Физиократическая теория производящего человека в политэкономии: влияние на буржуазную концепцию
Матвеева Алла Ивановна,
д.ф.н., профессор кафедры креативного управления и гуманитарных наук, Уральский государственный экономический университет E-mail: matveevaa2011@yandex.ru
Бабкова-Эстеркина Анастасия Дмитриевна,
аспирант, кафедра управления персоналом Санкт-Петербургский государственный экономический университет
Исследуется физиократическая теория производящего человека в политэкономии и ее влияние на буржуазную концепцию человека. Анализируются идеи Маркса, которые подчеркивают важность физиократов в разработке экономической теории, основанной на производстве и обращении. Рассматривается вклад физиократов, таких как Адам Смит, в понимание законов производства и материальной закономерности. В отличие от марксистов, физиократы акцентировали внимание на естественной цене, определенной природой, а не на меновой стоимости и абстрактном труде. Анализируется концепция абстракции рабочего времени и его роль в экономической эффективности, и выявляются параллели между методами анализа Адама Смита и физиократов. Предлагается более глубокое понимание концепции рабочего времени и его связь с экономическими процессами в истории.
Ключевые слова: анализ теории прибавочной стоимости, политическая экономия; теория трудовой стоимости, производительность труда, теория производящего человека, физиократы, Карл Маркс.
£2
U
со
см
см
см
Z
216
Изучение темы «Теории прибавочной стоимости» в 21 веке остается актуальным по нескольким причинам. Во-первых, данная тема представляет собой ключевую часть теории капитализма, которая изучает процесс создания и распределения прибавочной стоимости в производственных отношениях. В эпоху политических трансформаций экономика и бизнес остаются основными движущими силами в обществе, и понимание теории прибавочной стоимости является необходимым для анализа и преобразования данных процессов.
Во-вторых, изучение восходящих корней становления буржуазного человека помогает понять и анализировать социальные и экономические проблемы, связанные с общественной справедливостью, эксплуатацией и неравенством в современном мире. Теории прибавочной стоимости рассматривают вопросы о том, как происходит присвоение прибыли и богатства в капиталистической системе, и как это влияет на условия труда и жизни работников. В-третьих, изучение теории производящего человека физиократов дает возможность анализировать и критически оценивать современные экономические тенденции, такие как «финанциализация экономики» и «монополизация».
Марксова критика буржуазного политэкономическо-го учения- плод более чем десятилетних исследований.
Впервые Маркс обращается к ним в 1843 году и затем, до конца пятидесятых годов, его постоянное внимание к буржуазной политической экономии хорошо прослеживается в различных рукописях, относящихся к этому периоду. Впрочем, и сам этот труд начинается содержащейся в главе о деньгах полемикой с Прудоном. В конце труда Маркс вновь привлекает материал буржуазной политэкономии. «Грундриссе» являет собой, по существу, недифференцированное единство первых трех, тематических, и четвертого, историко-теоретического, томов «Капитала». Вообще говоря, по характеру и форме обработки специальной литературы в рукописях Маркса можно судить и о достигнутой в них степени завершенности исследования той или иной проблемы.
Начиная с «Грундриссе», Маркс постоянно делает ссылки на более ранние рукописи или на предварительные разработки, а в первой части «Введения» дает обобщенный критический анализ буржуазной политической экономии. Правда, вновь начатая критика Прудо-на концентрируется на сей раз скорее на политических, революционно-теоретических проблемах напомним, что в это время Маркс ожидал начало нового революционного подъема в Европе. Критика «прудоновской теории денег» стала объектом внимания Маркса именно из-за ее политических аспектов: основной теоретической проблемой здесь явилось для Маркса отождествление Прудоном отношений в простом товарном производстве и капиталистическом производстве, что характерно для мелко-буржуазного социализма. Поэтому мы в нашей работе также не останавливаемся подробно на творчестве Прудона.
