультантПлюс
технической сфере», т.е. технические сведения, а также «сведения о способах осуществления профессиональной деятельности», т.е. сведения организационного характера. В литературе подчеркивается, что исключительное право предоставляется в отношении определенного решения задачи, но не абстрактной информации. Ноу-хау становится альтернативой патентной формы охраны технических решений [8; 9, с. 6]. По мнению Н.В. Нестеровой, сужение круга объектов, охраняемых в качестве ноу-хау, с формальной точки зрения не противоречит Соглашению ТРИПС, поскольку охрана остальной части закрытой информации в обеспечивается возможностью установления режима коммерческой тайны [8]. В то же время Э.П. Гаврилов полагает, что определение секрета производства должно быть максимально широким, включающим сведения любого характера, в том числе производственные, технические, экономические и организационные, имеющие практический, прикладной характер [4]. В мировой практике, как отмечает А.С. Ярцев, понятие секрета производства (ноу-хау) значительно шире, чем в России, поскольку включает в себя сведения любого характера [10]. С точки зрения европейских исследователей, секретами производства охватываются разные виды информации: не только техническое знание, которое часто понимается в контексте ноу-хау, но также все виды коммерческих сведений (информация о потребителях и поставщиках, бизнес-планах, маркетинговых стратегиях и анализе рынка) [3, р. 30].
Условия правовой охраны секретов производства (ноу-хау) предполагают наличие одновременно трех признаков, установленных законом. Данные сведения должны иметь действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу их неизвестности третьим лицам, которые не имеют свободного доступа к этим сведениям на законном основании. Обладатель сведений должен принимать разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны. Таким образом, ранее обязательное условие о введении режима коммерческой тайны было заменено разумными мерами5. Изменение коснулось также субъекта права на секрет производства (ноу-хау), в качестве которого теперь может признаваться физическое лицо, не обладающее статусом индивидуального предпринимателя.
Обладателю секрета производства, согласно ст. 1466 ГК РФ, принадлежит исключительное право использования его любым не противоречащим закону способом, в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. При этом он может распоряжаться своим исключительным правом, например, путем заключения лицензионного договора или договора об отчуждении исключительного права. Лицо, ставшее добросовестно и независимо от других обладателем сведений, составляющих содержание охраняемого секрета производства, наделяется самостоятельным исключительным правом. Исключительное право действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих содержание секрета производства, иначе оно прекращается у всех правообладателей. Вместе с тем, многие российские и зарубежные ученые отрицательно относятся к возможности предоставления исключительного права в отношении секрета производства. Так, В.И. Еременко отмечает, что в государствах с развитым правопорядком право на секрет производства (ноу-хау) не признается исключительным, поскольку за его обладателем закрепляется только фактическая монополия [11]. По мнению Э.П. Гаврилова, на секрет производства возникает не гражданское исключительное право, а публичное право, которое лишь защищается гражданским законодательством, если конфиденциальность секрета производства нарушается. Сведения, содержащиеся в секрете производства, регулируются в договорных (обязательственных) правоотношениях [4, с. 41].
Следует отметить, что в странах ЕАЭС, за исключением Казахстана и Армении, наряду с гражданскими кодексами приняты законы о коммерческой тайне. Коммерческую тайну могут составлять сведения, связанные с научно-технической, производственной, технологической, управленческой, финансовой и другой деятельностью. Критерии, которым должны удовлетворять данные сведения, также унифицированы. Информация должна иметь действительную или потенциальную ценность для ее обладателей в силу неизвестности третьим лицам; не являться общеизвестной или общедоступной; обеспечиваться соответствующими мерами защиты конфиденциальности. Как отмечается в литературе, меры по защите коммерческой тайны, в том числе в трудовых и гражданско-правовых отношениях, также существенно не различаются [12, с. 114]. В большинстве случаев понятия «коммерческая тайна» и «секреты производства» отождествляются (ст. 961 ГК Республики Казахстан, ст. 1037 ГК Кыргызской Республики, ст. 1100
5 Как подчеркивается в п. 144 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 с 1 октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным (См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса РФ» // Бюллетень Верховного Суда РФ, N 7, июль, 2019).
