И. С. Тройнина,
кандидат юридических наук
ГАРАНТИИ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ, ОБВИНЯЕМЫХ
ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ
GUARANTEES OF ENSURING THE RIGHTS AND LEGAL INTERESTS OF MINOR SUSPECTS AND ACCUSED PERSONS
DURING DETENTION
В статье рассматриваются некоторые процессуальные гарантии обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетних при задержании. Автором проанализированы специфические особенности применения к несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому меры принуждения в виде задержания. Также рассматрены нормативные правовые акты, предусматривающие правовой статус несовершеннолетнего на досудебной стадии уголовного судопроизводства.
This article discusses some procedural guarantees for ensuring the rights and legitimate interests of minors in detention. The author analyzes the specific features of applying coercive measures in the form of detention to a minor suspect or accused. The article also considers legal acts that provide for the legal status of a minor at the pre-trial stage of criminal proceedings.
В Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — УПК РФ) производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних предусмотрено главой 50. Необходимость особой правовой защиты несовершеннолетних закреплена и в ч. 1 ст. 38 Конституции РФ — «детство» находится под охраной государства.
Следует отметить, официальные статистические данные МВД России по преступности несовершеннолетних говорят о том, что в 2018 г. было зарегистрировано 40 860 преступлений, в 2019 г. — 37 953 преступления, а в период с января по август 2020 г. — 21 902 преступления. Таким образом, удельный вес в общем числе выявленных лиц составил в 2018 г. 4,4%, в 2019 г. — 4,3%, в период с января по август 2020 г. — 3,8% [1].
Производство по уголовным делам в отношении лиц, которым на момент совершения пре-
ступления не исполнилось 18 лет, характеризуется специфическими особенностями.
Уголовно-процессуальный статус несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого имеет существенные отличительные черты от совершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, в связи с чем законодатель предоставил дополнительные гарантии обеспечения прав и законных интересов подростков.
Однако обеспечение прав и законных интересов несовершеннолетних не всегда соответствует требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законодательством. Как правило, нарушение прав несовершеннолетних правонарушителей происходит именно на начальном этапе уголовного судопроизводства, а именно при применении мер процессуального принуждения в виде задержания.
Необходимо учитывать, что процессуальное задержание несовершеннолетнего по подозрению в совершении преступления является крайней мерой, что следует из общепризнанных норм международного права. Так, согласно п. «в» ст. 37 Конвенции о правах ребенка государства-участники обеспечивают, чтобы ни один ребенок не был лишен свободы незаконным или произвольным образом. Арест, задержание или тюремное заключение ребенка осуществляются согласно закону и используются лишь в качестве крайней меры и в течение как можно более короткого времени. А также, как отмечается в п. 17.1 Пекинских правил, решения об ограничении личной свободы несовершеннолетнего должны приниматься только после тщательного рассмотрения вопроса и ограничение должно быть по возможности сведено до минимума.
Таким образом, при задержании несовершеннолетнего по подозрению в совершении преступления должностные лица органов предварительного расследования должны применять данную меру принуждения в исключительных случаях и при наличии необходимости, а также по возможности минимально ограничивать личную свободу оступившихся подростков.
Из анализа ст. 108 УПК РФ можно сделать вывод, что задержание несовершеннолетнего в порядке, предусмотренном ст. 91 УПК РФ, должно быть применено только в том случае, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а в исключительных случаях — за совершение преступления средней тяжести.
Но ч. 2 ст. 108 УПК РФ не дает никаких указаний на то, что к несовершеннолетнему подозреваемому или обвиняемому может быть избрана и применена мера пресечения в виде заключения под стражу, если он подозревается или обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести. Ссылаясь на ч. 2 ст. 15 УК РФ, преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает 3 лет лишения свободы.
По нашему мнению, следовало бы закрепить в ст. 91 УПК РФ возможность производить задержание несовершеннолетнего по подозрению в совершении преступления небольшой тяжести только при наличии оснований для задержания, предусмотренных ч. 1 ст. 91 УПК РФ, и определенных дополнительных условий из перечня, содержащегося в ч. 2 указанной статьи.
Думается, что нет необходимости полностью отказаться от возможности применения задержания несовершеннолетнего по подозрению в со-
вершении преступления небольшой тяжести (за которые законодательно предусмотрено наказание до 3 лет лишения свободы), так как следует принимать реалии практики досудебной стадии уголовного судопроизводства. Это может привести к уклонению несовершеннолетних подозреваемых или обвиняемых от органов предварительного расследования либо воспрепятствовать расследованию уголовного дела.
