ИЗ ИСТОРИИ УЧЕНИЙ ОБ АДМИНИСТРАТИВНОЙ ЮСТИЦИИ
«ЕСТЬ СУДЬИ В БЕРЛИНЕ», ИЛИ ЛЕГЕНДА О МЕЛЬНИЦЕ САН-СУСИ (НЕМЕЦКИЕ ЛЕГЕНДЫ О ЦЕННОСТИ ВЕРЫ В ПРАВОСУДИЕ)*
Немецкая легенда о справедливости правосудия связана с королем Карлом-Фридрихом Великим (Friedrich der Große).
Следует отметить, что легенда о мельнице Сан-Суси (Die Mühle von Sanssouci) впервые появилась в 1787 г. во французской книге о жизни Фридриха Великого, и лишь годом позже - в Германии.
В русской юридической литературе эта история была впервые опубликована в 1844 г. знаменитым Федором Алексеевичем Кони в книге «История Фридриха Великого».
Ф. А. Кони писал:
«При построении Сан-Суси король желал расширить сад, но плану его мешала ветряная мельница, которая стояла на самом видном месте. Он хотел купить ее, но мельник не соглашался продать, несмотря на то, что король обещал ему выстроить новую мельницу и даже положить пенсион.
* Составитель - доктор юридических наук, профессор юридического факультета ВГУ О. С. Рогачева.
- А знаешь ли ты, что я могу взять твою мельницу насильно?! - сказал ему король.
- Попробуйте! - отвечал мельник. - Разве в Берлине нет уголовного суда?
- И то - правда, - сказал Фридрих, - видно, мы дела не поладим. - Он отпустил мельника с подарком и переменил план своего сада»1.
В книге Кони приводятся и другие примеры справедливости правосудия.
«Дворянину вздумалось для своей охоты завести пруд с карпами; он отводит в него речку, которой приводилась в движение мельница. У мельника Арнольда от того стал жернов, и бедняк сидит без работы. Только четыре недели в круглый год, весной и осенью, во время разливов, он может достать себе скудный кусок хлеба. Несмотря на это, дворянин, который у него отнял доход, требует, чтобы мельник платил ему исправно подать. Как же поступает для разрешения этого вопроса кюстринское правосудие? Оно повелевает продать мельницу и удовлетворить дворянина. А здешняя уголовная палата одобряет это решение. Это выше всякой
38
ЖУРНАЛ АДМИНИСТРАТИВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА. 2020. № 1
несправедливости и совершенно противно отеческим видам монарха.
Гроссканцлер хотел возражать, но Фридрих громко ударил по столу и вскричал:
- Молчите! Не здесь вам следовало говорить! А там, где употребляли во зло мое имя и угнетали моего подданного под видом закона! Позорить имя короля несправедливостью - уголовное преступление, оскорбление величества! Вы уволены от вашей должности! Я приищу на ваше место человека более рассудительного. А вы, - продолжал он, обращаясь к советникам, - вместе с кюстринскими судьями отправитесь на год в тюрьму, в Шпандау. Знайте вперед, что самый последний крестьянин и нищий - такой же человек, как и король. Забывать для него чувство человечества - верх злодеяния! Присутственное место, которое делает несправедливости, опаснее самой отчаянной шайки разбойников - от них можно защититься, а от воров, прикрывающих себя мантией правосудия, нет спасения. Судья, который теснит и давит, должен быть наказываем вдвое строже разбойника, потому что к нему идут с доверием, в надежде на защиту.
Фридрих собственноручно написал сентенцию виновным и приговорил помещиков к возвращению Арнольду мельницы и всех понесенных им убытков. Это примерное наказание остановило многие злоупотребления и заставило присутственные места действовать с большей осмотрительностью»2.
А в немецкой научной литературе эта легенда наиболее детально была изложена величайшим немецким профессором административного права Отто Майером (Otto Mayer), который ее описал в книге «Kleine Schriften zum öffentlichen Recht: Verwaltungsrecht» («Маленькие истории (сочинения) публичного права: административное право»). Эту трактовку мы полагаем самой ценной.