Непосредственным подготовительным этапом к «Теориям прибавочной стоимости» явилась работа Маркса «К критике политической экономии», в которой даны историко-критические оценки анализа категорий
«товар» и «день-ко» в политической экономии. Затем наступила очередь написания собственно «Теорий прибавочной стоимости» в качестве «главы» историко-теоретической части «Капитала». Как мы уже упоминали, в ходе написания рукописей 1861-1863 годов Маркс пришел в ноябре 1862 года к решению начать изложение своей системы заново, назвав свое исследование «Капиталом». Его четвертой частью должен был стать историко-теоретический раздел. И хотя Энгельс не успел издать эту часть «Капитала», но в «Предисловий» к его II тому он полемически использовал материалы «Теорий прибавочной стоимости». И все же «Теории прибавочной стоимости» мы не можем рассматривать как завершение критической работы Маркса, начатой со времени написания «экономико-философских рукописей». С одной стороны, Маркс здесь еще не разработал многие аспекты своего политэкономического учения, разработка их потребовала от него дополнительного историко-теоретического анализа. С другой стороны, этот историко-теоретический анализ позволил поднять множество философских проблем, на которых Маркс, будучи связанным строгой экономической структурой «Капитала», не мог, однако, останавливаться подробно. В первом томе «Капитала» историко-теоретический анализ занимает совсем мало места, он сведен здесь к постраничным примечаниям.
В «Теориях прибавочной стоимости» политэконо-мические системы рассматриваются в целом в хронологической последовательности. В то же время в них однозначно прослеживается и тематическая структура политической экономии. Первая часть, посвященная генезису политической
экономии, доведена до А. Смита, и здесь в центр исследования поставлены принципиальные вопросы теории трудовой стоимости, реализации, производительного и непроизводительного труда.
Во второй части в основном рассматриваются взгляды д. Рикардо, и в этой связи Маркс исследует категории средней прибыли, цены производства, земельной ренты и т.д.
Здесь Он уже смог приоткрыть сущность той системы вещных отношений, которая фиксируется в теории стоимости и исследует проблему отчуждения личности и рода на уровне философских проблем человека и философии истории.
Третья часть базируется на четком разграничении классического и вульгарного периодов в буржуазной политической экономии. Причем Маркс не только показывает, как противоречия классической буржуазной политэкономической мысли, являющиеся отражением действительных антагонизмов общества, вызывают в ней внутренние напряженности, ведут к ее разложению, но и ставит в центр своего изложения проблематику производящего человека, рассматривая эту проблематику в качестве итога, к которому с неизбежностью должен прийти критический анализ теории трудовой стоимости.
Наряду с частными экономическими вопросами в «Теориях прибавочной стоимости» более подробно, чем в других томах «Капитала», обсуждаются и такие категории, как производительный труд, абсолютная земельная рента, национализация земли, рыночная стоимость, а также теория экономических кризисов, причем в заключительных рассуждениях Маркса предвосхищаются многие проблемы современного нам капитализма (искусственный спрос, теория доходов и т.д.). Но цель нашего исследования в другом-постараться понять, как Маркс в ходе критики буржуазного политэкономическо-го учения пришел к полемическому и позитивному изло-
жению концепции человека, к реализации той задачи, решение которой он начал в «экономико-философских рукописях.
Становление понятия «производящий человек» -один из основополагающих элементов генезиса буржуазной концепции человека. В формировании буржуазной концепции человека как производящего человека непосредственно обнаруживается внутренняя общность процессов развития философии и политэкономического учения, начиная с середины XVIII и до середины XIX столетия.
В Германии же этот процесс тесно связан с выработкой понятия самосознающего человека, в котором французское определение «гражданин» заменяется соответствующими философскими определениями. Поставив перед собой задачу рассмотреть буржуазную концепцию человека под углом зрения формирования понятия производящего человека, мы, собственно говоря, исследуем этот процесс только в одном аспекте, но зато в таком, который служит базисом для двух других определений производящего человека и не только делает возможным, но и с необходимостью предполагает возвращение к ним.
Возникновение буржуазной концепции человека, центральное место в которой занимают понятия «производительный труд» и «производящий человек», представляет собой своего рода экспозицию «Введения», в котором Маркс показывает исторический процесс формирования абстракции homo -economicus, производящего человека. Уже в «Немецкой идеологии» он основательно анализирует так называемую «теорию полезности», подчиняющую все явления жизни отношениям полезности (экономическим отношениям, отношениям товарного производства). Впоследствии высказанные здесь соображения Маркс развивает в «Грундриссе», отзвук их мы находим в критике понятия труда как жертвы.
По нашему мнению, вполне понять возникновение буржуазной концепции человека можно только на основе того анализа всеобщего простого товарного производства, который был дан в «Грундриссе», где Маркс показывает свободного и равноправного частного собственника одновременно как юридическую и политическую личность.