Примечательно, что под категорию «преступления небольшой тяжести» в настоящее время подпадает значительное число преступлений, в том числе убийство в состоянии аффекта; убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление; причинение смерти по неосторожности; умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью; истязание; кража без квалифицирующих признаков; мошенничество без отягчающих обстоятельств и т.д.
Уголовно-процессуальный закон предусматривает продление срока задержания, а именно п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ дает указание на то, что продление срока задержания допускается при условии признания судом задержания законным и обоснованным на срок не более 72 часов с момента вынесения судебного решения по ходатайству одной из сторон для предоставления ею дополнительных доказательств обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. В постановлении о продлении срока задержания указываются дата и время, до которого продлевается срок задержания.
На наш взгляд, рассматриваемая норма закона относительно продления срока задержания в отношении несовершеннолетних применяться не может, т.к. противоречит требованию общепризнанных принципов и норм международного права, которые в соответствии с ч. 3 ст.1 УПК РФ являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующей уголовное судопроизводство. Следует согласиться с С. В. Тетю-евым в том, что п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ противоречит Пекинским правилам, так как максимальный срок задержания составляет пять суток, которые при всем желании нельзя приравнять к незамедлительному рассмотрению вопроса об освобождении несовершеннолетнего [2]. Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, в п. 10.2 содержат норму, которая указывает на то, что судья или другое должностное лицо или орган обязаны незамедлительно рассмотреть вопрос об освобождении несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. На наш
взгляд, необходимо п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Рассмотрев ходатайство, судья выносит одно из следующих постановлений ... 3) о продлении срока задержания, кроме продления срока задержания несовершеннолетнего подозреваемого».
Уголовно-процессуальной гарантией в отношении несовершеннолетних, задержанных по подозрению в совершении преступления, является указанная в ч. 1 ст. 96 УПК РФ обязанность дознавателя, следователя не позднее 12 часов с момента задержания подозреваемого уведомить кого-либо из близких родственников, а при их отсутствии других родственников, или предоставить возможность такого уведомления самому подозреваемому. Причем, согласно ч. 4 указанной нормы, при необходимости сохранения в интересах предварительного расследования в тайне факта задержания уведомление с согласия прокурора может не производиться, за исключением случаев, когда подозреваемый является несовершеннолетним. Таким образом, при применении рассматриваемой меры принуждения в отношении несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых обязательным является уведомление родственников или близких родственников. Это является достаточно значимой процессуальной гарантией прав и законных интересов не только самого несовершеннолетнего, но и его родственников.
Как правило, подозреваемый, не достигший возраста 18 лет, не может в силу возрастных особенностей в полном объеме самостоятельно реализовать свое право на защиту, пригласить конкретного защитника; противостоять незаконному психологическому воздействию со стороны лиц, производящих расследование. Отметим также, что необходимость уведомления о задержании несовершеннолетнего по подозрению в совершении преступления его родителя или опекуна содержится в международно-правовых актах. Так, в соответствии с п. 10.1 Пекинских правил при задержании несовершеннолетнего его родители или опекун немедленно ставятся в известность о таком задержании [3].
К процессуальным гарантиям прав и интересов несовершеннолетних при задержании возможно отнести также ч. 3 ст. 423 УПК РФ, в соответствии с которой о задержании, заключении под стражу или продлении срока содержания под стражей несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого незамедлительно извещаются его законные представители. В соответствии с п. 12 ст. 5 УПК РФ законными представителями являются родители, усыновители, опекуны или попечители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого; представители учреждений или
организаций, на попечении которых находится несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый, органы опеки и попечительства.
В соответствии с п. 1 ст. 64 Семейного кодекса Российской Федерации родители, а также лица, заменяющие их, являясь законными представителями несовершеннолетних, наделены правом защиты их прав и законных интересов.
Думается, что в данном случае следует идти не по пути исключения из ст. 96 УПК РФ указания на обязательность извещения об уведомлении о задержании несовершеннолетнего подозреваемого близких родственников, а при их отсутствии других родственников, а по пути корректировки ст. 420 УПК РФ, которая должна заключаться в закреплении предусмотренных законом гарантий прав и интересов лиц, фактически не достигших 18-летнего возраста, при осуществлении уголовного преследования.