«Легенда гласит, что Фридрих Великий был потревожен стуком лопастей мельницы. Он предложил купить мельницу у владельца Johann William Grävenitz. Когда мельник отказался, король пригрозил через советников:
- Разве он не знает, что я могу взять мельницу у него в силу моей королевской власти, не заплатив ни одного гроша за нее?
Засим мельник, как предполагается, ответил:
- О да, Ваше Величество, Вы вполне могли бы это сделать, но, осмелюсь заметить, только если бы в Берлине не было на то Верховного суда»3.
Французы, молодцы, сделали триумфальное из легенды. Они изложили концовку так: «Есть судьи в Берлине». И эти слова кочуют из монографий в монографию во всех странах мира, особенно у административистов. Проф. Отто Майер писал, что эта легенда ценна тем, что под-
черкивает важное предназначение правосудия -справедливость и независимость по отношению ко всем гражданам.
Кроме этого, немецкие судьи любят рассказывать еще одну реальную историю.
«В 1892 г. цензура запретила постановку драмы "Ткачи" Герхарта Гауптмана. В ней было воспроизведено восстание Силезских ткачей, о котором рассказывал дед писателя - участник тех событий. Хотя восстание произошло в 1844 г., положение рабочих всё еще оставалось плачевным. Поэтому полиция опасалась, что показ на театральной сцене борьбы ткачей с мануфактурщиками станет искрой, которая вызовет пожар. Цензуру не переубедили все доводы о том, что "Ткачи" - всего лишь историческое произведение. Между тем в народе разошлась книжная форма произведения. В прессе появлялись разнообразные рецензии. Кайзер Вильгельм II был встревожен такой шумихой вокруг драмы. При этом все знали, что император является сторонником подавления всяческой смуты на корню. Тем не менее Гауптман не побоялся обжаловать запрет в суд, который ко всеобщему удивлению отменил решение цензуры. Кайзер пришел в ярость и потребовал объяснений от председателя суда. Тот отправил во дворец копию судебного решения с вежливым письменным разъяснением: постановка не опасна для общественного порядка, а само решение направлено на укрепление монаршего авторитета. Раздраженный "невообразимо тупым" ответом, Вильгельм II вызвал министра юстиции и министра внутренних дел. Но они только развели руками: суд независим, и постановка пока не привела к нарушению порядка. Кайзер оказался в глупом положении и был вынужден сменить тактику. Он бойкотировал театр, где шла драма, запретил посещать его своему окружению и лишил заведение финансовой поддержки. Еще кайзер оказался злопамятным человеком. В течение года все причастные к отмене запрета судьи, министр юстиции и министр внутренних дел были отправлены в отставку. Также император не утвердил в 1896 г. решение о присуждении Гауптману заслуженной Шиллеровской премии. Но было поздно - во многих странах представление шло с огромным успехом: в течение двух сезонов только в Берлине его поставили двести раз, а противодействие императора подогревало интерес зрителей. Сама же история с "Ткачами", как сегодня считают немцы, показала, что судебные решения обязательны даже для кайзера (выделено мной. - О. Р.)»4.
Приведенные примеры показывают, что поиск справедливого баланса ценностей имеет особое значение для немецкого правосудия,
«Есть судьи в Берлине».
39
равно как и для правовой системы ФРГ вообще (германское законодательство часто оперирует терминами «пропорциональность» или «соразмерность»).
Станет ли наше административное судопроизводство таковым и сложатся ли о нем такие легенды?..
Воронежский государственный университет
Рогачева О. С., доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры административного и административного процессуального права, заместитель декана юридического факультета по научной работе и аспирантуре
1 Кони Ф. А. История Фридриха Великого. URL: http://az.Hb.ru/k/kom_f_a/text_1844_istoria_fridri-ha_velikogo.shtml
2 Там же.
3 URL: https://www.facebook.com/KhvanLeonid/ posts/1465295256860285
4 Там же.
Voronezh State University
Rogacheva O. S., Doctor of Legal Sciences, Associate Professor, Professor of the Administrative and Administrative Procedural Law Department, Deputy Dean of the Faculty of Law for Research and Postgraduate Studies