Научная статья на тему 'Эстетические идеи в книге А. Шопенгауэра «Мир как воля и представление»'

Эстетические идеи в книге А. Шопенгауэра «Мир как воля и представление» Текст научной статьи по специальности «Теория, методология и философия культуры»

CC BY
3095
768
Поделиться
Ключевые слова
воля / представление / эстетическое удовольствие / гений / талант / трагедия

Аннотация научной статьи по культуре и культурологии, автор научной работы — Сычева Светлана Георгиевна

Исследованы эстетические идеи А. Шопенгауэра. Проанализирована его теория различных видов искусства (музыки, поэзии, живописи, архитектуры). Сделан вывод о том, что искусство отдаляет человека от воли к жизни, которая связана со страданием, и приводит в мир представления, связанный с удовольствием. Поэтому творческий акт приносит эстетическое наслаждение.

The esthetic ideas of A. Schopenhauer have been studied. His theory of different kinds of art (music, poetry, painting, architecture) was analyzed. The conclusion was drawn that art estranges a man from will to live which is connected with suffering, and brings to the world of idea connected with pleasure. Therefore, the creative act gives esthetic pleasure.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Эстетические идеи в книге А. Шопенгауэра «Мир как воля и представление»»

УДК 130.2:7.01

ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ИДЕИ В КНИГЕ А. ШОПЕНГАУЭРА «МИР КАК ВОЛЯ И ПРЕДСТАВЛЕНИЕ»

С.Г. Сычева

Томский политехнический университет E-mail: svetsych@mail.ru

Исследованы эстетические идеи А. Шопенгауэра. Проанализирована его теория различных видов искусства (музыки, поэзии, живописи, архитектуры). Сделан вывод о том, что искусство отдаляет человека от воли к жизни, которая связана со страданием, и приводит в мир представления, связанный с удовольствием. Поэтому творческий акт приносит эстетическое наслаждение.

Ключевые слова:

Воля, представление, эстетическое удовольствие, гений, талант, трагедия.

Key words:

Will, Idea, aesthetic pleasure, genius, tragedy.

Эстетические идеи А. Шопенгауэра изложены, в основном, в его книге «Мир как воля и представление» (1819) [1, 2]. Это - главный труд немецкого философа. Он долгое время не приносил ему известности. Лекции, читаемые им в Берлине, посещались всего лишь десятком человек. Только в конце жизни к философу пришла слава.

Б.В. Мееровский, И.С. Нарский пишут: «В немецких университетах стали читать лекции о его философской системе, а его дом стал объектом паломничества. А. Шопенгауэр с полным правом сказал: «Закат моей жизни стал зарей моей славы»» [3. С. 636].

Изучение творчества А. Шопенгауэра в Советском Союзе долгое время находилось под запретом. Только в 1975 г. в Москве вышла книга Б.Э. Быховского «А. Шопенгауэр» в серии «Мыслители прошлого» [4]. Однако она не свободна от идеологических клише. «Эстетическая метафизика А. Шопенгауэра» называется «порочной» [4. С. 144], сам философ объявляется «пророком декаданса», его идеи - «пессимистическим брюзжанием» [4. С. 181]. Тем не менее, в этой работе содержится ценная информация о книгах А. Шопенгауэра, которые не переиздавались на русском языке с конца XIX в., либо вообще не переводились. С падением марксистской идеологии книги А. Шопенгауэра стали издавать и изучать. Появились серьезные, глубокие исследования, представленные, в том числе, и в данной статье [3, 5]. Мы также рассматривали творчество А. Шопенгауэра [6].

А. Шопенгауэр - пессимист. Если основные тезисы Г.В. Лейбница утверждали, что существует множество миров, мы живем в лучшем из миров, и все к лучшему в этом лучшем из миров, то А. Шопенгауэр заявил прямо противоположное: «наш мир - наихудший из всех возможных миров» [3. С. 636]. Таков основной мотив его философии и эстетики. Рассмотрим некоторые идеи А. Шопенгауэра в их отношении к искусству.

В книге А. Шопенгауэра содержатся глубокие рассуждения о природе гения. Гениальность есть способность души созерцать идеи Платона, фило-

софа. Поэтому сущность гениальности заключается в развитии созерцательного познания.