Однако на острие анализа здесь вместо Гельвеция и Гольбаха уже оказывается А. Смит.
Наследие Рикардо отличается от теорий Смита в том отношении, что у него эти общие теоретические, экономико-антропологические предпосылки полагаются как нечто самоочевидное, создается замкнутая политэ-кономическая система, которая своим цинизмом, антигуманным лозунгом - «Накопляйте, накопляйте!» - классически выполняет свое предназначение.
История политэкономии начинается с физиократов, к которым примыкает создатель первой политэконо-мической системы А. Смит. Поэтому отношение Смита к физиократам становится существенным теоретическим и историко-теоретическим вопросом.
Маркс при этом подчеркивал, что теория стоимости физиократов в концентрированном виде показывает противоречие между феодальной видимостью и буржуазной сущностью их системы. Для физиократов было характерно различение «вещественных способов существования». Они были первыми, кто попытался на основе исследования производства как такового выработать общую экономическую теорию. Поэтому для них характерно стремление обобщить общие моменты трудового процесса, причем они первыми отождествили их с капиталистической формой производства. Хотя в политическом отношении на их концепции сказалось влияние тео-
сз о
сг
=Е
0
1
-1 У
"О
=Е СГ
со
I_
u
см см
рии общественного договора (формы господства и т.д.), все же их большая заслуга состоит в том, что они рассматривали законы общественного производства в качестве объективной, действующей с силой естественных законов материальной закономерности. Тем самым они впервые выявили в фетишистско-буржуазной форме решающую роль материального производства, экономики. Другая их крупная заслуга заключается в том, что они, исходя из единства производства и обращения, подошли к пониманию процесса воспроизводства в его единстве. Адам Смит в обоих этих отношениях выступил наследником физиократов.
Физиократы, продолжает Маркс, сформулировали тот основополагающий тезис, что производит только труд, создающий прибавочный продукт (стоимость), т.е. что продукт включает в себя стоимость большую, чем та, которая была затрачена в процессе производства продукта. Однако физиократы могли себе представить производительный труд только в виде сельскохозяйственного, в котором наглядно обнаруживается, что «сумма жизненных средств, потребляемых рабочим из года в год, или масса вещества, потребляемая им, меньше той суммы жизненных средств, которую он производит». Но тем самым для них в качестве источника прибавочной стоимости вместо производительной силы труда выступает производящая сила природы (что находится в полном соответствии с традицией докапиталистического природоцен-тричного мышления). Физиократы еще не могли вывести общее понятие стоимости, ухватить ее природу. Они сводили стоимость только к потребительной стоимости и рассматривали сельскохозяйственное производство в качестве единственного, исключительного источника производства прибавочных потребительных стоимостей. Сама рабочая сила, трудящийся человек, выступает также только в качестве суммы потребительных стоимостей (соответствующих традициям и зафиксированных в системе потребностей), т.е. как заработная плата.
Основополагающие определения у физиократов естественно данные и неизменные. Их подход с точки зрения человеческой природы созвучен просветительскому, примером чему служит понятие естественной цены, которую определяет природа, а не общественно-исторический процесс. Таким образом, физиократы не поднялись до обобщения, базирующегося на представлении о меновой стоимости, до принципа абстрактного труда и абстрактного человека. Маркс пишет в этой связи: «. они еще не свели стоимость вообще к ее простой субстанции: к количеству труда, или рабочему времени.
Способ изложения предмета у физиократов необходимым образом определяется, конечно, их общим взглядом на природу стоимости, которая в их понимании не есть определенный общественный способ существования человеческой деятельности (труда).
Ясно, что при таком подходе земледельческий труд составляет «основу. не только для прибавочного труда в сфере самого земледелия, но и для превращения всех других отраслей труда в самостоятельные отрасли, а следовательно и для создаваемой в них прибавочной стоимости; поэтому ясно, что именно его до тех пор должны были рассматривать как созидателя прибавочной стоимости, пока вообще субстанцией стоимости считался определенный конкретный труд, а не абстрактный труд мера, рабочее время» Характерное противоречие теории физиократов Маркс видит в том, что у них производительный труд, который они подняли до уровня центрального понятия, обеспечен только благодаря автоматизму природы, тогда как промышленный труд выступа-
ет как непроизводительный труд, в качестве придатка сельского хозяйства [4].