ГК Республики Армения). Однако более узкое по своему содержанию понятие секрета производства (ноу-хау) закреплено в российском законодательстве. Глава 66 ГК Республики Беларусь посвящена защите ноу-хау, однако его понятие не раскрывается. Вопрос о признании секрета производства (ноу-хау) в качестве объекта интеллектуальной собственности в странах ЕАЭС решается унифицированным образом, что соответствует положениям Протокола. Например, нераскрытая информация, в том числе секреты производства (ноу-хау) относятся к объектам права интеллектуальной собственности в Казахстане, Киргизии, Армении (ст. 961 ГК Республики Казахстан) [13]; ст. 1037 ГК Кыргызской Республики6; ст. 1100 ГК Республики Армения7. В России и Беларуси в качестве объектов интеллектуальной собственности называются секреты производства (ноу-хау) (ст. 1225 ГК РФ, ст. 980 ГК Республики Беларусь)8.
Как уже отмечалось, российским законом признается исключительное право на секрет производства (ноу-хау). В то же время, в литературе подчеркивается, что абсолютной защиты от нарушений со стороны третьих лиц обладатель ноу-хау не имеет. Исключительное право на секрет производства действует не против всех третьих лиц, а только против лиц, которые состоят в каких-либо правоотношениях с обладателем секрета [14, с. 57]. В других государствах ЕАЭС за обладателем ноу-хау, как и за обладателем коммерческой тайны, признается фактическая монополия. Так, например, согласно правилам ст. 983 ГК Республики Беларусь, исключительное право правомерного использования объекта интеллектуальной собственности принадлежит обладателю имущественных прав на средство индивидуализации или результат интеллектуальной деятельности, за исключением секретов производства. Вместе с тем лицо, правомерно обладающее сведениями, составляющими секрет производства (ноу-хау), имеет право на защиту этих сведений от незаконного использования (ст. 1010 ГУ РБ). Такие сведения охраняются в режиме коммерческой тайны, в случае если они соответствуют определенным требованиям9. Право на защиту ноу-хау возникает независимо от выполнения каких-либо формальностей (регистрации, получения свидетельства и т.п.), однако после принятия лицом необходимых мер для обеспечения их конфиденциальности. Сведения, составляющие секрет производства (ноу-хау), могут быть переданы другим лицам по договору. Допускается также использование соответствующих сведений в случае самостоятельного и правомерного их получения третьими лицами.
В законодательстве Республики Казахстан и Кыргызской Республики используется понятие «нераскрытая информация», как в Соглашении ТРИПС, и понятие «секреты производства (ноу-хау)», как в российском и белорусском законах. Лицо, правомерно обладающее технической, организационной или коммерческой информацией, в том числе секретами производства (ноу-хау), неизвестной третьим лицам (нераскрытая информация), имеет право на защиту этой информации от незаконного использования. Данное право возникает независимо от выполнения в отношении этой информации каких-либо формальностей (например, регистрации). Лицо, обладающее нераскрытой информацией, может передать все или часть сведений другому лицу по лицензионному договору. При этом по законодательству Кыргызской Республики право на защиту информации от незаконного использования возникает, если соблюдены условия, установленные законом для служебной и коммерческой тайны10.
Таким образом, правовая охрана секрета производства (ноу-хау) в государствах-членах ЕАЭС, как правило,
6Гражданский кодекс Кыргызской Республики от 5 декабря 1997 г. URL: https://online.zakon.kz/Document/ ?doc_id=30224035&doc_id2=30224035#pos=169;62&pos2=4741;-98
7 Гражданский кодекс Республики Армения от 28 июля 1998 года №ЗР-2м39 // URL: http:// www.competition.am/uploads/resources/qorensgirkRUS.pdf.
8 Гражданский кодекс Республики Беларусь от 7 декабря 1998 г. // URL: https://kodeksy-by.com/ grazhdanskij_kodeks_rb/980.htm
9 В частности, не являются общеизвестными или легкодоступными третьим лицам в тех кругах, которые обычно имеют дело с подобного рода сведениями; имеют коммерческую ценность для их обладателя в силу неизвестности третьим лицам; не являются объектами исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и не отнесены в установленном порядке к государственным секретам (п. 2 ст. 140 ГК Республики Беларусь).
10 Под коммерческой тайной понимаются не являющиеся государственной тайной сведения, связанные с производством, технологией, управлением, финансовой и другой деятельностью хозяйствующего субъекта, разглашение которых может нанести ущерб его интересам. Они должны иметь действительную или потенциальную ценность для субъекта предпринимательства и не являться общеизвестными или общедоступными. Владельцем сведений принимает надлежащие меры по сохранению конфиденциальности (См.: Закон Кыргызской Республики «О коммерческой тайне» от 30.03.1998 № 27 (с изм.) URL: http://cbd.mmjust.gov.kg/act/view/ru-ru/38).