В чем разница между гением и талантом? Талант отличают быстрота и правильность мышления, тогда как мышление гения идет вглубь и видит иной мир - мир сущностей. Гений видит мир чистым, отчетливым, объективным. Первоначально способность познания служит воле. Однако у людей в высшей степени одаренных она перерастает потребность служения воле. А. Шопенгауэр утверждает, что избыток интеллекта гения служит всему человечеству так же, как обычный интеллект «служит отдельному человеку». А. Шопенгауэр пишет: «если обычный человек состоит из 2/3 воли и 1/3 интеллекта, то гений - из 2/3 интеллекта и 1/3 воли» [2. С. 410].

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Поскольку сущность гениальности состоит в созерцательности, то ярче и чище всего, а также, скорее всего, гениальность проявляется в созерцательных видах искусства: в живописи и в скульптуре. В других видах искусства движение гениальности затруднено, однако тоже имеет место.

Философ делает важную ремарку: созерцание нельзя представлять как только чувственный процесс, как получение представления через органы чувств: слух, зрение и тому подобное. Это еще и процесс интеллектуальный. Только созерцание показывает истинную природу вещей. Причем имеется в виду не созерцание при помощи абстрактных понятий, которые только обедняют содержание мысли. Это созерцание в форме образов. Гений отличается от обычных людей тем, что мыслит образами, тогда как все остальные - понятиями.

В мире правит иррациональная и слепая воля. И только в искусстве и познании представление обретает относительную самостоятельность и свободу от иррациональных сил. А. Шопенгауэр утверждает, что интеллект в основном служит воле, но обретает в искусстве «короткий час свободы». Представление, взявшее верх над волей, познает вещи в их сущности, то есть, точнее, идеи в платоновском смысле, «пребывающие, неизменные, независимые от временного существования отдельных вещей об-

разы..., которые, собственно, и составляют чисто объективное в явлениях» [2. С. 339-400]. Любопытно, что в отличие от Платона, А. Шопенгауэр рассматривает идею не как сущность вещи, а как ее явление, ибо она принадлежит миру представления (миру явлений), а не миру воли (миру сущностей). При этом мир явлений дает нам объективное, независящее от нашей воли, знание, тогда как мир сущностей, воли, дает нам знание субъективное [6. С. 5]. Объективный образ представления - это эмпирическая, взятая во времени идея Платона.

Познание только тогда дает чистое представление о мире, когда полностью отходит от воли. Акт художественного или научного творчества поэтому не должен являться актом воли и зависеть от нашего желания. Воля - это область осознания нашего Я, тогда как представление - сфера осознания внешних, объективных вещей. Созерцательность внешнего познания тем успешней, чем полнее творец забывает о собственном Я, и наоборот: чем сильнее внутреннее самосознание, тем слабее творческий акт - внешнее осознание. А. Шопенгауэр пишет: «чистое, безвольное познание достигается, когда сознание других вещей поднимается до такой высокой потенции, что сознание собственного Я исчезает. Ибо мир постигается чисто объективно только тогда, когда мы уже не знаем, что принадлежим ему, и все вещи кажутся тем прекраснее, чем больше мы созерцаем только их и меньше - самих себя» [2. С. 402].

Воля у А. Шопенгауэра связана со страданием, тогда как представление - с наслаждением. Поэтому он утверждает, что творческий акт приятен и отраден, поскольку приносит эстетическое удовольствие, подавляя волю. Восприятие произведения искусства бескорыстно, безвольно и поэтому объективно. «Только в том, - пишет А. Шопенгауэр, - что возникло из... созерцания чисто объективного... содержится живое ядро, из которого могут вырасти подлинные и оригинальные творения, не только в изобразительных искусствах, но и в поэзии, даже в философии... Созерцание... всецело обусловлено молчанием воли... Способность к преобладанию такого состояния и есть гениальность» [2. С. 405]. Аффект и страсть затуманивают и фальсифицируют сознание, искажают созерцание вещей. Жизнь мрачна и неприятна, и только произведения искусства приносят наслаждение. Из этого следует, что «жизнь никогда не бывает прекрасной, прекрасны лишь картины жизни в преобразующем зеркале искусства и поэзии».

Гений видит в мире общее и существенное. По мере угасания способности созерцания гениальность переходит в талант. Гений творит не преднамеренно, не волевым усилием, но как бы «инстинктивно». Тем самым, освободясь от воли, он в своем творчестве ясно отображает мир. Он весь переходит в «мир как представление». А. Шопенгауэр пишет: «В такие мгновения как бы зарождается душа бессмертных творений» [2. С. 412]. В преднаме-

ренном размышлении воля навязывает тему интеллекту. Гений пребывает в «великой, неземной веселости», обладая способностью освободиться от страданий, причиняемых волей.