Для физиократов важно не то, что рабочий работает сверх рабочего времени, необходимого для воспроизводства его рабочей силы, и поэтому производит прибавочную стоимость, а то, что производится большая масса потребительных стоимостей. Таким образом, у физиократов мы сталкиваемся с начальным периодом выработки понятия производства [1].
Речь идет о такой переходной форме производства, когда феодализм обуржуазился, а буржуазное общество одевает феодальную маску. Система физиократов воссоздает картину буржуазного общества в ту эпоху, когда феодализм разрушается «при превращении земледельческих феодальных обществ в промышленные». Таким образом, мы можем констатировать, что понятие производительного труда, введенное физиократами, собственно говоря, есть даже не начальная ступень, а лишь предвосхищение его буржуазного понимания, котором именно промышленность ставится в центр материального производства. Кстати, такой поворот в теории (вслед за поворотом в действительности) происходит в буржуазной политэкономии не только при переходе от экономики сельскохозяйственной к экономике промышленной, но и в наши дни, при переходе от экономики промышленности к экономике науки и образования.
Маркс обрисовывает развитие теории физиократов от Ф. Кене до А. Тюрго и показывает, что, несмотря на сохранение у них видимости отношений, характерных для феодализма, физиократы работали рука об руку с энциклопедистами [2]. Иными словами, Маркс, по существу, рассматривает их в качестве экономического направления Просвещения. Это в свою очередь означает, что просветители сформулировали философские предпосылки теории физиократов. Просветителей, как и физиократов, также характеризовала двойственность буржуазного содержания и феодальной формы, «аристократический тон», который можно рассматривать в качестве своего рода платы за переход от феодального мышления к буржуазному [1].
Было бы упрощением противопоставлять физиократов и А. Смита как два периода в развитии теории производительного труда и прибавочной стоимости. Но Маркс на каждом шагу подчеркивает сползание Смита к физиократам прежде всего в отношении теории накопления. Маркс тем не менее говорит о «большой заслуге физиократов», поскольку они дали представление об общественном воспроизводстве в целом. Рассмотрение теорий физиократов тесно связано у Маркса с анализом учения А. Смита, во многих случаях при этом выявляются их общие черты. Особое внимание Маркс уделял творчеству Тюрго, наиболее обуржуазившегося представителя физиократов. В нем он видел «завершителя» физиократического учения и вместе с тем «вводную фигуру» во Французскую революцию [3]. Но и Тюр-го не вышел за рамки концепции потребительной стоимости и конкретного труда: участники общественного производства у него-это конкретные индивиды в духе Кено, производство он трактует как область представительства трех классов и не поднимается до абстракции общественного индивида как производящего человека. Правда, французское Просвещение выработало последовательную абстракцию homo politicus, но французская экономическая мысль, как это показал Маркс на примере Ф. Бастиа, так и не смогла никогда выйти за рамки конкретного членения общества, обусловленного характером производимых потребительных стоимостей, а следовательно, и за рамки соответствующей концепции индивида [4].
С «французской» предыстории Марксов анализ переключается на историю английской буржуазной политэкономии, где общественное производство предстает уже не в своей качественно-пространственной, а в количественно-временной структуре, проявляется как экономия общественного совокупного времени-труда. А ведь именно абстракция рабочего времени и его экономии составляет основу и тайну современной буржуазной концепции человека.
А. Смит как теоретик раннего периода крупного промышленного производства еще во многом опирается на физиократов, хотя и критикует их. Напротив, Д. Ри-кардо, выступая с точки зрения современной промышленности и в духе уже утвердившейся буржуазной системы, значительно превосходит физиократов [1]. По сравнению с Рикардо (который во «Введении» олицетворяет метод восхождения от абстрактного к конкретному) Смит и физиократы до известной степени могут быть сведены к одному знаменателю как вследствие того, что их метод анализа предполагает движения от конкретного, так и потому, что у них политэкономия еще едва от дифференцировалась от других общественных наук. Именно поэтому у физиократов положения о естественных законах производства получали статус философской науки о человеческой природе. Иными словами, философские интенции у них (так же как и у Смита) еще получали, так сказать, непосредственно зримую форму[3].
Кроме того, изучение теории прибавочной стоимости в 21 веке помогает прогнозировать и адаптироваться к изменениям в экономической среде. Благодаря пониманию процесса создания и распределения прибавочной стоимости, можно выявить новые возможности и стратегии для эффективного управления ресурсами. Теория прибавочной стоимости является одной из ключевых концепций, которая по-прежнему актуальна и востребована в области экономики и бизнеса. Глубокое понимание и анализ этой темы позволяют расширить знания и взгляды на экономическую науку и ее приложение в реальной жизни.