предполагает установление режима коммерческой тайны. Однако в России и Беларуси допускается также применение специальных норм, устанавливающих охрану данного объекта интеллектуальной собственности (п. 1 ст. 1465 ГК РФ, п. 2 ст. 1010 ГК Республики Беларусь). Что касается субъекта правовой охраны, то ряд государств придерживается позиции о принадлежности коммерческой тайны исключительно субъектам предпринимательской деятельности - юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям (Казахстан, Кыргызстан). В Беларуси и России признаются в качестве владельцев коммерческой тайны и физические лица. Режим коммерческой тайны может устанавливаться также государственными органами и иностранными организациями, не являющимися юридическими лицами.
Подводя итог проведенному исследованию, можно сделать вывод о том, что в праве ЕАЭС предпринята попытка гармонизации охраны секретов производства (ноу-хау), причем в ее минимальном проявлении. В Протоколе закрепляются лишь понятие секрета производства и условия признания соответствующих сведений в качестве охраняемого объекта интеллектуальной собственности. В то же время такие вопросы, как предоставление исключительного или иного права, а также способы его защиты, оставляются на усмотрение национального законодателя. В Основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года11 подчеркивается значимость координации действий в сфере защиты прав на объекты интеллектуальной собственности. Это в полной мере относится и к правам на секреты производства (ноу-хау), которые могут быть связаны с передовыми технологиями. Предполагается, что дальнейшая гармонизация и унификация правового регулирования в сфере интеллектуальной собственности будет способствовать цифровой трансформации рынка товаров и услуг в ЕАЭС и в целом содействовать достижению целей реализации цифровой повестки ЕАЭС.
11 Основные направления реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года. Утверждены Высшим Евразийским экономическим советом, решение от 11 октября 2017 г. № 12 // СПС КонсультантПлюс.
Библиографический список
1. Карцхия А.А. Инновационные технологии в гражданском обороте исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности // Право интеллектуальной собственности / РАН. ИНИОН. МГУ им. М.В. Ломоносова. Отв. ред. Афанасьева Е.Г. - М., 2017. С. 20-34.
2. Гаврилов Э.П. Правовая охрана секретов производства: критический анализ // Хозяйство и право. 2018. № 8. С. 3-20.
3. Torremans P.L.C. The road towards the harmonization of trade secrets law in the European Union // Revista la propiedad immaterial. 2015. No 20. Р. 27-38.
4. Гаврилов Э.П. Гражданско-правовая защита и охрана секретов производства и коммерческой тайны / / Хозяйство и право. 2014. № 7(450). С. 41-56.
5. Лопатин В.Н. Ноу-хау вместо коммерческой тайны // Информационное право. 2007. № 1. С. 12-16.
6. Гаврилов Д.А. Правовая защита от недобросовестной конкуренции в сфере исключительных прав на средства индивидуализации и иные объекты промышленной собственности: Монография. М.: Норма; Инфра-М, 2014.
7. Introduction to industrial property [Электронный ресурс]. URL: http://www.int/edocs/pubdocs/en/intproperty/ 489/wipo_pub_489.pdf.
8. Нестерова Н.В. Ноу-хау в свете недавних изменений гражданского законодательства Российской Федерации // Актуальные проблемы российского права. 2016. № 10(71). С. 102-110.
9. Мухамедшин И.С. Новое в правовой охране коммерчески ценной информации в режиме конфиденциальности // Патенты и лицензии. 2014. № 8. С. 5-8.
10. Ярцев А.С. Правовое регулирование секрета производства как объекта исключительных прав // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2018. № 4. С. 67-72.
11. Еременко В.И. Секрет производства (ноу-хау) как объект исключительных прав в соответствии с частью четвертой ГК РФ // Адвокат. 2008. № 5. С. 83-91.
12. Макаревич О.И., Денисенко М.А. Опыт правового регулирования коммерческой тайны и секретов производства (ноу-хау) в государствах-участниках Содружества Независимых Государств // Беларусь в
современном мире: материалы XV Международной научной конференции, посвященной 95-летию образования Белорусского гос. ун-та. Минск, 27 октября 2016 г. Минск: изд. Центр БГУ, 2016. С. 114-116.
13. Идрышева С.К. Мониторинг законодательства Республики Казахстан в сфере нераскрытой информации как объекта интеллектуальной собственности // Вестник института законодательства и правовой информации Республики Казахстан. 2012. № 3(27). С. 78-82.
14. Шлойдо Г.В. Научно-технические достижения, охраняемые в режиме коммерческой тайны, как рыночный ресурс // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2018. № 5. С. 49-60.