Гению свойственна «вдумчивость». Если животное переживает только свое благополучие и боль, если обычный человек полностью не осознает события и объекты своей жизни, то не таков гений. Его сознание - ясное и отчетливое. Он может задать два главных вопроса о мире: «Что такое все это?» и «Как... это создано?» Способность постановки этих вопросов и есть вдумчивость. Ответ на первый вопрос дает миру философа, на второй -художника и поэта.

Очень важна идея о том, что произведения гения бесполезны. Поскольку он живет не под диктовку воли, поскольку у него интеллекта гораздо больше, чем надо для адекватного функционирования воли, постольку он о ней и забывает, забывая о житейской практике. Философ пишет: «Будет ли то музыка, философия, живопись или поэзия, творение гения не рассчитано на пользу» [2. С. 419]. Потому-то наслаждение произведением искусства приносит несказанное удовольствие: оно отрывает нас от приземленных потребностей быта. Полезное и прекрасное не всегда сходятся в одном человеке или в одной вещи: «Самые прекрасные здания - не самые полезные. Храм не предназначен для того, чтобы в нем жить... А сравнивать полезных людей с гениальными равносильно сравнению строительных камней с бриллиантами» [2. С. 419].

Далее А. Шопенгауэр рассуждает о красоте природы и внутренней сущности искусства. В природе все последовательно. В ней нет искусственности, но только естественность. Этим объясняется ее гармония и то «умиротворение», которое посылает на нас созерцание природы. Сравнивая наслаждение музыкой с наслаждением красотой природы, А. Шопенгауэр утверждает, что первая ведет к катарсису души (вслед за Аристотелем), а вторая -к катарсису духа. Интересно замечание философа о том, что созерцание горного хребта приводит нас в возвышенное состояние, ибо горы «противостоят разрушению», в отличие от всего остального, в том числе от «эфемерной» человеческой личности. Важна идея А. Шопенгауэра и о естественной красоте природы, невозделанной человеческой рукой, тогда как, например, искусственность ансамблей французских парков навевает мысль о «насилии» и «порабощении» природы человеком.

Задача искусства и философии - познать сущность бытия, облегчить усмотрение «идей мира», платоновских идей. Идеи по существу неисчерпаемы. Настоящее произведение искусства несводимо к абстрактному понятию: сколько бы мы его не созерцали, в нем остается потаенная идея. Если же художественное произведение исчерпывается интеллектуальным понятием, раскрываемым в ходе размышления, такое произведение искусства - неистинное, ненастоящее. «Поэтому, - замечает А. Шо-

пенгауэр, - столь же недостойно, сколь и нелепо, пытаться, как часто бывает в наши дни, свести творение В. Шекспира или И.В. Гете к какой-нибудь абстрактной истине, сообщение которой якобы было их целью» [2. С. 435]. Мгновенные, по наитию созданные живописные наброски, написанные на одном дыхании стихи, музыка, созданная без рефлексии и интуитивно - все это произведения глубоко гениальные, более выдающиеся, чем творения, созданные усилием воли. Итак, А. Шопенгауэр отделяет подлинные произведения искусства, показывающие существенную идею, и все остальное творчество, путем мышления приводящее к абстрактному понятию.

Представляют большое значение суждения А. Шопенгауэра о поэзии. Поэзия словами возбуждает воображение. В отличие от живописи, которая дает в каком-то отношении готовый для восприятия образ, поэзия дает больший простор фантазии читателя. Каждый представляет себе то явление, с которым в его воображении возникает ассоциация под воздействием слова.

Даже показывая индивидуальное и личное, выдающийся поэт показывает идеи более или менее полно и глубоко. Его образы отсылают к всеобщему и универсальному. Поэтому сентенции поэтов подходят ко всем народам во все времена. В индивидуальном сияет «родовой образ», платоновская идея.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Относительно размера стиха и рифмы в поэзии А. Шопенгауэр высказывается неоднозначно. С одной стороны, это - искусственные приспособления, украшающие иногда неглубокую мысль, подобно тому, как наряды привлекают внимание к некрасивой девушке. Часто не рифма подбирается к мысли, а мысль - к рифме. В этом А. Шопенгауэр видит нарушение естественности творческого процесса. С другой стороны, рифма и размер придают стихотворному произведению, точнее, его звучанию, музыкальность, сообщая ему и его смыслу дополнительную ценность. Если же поэтическое произведение содержит глубокую мысль, то оно вызывает в нас восторг. Гениальный поэт отличается от посредственности тем, что рифма к нему приходит легко и свободно, а мысль выражается в ней наиболее полно и адекватно: рифмы в его стихах имеют божественную природу, возникая в его сознании без усилия.