Литература
1. Маркс К. Экономические рукописи 1857-1859 годов / К. Маркс // Маркс К. Сочинения: [2-е изд.] / К. Маркс, Ф. Энгельс. Москва: Политиздат, 1968. Т. 46. Ч. 1. 553 с. 13. Маркс К. Экономические рукописи 1857-1859 годов / К. Маркс // Маркс К. Сочинения: [2-е изд.] / К. Маркс, Ф. Энгельс. Москва: Политиздат, 1969. Т. 46. Ч. 2. 612 с.
2. Маркс К. Капитал: критика политической экономики / К. Маркс. Санкт-Петербург: Изд-во Н.П. Полякова, 1872. Т. 1. 678 с.
3. Маркс К. Капитал: т. 3, кн. 3 / К. Маркс // Маркс К. Сочинения: [2-е изд.] / К. Маркс, Ф. Энгельс. Москва: Политиздат, 1962. Т. 25. Ч. 2. С. 3-458.
4. Мартынович С. Ф., Орлов М.О. Философское наследие Карла Маркса как основание для осмысления феномена науки // Изв. Сарат. ун-та. Нов. сер. Сер. Философия. Психология. Педагогика. 2018. Т. 18, вып. 2. С. 146-151. DOI: 10.18500/1819-7671-201818-2-146-151.
5. Устинов О.А. Концепция человека в философии К. Маркса: опыт реконструкции // Вестник Пермского университета. Философия. Психология. Социология. 2016. Вып. 4(28). С. 14-21. doi: 10.17072/20787898/2016-4-14-21
PHYSIOCRATIC THEORY OF THE PRODUCING PERSON IN POLITICAL ECONOMY: INFLUENCE ON THE BOURGEOIS CONCEPT
Matveeva A.I., Babkova-Esterkina A.D.
Ural State University of Economics, St. Petersburg State University of Economics
The paper studies the physiocratic theory of the producing man in political economy and its influence on the bourgeois conception of man. Marx's ideas that emphasize the importance of the physiocrats in developing an economic theory based on production and circulation are analyzed. The contribution of physiocrats such as Adam Smith to the understanding of the laws of production and material regularity is examined. Unlike the Marxists, the physiocrats emphasized natural price determined by nature rather than exchange value and abstract labor. The concept of abstraction of labor time and its role in economic efficiency is analyzed, and parallels between Adam Smith's and the physiocrats' methods of analysis are identified. A deeper understanding of the concept of working time and its relationship to economic processes in history is offered.
Keywords: analysis of surplus value theory, political economy; labor value theory, labor productivity, theory of the producing man, physiocrats, Karl Marx.
References
1. Marx K. Economic manuscripts of 1857-1859 / K. Marx // Marx K. Works: [2nd ed.] / K. Marx, F. Engels. Moscow: Politizdat, 1968. Т. 46. Ч. 1. 553 с. 13. Marx K. Economic manuscripts of 1857-1859 / K. Marx // Marx, K. Marx. Works: [2nd ed.] / K. Marx, F. Engels. Moscow: Politizdat, 1969. Т. 46. Ч. 2. 612 с.
2. Marx K. Capital: a critique of political economy / K. Marx. St. Petersburg: N.P. Polyakov Publishing House, 1872. Т. 1. 678 с.
3. Marx K. Capital: vol. 3, book 3 / K. Marx // Marx K. Works: [2nd ed.] / K. Marx, F. Engels. Moscow: Politizdat, 1962. Т. 25. PART 2. P. 3-458.
4. Martynovich S. F., Orlov M.O. Philosophical heritage of Karl Marx as a basis for understanding the phenomenon of science // Izv. Sarat. un-ta. Nov. ser. Ser. Philosophy. Psychology. Pedagogy. 2018. Т. 18, vol. 2. P. 146-151. DOI: 10.18500/18197671-2018-18-2-146-151.
5. Ustinov O.A.. The concept of man in the philosophy of K. Marx: the experience of reconstruction // Vestnik of Perm University. Philosophy. Psychology. Sociology. 2016. Vyp. 4(28). С. 1421. doi: 10.17072/2078-7898/2016-4-14-21
C3
о
u~
IE
0
1
-1 У
"О
IE
u~