Одним из дискуссионных вопросов, обсуждаемых в литературе, является вопрос о том, должно ли учитываться волеизъявление самого задержанного по поводу уведомления дознавателем, следователем о факте его задержания близких родственников или родственников. По мнению О. И. Цоко-ловой, уведомление родственников о факте задержания лица должно осуществляться лишь по ходатайству самого подозреваемого [4]. На наш взгляд, факт уведомления напрямую связывается с желанием или нежеланием совершеннолетнего подозреваемого, чтобы такое уведомление было сделано, однако это не должно распространяться на случаи задержания по подозрению в совершении преступления несовершеннолетних. Рассматриваемый вариант решения вопроса соответствует общепринятым международно-правовым документам, в частности Пекинским правилам, в которых предусмотрено обязательное (без каких-либо исключений) уведомление о задержании несовершеннолетнего его родителей или опекунов.
Характерной чертой производства по уголовным делам несовершеннолетних является обязательное участие защитника с момента фактического задержания (п. 2 ч. 1 ст. 51 УПК РФ), причем если защитник не приглашен несовершеннолетним либо его законным представителем, то его участие должно быть обеспечено дознавателем, следователем или судом (ч. 3 ст. 51 УПК РФ). Присутствие защитника необходимо ввиду того, что уголовная ответственность по некоторым категориям преступлений предусмотрена с 14 лет (ч. 2 ст. 20 УК РФ), а в данном возрасте подростку сложно принять определенные решения без квалифицированной юридической помощи защитника. В качестве защитника уголовно-процессуальный закон предусматривает участие адвоката, а также
по определению или постановлению суда допустимо участие одного из близких родственников обвиняемого или же иного лица, о допуске которого он ходатайствует.
На наш взгляд, в качестве защитника по уголовным делам несовершеннолетних должно выступать только лицо с официальным статусом адвоката. Как верно отмечает И. А. Насонова, юридически осведомленным может быть любой гражданин, и от него адвокат отличается юридической образованностью, профессионализмом, благодаря которым он осуществляет свою защитительную функцию и благодаря которым обвиняемый нуждается именно в помощи такого лица, а не в услугах просто юридически осведомленного лица [5].
Остановимся далее на таком вопросе, как обеспечение конфиденциальности применения задержания как меры уголовно-процессуального принуждения. В УПК РФ содержится общая норма (ст. 161 УПК РФ), согласно которой данные предварительного расследования не подлежат разглашению, за исключением тех случаев, когда они предаются гласности с разрешения следователя, дознавателя. Согласно ч. 2 данной нормы следователь или дознаватель предупреждают участников уголовного судопроизводства о недопустимости разглашения без соответствующего разрешения ставших им известными данных предварительного расследования, о чем у них берется подписка с предупреждением об ответственности в соответствии со ст. 310 УК РФ. При этом согласно ч. 3 указанной нормы данные предварительного расследования предаются гласности в том объеме, который считают необходимым следователь, дознаватель, и если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства.
Законодательных положений, отражающих необходимость обеспечения конфиденциальности в ходе судопроизводства о преступлениях несовершеннолетних, в УПК РФ не содержится. Однако согласно п. 8.1 Пекинских правил право несовершеннолетнего на конфиденциальность должно уважаться на всех этапах, чтобы избежать причинения ей или ему вреда из-за ненужной гласности или из-за ущерба репутации. Согласно п. 8.2 указанных Правил, в принципе, не должна публиковаться никакая информация, которая может привести к указанию на личность несовершеннолетнего правонарушителя.
На это обстоятельство обоснованно обращается внимание в литературе. Так, С. В. Тетюев приходит к выводу о том, что конфиденциальность дознания и предварительного следствия по любым делам, в том числе и по делам несовер-
шеннолетних, в конце концов зависит от усмотрения следователя, дознавателя. Пекинские правила же требуют уважения права подростка на конфиденциальность на всех стадиях уголовного процесса.