А. Шопенгауэр пишет о различии между классической и романтической поэзией. Классическая поэзия - естественна, гармонична, описывает действительность такой, как она есть. Романтическая поэзия искусственна, условна и эксцентрична. Она имеет дело «с безвкусным и смешным христианско-германским почитанием женщин, со вздор -ной, лунатической, неземной влюбленностью» [2. С. 454]. Романтизм уродливо искажает человеческую природу, считает А. Шопенгауэр. Поэзия древности, классическая поэзия, верна природе и содержит в себе безусловную истину.

А. Шопенгауэр останавливается на различии лирики, драмы и эпоса. Лирика субъективна, драма объективна, эпос же - нечто среднее между тем и другим. Цель драмы - показать «сущность и бытие» человека. Она, как и эпос, показывает значительные события из жизни замечательных людей.

В. Шекспир и И.В. Гете полностью перевоплощаются во всех своих персонажей «с одинаковой истинностью и естественностью». Не столь гениальные поэты, например, Д. Байрон, - лишь в своего главного персонажа.

А. Шопенгауэр высказывается также о трагедии. Мы не можем пройти мимо этой темы, поскольку любая значительная эстетика затрагивает этот вопрос.

Трагедия приносит нам чувство удовольствия отнюдь не через переживание прекрасного. Переживание катастрофы в трагедии отворачивает нас от воли к жизни. Мы переживаем страх, созерцая гибель положительного героя и триумф негодяя. Все это противно воле к жизни. Жизнь предстает страшным сном, от которого хочется «пробудиться». Истинный дух трагедии состоит в том, чтобы показать нам, что жизнь и мир «не стоят нашей привязанности», ибо не могут дать подлинного удовольствия.

Большое место в теории трагедии А. Шопенгауэр отводит понятию «резиньяции» - отречению, безропотному смирению, покорности судьбе. Дух трагедии «ведет к резиньяции». В античной трагедии резиньяция не дана в полном виде: «почти все трагические герои древности» проявляют «покорность перед неотвратимой судьбой и непреклонной волей богов», но не отрекаются от «воли к жизни» [2. С. 456]. А. Шопенгауэр иллюстрирует эту мысль примерами из Эсхила, Еврипида и Софокла. Что же касается трагиков более поздних эпох, то они, по мнению А. Шопенгауэра, выше древних.

Итак, дело трагедии - вызвать дух резиньяции у зрителя. Показать ужасы жизни и навести на мысль о том, что между ними и нами может и не быть прочной связи. «Лучше оторвать свое сердце от жизни... не любить мир и жизнь» [2. С. 457]. Цель трагедии по Аристотелю - вызвать страх и сострадание у зрителей. А. Шопенгауэр на это возражает, что чувства эти неприятны и поэтому не могут быть целью. Они могут быть только средством возникновения чувства резиньяции не только у героя, но и у зрителя.

Комедия отличается от трагедии тем, что она не ведет к отрицанию воли к жизни, а наоборот является жизнеутверждающей. Радость, удача, успех, надежда, побеждающие в ее повествовании, комизм, смех говорят о положительной стороне жизни. Концовка комедии, как правило, непредсказуема. Трагедия же происходит так, что после нее вообще ничего не может быть. А. Шопенгауэр склоняется к мысли, что комедийные поступки и сюжеты не играют существенной роли в жизни людей, что они случайны, и их могло бы не быть вообще.

А. Шопенгауэр утверждает, что история, математика, естественные науки рассматривают мир с определенной, узкой точки зрения. Мир целиком, в его сути, рассматривает только искусство. Здесь важно обратить внимание на то, что для А. Шопенгауэра сущностью «явления» Платона выступают идеи, данные представлению, тогда как «вещью в себе» И. Канта является воля. При этом идеи суть объективации воли. Если философия показывает идеи Платона, с точки зрения их целостности, общности и объективности, то искусство знакомит нас с ними на индивидуальных и объективных примерах.

Среди разных видов искусств А. Шопенгауэр особое внимание уделяет музыке. Она ближе всего к воле, ибо показывает не ее объективные воплощения, а непосредственно саму иррациональную, слепую, бессознательную основу бытия. Таким образом, музыка влияет на человеческие страсти, то успокаивая, то возбуждая их. А. Шопенгауэр полагал, что музыка - самое сильное, самое впечатляющее из всех искусств. И когда ее сравнивают или соединяют с другими видами искусств (например, с поэзией), то следует помнить, что музыка от них не зависит. Человеческий голос, пение, важен для музыки именно как звук, как и звук музыкального инструмента. Смысл слов отходит на второй план. Слово - дополнительный, вспомогательный способ передачи чувств. Он всегда на втором плане. Ибо «звуки действуют несравненно сильнее, вернее и быстрее, чем слова» [2. С. 468]. А. Шопенгауэр утверждает, что, поскольку музыка важнее поэзии, то при их соединении следует подбирать слова к музыке, а не наоборот.

Немецкий философ выделяет два способа познания: непосредственный и опосредованный. Непосредственный способ познания мира происходит под действием музыки, возбуждающей и сближающей нас с волей, опосредованный есть познание смысла понятий через слова.

А. Шопенгауэр сравнивает музыку и архитектуру. Музыкальный ритм и архитектурная симметрия сближают эти два вида искусств. Тем не менее, они противоположны. «Они - подлинные антиподы своей внутренней сущности... Архитектура пребывает только в пространстве, не имея никакого отношения ко времени, музыка же только во времени, не имея никакого отношения к пространству» [2. С. 472]. Однако сходство в дроблении ритма в музыке и симметрии в архитектуре привело к возникновению высказывания, которое приписывают И.В. Гете: «Архитектура - это застывшая музыка». Но, по мнению А. Шопенгауэра, это лишь внешнее сходство, не затрагивающее сущности обоих искусств.

Целью искусства А. Шопенгауэр считает избавление от страстей и достижение спокойствия духа. На это способны не все люди, а только те, которые достигли возвышенного состояния.

Когда-то Северин Боэций написал книгу «Утешение философией». То, что предлагает А. Шопенгауэр, можно назвать «утешением искусством». Предмет искусства - платоновские идеи. Но для Платона идеи - это сущности вещей, а вещи -сущности художественных образов. Получается, что для Платона вещи - «тени идей», а художественные образы - «тени теней». Кстати, он изгнал поэтов из своего «идеального государства», в частности, и за то, что они создавали неадекватные, приниженные образы богов, наделяя их людскими пороками [7. Р. 66-67].

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

В отличие от Платона, А. Шопенгауэр полагал, что искусство способно адекватно передать общую идею, особенно поэзия и музыка. Искусство - это мир, объединяющий природу и область воли, и оно приобщает человека к прекрасному и возвышенному. Мир идей познаваем только через искусство и философию. Следовательно, философия является видом искусства [5. С. 27].

Через искусство человек сближается с волей, теряя свою индивидуальность и растворяясь в иррациональном, обретая «забвение». Поэзия и музыка близки еще и потому, что в них сглаживается разница между творцом, исполнителем и субъектом восприятия художественного произведения. Испытывая эстетический восторг, они приближаются к вечному. Что касается драматической и музыкальной трагедии, они показывают человеку бедствия его жизни, которые являются искуплением греховных поступков через страдание. Эта идея сближает эстетику А. Шопенгауэра с эстетикой Аристотеля, с его идеей катарсиса. Таким образом, искусство заставляет человека испытывать духовные мучения и, тем самым, «очищаться от тех духовных установок, которые послужили источником этих мучений» [5. С. 29].

Рассмотрев эстетические идеи А. Шопенгауэра, сделаем следующие выводы:

А. Шопенгауэр является продолжателем европейской эстетики, начиная с Платона и заканчивая И.В. Гете. Вместе с тем, следует иметь в виду, что он коренным образом пересмотрел эту традицию. Идеи предшественников (Аристотель, стоики) и современников (Ф. Шеллинг, Ф. Шлегель) критически переосмысливаются. «Явление» Платона объявляется «сущностью вещей», а «вещь в себе» И. Канта сближается с миром воли.

А. Шопенгауэра можно назвать поэтом мировой скорби, ибо для него искусство - способ отвращения от жизни. Резиньяция, которой «разрешается» трагедия, отворачивает человека от воли к жизни и, как считает философ, отпускает его сознание в мир представления, искусства.