Однако, по нашему мнению, необходимо законодательно закрепить положение о необходимости обеспечения конфиденциальности несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых непосредственно с момента фактического задержания по подозрению в совершении преступления. Следует учитывать, что на практике обеспечение конфиденциальности по делам несовершеннолетних в большинстве случаев связывается исключительно с проведением закрытых судебных заседаний. Причинение несовершеннолетнему вреда из-за ненужной гласности зачастую происходит непосредственно после задержания по подозрению в совершении преступления, поскольку сотрудники правоохранительных органов не обеспечивают конфиденциальность сведений о личности несовершеннолетних задержанных. Известие о самом факте задержания несовершеннолетнего, полученное по месту его учебы или работы, наносит вред мнению о нем окружения, зачастую носит позорящий характер. Данная информация может причинить существенный вред несовершеннолетнему, хотя подозрение в дальнейшем не подтвердится.
Причем следует отметить, что требование конфиденциальности сведений о факте задержания и личности несовершеннолетнего подозреваемого не противоречит положению ч. 4 ст. 96 УПК РФ. Уведомление о задержании подозреваемого адресуется здесь в интересах несовершеннолетнего подозреваемого узкому кругу четко обозначенных в законе лиц, непосредственно заинтересованных в судьбе подростка. Такое уведомление производится не в целях огласки, а в целях обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетних.
Таким образом, указанными в законе субъектами уведомления о задержании несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого являются: 1) близкие родственники; 2) при отсутствии близких родственников — иные родственники; 3) законные представители, которыми могут быть как родители, усыновители, опекуны или попечители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, так и представители учреждений или организаций, на попечении которых находится несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый, органы опеки и попечительства.
Следует отметить, что при определении субъектов, которые должны быть уведомлены о задержании несовершеннолетнего подозреваемо-
го, следовало бы учитывать жизненные реалии. Как показывает практика, значительная часть близких родственников, равно как и иных родственников задержанных несовершеннолетних подозреваемых, сами нередко совершали правонарушения, ранее привлекались к административной и уголовной ответственности, вели аморальный и противоправный образ жизни, не были заинтересованы в дальнейшей судьбе несо-
вершеннолетнего, относились к ней безразлично. Не являются исключением случаи, когда такие родственники прямо отказывались участвовать в ходе уголовного судопроизводства в качестве законного представителя. Еще более распространены случаи, когда такие лица исполняли обязанности законного представителя чисто формально вследствие воздействия со стороны лиц, осуществляющих расследование.
ЛИТЕРАТУРА
1. Состояние преступности: январь — декабрь 2018 г., январь — апрель 2019 г., январь — август 2020 г. // Официальный сайт МВД России. — URL: http://mvd/ru.
2. Тетюев С. В. Производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. — М., 2007. — С. 48.
3. Международные акты о правах человека : сборник документов. — М., 2002. — С. 300.
4. Цоколова О. И. Теория и практика задержания, ареста и содержания под стражей в уголовном процессе : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 2007. — С. 14.
5. Насонова И. А. Некоторые проблемы правового положения защитника в уголовном процессе // Вестник Воронежского института МВД России. — 2007. — № 3. — С. 33.
REFERENCES
1. Sostoyanie prestupnosti: yanvar — dekabr 2018 g., yanvar — aprel 2019 g., yanvar—avgust 2020 g. // Ofitsialnyiy sayt MVD Rossii. URL: http://mvd/ru.
2. Tetyuev S. V. Proizvodstvo po ugolovnyim delam v otnoshenii nesovershennoletnih. — M., 2007. — S. 48.
3. Mezhdunarodnyie aktyi o pravah cheloveka : sbornik dokumentov. — M., 2002. — S. 300.
4. Tsokolova O. I. Teoriya i praktika za-derzhaniya, aresta i soderzhaniya pod strazhey v ugolovnom protsesse : avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. — M., 2007. — S. 14.
5. Nasonova I. A. Nekotoryie problemyi pravovogo polozheniya zaschitnika v ugolovnom protsesse // Vestnik Voronezhskogo instituta MVD Rossii. — 2007. — # 3. — S. 33.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ
Тройнина Ирина Сергеевна. Старший преподаватель кафедры уголовного процесса. Кандидат юридических наук.
Воронежский институт МВД России. E-mail: i.troynina@mail.ru
Россия, 394065, Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (473) 200-53-44.
Troynina Irina Sergeevna. Senior lecturer of the chair of Criminal Procedure. Candidate of Law. Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: i.troynina@mail.ru
Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (473) 200-53-44.
Ключевые слова: несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый; задержание; уведомление о задержании; законные представители несовершеннолетнего.
Key words: underage suspect, accused; detention; notification of detention; legal representatives of the
minor.
УДК 343.1