Для А. Шопенгауэра единственным верным способом познания мира выступает художественное творчество и его переживание. Однако философия тоже ведет к познанию идей. Следовательно, философия - это вид искусства.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Шопенгауэр А. О четверояком корне закона достаточного основания. Мир как воля и представление. - В 2-х т. - Т. 1. - М.: Наука, 1993. - 672 с.

2. Шопенгауэр А. Мир как воля и представление. - В 2-х т. -Т. 2. - М.: Наука, 1993. - 671 с.

3. Мееровский Б.В., Нарский И.С. Философия мировой воли и скорби // А. Шопенгауэр. О четверояком корне закона достаточного основания. Мир как воля и представление. - В 2-х т. -Т. 1. - М.: Наука, 1993. - С. 632-665.

4. Быховский Б.Э. Шопенгауэр. - М.: Мысль, 1975. - 206 с.

5. Нарский И.С. Артур Шопенгауэр - теоретик вселенского пессимизма // Шопенгауэр А. Избранные произведения. - М.: Просвещение, 1992. - 479 с.

6. Сычева С.Г Основы эстетики. - В 2-х ч. - Ч. II. - Томск, Изд-во ТПУ, 2004. - 94 с.

7. Cassirer E. The myth of the state. - New Haven, London: Yale university press, 1966. - 303 p.

Поступила 14.05.2010 г.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

УДК 659.1:7.01(075.8)

ЭСТЕТИКА В РЕКЛАМЕ КАК ОТРАЖЕНИЕ ЭТИЧЕСКОГО СОСТОЯНИЯ ЖИЗНИ

К.А. Чеховских

Юргинский технологический институт (филиал) ТПУ, г. Юрга E-mail: tchehovskih@rambler.ru

Представлен анализ исследования эстетики в рекламе как феномена и фактора развития общества в условиях кардинальной смены парадигмы жизни, культурной, этической и эстетической трансформации общества под воздействием процессов вестернизации и протестных явлений в культурно-этическом пространстве России.

Ключевые слова:

Эстетика рекламы, этический контекст, рекламное послание, коммуникативный канал, способы донесения рекламного послания, качество рекламы, эстетическое напряжение жизни, история развития рекламы.

Key words:

Aesthetics of advertising, ethical essence, advertising message, communication channel, ways of sending advertising messages, advertising quality, aesthetic life stress, advertising history

Реклама как информационно-коммуникативный канал и бизнес привлекает к себе внимание широких слоев общества в России и во всем мире. Это естественно, поскольку посредством рекламы регулируется в значительной степени экономическая, социальная, политическая, культурная и духовно-нравственная жизнь.

Реклама является общественно-значимым явлением. Она оказывает большое влияние на сознание людей и процессы, протекающие в обществе. Так, например, в США после избрания Б. Обамы президентом в коммерческой рекламе появились его личные и семейные портреты. По мнению ведущих политологов, это явление отражает позитивные надежды американцев (уставших от агрессивной политики предыдущего президента), связанные с предстоящей деятельностью нового президента Соединенных Штатов.

В силу своей информационно-коммуникативной специфики и общественной значимости, реклама может подчеркивать как положительные, так и отрицательные аспекты нашего бытия, становясь при этом важным фактором воздействия или агентом влияния в обществе. Так, в 90-е - начале 2000-х гг. массированная реклама пива и алкогольной продукции на российском телевидении и печа-

ти привела к массовой пивной алкоголизации российской молодежи и, как следствие этого, к росту числа правонарушений и преступлений, совершенных молодыми людьми в состоянии опьянения. В целях снижения преступности молодежи в законодательном порядке реклама пива была значительно ограничена и, прежде всего, на телеэкране. Так же была запрещена реклама табачных изделий.

Из вышесказанного следует, что реклама и рекламная деятельность нуждается в постоянной регламентации и регулировании по мере проявления различных эффектов воздействия рекламы на социальные слои общества и, соответственно, их поведение.

Проблема эстетики в рекламе достаточно активно обсуждается в литературе и печати, и особенно пристальное внимание к эстетической компоненте рекламы в России стало заметно в начале XXI столетия. Это было вызвано как становлением рекламного бизнеса в России, так и конкуренцией производителей во всех сегментах товарного рынка, расширением товарного ассортимента, превышением предложения над спросом. Так в работе А.В. Костиной [1] предпринята попытка исследования эстетики рекламы, ее усиливающееся влияние на интенсификацию процессов и формирова-

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.